Стреляй, напарник! Белянин Андрей

– Это как же так? – Удивлению блондина не было предела. – Как не он? Ведь больше некому. Врёт он всё! Чистеньким себя выставляет.

– Говорю же тебе, – слегка повысила голос Варя, – его допрашивали медиумы и маги высшей категории. Им не соврёшь. Детектору лжи можно солгать, сыворотку правды обхитрить, но только не коллегию дознавателей Комитета.

Дав собеседнику пару секунд на осознание информации, девушка добавила ещё:

– Подумай также вот над чем: если Ашас убил и ведьму, и её подручную, то почему он оставил в живых медика из группы майора? Почему «волкодавам» он стрелял по ногам, а не в голову? Ведь они все враги, и, устранив их, он нанёс бы серьёзный ущерб Комитету. То есть выполнил бы свою прямую задачу эмиссара.

Повисла долгая пауза.

– А вместо этого он вдруг старается обойтись без лишних жертв. На встречу с меченым Карпухиным он явился безоружным. Пистолет медика, взятый им при бегстве, был найден и подобран в том же районе, где он скрылся. Откуда ни посмотри, Ашас хоть и опасный тип, но поступает вполне гуманно.

– Гуманно?! – Долгоруков не верил своим ушам. – Да этот гуманист нас на мушке держал. Если бы не вы с Борменталем, то мы бы с Тимохиным уже в морге прописались.

– Да, на мушке держал, – не стала спорить с очевидным Варвара. – Причём на мушке ваших же «рэпов». Но ведь не выстрелил! И вообще, если откровенно, первым стрельбу затеял Тимохин. Как только вошёл, не пытаясь вступить в переговоры, не предлагая сдаться, не пытаясь задержать, сразу открыл огонь на поражение. – Варя пытливо посмотрела в лицо Всеволоду. – И кто после этого опасен?

Дать ответ блондин не успел. Противный скрип тормозящих шин заставил обоих дискутантов оглянуться назад. «Калина» Тимохина, проехав юзом, резко остановилась. Её дверца со стороны пассажира была распахнута, а далеко позади с асфальта поднимался сам пассажир.

Водительская дверца тоже распахнулась, и из машины выскочил Александр с «рэпом» на изготовку. Крича что-то явно нецензурное, он бросился за эмиссаром, стараясь на бегу поймать его в прицел. Тот, не дожидаясь расправы, кинулся наутёк, петляя на бегу, чтобы не дать внештатнику прицелиться.

– Тимохин, скотина! – ахнула Варвара, когда раздался первый выстрел. – Задушу гада своими руками! Разворачивайся, догоняем их!

Долгоруков в растерянности замешкался, не зная, как выполнить приказ, не нарушив правила дорожного движения. Раздался звук второго выстрела. В отчаянии зарычав и обозвав Всеволода болваном, Варя едва ли не на ходу выскочила из машины и, закинув свой кейс за спину, погналась за баламутной парочкой.

Так и не решив, как же догнать коллег на машине, напарник Тимохина припарковал «опель» у тротуара и бросился в погоню на своих двоих. Ему удалось настичь их примерно в двухстах метрах от места экстренной остановки. Александр, держа руки на затылке, лицом вниз лежал на асфальте. Варвара стояла над ним, вздымая над головой кейс. Как видно, не уверенная, что одной затрещины по башке буяну будет достаточно, она была настроена повторить экзекуцию. Хотя бы ради профилактики…

Ашас, то ли виновник, то ли жертва инцидента, прятался за фонарным столбом в десяти шагах от них.

– Вы что творите?! – воскликнул Всеволод, подбежав поближе. – Кругом же люди смотрят.

– Это ты их спроси, – прорычала лейтенант, кивнув на Тимохина. – Что они творят, а?!

Александр, тихо ругаясь сквозь зубы, приподнял голову и уставился на начальницу с самым страдальческим видом.

– Варвара Андреевна! – простонал он. – Что у вас за манера чуть что сразу по башке? То пулю в лоб, то чемоданом по затылку. Вы меня угробить решили?

– Это что у тебя за манера чуть что сразу пальбу открывать?! – горячо парировала Варя. – Тебя на курсах разве не учили, как с огнестрелом обращаться? Что ты, как ковбой киношный, всё стрельбой решаешь?

