Бешеный Шерр Анастасия

ГЛАВА 2

Проснулся уже под вечер. Весь помятый и затраханный, словно не я всю ночь баб драл, а они меня.

Посмотрел в зеркало и ужаснулся. Ну и харя, блядь. Как мелкой показаться? А показаться надо. Днюха всё-таки. Я и так динамил её недели две. Не то, чтобы мне внапряг с ней видеться, но бля… Сложно всё.

Девчонка-то уже не та, что десять лет назад. Выросла. Красавицей стала. Но от ее блажи, что в голову себе втемяшила, я хренею. И, честно говоря, не знаю, что с этим делать. Как объяснить молодой девчонке, что не для такого как я она.

Глупая. Наивная. Думает, не замечаю её грустных взглядов и вздохов.

Но и оставить её не могу. Она одна. Её матери давным давно насрать на своих детей, а я не смогу жить, зная, что какой-то грёбаный ублюдок, вроде меня, может позариться на эту девочку.

После душа выпил кофе и, наконец, почувствовав себя человеком, решил набрать Ксюху. Но как только нашёл телефон позвонил управляющий клуба.

— Быстро говори, у меня дела, — вот не хотел ему отвечать.

Мысленно уже с мелкой был.

— Руслан Давидович, тут у нас чрезвычайное происшествие…

— Рожай реще! — рявкнул теряя терпение, а зря — сегодня оно мне понадобится.

Нельзя срываться ни в коем случае. Только не тогда, когда рядом Ксюха.

— Ваша… Ксюша здесь, — по голосу управляющего можно было предположить, что он сейчас от страха концы отдаст.

— В клубе? — уточнил зачем-то, хотя и так ясно.

— Да.

— Ладно, скажи ей пусть меня дождется. А что за происшествие?

— А вы приезжайте… Сами посмотрите.

Да, наверное, всё же стоило купить по пути в клуб транквилизаторов. Лошадиную дозу. Чтобы не сорваться и не грохнуть эту маленькую идиотку!

Ксюша, одетая в слишком короткое и почти прозрачное платье, висела на каком-то малолетнем, но очень похотливом мудаке, что уже возложил ей на задницу свои грабли. А Педик, то есть, Марик (так вроде зовут подружку), стоял с двумя бокалами какого-то синего бухла. Вот, значит, кто накачал нашу именинницу. Интересно, если всечь пидарасу — это будет считаться избиением бабы?

Оторвал мелкую от укуренного дружка, что уже вознамерился ей присунуть и потащил наверх. Ксюша не упиралась и даже Марик свалил в туман. Видимо, выражение моего лица не располагало к общению.

— Ты чё, попутала, Ксюш? Совсем охуела?! — тряхнул её так, что чуть голова не отвалилась.

— Не «чё», а «что», — пьяно хихикнула, припоминая мне моё же выражение.

— Очень остроумно, блядь! Что за цирк ты устроила тут? С хера ли нажралась, как грузчик? На меня смотри! — приподнял её лицо и внутри всё похолодело от вида красного пятна на её белой шейке. — Это что, я не понял? Засос? Засос, ёб твою мать?!

Округлила глаза и, кажется, даже протрезвела.

— Какой ещё засос? — прошептала и дёрнулась в моих руках.

— То есть, ты даже не в курсе, что тебя зажимал какой-то уродец?! — бешенству не было предела.

Что в голове у этой дуры?! Неужели ебанутая мамаша так влияет на неё?!

Нужно было забрать Ксюшу у Марины ещё тогда, когда отправил суку в свободное плавание. И даже была сгоряча такая мысль. Но не смог. Пожалел.

— У меня день рождения! Имею право! — очухалась.

— Ах, право ты имеешь? Сейчас… — отпустил её и начал расстегивать ремень. — Сейчас я тебе покажу твоё право.

* * *

Ксюша попятилась и бросилась бежать, но, конечно же, не успела сделать и двух шагов, как огромная ручища разъяренного осетина схватила её, а уже в следующий момент девушка оказалась лежащей на коленях Руслана.

— Вот, блядь, твоё право! — задрал подол и без того короткого платья, и занёс руку с ремнём для удара.

