Король желает жениться Чернованова Валерия
– Но я ведь…
– Помню, ты собираешься замуж, – усмехнулся горько. – Этот подарок ни к чему тебя не обязывает, Мари. Просто примерь. Мне будет приятно.
И я примерила. Сложно отказать, когда тебя гипнотизируют таким взглядом. Кольцо подошло мне идеально. Как влитое село на безымянный палец.
Очень символичный вышел подарок.
Любуясь необычной и вместе с тем изящной драгоценностью, украсившей мой пальчик, грустно сказала:
– Я не могу его принять.
– Ну, значит, мы оставим его здесь.
– Нет!
Глупость какая – пропадать такой красоте черт знает где.
– Тогда тебе придется его носить, Мари. Пусть это кольцо напоминает тебе обо мне и о сегодняшнем вечере, когда мы расстанемся.
Рас вновь коснулся моего лица, скользнув по губам пальцем. Мимолетное прикосновение, а у меня внутри уже вовсю взрываются фейерверки. И ведь неправильно все это! Я то влюбляюсь в его величество, то млею от прикосновений солдата. А еще продолжаю его обманывать. Этого принца из сказки.
Не знаю, о чем я тогда думала, но слова сорвались с губ прежде, чем успела их осмыслить:
– Рас, по поводу Ирнаса… Все не так, как кажется, и…
– И? – Взгляд солдата стал глубже, темнее.
Он замер, готовый услышать мое признание, а я уже готова была сказать, что никакая я не невеста, и тут вода в самом центре пещеры забурлила, вспенилась, зашипела. Я осеклась, закусила губу и увидела, как на поверхность, словно чертик из табакерки, выскочил, ну то есть выплыл… старший брат Марэи.
Ох… крак… кряк… тибидох.
Зажмурилась, понимая, что все, попала.
А ведь вечер так хорошо начинался.
– Ма… – гневно сверкнув глазами, начал было сын сейна.
Но я его перебила:
– Мамочки! Это что, живой мар?!
Рас вышел вперед, храбро загораживая меня собой, а я отчаянно замотала головой, беззвучно умоляя «братца» не раскрывать меня перед солдатом. Рыжий нахмурился, пытливо вглядываясь в мое лицо, а спустя секунду или две у него глаза полезли на лоб. Натурально так полезли, вместе с бровями, когда его взгляд с моего лица переместился ниже, а потом еще и еще. Кажется, только тут до него дошло, что у его младшей сестры нет хвоста, зато имеются человеческие ноги. Очень качественные и красивые, к слову.
– Назови себя! – громко потребовал Рас, пока я, сплетя перед собой пальцы, потрясала в воздухе руками.
Не уверена, что мар был знаком с этим жестом, но как-то же мне надо было выразить надежду, что он не станет тупить и не выдаст любимую сестренку.
– Я жду.
Вздрогнула от резких, властных ноток, совершенно мне незнакомых, вдруг прорезавшихся в голосе Раса.
– Я – Нерисс, старший сын сейна Красного моря и наследник престола, – гордо вскинув голову, снизошел до ответа русал.
«Приятно познакомиться», – едва не ляпнула я, потому что до этого знать не знала, как зовут Машкиного брата.
Заметила, как взгляд солдата метнулся по сторонам, видимо в поисках оружия, и напряглась. Не хватало еще, чтобы они тут устроили разборки. Понятия не имею, как Рас относится к марам, но, если как его величество, тогда все, пиши пропало.
– Твой хозяин желал со мной говорить.
– Мой хозяин, – Рас усмехнулся, – пытался призвать тебя много раз, но безуспешно. И вот ты здесь. Тот, кто топит наши корабли. Что ты здесь делаешь?
Прозвучало очень требовательно, словно он единолично владел всеми этими пещерами.
– Это я что здесь делаю? – едва не прорычал мар. – Это вы что здесь забыли?! Я следовал за М…
Блин! Унюхал он меня, что ли. Как же не вовремя.
