Возвращение Спаркс Николас

Глава 10

В субботу солнце светило уже почти по-летнему – во всяком случае, с утра. После пробежки мою футболку впору было выжимать – довольно неприятное ощущение, зато как в старые добрые времена, когда я всерьез занимался спортом. Сейчас же я бегаю, только чтобы брюки на живот налезали.

После душа и завтрака я снова убрал в доме, уделив особое внимание кухне и ванным комнатам, а затем оттащил на заднюю веранду небольшой обеденный столик и пару стульев. Передвинул кресла-качалки, отнес на другое место гриль и, перерыв все шкафы и буфеты, нашел скатерть и свечи, чтобы привнести немного романтики.

Лодка доставила больше хлопот. Меня не особо волновала потрепанная обивка на креслах, но ради Натали я съездил в магазин за чистящим средством. На обратном пути завернул в продуктовый, а затем отогнал лодку к заправке неподалеку от «Фактории». Из-за длинной очереди я проторчал там дольше, чем планировал. Сразу трое незнакомцев сфотографировали меня на телефон: что ж, я всегда считал себя красавчиком. Впрочем, дело могло быть и в лодке.

Я накрыл на стол, поставил в вазу букетик цветов, собранных во дворе, положил охлаждаться бутылки с вином, нарезал овощи для салата. Затем, загрузив в сумку-холодильник кубики льда, пиво, газировку и воду в бутылочках, отнес все на лодку. Туда же отправил тарелку с закусками. Дело близилось к обеду. Я никогда еще не готовился к свиданию так долго.

Второй раз за день я принял душ. Учитывая страшную духоту, внутренний голос подсказывал, что на речную прогулку лучше надеть футболку и шорты. Однако я предпочел джинсы, голубую рубашку и топсайдеры. Закатав рукава, я искренне надеялся, что прохладный речной ветерок не даст мне вспотеть.

Лучше бы я послушал внутренний голос. Вскоре подъехала Натали – в джинсовых шортах, солнечных очках, сандалиях и футболке с логотипом «Роллинг Стоунз». Увидев этот небрежно-соблазнительный наряд, я сглотнул.

Захватив с пассажирского сиденья объемистую холщовую сумку, Натали оглядела меня и удивленно спросила:

– Мы же вроде собирались плыть на лодке?

– И поплывем, – улыбнулся я. – Это мой костюм капитана.

– Тебе будет жарко.

Определенно, подумал я, уже чувствуя, как шпарит солнце, однако ответил:

– Вовсе нет.

Подойдя ближе, я замешкался: обнять ее или застыть на месте, как идиот? Выбрал последнее. Натали тоже замерла в нерешительности – может, волновалась, как и я? Вряд ли, конечно, однако я приободрился.

– Я не знала, что принести. – Она махнула в сторону машины. – Вот, захватила сумку-холодильник с газировкой. Она на заднем сиденье.

– На лодке уже есть напитки, но пополнение приветствуется.

Я достал сумку из машины.

– Как прошел день? – спросила Натали, когда мы подошли к дому.

– Лениво, – солгал я. – А у тебя?

– Обычная суббота.

– Ходила на фермерский рынок?

– Туда тоже, – уклончиво ответила она. – Ты и правда надеешься, что мы найдем аллигатора?

– Да. Правда, не факт, что получится.

– Если найдем – будем первыми, – заметила Натали.

– А что у тебя в сумке?

– Одежда на вечер. Вдруг станет прохладно.

Если честно, я не хотел, чтобы она укутывалась в кофту, но тактично промолчал.

– Добро пожаловать! – Я распахнул входную дверь. – Вещи клади куда угодно.

– Долго мы будем плавать?

– Не знаю, – ответил я. – Но точно вернемся засветло.

Натали пошла за мной на веранду, на ходу достав из сумки крем от загара. При виде накрытого стола она удивленно подняла бровь.

– Ого! А ты неплохо подготовился!

– Родители научили меня производить впечатление.

– Ты уже его произвел, – улыбнулась она. – Иначе бы меня тут не было.

