Мрачный Вторник Никс Гарт

Глава 17

Несмотря на то что гарпун снова лег в руку Артура, боль внезапно прекратилась, исчезнув столь же быстро, сколь и возникла. Осталось лишь неприятное «послечувствие» в зубах – и жутковатая память о том, что довелось вытерпеть.

И Артур обнаружил, что лежит вниз лицом в мокром песке. Он поспешно перевернулся на спину. Ни солнечных эльфов, ни паровых гейзеров поблизости видно не было. Мальчик осторожно приподнялся и сел, потом неуверенно встал на ноги и, пошатываясь, огляделся внимательнее.

Сьюзи лежала футах в шести от него, у самой кромки прибоя.

– Сьюзи! – закричал Артур, чувствуя, как к сердцу подбирается паника.

Что, если «побочные эффекты» гарпуна убили ее?

Сьюзи подняла голову, ощупала свое лицо – ни дать ни взять убеждаясь, что оно все еще на месте, – и поднялась на тряские ноги.

– Ты в порядке? – обеспокоенно спросил Артур и шагнул к ней.

Сьюзи поспешно попятилась и выставила перед собой руки.

– Слушай, ты только близко ко мне с этой зубочисткой не подходи, – взмолилась она. – Я уж сзади как-нибудь…

– Артур! Мисс Бирюза! Живо на борт, надо скорее отчаливать!

Голос Тома заставил обоих подростков буквально подпрыгнуть. Артур бросился в прибой, на ходу разворачиваясь боком, чтобы волны не валили с ног. Тут же накатила волна побольше и попросту оторвала его от песка, так что пришлось барахтаться. Сьюзи – что бы там она ни говорила – поспешила следом и скоро догнала его.

Когда они почти добрались до люка, из которого свисала веревочная лестница, вода вдоль золотого корпуса «Гелиоса» начала пузыриться и клокотать. Том высунулся в люк.

– Быстрее! – закричал он. – Солнечные эльфы что-то сделали с бестелесным стеклом, наш якорь ползет, а парус по правому борту наполняется ветром!

Артур что было силы ринулся вперед, но у самой лесенки все же споткнулся и окунулся с головой в воду. Вода была очень горячей. Он оттолкнулся от дна и ощутил, как его подхватили под руку. Артур вынырнул. Сьюзи была рядом с ним и помогала ему подняться.

Она чуть ли не закинула его на веревочный трап. Хватаясь за перекладины, Артур волей-неволей разжал руку и выпустил гарпун. Оружие Тома, впрочем, не упало на дно. Оно просто исчезло.

– Пожалуйста, не возвращайся, – взмолился Артур вполголоса, неуклюже забираясь наверх.

Вскарабкавшись, он развернулся, чтобы помочь Сьюзи. Вода у борта корабля буквально кипела, и Артур рассмотрел, как в прозрачной сине-зеленой толще разгорается алое свечение.

Сьюзи стремительно и ловко взлетела наверх, прекрасно обойдясь без какой-либо помощи.

– Закрыть люк! И задраить! – взревел Том откуда-то из недр корабля.

Артур и Сьюзи сообща схватились за крышку люка. Она оказалась страшно тяжелой, поскольку была сделана из того же золотого металла, что и обшивка солнечного корабля, а толщины в ней был добрый фут. Крышка очень медленно поползла по направляющим вверху и внизу. В тот момент, когда она готова была окончательно затвориться, Артур успел заметить дюжину паровых фонтанов, взвившихся из волн снаружи. Мгновение столбы пара стояли неподвижно, а потом все разом устремились к еще не захлопнутому люку.

– Солнечные эльфы! – закричал Артур. – Целая орава!

Он бросил свой край люка, который пытался тянуть, и присоединился к Сьюзи, толкавшей противоположный край.

– Навалились! – заорал он. – Раз, два, три – взяли!!!

