Истинная поневоле Эльденберт Марина

— Ты хочешь, чтобы я его отменила?

— Это твоя вечеринка. Я уже представил тебя стае, этого достаточно. Для меня важнее, чтобы твоя эмоциональность не навредила беременности.

В переводе на нормальный человеческий это означало, что Доминик будет только счастлив, если я буду безвылазно сидеть в своей комнате, обложившись подушками, и ждать родов.

Не дождется!

Я уже знакома с Венерой, Кларой, Оуэном, Чарльзом и Майклом, никто из них меня не укусил, а значит, в стае есть нормальные волки. Пора с ними познакомиться.

— Не волнуйся, — я подхожу к Доминику и хлопаю его по плечу, — просто оторви голову тому, кто меня сильно расстроит.

Вервольф резко притягивает меня к себе:

— Шарлин, обещай мне, что будешь вести себя хорошо.

Мы смотрим друг другу в глаза, а его губы очень близко от моих.

— Я когда-то вела себя плохо?

— Обещай!

— Не буду! Разве что могу поменять предыдущую клятву на эту. Я веду себя как зайка целый вечер, но тогда могу в любое время звонить Хантеру.

— Ты поклялась.

— Да, и я выполняю свои обещания, но не раздаю их направо и налево.

Доминик утробно рычит, будто собирается прямо тут перекинуться. Может, и собирается, потому что так же резко отпускает меня и быстро направляется к выходу.

— Что насчет условий? — кричу я ему вслед.

— Я пришлю к тебе Венеру.

— С паролем от вайфая?

Рычание в ответ греет душу. Естественно, я не собираюсь звонить Хантеру, но в душе разливается чувство удовлетворения от этой маленькой мести.

Правда, свои обещания Доминик тоже выполняет: через час ко мне в спальню стучится его ассистент, которую я сгребаю в крепкие дружеские объятия. Прошли сутки с моего пребывания здесь, а у меня ощущение, что вечность. Хотя, может, на меня так влияет беременность.

Кажется, волчица немного шокирована, но не пытается отстраниться, обнимая меня в ответ.

— Я попросила Доминика сделать тебя своей помощницей на время беременности, — решаю прояснить все сразу. — Но все зависит от тебя, хочешь ты этого или нет?

Я приготовила эту речь заранее, потому что, когда Доминик ушел, задумалась, приятно ли будет Венере находиться рядом со мной.

— Почему я должна этого не хотеть? — улыбается волчица.

— Из-за ребенка. Возможно, тебе неприятно…

— Нет, — прерывает меня она. — Я очень хочу быть твоим ассистентом. Для меня это большая честь, женщина альфы.

Я прищуриваюсь.

— А вот этого не нужно! Мы подруги, и я обещаю тебя не сильно нагружать.

— Можешь нагружать меня, сколько захочешь, — смеется Венера.

— Пойдем на диван, будем готовиться к вечеринке. Ты расскажешь мне про стаю. Кто из них нормальный, а кого лучше обходить стороной.

Собственно, туда я и направляюсь, только моя помощница остается на месте и показывает на пакеты, которые принесла.

— Я думала, мы начнем с выбора образа для вечеринки.

— Образа? Я его уже выбрала, — киваю на кровать. — Не на бал же собираемся?

— Джинсы и свитер?! — не оценила мой выбор Венера. — Так не пойдет.

— Я хочу быть собой.

— Ну не настолько же!

Она складывает руки на груди.

— Хотя бы выбери топ и надень красивые туфли.

— Я беременна.

— Тогда точно нужно красивое платье, которое подчеркнет животик.

— Нет у меня пока животика!

В общем, мне приходится смириться с тем, что Венера не выпустит меня из комнаты в недостойном женщины альфы виде. По ее словам, все сегодня будут при параде, поэтому мы останавливаемся на стильном черном платье с летящей юбкой, а мои волосы Венера выпрямляет утюжком.

Бал или не бал, а чувствую я себя как на выпускном.

— Чарли, — говорит Венера, заканчивая с прической, — Доминик предупредил, что тебя нельзя волновать, но я должна тебе кое в чем признаться.

— Начало мне не очень нравится, но, учитывая, что я уже волнуюсь, признавайся быстро.

— Ко мне приходил Хантер Бичэм. С сообщением для тебя.

В том, что Хантер настойчивый и целеустремленный, я уже успела убедиться. Но, кажется, он вообще без тормозов!

— Ты разговаривала с Хантером? — Я крутанулась на стуле, заглядывая Венере в глаза.

Видимо, слишком пристально, потому что она делает шаг назад.

— Да. Вчера. Он сказал, что не может до тебя дозвониться.

— Потому что Доминик оставил меня без связи.