Она нервно огляделась вокруг. Прохожие и участники дорожного движения с опаской смотрели на странную компанию, старательно обходя и объезжая их стороной. Тяжко вздохнув, девушка достала из нагрудного кармана красное удостоверение и, подняв его над головой, прокричала, обращаясь к свидетелям происшествия:

– Граждане, соблюдайте спокойствие! Мы сотрудники ФСБ, выполняем правительственное задание. Полицию вызывать не надо, справимся своими силами! Всем спасибо и приятного вечера!

Успокоив таким образом случайных прохожих, лейтенант поторопилась уйти в сторону, чтобы не привлекать к себе внимания.

– Долгоруков! Помоги ему подняться и доковылять до его машины. Ты, Тимохин, – голос её посуровел, – дальше едешь один. К нам присоединишься уже на месте. Ты! – Она строго ткнула пальцем в сторону эмиссара. – Быстро ко мне!

Не дожидаясь повторного приглашения, Ашас, как послушная собачонка, подбежал вплотную к командиру, опасливо косясь на Александра.

– Поедешь с нами, – приказала Варвара.

– С превеликим удовольствием, – радостно отозвался тот.

Наверное, он хотел сказать ещё что-нибудь, но девушка, взяв за ворот толстовки, потащила его за собой, предупредив вполголоса:

– Едешь с нами, но молча. Говорить будешь, только когда спросят. Всё ясно? Кивни, если да.

Арестант энергично закивал и показал жестами, что рот закрывает на замок. Так, в полном молчании, под пристальными взглядами окружающих горожан, группа лейтенанта Воронюк добралась до своих машин и отправилась на место охоты за информацией. Доехали быстро…

– Чем же вы так задели Александра, что он вас на ходу из машины вытолкнул и чуть не застрелил на глазах у всего народа? – спросил Борменталь у разговорчивого Ашаса, когда тот сделал паузу в своём рассказе.

– Ох, доктор… – протянул эмиссар из мира тьмы. – Это печальная история. И хоть я вас очень уважаю, позвольте мне не углубляться в подробный пересказ нашего с господином Тимохиным диалога. Одно могу сказать, причина инцидента в моей несдержанности на язык, а Александер очень вспыльчивый человек, когда дело касается моей персоны.

– Это верно… У Александра Васильевича к вам предвзятое отношение. Но сами понимаете почему? Ведь, по его мнению, вы ему жизнь сломали.

– Ой, да было бы что ломать! – всплеснул руками Ашас. – Жил один как перст, ни жены, ни подруги. Детишками не обзавёлся, в искусстве себя не проявил. Ведь, откровенно говоря, судя по метанию ножей, у него есть творческий потенциал, и он бы мог зарабатывать, привнося в этот мир красоту! А что вместо этого? Бегал целыми днями по торгашам и барыгам, прожигал своё время в интересах чужого дяди. Единственная работа, которая делала его реально счастливым, это участие в киносъёмках, проходивших здесь же, в Астрахани.

– А как вы об этом узнали?

– Что значит как? Я ведь, будучи тенью, почти неделю провёл в его мозгах. Видели бы вы, с какой ностальгией он рассматривал фото и ролики с тех съёмок. Аж слезу вышибает…

– Понятно, – улыбнулся Борменталь странной сентиментальности собеседника. – Но давайте об этом как-нибудь в другой раз поговорим. А сейчас вернёмся к событиям сегодняшнего вечера.

Ашас сделал сосредоточенную мину, показывая готовность вести серьёзный разговор.

– Что происходило после того, как вы перераспределились по экипажам? – задал наводящий вопрос доктор.

– Ну а что могло происходить? – пожал плечами рассказчик. – Расселись по машинам и продолжили путь к намеченной цели. Причём Тимохин, работавший до Комитета торговым агентом в том районе, знал все закоулки и проулки, поэтому к кафешке приехал первым…

Покинув машину, лейтенант в сопровождении двух подчинённых напраилась ко входу в кафе. Тимохин, дожидавшийся их на парковке, присоединился к группе.

– Чего так медленно? – съязвил он. – Я уже устал вас ждать, думал в одиночку идти.

– Вот и иди в одиночку знаешь куда?! – сердито рявкнула Варвара. По её тону легко было понять, о каком конкретном маршруте шла речь.

– Всё ещё сердитесь на меня? – понимающе кивнул Александр. – А зря, я ведь не…

– Тимохин, – перебила Воронюк, – я не сержусь, я в бешенстве! И если ты дорожишь своим здоровьем, то постарайся больше не делать ничего такого, что мне не понравится. А то ведь я могу пристрелить тебя на месте. И уже не из «осы».

