Желание генерала – закон Свободина Виктория

Глава 43

После нескольких мучительно долгих секунд тишины, армия взорвалась одобрительным гулом. В быстро темнеющем небе вновь стали зажигаться магические огни и салюты.

Соул накинул мне на плечи плащ, то ли потому что прохладно, то ли потому что видеть это платье не хочет, но ничего не сказал. Никаких вопросов.

К нам подводят коня Соула и начинается новый торжественный проезд. Воины ликуют горащдо громче, чем вначале. Ощущение, будто все радуются победе в войне, а не свадьбе.

Но как же так с платьем вышло? Оно то самое, подаренное Соулом, только цвет изменился. А Ивен говорил, что сон никак повлиять на реальность нп может.

Осторожно скосила взгляд на генерала. То, что он не задает никаких вопросов, пугает и настораживает меня даже больше, чем если бы он устроил мне допрос с пытками.

Когда вернулись в лагерь и Соул снимал меня с коня, генерал вдруг вновь застыл.

Проследила за взглядом мужа. Платье! Оно вновь белое, словно тот цвет мне почудился. А может, и правда мне почудилось?

— Белый цвет идет тебе гораздо больше, дорогая, — прокомментировал превращение Соул. Значит, не почудилось.

Пиршество вышло на широкую ногу, гуляла в эту ночь вся армия без исключения. В генеральском шатре собралось все командование.

Играть скромную печальную невесту как по книжке мне совершенно не трудно. Тосты следуют один за другим, в основном на тему детей, чтобы их побольше, здоровых, и всех мальчиков-воинов-генералов. Ну, и конечно, не обходится без сальных шуток и пожеланий. Среди военных эти шутки ну очень откровенны и грубы.

Однако не все так уж веселы. К Соулу пообщаться подсел Оугуст и в какой-то момент пожилой военный словно между делом поинтересовался:

— Мы ведь уже скоро возвращаемся в столицу? — тихо спрашивает военный.

— Да, вы ведь знаете об этом, — спокойно отвечает Соул.

— Нет ли опасения, что наш любвеобильный император положит глаз на вашу молодую красивую жену? Впрочем, он это сделал ведь уже давно. По донесениям, император до сих пор не может успокоиться, рвет и мечет. Остановил отбор. Ждет не дождется нашего возвращения.

У-у. Только вспомню об императоре, и на его фоне Соул кажется не таким уж ужасным. Все познается в сравнении.

— Я убежден, что к моей жене император будет относится достаточно уважительно, — нейтрально ответил генерал.

Оугуст прищурился.

— Есть основания так полагать? Впрочем, о чем я, конечно, есть. Иначе бы ты не женился, верно? — мужчина переводит взгляд на меня. — Если только это не какая-то ловушка.

— Ловушка? Для кого? Для императора? Нет, что ты. Мы все присягали его величеству, обещая служить ему верой и правдой

Оугуст весело хмыкнул, но вопросов больше задавать не стал.

Пиршество продолжилось своим чередом, и длилось почти до самого утра. К моему счастью, генерал не спешил разгонять гостей и устраивать брачную ночь.

Но все хорошее когда-нибудь заканчивается. Гости за редким исключением уходили на своих ногах, большинство пришлось утаскивать более крепким товарищам или младшим воинам.

Мы с Соулом остались наедине. Страшно так, что не могу толком вздохнуть. Сейчас генерал приведет пару веских аргументов, что брачная ночь должна быть, а уж наследники и подавно, и все. Моя и без того похожая на кошмар жизнь превратится… что может быть хуже кошмара наяву?

— Иди в спальню, Эль, — приказывает Соул не терпящим возражений тоном.

Я уже так устала от всего, что даже бояться уже нет сил.

На деревянных ногах отправляюсь в спальню и там застываю. Что там надо было по книжке делать? Лечь, приготовится. На мне ведь еще платье.

Тянусь к крючкам на платье. Кажется, близость с Соулом все равно неизбежна. Это надо как-то пережить и пытаться идти дальше.

— Я помогу, — вдруг раздается за спиной голос генерала.