Я даже не нашелся с ответом. Натали поняла, что уложила меня на лопатки, и рассмеялась.

– Ну что, – прибавила она, – вперед на поиски аллигаторов?

Мы подошли к причалу, взобрались на борт, и я поставил ее сумку-холодильник рядом со своей. Лодка покачивалась под нашими ногами.

– Я еще никогда не плавала на яхте! – проворковала Натали, подыграв шутке, которую я обронил ранее. – Надеюсь, тут не опасно?

– Не волнуйся, это судно непотопляемо!

Я спрыгнул на берег, чтобы отвязать тросы, а затем вернулся.

– Не хочешь вина или пива перед отплытием?

– Пива, пожалуй.

Я извлек из сумки бутылку холодного «Инглинга» и, открутив крышку, протянул пиво спутнице. Затем достал бутылку и себе, мысленно радуясь первому совместному распитию алкоголя.

– За твой приезд! – произнес я тост.

Мы стукнулись бутылками, и Натали отхлебнула пива.

– Хорошее, – одобрила она, разглядывая этикетку.

Не теряя времени даром, я прошел на корму и запустил мотор. Затем, вернувшись в рубку, поддал газа и вывел лодку на середину речки, наслаждаясь свежим бризом. У меня уже проступила испарина, а Натали словно не чувствовала жары. Она стояла у ограждения, любуясь пейзажем; ветерок развевал ее волосы, роскошно сиявшие под лучами солнца. Я засмотрелся на ее ножки, однако вовремя вернулся к штурвалу. Крушение подпортило бы эффект, который произвели мои фокусы со скатертью и свечами.

Мы неспешно проплывали один поворот за другим. Прибрежные домики уступили место рыбацким палаткам, а следом началась глушь. Несмотря на то что мои глаза не могли полноценно ощущать глубину, я мастерски избегал препятствий. Правда, заслуга была не моя: тут и там торчали кислотно-желтые буйки, предупреждавшие лодочников об опасности.

Смазав руки и ноги солнцезащитным кремом, Натали пришла ко мне в рубку.

– Я раньше не плавала по Брайсес-Крик, – призналась она. – Тут очень красиво.

– Столько здесь жила – и ни разу не сплавлялась по реке?

– Нет, – ответила Натали. – Мы с друзьями гуляли вдоль Трента и Ньюс, а в эти края ни разу не заглядывали.

– Я думал, ты вообще мало гуляешь.

– Так и есть, – кивнула она. – Во всяком случае, в последнее время.

Я чуть не полюбопытствовал почему, однако понял, что Натали не хотела бы расспросов.

– На столе есть закуски, – подсказал я. – Угощайся.

– Спасибо, я пока не голодна. Я давно уже не пила пива, хочу насладиться вкусом.

Сжимая в руке холодную бутылку, Натали грелась на солнышке и наблюдала, как колышутся темные воды.

– Откуда ты узнал, где искать аллигаторов? – поинтересовалась она.

– Подслушал рыбаков в «Фактории», вот и решил проверить.

– Я никогда не обедала в «Фактории», – заметила Натали.

– Веришь или нет, еда там отменная.

– Наслышана. Мне просто далеко туда ехать.

– Да ладно, в Нью-Берне не расстояния, а смех!

– На дежурстве я столько времени провожу за рулем, что меня порой тошнит от вождения.

– Ну ко мне же ты приехала, – возразил я. – А мой дом недалеко от «Фактории».

– Зато в «Фактории» нет свечей и скатертей.

Я усмехнулся. Деревья клонились ветвями к воде – гладкой, словно бильярдный стол. То тут, то там виднелись одинокие причалы, заросшие и полусгнившие. Высоко в небе кружила скопа.

Натали по-прежнему стояла рядом, и я почувствовал: между нами что-то изменилось. Она потягивала пиво частыми глотками, отчего я задумался, уж не взволновало ли ее наше свидание. Встречается ли она с кем-то еще? Я не сбрасывал это со счетов, но если у нее другой – зачем она сегодня приехала, зачем ходила со мной на ужин? Может, ей стало скучно или грустно? Или попросту одиноко? Любопытно, как выглядит мой соперник. Давно ли они вместе?