Тот, не говоря ни слова, отвернулся и приподнял руки, как бы сдаваясь. Победно задрав голову, девушка вошла в кафе, остальные последовали за ней. На лестнице, чуть сбавив шаг, Варвара дала следующие распоряжения:

– Нам надо разделиться. Я и Ашас пройдём в зал-ресторан. Вы двое пойдёте в бильярдную или кегельбан. Потом постепенно проверим и остальные помещения. Мы, к примеру, зайдём в зал караоке. А вы, – она на секунду задумалась, – в зал игровых автоматов.

– Откуда вы так хорошо знаете их спектр услуг? – поинтересовался Всеволод. – Уже бывали здесь?

– Нет, Долгоруков, – устало выдохнула лейтенант. – В инете нашла их страничку и ознакомилась. Вы прямо как дикие люди, не знаете, как пользоваться современными коммуникациями.

– Я же говорил, он древний, как мамонт, – не удержался от шпильки Александр.

– Тимохин! – в один голос воскликнули все, гневно буравя его взглядами.

– Ладно, ладно! – примиряюще поднял руки Санёк. – Умолкаю.

Замяв в зародыше конфликт, группа прошествовала в фойе, оплатила на ресепшене стоимость входа и отправилась уже было по своим объектам, но возникла маленькая заминка.

– Всеволод, – остановилась лейтенант, – последи за Тимохиным и Ашасом. Мне надо на минуточку отлучиться.

Не говоря больше ни слова, она отправилась по своим делам. Внештатники проводили её восторженными взглядами, любуясь стройной фигурой в строгом костюмчике.

– А всё-таки она красивая! – мечтательно произнёс Александр, когда начальница скрылась за дверью дамской комнаты.

– Да, красивая, – не стал спорить Долгоруков.

– Но стерва, – добавил Тимохин, почёсывая поочерёдно лоб и затылок.

– Да, есть немного, – согласился и с этим заявлением коллега, почёсывая, в свою очередь, сначала лоб, потом ягодицу.

– Кстати, мне тоже надо в туалет, – вдруг засуетился Саша. – Не переживай, напарник, этого гада, – он взял за шиворот Ашаса, – на тебя одного не оставлю. С собой заберу. Ему тоже очень надо. Так ведь, морда вражеская?

Двойник изумлённо выгнул брови и недовольно покосился на свой оригинал:

– Вы так думаете, Александер?

– Я в этом уверен! – задушевно ответил тот, увлекая эмиссара за собой.

Всеволод удивлённо проводил их взглядом. Сначала ему захотелось пойти за ними следом и выяснить причину такого поспешного визита в туалетную комнату. Но он подумал, что если Варвара Андреевна вернётся раньше их и никого здесь не застанет, то, наверное, будет волноваться. Поэтому он остался на месте, дожидаясь начальницу.

Тем временем Тимохин завёл Ашаса в мужской туалет и, приперев его к стене, потребовал:

– Ну-ка, быстро снимай толстовку!

– Александер, что вы себе навоображали?! – изумлённо воскликнул тот, вжимаясь спиной в стену и прикрываясь ладонями спереди. – Я вовсе не приветствую разного рода гомосятину и прочие неуставные отношения.

– Потрынди у меня, потрынди, – прорычал внештатник, отпуская его, и, отступив на шаг, стал снимать свою джинсовку. – Если зубы не жалко, можешь ещё поязвить, но тогда не гарантирую, что я не сниму этот свитер с твоего трупа.

– Право слово, не стоит так горячиться, – постарался разрядить обстановку Ашас, бочком пятясь к выходу. – Если вам так холодно, то, пожалуйста, можете взять ещё и мой, пусть вам будет тепло, как на Мальдивах.

Тимохин, злобно матюкнувшись, снова припёр болтуна к стенке и, выхватив нож, приставил остриё к кончику его носа.

– Слушай, больше повторять не буду, – приглушённо пропел он тёмному эмигранту. – Либо ты сейчас же отдаёшь мне свою толстовку и надеваешь мою куртку, либо я за себя не ручаюсь.

Для убедительности он постучал плоской стороной лезвия по носу эмиссара.

– Подчиняюсь вашей убедительности и аргументированности, – сдался Ашас. – Если вы хотите просто обменяться одеждой, то не вижу в этом ничего предосудительного.