Его большим твердым рукам неожиданно легко поддаются все маленькие крючки и петельки.

Вот и все. Платье опадает к моим ногам, правда на мне еще остается красивое свадебное белье.

На всякий случай проверила. Белое. Никаких неожиданных изменений в цвете.

Стою. Пусть дальше сам, что хочет, то и делает. Да, я уже принадлежу ему по всем возможным законам, но от этого он моим врагом быть не перестал.

Генерал вот только делать не пожелал. Обогнул меня, на ходу снимая с себя форму, а потом и вовсе лег в постель, закинул руки за голову, полуприкрыв глаза, смотрит на меня лениво, как уставший хищник в засаде.

Это что такое? Может, что-то в сегодняшней книге неправильно читали? Почему он первый лег, приняв позу для сна?

Не знаю что делать, и спрашивать нет желания ложусь рядом. Все равно в другом месте спать не разрешат.

Сразу свет в палатке становится приглушеннее, но не гасится совсем.

Соул ложится на бок, повернувшись в мою сторону, а его тяжелая рука оказывается на моей талии.

Мои глаза широко испуганно открыты, поэтому я вижу, как генерал пальцем чертит на постели передо мной что-то. Линии тут же начинают светиться, складываясь в неизвестные мне магические символы.

— Что это? — спрашиваю я.

— Одно небольшое заклинание. Ночь была насыщенной, надо хорошо выспаться.

Символы погасли. Рука генерала осталась на моей талии, совсем спокойно не лежит, легонько поглаживает, но в целом, больше ничего не происходит. Соул сказал про хороший сон? Намерен выспаться? То есть, ничего не будет?

— А вы… не станете требовать брачный долг? — тихо спрашиваю я, внутренне обмирая от страха. Больше всего страшит ответ.

— Особо ничего не изменилось с этим браком, Эль. Или ты считаешь, что я женился на тебе, только чтобы добиться близости? Решение принимать тебе. Время еще есть до возвращения в столицу. Я буду стараться тебя максимально обезопасить, но у императора есть свои рычаги давления. Полагаю он будет в восторге от невинной генеральской жены. Как считаешь?

Поежилась. Выбор ужасный. Либо император, либо муж.

— Он будет рад и не невинной генеральской жене, разве нет?

Соул прищурился.

— Вероятно.

— А если я буду невинной, то у вас будет повод приглядывать за мной лучше. Вам ведь тоже не захочется, чтобы император получил вашу именно что невинную жену. Это будет поражение куда серьезнее.

Неожиданно, Соул весело расхохотался.

— Мне нравится, как ты пытаешься хитрить, маленькая жрица.

Конечно, генералу весело, а вот мне не очень. Натянула на себя одеяло по самый подбородок. Стало чуть спокойнее. Обманчиво спокойно.

— Да, конечно, поражение серьезнее, но для меня это будет только моральная неприятность. Впрочем, для тебя ведь тоже, да? Какая разница, кто из врагов будет первым, не так ли? Одинаково неприятно.

Как же хочется ударить Соула. Кусаю губы, чтобы не заплакать.

Генерал тесно прижимает меня к себе. Целует в висок.

— Завтра продолжим твое обучение магии. Постепенно ты будешь становиться сильнее. Чем ты сильнее, тем меньше будет тех, кто сможет тебя обидеть.

Глава 44

Уснула, на удивление очень быстро, буквально провалилась в сон без сновидений, и только проснувшись днем, поняла, что это как-то ненормально. Почему мне не приснился Ивен? Мне так нужно с ним поговорить. Может быть это из-за генеральского заклинания крепкого сна?

Долго размышлять не получилось. Соул погнал в душ, а затем на улицу, предварительно сказав, чтобы оделась удобно.

— Поскольку мне нужно тренироваться, а ты должна быть под присмотром и рядом, чтобы не скучать, тоже будешь заниматься тренировками, — огорошил генерал сообщением.

— Я могу и поскучать, — заметила я.

— Нет. Сначала разминка. Вставай в первый ряд.

