Катарина. История одной куртизанки Зинина Татьяна

Глава 6

Дальше наши отношения с Элиотом развивались именно по тому сценарию, который предугадывал Мартин, да и леди Изабелла. Мой ухажёр позволил мне самой выбрать домик в тихом районе, и я, недолго думая, указала на тот, в котором уже жила целый месяц. Естественно, лорд Риллер не знал об этом, но мой выбор одобрил, и даже щедрым жестом оплатил аренду на полгода вперёд.

Слуг прислали из агентства, и теперь у меня снова появились повар, лакей и горничная, с которыми мы поразительно быстро нашли общий язык. Средств на меня мой спонсор не жалел. На второй день после моего переезда он пригласил ко мне одну из лучших модисток города и заявил, чтобы я ни в чём себе не отказывала. Через три дня подарил мне колье из белого золота, украшенное россыпью изумрудов. А на следующий день после этого пришёл ко мне вечером, приказал слугам накрыть для нас ужин, и после отпустил их всех до самого утра.

Ну… тут любой бы понял, какие именно планы у лорда, но я всё равно продолжала изображать из себя восхищённую благодарную девочку. Смущённо разглаживала складки на юбке, прятала взгляд. А Элиот видел всё это, и явно чуть терялся. Он хотел меня, но…похоже, понятия не имел, как помягче мне об этом сообщить.

В итоге поужинали мы вполне спокойно. За трапезой вели милую беседу. Лорд Риллер рассказывал, что скоро во дворце состоится костюмированный бал, что там соберутся все сливки империи. Говорил, что, к сожалению, не сможет присутствовать на этом мероприятии, потому что будет занят какими-то важными делами. А потом, попивая вино, расслабился ещё сильнее и поведал, что собирается продать принадлежащую ему часть ткацкой фабрики и вложить деньги в строительство завода по производству велиров. И, видимо, решив, что я могла не слышать об этих изобретениях, пустился в объяснения. Пояснил, что велиры — это небольшие летательные аппараты, работающие на магии воздуха. Сейчас их тоже производили в империи, но совсем мало, а он хотел поставить производство на поток.

Я слушала, кивала, смотрела на него с восторгом… ну и, конечно, не забывала словно между прочим чуть прикусывать губу, слегка касаться накрученного локона у лица и попивать вино. Мы сидели рядом за небольшим столиком, и вскоре Элиот придвинул свой стул ближе к моему и приобнял меня за талию.

— Кати, а я могу задать тебе личный вопрос? — спросил он, легко прикоснувшись губами к моей шее.

— Конечно, — ответила, непроизвольно вздрогнув. Это получилось само собой, но выбранной роли соответствовало прекрасно.

— Скажи… — начал мой кавалер, причём проговорил это у самого моего уха. — Ты уже… была с мужчиной?

Честно говоря, я не думала, что он опустится до таких разговоров. Но не угадала. Наверное, уместнее всего было бы сейчас покраснеть, но я, наоборот, повернулась к Риллеру и прямо встретила его взгляд.

— Катарина, — с тяжёлым вздохом произнёс он. — Мне безумно нравится тебя целовать, но для меня всего этого слишком мало, — честно признался Элиот. — Я очень старался быть хорошим, милым, внимательным. Хотел дать тебе время привыкнуть ко мне, но… ты такая красивая. Мне так безумно хочется сделать тебя своей.

— Кем? — спросила, едва слышно. — Любовницей?

— Любимой женщиной, — перебил он, строго встречая мой взгляд.

Не знаю, что он там разглядел, но его рука мягко опустилась на моё плечо и почти сразу медленно переместилась ниже, к самой границе довольно смелого декольте.

— Я хочу тебя, Кати, — с улыбкой победителя заявил Элиот.

И да, он знал, что я не смогу сказать ему «нет». Не после того, сколько он для меня сделал. Хотя… другая на моём месте, скорее всего, попыталась бы выкрутиться хитростью. Но у меня была другая цель.

— Элиот… — выдохнула, почти касаясь губами его губ. — Я…

Чуть отпрянула, изображая смущение, стеснение. Кажется, даже покраснеть умудрилась, потому что на лице лорда расплылась такая милая улыбочка, что и не передать.

— Что, милая? — мягко подбодрил он. — Говори.

— Просто, — отозвалась, опустив взгляд. — У меня так мало опыта во всём этом. Я… боюсь тебе не понравиться. Боюсь… сделать что-то не так. А мне так хочется стать для тебя лучшей.

Он издал нечто похожее на сдавленный стон и, не став ничего отвечать, с жадностью припал к моим губам. Целовал так страстно, резко, дико, что стало противно. Но я всё равно старалась отвечать с тем же пылом. Получалось, увы, неважно.

— Хочешь мне угодить? — прошептал Элиот, торопливо развязывая шнуровку на моём лифе. — Тогда просто делай, что я скажу. Уверен, девочка моя, ты быстро всему научишься. Я буду хорошим учителем.