– За мораллами! – «осенило» меня.
Рас скосил на меня вопросительный взгляд, а я отступила на шаг. Из-за спины солдата было проще жестикулировать и пытаться объяснить этому с водорослями в голове, что никакая я не Марэя. Не потому, что я – Яна, а потому, что я запрещаю раскрывать мою тайну!
Про хвост которая.
– Это такой тип кораллов. Я где-то читала, что мары их очень любят есть. Вот и охотятся за ними повсюду, – пояснила вдогонку и впилась взглядом в братца. – Это правда?
На всякий случай показала ему кулак. Раз уж не понимает, когда его просят по-хорошему, может, проникнется угрозой.
– Да, за мораллами охотимся, – скрипнул зубами мар. – Я бы сейчас с удовольствием сожрал… один такой моралл, – чуть не пришиб меня взглядом и повернулся к Расу. – Но раз уж вы здесь, передай своему господину, что я не перестану вредить двуногим, пока вы не вернете мне Рхонду!
– О чем это он? – шепнула солдату.
– О пропавшей невесте, – так же тихо ответил тот, а потом, возвысив голос, громко произнес: – Ни король, ни его люди не имеют никакого отношения к исчезновению твоей невесты. Лучше оставь санторцев в покое, пока мы тоже не начали действовать.
– Пустые угрозы! – пренебрежительно фыркнул русал. – Ваша Искра почти погасла, ваши маги слабеют с каждым днем. На вас точат зуб соседние государства, а твой правитель решил воевать со мной? С моими марами?
Для того, кто все время проводит под водой, он был неплохо осведомлен о внешней политике земного королевства.
– Скоро у Сантора появится новая королева, и тогда… – Рас многозначительно замолчал.
Сейчас они походили на двух петухов, выясняющих, у кого длиннее… хм, клюв. Нерисс продолжал на меня коситься с таким выражением лица, словно готов был четвертовать сию минуту. И точно так же на него смотрел Рас.
Следовало вмешаться, пока они все-таки не подрались, а заодно разобраться во всей этой истории с пропавшей невестой.
– С чего ты решил, что э-э-э… Рхонда находится на суше? Разве мары могут жить вне моря?
Братец изогнул бровь, мол, это ты мне скажи, а потом все-таки объяснил:
– Я чувствую ее. Знаю, что она где-то неподалеку, на земле. Во владениях твоего короля! Каждый день вдали от воды для нее пытка, и если моя невеста погибнет… – Его голос понизился до угрожающего шипения.
– Даю тебе слово, ее будут искать, – твердо сказал солдат.
Прозвучало немного самоуверенно, если учесть, что это не ему было решать.
– Ты так легко расписываешься за своего правителя? Или просто заговариваешь мне зубы?
– Я хорошо знаю его величество, знаю, какое решение он примет. Он ведь сам пытался с тобой связаться, чтобы договориться. Прийти к миру.
Надо же! А я думала, Рассарх всех хвостатых люто ненавидит. А тут разговоры о мире.
– Если через три дня Рхонда не вернется домой, больше никаких переговоров! – поставил ультиматум будущий сейн Красного моря. – Я буду мстить! Будет мстить море. И никакая королева вам не поможет!
Напоследок метнув в меня убийственный взгляд, Нерисс яростно ударил хвостом, обрушив на нас веер брызг, и ушел под воду. А я присела на камень, плоский и гладкий, как будто расплющенный невидимым прессом, и тихонько выдохнула.
– Испугалась? – Рас опустился передо мной на корточки.
– Немного, – подарила ему вымученную улыбку, позволяя взять себя за руки, и с надеждой поинтересовалась: – Думаешь, его величество и правда будет ее искать, эту мару?
Я даже не знала, что у рыжего была невеста, и тем не менее новость о ее исчезновении оставила на душе горький осадок. С одной стороны, семья Марэи для меня совсем чужая, с другой – сама не знаю почему, но я за них переживала. Наверное, потому что Марэя для меня чужой уже давно не была. Я пользуюсь ее телом, только благодаря ему я жива. Она, можно сказать, часть меня. Надеюсь, этой самой части нет рядом, иначе ведь будет переживать за брата.