Внутрь успело проникнуть щупальце – струя пламени, и тут-то крышка люка наконец встала на место. Отсеченная огненная конечность забилась на полу, обвиваясь вокруг ног Сьюзи и Артура, но Сьюзи решительно наступила на нее, и пламя погасло, рассыпавшись черной пылью.

Артур подхватил длинный металлический стержень и задвинул его на место, запирая люк уже наглухо. Едва он успел с этим покончить, как с той стороны по корпусу принялись яростно колошматить. Звук был такой, словно по металлу бьют множеством молотков.

– Надеюсь, они не прорвутся на борт, – проговорила Сьюзи. – А то я свою абордажную саблю как раз утопила.

Артур торопливо ощупал свой пояс.

– И я тоже, – сказал он. Куда и в какой момент подевалась его сабля, он просто не представлял. – Давай новыми разживемся. А то как подумаю, чтобы снова пользоваться гарпуном…

– Свистать всех на мостик! – заорал Том.

Артур и Сьюзи бегом одолели коридор и влетели на мостик. Том одной рукой вращал штурвал, другой перебрасывал рычаги. Сквозь синее стекло одного из иллюминаторов был виден остров, успевший окутаться облаками дыма и пара. В другом иллюминаторе был лишь яркий свет и расплывчатые силуэты, вероятно принадлежавшие солнечным эльфам. Звук ударов по металлу был здесь слышен столь же отчетливо, как и у люка. Трудно было расслышать что-либо иное, а уж с мыслями собраться – и того труднее.

– Они хотят куда-то нас отбуксировать, – сказал Том. – Только вряд ли у них что получится, ведь на нашей стороне – солнечный ветер! Ну-ка живо хватайте вот эти два рычага и налегайте покрепче!

Артур и Сьюзи бросились к указанным рычагам, перепрыгнув через спящее Волеизъявление. Засоня-медведь лежал на полу за спиной Тома и то ли не желал просыпаться, то ли пребывал без сознания – кто его разберет!

Тянуть рычаги оказалось гораздо тяжелее, чем ожидал Артур. Пришлось им со Сьюзи вдвоем повиснуть на каждом – только так они сумели их в конце концов передвинуть.

– Солнечные эльфы пытаются испортить наш такелаж, но «Гелиос» – крепкий орешек, им не по зубам! – прокричал Том. – Вторник как есть рабовладелец и крохобор, но кораблик изготовил на славу!

– Так это Мрачный Вторник сделал «Гелиос»? – удивился Артур.

– Ну да, а то кто же, – ответил Том. Даже его мощный голос был едва слышен за несмолкающим металлическим грохотом. – То есть не сам придумал, конечно. Скопировал работу какого-то изобретателя из Второстепенных Царств. Может, или

– Откуда?.. – изумился Артур. – Кого?..

Ибо звуки, только что произнесенные Томом, оставались вне пределов его понимания. Наверное, это были названия иных миров. Или каких-то стран в этих мирах. Или это были имена изобретателей?

Том не ответил. Все его внимание было обращено на контрольную шкалу, медленно, но верно наливавшуюся багрянцем. Когда красный столбик поднялся примерно на две третьих шкалы, Том крутанул штурвал и стал с видимым усилием удерживать его, борясь с каким-то внешним давлением. Краснота мгновенно заполонила весь остаток шкалы и больше не отступала.

– Отличный ветер, оба паруса тянут по полной! – прокричал Том. – Эльфы пытаются нас задержать, но ничего, небось скоро отстанут… Ага, пошло дело!

Артур стал смотреть в иллюминаторы, но ничего так и не увидел. Во всяком случае, ничего такого, что можно было бы разумно истолковать. Однако удары по корпусу явно начали слабеть, а нечеткие силуэты в сплошном сиянии больше не заполняли весь обзор, а клубились только в нижних углах, да и оттуда их вымывало один за другим.