Не знаю, кто в итоге удивился больше — я, или воины, пришедшие поучаствовать в генеральской тренировке. На меня косятся с осуждением, будто это я придумала тут с ними встать.

Но вот, началась разминка. Среди направляющих лично генерал и несколько крупных военных чинов, никто не отлынивает.

Благо, я не сильно опозорилась на разминке. Хоть и нахожусь среди тренированных мужчин, никто особо не гнал. Движения все знакомы — в приюте при храме мы каждый день начинали с зарядки.

А вот дальше стало труднее. Мужчины отправились на пробежку. Нормально не бегала я давно, только, когда от генерала сбегала, и то там все больше на лошади. Быстро выдохлась и оказалась в самом конце бегущей группы. Да уж. Вот на что я рассчитывала, мечтая о побеге?

Я уже не могу ноги передвигать, дыхания не хватает, а мужчины бегут себе и бегут, легко так, на меня нет-нет, да оглядываются, посмеиваются.

Нет, все, хватит. Села прямо на землю, пытаюсь отдышаться.

Вдруг возле меня возникли знакомые сапоги.

— Плохо, Эль. Мы только вышли. У тебя никакой выносливости, — пожурил меня генерал.

Хотела ответить что-нибудь колкое, но все еще дышу, как загнанная лошадь. Неожиданное ощущение полета, и я оказываюсь переброшена через плечо Соула.

— Пока придется так, — произнес Соул и побежал вместе со мной. Трясусь на его плече, как мешок картошки и не понимаю, что вообще происходит. Что за издевательство? Пусть дадут мне коня, я поеду рядом.

— А воины не будут задавать вопросы, почему я тут с вами тренируюсь? — закинула я удочку. — Все же я молодая новоиспеченная жена, и, по идее, должна без сил валяться в шатре после бурной брачной ночи.

— Ты не просто жена, а генеральская жена, а значит должна соответствовать. Генеральские жены очень выносливы. Несут свою службу и днем и ночью.

Тут уж я невольно хохотнула.

— Вчера мы с дамами читали книгу о том, какой должна быть правильная имперская жена, и там про выносливость говорится только в контексте вынашивания наследников.

— Я же сказал, что ты не просто жена.

Соул бежит, ни капельки не запыхавшись, говорит спокойно, ровно, мой вес словно и не чувствует, уже всех обогнал. Он сам монстр какой-то. Или ему магия как-то помогает? Заклинание выносливости!

После пробежки воины не стали отдыхать. Оказывается, это они только разогрелись, разбились на пары и давай биться между собой. Кто в рукопашную, кто на саблях, а кто и магический поединок устроил.

Мне выделили очень-очень пожилого, и, наверное, невероятно опытного воина, который стал меня неспешно учить науке рукопашного боя, в то время как Соул неподалеку, сняв рубашку уже вовсю наслаждается битвой на саблях с подчиненным.

Взгляд мужа сосредоточенный, генерал полностью сконцентрирован на своем противнике. Все движения четкие. выверенные. Соул не спешит наседать на противника, сначала его словно прощупывает, проверяет, выматывает, и только потом пара быстрых движений и конец поединка. Я смотрела не все время, но те что наблюдала — генерал ни разу не проиграл. Конечно, подчиненный мог и польстить генералу, поддаваясь, но что-то мне подсказывает, что дело не в этом. Просто Соул тот еще монстр. У него в предках нет тех чудовищ, что лезли из портала?

Когда с тренировкой супруг закончил, то обратил свой взор на меня. Короткий приказ следовать за ним, и мы уходим от лагеря немного дальше. Лагерь на виду, местечко довольно живописное, на холме, нас самих тоже видно, но если уйти чуть в сторону — то вряд ли.

Соул показывает мне заклинание, мне нужно повторить. Ничего не выходит. Магия, это, конечно, не мое. Об этом и сообщила Соулу.

— Нет, я думаю, у тебя есть все задатки. Скорее тут дело в мотивации. За каждую твою неудачную попытку — поцелуй.

— Что? — тут же всполошилась я. — Каждый раз, когда у меня будет не получаться, вы меня будете целовать?!