Когда обмен состоялся и оба переоделись, Александр подвёл своего клона к зеркалу и посмотрел на их отражения.

– Так, – резко выдохнул он, – твои кандалы под одеждой не видно. Это то, что надо. Осталось только подкрасить рожу.

– Как это – подкрасить?

Вместо ответа Саша достал из поясной сумки тюбики с краской для аквагрима. Два из них он тут же протянул двойнику:

– На, быстро рисуй на морде фингалы. Точно такие же, как у меня.

– Зачем? – ещё больше удивился Ашас, машинально принимая тюбики.

– Делай что говорят!

Сам он тем временем выдавил на пальцы краску телесного цвета и стал замазывать свои собственные синяки и ссадины.

– О-о-оу! – До эмиссара наконец дошёл смысл проделываемых манипуляций. – Кажется, мы накануне великой аферы. Ах, любовь, любовь! На какие только безумства не толкала она род человеческий. Какие великие потрясения и глобальные конфликты порождало это воспеваемое поэтами светлое чувство…

– Кончай трындеть, крась давай!

– Всё-всё, уже приступаю, – поспешил двойник, открывая тюбики. – Только скажите, Александер, вы уверены, что сможете таким несложным трюком провести столь проницательную девушку, как Варвара Андреевна?

– Да шут его знает, – ответил тот, не прерывая своей мимикрии. – Попробуем, а там видно будет. Как говорил мой дружбан на охоте: «Видишь, что утка высоко летит, всё равно стреляй. Попадёшь, не попадёшь, там видно будет. Но если не выстрелишь, то однозначно – не попал!»

– Мудро, – поддержал Ашас. – А этот ваш дружбан, он попадал по высоко летящим уткам?

– По уткам нет, – хмуро ответил Тимохин, продолжая замазывать ссадины. – А вот по мне однажды попал, сволочь. И в такое место, что чуть левее, и петь бы мне фальцетом в хоре Валаамского монастыря!

– Ого! – изумился эмиссар. – Наверное, поссорились после этого напрочь?

– Да нет, с чего бы? – снисходительно отмахнулся Александр. – Это же случайно вышло. А до этого он мне жизнь спас. Так что дружим не тужим. – Закончив на такой оптимистичной ноте, он тут же вернул себе грозный вид и сурово поторопил двойника: – Давай красься уже!

Когда Варя вернулась в фойе, вся троица была занята беседой.

– Что обсуждаем? – спросила она, поправляя причёску.

– Да ничего особенного, Варвара Андреевна, – ответил «близнец» в толстовке. – Просто господа Тимохин и Долгоухов… Ой! Простите, Всеволод! Конечно же Долгоруков. Так вот, они сплетничали о своём мужском. В основном конечно же спорили, какой у вас размер бюста.

Блондин при таком откровении уставился на нахала широко распахнутыми глазами. Второй «близнец», в джинсовой куртке, почему-то уставился в пол, ковыряя носком кроссовки ворс ковра. Не обращая на них никакого внимания, внештатник подошёл к девушке и подставил локоток.

– Прошу вас, Варвара Андреевна. Пойдёмте уже в ресторан. А то мы слишком долго стоим на виду у всех. Служащие комплекса начинают подозрительно коситься в нашу сторону.

Лейтенант немного помедлила, пригляделась ко всем трём подчинённым ещё раз, оглядела фойе, немногочисленных посетителей и решилась:

– Что же, идёмте. Но сначала внесём некоторые коррективы. В зал я пойду с Тимохиным.

Она отошла от услужливого кавалера и, остановившись возле его двойника, обратилась к Всеволоду:

– Долгоруков, тебе придётся работать в паре с Ашасом и приглядывать за ним. Не бойся, на нём кандалы. – Но, отметив тревогу внештатника, она залезла в свой чемоданчик, немного повозилась в нём и извлекла на свет небольшой брелок. – А для пущего спокойствия вот пульт активаци детонаторов. Нажмёшь эту кнопку, и его по частям будут собирать!

Всеволод с благоговейной осторожностью взял пульт и, преданно взглянув в глаза командирши, торжественно поклялся:

– Я пригляжу за ним. От меня не сбежит и ничего не натворит. Этот взрыватель даже не понадобится.

– Молодец, Долгоруков! – похвалила Варя. – Благодарю за службу.