— Не надо! — завизжала, засучила ногами, пытаясь прикрыть обнажённую попу, но Руслан лишь крепче прижал её к себе.

И тем не менее, удара не последовало, что, несомненно, хорошо, ибо даёт надежду избежать наказания.

Ксюше было ужасно стыдно. До невозможности. Как назло, Марик, чтоб ему пусто было, уговорил её надеть стринги, мотивируя тем, что под такое платье надевать «бабулины панталоны» позорно. Уж лучше бы она в них была, в панталонах.

Сейчас же сияла своей белоснежной попкой, лёжа в такой унизительной позе, а где-то над ней притих Рус. Почему не ударил и о чём думает?

Завозилась, пытаясь подняться, но рука мужчины легла ей на затылок и надавила вниз.

— Это что за хуйня, Ксюш? — спросил уже спокойно, но спокойствие это обманчивое.

А что, собственно, не так?..

Тут же вспомнила, что не так давно сделала на пояснице тату… Точно такую же, как у Руса на груди. По понятным причинам, у себя на груди не могла воспроизвести сию красоту, а потому спрятала там, где никто не увидит.

Увидел.

Татуировка была точь в точь, как у него, только поменьше. Ксюша сама не знала, что она собой представляет. Просто какой-то круг с замысловатыми узорами. Ничего особенного, но красиво.

— Я тебя спрашиваю, что это такое?! — столкнул её со своих колен и, похоже, тот факт, что девушка упала, ударившись локтями, его совершенно не беспокоил. — Какого хера, Ксюша?!

Ну вот, опять рассвирепел. Только с чего? Подумаешь, тату сделала! Что с того? Даже мама, наверное, так не вопила бы…

— Татушек не видел, что ли?! — зло буркнула, поднимаясь с пола и тут же шарахнулась в сторону, встретившись с его бешеным взглядом.

— Татушек? Татушки — это ваши сопливые бабочки и цветочки, Ксюша! А это, — рванул её за руку на себя и, схватив за подол платья, дёрнул так, что ткань затрещала и поползла по швам. — Наколка! Перед тем, как колоть её на своей жопе могла бы полюбопытствовать, что она обозначает! А обозначает она то, что ты теперь принадлежишь одной группировке. Нужно объяснять, что значит слово «группировка»?! — с каждым словом он заводился всё сильнее и Ксюша уже сто раз пожалела, что повелась на провокацию Марика и приперлась в клуб Руса.

— Я не знала, правда. Чего орать-то так? Ну сделала и сделала… Понравилась она мне, — обиженно надула губы, что всегда действовало на Руслана если не успокаивающе, то хотя бы гнев его усмиряло.

Не в этот раз.

— Я тебе тоже нравлюсь? Даже настолько, что готова уродовать своё тело? Или это протест такой? Ксюш, какого хрена с тобой происходит? Ты взрослая уже, а ведёшь себя, как ребёнок!

Девушка вспыхнула и в больших, красивых глазах зажглись огоньки.

— Вот как?! Значит, всё-таки взрослая? Тогда почему же ты не обращаешь на меня внимания, как на взрослую девушку?! Почему ведёшь себя так, словно ты мой папочка?! — кто знает, алкоголь в её крови бурлил или что-то другое…

Скорее всего, это был взрыв тщательно скрываемых ранее эмоций. Правда, недостаточно тщательно… Раз Руслан догадался о её чувствах.

— Да потому что ты для меня та самая девочка, которая меня «папочкой» называла! Потому что, сколько бы тебе не было лет, ты навсегда останешься для меня маленькой Ксюшей! Понимаешь, мать твою?! Понимаешь?! — встряхнул застывшую девушку и заорал в лицо. — Ты не интересна мне, как женщина! Ты ребёнок, блядь! Маленький, несмышленый и глупый!

Наверное, ещё больнее сделать ей он не мог. Даже, если бы воспользовался ремнём. Даже, если бы выдрал сердце из её груди и бросил под ноги.

Ксюша отшатнулась от него и, толкнув кулачками в грудь, бросилась к двери. На этот раз её никто не удерживал. Хотя она надеялась до последнего. Даже когда выбежала на улицу, обернулась, но Руслана не увидела. Он не пошёл за ней.