— Ты все правильно поняла. Ты вообще сообразительная девочка, так что быстро всему научишься.

Смотрела в этот раз я очень внимательно за Соулом. Нервничала, повторяя каждое его движение. И, о чудо! Все получилось. Хотя до этого мне казалось, что заклинание крайне сложное.

— Вот видишь, как хорошо у тебя получается, — похвалил генерал, а затем заставил повторить заклинание раз десять для закрепления. — Теперь следующее заклинание. Смотри.

Еще?! От напряжения и сконцентрированности меня уже трясет. Смотрю, как Соул творит новое заклинание, затем повторяю и ничего! Не получается!

Генерал вот точно не расстроился. Не успела даже охнуть, тут же оказываясь в его объятиях. Утащил меня в высокую траву, буквально упав туда. Он сверху. И он все еще без рубашки, несмотря на холодный ветерок, его тело до сих пор разгоряченное после тренировки. Взгляд у мужчины довольный, хищный.

— Не бойся, — говорит Соул приказным тоном, медленно наклоняясь.

Ага, как же. Я настолько испугана, что слово произнести не могу тело будто сковало и не мое.

Медленное наступление, стремительный рывок и сокрушительная атака. Генерал завладел моими губами и активно наступает, завоевывая позиции. Но я и не сопротивляюсь. Генерал такой большой, мощный, что я совершенно теряюсь, мне остается только принимать все то, что он со мной делает. Я не отвечаю, но и не пытаюсь сопротивляться.

Поцелуй становится все глубже, требовательнее. Но генералу интересен не только поцелуй. Чувствую, как резко задирается моя рубашка.

Грубая мужская ладонь удивительно нежно касается моего живот, гладит круговыми движениями, постепенно поднимаясь выше и… новый захват холмистой местности.

Я выгнулась от неожиданности и возмущения. Но мне никто слова не давал — Соул не прекращает поцелуй, его наглые руки уже вовсю исследуют новую территорию, сжимают, мнут, ласкают, то щекотно, то немного больно теребят. Из-за чего у меня мурашки бегут по коже.

В порыве исследовательского интереса Соул вдруг оставляет мои губы и переходит при помощи рта и языка, к тому что до этого так страстно и внимательно изучали пальцы, теперь же, его освободившиеся руки взялись за мои брюки. Что это он там делает? Штаны с меня стягивает?!

Хочу сказать все, что думаю о генерале, но дыхание почему-то сильно сбилось и в горле пересохло.

Ай! Из груди вырвался возмущенный стон. Он меня прикусил! Прямо за…

— Прекратите! — наконец справляюсь с голосом я. Правда говорю хрипло и тихо. — Поцелуй уже был.

Монстр по имени Риган неохотно замер. Поднял на меня свой ясный взгляд. Задумался о чем-то.

— Ах, да, точно. Я немного увлекся.

Глава 45

Генерал так легко и быстро поднимается, взяв меня за руку, помогает подняться и мне, но вот я себя чувствую тем самым мешком картошки. Ноги не слушаются, вот-вот осяду, руки дрожат. Кое-как этими дрожащими руками пытаюсь застегнуть ремень на брюках и одновременно подтянуть их. Когда только Соул успел расстегнуть? Вот этот момент пропустила. Наверное, магией. Еще и волосы растрепались. Повязка с них куда-то пропала.

С застегиванием ремня получается плохо. Соул посмотрел на это дело, и молча сам мне подтянул брюки до нужного уровня и застегнул ремень.

— У нас еще есть время до выезда, так что продолжаем обучение, — напугал меня объявлением генерал. Это почти как новый вызов и битва. — Сейчас я покажу еще одно заклинание.

— Подождите, но а как же то? Которое не получилось.

— Пожалуй, оно было слишком сложным. Ты к нему еще не готова. Можешь потренировать его сама на досуге.

Угу, то есть Соул дал мне заведомо сложное заклинание? Заведомо проигрышная кампания для меня была значит. Генерал не любит проигрывать.

