Падение Дуглас Пенелопа

Эти камеры не могли передавать прямую трансляцию на большие расстояния, но я имел к ним доступ со своего телефона. Я помахал в камеру и поймал картинку на экране.

– Получилось, – сказал я. – Как ты быстро учишься.

Дерек улыбнулся словно пятилетний мальчишка, которого погладили по голове.

– Чем быстрее делаешь, тем больше гонок, – заметил он. – Больше гонок – больше ставок. А больше ставок…

– Больше денег, – закончил за него я, качая головой. – Знаю, к чему у тебя душа лежит. – Кивнув, я пошел прочь. – Мне нужно переговорить с Заком. Вернусь через минуту.

Он снова принялся за работу, а я улыбнулся себе под нос, искренне удивленный тем, что Дерек становился по-настоящему ценным сотрудником.

Дерек Роман был на пару лет старше меня, но в школьную пору мы этого совсем не ощущали. Тогда он участвовал в гонках на «Петле», и его выходки принесли ему немало бед. Он не ладил ни с Джаредом, когда они гонялись, ни с остальными. Агрессивный, безалаберный, пренебрегающий правилами, он был именно таким гонщиком, которого я видеть здесь не желал.

Однако, вместо того чтобы запретить ему появляться на «Петле» и ждать неминуемого возмездия, я решил обыграть все по-умному.

Я к нему подмазался.

Забиякам хочется чувствовать себя нужными. Они ведут себя так, потому что не ощущают собственной значимости. Вот это я и дал ему. Поделился с ним своей идеей. Сказал, как сильно мне нужна помощь человека, который знает «Петлю» вдоль и поперек. А потом поставил ему задачи.

Он был занят по горло, получил особые привилегии, а его имя официально фигурировало на нашем веб-сайте и в рекламе. Кроме того, он участвовал в принятии решений.

Теперь, если ему вдруг захочется выкинуть какую-нибудь глупость, он подумает дважды, ведь ему есть что терять.

– Ну что, – Мэдок догнал меня и обхватил рукой за плечи. – Можешь внести меня в список?

– На сегодня?

Пробиваясь через толпу к комментаторской будке, я интуитивно почувствовал, как Мэдок закатил глаза.

– Да, – ответил он. – Я хочу принять участие в этой гонке для парочек, которая у вас запланирована. Фэллон понравилось кататься с Джаредом в тот раз, когда они с Тэйт гонялись. Мне хочется прокатить жену.

Остановившись у ступеней, я провел рукой по волосам и раздраженно вздохнул. А потом повернулся и посмотрел на него.

– Ты, вообще, понимаешь, насколько заранее теперь составляется расписание заездов? Мы уже не в старших классах.

Он прищурился.

– Мне что, нужно надрать тебе задницу?

Я опустил взгляд, ухмыльнувшись. Да, Мэдок с Джаредом были старинными фаворитами «Петли», но с тех пор все здесь изменилось. Прежде за вечер проводилось по три или четыре заезда, а теперь у нас было от десяти до пятнадцати и некоторые проходили одновременно.

– Я этого не говорил. – Я отошел от лестницы, увидев спускавшегося Зака. – Эй, – поприветствовал я его и, показав рукой в сторону трека, сказал: – Роман собирается запускать раллийную гонку. Можешь выяснить, знает ли Сэм, что его нужно выпустить первым?

– Конечно. – Зак кивнул и хлопнул Мэдока по руке. – Привет, приятель.

– Привет, – отозвался Мэдок, но продолжал смотреть на меня, ожидая ответа.

– О’кей, – рассмеялся я после того, как Зак ушел. – Разумеется, я внесу тебя в список. – Понизив голос и выгнув бровь, я добавил: – Несмотря на то что все расписано до минуты и ты сейчас путаешь мне все карты. Ладно, уговорил.

Он ослепил меня своей белоснежной улыбкой.

– Спасибо, дружище!

И зашагал прочь.

– Тебе нужен оппонент, – крикнул я ему вслед.

Он повернулся, засунув руки в карманы джинсов, и сказал с ухмылкой:

– Знаю.

Но мне эта его ухмылка совсем не понравилась.

За следующие полчаса мы провели пять заездов: два раллийных по бездорожью и три на треке. Когда все машины были подготовлены и гонки начались, моя задача упростилась. Я сидел в будке, управляя камерами, меняя ракурсы для зрителей, которые заходили на сайт. Время от времени мне приходилось вставать и идти к машинам помогать с установкой камер, если что-то не работало. Но отмашку гонщикам давал Зак, и он же, Роман и еще пара человек принимали ставки.