Брови Венеры приподнимаются:

— Доминик забрал твой телефон?

— Больше. Он перевернул с ног на голову всю мою жизнь. Но сейчас речь не об этом. Что там с Хантером? Что за сообщение?

— Он сказал, что у него какая-то важная информация. Насчет имани и твоей беременности.

— Что именно?

— Я не знаю, что. Он только попросил передать, что это очень важно. Если ты хочешь сохранить беременность, ты должна позвонить ему.

Ему?! Разбежалась и звоню!

Мне порядком надоели все эти загадки и интриги. И конечно же страшилки насчет моей беременности! Доктор говорит, что я развалюсь, если буду нервничать, Хантер — наоборот, если прочитаю древние трактаты, то все у меня будет замечательно. Кому верить?

Или Хантер тут вовсе ни при чем?

— Доминик в курсе, да? — Я прищуриваюсь. — Это такая проверка моей клятвы? Сдержу ли я слово.

Венера выглядит ошарашенной.

— Клятвы? Нет, Доминик не знает о нашем разговоре с Хантером. Мне стоило ему обо все рассказать, но тогда придется рассказать все остальное.

Волчица обхватывает себя руками, а последние слова выталкивает из-за себя чуть ли не шепотом.

— Что остальное? Хантер обидел тебя? Если обидел, я оторву ему то, чем он делает волчат!

Венера нервно хихикнула, а я, между прочим, не шутила.

— Ко мне приходил мой бывший альфа.

— Бывший альфа?

— Бывший муж. Он вел себя… как обычно.

— Тот самый, который выгнал тебя из стаи и лишил фамилии?

— Он не лишал, — качает она головой, но тут же признается: — Да. Он обернулся в волка, когда пришел Бичэм, и они вступили в бой.

Я затаила дыхание. Бой с Хантером меня интересовал больше всего.

Потому что от того, насколько он силен, зависел исход их битвы с Домиником.

— И кто победил?

— Бичэм, — выдохнула Венера.

— Но твой бывший — альфа, — уточнила я, — и он сильный. Значит, он успел немного потрепать Хантера?

— Бичэм избил Августа, не перекидываясь в волка. В человеческой ипостаси. Я еще никогда не видела такой силы. Разве может быть полукровка таким сильным?

Хорошо, что я сидела, потому что наверняка села бы мимо стула.

— Хантер убеждал меня, что он вроде как новая ветвь эволюции волков и людей. Чудо природы.

— Как твой малыш?

Я положила руку на живот.

— Как мой малыш.

— Я не знаю, расскажет ли Август об этом старейшинам, — продолжила Венера. — Не каждый волк признается в поражении. Скорее, залижет раны и будет мстить. Но Доминик должен знать.

Доминик точно должен знать. Особенно сейчас, когда времени осталось не так много. Но как заставить этого самоуверенного альфу поверить в то, что Хантер силен и опасен?

— Собираешься ему рассказать? — спрашиваю я.

— Да, — твердо заявляет Венера. — Сделаю это на вечеринке. Он мой альфа. Я приносила ему клятву верности.

— Почему тогда сначала рассказала мне?

Венера широко распахивает глаза.

— Потому что… Вдруг это важно? То, что знает Бичэм. И мне показалось, что мы можем стать подругами.

— Не можем, — возмущаюсь я, — мы уже подруги.

Я поднимаюсь и снова обнимаю ее.

— Ну что? Можно начинать вечеринку? Ты так пойдешь или переоденешься?

Венера хмурится, глядя на свое темно-синее, соблазнительно облегающее фигуру платье:

— Я недостаточно хорошо одета для вечеринки?

— Ты всегда одета так, будто собираешься на вручение какой-то кинопремии, но я решила уточнить.

Венера смеется: впервые за вечер легко и искренне.

— Пойдем, — говорю я, но она меня останавливает:

— Чарли! Ты ему позвонишь?

— На моем телефоне блокируется сеть, а доступа к вайфаю у меня нет.

— Вообще-то есть. — Венера достает из сумочки карточку с набором букв и цифр и вручает мне. — Доминик попросил передать.

Я сжимаю карточку в руке, и у меня даже зудят пальцы от желания немедленно его ввести, чтобы узнать, что нарыл Хантер.

Я пообещала этого не делать.

Не просто пообещала — дала клятву альфы.

Но я не вервольф и не альфа, а моей дочке может понадобиться помощь.

Вот если бы Хантер все рассказал Венере!

Так было бы гораздо проще.

Да и есть ли ему что рассказывать? Или Доминик прав и это очередная игра?

Кажется, я окончательно запуталась.

— Чарли! — говорит Венера, выталкивая меня из мрачных мыслей в не менее мрачную реальность. — Не звони ему.