Увы, терпения у лорда Риллера не осталось совершенно. Платье с меня он так и не снял, лишь спустил его до талии, обнажив плечи и грудь, юбку же и вовсе попросту задрал. А после смахнул рукой со стола посуду, уложил меня на него животом и быстро стянул с моего тела чёрные кружевные шортики. Чулки не тронул, ткань платья скомкал… а вот моим обнажённым ягодицам уделил особое внимание. Он мял их, ласкал руками, сжимал, кажется, даже целовал. А потом я почувствовала, как в моё лоно проникают его пальцы.

— Ох… Кати… — прорычал мужчина, на мгновение отстранившись.

Но прошло всего несколько секунд, потраченных им на борьбу с ремнём на собственных брюках, и его пылающий жаром ствол ворвался в моё тело. Резко, глубоко… больно. И тут же начал двигаться. Очень быстро. Слишком быстро для того, чтобы мне было хотя бы каплю приятно. А руки мои лежали на столе, и хоть как-то помочь себе я не имела возможности. Потому просто терпела, даже не в силах изобразить удовольствие.

В какой-то момент движения Элиота стали более размеренными, а вскоре он и вовсе остановился, прижавшись ко мне всем телом.

— Прости… милая… сейчас… — проговорил, погладив меня по бедру.

И вдруг его пальцы легли между моих ног и принялись нежно поглаживать набухший маленький холмик. Но что странно, это оказалось неожиданно возбуждающе. Честно говоря, я и не думала, что столь грубый любовник умеет так ласкать.

— Давай, Кати, расслабься, — шептал он, видя, что я начинаю двигаться в такт его пальцам.

Элиот выводил ими причудливые круги, змейки… или что-то подобное. Я могла только млеть, пусть морально этого и не желала. И когда моё тело было готово взорваться волнами оргазма, он резко двинул бёдрами, снова быстро наращивая темп. Но теперь я уже не терпела — наоборот, ловила его движения. Жаждала развязки, которая всё никак не желала приходить. Мне дико хотелось, чтобы он вернул пальцы обратно, чтобы помог, продолжил ласкать, но тот обеими руками крепко сжима мои бёдра, резко вбиваясь в моё тело.

— Элиот… — взмолилась, решив, что имею право получить хоть каплю удовольствия. — Погладь меня… там… ещё… пожалуйста…

— Ммм… — довольно протянул он. — Конечно, милая, — ответил лукавым тоном. — Но тогда ты будешь мне должна.

— Согласна.

— Договорились.

Его пальцы снова накрыли горячую плоть, поглаживая и надавливая именно там, где это сейчас больше всего требовалось. Стало почти хорошо. А когда эти поглаживания стали сопровождаться размеренными глубокими толчками… меня всё же накрыло волнами сладкого удовольствия.

— Да… Да… девочка моя. Давай… — рычал Элиот, снова с силой двигаясь во мне. А через несколько секунд издал непонятный стон, вжался в меня всем телом, и это странное горько-сладкое истязание всё-таки закончилось.

Я лежала под ним, ощущала грудью жёсткость стола и, несмотря на полученное удовольствие, мечтала отмыться от такой близости. Но показать своего отвращения не имела права. Не сейчас, и не в ближайшее время.

К моему счастью, в этот раз Риллер не стал требовать продолжения. Он сам поправил на мне платье, помог зашнуровать лиф, а после усадил меня к себе на колени и долго рассказывал, какая я замечательная, как ему было со мной хорошо. Пожаловался, что ему прочат в жёны какую-то холодную чопорную аристократку, которая никогда не примет его предпочтений в области физической стороны отношений. Элиот вообще много чего говорил, а я покорно уложила голову на его плечо и слушала… слушала.

К концу сего странного вечера мною было сделано два главных вывода: во-первых, этот мужчина любит поговорить после хорошего секса, а во-вторых, чтобы быстрее выполнить поручение Мартина, мне придётся очень постараться.

Но главное оказалось даже не в этом, а в том, что я решила впредь сама выбирать себе покровителей. И только тех, кто будет вызывать у меня желание. Только тех, кого я буду хотеть сама. Потому что терпеть близость с тем, кто противен, мне не нравилось совершенно.

* * *

Вероятно, я на самом деле очень хотела быстрее закончить наши с Элиотом отношения, потому и старалась делать для этого всё возможное. С энтузиазмом принимала все его странные предпочтения в области интимной близости, в число которых входили и болезненные шлепки по моим обнажённым ягодицам, от которых этот мужчина заводился почти мгновенно. Я терпела его грубость, даже делала вид, что мне это тоже нравится. А Риллер после каждой встречи привязывался ко мне всё сильнее. Но что гораздо важнее, он начал мне доверять. Почему? Понятия не имею. Но именно этого я и добивалась.

Теперь каждое утро после встречи со своим лордом я исправно записывала на листы всё, что узнала от него накануне, включая случайно оброненные фразы, которые могли иметь какое-то важное значение. Эти записи я складывала в конверт и раз в неделю передавала доверенному посыльному от Мартина.