Просто и удобно. Я был наверху. Один. И прекрасно видел все происходящее внизу.

– Эй.

Я повернулся. На последней ступени лестницы стояла Кэмерон с красным пластиковым стаканчиком в руке. На ней была черная мини-юбка и красная фланелевая рубашка с закатанными рукавамими, которую она завязала узлом на животе.

– Привет. – Я присел на небольшой столик, стоявший позади меня, и скрестил руки на груди.

Она подошла и встала рядом со мной, молча глядя на толпу под нами. Все распивали напитки, которые привезли с собой в переносных холодильниках, а из динамиков звучала песня Роба Зомби Never Gonna Stop.

Я потер ладони большими пальцами и сжал кулаки. У меня и впрямь вспотели руки, и я не понимал почему. Несмотря на то что я был знаком с Кэмерон пять лет, мне отчего-то стало не по себе.

Повисла мертвая тишина. Я соображал, о чем бы спросить ее. О колледже? Нет, она нигде не училась. О ее пожилых приемных родителях? Может быть.

Но она первая нарушила молчание.

– Что ж, весело сегодня.

Ее нервный смешок казался совершенно неуместным.

– Ага, – буркнул я, гадая, какого черта мне так неуютно.

Она посмотрела на меня с серьезным видом.

– Значит, я все-таки потеряла тебя, да?

Я сглотнул, не совсем понимая, о чем она, но определенно замечая перемены.

– Никогда не потеряешь, – задумчиво произнес я. – Я всегда буду тебе другом.

– Но я больше не единственная женщина, которую ты любишь.

Я опустил глаза. Мои губы тронула улыбка. Я и правда любил Кэмерон. Она была единственной девушкой, с которой я был искренним. Но несмотря на всю нашу похожесть, я не впускал ее в сердце. Она была просто подругой. Человеком, которому я мог доверять и который меня поддержит.

Попрощавшись с ней, я не возвращался мыслями к встрече, не считал минуты до следующей.

Она выпрямилась и пожала плечами.

– Я знаю, что у нас все не так. Не настоящая любовь, – уточнила она. – Но мы были друг у друга первыми. Неважно, с кем я встречалась, ты всегда был для меня в десять раз важней.

Я сжал губы, ощутив укол совести: у меня было по-другому.

Мы оба потеряли девственность задолго до нашего знакомства, но всегда считали, что были друг у друга первыми. Так как вспоминать свой действительно первый сексуальный опыт ни ей, ни мне не хотелось.

Мы всегда поддерживали друг друга, и – да – я ее любил.

Но другая девушка была для меня важнее. И так было давно. Очень давно.

Кэмерон продолжала:

– Мне никогда не приходило в голову, что будет так тяжело, когда меня в твоем сердце потеснит другая.

Я посмотрел вниз и увидел Джульетту на трибуне с Шейн, Фэллон и этим типом из One Direction.

– У меня нет сердца, – выдохнул я. – И ты это знаешь.

Покачав головой, Кэмерон пошутила со слезами на глазах:

– Ты козел.

– Почему? – ухмыльнулся я. – Потому что позволяю другой девушке немного поразвлечься со мной этим летом?

– Нет, – выпалила она. – Потому что скрываешь ее от меня.

Я засмеялся, а потом притянул ее к себе за шею и поцеловал в лоб. Ее светлые волосы, собранные в высокий хвост, пахли спелой клубникой. Я подумал о волосах Джульетты, которые пахли свежим осенним утром, и стал искать ее взглядом в толпе.

И нашел.

Она смотрела прямо на меня.

Черт.

Прищурившись и опустив локти на колени, она смотрела, как я обнимаю Кэмерон.

Я со вздохом отстранился.

– Увидимся еще, ладно?

Оставив Кэмерон, я спустился по лестнице и одним прыжком преодолел последние пять ступеней, отделявших меня от земли.

Девчонки любят раздувать из мухи слона, так что теперь я должен был погасить этот чертов пожар, который наверняка разгорался в голове у Джульетты.

Когда я подошел к трибуне – она сидела на втором ряду снизу, – то заметил, что с ней рядом сидит Шейн, болтая со своими друзьями, а Мэдок, Фэллон и Адам стоят в стороне с какой-то компанией.

Заметив меня, Джульетта отвела взгляд и выпрямила спину. Я поставил ногу на нижний ряд трибуны и, наклонившись прямо к ее лицу, сказал:

– Не надо.

Она опустила подбородок, вид у нее был грустный. Боже, как мне хотелось прижать ее к себе.