А хотя… Что, если попросить ее прошерстить окрестности? Может, ей, призраку, удастся почувствовать Рхонду?
– Уже поздно, – я решительно поднялась, – и мне пора возвращаться.
Сказать, что солдат выглядел разочарованным, это не сказать ничего. Он не позволил мне отстраниться, наоборот, привлек к себе, обнимая крепко и глядя мне в глаза.
– Значит, никаких на сегодня признаний?
– О чем это ты? – Я снова напряглась.
– Ты собиралась мне что-то рассказать, – вкрадчиво напомнил Рас, гипнотизируя меня таким взглядом, что я снова почувствовала: сейчас вот-вот растаю.
Но таять было никак нельзя. Не сейчас, когда где-то, возможно, совсем близко страдает девушка.
– Тебе разве не надо спешить с докладом к его величеству?
– Все из-за рыбака, да? – заметно помрачнел Рас, явно пропустив мои слова мимо ушей. – Вижу ведь, что нравлюсь тебе, но ты продолжаешь сохранять дистанцию. Сдерживаешься, отстраняешься, постоянно в себе закрываешься. Почему, Мари? Если бы ты его любила, любила по-настоящему, нас бы сейчас здесь не было и…
– Нет никакого жениха.
Рука солдата у меня на талии дрогнула, а потом напряглась. И снова этот взгляд, который как будто проникает сквозь меня, пронизывает душу и сердце.
– Ты обманула меня? – Резкое, требовательное.
– Ты был слишком настойчив, вот я и ляпнула первое, что пришло в голову. Испугалась, растерялась и сказала глупость. Мы с Ирнасом… В общем, нас с ним ничего не связывает.
Ждала, что сейчас на меня обидятся, а может, даже в порыве чувств притопят за ближайшим булыжником, но Рас, немного помолчав, неожиданно тепло улыбнулся.
– Прости, Мари, я вел себя как последний дурак. Действовал нахрапом, не задумываясь, что могу тебя напугать. Хотя ты и не из пугливых, но мне все равно следовало быть сдержаннее.
– Это еще не все, – покачала головой. Вернулась на камень, подперла подбородок руками и тихо призналась: – В последнее время я сторонилась тебя, потому что… В общем, я, кажется, влюбилась. Не в тебя, – безжалостно спустила с небес на землю просиявшего было Раса, а потом еще тише добавила: – Это полное безумство и абсолютная глупость, но… Я только и думаю, что о его величестве. Засыпаю с мыслями о нем, просыпаюсь и снова думаю о нем же. Когда я с тобой – да, отвлекаюсь, да, забываю, но это все равно неправильно. Не хочу дурить тебе голову. Ты замечательный, и мне с тобой правда очень хорошо. Спокойно и легко. Однако я приняла решение и собираюсь его придерживаться: никаких мужчин в моей жизни. Ни солдат, ни правителей. По крайней мере сейчас. Надеюсь, ты меня поймешь и не станешь обижаться, а еще…
Меня схватили за руку.
– Нам и правда пора возвращаться, – хрипло проговорил Рас, пожирая меня взглядом. Видимо, еще один любитель «мораллов». – Пока храм не закрылся. Иначе придется ждать до утра, а я больше не хочу ждать!
А?
Бульк. Меня совсем не по-джентльменски прямо с камня спихнули в воду, после чего этот злопамятный нырнул следом за мной.
– Ты что творишь?! – возмутилась, отплевываясь от воды. – Какой, к крякам, храм?!
Рас рассмеялся:
– Мари, ты неподражаема.
– А ты совершенно непонятный!
– Нам надо к Искре, – пояснил он с улыбкой. – В храм Всеведущего, в котором тебе уже давно следовало побывать.
