Муссон Смит Уилбур
После ночных маршей даже Аболи потерял представление о том, сколько они прошли и где находятся среди этих диких холмов. Вечером они пересекли еще одну гряду холмов, надеясь увидеть внизу реку Лунгу, но их надежды пошли прахом: впереди открылась новая цепь зеленых холмов.
Они пересекали долину между грядами холмов, лошади почти падали, силы и выносливость у всех были на пределе. Даже Аболи страдал, пытаясь скрыть хромоту, вызванную растяжением сухожилия в колене. Лицо его посерело и покрылось пылью, вся влага выходила с потом, к которому липла пыль. Дориан исхудал, тело под одеждой, казалось, состоит из одних костей, из-под грязной повязки на ране выступила свежая кровь. Ясмини выбивалась из сил, стараясь удержать Дориана в седле. Последняя лошадь спотыкалась под их тяжестью.
Она пала у подножия холма, свалилась внезапно, словно пуля пробила ей мозг. Том разрезал ремень, связывавший лодыжки Дориана, и снял брата с лошади.
— Дальше на своих двоих. Сможешь, парень? — спросил он.
Дориан попытался улыбнуться.
— Смогу не хуже тебя, Том.
Но когда Том попытался его поднять, колени у Дориана подогнулись и он упал на каменистую землю.
В долине, которую они только что пересекли, поднималось красное облако пыли. Вырезали короткий шест, и Том с Аболи взялись за его концы.
Дориана посадили на шест, его руки положили себе на плечи и, шатаясь, понесли вниз с холма.
Ночью останавливались всего на несколько минут, потом поднимали Дориана на шесте и несли дальше, пока не падали на землю, не в силах сделать больше ни шага. Им потребовалась целая ночь, чтобы пересечь широкую долину. Они могли лишь надеяться, что преследователи на ночь остановились, неспособные отыскать их след.
Рассвет застал их во время подъема на противоположный склон долины. Когда они оглянулись, арабы были так близко, что утренний свет, отражаясь в остриях их копий, весело подмигивал беглецам.
— Они сократили расстояние вдвое, — сказал Том, когда они в очередной раз опустили Дориана на землю, чтобы передохнуть. — При такой нашей скорости они догонят нас через час.
— Оставь меня здесь, Том, — прошептал Дориан. — Спасайся сам.
— Ты спятил! — воскликнул Том. — В последний раз стоило мне отвернуться от тебя, и ты исчез на многие годы. Больше я рисковать не буду.
Дориана подняли и пошли дальше. Ясмини плелась, отставая на несколько шагов. Ее кожаные сандалии порвались и почти слетели с ног, на ступнях там, где лопнули волдыри, выступала кровь. Она упала раньше, чем они поднялись на вершину, и хотя подползла к ближайшему дереву и цеплялась за него, была слишком слаба, чтобы устоять на ногах.
— Люк, займи мое место. Батула, помоги ему.
Том передал им конец шеста и пошел туда, где у дерева, неслышно всхлипывая, сидела Ясмини.
— Я слабая глупая женщина, — заплакала она, когда он остановился рядом с нею.
— Да, — согласился он, — но слишком красивая, чтобы бросить.
Он поднял ее, и хотя она была хрупка и легка, как птица, ему потребовалось напрячь все мышцы и сухожилия ноющей спины и плеч. Он прижал Ясмини к груди и собрался с силами, чтобы сделать следующий шаг наверх.
Сзади послышался крик, и Том оглянулся. Передовые всадники арабской колонны достигли подножия холма под ними. Один поднял джезейл, и из длинного ствола вырвался столб порохового дыма. Секунду спустя они услышали выстрел. Но расстояние было слишком велико, и пуля не долетела.
— Почти на вершине, — сказал Том, старясь говорить бодро и весело. — Еще одно усилие, парни.
Он поднялся на вершину. Пот заливал глаза, мешая видеть. Том знал, что идти дальше не сможет. Он опустил Ясмини на землю и вытер глаза, но перед ними не прояснилось, только плавали яркие пятна. Том покачнулся, посмотрел на остальных и увидел, что им тоже конец. Даже Аболи подчистую истратил свои исполинские силы. И едва сумел сделать последние несколько шагов к вершине.