Лично мне все россказни Элиота не говорили ничего. Он хвастался, что почти завершил сделку по продаже своей доли фабрики, что уже куда-то вложил деньги из полученного задатка. Признался, что пошёл на большой риск, но верил в успех, ведь у него теперь есть такая фея, как я. Эх, знал бы он, что эта самая фея способна творить добро исключительно в своих интересах…

Обычно Риллер приходил ко мне каждый вечер. Иногда являлся к ужину, иногда позже. Но однажды он… не пришёл. Не явился ни на следующий день, ни через неделю. А когда я уже решила, что обо мне забыли, на пороге моего дома появился лорд Лендом собственной персоной.

— Кати! — воскликнул он, глядя на меня с откровенным восторгом. Если честно, ещё ни разу я не видела его настолько довольным. — Прекрасная Кати, прими моё искреннее восхищение. Я в тебе не ошибся!

И, поймав мою ручку, поднёс её к своим губам.

По правде говоря, его поведение казалось мне странным. Я даже подумала, что Мартин пьян, но алкоголем от него совсем не пахло.

— Прикажи принести бокалы и каких-нибудь фруктов. Мы будем праздновать победу! — заявил гость, подталкивая меня в сторону гостиной. — Я ради такого случая достал из своей коллекции лучшее вино.

— А что мы будем праздновать? — спросила, всё ещё не понимая происходящее.

Когда мы прошли в небольшую гостиную, Мартин расслабленно растянулся в одном из двух стоящих рядом кресел, поймал мой растерянный взгляд и только теперь соизволил пояснить.

— Мы победили, Кати, — ответил, широко улыбаясь. — Риллер покинул столицу. Он хотел обыграть меня, провернуть за моей спиной сделку, способную меня разорить, но благодаря тебе я его опередил. Теперь у старины Элиота большие неприятности с его эрлинскими партнёрами, а я выкупил его долю нашей общей фабрики за бесценок.

Из всего сказанного Мартином я поняла только одно:

— Значит… теперь я свободна?

— Да, — подтвердил лорд, разведя руками. — Более того, Катарина, я уже перечислил на твой счёт в Императорском банке десять тысяч золотых. И ты заслужила эту сумму, милая. Справилась со всем лучшим образом. А ещё…

Он поднялся, вытянул из кармана бархатную коробочку, открыл её и протянул мне. Я же уставилась на лежащий в ней серебряный перстень с изображением чёрного солнца. Странный, но почему-то непонятно притягательный.

— Я долго думал, что тебе подарить, и выбрал этот артефакт, — пояснил Мартин.

Сегодня он постоянно улыбался, не пытался изображать высокородного лорда, и вёл себя небывало приветливо, от чего казался гораздо моложе.

— Что он даёт? — спросила, вытягивая кольцо из футляра и надевая на средний палец правой руки.

— Помогает пропасть из поля зрения того, кого ты не желаешь видеть, с кем не хочешь встречаться. А ещё он так же способен привлечь внимание того, кто тебе интересен. Очень пригодится на балах, — с самодовольным видом пояснил лорд Лендом, и тут же добавил: — Управляется мысленной фразой «посмотри на меня» или «не смотри на меня». Твой взгляд при этом должен быть направлен на соответствующего человека. Всё просто. Да и магия лёгкая, её почти невозможно засечь. Правда, действует недолго, но в экстренной ситуации может помочь.

Я с интересом рассматривала перстень, впервые прикасаясь к настоящему магическому артефакту. Раньше мне никогда не приходилось сталкиваться с чем-то подобным, потому эта диковинка казалась мне поистине сказочной. И лишь когда рука Мартина легла на моё колено, отвлеклась от созерцания его подарка и поспешила отодвинуться.

— Ты сказал, что я свободна, — напомнила, строго встречая его взгляд.

Тот же лишь усмехнулся, но новых попыток приблизиться предпринимать не стал.

— Мне казалось, что после такого… своеобразного любовника, как Риллер, тебе захочется почувствовать настоящее удовольствие, — пожав плечами, протянул мой гость.

— Спасибо, но пока мне бы хотелось просто отдохнуть, — ответила, с невозмутимым видом поднося к губам бокал. — Ты говорил, что я смогу сама выбирать себе покровителей. Или твоему слову нельзя верить?

На лице Мартина появилась кислая улыбка, но он всё же откинулся на спинку своего кресла и тоже отпил немного вина из бокала.

— Значит, я на твою благосклонность могу не рассчитывать? — спокойным тоном уточнил лорд Лендом.

— Сегодня — точно нет, — сказала, рассматривая его лицо.

Странно, но теперь, когда наша с ним сделка оказалась завершена, и фактически он больше не имел права указывать мне, что я должна делать, я стала воспринимать его иначе. Словно мы с ним были простыми приятелями.