Я была настолько ошарашена его словами, что едва не захлебнулась, когда Рас схватил меня за руку и утащил под воду. Плыли быстро, будто за нами гналась стая акул. И с точно такой же скоростью у меня в голове проносились мысли. Устроили настоящий заплыв, попеременно опережая друг друга.
Это что вообще за реакция такая? Зачем нам в храм на ночь глядя? Он что, жениться на мне собрался?! После моего признания?!
А может, я сплю и мне все это снится? Я даже ущипнула себя легонько, когда Рас меня отпустил, но так и не проснулась. А оказавшись на берегу, решительно шагнула к этому любителю экзотических свиданий.
– Рас, что вообще происходит?
– В храме все объясню, – натягивая штаны поверх моментально просохших кальсон, быстро проговорил он.
Щелкнул пальцами, и сорочка на мне, а с ней и панталоны тоже чудесным образом стали сухими.
– Я не пойду за тебя замуж, – решила расставить все точки над «i» здесь, на берегу, а не в храме.
– Мари, ты мне доверяешь? – Он шагнул ближе, обнял меня за плечи, заглянул в глаза. Очень так проникновенно.
Лучше бы проникал (ну то есть заглядывал!) в рубашке, честное слово. А не светил бицепсами и трицепсами, на которые я снова невольно засмотрелась.
Ну прямо наваждение какое-то.
– Ты ведешь себя странно, – тряхнула головой.
– Это не ответ.
– Вообще-то мы почти друг друга не знаем.
– И снова не то.
– Рас… – сощурилась мрачно. – Никуда я с тобой не пойду, пока ты мне все не объяснишь. И колечко твое уж точно носить не стану!
Кажется, только последняя угроза на него и подействовала. Солдат тяжело вздохнул, как бы говоря: «Как же с тобой, неали Омон, тяжело», – и с явной неохотой пояснил:
– Тебе нужно к Искре.
– Ты это уже говорил. Но я так и не поняла зачем.
А вот теперь он закатил глаза. Закатил очень выразительно, одновременно натягивая рубашку и обуваясь. А взяв с прибрежного валуна мое платье, снова повернулся ко мне и спросил:
– Тебе, Мари, не говорили, что ты чересчур любознательна?
– Я…
Подавилась возмущенным «Эй!», когда этот целеустремленный (вот только мне совсем были непонятны его цели) подхватил меня на руки и понес к карете, безапелляционно заявив:
– По дороге оденешься.
– Чтоб на тебя Искра случайно опрокинулась! – пожелала ему от души, на что Рас лишь весело рассмеялся.
Невозможный мужчина.
По дороге в город я как могла пытала солдата, но он оказался крепким орешком и колоться явно не собирался.
– В храме все объясню, – повторял словно заезженная пластинка.
– Чтобы я с тобой еще хоть раз куда-нибудь поехала… – шипела на него.
Все порывалась снять колечко и швырнуть им в солдата, но потом решила, что «клад» мне достался как компенсация за моральные издевательства. Ладно, с издевательствами я, конечно, погорячилась, но нервы на обратном пути он мне основательно потрепал своим загадочным видом и заговорщицкой улыбочкой.
– А если я начну кричать? – пригрозила, скрестив руки на груди.
– В храме тебя ждет еще один сюрприз.
– Не многовато ли для одного вечера сюрпризов?
– Этот последний. Обещаю, Мари.
Я шумно выдохнула. Всегда считала себя упрямой и слишком упертой, но нет, вот он, слишком упертый, не в меру самоуверенный и чересчур самодовольный. Вон какая улыбка, аж до ушей. Совершенно наглая, как у Чеширского Кота из сказки.
– Рас, я не понимаю, какое отношение к нам с тобой имеет Искра, – предприняла еще одну попытку развести этого котяру на объяснения.
В тот самый момент карету резко тряхнуло, и я невольно подалась вперед, угодив в руки сидящего напротив мужчины.