Еще минут через пять удары прекратились совсем. Том у штурвала позволил себе немного расслабиться, впрочем, ни закреплять его, ни из рук выпускать он не торопился.

– С таким ветром мы вернемся на свой рейд без задержки, – жизнерадостно сообщил он пассажирам. – А там моргнуть не успеем – и назад в Дом!

– И там, по местному времени, с момента нашего отбытия пройдет примерно минута? – спросил Артур.

Он не мог не думать о скомканной телеграмме в своем кармане и о возможных действиях Мрачного Вторника. Был и еще вопрос, даже более важный: что прикажете делать с непробудно дрыхнущим Волеизъявлением?

– Пройдет время, необходимое для произнесения двух заклинаний, погрузки и выгрузки, – ответствовал Том. Нахмурился и добавил: – Надеюсь, вы придумаете, как поступить с этим Волеизъявлением! У меня как раньше не было особого желания стелиться под Мрачного, так и сейчас нет, но если он лично отдаст мне приказ со всей мощью Второго Ключа, я вынужден буду повиноваться не колеблясь и не задавая вопросов. А мне совсем не хотелось бы, чтобы моему дружку пришлось укоротить вашу будущность!

Артур и Сьюзи, не сговариваясь, дружно замотали головами.

– Ну почему все так сложно? – спросил Артур. – Я же всего-то хочу, чтобы Волеизъявление продрало глаза и велело Мрачному Вторнику отдать мне Второй Ключ. Тогда я все приведу в порядок, вернусь домой… и, если повезет, думать забуду про этот паршивый Дом и все его потроха!

– Вообще-то, все могло быть и хуже, – философски заметила Сьюзи. – К примеру, мы могли еще и насквозь вымокнуть…

Артур невольно хихикнул, но веселиться было недосуг. Он подошел к малайскому медведю и склонился над ним.

– Ну да, – сказал он. – А кроме того, у меня мог приступ астмы случиться. И еще у нас могли все зубы повываливаться из-за…

Мальчик покосился на Тома и осекся, решив всуе не упоминать про капитанского «дружка». Кто его знает, этот гарпун, вдруг он наделен чувствами и способен обидеться? А если не гарпун, так сам Том.

Артур обошел спящего медведя кругом и несколько раз глубоко вздохнул – каждый последующий раз глубже предыдущего. Теперь, когда он находился вне Дома, он не мог как следует расправить легкие, в какой-то момент их обязательно прихватывало, но все-таки это были еще не настоящие приступы астмы. Так, легкое неудобство. Вот нога, кривая и укороченная, та действительно мешала ему жить…

«Забудь про эту несчастную ногу, – велел он сам себе. – Других дел полно!»

– Ладно, – сказал он вслух, – надо нам Волю будить. Кстати, как положено будить спящих медведей? Ну, в смысле, когда у них спячка? Знает кто-нибудь?

Сьюзи покачала головой. Том слегка довернул штурвал, потом проговорил с рассеянным видом:

– Я знаю только, что у малайских медведей спячки не бывает.

– Правда?

Том кивнул, и тут краем глаза Артур заметил, что у Волеизъявления дрогнуло веко – ровно настолько, чтобы медведь успел подсмотреть, что делается в рубке, – и снова притвориться, что дрыхнет.

– Оно не в спячке. И даже не спит, – сказал Артур и присел на корточки рядом с медведем. Похлопал его по рыльцу и проговорил: – Просыпайся давай, Волеизъявление, часть вторая!

Никакой реакции.

– Скажи ему, кто ты такой, – предложила Сьюзи. – В смысле, Хозяин и все такое прочее.

– Я – Артур Пенхалигон, Хозяин Нижнего Дома, Законный Наследник… этих, как их… Ключей от Королевства, Нижнего Дома, Среднего Дома и Верхнего Дома. Потом… Дальних Пределов…

– А также Великого Лабиринта, Несравненных Садов и Пограничного Моря, – привычно подхватила Сьюзи, помогая Артуру выпутаться.