— Тогда… может, я приду завтра? — хитро улыбнувшись, спросил этот плут. — И у меня будет для тебя сюрприз. Ты ведь помнишь про маскарад, на который я обещал тебя отвести?

— Конечно!

— А мой сюрприз связан с этим событием, — добавил Мартин. Затем отставил в сторону бокал с вином, бросил на меня полный сожаления взгляд и поднялся на ноги.

— И что же это за сюрприз? — не выдержало моё любопытство.

— Интересно? — спросил, шагнув ближе и медленно склонившись к моему лицу.

— Очень, — ответила, даже не думая отстраняться. При этом я продолжала смотреть в глаза Мартину, прекрасно видя, что ему нравится эта игра.

— Ты будешь меня ждать… завтра, скажем, после девяти вечера? — чуть хриплым тоном уточнил лорд.

А я потянулась вперёд, легко прикоснулась губами к его губам, чуть прикусила нижнюю и, отстранившись, ответила.

— Хорошо, — сказала, провокационно улыбнувшись. — Но… это будет наша последняя такая встреча. Мне приятно твоё общество, но я хочу сама выбирать себе мужчин.

— Как скажешь, Кати, — довольно ухмыльнулся Мартин. — Но ты позволишь остаться твоим другом? Я же могу иногда помогать тебе советом… а ты иногда можешь сопровождать меня на каких-нибудь скучных светских мероприятиях.

— Другом? — уточнила, слабо веря, что у нас получится просто дружить. Правда, с моей стороны было бы глупо отказываться от такого предложения. Потому и ответила: — Сочту за честь.

* * *

Постепенно моя жизнь вошла в новую колею. Теперь я снова принадлежала сама себе, могла сама выбирать, с кем и как мне проводить время, кому отвечать благосклонностью, а кого игнорировать. И всё это просто не могло не радовать. Аренда за мой дом была оплачена Риллером на полгода вперёд, нарядов в моём гардеробе оказалось больше чем достаточно, жалование слугам я выдавала из тех денег, что перечислил мне на счёт Мартин, на них же и жила.

По сути, мне и не нужно было никого охмурять, сейчас я и так чувствовала себя прекрасно, но… теперь этого мне стало недостаточно. Я слишком быстро привыкла к мужскому вниманию, к восхищённым взглядам, к подаркам и комплиментам, в конце концов. Потому, просидев дома несколько дней, сама выбралась на прогулку в городской парк, прогулялась по магазинам, пообедала в ресторане и, отчаявшись самостоятельно познакомиться с кем-то интересным, написала записку Мартину.

В тот же вечер лорд Лендом пригласил меня посетить с ним его друга, который устраивал фуршет в честь заключения выгодного контракта. Этим другом оказался Томирон Трисс — очень богатый молодой коммерсант, не имеющий титула. Он понравился мне, я понравилась ему, и уже на следующее утро мне доставили от него приглашение в театр… А ещё через неделю я получила в пользование новый белоснежный картел, а Том стал постоянным обитателем моей спальни.

Он был прекрасным любовником. Нежным, внимательным, щедрым. Ему нравилось дарить мне самые разные подарки, от милых мелочей вроде букета цветов, до дорогущих драгоценностей. Нам было хорошо вместе. Казалось, мы полностью друг другу подходим и во всём друг друга устраиваем. Но когда я уже решила, что Томирон ко мне неравнодушен, что у него есть ко мне чувства, что наши отношения могут перерасти во что-то серьёзное… случилось то, что быстро вернуло меня с небес на землю. То, что напомнило мне, кто я.

Тем вечером я осталась в доме одна. Все мои слуги работали только днём, да и при моём образе жизни лишние свидетели мне были ни к чему. Потому, когда в мою спальню бесцеремонно завалился пьяный Томирон в компании какого-то неизвестного мне мужчины, звать на помощь оказалось некого.

— Кати, детка, это мой друг детства Ларф, — промурлыкал Том, обнимая меня со спины и целуя в шею. — Ты ведь не откажешь… сладкая.

— Что ты имеешь в виду? — спросила, внутренне холодея.

Этот самый Ларф, оказавшийся высоким плотным бугаём, внешне напоминал простого деревенского кузнеца. Хотя, подозреваю, что он и был обыкновенным простолюдином. Именно об этом говорила и его обычная дешёвая одежда, и странные манеры, и бесцеремонный похотливый взгляд. Мне никогда не нравились такие мужчины. Более того, они меня пугали.

— В чём не откажу? — спросила, всё ещё надеясь, что ошиблась.

— Стать нашей на эту ночь, — грубым басом ответил этот самый Ларф. И двинулся ко мне. — Не бойся, красавица. Мы не грубые звери. Тебе понравится.

Я попыталась вырваться, но Том держал меня крепко. И вместо того, чтобы отпустить, развернул к себе лицом и строго посмотрел в глаза.