Следующее заклинание у меня не получилось. За порядком действий следила внимательно, старалась все сделать правильно, но руки подвели — дрожь так до конца и не прошла, пальцы не слушаются. Сказывается еще и напряжение от мысли, что из-за проваленного заклинания снова предстоит поцелуй.

Ну вот, собственно, и все. Донервничалась.

Соул вздыхает, и увлекает меня к широкому валуну поблизости. Я уже успела подумать всякое страшное. Генерал сам садится на валун, меня усаживает себе не колени и…

Контрольный поцелуй в лоб. Быстро и сухо.

— Сосредоточься Эль. Мы не играем. Повторяю заклинание еще раз.

Урок продлился еще довольно долго. За это время меня поцеловали в висок, щеку, нос, макушку, из чего можно сделать вывод, что магия мне тяжело дается. Получалось через раз.

Последнее заклинание совсем не удалось — о себе дало знать постоянное перенапряжение. Перегорела.

В этот раз Соул предпочел поцелуй в губы. Долгий, не напористый, завоевательский, а неспешно-ленивый с осторожными поглаживаниями по волосам, спине и тому, что ниже. Поцелуй долгий, жутко меня смущающий.

— Пора идти, — с сожалением произнес генерал, отрываясь от моих губ. — В целом, неплохо.

— Что неплохо? — спрашиваю я, зажмуриваясь. Кровь стучит в ушах, сердце бешено колотится. Тело как-то совсем неправильно реагирует на генеральские поцелуи. Внизу живота томительно тянет.

— Твое освоение магических заклинаний. У тебя хороший потенциал.

Ощущаю прикосновение мужских губ к своей щеке. Легкие быстрые поцелуи покрывают все мое лицо, и я зажмуриваюсь еще крепче, забывая, как дышать. Эти поцелуи уже вне обучения, но у генерала свои правила и условия.

— Эль. Эль Соул, открой глаза. Тебе настолько страшно?

Мне невыносимо, и глаза открыть нет сил. Я не хочу ничего и никого видеть. Я хочу быть Эль Дио.

— Ты привыкнешь, — словно подслушав мои мысли, произносит генерал.

Взмываю вверх, и потому тут же распахиваю глаза. Мы идем по холму вниз, в лагерь. Точнее Соул идет, а меня несет, но в этот раз не как мешок с картошкой, не на плече, а на руках.

Обратное путешествие, как я заметила, проходит куда как медленнее, мы часто делаем остановки, в некоторых местах остаемся подолгу. Ползем, одним словом, с долгими перерывами на тренировки, перекусы, обеды, ужины и прочее.

Как-то поинтересовалась у супруга, почему так, а он на меня посмотрел в ответ насмешливо.

— Ты торопишься в столицу, Эль? Соскучилась по императору?

— Нет! — возмущенно отвечаю я.

— Этот поход дался непросто армии, много потерь. Необходимо дать возможность людям немного прийти в себя, а не гнать по делам.

— Ясно, — отвечаю я, насупившись. Нельзя было сразу нормально ответить?

— К тому же я и сам не тороплюсь в столицу. Уже заранее раздражает мысль о том, что кто-то будет пытаться отбить у меня жену, — с усмешкой добавляет генерал.

Угу, еще пусть скажет, что влюбился и ни за что императору в обиду не даст. Но, если без шуток, как бы не затягивалось возвращение, но столица постепенно становится все ближе, надо принимать какое-то решение.

Я не думаю, что мне дадут долго ходить невинной, но пока есть условный “выбор”. Кого из своих врагов я меньше ненавижу? По всему пока выходит, что Соула. Мы временные, но все же союзники. Подозреваю, что пока он ведет себя так, как ведет, потому что я ему нужна для достижения его целей. Будь иначе, он бы не церемонился, так что это все видимость и условность.

Незадолго до приезда в столицу придется отдаться. Очередная пусть и маленькая, особо ничего не значащая, но все же победа генерала.

После принятия решения, кажется, буду время понеслось неумолимо быстро. Вот уже и последняя остановка в крупном городе. После него, как сказал Соул, мы уже нигде надолго не остановимся, ни к чему обременять жителей деревень или подолгу стоять в открытом поле. Чем ближе столица, тем больше вопросов будет вызывать медленное продвижение войска.