– Не надо что?

– Не надо ревновать.

– Я и не ревную, – заявила она воинственно.

– Три года назад, – произнес я почти шепотом, – я впервые увидел тебя. И с тех пор, глядя на любую другую девушку, сравнивал ее с тобой. Каждый раз.

Она в нерешительности посмотрела на меня. Я улыбнулся.

– Эти большие зеленые глаза… Они выдают все твои чувства. Эти пухлые губки… По ним я вижу, довольна ты или обижена. И это прекрасное стройное тело, к которому я, черт возьми, прикоснулся наконец после стольких лет ожидания.

Она внимательно слушала меня.

– Я счастлив подарить тебе всего себя – только тебе, Джульетта, – поэтому не придумывай ерунду.

Никаких больше других девушек. Я всегда знал, чего хочу, и всегда получал. Меня интересовало многое, но когда наконец я находил свою нишу, сразу понимал, что это мое. Лакросс, компьютеры, «Петля»…

И Джульетта. Она тоже была моя.

Она поджала губы, отчаянно пытаясь спрятать улыбку, и я понял, что она расслабилась.

– Не закрывай глаза, – прошептал я.

На ее лице отразилось замешательство, а я подался вперед, поймал ее губы и поцеловал нежным и глубоким поцелуем. Наши языки соприкоснулись. Она была бессильна против меня.

Я прошептал ей на ухо:

– Ты сводишь меня с ума.

Она задрожала, тяжело дыша.

– Хорошо.

Улыбнувшись, я стал целовать ее лицо, подбородок.

– Джекс, – вдруг услышал я голос Мэдока. – Адам хочет погоняться со мной, ты не против?

Я застыл, не отрывая губ от Джульетты. Потом выпрямился, повернулся и увидел, что все трое ребят смотрят на меня в ожидании.

– А какой в этом смысл? – усмехнулся я.

У Мэдока вытянулось лицо, а брови взлетели вверх. Он понял, что это оскорбление в адрес тачки его друга. Блин, GTO против 370Z? Да он и сам все понимал.

– Джульетта! – Мэдок посмотрел на нее, проигнорировав мои слова. – В этом заезде в машинах сидят по двое. Не хочешь прокатиться с Адамом?

Я развернулся к нему всем телом и прорычал:

– Хорош. Мне надоел этот бред.

Все вокруг умолкли. Мне было дерьмово, оттого что я так веду себя с друзьями, оттого что берусь решать за Джульетту, что она должна делать. Но в то же время я был в ярости, что всякий раз, когда в жизни, казалось, все налаживалось, кто-нибудь или что-нибудь непременно все портили.

Адам вышел вперед.

– Если в моей машине обязательно должна сидеть девушка…

– Можешь посадить парня, – оборвал его я. – Любовь есть любовь. У нас тут никакой дискриминации.

Фэллон прыснула от смеха, и Мэдок бросил на нее сердитый взгляд. Подавив улыбку, я посмотрел Мэдоку в глаза.

– Она не поедет.

Я услышал, как у меня за спиной Джульетта закашлялась, но проигнорировал ее. Сама бы она как отреагировала, если бы в мою машину села другая девушка?

Мэдок поднял руки:

– Шейн не поедет. Я ее спрашивал. Послушай, у меня правда нет цели тебя задеть.

– Расслабься, – Адам шагнул вперед, и я скрестил руки на груди. – Я уже понял, что Мэдок пытался свести меня с девушкой, которая занята. Я ее и пальцем не трону. Обещаю.

– Конечно, не тронешь, – кивнул я. – Потому что она не сядет в твою машину. Ты не проверенный гонщик, она может пострадать. Хочешь запороть гонку? Вперед. Только без нее.

– Джекс, – тихо произнесла Джульетта позади меня.

Я знал, она попросит, чтобы я придержал коней.

Ну уж нет.

Фэллон вмешалась в разговор:

– Как насчет того, чтобы Кейси села к Мэдоку? – Она умолкла, тряхнув головой. – Джульетта то есть. А я поеду с Адамом.

– Нет, – возразил Мэдок. – Мы с тобой должны ехать вместе.

Фэллон собрала волосы в хвост.

– Детка, если это единственный возможный вариант, чтобы он позволил ей…

– Я поеду, – простонала Джульетта, спускаясь с трибуны. – Я сяду к Адаму.

Я опустил руки, сурово глядя на нее. Но она оборвала меня, прежде чем я успел что-либо сказать.

– Помолчи минутку. Это же трехминутный заезд. Оставь Мэдока в покое, расслабься. Машина у этого парня довольно мощная. Я уверена, что он умеет ее водить.