«Здесь мы умрем, — подумал Том. — У меня есть шпага, чтобы сразиться в последний раз, а потом — пистолет для Дориана и Ясмини». Он сунул руку под рубашку и нащупал рукоять.
Неожиданно Аболи оказался рядом с ним. Не в силах говорить, он показывал вниз, в долину.
На мгновение Том подумал, что это мираж, но потом понял, что ослепительный свет, от которого болят глаза, — это отражение солнца от широкой поверхности реки Лунги и что у берега стоит маленький «Кентавр».
Они так близко, что можно разглядеть фигуры на палубе.
Том почувствовал прилив новых сил к ногам. Он достал пистолет и дважды выстрелил в воздух.
На корабле началось движение, и Том увидел блеск стекла направленной на них подзорной трубы. Он замахал руками, и высокий Уил Уилсон замахал в ответ.
Том оглянулся. Передовые всадники-арабы скакали галопом и были уже на полпути к вершине холма.
Без единого слова Том поднял Ясмини и устремился с холма. Его подхватила сила тяготения, и он едва успевал переставлять ноги. Каждый шаг отдавался болью в спине, земля летела под ногами. Он слышал, как за ним бегут Аболи и остальные, но не мог оглянуться. Все его силы, всю способность мыслить поглощала только необходимость оставаться на ногах. Ясмини в страхе закрыла глаза и обеими руками держалась за его шею.
Неожиданно сзади послышались крики и выстрелы из мушкетов. Арабы поднялись на вершину холма. Пуля сорвала кусок коры со ствола рядом с Томом, брызнули белые щепки. С Ясмини на руках он не мог бежать быстрее и не мог остановиться. Одна нога под ним подвернулась, и Том упал. Они с девушкой кубарем покатились вниз, ударились о камень и остановились, ошеломленные.
Мимо них с Дорианом на спине прыжками пронесся Аболи, не в состоянии сбавить ход, Батула и Люк Джервис старались не отстать.
Аболи не мог остановиться, чтобы помочь Тому, но Люк схватил его за руку и поднял, а Батула подхватил Ясмини и с ней на руках сделал несколько шагов вниз по холму.
Застучали копыта: к ним сверху скакали арабы. Они уже выставили копья, и Том читал на их смуглых лицах торжество. И тут услышал, как Сара окликает его:
— Том! Мы идем!
Он повернулся и увидел, что она скачет на гнедом жеребце, ведя за собой под уздцы двух запасных лошадей. За ней на черной кобыле из их табуна несся Уил Уилсон. Он тоже вел двух запасных лошадей. Сара остановилась рядом с ним, Том выхватил из рук Батулы Ясмини и перекинул ее легкое тело через холку лошади Сары. Сара подхватила девушку с другой стороны и не дала упасть.
— Уходи! — выдохнул Том. — Убирайся отсюда!
Сара молча бросила ему поводья и поскакала вниз с холма; Ясмини, как мокрый мешок, тряслась перед ней.
Том оставил одну лошадь Люку и Батуле, а сам сел на вторую. Он быстро догнал Аболи и снял с его спины окровавленного, побитого Дориана.
— Возьми лошадь у Уила! — крикнул он Аболи, проносясь мимо, и поскакал за Сарой. Он слышал близко за собой крики арабов и стук копыт их лошадей и каждое мгновение ожидал удара копья в спину.
Но он был слишком занят, удерживая Дориана, чтобы оглянуться. В отчаянии он чувствовал, что Дориан выскальзывает из его рук, что у него нет больше сил его удерживать. Неожиданно рядом появился Аболи. Наклонившись с седла, он поднял Дориана в рост, так что Том мог схватить его за плечи.
Достигнув ровной поверхности на берегу, Том и Аболи поскакали рядом сразу за Сарой, которая везла Ясмини.
Далее тесной группой двигались Уил, Батула и Люк. А сразу за ними — арабские всадники. Они догоняли, вытягивая длинные копья.
Добравшись до реки, Сара не колебалась. Она погнала лошадь вперед. Та прыгнула с высокого берега, ударилась о воду, подняв тучу брызг, и погрузилась. Том и Аболи, не останавливая галопа, последовали за ней с обрыва, и сразу, почти на них, прыгнули остальные. Вынырнули рядом с лошадьми и поплыли по течению к «Кентавру».
На берегу за ними арабы останавливали лошадей; те упрямились, закидывали головы и мешали всадникам достать джезейлы.