— Сладкая, тебе ведь нравится твой картел? — спросил ласкающим тоном. — Но… такая досада, он ведь до сих пор по всем бумагам принадлежит мне. Но если ты… — он провёл ладонями по моим плечам и снова наклонился к моему уху. — …если ты будешь хорошей девочкой. Если сможешь доставить нам с Ларфом удовольствие, завтра же утром он станет твоим… как и пять тысяч золотом в придачу. Хочешь? Ты же так любишь деньги.

Что я могла на это ответить? Томирон был умным человеком и сразу разгадал, что я за девушка.

«Живёшь одна, одеваешься дорого, но ни родителей, ни родственников, способных оплатить всё это, у тебя нет, — говорил он мне на второй день после нашего знакомства. — Значит, тебя обеспечивает мужчина. А так как постоянного кавалера у тебя нет, получается, что ты… содержанка, причём довольно легко меняющая покровителей».

Несмотря ни на что, его подобное положение вещей вполне устраивало. Единственное, что он потребовал — чтобы, пока я с ним, у меня не было больше никаких интрижек. Чтобы ни один другой мужчина ко мне не прикасался. И что теперь? Сам притащил ко мне какого-то деревенского бугая?

— Хорошо, Том, — сказала, понимая, что сопротивляться глупо, что никто меня в покое не оставит, а любое сопротивление только добавит мне боли. — Но после этого я больше не желаю тебя видеть.

Увы, вторую часть фразы он не услышал, занятый стягиванием с меня платья. Затем снял с себя штаны, улёгся на кровать, и недвусмысленно указал мне на свой налитый, стоящий колом агрегат. Том очень любил оральные ласки, и сейчас открыто предлагал мне удовлетворить его посредством моих губ и языка.

Это уже было вполне привычно. Можно сказать, что почти каждая наша встреча в спальне начиналась с подобных игр. Потому я даже смущаться не стала. Влезла на кровать, игриво подобралась ближе, склонила голову над его пахом… Но не успела приступить, как мою талию обхватили большие грубые руки Ларфа, заставляя встать на кровати четвереньки.

— Вот так, красавица, — сказал он. — Тогда всем будет хорошо.

И хорошо на самом деле стало. Пусть это и казалось странно… поначалу. Потому что пока я ласкала Тома… Ларф ласкал меня. Да так, что я просто теряла связь с реальностью. Его язык творил с моим лоном нечто безумное, его губы целовали меня там настолько горячо, что хотелось кричать. Но что самое поразительное — куда большее внимание он уделил той дырочке, которая обычно в подобных играх не участвовала. Он вылизывал её, вставлял туда пальцы, смоченные моими же соками, растягивал. А потом… заменил пальцы своим членом. Вот тогда и стало по-настоящему больно.

Почти сразу Том отстранил меня от себя, сел на край кровати… пристроился ко мне спереди и… в моём теле оказались одновременно два мужчины. Только после этого они начали двигаться. Слаженно. Будто на самом деле давно привыкли делить одну женщину на двоих. И с одной стороны, мне было даже немного приятно, необычно, но с другой… больно и гадко.

— Расслабься, девочка, — шептал сзади Ларф, гладя мои ягодицы. — Тебе понравится.

— Давай, Кати. Не напрягайся, — вторил ему Том, целуя меня в губы.

После этого глубокого расслабляющего поцелуя стало легче, но не настолько, чтобы получить удовольствие. Зато оба гада явно наслаждались процессом. Я же тихо молилась Светлым Богам, чтобы это побыстрее закончилось.

К счастью, долго сие истязание не продлилось. А едва меня оставили в покое, я поднялась с кровати и, глотая неожиданно навернувшиеся на глазах злые слёзы, выгнала этих двоих из моего дома. Кричала так, что они решили благоразумно не связываться с ненормальной и ушли.

В ту ночь, размазывая по щекам предательскую влагу, я приняла решение, что больше не хочу пережить подобное. Что роскошь и деньги не стоят того, чтобы позволять кому-то вот так надо мной издеваться.

Наверное, только теперь я поняла, что женщина, которой мужчина платит за близость — для него просто вещь. Он покупает её… как какой-то другой товар, и значит, может делать с ней всё, что захочет. Даже подарить другу… или разделить с этим другом. И купленная женщина не может сказать ему «нет», потому что она — бесправный товар. Потому что он всё равно не станет её слушать.

Сейчас у меня было достаточно денег, чтобы уехать и открыть где-нибудь в глубинке гостиницу или ресторан, а может, и магазин. Мне бы даже не пришлось работать, я бы наняла себе работников, а сама просто руководила бы процессом. И видят Боги, я бы покинула столицу следующим же утром, но… у судьбы имелись на меня другие планы.

Теперь, оглядываясь на всё произошедшее тогда, я всё больше уверяюсь, что это было предначертано свыше. Ведь уехать я не смогла (хотя даже вещи собрать успела). А остановил меня лорд Лендом собственной персоной, явившийся утром в мой дом и вручивший мне большую коробку с бальным платьем — для того самого маскарада, на который обещал меня отвести. Он-то и уговорил остаться ещё хотя бы на пару недель.