Я напряг челюсть. Мне не нравилось, что она завела разговор про гонку.

– Ты так пытаешься меня успокоить? – пошутил я. – Если да, то это не работает.

Она рассмеялась.

– Ты же не ревнуешь, правда?

– Он может поехать один, – сказал я раздраженно. – Я устанавливаю правила, и я сам решаю, когда их можно нарушить.

– Ты ведешь себя глупо. – Отступив от меня, она направилась туда, где стояли автомобили. – Особенно учитывая тот факт, что домой меня, скорее всего, повезешь именно ты, – пошутила она.

– Скорее всего? – выкрикнул я. – Ты иногда правда меня бесишь.

– И ты меня бесишь, – пропела она.

– Черт, – выдохнул я, проводя рукой по волосам и глядя, как она идет к машине Адама. Я веду себя глупо?

Он к ней не притронется, если понимает, чем ему это грозит. Да и она не позволит. В это я верил.

И я не стал бы возражать, если бы она поехала с Джаредом или Мэдоком. Дело было не в том, что я вообще не хотел выпускать ее на трассу.

Я просто беспокоился, что с ней может случиться что-то плохое. Я не знал ни его самого, ни его стиля вождения, и меня это по-настоящему беспокоило.

Гонщики завели моторы – раздались стрекотание двигателя Адама и низкий рокот шестилитрового агрегата Мэдока. Я пристально смотрел, как пристегивается Джульетта, потом, вздохнув, пошел обратно. Запрыгнул на лестницу и трусцой взбежал по ступеням наверх, в будку. Там уже стоял Зак, готовясь объявить следующий заезд. Обе машины медленно проехали по трассе и остановились прямо под нами.

– Нам нужно встретиться на этой неделе, – сказал мне Зак, глядя на происходящее внизу. – Хочу поговорить о твоих планах насчет уличных гонок. Я обеспокоен.

Схватившись за перила, я неотрывно смотрел на машину Адама.

– Не сейчас. До этого еще как минимум год. Поговорим позже.

Народ скандировал, приветствуя одного из своих излюбленных гонщиков. Очень многие помнили Мэдока. Воздух наполнили шум и крики. Раньше на «Петлю» приезжали в основном старшеклассники, и хотя в последнее время публика стала более разношерстной, было лето, а значит, многие из наших бывших школьных товарищей присутствовали здесь.

– Объяви, – сказал я Заку. – Мэдок Карутерс и Адам One Direction.

Он хохотнул себе под нос.

– Странная парочка.

Я кивнул: гонка получится нелепая. Мэдок наверняка понимал, что победит в любом случае он.

Облокотившись на перила, Зак выкрикнул в микрофон:

– Я знаю, вы все его помните! – Толпа разразилась приветственными криками. – А если не помните, тогда наверняка о нем слышали! – Низкий голос Зака эхом отдавался в вечернем воздухе.

Народ заорал еще громче. Люди поднимали вверх свои стаканы и банки, улюлюкая с трибуны. GTO Мэдока взревел, задрожав, а «ниссан» вторил ему на более высоких тонах. Рев моторов вытеснил все сколько-нибудь связные мысли в моей голове.

– Встречайте Мэдока и Фэллон Карутерс, – пропел Зак, растягивая слова, – против Кейси Картер и Адама One Direction!

Море зрителей под нами заволновалось. Все подняли вверх телефоны и планшеты, вероятно, фотографируя или снимая происходящее на камеру. Так как парный заезд был лишь один и по асфальтированной трассе, мы не устанавливали на машины камеры. Сочли, что это ни к чему: обзор с трибун и без того был прекрасный.

– Давай, – сказал я Заку, – покончим с этим.

Он встал по другую сторону от меня, прямо напротив стартовой линии, и закричал:

– На старт! – Светофор продолжал гореть красным.

– Внимание! – На светофоре зажегся желтый, моторы ревели, а толпа обезумела.

– Марш! – заорал Зак, и сердце у меня подскочило к горлу. Вспыхнул зеленый, и обе машины забуксовали, стараясь быстрее сорваться с места.

Я сглотнул и вцепился в перила. Мэдок рванул первым, а «ниссан» устремился за ним. Обе машины набирали скорость, и я прислушивался к звуку переключения передач.

Мэдок знал эту трассу, знал, когда нужно ускориться и в какой момент отпустить газ, чтобы точно войти в поворот. Он повернул с небольшим управляемым заносом, а хвост «ниссана» снесло. Я скрежетал зубами, глядя, как Адам выправляет машину.