Возможно, Натали здесь ради аллигаторов, а меня считает всего лишь другом? Зачем тогда стоит так близко? Знает ведь, что я к ней неравнодушен. Рассудок должен был ей подсказать, что я так настойчиво звал ее поужинать не из желания подружиться, – и тем не менее она согласилась. Как она объяснит своему мужчине сегодняшнюю поездку? Возможно, он живет в соседнем городе? Или служит где-то в армии? Как всегда, ответов у меня не нашлось.

Речка продолжала сужаться; мы подплыли к главной пристани и оказались на территории заповедника. На причале рыбачили отец с сынишкой; оба нам помахали.

Я выпил всего полбутылки пива, а оно уже сделалось теплым. Вылив содержимое за борт, я выбросил бутылку в мусорное ведро.

– Далеко еще? – послышался голос Натали.

– Через пару минут будем на месте, – ответил я.

Преодолев последний виток реки, я замедлил ход. Один из орланов сидел в гнезде, второго я не увидел. Прямо напротив, на другом берегу нежились на солнышке два аллигатора. Еще маленькие – не больше пяти футов от носа до кончика хвоста, – однако все равно большая удача.

– Вон они! – указал я.

Натали бросилась к носу лодки, сияя от восторга.

– Ну надо же! – воскликнула она. – Так близко!

Я повернул штурвал и расположил судно под таким углом, чтобы мы наблюдали за дикой природой, устроившись в креслах. Затем я заглушил мотор и вернулся на корму – бросить якорь. Когда тот, натянув трос, достиг дна, Натали уже вовсю фотографировала.

– Тут есть кое-кто еще, – напомнил я.

– Где?

Я указал на кипарис.

– Вон там, на верхушке – гнездо белоголовых орланов. С орлятами. Их не так-то легко заметить. Смотри!

Пока Натали во все глаза смотрела то на аллигаторов, то на орлят, я открыл пластиковый контейнер с едой и взял еще одно пиво из сумки-холодильника. Закусив клубникой, я сел в кресло, откинулся на спинку и с помощью рычажка выдвинул подставку для ног.

– Удобно? – усмехнулась Натали.

– Дедушка знал толк в роскоши.

Моя спутница взяла с тарелки пару виноградин и тоже села, хотя полностью раскладывать кресло не стала.

– Неужели я наконец-то увидела аллигаторов? – воскликнула она.

– Ты чего-то желаешь – я исполняю. Почти как джинн.

И пусть Натали скорчила гримаску, мне показалось, что теперь она относится к моим шуткам теплее. Я водрузил на крекер кусочек сыра.

– Вот, значит, в чем твой конек? – спросила она, поставив бутылку на стол.

– Не понимаю, о чем ты.

– Об этом. – Натали обвела взглядом все вокруг. – Убранство на веранде, речные прогулки, сюрпризы… Так ты обычно кадришь девушек?

– Не всегда. – Я скромно отхлебнул пива.

– К чему тогда все эти старания?

– Я надеялся, тебе понравится. – Я поднял бутылку. – Ну что, за аллигаторов?

– И за орланов. – Она нехотя взяла свое пиво, и мы чокнулись бутылками. – Даже не пытайся сменить тему!

– Какую тему?

– Я чувствую, что ты – игрок. По части женщин, я имею в виду.

– Это потому, что я такой умный и обаятельный?

– Нет, потому что я не дурочка.

– Ладно, – усмехнулся я. – Я ведь просто предложил. Ты могла бы отказаться.

Натали потянулась за виноградом.

– Знаю, – произнесла она тихо.

– Жалеешь?

– Вообще-то нет.

– Похоже, тебя саму это удивляет.

– Да, – проронила она.

Какое-то время мы молча наслаждались видом. Натали наконец-то заметила орлят и навела на них камеру телефона, но птенцы тут же снова нырнули в гнездо. Она вздохнула, украдкой посмотрев на меня.