– Приехали, – шепотом, продолжая улыбаться, сказал он и легонько поцеловал меня в висок. Отстранившись, толкнул дверцу, а выскочив из кареты, протянул мне руку. – Пойдем, Мари. Настала пора тебе познакомиться с Искрой Сантора.
Я замешкалась, чувствуя, как от волнения к горлу подкатывает ком и на меня обрушивается лавина сомнений и опасений.
– Что-то я не уверена, что хочу с ней знакомиться…
– Струсила? – попытался взять меня на слабо Рас.
Как бы не так. Я подбоченилась и деловито поинтересовалась:
– Ну познакомлюсь я с этой вашей Искрой, и дальше что? Посадишь меня на блюдечко с голубой каемочкой и отнесешь к своему обожаемому монарху? Можно подумать, он испытывает недостаток в невестах. Между прочим, их у него аж целых двадцать шесть штук, если ты еще не забыл. Знатных. Родовитых. А я кто?
– А ты самая невероятная девушка во всем мире. – Он все-таки вытащил меня из экипажа на безлюдную в этот час площадь, взял за руку, переплетая наши пальцы, и повел к ступеням белокаменного сооружения – храма Всеведущего.
– То есть к рыбаку мы, значит, ревнуем, а к его величеству, получается, нет? – ворчала я, поднимаясь по лестнице, обрамленной высоченными колоннами, что были увенчаны страшными клыкастыми мордами, и вглядываясь в широкий проем, щерящийся на нас густой тьмой.
Увы, несмотря на позднее время и рассыпавшиеся по небу созвездия, двери храма были раскрыты настежь, как будто приглашали заглянуть в него всех желающих. Я вот совсем этого не желала, но разве моими желаниями и нежеланиями кто-нибудь интересовался?
– Почти пришли, – вместо ответа объявил солдат.
Я негромко цокнула, но тут же проглотила свое недовольство, позабыв о сомнениях и опасениях. Осталось только волнение – благоговейный трепет перед древней реликвией. Искра стала первым, что я увидела, войдя в святилище. Все вокруг было погружено во мрак, и лишь кристалл в другом конце пустынного зала мерцал или переливался, завораживая своей красотой.
Казалось, в стенах храма заточили осколок звезды. Размеры Искры впечатляли. Она простиралась до самых сводов, почти пронзая своим острием купол. Ореол белесого марева прорезали искры-молнии. Они то вспыхивали – ярко, внезапно, то гасли, чтобы в следующее мгновение вновь осветить нефы храма.
Я даже не заметила, как оказалась с ней рядом. Ноги сами понесли меня к кристаллу, к средоточию магии, которую я явственно ощущала и к которой мне безумно хотелось прикоснуться. Почувствовать ее тепло на кончиках пальцев, вобрать в себя это волшебство.
Лишь на миг оглянулась и, получив подбадривающий кивок от Раса, протянула руку. Мгновение, другое, и вот я уже касаюсь Искры Сантора. Прижимаю к ней ладонь, а потом зажмуриваюсь, потому что жду – вот сейчас она вспыхнет так ярко, что ослепит нас с солдатом. Но… ничего не происходит. Я подношу к ней другую руку, жду, считаю секунды. Кусаю в волнении губы и снова смотрю на Раса.
– Я что-то делаю не так?
Может, попробовать ее обнять?
– Ты все делаешь правильно, Мари, – спустя, кажется, вечность отвечает солдат, и его слова звучат в унисон с глухими, рваными ударами моего сердца.
На лице у Раса странное выражение: не то разочарование, не то досада. А может, это всего лишь маска, за которой прячется… радость?
– Вот, значит, как, – усмехаюсь горько, отнимая руки от Искры Сантора. – Теперь понятно, зачем ты меня сюда привел. Чтобы показать, что я недостойна короля, а значит, нечего и забивать себе голову мыслями о нем. Умно. Хоть и жестоко.
– Это не так, Мари. – Рас мрачнеет на глазах.
Хотя если уж кто и имеет право здесь мрачнеть, так только я!