– Это кто сказал? – прозвучал неожиданный голос.

Артур даже не сразу понял, кому этот голос принадлежал, но потом заметил, как слегка шевельнулся уголок медвежьего рта. Волеизъявление говорило тонким пискливым голосом, немилосердно растягивая слова. Причем ухитрялось делать это, едва шевеля губами и пятачком.

– Это сказали части Волеизъявления с третьей по седьмую, назначившие меня на указанную должность, – сердито ответил Артур. – Я, в общем-то, не напрашивался, но вот назначили – и работаю, так что давай вставай и начинай помогать мне управляться!

Волеизъявление наконец-то полностью раскрыло один глаз и смерило Артура взглядом.

– А почем мне знать, – заявило оно, – что ты говоришь правду? С какой бы стати мне тебе доверять? И кстати, если ты – Хозяин Нижнего Дома, то где Первый Ключ?

– Я назначил Первоначальствующую Госпожу – то есть первую часть Волеизъявления – своим Местоблюстителем, – ответил Артур, стараясь говорить авторитетно и убедительно. – Так что Ключ у нее. Мне нужна твоя помощь, чтобы заставить Мрачного Вторника отдать мне Второй Ключ. Так что давай бодрствуй – и думай, как это устроить!

– Ишь как у тебя все просто, – сказало Волеизъявление. Его пронзительный голосок страшно действовал на нервы. – Мне нужно письменное подтверждение, что ты в самом деле Законный Наследник, а не самозванец какой-нибудь. Официальное заявление от Первоначальствующей Госпожи. Часть первая могла назначить Наследника, признаю, но все остальное должно быть засвидетельствовано документально. Без соответствующих бумаг я ничего делать не стану. Это было бы крайне неосмотрительно. Так что, пока не раздобудешь требуемый пакет документов, потрудись меня более не беспокоить!

И медведь снова закрыл глаза. Артур быстро протянул руку и чувствительно хлопнул его по носу. И еще быстрее отдернул руку, когда острый коготь рассек воздух в том месте, где его пальцы находились мгновением раньше.

– Я же говорю – потрудитесь не беспокоить! – противно пискнуло Волеизъявление. – Я размышляю! Медитирую, чтобы вам было понятней!

– Еще большая зараза, чем первый фрагмент, – заметила Сьюзи. – Одно утешение – этот-то хоть поперек горла у меня не сидит…

– Тем не менее хорошо бы нам переправить эту заразу – да и себя самих – подальше от Мрачного Вторника, вон из пирамиды и хорошо бы прямком в Нижний Дом, – сказал Артур. – Так или иначе, но сделать это необходимо. Говорила тебе Первоначальница, что вообще делать, когда мы заполучим этот кусок Волеизъявления?

– Не-а, – ответила Сьюзи. – Наверное, надо было бы мне спросить. После того как засыпался ее предыдущий блистательный план… и всякое такое…

– Этот блистательный план засыпался тоже, – буркнул Артур, и почесал в затылке. – У нас где-то час плавания обратно, так, капитан?

– Примерно половина этого времени, если не треть, – ответствовал Том. – Солнечный ветер нам теперь прямо в корму.

– После чего мы явимся назад примерно через минуту после отбытия, – проговорил Артур, враскачку вышагивая кругом рубки. – Мрачному Вторнику понадобится примерно десять минут, чтобы добраться снизу до твоей комнаты, – верно, капитан?

– Это смотря по обстоятельствам. В Башне-Сокровищнице ведь имеются тайнопути. Десять минут или чуть больше – это если он в своем обычном темпе по ступенькам пойдет!

– Тайнопути? В этой тюрьме… то есть в Башне? А где они там?