Прогремела девятифунтовая пушка «Кентавра», и картечь выкосила половину всадников, люди и лошади падали вместе. Остальные в панике повернули и поскакали вверх по холму; второй залп с «Кентавра» оборвал ветки деревьев над ними.
Плывущие лошади добрались до корабля, и моряки втащили всадников на борт. Едва поднявшись на палубу, Том бросился к Саре; они обнялись, вода текла с их волос и мокрой одежды.
— В минуту опасности ты стоишь десятерых, моя красавица. — Том оторвался от нее. — Дориан тяжело ранен. Ему понадобится вся твоя забота. Ясмини тоже плоха. Присмотри за ними, пока я увожу корабль.
Он прошел к рулю и взглянул на оснастку.
Уил Уилсон привел корабль в полную готовность.
— Мистер Уилсон, отправляемся вниз по течению, прошу! — приказал Том и поискал Аболи.
— Нам понадобятся лошади, перетаскивать корабль через мели. Уведи их на южный берег, на другую сторону от мусульман. Ты сможешь не отставать от корабля.
Аболи подозвал своих сыновей Заму и Тулу.
— Для вас есть мужская работа. Идите со мной.
Они вместе спустились с борта, чтобы помочь ему перегонять лошадей.
Том чувствовал, как корабль у него под ногами оживает и устремляется по течению. Берега заскользили назад. Том посмотрел на южный берег и увидел, что Аболи и его сыновья собрали лошадей тесным гуртом и рысью гонят их вдоль берега.
Повернувшись, он взглянул на север и успел увидеть, как передовые воины арабской армии переваливают через вершину холма и потоком сверкающих доспехов, наконечников копий и стволов джезейлов устремляются вниз, к реке. Том выхватил из рук Уила Уилсона подзорную трубу и направил ее на голову приближающейся колонны. Он разглядел турецкий шлем Абубакера и за ним желтый тюрбан аль-Синда.
— Думаю, на всем пути до океана у нас будет почетный караул, — мрачно сказал он Али. — Но пока мы не достигнем отмелей, они не смогут причинить нам вреда.
Прежде чем выйти в море, предстояло преодолеть несколько мелей, где река на своем пути в океан разливалась. Эти песчаные отмели постоянно меняли свое положение и глубину. При таком уровне воды «Кентавр» с трудом мог их преодолеть. Можно было ожидать, что Абубакер и аль-Синд станут преследовать их на всем пути к морю, всячески мешая.
До опасного места оставалось плыть всего несколько часов, и Том всех отрядил готовить корабль к преодолению песчаных отмелей и к защите в столь уязвимом положении от вражеских нападений.
Он выкроил минуту и для того, чтобы побывать в каюте, куда Сара поместила Дориана и Ясмини. И с облегчением увидел, что брат спокойно лежит на узкой койке. Сара заново перевязала ему рану и кивком дала Тому знать, что все в порядке. Ясмини достаточно пришла в себя, чтобы помогать ей; она кормила Дориана супом из оловянной чашки. Том провел с ними всего минуту и сразу вернулся на палубу.
Переступив через комингс, он сразу увидел на северном берегу колонну арабской кавалерии; всадники двигались за кораблем.
— Человек пятьсот или даже больше, — прикинул он, и Уил Уилсон согласился.
— Достаточно, чтобы доставить нам большие хлопоты, капитан.
— Лучше обойтись без этого. — Том улыбнулся с уверенностью, которой не испытывал. — Сколько до отмелей?
— При такой скорости часа два.
— Хорошо. Надо разгрузить корабль. Выбросить за борт все, что не важно для плавания, — приказал он. И понизив голос, чтобы не услышала Сара в каюте, добавил: — Можете начать с клавесина.
Груз с плеском начал падать за борт.
За клавесином последовали тюки с товарами на продажу, они плыли по течению вслед за кораблем, который быстро приближался к отмелям. За борт пошло и большинство бочонков с порохом и мешков с пулями; Том оставил пороха и шрапнели лишь на час напряженного боя.
— Вылить половину воды из бочек. Оставить столько, чтобы с урезанной выдачей хватило до мыса Доброй Надежды, — крикнул Том.
Для женщин и детей это тяжелое испытание, но попасть в руки оманских арабов гораздо хуже, утешал он себя.