Пытается ко мне приблизиться, но я резко отстраняюсь и, обойдя его на расстоянии, спешу к выходу.
– Ну да… Спасибо, что напомнил, кто я!
Сбежать не получается – Рас меня нагоняет. Хватает за руку, заставляя к нему обернуться. Его глаза сверкают во тьме, как несколько мгновений назад должен был засверкать чертов булыжник. Вот только, увы и ах, Искра на меня не отреагировала.
Слышу быстрое биение сердца под своей ладонью и тихие, глухие слова:
– Я хотел совсем другого.
– Чего?!
Молчит. Смотрит на меня и не говорит ни слова. А меня от этой невыносимой тишины, от его пронзительного взгляда, от осознания, что Искра не засияла, как я того подсознательно желала, начинает знобить.
– Отвези меня во дворец. – Отстраняюсь, толкая его в грудь.
– Мари…
– Просто. Отвези. Во дворец.
Единственное, что радовало, – это то, что дорога до Анделиора была короткой. Рас больше не пытался со мной заговорить, а мне даже смотреть на него было невыносимо.
Когда карета остановилась, я не стала дожидаться, пока он снова начнет строить из себя джентльмена и рыцаря в одном флаконе. Стянула с пальца колечко, швырнула его на сиденье и как угорелая помчалась во дворец. Взлетела по ступеням, пронеслась по пустынной анфиладе, оставляя за собой шлейф из протяжного эха. Добежала до покоев посланника, из последних сил сражаясь с дурацкими слезами обиды, разочарования, злости. Злости на саму себя в первую очередь.
Ну что ты себе надумала, идиотка?! Ты ведь не какая-нибудь Золушка, а Рас не твоя крестная фея. Он беспринципный солдафон, который решил во что бы то ни стало сделать тебя своей! Вот он кто!
Осенило его, понимаешь ли, что, как только покажет мне, что я недостойна Рассарха, я сразу же упаду в его объятия. И ведь в чем-то он прав. Рассарх – король, а кто я? Покойница, русалка, самозванка. Но уж точно ему не пара.
Стараясь не шуметь, прошмыгнула в гостиную, но беспрепятственно добраться до дверей спальни мне не дали. Вздрогнула, когда со стороны кабинета раздалось резкое:
– Где ты пропадала, Мари?! – Голос де Мартена больше напоминал змеиное шипение, и взгляд у него был соответствующий. Как у змеи, которая вот прямо сейчас готова была ужалить или задушить.
– У меня был выходной, который вы мне великодушно предоставили, – устало напомнила я графу.
Принципиально не стала заморачиваться реверансом – не то у меня сейчас настроение. Да и вообще, жуть как надоело стелиться перед всеми этими власть имущими. Не хочу! А значит, и не буду.
– Я же просил не задерживаться. – От раздражения у его сиятельства аж зубы заскрипели.
– Увлеклась разговором с подругами и потеряла счет времени, – сдержанно объяснила я свое опоздание, борясь с желанием добавить, что комендантского часа мне не устанавливали.
– Твои подруги вернулись два часа назад! – совсем разошелся граф.
Быть может, я бы и прониклась его грозным видом, вот только Эмерик был в халате и тапочках, и проникаться как-то не получалось.
– А я потом еще по городу гуляла.
– Одна? – недоверчиво сощурился он.
– Ну да. Вы же помните, как я люблю ночные прогулки по Аскании в гордом одиночестве.
Посол еще больше помрачнел, но отчитывать меня, как прогулявшую занятия школьницу, перестал. Хотя, может, и продолжил бы, если бы в тот самый момент мой взгляд не переместился влево, в угол гостиной. Угол, где, по идее, должен был находиться…
– Фикус! – испуганно пискнула я, снова поворачиваясь к Эмерику. – Куда подевался фикус?
– Это ты о той жуткой палке с листьями? – Посол скривился. – Я приказал его выбросить.