— Кати, в субботу бал в императорском дворце. Ты ведь так хотела там побывать… — говорил он, держа меня за руку. — Я достал приглашение на твоё имя. Сам, увы, присутствовать не смогу. Но ты, Кати, обязана там побывать.

И я согласилась. Тем более что и наряд, и маска, и украшения благодаря его стараниям у меня уже имелись. Вот только в тот же день договорилась с горничной и лакеем, что теперь они будут жить в моём доме. А также распорядилась установить на дверях новые замки и решила раскошелиться на дорогущую магическую защиту. На самом деле, теперь я была готова на всё, лишь бы произошедшее ночью никогда больше не повторилось.

Да, Том, как и обещал, прислал мне документы на картел и бумагу, подтверждающую перевод на мой счёт даже не пяти, а пятнадцати тысяч золотых. Он даже написал, что дико извиняется, что был пьян и надеется на моё прощение, но… я порвала эту записку. Теперь наши с ним отношения точно были закончены, и продолжать общаться с ним мне совсем не хотелось.

Я вообще больше не желала спать с мужчинами за деньги или подарки. Решила для себя, что уеду после бала и начну новую жизнь. Открою своё дело, может быть, встречу достойного молодого лорда или обеспеченного простолюдина, выйду за него замуж…

Главное — пусть только теперь… пусть и с огромным опозданием, но всё же осознала, что роль куртизанки не для меня. Я для неё слишком чувствительная.

Глава 7

В день бала, стоя перед зеркалом и осматривая свой наряд, я пребывала в самом настоящем восхищении. Честно говоря, ещё никогда до этого момента мне не приходилось надевать на себя настолько шикарного платья. Оно оказалось тёмно-синим, длинным, а его подол украшали вышитые серебром меленькие звёздочки.

— Ночная фея, — с улыбкой заметила горничная Аманда, помогающая мне одеваться. — Вы прекрасны, мисс Кати.

Этот шикарный наряд дополнялся белыми перчатками и бело-синей маской с россыпью драгоценных камней. Волосы я решила оставить распущенными, чтобы образ феи выглядел достовернее, к тому же они сами по себе являлись моим украшением. Аманда лишь чуть завила их, и теперь они спадали на мою спину лёгкими волнами. Это смотрелось настолько правильно и естественно, что я сама не могла отвести взгляда от своего отражения.

— Жаль, что у вас не будет сопровождающего. Такой фее нужен достойный спутник, — вздохнула девушка, глядя на меня со смесью умиления и зависти.

Я же вдруг подумала, что между нами с ней не такая уж и большая разница. Да, сейчас у меня есть деньги, слуги, дорогое жильё, я иду на императорский бал… но ведь могла бы точно так же, как и Аманда, работать простой горничной. И не было бы в моей жизни ни лорда Риллера с его грубостью, ни Тома с его другом. Возможно, вечерами меня ждал бы любимый нежный супруг, который откладывал заработанные гроши, чтобы раз в месяц я смогла купить себе платье…

Да, я не была бы шлюхой, но и не имела бы всего того, что имею сейчас. Так стоит ли жалеть?

Отмахнувшись от непрошенных мыслей, накинула на плечи длинный тёмный плащ, проверила приглашение и покинула дом. Отправиться во дворец я решила на своём картеле. И… честно говоря, не думала, что задержусь там надолго. Всё же иИдти на бал без сопровождения было неправильно, но Мартин достал мне только одно приглашение, так что выбирать не приходилось.

Управлять картелом меня научил Том. Вообще, он был хорошим человеком, интересным, милым. Уверена, если бы не его жуткая последняя выходка, то наши отношения продлились бы гораздо дольше. Он ведь во всём меня устраивал. И внешне был хорош собой — жгучий брюнет с карими глазами, и характер имел приятный.

Он являлся внебрачным сыном какого-то герцога, титула не имел, но вот денег у него на самом деле было даже очень много. Несмотря на сомнительное происхождение, Томирон являлся одним из самых завидных женихов столицы. И пусть на куртизанке он бы всё равно не женился, но мне нравилось проводить с ним время. Вот только… уверена, к своей невесте или жене он точно не пришёл бы среди ночи вместе с другом, и не стал бы принуждать её к близости втроём.

Обо всём этом я думала, проезжая по широким улицам Себейтира. Солнце уже почти село, вокруг загорелись огоньки окон, вспыхнули рекламные облака вывесок на увеселительных заведениях. По мере приближения к дворцу картелов становилось всё больше, они выглядели всё дороже. А на стоянке у дворцовых ворот вообще оказалось не протолкнуться. К счастью, там дежурили лакеи, учтиво направляющие прибывающих гостей к свободным местам на стоянку картелов. Думаю, без их участия многие именитые лорды и леди рисковали подраться друг с другом прямо здесь.