– И надо же мне было так проговориться, – сказал Том, тем не менее подмигивая Артуру. – Ну вот велено же было ни под каким видом даже не упоминать о тайнопутях! Не говоря уж о том, что я ни в коем случае не должен выдавать их местонахождение… Впрочем, полагаю, если я в какой-то момент слегка кивну или моргну, когда меня спросят, а не здесь ли они, – беды большой не случится…

– Мрачный Вторник не стал бы располагать тайнопуть прямо в комнате с бутылками, – медленно начал Артур, внимательно следя за выражением лица Тома. – Но какой-нибудь вход должен находиться неподалеку. Скажем, в камере по соседству…

Том неторопливо моргнул.

– Но даже если кто-то и расположил тайнопуть за ближайшей дверью, вход должен быть неплохо замаскирован, – продолжал Артур. – Допустим, скрыт за чем-нибудь на стене… Или люк устроен в полу… Либо на потолке… Или еще как-то закамуфлирован…

На этой последней фразе Том слегка кивнул.

– Ну вот как бы ты запрятала вход в тайнопуть, а, Сьюзи? – спросил Артур. – Как их вообще принято маскировать?

– Да как угодно, – фыркнула Сьюзи. Она покосилась на Тома и сказала: – Обычное дело – использовать чашку с водой. Или чайник. Или подсвечник. Иногда – книгу либо картину. Ну, там, еще крюк в стене… Помню, один чудак пользовался монеткой, приклеенной к полу. Потом еще есть цветы. Шатающийся кирпич. Часто используют зеркала. И еще туалеты, правда, не так часто, ведь противно же. Сундук, ящик комода, коробочку какую-нибудь. Платяной шкаф, сигаретная пачка. Пианино, клавесин, часы…

Она осеклась: при слове «часы» Том ей подмигнул.

– Значит, часы в комнате неподалеку служат входом в тайнопуть, – подытожил Артур. – Вот бы еще знать, куда он выводит. Наверное, другой конец все-таки внутри пирамиды, раз уж Мрачный Вторник так помешан на том, чтобы никого вовнутрь не пускать…

– А я вот думаю, оставил ли он вход незапертым, – вставила Сьюзи.

– Ты говорил, он убрал всю западную грань пирамиды, чтобы войти, – сказал Артур, обращаясь к Тому. – Об этом тебе можно говорить?

– Западная грань висит на петлях, как дверь, – ответил Том. – Из этого не делается секрета, потому что отворить ее все равно никому не по силам, кроме самого Мрачного Вторника. Даже я не смогу… По крайней мере один!

– А я все могущество растратил, – сказал Артур.

– Может, он ее открыл да так и оставил? – предположила Сьюзи. – Торопился же!

Артур с сомнением покачал головой.

– Оставить нараспашку дверь, ведущую ко всем его сокровищам? Ох, что-то не верится…

– Это я так, в порядке оптимизма, – сказала Сьюзи. – Во всяком случае, попробовать стоит. Хуже-то от этого не станет. Мне, по крайней мере. Ты вот смотри пуп не надорви.

Артур пропустил это замечание мимо ушей. Он лихорадочно перебирал всякие варианты, пытаясь нащупать какой-то план действий.

– Надо устроить так, чтобы Мрачный Вторник сам открыл нам выход из пирамиды, – сказал он наконец. – Или чтобы это сделала Сажа. Она там небось налопалась сокровищ Мрачного и стала еще сильнее и больше…

– А-а, этот пустотник, – перебил Том. – Честно говоря, боюсь, это создание не сможет вам послужить. Думаю и даже уверен, что Мрачный Вторник немедленно прикажет мне с ним расправиться. Удивительно, что он до сих пор не прислал на сей счет телеграммы. Вот уж любит пользоваться телеграфом! Еще бы, при его-то скупости на слова…

– А, ну да, точно, – пробормотал Артур.

Он сунул руку в карман и ощупал бумажный шарик скомканной телеграммы. Он отчасти надеялся, что тот размок и превратился в нечто совершенно нечитаемое, но яркозащитный непромоканец то ли сохранил его сухим, то ли весьма успешно высушил.