* * *

— Ооо… Погоди-ка, зайка. Дай мне это сюда, — Марик отобрал у девушки бутылку и, отхлебнув из горлышка, закашлялся. — Ну и пойло у моего папашки… Ты в усмерть, что ли, решила набраться?

Ксюша равнодушно пожала плечами и, забрав обратно бутылку с виски, приняла «на грудь» очередную дозу.

— Он мне сказал, что я глупый ребёнок.

Марк сложил губы «уточкой» и, отзеркалив позу подруги, скрестил ноги, облокотившись о спинку дивана.

— Если я признаю свой косяк и соглашусь с тем, что идея спровоцировать твоего бандюка на ревность была идиотской, дашь мне уложить тебя спать?

— Нет.

— Понятно.

Они пили и говорили ни о чём несколько часов к ряду, пока Ксюшу всё же не сморило и она уснула на плече верного друга. Марик укрыл обоих пледом и, чмокнув Ксюшу в лоб, закрыл глаза.

Марк — единственный, кто понимал странную, но необычайно красивую веснушчатую девочку и участвовал во всех её «закидонах». Более того, зачастую именно он был их инициатором, подкидывая Ксюше идеи, вроде: «сделать татуировку, как у любимого». Вместе попадали в неприятности, вместе из них выкарабкивались. В основном, конечно, с помощью Руслана выкарабкивались, но всегда вместе.

Марк знал все тайны Ксюши и ревностно хранил их. Так же остервенело он защищал девушку от самой себя, ибо у неё инстинкт самосохранения срабатывает крайне редко. К примеру, сегодня…

Ксюша даже в свой день рождения умудрилась поругаться с осетином, затем, с мамой, а потом и брату по телефону нахамила. И если бы этим закончился вечер… Так нет же. Неугомонную понесло в самый опасный район культурной столицы, где о культуре, на самом деле, мало что слышали.

Марику пришлось бежать за Ксюшей и почти насильно тащить её домой. Благо, два здоровых мужика, присланных Дигоевым быстро усмирили бунтарку и отвезли обоих к Марику домой.

ГЛАВА 3

20 октября 2028 г., 10:00

Я не знаю, что стало с ней. Когда, блядь, началось это? Когда она начала смотреть на меня, как на мужчину? Я облажался. Упустил момент, когда её ещё было возможно изменить, подавить глупости и навести на правильные мысли. Но, мать его, разве я должен был этим заниматься?! Я, по сути, чужой человек Ксюхе. Мало кто после такого расставания продолжает общаться с дочерью бывшей жены. Именно Марина должна была воспитывать свою дочь, разговаривать с ней, слышать её. Даже я — толстокожий мужик — это понимаю! Девка, она же не пацан. Снял ему тёлку на ночь, выдал презервативы и вопрос с половым воспитанием решён. Девка ведь другая.

Масть* ещё себе набила, Якудза*, блядь, малолетняя. А девочка выросла. Бессмысленно утверждать, что, задрав ей подол платья, я только наколку увидел.

Там уже всё как надо и даже лучше. И меня пугает это. Не хочу, чтобы какой-нибудь урод, вроде меня, полез на девочку. А это рано или поздно случится. Вспомнить только, как ушлепки обдолбанные на танцполе слюни на неё пускали. Переубивал бы, ублюдков гребаных.

Но всё же я был неправ. Слишком грубо и жестко с ней обошёлся. Помягче нужно было.

И подарок забыл вручить. Хотя не до него было.

Охранники, которых приставил к Ксюше доложили о её местонахождении и мне даже легче стало. Не придётся видеться с Мариной. Столько лет прошло, а я всё так же ненавижу эту суку. Нет, не от любви великой. Не потому что предала. А потому что лишила меня Ксюхи — единственного светлого лучика в моем непроходимом мраке. И сама не уберегла девчонку.

Мелкая спала, свернувшись клубочком и я невольно улыбнулся. Не знаю, что делает со мной эта девчонка, но то, что рядом с ней я превращаюсь в кисель — факт.

— Подъём! Алкаши просыпаются! — пробасил ей в ухо и мелкая вскочила, как ошпаренная. — А ты иди, кофе мне сделай, подружка, — зыркнул на малолетнего педика и тот испарился.