С этими словами она тронула за плечо стоящего рядом «Тимохина» и направилась в сторону ресторана. Сияя, как начищенная монета, блондин подошёл к «Ашасу» и горящим взглядом проводил свою начальницу до самых дверей зала. Как только они скрылись, Тимохин, изображавший Ашаса, согнал со своего лица доброжелательное и обходительное выражение, заменив его самой зверской мимикой.

Не заметивший этой метаморфозы Долгоруков потянул его в сторону бильярдной. Оказавшись на лестнице, ведущей вниз, к бильярдным залам, Саша сбросил руку напарника, прорычав:

– Ну всё, отвали уже! Хватит меня, как девку, лапать!

Всеволод, до сих пор не разобравшийся, кто в действительности перед ним, решил расставить точки на «i»:

– Послушайте, Ашас. Не вынуждайте меня действовать с вами грубо и жёстко. Мы должны изображать отдыхающих друзей, ну или хотя бы приятелей. Так давайте создавать беззаботное настроение, чтобы нас ни в чём не заподозрили. Так будет лучше и для вас, и для меня.

– Да что вы говорите?! – язвительно ответил напарник. – Я дико извиняюсь за мой моветон, но не пойти ли вам, господин Долгоухов, в места не столь отдалённые, благо одно из них уже у вас за спиной, точнее, чуть ниже её.

Умышленное искажение его фамилии разозлило Всеволода. Он и так был расстроен тем, что Варвара пошла в ресторан не с ним, а, как он думал, с Тимохиным. Но задание, которое она ему дала перед уходом, и её похвала разожгли в нём самодовольный энтузиазм.

И теперь Долгоруков собирался выполнить данное ему поручение во что бы то ни стало. Он вцепился пальцами в плечо оппонента и, нагнувшись, самым строгим взглядом уставился тому в переносицу.

– Послушайте меня внимате…

Но тут мнимый Ашас вырвался из захвата и пробил прямой в «солнышко». Боль скрутила внештатника, но неимоверным усилием он распрямился и погнался за противником, который, нанеся столь подлый удар, неспешно двинулся дальше как ни в чём не бывало. Всеволод нагнал его уже на лестничной площадке.

Не успев как следует отдышаться и вообще прийти в себя, блондин атаковал «тёмного эмиссара». Тот жёсткими блоками отбил все удары и сам перешёл в атаку. Долгоруков, рыча от боли и ярости, выхватил было из-под куртки «рэп», но больше не успел ничего. Противник поймал его руку в болевой захват и, поигрывая отнятым оружием, спросил, не скрывая сарказма:

– Что-нибудь ещё желаете, милостивый государь?

Разозлённый до крайности Всеволод выхватил из кармана вручённый лейтенантом брелок и, направив на врага, прохрипел:

– Брось ствол! Немедленно!

– А если не брошу? – издевательским тоном спросил соперник.

– Нажму кнопку, – придавая голосу решимости, ответил геройский внештатник.

– Хм! Как страшно-то! А знаешь что? Валяй, жми!

И он направил Всеволодов «рэп» в лицо его же владельцу. С ёкнувшим от страха сердцем Долгоруков надавил на кнопку, стараясь опередить выстрел.

Ничего не произошло. Дуло его же пистолета уставилось ему в лицо своим чёрным оком. Покрывшись гусиной кожей, Всеволод неотрывно смотрел в смертоносный зрачок, а его палец рефлекторно продолжал раз за разом нажимать на кнопку брелока. Взрыва всё не было, его противник оставался цел и невредим.

Словно заворожённый, внештатник смотрел, как «враг», злорадно улыбаясь, приблизился к нему на пару шагов и, вдруг резко подпрыгнув, с разворота врезал ему ногой в грудь. Отлетев к стене, Всеволод всей спиной впечатался в её поверхность и скатился на пол. Сил не было не то что сопротивляться, но даже просто дышать. Его противник присел на корточки рядом, положив пистолет.

– Дурак ты, Долгоруков, – с каким-то не то сожалением, не то сочувствием произнёс Тимохин. – Да-да. Дурак! И уши у тебя холодные. Варвара-то меня враз раскусила, а ты повёлся, как лошара.

– Саш… Ты, ч… что ли? – еле выдавил из себя Всеволод.

– Ну а кто же ещё? – признался напарник. – Конечно я, не Ашас же этот чёртов, мать его за ногу, да об стенку!

Александр встал и ногой пододвинул «рэп» к напарнику:

– Забирай и поднимайся, пока нас тут не спалил кто-нибудь.