– Точно, – повторил мальчик. – Значит, ты погонишься за Сажей, и это опять-таки отвлечет Мрачного Вторника. Все лучше, чем ничего…

Голос Артура затих и прервался: в голове неожиданно начала оформляться простая и ясная мысль.

– Телеграммы! – вырвалось у него.

– Что? – спросила Сьюзи.

– Телеграммы!

– Ну и дальше что?

Артур крепко ухватил Тома за рукав.

– Ты у себя в комнате вовсю получаешь телеграммы. Означает ли это, что ты можешь их отправлять?

– Конечно могу, если есть наличность платить за них. Мрачный Вторник – не сторонник кредитов…

– А найдется у тебя немножко денег? – лихорадочно спросил Артур. – Сможешь мне одолжить?

– Только те монетки, что у меня в ушах. Плата Дэйви Джонсу на случай, если придется тонуть, – ответил Том. И, убрав седеющие пряди, продемонстрировал две большие золотые монеты, висевшие в мочках ушей. – Сам знаю, что суеверие, но как-то привык. В любом случае, как выберемся на берег, одну из них могу одолжить. Вторую, уж извините, никак, а то мало ли что может случиться…

– А хватит этого? – спросил Артур, разглядывая золотой.

Тот выглядел вполне толстым, весомым. Чей-то профиль в лавровом венке, отчеканенный на монете, и тот, казалось, раздувался от гордости из-за того, что красовался на такой крупной деньге.

– Хватит этого, чтобы отбить телеграмму и заплатить за ответ?

– Да, должно хватить. А кому ты хочешь телеграфировать?

– Первоначальствующей Госпоже. Пусть пришлет подтверждение, что я – Законный Наследник. Тогда я его покажу этой… этому… в общем, медведю. И пусть разбирается с Мрачным Вторником. Прорвемся!!!

Глава 18

– Телеграммы будет недостаточно, – не открывая глаз, заявил малайский медведь. – Когда я говорю «письменное подтверждение», я именно это и имею в виду. По всей форме, с подписью и печатью!

– Вот ты – точно геморрой по всей форме, – отозвалась Сьюзи.

Волеизъявление не ответило.

– В любом случае я отправлю телеграмму, – сказал Артур, стараясь говорить по возможности убежденно. Гениальная идея уже не казалась ему такой гениальной. – Может, Первоначальница как-то поможет нам удрать из Башни и из пирамиды. Или пришлет официальное подтверждение иным путем. Или еще что-то придумает. Похоже, мы уже молодцы будем, если сумеем ноги унести. Вот бы еще изловчиться, чтобы Мрачный Вторник нас не поймал…

– Мысль правильная, – сказала Сьюзи. – Вот только медведя нам без капитана с места не сдвинуть, факт.

– А я думал, это меня нужно оптимизмом подпитывать, – напомнил ей Артур. И пнул медведя в мягкое место носком бестелесного ботинка. – Он вполне способен идти! Слышишь, Воля? Как насчет того, чтобы ножками пошевелить? Надо бы тебе пойти с нами – просто на случай, если я в самом деле окажусь Законным Наследником!

– Я никуда не пойду, пока должным образом не приму взвешенное решение по ситуации, – по-прежнему не открывая глаз, ответил медведь. – Было бы неосмотрительно двигаться с места, не рассмотрев и не оценив все возможности… либо не посоветовавшись с подходящим начальством…

– Ну, на борту «Гелиоса» ты не останешься, – объявил Том. Оставив штурвал, он наклонился над лежавшим медведем. – Эй, часть вторая Волеизъявления Зодчей, известно тебе, кто я такой?

– Нет, – ответил медведь, еще плотнее зажмуривая глаза. – И я не собираюсь играть в вопросы-ответы, доподлинно устанавливая твою личность!