Мне поплохело. Настолько, что я уже готова была схватиться за сердце. Ну или схватить де Мартена за шкирку и выбросить его следом за санторским аналогом вечнозеленого растения.
Вот ведь… любитель приказывать. А Машка куда смотрела?! Почему не подняла тревогу? Не позвала меня!
Насилу себя сдержав, немного резче, чем следовало бы, произнесла:
– Я могу идти отдыхать?
– Иди, – все еще раздраженно разрешил посол, припечатав грозно: – И впредь не заставляй меня волноваться за тебя, Мари!
Меня совсем не тронуло его беспокойство. Куда больше меня сейчас заботила моя собственная тревога, к которой примешивались отчаяние и страх. Неужели все насмарку? Столько дней я как наседка носилась с этой жижей, а ее взяли и выбросили.
Катастрофа! Трагедия! Конец света!
Благо Марэя дожидалась меня в спальне, и, прежде чем я набросилась на нее с упреком, почему сразу со мной не связалась, она выставила вперед свою полупрозрачную ладошку и сказала:
– Не паникуй. Я знаю, куда его забрали.
– Куда?! – Я привалилась к стене и шумно выдохнула, опасаясь радоваться раньше времени: неужели нашлось зелье?
– Герцогиня Белонезсская как раз сегодня утром жаловалась, что у нее в покоях не хватает цветов и зелени. А Эмерик, наоборот, велел убрать растение с глаз долой, потому что оно его, видите ли, раздражало. Сама понимаешь, я ничего не могла поделать. – Марэя развела руками.
– Значит, зелье у ее светлости? – вычленила я главное из ее рассказа.
Призрачная мара кивнула:
– У нее. В целостности и сохранности. И даже более того! Я проверила – оно готово. Уже завтра можно будет смело опаивать его величество, – радостно заключило привидение.
Вот только я ее радости не разделяла. Стоило мне вспомнить о Рассархе, как сердце болезненно сжалось. Я как будто снова оказалась в храме, возле тускло мерцающего источника магии, который остался равнодушен к моему присутствию. А значит…
А это значило, что нужно, как бы ни было сложно, абстрагироваться от сердечных болей и сосредоточиться на другом Сердце – на подарке Невора.
– Что готово, это хорошо. Вот только как им опоить короля? – Я сосредоточенно закусила губу.
– Я все придумала! – Русалка ликующе улыбнулась. – Завтра его величество будет завтракать с герцогиней и обсуждать грядущую свадьбу и пиршество. Там-то он его и выпьет. Согласись, проникнуть в покои устроительницы гораздо проще, чем в королевские. Так что даже хорошо, что его туда унесли. А этот завтрак так вообще настоящая удача.
– А если зелье выпьет и Лайра?
Марэя беспечно отмахнулась:
– Ну и что, что выпьет? Подумаешь! Ничего страшного с ней не случится. Уже к вечеру от зелья в ней и следа не останется. То же самое касается и Рассарха.
План мары мне по-прежнему не нравился, и я по-прежнему не хотела опаивать рыжего. А теперь получается, что и Белонезсской придется продегустировать настойку русалочьего производства. Но других вариантов все равно не было. Как не было времени, да и желания здесь оставаться. Теперь, когда уже точно ясно, что я королю не пара.
Впрочем, это было ясно с самого начала. Вот только я никак не желала себе в этом признаться.
Теперь вот призналась. А значит, пора забирать перстень и убираться из Анделиора.
– Я все сделаю, – твердо пообещала Марэе, а заодно и самой себе: – Завтра Рассарх вернет то, что он у меня отнял.
Глава пятнадцатая,
в которой судьба раскладывает пасьянсы
Закончив обсуждать с марой детали операции под кодовым названием «Проникай, копай, подливай», я рассказала ей о встрече с Нериссом и о его пропавшей невесте.
Но Машка почему-то сочла важной совсем другую информацию.
– Это что же получается… я пропустила такое шикарное свидание? – разочарованно выдала она.