Пока экипаж работал, Том наблюдал за преследующей их кавалерией. В узких местах с сильным течением «Кентавр» уходил вперед, но когда река замедлила течение и ветер в середине дня стал переменчив, паруса лениво повисли и арабы догнали корабль.
Том зарядил пушку на корме двойным количеством пороха и шрапнели. Когда голова колонны оказалась в пределах досягаемости, он выстрелил. Особого вреда он не причинил, но лошади шарахнулись и арабы стали почтительно держаться на удалении.
Аболи и его мальчики на южном берегу не отставали. Их лошади отдохнули и набрались сил, а у арабов они проделали долгий путь и не могли держаться наравне.
Корабль преодолел последний участок быстрины, пройдя между выступами черного камня, и течение почти исчезло — впереди всю ширь занимали песчаные отмели, увенчанные желтыми грудами гравия.
— Посадить женщин и детей в шлюпки, — приказал Том. — Теперь важен каждый лишний фунт веса.
Дориан был слишком слаб, чтобы спуститься в шлюпку, и Ясмини осталась ухаживать за ним.
Сара встала к рулю, чтобы освободить мужчин для более тяжелой работы.
Все прочие пассажиры отправились на южный берег под начало Аболи. Потом шлюпки вернулись и приготовились буксировать корабль через отмели.
Том стоял у руля. Тревожная тишина окутала «Кентавр»; корабль вошел в извилистую протоку, и сквозь чистую зеленую воду стало видно дно. Колонна арабской кавалерии почувствовала удачный поворот событий и стала быстро приближаться. Том поглядел: арабы близко, стреляй — не промахнешься, но он слишком занят, чтобы обслуживать пушку, поэтому он подпустил их еще ближе.
«Кентавр» легко миновал поворот, и Том облегченно вздохнул. Но, как оказалось, преждевременно: неожиданно корабль вздрогнул и накренился, коснувшись дна, но высвободился и поплыл по зеленой реке.
— Еще бы чуть-чуть… — выдохнул Том и сказал стоявшей у руля Саре: — Держи прямо по зеленому протоку дальше.
Приближался следующий поворот, и корабль двигался медленно. Арабы были уже на расстоянии в половину мушкетного выстрела, они строем скакали по ровному песку северного берега, блестели их копья, развевались на ветру накидки на головах.
«Кентавр» задел килем песок и остановился так резко, что люди на палубе едва не попадали.
Том ухватился за нактоуз, чтобы не упасть. «Кентавр» прочно застрял.
— Спустить шлюпки! — крикнул Том, и все стали спускаться.
Том крикнул Саре:
— Держи руль на середине!
И спрыгнул в шлюпку.
Старшины шлюпок на корме взяли лежавшие наготове буксирные тросы и закрепили их. Гребцы изо всех сил налегли на весла, и две шлюпки начали обгонять «Кентавр», тросы натянулись. Моряки делали мощные гребки, стараясь стащить корабль с отмели.
На южном берегу Аболи завел свою лошадь в воду, подхватил конец длинного троса, который ему бросила Сара, повернул коня, вывел на берег и прикрепил трос к упряжке ждущих лошадей.
— Йа! Йа! Вперед!
Он бил лошадей хлыстом по спинам, и они всей своей тяжестью налегли на трос.
«Кентавр» со скрипом пополз по гравию, потом снова встал. Арабы на берегу пустились галопом, разворачиваясь на ходу. Когда они поравнялись с кораблем, первый ряд повернул, всадники выставили копья. В туче белой пены всадники погрузились в воду и направились прямо к шлюпкам.
Вода дошла лошадям до брюха, потом поднялась по плечи. Первые лошади поплыли, но всадники вытягивали копья, окружая первую шлюпку, как стая акул мертвого кита.
Моряки в упор стреляли в арабов из пистолетов, потом встали и принялись отталкивать их длинными веслами.
Обе шлюпки сильно раскачивались; вскоре они перевернутся под тяжестью врагов.
На северном берегу выстроился для нападения следующий ряд кавалерии, сплошной массой занимая прибрежный песок.
В центре шеренги был Абубакер, его доспехи и шлем блестели на солнце. Размахивая ятаганом, он вел всадников вперед сначала шагом, потом рысью, потом быстрым галопом.