– Ты когда-нибудь был влюблен?

Такого вопроса я не ожидал, однако невольно подумал о Сандре.

– Наверное.

– Наверное?

– Когда мы были вместе, я полагал, что люблю ее, – объяснил я. – А теперь уже не уверен.

– Почему?

– Думаю, будь я влюблен по-настоящему, я бы скучал по ней больше. Вспоминал чаще.

– Расскажи о ней, – попросила Натали.

– Она работала медсестрой-травматологом, – немного помолчав, ответил я. – Ее звали Сандра. Умная, красивая, страстно любила свою работу. Мы встретились в Пенсаколе. Сперва мы были счастливы вместе, но когда меня направили в Афганистан, все усложнилось. Потом вернулся… – Я взглянул на свою спутницу. – Я уже говорил, что был в психическом и эмоциональном аду. И все это выплеснулось на Сандру. До сих пор удивляюсь, как долго она меня терпела.

– А сколько вы встречались?

– Чуть больше двух лет. С другой стороны, как ты помнишь, я много времени проводил вне дома. Я даже не уверен, что мы знали друг друга по-настоящему. Когда мы расстались, я тосковал. Не сразу понял, что дело не в Сандре – мне просто не хватало кого-то рядом. Похоже, я никогда не любил ее так, как дедушка любил бабушку или даже как родители любили друг друга. Дедушка был настоящим романтиком; мама с папой – партнерами и хорошими товарищами, которые идеально друг друга дополняли. К Сандре я ничего подобного не чувствовал. Не знаю. Может, просто не созрел для любви.

– Или Сандра не была «той самой», – предположила Натали.

– Возможно, – согласился я.

– А другие влюбленности? В юности, например?

Непонятно почему, в мыслях у меня мелькнула Фитнес-леди, однако я помотал головой.

– В старших классах и в колледже я встречался с девушками – но это так, ничего особенного. А после смерти родителей – в университете и в резидентуре – я внушал себе, что слишком занят для серьезных отношений.

– Наверное, так оно и было, – заметила Натали.

Я благодарно ей улыбнулся, пусть мы оба и понимали, что занятость – отмазка.

– Ты говорила, что была влюблена. Тебе попался романтик или друг-соратник?

– Два в одном, – ответила Натали. – Я хотела всего и сразу.

– И как, получилось?

– Да. – Она взяла свою бутылку, еще наполовину полную. – Куда ее выбросить?

– Позволь мне. – Я вылил остатки пива, а пустую тару отправил в ведро.

Вернувшись из рубки, я спросил:

– Хочешь еще пива?

– А вода есть?

– Конечно. Я хорошо подготовился. – Протянув своей спутнице бутылку воды, я снова уселся в кресло.

Угощаясь закусками, мы продолжили беседу – впрочем, избегая слишком личных вопросов. Тема любви, похоже, наткнулась на невидимый барьер у Натали в душе, так что теперь мы обсуждали стрельбища, где она тренировалась, жизнь в Нью-Берне и самые сложные операции, которые мне доводилось проводить. Натали наконец-то запечатлела орлят и переслала мне фотографии, о чем я узнал, только когда телефон завибрировал в кармане.

Облака над головой слились в тонкую пелену, отчего желтый диск солнца сделался оранжевым. Когда небо стало слегка лиловым, я решил, что самое время возвращаться.

Я поднял якорь и завел мотор. Натали, закрыв контейнер с закусками, пришла ко мне в рубку. Чтобы успеть до темноты, обратно я повел лодку быстрее, про себя удивляясь, как стремительно пролетело время. Когда мы причалили, уже спускались сумерки. Небо цвело яркими красками, стрекотали сверчки. Я помог Натали выйти на берег, затем отдал ей маленькую сумку-холодильник, а сам подхватил большую, водрузив сверху блюдо.

Уже на веранде я приоткрыл сумку.

– Хочешь еще воды? – предложил я гостье.