— Как ты меня нашёл? — потерла глаза и натянула одеяло до подбородка, взирая на меня не то с обидой, не то с укоризной.

— Я всегда тебя найду, где бы ты не спряталась, — потрепал её за щёчку и Ксюша улыбнулась.

— Всё равно ты гад.

— Знаю.

— А пришёл зачем?

— Подарок тебе привёз. А если будешь себя хорошо вести, то ещё и в нашу кафешку отвезу.

У меня, правда, вчера были другие планы. Хотел её в Милан за шмотками свозить. Вроде бабы кайфуют от этого. Но после её выходки, пусть и за это будет благодарна.

— А подарок где?

— В окно глянь.

* * *

Наверное, любая другая девушка на моём месте послала бы его в задницу. Мне же, неправильной, стоило только увидеть его лицо, чтобы растерять всю свою злобу и обиду. Для меня Рус особенный. Тот, на кого невозможно злиться. Тот, от которого невозможно отказаться. Для других же он чудовище. Так оно и есть, в принципе. Только я люблю это чудовище. И не важно, что он делает или говорит. Я готова прощать это чудовище вечно.

Всё-таки Марик был прав, когда говорил, что Руслан не сможет жить без меня так же, как и я без него. Жаль только, что любовь у него другая…

Укуталась в одеяло и под пристальным взглядом чёрных глаз поковыляла к окну. А там, внизу у подъезда, меня ждала роскошная красная «Ауди» с блестящими «колечками», перевязанная розовой лентой с огромным бантом.

— Это… МНЕ?! — повернулась к Русу и по его довольной ухмылке поняла — мне.

— Но без меня пока не будешь ездить. Не хватало ещё, чтобы бошку себе расшибла, — проворчал наигранно строго, что не могло не вызвать у меня улыбку.

— Я тебя обожаю, Рустик! — кинулась ему на шею и так повисла.

— Я тоже тебя люблю, мелкая, — поцеловал меня в щёку, а я зажмурилась от щемящей радости и удовольствия. — Ну что, едем трескать мороженое? Но учти, твою подружку я не возьму. Не хватало мне ещё петушат по кафешкам возить, — Руслан, такой Руслан.

* * *

— Доброе утро, — девушка пощекотала его острыми ноготками и залезла сверху, покачивая обнажёнными грудями без всякого стеснения.

Саша улыбнулся и, положив ей руку на затылок, надавил вниз. Прошёлся губами по тоненькой шейке и, перевернув её, уложил на спину.

— Ну привет, — промурлыкал с довольной улыбкой и хотел было отбросить мешавшее одеяло в сторону, чтобы продолжить утреннее приветствие.

Но Малика — так звали восточную красавицу, племянницу Руслана — неожиданно погрустнела и увернулась от поцелуя.

— Ты меня не любишь!

Саша хмыкнул и упал на спину. Он и не говорил ей никогда, что любит. Потому что не любит. И не скрывал этого никогда.

— Ты решила поскандалить? Если так, то можешь одеваться и проваливать.

— Ты снова назвал меня ночью Машей! Мне это надоело! — и наигранно всхлипнула, что дико раздражало Сашу.

— Переживешь! — поднялся с постели и пошёл в душ, а девушка мигом вытерла слёзы и бросилась к тумбочке, где лежал его телефон.

Время от времени она проводила такие «проверки», о чём Саша не догадывался, иначе, просто выкинул бы Малику из своей жизни. Правда, это было бы лишь поводом.

Саша встал под горячую воду и, уперевшись ладонями в стенку душевой кабины, закрыл глаза, позволяя обжигающим струям забрать усталость и дурные мысли.

Сколько лет прошло… Ему уже двадцать пять. А до сих пор так и не смог наладить свою жизнь, мучаясь и истязая себя ежедневно. Он так и не смог найти Машу, которая так сильно запала в душу. Саша человека ради неё убил, а она… Дрянь. Вырвала из его груди всё хорошее, что там было и ушла, оставив его с дырой вместо души.

Как оказалось, не так-то легко найти девушку, о которой ничего не знаешь. Тем более, в большом городе. Тем более, без поддержки Дигоева. Последний наотрез отказался заниматься поисками какой-то шлюхи и Саша его прекрасно понимал. Он уже смирился с тем, что никогда её не увидит, только вот сердце не хочет слушать доводы разума.