Том вытянул руку… Дохнуло ледяным холодом, и гарпун, переливаясь светом и тьмой, возник в ладони старого моряка. Том склонил острие, и оно коснулось палубы в каком-то дюйме от медвежьего рыльца.

Артур и Сьюзи, не сговариваясь, попятились в сторону трапа и чуть не свалились туда, натолкнувшись друг на дружку.

Малайский медведь неохотно приоткрыл один глаз.

– Теперь узнаешь меня? – спросил Том.

Медведь открыл второй глаз, с видимым усилием приподнял морду и несколько раз втянул воздух, принюхиваясь.

– Ты – второй сын Старика, – прозвучал пискливый голос.

– И приемный сын Зодчей.

– Да, это так, – согласился малайский медведь. – Все верно.

– И я говорю тебе, что Артур действительно Хозяин Нижнего Дома, а это значит, что он был избран Законным Наследником.

Малайский медведь закатил глаза и раздраженно хрюкнул.

– Личные свидетельства – дело безусловно хорошее, но я своими принципами поступаться не собираюсь. И не встану ни на чью сторону, пока не получу должным образом оформленное подтверждение от Первоначальствующей Госпожи!

Том, царапая пол, передвинул острие гарпуна чуть ближе к морде медведя. При этом раздался музыкальный, но очень режущий ухо звук. Он разнесся по всей рубке, так что Артур со Сьюзи отступили еще на несколько ступенек по трапу…

А вот медведь не попятился. Он лишь отдернул голову и заявил:

– И мне бесполезно грозить!

– Это не угроза, ты, задница мохнатая! – рявкнул Том. – Точно тебе говорю: если ты, по крайней мере, не соблаговолишь пойти с Артуром, я как есть проверю, удастся ли маминому подарку отчекрыжить Ее же словечко-другое от твоего толстого курдюка!

Малайский медведь с величайшим отвращением посмотрел на Артура и сморщил нос.

– Полагаю, – сказал он, – мне в любом случае надо куда-то идти, поскольку место моего приятного отдохновения оказалось разрушено. Полагаю также, волею обстоятельств мне не помешает сопроводить этого так называемого… возможного… предполагаемого Наследника, пока тем или иным путем не воспоследует получение руководящей и определяющей информации…

– Место приятного отдохновения! – сказал Артур. – Да это же тюрьма была! Тебе бы вырваться оттуда и дело свое делать! Да свершится Волеизъявление! Я вот ноги на это не пожалел…

– Мне думалось, меня призовут в должный момент для исполнения моего священного долга, – чопорно ответствовало Волеизъявление. – Уж всяко это должна была проделать не столь странная компания… причем столь неортодоксальными…

– Хватит болтать! – приказал Том.

Гарпун исчез из его руки, капитан крутанул штурвал и перебросил несколько рычажков. Красный цвет медленно сполз с центральной шкалы.

– Мы почти на рейде. Всем собраться вокруг меня для перемещения назад в Дом!

Волеизъявление нахмурилось, но, поднатужившись, все-таки встало и проковыляло несколько шагов, оказавшись под ногами у Тома.

– Разжиревшая крыса, – шепотом высказалась Сьюзи. – Не то что первая часть!

– Воображаю, какие они все разные, – также шепотом отозвался Артур. – Неужели придется к каждой подход искать? До чего ж неохота…

– Сдвиньтесь теснее! – приказал Том.

Сунув руку в карман, он вытащил разделочную вилку, блестевшую серебром. Нахмурился, спрятал ее обратно и выволок весьма крупную, тоже серебряную, суповую ложку. Тщательно протер о рукав и поднял перед собой таким образом, что в серебре заиграл синий свет из иллюминаторов.

– Сосредоточьтесь на своих отражениях в ложке! – последовал приказ. – Никуда по сторонам не смотреть! Глаз не отводить! Все готовы?

Артур и Сьюзи кивнули.