В городе же воинам есть где разгуляться, но командование расслабиться не дает, воины соблюдают порядок, отдыхают культурно, и еще успевают поработать.

— Ваше высокопревосходительство, ваш приказ исполнен, глава повстанцев поймана. Как нам удалось выяснить, она организовала в городе, помимо всего прочего еще и преступную группировку, промышлявшую воровством и разбоями домов состоятельных подданных империи, — зайдя в столовую дома мэра (весь дом мэр на время приезда генерала передал в пользование ему и его подчиненным, благо, дом у мэра в городе не один) доложил старший офицер. Я сразу навострила уши. Неужели в империи еще пытаются сопротивляться? И что значит: “поймана”? Это женщина?

— Поймана? — тоже заинтересовался Соул. — Я полагал, это будет мужчина.

Старший офицер улыбнулся.

— Мы все так полагали, но это именно женщина. Молодая… очень злая. Ненавидит верховную власть. Ее допрос уже ведется, но она пока отказывается говорить. Возможно придется применить пытки, если так пойдет дальше, но…

— Что вас смущает? — равнодушно интересуется генерал.

— Она довольно… симпатичная. Рыжая. Солдаты наперебой рвутся ее “пытать”, будь немного жаль. После пыток, могут и в рабыни уже не взять.

Генерал, кажется, заинтересовался.

— Приведут ее сюда.

Сидящее за столом командование оживилось. Да что там, там, даже фаворитки возбужденно зашушукались, намечается что-то интересное, но…

— Пусть дамы покинут столовую, — приказывает Соул.

Возмущенные и разочарованные вздохи. Я тоже поднимаюсь. Мне страшно представить, что тут будут делать военачальники всем составом с бедняжкой, и как именно допрашивать.

— Эль, ты останься, — настиг меня голос генерала.

Вздрогнула. А мне зачем?

Опускаюсь обратно на свое место. Надеюсь, ничего особо страшного увидеть не придется.

Довольные мужчины ждут, и вот, приводят ее.

Ярко-рыжая, кареглазая, лицо немного грубовато, похоже чем-то на мужское. Раскосые глаза очень выразительные, злые-злые, даже бешеные. Одета пестро, яркий балахон, хорошо скрывающий фигуру. Взрослая. Думаю, старше меня на несколько лет.

Она неистово вырывается из рук держащих ее военных, а удерживают ее сразу двое, заломив руки, но девушке это не мешает, хотя она еще и в цепях, кажется, она не чувствует боли, а уж как изощренно ругается!

Пытаюсь запомнить для себя совершенно новые словечки на общеимперском и невольно завидую. Гордая, дикая. Я не могу выражать так свой протест и откровенно нарываться. Я должна быть осторожной и стараться выжить.

Девушку роняют на колени и держат, она кричит так, что уши закладывает, словно ее уже начали пытать, хотя ничего не происходит, ей ничего не делают.

Сидящие за столом военные сквозь весь этот крик, живо обсуждают внешность девушки, кажется, она многим понравилась. Просят Соула разрешить снять с нее балахон, но генерал отрицательно качает головой.

Через пару минут крик прекратился. Рыжая выдохлась, похоже.

— Вы все сдохнете, проклятые имперцы, как я вас ненавижу! Особенно военных! — хрипло произносит девушка, ни на кого не глядя.

— Чем же мы вам так не угодили? — с интересом спрашивает Соул и приказывает охраняющим пленницу воинам. — Снимите с нее цепи, это лишнее.

Рыжая вскидывает на Соула удивленный взгляд и… замирает. Смотрит на него во все глаза. Долго. Оценивающе. В ее глазах появляется восторг, восхищение, желание.

Э-э, я что-то не поняла. Что, так быстро кончилась огромная лютая ненависть к военным? Как-то уж очень быстро рыжая предала свои убеждения.

— Слишком много себе позволяете, — приосанившись, отвечает девушка, потирая запястья после снятия кандалов. Отвечает вроде бы язвительно, но взгляд на Соула при этом бросает кокетливый, с вызовом.