Парень вышел из душа и начал одеваться. Теплые руки Малики обвили его торс и обнажённая, она прижалась к его спине.

— Мне пора на работу, повёл плечами, избавляясь от навязчивых объятий и надевая свитер. — Пока, — с тем и ушёл.

Малика очень красивая, хозяйственная и не глупа. Всё в ней хорошо и замечательно. Кроме одного… Нет любви к ней. И хоть ты тресни, не прикажешь себе полюбить. Саша уже начал подумывать о расставании с девушкой, пока об этой связи не узнал её дядя. И совсем скоро он убедится, что сие решение — единственно верное.

Работа у Саши была не пыльной, но и не совсем обычной. Не желая расстраивать маму после их с осетином расставания, парень решил уйти с работы, которую ему предоставлял Руслан. По специальности тоже как-то не срослось. Вот и трудился Саша на «благо родины», выбивая долги из не совсем честных граждан. Да, собственными руками. И было чем — Саша вырос сильным мужчиной с внушительными данными. Хорошо, что мама не знала, как он использует свою силу.

Сегодня как раз намечалось одно дельце. Выехав из парковки, вжал педаль газа в пол и рванул с места, но уже через несколько секунд резко затормозил. Колеса противно завизжали, а девушка, что неожиданно выбежала на дорогу, упала под внедорожник.

— Твою мать, идиотка! Ты что, слепая, что ли?! Не видишь, что тут нет перехода?! — орал на несчастную, что пыталась подняться, но поскальзывалась и снова падала. — Дура, блин! А если бы я тебя…

И замолчал. Словно под дых дали, воздух перестал поступать в легкие.

— Саша? — девушка, казалось, удивлена не меньше его.

— Машка…

_____________________________________________________________________________________

Масть* — имеется в виду татуировка. Наколки нередко используются криминальными группами, как метод идентификации внутри иерархии.

Яку?дза* — традиционная форма организованной преступности в Японии, группировки которой занимают лидирующее положение в криминальном мире страны.

ГЛАВА 4

— Так, значит, решила свалить и забыть прошлое, да? Ну и как, забыла? Замуж вышла, да? — горько усмехнулся, заметив обручальное колечко на безымянном пальце и аж скривился от боли, что внутренности в узел связала.

Саша, конечно, не идиот. Прекрасно понимал, что верность ему никто не хранил семь лет, да и странно было бы ждать этого от бывшей проститутки. Но обжигающим пламенем зарождалась в нём злость на девушку. Ведь это он избавил её от той жизни, он показал, что можно повернуть свою судьбу в другую сторону. А теперь она с другим.

— Вышла, — Маша опустила взгляд на чашку с кофе, которую сжимала обеими ладонями.

— А я до сих пор не устроил свою личную жизнь. Знаешь почему? — голос его звучал неестественно, сухо, надломленно.

Не получалось у Саши скрыть боль, что рвалась наружу. Аж в горле всё тисками сдавило.

— Почему? — робко подняла на него взгляд.

— Потому что о тебе думаю. Семь лет ты в голове у меня сидишь, Маш. Только представь — СЕМЬ, БЛЯДЬ, ЛЕТ! — в сердцах стукнул по столу внушительным кулачищем и девушка вздрогнула, а посетители за соседними столиками, как один, повернулись в их сторону.

— Я не знала, Саш… Прости. Не знаю, почему тогда сбежала. Наверное, испугалась. Но… Я хочу, чтобы ты знал… — она заметно нервничала, заикалась и кусала губы. — Я тоже тебя не забыла. Думала, замуж выйду и забуду всё, но… Нет.

Саша рвано выдохнул и все едкие, обидные слова, что вертелись на языке испарились. Не ожидал он такое услышать. Да что там! Он и встретить её не ожидал!

— Маш, а дети есть у тебя?

— Что? Дети? А… Нет, — она словно не ожидала такого вопроса.

— Тогда пойдём со мной, — достал из кармана деньги, бросил их на стол и резко поднялся.