Моё приглашение забрали при входе на территорию дворцового комплекса. Здесь гостей встречали несколько гвардейцев и два мага, следящие за тем, чтобы никто не пронёс внутрь ничего запрещённого или опасного. После, следуя за другими приглашёнными, я прошла по широкой аллее, украшенной магическими иллюзиями горящих огнём факелов, поднялась по ступеням парадного входа в здание и оказалась в широком холле.

На самом деле, я была настолько растеряна, что почти не обращала внимания на окружающую красоту, на украшения залов, на других гостей, разодетых в пух и прах. Я чувствовала себя здесь чужой. Лишней. Ненужной. Будто не имела никакого права заявляться на этот праздник.

И тем не менее, продолжила идти за остальными и вскоре попала-таки в огромный по своим размерам зал. Он показался мне таким большим, что страшно представить. По всему периметру его потолок подпирали большие колонны, за которыми прятались уютные диванчики и столики с напитками и закусками, на возвышении справа расположился оркестр, играющий приятную мелодию, а на площадке в центре кружили в танце десятки пар.

Но что поразило меня сильнее всего остального, так это полупрозрачные танцоры, парящие под самым потолком. Они казались призраками, решившими так же провести этот вечер весело. Дамы были одеты в старомодные платья с кринолинами, их кавалеры тоже выглядели соответственно. А ещё вокруг них порхали такие же призрачные птицы и драконы. И всё это выглядело настолько поразительно, что я просто не смогла отвести взгляда.

Танцевать мне совсем не хотелось, потому, пройдя за колонами, я нашла для себя за одной из них утопающий в полумраке закуток с диванчиком и разместилась там с бокалом вина. Пусть это и странно, но мне хотелось скрыться ото всех, спрятаться и просто посмотреть на императорский бал-маскарад со стороны.

Боги, здесь было настолько красиво, что я просто теряла дар речи!

Когда закончилась очередная мелодия и началась другая, призрачные танцоры растаяли, и потолок вдруг затянулся тьмой, на которой… стали медленно загораться звёзды. Теперь над гостями вечера развернулось самое настоящее ночное небо, а весь зал окутало дымкой, из которой скоро появились огненные кони. Присмотревшись, я увидела, что это единороги, да ещё и с крыльями. Эти странные создания бродили под самым куполом, иногда скакали, иногда взлетали. Они были прекрасны. Они казались мне чудом!

Мелодии менялись, люди кружили в танцах, одни магические иллюзии таяли и на их месте возникали другие. А я всё так же сидела в своём странном закуточке и любовалась этим великолепием. Никогда в жизни мне не приходилось видеть подобного, и сейчас я искренне наслаждалась этой красотой. Меня никто не беспокоил — полагаю, что для многих мой диванчик попросту не был виден. А может, эти аристократы просто поняли, что я здесь прячусь, не желая участвовать во всеобщем веселье.

Идея просидеть здесь весь вечер теперь казалась мне самой правильной. Наверное, я так бы и сделала, если бы моё уединение всё же не нарушили.

Под самым потолком как раз разгорался иллюзорный рассвет, поднималось из-за гор огромное золотое солнце, когда до моего слуха донёсся приятный мужской голос.

— У вас прекрасная улыбка…

Я дёрнулась от неожиданности и, повернув голову на звук, заметила молодого мужчину, одетого во всё чёрное. Он стоял, привалившись спиной к колонне, и смотрел на меня. Его короткие тёмные волосы оказались аккуратно зачёсаны набок, и я бы подумала, что это один из лакеев, если бы не его маска. На слугах красовались простые белые тканевые повязки с прорезями для глаз, а на этом человеке маска была такой же чёрной, да ещё и украшенной парочкой мелких бриллиантов.

— Простите, не хотел вас пугать, — добавил он, видя моё замешательство. — Просто вы весь вечер сидите здесь одна. Вот я и решил подойти. Вам нравятся иллюзии? — без переходов сменил он тему.

— Очень, — призналась, снова взглянув на рассвет, который уже превратился в огонь.

— Полагаю, и во дворце вы впервые, — добавил мужчина. — Подобные представления тут устраивают на каждый праздник.

— Вы правы, — ответила я, снова повернувшись к своему неожиданному собеседнику. Пусть мне не хотелось сегодня ни с кем разговаривать, но он почему-то вызывал у меня непонятную симпатию. — Можно сказать, что я оказалась здесь случайно. И вряд ли когда-нибудь ещё попаду, потому мне очень интересно посмотреть на всю эту красоту.

— А не танцуете вы, потому что не хотите ничего пропустить? — с понимающей улыбкой уточнил он. — Зря.

— Почему?

— Потому что из центра зала вид на всё это открывается ещё более поразительный. Не верите? — поинтересовался лукаво. — Я могу вам это доказать.

Он шагнул ко мне и протянул руку в приглашающем жесте.

— Извините, но… — хотела уже отказаться я.

— Отказы не принимаются, — самоуверенно заявил он, мягко сжав мою ладонь. — Уж простите, прекрасная незнакомка, но я не могу позволить вам просидеть здесь весь вечер.