Я приподнимаю брови.

— Почему?

— Он опасен. И пугает меня, а я не из пугливых.

— Верю, — коротко улыбаюсь я. — Но ты только что сама сказала, что это может быть важным для моего малыша.

Во взгляде Венеры отражаются мои сомнения, но она все равно упрямо сжимает губы.

— Доминику вряд ли это понравится.

— Мне тоже не нравится его скорая женитьба на Одри, и что теперь?

Я прикусываю язык, причем натурально, и легкая боль отрезвляет.

— Так, закрываем тему и идем веселиться. В конце концов, нас ждет вечеринка.

Венера догоняет меня в дверях и кладет руку на мое плечо:

— Я знаю, что ты расскажешь обо всем Доминику и он найдет лучшее решение. Он не такой, как мой бывший муж. Ради тебя он готов на все, Чарли.

Она выходит из спальни первой, мне остается только следовать за ней.

Хочется догнать Венеру и поспорить насчет ее слов, но я прекрасно понимаю, что буду спорить не с ней, а сама с собой. Потому что знаю себя и знаю Доминика. Не так, как хотелось бы, но знаю.

Что-то творится с ним.

Что-то там происходит в их волчьем обществе, о чем он упорно молчит.

А я? Я требую от него откровенности, а сама поступаю так же?

Нет, не на этот раз.

Он должен узнать про Хантера. И пусть делает что хочет, но пусть узнает все про имани и их детей, потому что я собираюсь сохранить свою малышку.

Нашу малышку.

Музыку слышно на третьем этаже, это какой-то современный кавер на ретро-мелодию. Холл первого этажа украшен длинными гирляндами желтых фонариков, а двери, судя по всему, не успевают закрываться из-за прибывающих гостей. Роль дворецких сегодня выполняют уже знакомые близнецы, и Чарльз подмигивает мне, когда мы с Венерой спускаемся по лестнице.

— Привет, — говорю, приблизившись к ним, когда очередная партия гостей, старательно сворачивающих на меня шеи, отправляется вглубь дома (предположительно в сторону большого зала). — Не видели Доминика?

— Привет! Альфа был здесь полчаса назад, но наверх не поднимался. Посмотри в зале для советов или спроси у ма.

— У ма?

— У Клары Экрот.

Вот это поворот! Клара, оказывается, старше, чем я думала, а Чарльз и Майкл кузены Доминика?

— Благодарю, парни.

Я увлекаю за собой Венеру, и мы движемся по стрелочкам-гирляндам. Музыка становится все громче, к ней присоединяются голоса. Которые синхронно стихают, стоит нам войти в зал. Еще бы мелодию остановить, и у меня будет полное дежавю.

Потому что все смотрят на меня.

Или, в данном случае, на нас с Венерой.

А я чувствую себя словно на чужом празднике: неловко и странно. Тем более что Доминика нигде не видно. Зато видно Клару, она стоит в кругу других волчиц, к ним и направляюсь.

— Всем привет! Чудесная музыка! А зал просто преобразился.

Зал действительно преобразился: украшенный разноцветными фонариками и свежими цветами, у стен столы с закусками, под потолком зеркальный шар. А вот народ еще трезвый и разбился на группы. Хотя, учитывая, что алкоголь на волков не действует, трезвым он так и останется.

— Благодарю, Шарлин, — улыбается волчица. — Очаровательное платье.

Мне показалось или она напряглась, бросив взгляд на Венеру? Интересно.

— Спасибо. Чарльз сказал, что вы знаете, где Доминик.

Клара покачала головой.

— Где-то в доме.

А поточнее?!

Этот дом как лабиринт.

Впрочем, спросить я не успела: возобновившиеся разговоры снова стихли. Клара посмотрела на двери и едва слышно прорычала:

— Только этого не хватало.

Я обернулась и наткнулась взглядом на пару, вошедшую в зал. Седовласый вервольф осматривался с таким видом, будто здесь плохо пахло. Его я видела впервые, но фамильный взгляд Конеллов успела узнать.

Тем более что под руку с ним шла Одри.

ГЛАВА 7

Сегодня Одри была в белоснежном платье, которое, наверное, в очередной раз должно было напомнить о ее статусе невесты. Ее длинные блестящие волосы волной стекали до самой талии, она сама была блестящей и нарочито довольной. По крайней мере, на губах Одри играла загадочная улыбка.

— Кто их пригласил на мою вечеринку? — поинтересовалась я, сделав упор на слове «моя».

Вопрос был чисто риторический, но Клара решила на него ответить:

— Пригласить в поселение может только альфа. Другие вервольфы не могут ступить на чужую землю без его позволения.

Их позвал Доминик?!