Волеизъявление тяжко вздохнуло и поднялось на задние лапы, коротким хвостом помогая себе держать равновесие.

– Нельзя ли чуть-чуть опустить ложку? Вот так, спасибо… Я смотрю!

Артур, не отрываясь, смотрелся в выпуклое донышко ложки. Его отражение было искаженным и нечетким, на него наслаивались отражения Сьюзи и медведя-Волеизъявления. Артур пытался сосредоточиться на том, чтобы не отвести взгляда, но не мог перестать перебирать в голове варианты развития событий. Вот только у него не было иных ценных идей, кроме как отправка телеграммы Первоначальствующей Госпоже, и еще, как бы удержаться хоть на шаг впереди Мрачного Вторника, а лучше даже не на шаг, а подальше.

Том уже знакомо взревел, произнося свое заклинание (или стихотворение, или песнопение, кто разберет!). Очень громкий и абсолютно непонятный крик над самой головой страшно отвлекал, но Артур все же заставил себя неотрывно таращиться на собственное отражение в серебряной ложке.

Минуту спустя смотреть стало некоторым образом проще. Чужие отражения как бы отдалились куда-то, и Артур полностью утратил ощущение постороннего присутствия рядом. Существовало только его мерцающее отражение. Он был один в целой вселенной, он смотрел сам на себя, и смотреть больше было не на что…

Том завершил песнопение – и сгреб ложку дубленой, темной от непогод рукой.

Артур вздрогнул и моргнул.

Они снова находились в комнате Тома, в Башне-Сокровищнице. Слуха Артура достигли далекие крики и рев. Слов разобрать было невозможно, только общий яростный тон. Потом слова все же прорезались, и Артур даже узнал тот голос, что был потише. Он принадлежал Саже.

Другой, более громкий голос приказывал:

– Немедленно сюда, капитан!

Том выругался.

– Я должен повиноваться, – объяснил он. – Удачи тебе, Артур. На вот, держи!

Он выдернул из правого уха монету-серьгу и бросил ее Артуру, сам же направился к двери, и уже на втором шаге в ладони у него материализовался страшный гарпун.

Артур подхватил монету, липкую от крови Тома, и повернулся к столу.

– Спасибо! Но каким образом я пошлю теле…

Слишком поздно! Том исчез, и дверь за ним захлопнулась.

Сьюзи поспешила к столу, а Волеизъявление тем временем неуклюже вскарабкалось в кресло Тома и принялось озираться с обычным для себя видом высокомерного неодобрения.

– Где-то здесь должны быть бланки для телеграмм, – пояснила Сьюзи. Она быстро просматривала бумаги, лежавшие на столе. – Ты просто вписываешь все в квадратики… Ага! Нашла!

Она выхватила откуда-то из недр своих одежек перо и бутылочку чернил, отвинтила крышку, лизнула языком кончик пера и вручила его Артуру.

– Давай пиши! – сказала она.

Мальчик попытался вернуть ей перо. Он никогда не пользовался ничем иным, кроме шариковой ручки да еще фломастера.

Но Сьюзи отрицательно покачала головой.

– Мне еще не поставили почерк, – сказала она. – Первоначальница говорит, мои работы – сплошная стыдобища. Особенно эссе и зарисовки.

Артур уставился на телеграфный бланк, соображая, как с ним поступать. Это была простая печатная форма, озаглавленная НЕСРАВНЕННАЯ И ЛЕГЕНДАРНАЯ ТЕЛЕГРАФНАЯ, ТЕЛЕФОННАЯ И ПОЧТОВО-КУРЬЕРСКАЯ СЛУЖБА ДОМА. Чуть пониже стояло КОМУ: и линейка из семи прямоугольничков для слов плюс красный кружочек в углу размером примерно с заляпанную кровью монету в руке у Артура. Чуть пониже кружка имелся очень небольшой квадратик с надписью ОТВЕТ ОПЛАЧЕН.