И повёл меня за собой.

Почему-то сопротивляться этому молодому лорду не хотелось совершенно. Более того, стоило ему взять меня за руку, и у меня внутри будто что-то дрогнуло. Я сама сжала его пальцы, от чего он одобрительно улыбнулся.

А потом… мы закружились в танце. Этот галантный кавалер уложил вторую руку на мою талию и не позволил себе ни единого лишнего движения. А танцевал он поистине великолепно. Я же просто растворилась в мелодии и своём незнакомце, бросала взгляды на его лицо, прикрытое маской, на его губы, показавшиеся мне знакомыми, на его глаза, оказавшиеся ярко-синими, и вдруг подумала, что он поразительно похож на принца Дамира. Пусть Его Высочество я видела всего однажды, но зато прекрасно помнила, как он выглядел в моих фантазиях.

— Вы так на меня смотрите… — с лёгким смешком бросил он.

— Простите, — отозвалась, опустив взгляд. — Мне показалось, что я вас где-то видела. А учитывая, что в столице знаю немногих, просто задумалась, не можем ли мы с вами оказаться знакомы.

— Вряд ли, — хмыкнул он, но улыбка с его лица почти исчезла. Почему-то это отозвалось в моём сердце неприятной болью.

До самого конца мелодии мы больше не говорили. Я продолжала терзаться своими сомнениями, размышляя, может ли этот человек оказаться Дамиром, а мой кавалер просто о чём-то думал, иногда бросая на меня непонятные взгляды. Не удивительно, что про волшебное представление, что устроили дворцовые маги под потолком бального зала, я теперь забыла напрочь.

— Не желаете ли прогуляться по парку? — спросил мой загадочный кавалер, когда последние аккорды мелодии стихли. — Там, конечно, нет всех этих восхитительных иллюзий, но зато есть прекрасные фонтаны и множество интересных аллей.

— Мне казалось, вы хотели танцевать, а не сопровождать меня на прогулке, — отозвалась, чуть смутившись.

— По правде говоря, — протянул он чуть тише. — Я хочу побыть в тишине. Сейчас это единственное моё желание. Но буду рад, если вы решите составить мне компанию.

Он уложил мою руку на сгиб своего локтя и неспешно повёл в направлении выхода из зала. И я, наверняка могла бы отказаться, заявить, что хочу остаться в зале, вернуться обратно в тот скрытый закуток, где до этого коротала вечер… Но промолчала. Стоило мне представить, что этот загадочный незнакомец оставит меня одну, пропадёт из моей жизни, и душу будто окутывал неприятный холодок.

— Значит, вы решили идти со мной? — спросил незнакомец в маске, едва мы миновали одни из высоких двустворчатых дверей.

— Танцевать не хочется, на иллюзии я насмотрелась, — ответила, заметив, что вышли мы не там, где я заходила в зал. — А про дворцовый парк мне приходилось слышать много интересного. Так почему бы не прогуляться?

Мой темноволосый спутник хмыкнул, поймал мой взгляд и заговорщически подмигнул. И мне стало так легко, будто мы с ним были знакомы, как минимум, половину жизни. Хотя на деле я совершенно ничего о нём не знала.

— Скажите, прекрасная фея, могу я узнать ваше имя? — спросил он, увлекая меня за собой в одну из боковых дверей.

— Называйте меня Кати.

Мы оказались в небольшом коридорчике, который закончился ведущей вниз лестницей. Судя по всему, это был проход, предназначенный для слуг, а может, даже какой-то тайный ход. Сейчас это меня не особенно волновало. Куда важнее был идущий рядом мужчина, который вдруг решил, что ему будет удобнее, если просто взять меня за руку.

— А ваше имя я могу узнать? — поинтересовалась, когда мы спускались по крутым ступенькам.

— Зовите меня Филипп или Фил, — ответил он, толкая массивную железную дверь.

Вскоре мы всё-таки выбрались на улицу, но вышли не с той стороны, что была видна из окон бального зала, а совершенно с другой. И что странно, здесь оказалось довольно тихо и даже спокойно. Просторы раскинувшегося переда нами парка освещались парящими в воздухе магическими огоньками белого цвета, а на аллеях не было ни души.

— Удивительно, что сюда ещё не добрался никто из гостей, — сказала я.

Фил повёл меня по боковой дорожке, петляющей между высоких деревьев. И если я просто прогуливалась, с интересом рассматривая живые статуи из вечнозелёных растений, любовалась скульптурами, то мой провожатый явно направлялся в какое-то известное ему место.

— Ничего удивительного, — обернулся он ко мне. — Эта часть парка для гостей закрыта. Сюда никого сегодня не пустят.

— Но… как же мы…

— А мы знаем правильные ходы, — ответил он с самодовольной ухмылкой. — И вообще, Кати, не переживайте. Стражи здесь тоже сегодня нет. Все их силы сосредоточены там, где много гостей. Так что мы с вами можем спокойно погулять.