Ошарашенный блондин хлопал глазами, переводя взгляд то на пистолет, то на брелок, то на «врага», ставшего вдруг коллегой. Наконец кое-как разобравшись в ситуации, он схватил РПР и спрятал его под куртку. Тимохин подал ему руку, помогая подняться.

– А от чего же тогда этот пульт?

– Да какой, на фиг, пульт! – с горькой иронией произнёс Александр. – Обычный брелок. Ты же видел, как она в чемодане возилась. Наверное, ключи с него снимала.

– Умная девочка, – невольно восхитился Долгоруков. – Умная и хитрая!

– Не то слово! – согласился Саня. – Развела нас по высшему разряду.

Наверху лестницы показались посетители кафе, и напарники, мигом прекратив разговор и изображая подвыпивших гуляк, приобнявшись за плечи, прошли в ближайший зал. Их маленькая стычка вроде осталась незамеченной, что не могло не радовать.

В бильярдной они осмотрелись, неспешно пройдя мимо столов, и разместились у барной стойки. Заказали по пиву с фисташками, но пить не стали, памятуя опыт прошлого вечера, а лишь только делали вид, что пьют.

– Ну и что мы будем тут вынюхивать? Кого выискивать? – поинтересовался Александр, хрумкая фисташкой.

– Ты что, первый раз на задании? Всё как обычно, осматриваемся, нет ли знакомых, у которых можно получить информацию. Нет знакомых, значит, через спектральное зрение выискиваем людей с магическим и астральным свечением и стараемся войти с ними в контакт, наладить общение.

– Это я всё знаю, – отмахнулся Тимохин. – Просто в этой забегаловке, несмотря на раннее время, контингент довольно разношёрстный. Тут как в Ковчеге, каждой твари по паре и каждой паре по харе. Найдутся и маги, и колдуны, и экстрасексы всякие… Даже представители нелюдей и те тут, – добавил он, покосившись в угол, где за маленьким столиком под искусственной пальмой сидела ярко разодетая парочка.

Внештатники украдкой глянули в этом направлении, рассматривая парня и девушку в модных прикидах. Их бледные лица имели характерный синюшный оттенок.

– Скорее всего, кровососики. Рисковые ребята, солнце ещё не зашло, а они уже в разгул ударились.

– Так безбашенные, чего с них взять, – снисходительно откликнулся Саша. – С головой не дружат и уже вряд ли когда-нибудь начнут.

Вдруг он резко выпрямился и замер, уставившись на один из входов. Всеволод также дёрнулся:

– Ты чего напрягся?

Тимохин помолчал немного, продолжая всматриваться в коридор, виднеющийся за тем входом.

– Да так, – наконец ответил он. – Показалось.

Ещё несколько секунд он качался на стуле, но потом не выдержал:

– Надо проверить.

– Что проверить?

– Сиди здесь. – Не ответив на вопрос, он направился к дверям. – Я быстренько.

Скорым шагом он вышел в заинтересовавший его коридор, на секунду замер, вглядываясь вглубь… И, что-то заметив, почти бегом, понёсся в самый конец.

– Чего же ты там такого увидел? – прервал показания Александра «волкодав» с позывным Кот. – Что тебя туда понесло?

– Не чего и не что, – поправил Тимохин, – а кто. Женщина вышла из комнаты в коридоре. За ней я и увязался.

– Что за женщина?

– Ну… – Внештатник ненадолго замялся. – Я не могу утверждать, но мне показалось, что это была Надька Парфёнова.

На лице Кота проявилось непонимание.

– Карпухина. Та самая, у которой мы эмиссара брали. Парфёнова – её девичья фамилия.

– А! Понятно! – кивнул «волкодав». – Ну так что? Это она оказалась?

– Не знаю, – расстроенно выдохнул Тимохин. – Я её так и не догнал. Там, в конце коридора, лестница была. По ней можно было либо в подвал спуститься, либо подняться на следующий этаж. Я подумал, что вряд ли Надя, если это, конечно, она, будет по подвалам шастать, и побежал наверх.

– Но там её не было? – высказал догадку Кот.

– Не было, – подтвердил рассказчик. – На втором этаже дверь оказалась заперта. А на третьем лестница выводила прямиком в стрип-зал.

– Ого, – оживился боец Комитета. – Там что, стриптиз показывали?

– Наверное.

– Почему «наверное»?

– Ну там вертелась одна чикса на шесте, но раздевалась она или нет, не знаю, лично я этого не видел.