— А вы себе не много ли разрешили? Погромы, грабежи, призывы к свержению власти? Присаживайтесь за столом, обсудим этот вопрос, — в очередной раз удивляет рыжую Соул.

Девушка, недоверчиво поглядывая на генерала, встает, подходит к столу и садится рядом с ним. Вплотную. Генерал сидит во главе стола, я по левую руку, а она вот так вот втиснулась между генералом и Оугустом.

— Есть хочу, — нагло заявляет рыжая. — Пока не поем, говорить ни о чем не буду.

— Угощайтесь, — генерал гостеприимно кивает на ломящийся едой стол.

Довольная девица накидывается на еду, не забывая то и дело кокетливо стрелять глазами в моего мужа.

В дальнейшем ужин проходит достаточно мирно. На вопросы генерала рыжая отвечает достаточно лояльно, иногда и вовсе походя сдавая своих товарищей. Мне показалось, что ей льстит, то, что ее посадили за стол и разговаривают, как с равной. Ее зовут Легиль. Внебрачная дочь рабыни и зажиточного горожанина.

Да, генерал, конечно, сейчас прямо показывает отличный урок подчиненным, как надо правильно проводить допрос.

Огляделась. Ага, а вон, военный со свечкой в стороне стоит. Свеча горит темным пламенем и наверняка работает на слова Легиль. Еще один в военный в другом углу что-то активно записывает. Не иначе, слова девушки.

Мужчины за столом с интересом и восхищением следят за ходом разговора генерала и его пленницы. А мне теперь как-то обидно, все же очень легко Соул добивается побед, и я тут не исключение.

И вот, вопрос генерал задает уже прямо, причем очень серьезный, не про ближайших соратников Легиль, а тех, кто покрывал ее деятельность. Девушка уже обмолвилась, что это кто-то из верхушки города. Да, и, как я поняла, все эти погромы под знаменами повстанческой деятельности, часто просто красивое прикрытие для грязных дел заинтересованных лиц у власти, но зато на идею хорошо идут несведущий в делах молодняк.

— Пф-ф. Я не могу о таком говорить при всех, — эта лиса фыркнула и практически прилегла Соулу на руку. — Серьезную информацию только наедине и за определенные гарантии моей безопасности, свободы и материальной награды.

Так. Минуточка. А что там такое под столом делает рука Легиль?

Сделала вид, будто уронила вилку, посмотрела. Поразилась. Шустрая девица. Уже вовсю изучает одно из главных генеральских орудий. А Сул и не против, похоже. Судя по тому, что увидела, даже вполне себе рад.

Фу-фу. Сейчас наверняка еще пойдет с ней уединяться, и как мне после этого мне с ним в одну постель ложится? Только подумаю, и подташнивать начинает.

— Конечно, требуемые вами условия будут вам обеспечены… в пределах разумного. А пока можете пройти в соседнюю комнату с моим офицером и все ему рассказать. Мне же уже пора. Эль, — генерал накрывает мою руку своей и кивает в сторону выхода. — Идем.

Глаза Легиль широко возмущенно распахнулись, а в следующее мгновение в меня уже прицельно полетела метко запущенная вилка. Прямо в глаз.

Я не успела среагировать.

В изумлении и шоки смотрю на острия вилки. А еще на руку Соула, пальцами перехватившую и зажавшую эту вилку в каких-то милиметрах от моего лица.

За столом раздались аплодисменты мужчины и похвалы генералу за его быструю реакцию.

— Я случайно, — нагло заявила Легиль. — Не хотела никак обидеть вашу рабыню, извините.

Угу, конечно.

Схватила тарелку и запульнула в рыжую салатом. Ее никто не прикрыл, но она шустрая, успела немного увернуться, я попала только частично. Вдогонку водой из бокала уже прицельно по лицу попала. Пусть освежиться. И вообще, так ей, двуличной за преданных соратников, которые действительно верили, что действуют во благо.

— Ничего страшного. Извини, я тоже случайно, — ласково отвечаю я.

За столом раздался дружный мужской хохот.