Это вряд ли. Он не подарок, но трясется над ребенком и моей спокойной жизнью.

— Исключения составляют невесты? — уточняю я.

— Нет. Только старейшины.

Мой взгляд переметнулся от Одри к ее спутнику.

Попроси меня кто-то описать его одним словом, я бы назвала его величественным. Королевская осанка, хищная грация и соответствующий взгляд. Общего с Ричардом Конеллом у них разве что взгляд и надбровные дуги.

— Это ее дед?

— Дядя, — на этот раз ответила Венера. — Джейсон Конелл.

Видимо услышав собственное имя, седовласый вервольф повернулся в нашу сторону. Меня тут же с головы до ног прожгли изучающим взглядом, на плечи словно опустилось нечто тяжелое, заставляющее отвести глаза и склонить голову.

Не склонила.

Даже не собиралась.

Еще чего!

Я повела плечами, стряхивая наваждение, и ответила ему так же прямо.

И кажется, смогла удивить, потому что главный Конелл сдвинул брови и направился к нам.

Вот бесы!

— Зачем он здесь? — быстро интересуюсь я у Клары.

— А ты как думаешь? Приехал посмотреть на женщину альфы.

Сомнений в этом не было ни у кого, потому что другие волчицы совсем отступили, оставив нас встречать высокопоставленных гостей.

— Они ведь нас слышат, да?

— Конечно, — не стала уходить от ответа волчица. — Когда с рождения живешь с отличным слухом, учишься честности. Либо говоришь все, что хочешь, чтобы услышали другие, либо держишь свои мысли при себе.

— Замечательный подход.

Я всеми лапами за честность.

Обсуждать дальше что-либо не имело смысла, потому что Джейсон и Одри подошли к нам. Правда, улыбка последней несколько померкла. Видимо, она смотреть на женщину альфы не собиралась. Я сейчас понимала ее как никто.

— Приветствую тебя, Клара Экрот, — обратился к волчице Джейсон.

— Приветствую, альфа Конелл. — В отличие от меня Клара склонила голову. — Но я сейчас не старшая женщина в поселении, поэтому сначала вам стоит приветствовать Шарлин.

Вервольф нахмурился сильнее. Одри приоткрыла рот. Все остальные замерли, будто попали на дармовой театр. И я вдруг почувствовала здоровую злость на Конеллов, которые мало того, что не верят в ребенка от Доминика, так еще пришли на мою вечеринку и пытаются меня опустить перед моей же стаей.

— Добро пожаловать в Морийский лес, альфа Конелл. Да, я женщина Доминика, и меня зовут Шарлин Мэдисон. Я ношу его волчонка. Кстати, ваша племянница узнала об этом одной из первых.

Одри как-то слишком шумно вздохнула и опустила взгляд, когда старейшина оглянулся на нее. Это только придало мне сил.

— Рада знакомству. Закуски и напитки здесь, танцы тоже будут в этом зале, где Доминик, подсказать не могу, сама его ищу. Приятного вечера!

Я растянула губы в вежливой улыбке и обошла парочку Дядя-племянница, но Джейсон шагнул в ту же сторону, преграждая мне путь. Волна его силы едва не отбросила меня назад.

Теперь я поняла, что дело вовсе не во взгляде: старейшина использовал на мне силу альфы. По идее, я должна была валяться у его ног, но мне не валялось. Я мысленно выстроила между мной и им защиту и еще сильнее расправила плечи.

— Ты не можешь быть женщиной Доминика, — заявил он. — Ты человек. Любовница, а не жена.

— Таких, как я, называют имани, мы способны выносить ребенка альфы.

— Это невозможно.

— Я столько раз за последнее время слышала подобное, что мне это уже порядком надоело. Доминик называет это чудом, я склонна ему верить.

— Доминик сам не ведает, что творит. Но все поправимо.

От последней фразы у меня по спине побежал холодок, и я непроизвольно прикрыла рукой живот.

— Вы мне угрожаете?

— Разве?

Ответить не успела, потому что кожей почувствовала яростный взгляд. Который почему-то предназначался мне.

Кажется, обернулись мы синхронно: я, Джейсон и Одри. К нам быстро шел сам Доминик, и вервольфы расступались перед ним, создавая живой коридор. И взгляд у него был не то чтобы недобрый, от такого Доминика мгновенно захотелось развернуться и сбежать. Если силу одного из старейшин я выдержала, то его гнев просто смел все мои внутренние барьеры, оставив совершенно беззащитной.

Стало обидно.

Так по-детски обидно, что меня снова сделают во всем виноватой. Что непочтительно гостей встречаю. Что вообще рот открыла. Что зациклилась на его невесте, век бы ее не видела!

Страницы: «« « 4567891011 » ... »»