– Так ты чего? – В голосе Кота послышалось здоровое разочарование. – Зашёл на стриптиз, а само выступление не посмотрел?

– А оно мне надо было? – парировал Александр. – Что я, баб голых не видел? Если бы она хоть акробатические трюки на том шесте делала, тогда можно было бы и посмотреть, а то просто вокруг него ходила да задницей тёрлась. Ничего зрелищного.

– Совсем ничего? А сама стриптизёрша неужели ничем не привлекала?

– Да чем ей привлекать? – пренебрежительно хмыкнул Тимохин. – Ноги худые, бёдра узкие, вместо грудей прыщики какие-то. И взгляду зацепиться-то не за что.

– Да уж! – с пониманием кивнул дознаватель. – Это явно не Варвара Воронюк.

– Хе! Сравнил фигу сушёную с персиком спелым!

Кот от души хохотнул и уже собирался ещё что-то спросить, но Александр указал ему на стоящий на столе смартфон, записывающий их разговор на видео.

– Может, не будем отвлекаться на приватные темы? – предложил он «волкодаву».

– Э-э-э… да! – спохватился тот. – Так чем же ты занимался в том зале, если не смотрел выступление?

– А чем я мог там ещё заниматься? – удивился Тимохин. – Ходил по залу, выискивал среди посетителей Надежду Карпухину.

Динамики гремели клубной музыкой, заглушая любые разговоры в зале. Пара прожекторов освещала площадку с шестом, вокруг которого извивалась танцовщица в чёрном латексе, увенчанная пушистыми заячьими ушами. Сам зал вместе со столиками, за которыми сидели посетители, был погружён во мрак. Из-за отсутствия нормального освещения Александр не видел, здесь ли та женщина, которую он принял за Надю.

Чтобы всё-таки её найти и убедиться в своей правоте или ошибке, он стал обходить зал, приближаясь вплотную к столам и рассматривая посетителей в упор. Конечно же клиентам стрип-зала не понравилось столь пристальное внимание незнакомого человека. Поэтому внештатник поначалу притворялся изрядно выпившим, покачиваясь и бессвязно бормоча всякую ерунду, но где-то после пятого столика ему это надоело, и он, прекратив притворство, продолжал всматриваться в лица уже внаглую.

Шестой и седьмой столики он осмотрел бегло, грубо послав возмущавшихся клиентов. Но с восьмым столом произошла заминка. Ещё на подходе он понял, что столик можно или даже нужно обойти стороной, ибо за ним сидели только мужчины, а он искал женщину. Но по какому-то наитию он всё же подошёл к ним вплотную.

Четвёрка сидевших за тем столом окинула Александра равнодушными взглядами. Но равнодушными они только казались. Парень был уверен, что его, как рентгеном, просветили насквозь. А ещё он понял, что эти четверо отнюдь не местный контингент. За годы работы в Комитете Тимохин вдоволь наобщался с военными и от гражданских мог отличить их в любой одежде. То есть теперь он точно знал: перед ним солдаты.

Не дембеля со срочной, а матёрые вояки, возможно, с богатым боевым опытом. Осознав это обстоятельство, Александр задался логичным вопросом: что они здесь делают? Вроде бы в самом факте присутствия военных в гражданском на стриптиз-шоу нет ничего необычного. Но кое-что не склеивалось.

«Не похожи вы, ребята, на отдыхающих», – подумал внештатник, отметив отсутствие на столе алкоголя. Выступление стриптизёрши также не вызывало у мужчин никакого энтузиазма или вдохновения, они просто сидели и…

– Чего-то ждали или ждут, – под нос самому себе констатировал Тимохин.

С другой стороны, мало ли кто эти люди – армия, полиция, наёмники, ещё кто-нибудь. Работают под прикрытием или кого-то сами прикрывают. Это не его дело. Но ох уж это вечное стремление лезть не в своё дело…

– Добрый вечер! – стараясь перекричать музыку, обратился Александр к незнакомцам. – Младший лейтенант Дерунов, ФСБ. Позвольте ваши документики.

Стараясь выглядеть посолидней, он извлёк своё липовое удостоверение и показал его всем четверым, внимательно следя за их реакцией. Мужчины заметно напряглись.

– А что случилось? – прокричал один. – Какие у вас основания для проверки?

Краем глаза Александр заметил, как двое из них резко качнули головой, словно подавая сигнал. Чтобы проверить эту догадку, он сделал шаг назад и быстро огляделся. Посетители за двумя соседними столами развернулись в креслах, заняв более удобные позиции для начала активных действий.