Взял её за руку и повёл за собой. Маша не воспротивилась и даже не сказала ни слова. Просто пошла за ним, как тогда, семь лет назад.

* * *

— Ты сегодня грустная, Мариш. Расскажи мне, что тебя беспокоит?

Она вздохнула и отвернулась к окну, где жёлтые листья осыпались с дерева при каждом дуновении ветра. В её глазах не было ни единой эмоции. Выражение лица расслабленное и даже скучающее. Она годами тренировалась не показывать свою боль. Скрывать её за маской безразличия и стервозности.

Единственный, кого она не могла обмануть этим напускным спокойствием — Антон, что наблюдал сейчас за ней, сложив руки в замок. Только здесь Марина могла быть самой собой.

— Вчера у Ксюши был день рождения. Восемнадцать лет… Взрослая уже моя девочка, — уголки губ дрогнули в подобии улыбки.

— Только не говори мне, что ты почувствовала себя старой, — мужчина хмыкнул. — Ты же знаешь, что это не так.

— Знаю.

— Тогда что?

— Мы поругались. Нет, не прям уж так сильно. Как обычно. Лёгкая перепалка и она хлопнула дверью. Просто… С ней что-то происходит. Я давно это заметила. Но говорить она отказывается. Я даже с мальчиками её пыталась знакомить, чтобы понять, в любви ли дело…

— И?

— Она всех отвергает. На сколько я знаю, у неё нет парня. Только Марик этот постоянно за ней таскается, но он нетрадиционной ориентации.

— Так…

— Мне казалось, что она влюблена, но я не могла понять в кого. Ведь просто так она бы не скрывала своего избранника.

— А вчера ты узнала, кто он? — Антон встал из-за стола и присел к ней на диван.

— Да. Она была пьяна… Сказала, что хочет уйти. К Руслану. Что ей хорошо с ним… Что… — Марина закрыла глаза и, проглотив комок в горле, выдохнула. — Она любит его.

— Разве это новость? Не понимаю, почему ты так расстраиваешься? Она и раньше от него без ума была.

— Ты не понимаешь. Я видела её глаза. В них столько боли, столько страданий… Она любит его, понимаешь? Не так, как раньше. По-другому. Как мужчину!

Антон замолчал.

О том, что дочь Марины странная он знал давно. Но чтобы настолько…

— Знаешь, может ей стоит прийти ко мне? Побеседуем, узнаем, что там за мысли у неё.

— И как ты себе это представляешь? Мне сказать, что её ожидает психотерапевт? — Марина выгнула бровь — вернулась холодная стерва.

— Рано или поздно тебе всё равно придётся нас познакомить. Иначе, как мы скажем ей о предстоящей свадьбе? Заодно и поговорим. Так сказать, в неформальной обстановке.

* * *

29 октября 2028 г., 18:05

— Машина? Серьёзно? — мама зло смотрела на неё, скрестив на груди руки и оперевшись о дверь Ксюшиной комнаты.

Да уж, идея рассказать о подарке Руса была не очень хорошей.

— А что такого? Я же сдала на права. Руслан меня подучит и смогу ездить…

— Не сможешь! Потому что ты вернёшь ему машину и точка!

Ксюша привыкла к тому, что стоит матери услышать имя Дигоева, как у той начинается истерика. Вот только почему из-за их сложных взаимоотношений должна страдать сама Ксюша? Какое она имеет отношение к их прошлому?

— С чего бы это? Рус подарил эту машину мне и только я буду решать, что с ней делать, — отрезала категорически, на что мать заскрипела зубами, но спорить не стала, так как в дверь кто-то позвонил.

— Будь добра, пройди на кухню. У нас сегодня гость, — в этом вся мама.

Она никогда не спрашивает, она ставит перед фактом. И плевать ей, что у Ксюши, возможно, были другие планы. А они, кстати говоря, были. Сегодня девушка планировала приступить ко второму пункту операции «покорить сердце осетина». Марик даже продумал детали хитроумного плана.

— Что ещё за гость? Если ты опять привела какого-нибудь мажористого ботана, то…

— Ксюша, ты можешь хоть раз не спорить, а просто сделать, что я говорю? — терпение матери было на пределе, как, в общем-то, и Ксюшино. — Я просто хочу познакомить тебя со своим… Мужчиной.