Они ехали по трассе, а я неотрывно следил за ними взглядом. Адам ускорился, а Мэдок завилял на прямой, забавляясь и не пуская его вперед.

Я убью его.

– Похоже, Мэдок вернулся, – рассмеялся Зак, стоявший рядом со мной.

– Он ведет себя глупо, – почти выкрикнул я. – Вытворять такое, когда в машине сидит жена…

– Он никогда не попадал в аварии. Расслабься.

Мэдок продолжал гонку, и я решил забыть об этом эпизоде. Он же не настолько глуп, чтобы подвергать всех риску.

Внутри у меня все сжималось всякий раз, когда Адам пытался обойти Мэдока, но только терял время, соскальзывая на обочину. Ему никогда не вырваться вперед за счет того, что он вдавливает педаль газа в пол между поворотами.

Когда он прошел третий поворот и вырулил вправо, выходя на длинную подъездную дорогу, служившую продолжением трека, я прищурился. Я следил за ним как ястреб.

Почти все.

Они должны были проехать по прямой до конца, резко затормозить, повернуть и дальше гнать обратно до самой финишной черты.

И тут внутри у меня все похолодело от страха. Я не мог дышать.

– Сукин сын! – заорал я, увидев, что машина Адама внезапно устремилась вперед практически в два раза быстрее. – Твою мать! – Я развернулся, помчался по ступеням вниз, проталкиваясь через толпу. – С дороги!

Я бежал по трассе. Она была пустой, если не считать примерно сотни зрителей, стоявших вдоль. Я слышал, что за мной бегут и другие парни. Мы остановились, когда нашим глазам открылась длинная подъездная дорога. Машина Мэдока стояла в конце прямой, а автомобиль Адама унесло в кювет задней частью.

Я снова рванул вперед по трассе на полной скорости, пока не оказался у его машины. Он как раз вылезал.

– Ты что, ненормальный? – заорал я, схватив его за футболку и рывком подтащив к себе.

– Джекс, остановись! – Джульетта вышла из автомобиля. – Со мной все в порядке.

Но, посмотрев на нее, я увидел, как она потирает шею. Крови не было.

– Нет, не в порядке, – зарычал я, бросив Адама в руки Заку и Дереку. – Я сразу понял, что это глупая затея. Держите его.

Они взяли его за руки с двух сторон, а я покачал головой, увидев Мэдока, который шел сюда вместе с Фэллон. Я больше ничего не хотел от него слышать. Ни единого слова. На сегодня он уже сказал достаточно.

Я нырнул в машину Адама, вытащил ключи из замка зажигания и открыл капот. Подняв его, увидел красно-синие форсунки. Так я и думал.

– Сукин ты сын, – выругался я.

Меня захлестнула волна гнева. Зак с Дереком подвели Адама к машине.

– Закись азота, – пробормотал Зак себе под нос. Он тоже разозлился, увидев форсунки. Где-то в машине, вероятно, в багажнике, был спрятан бачок с закисью.

Я посмотрел на Адама, выгнув бровь.

– Забыл нам рассказать?

Он покачал головой, взбесив меня еще больше.

– Я сто раз так делал, чувак. Я просто не ожидал, что у меня не получится вовремя затормозить. Извини.

Я отступил на шаг, размахнулся и врезал ему кулаком в лицо. У него подкосились ноги. Зак с Дереком не дали ему упасть.

– Черт, – вздохнул Мэдок устало.

Я захлопнул капот, бросил ключи Адаму в грудь, и они упали на землю.

– Убирайся отсюда.

– Ты в порядке? – услышал я голос Фэллон у себя за спиной. Повернувшись, я увидел, что она обхватила Джульетту за плечи и смотрит на ее шею.

– Все хорошо, – пробормотала Джульетта, опустив руку. – Просто… – Она посмотрела на меня, а потом обратилась к Фэллон: – Вы можете отвезти меня домой?

Я шагнул к ней.

– Я отвезу ее домой.

Джульетта покачала головой, отходя от меня.

– Нет, не отвезешь.

– Он чуть не убил тебя, – сказал я. – Из-за его трюка могли пострадать другие люди. Я имею полное право злиться.

– Тогда попросил бы его покинуть трассу. Наорал на него! Чего ты хотел? Показать свою силу? Ты вел себя как пещерный человек. Ты просто искал повод. Если бы ты беспокоился обо мне, то первым делом убедился бы, что со мной все в порядке.

Я остановил ее, схватив за руку.

– Ты для меня важнее всего.

Она прищурилась.