«Офигеть! – пронеслось в голове Тимохина. – Да их тут около дюжины. Зачем так много солдат в одном стрип-зале? Разве что это бойцы Комитета, прибывшие для задержания связного. Может такое быть?»

Проверить, так ли это, он решил тем же способом – в открытую.

– Мужики! – как можно громче проорал он. – Вы из Комитета из отряда Сулинова?

В юные годы Александр тренировался на каскадёра в спортивном клубе. У руководителя клуба и всего тренерского состава была занимательная привычка лупить исподтишка своих воспитанников и устраивать им всякие заподляночки. Новички считали такие поступки издевательством, дедовщиной и вообще тренерским беспределом.

Но, прозанимавшись достаточно долго, вдруг понимали, что на самом деле это самый эффективный способ обучения. Так школа развивала у ребят реакцию, ловкость и быстроту действий. А главное, приучала к грязным приёмчикам, с которыми вполне реально столкнуться и в жизни.

Вот и теперь выучка спортклуба помогла Тимохину вовремя увернуться от брошенной прямо в лицо чашки с кофе и пнуть ногой стул, с которого вскочил один из мужчин. Отлетевший обратно под ноги вскочившему стул опрокинул его.

Трое остальных кинулись на Александра, не тратя лишних слов. И, как заметил тот периферийным зрением, из-за двух соседних столов тоже поднялись мрачные силуэты, готовые вступить в потасовку. Ситуация сложилась пренеприятная – двенадцать здоровых мужиков против одного внештатного комитетчика.

Тимохин вполне сознавал, что он не Джеки Чан и никакая спортивная и комитетская подготовка не помогут ему одолеть столько противников разом. Да что греха таить, за последние трое суток ему уже столько раз прилетало, что он и с двумя бы вряд ли справился. Поэтому оставалось самое верное тактическое решение – бежать!

Пятясь к выходу (если, конечно, бег спиной вперёд можно назвать словом «пятиться»), он кидал в противников разные подвернувшиеся под руку предметы с ближайших столиков. Не фатальный приёмчик, но, по крайней мере, давал секунду-другую форы, чтобы оторваться от преследования. Пролетевшие рядом с его головой солонка и пепельница подсказали, что противник тоже владеет приёмами нечестной борьбы.

Поэтому со следующего столика Александр сорвал уже целую скатерть вместе с тем, что на ней стояло, и подкинул в воздух. Создав подобие завесы, он развернулся к выходу и с удвоенной скоростью припустил прочь из зала. Двое вышибал, входившие в этот момент в зал, даже не успели понять, что тут происходит. Парень прошмыгнул между ними со спринтерской скоростью, а его преследователи со всего разбега врезались в обоих секьюрити, создав на выходе куча-малу. Тимохин же тем временем, перепрыгивая по три ступени за раз, достиг промежуточной площадки, погасил инерцию, врезавшись в стену, и отскоком от этой же стены развернулся лицом к противникам, достав по ходу пистолет.

– Всем стоять! – прокричал он, придавая голосу как можно больше уверенности.

Понимая, что в общем шуме его крик, каким бы грозным он ни был, могут тупо не услышать, Саша пальнул предупредительный в потолок. Выстрел оказался довольно удачным в том плане, что он, никуда не целясь, тем не менее сбил люстру с потолка.

Ещё к удаче можно отнести тот факт, что люстр было две, а сбита оказалась висевшая над верхней площадкой, почти у самой двери, из которой выползали преследовавшие его люди. Тем не менее пыл погони не угас и неизвестные ломанулись к лестнице, желая нагнать ускользнувшего от них «фээсбэшника». Тогда Александр пальнул ещё раз:

– Стоять, я сказал!

Второй выстрел не угодил в оставшуюся на потолке люстру, а только вызвал мелкий дождик побелки и штукатурки. Но на преследователей это наконец подействовало, они замерли на верхних ступенях, не решаясь на дальнейшие шаги.

– Отлично! Вот и стойте там. А пока стоите, предлагаю переговорить. Кто у вас за старшего?

Военные в гражданском не ответили. Мрачные и суровые, они молча буравили внештатника проницательными взглядами, словно заранее примеряясь, в какие места его бренного тельца будут загнаны ножи и пули. Подобное нежелание говорить Тимохину крайне не понравилось.