Девушка даже рот открыла от удивления. У мамы и мужчина! Нет, это, конечно, за гранью возможного, но посмотреть нужно. Ксюша уже привыкла к тому, что мама живёт в своей раковине, закрывшись там от всего мира. А тут… Мужчина!

Что ж, придётся отложить «план-перехват» и остаться дома. Какими бы не были напряжёнными отношения с мамой, Ксюша никогда не желала ей зла и на данный момент была несказанно рада.

— Ладно, мам, — улыбнулась ей, на что родительница прищурилась.

— Ладно и всё? Никаких скандалов и ворчаний? Просто останешься дома?

Ксюша вздохнула. Неужели она действительно такая плохая дочь?

— Да, мам, останусь. Я очень рада, что у тебя появился мужчина и хочу с ним познакомиться. Если он, конечно, не уснёт за дверью.

Мама охнула, чем вызвала улыбку Ксюши и бросилась к двери. Она заметно нервничала и в этот момент так была похожа на ту прежнюю маму… Ксюша даже о разногласиях забыла, искренне радуясь за родного человека.

— А Саша придёт? — крикнула вдогонку, когда дверь уже открылась и в квартиру зашёл высокий, худощавый мужчина в очках.

— У него дела, — улыбнулась мама и, приняв из рук мужчины букет красных роз, смущенно клюнула его в щеку.

Ксюша улыбнулась и, шагнув навстречу гостю, протянула руку для знакомства.

Антон оказался вполне сносным молодым человеком. Молодым, разумеется, для мамы. На вид ему было лет тридцать, но разница в возрасте (по понятным причинам) девушку не смущала.

— Итак, Ксюша, чем ты занимаешься, какие планы на будущее? — Антон оказался очень любопытным, что Ксюше показалось странным.

Мама почти всё время молчала, а он сыпал вопросами, как будто это Ксюша к нему в гости пришла, а не наоборот.

Спустя полчаса стало неуютно в собственном доме. Как-то не так она представляла знакомство с маминым ухажером. Более того, с каждой минутой он всё больше не нравился Ксюше. Возникало ощущение, что он пытается залезть ей в голову и что-то оттуда выудить.

Расспрашивал о личной жизни и друзьях. Вроде и ненавязчиво, но как-то беспардонно. И в конце концов, Ксюша не выдержала.

— Извините, я оставлю вас ненадолго, — улыбнулась маме, поймала её ответную, напряжённую улыбку и встала из-за стола.

Ей нужна передышка. Этот человек давил на неё морально, даже ладошки вспотели от напряжения и какой-то неловкости.

— Санька, привет, ты чем таким занят, что не смог приехать, а? А я тут за двоих должна отдуваться. Знаешь, этот Антон такой странный… — и замолчала, услышав женский смех в трубке.

Отлично! Она тут примерную дочь из себя изображает, а братец с бабами развлекается! Вообще-то, мог бы и порадовать мать своим присутствием!

— Не понял, мелкая, ты о чём? — и, не дожидаясь ответа, продолжил. — Слушай, ты представляешь, я Машку свою нашёл! Ту самую, Ксюх!

Ксюша хорошо знала «ту самую Машку», хоть и заочно. Саня всегда с сестрой делился своими переживаниями — настолько крепкие нити их связывали. Хоть и виделись редко, но это не мешало общению.

— О, даже так… Сань, я очень рада, правда. Эм… Ну ты там отдыхай тогда… Хотя, знаешь, мама не каждый день знакомит нас со своим мужчиной, ты мог бы сделать исключение.

Динамик на мгновение затих, словно Саша переваривал информацию.

— Ты о чём, Ксю? Какой ещё мужчина?

— Подожди, разве мама не звонила тебе? Не приглашала на ужин? — в душу закралось нехорошее предчувствие и, как окажется позже, не зря.

— Нет… Блин, мелкая, чего происходит там у вас?

— Да нет, всё нормально. Ты отдыхай, пока.

А действительно, что происходит?! Решила пойти на кухню и узнать всё лично у мамы, но по пути остановилась. В глаза бросилась лежащая на полу визитка и, подняв её, Ксюша выпучила глаза.