Сара не могла оставить руль. Она видела шлюпки, окруженные массой лошадей и людей. На корме с вороненой шпагой в руке стоял Том, он рубил головы арабам в воде. Пытаясь перерезать буксирный трос, арабы пилили его ятаганами. Другие всем своим весом и весом лошадей наваливались на планширь. Шлюпка наклонилась, вода хлынула через борт.
Эскадрон Абубакера устремился в реку, и даже Сара поняла, что скоро все будет кончено. Они ничего не могла сделать. Пока не увидела, что из каюты, держась за плечо Ясмини, поднимается Дориан. Опираясь на девушку, Дориан, хромая, добрался до ближайшей пушки. Схватил свайку и стал поворачивать короткий черный ствол. Потом взял из кадушки с песком дымящийся фитиль и прижал его конец к отверстию в затворе.
Пушка отскочила назад на лафете, и туча шрапнели ударила по первому ряду всадников, которые только что добрались до края воды. Ясмини увидела, как на другом берегу протоки свинцовая пуля весом в две унции ударила Абубакера в рот. Из его губ сверкающими осколками вылетели зубы, а пуля пробила челюсть и вышла из затылка. Шлем с острием слетел с головы и, вращаясь, поднялся высоко в воздух.
Всадники вокруг Абубакера попадали с седел, и арабы попятились от края воды.
Дориан прошел к следующему орудию и нацелил его. Всадники увидели, как ствол поворачивается к ним, и в панике обратились в бегство. Туча шрапнели догнала их, с десяток лошадей упали. Мгновенно все ряды пришли в смятение.
Арабы видели, как отлетела голова Абубакера; теперь упал и Башир, лошадь под ним была убита.
Всякое желание преследовать у арабов пропало. Они пустили лошадей в галоп, отступая, чтобы не попасть под следующий выстрел.
Дориан пошатнулся и едва не упал, но Ясмини подхватила его и повела к следующей пушке. Когда та выстрелила, «Кентавр» из-за отдачи накренился и неохотно сполз с песка. Арабы в воде видели, что товарищи на берегу отступают, оставляя их без поддержки. И повернули лошадей к берегу.
— Гребите! Гребите так, чтоб кишки лопались! — закричал Том морякам, и те снова взялись за весла. «Кентавр» пополз вперед и снова застрял. Дориан выстрелил из пушки, и, когда корабль покачнулся, Аболи стегнул упряжку. Медленно и неохотно «Кентавр» перебрался через отмель и свободно поплыл по глубокой воде за ней.
— На борт! — торжествующе закричал Том. — Вернуть на борт детей и женщин.
Едва киль шлюпки коснулся берега, Аболи погрузил в нее своих женщин и детей. Потом перерезал постромки, хлопнул лошадей по спине, и те поскакали в лес. Сам он побежал, перепрыгнул через планширь шлюпки, и гребцы повели ее к кораблю.
Корабль быстро уходил вниз по течению, и им пришлось налечь на весла, чтобы догнать его.
— Отсюда до самого устья река свободна, — сказал Аболи Тому, подходя; Том стоял у руля.
Оба посмотрели на беспорядочное скопление всадников на северном берегу. Арабы не пытались перестроиться и продолжать преследование.
— Примите людей на борт, мистер Уилсон, — сказал Том. — И выдайте им по двойной порции рома за пережитые неприятности.
Уил Уилсон коснулся шапки.
— Прошу прощения, капитан, но ром вы выбросили за борт. Хотите повернуть корабль и вернуться за ним?
Спрашивал он серьезно, но его губы изогнулись.
— Думаю, придется подождать, пока не доберемся до Доброй Надежды, — так же серьезно ответил Том.
Когда «Кентавр» вышел в море и темная масса африканского материка медленно таяла позади, Том стоял на корме. На палубе за ним послышались легкие шаги. Он повернулся, развернул Сару, так что ее спина прильнула к его груди. Прижал ее к себе, потянулся через плечо и поцеловал в ухо. Она с наслаждением вздрогнула, когда его борода защекотала ей шею.
— Тебя зовет Дорри, — сказала она.
— Сейчас пойду к нему, — ответил он, но не отошел от нее ни на шаг.
После долгого молчания она спросила:
— Что с нами теперь будет, Том?
— Не знаю, девочка. Сначала Добрая Надежда, а потом посмотрим.
— Ну, одно точно. У меня будет для тебя небольшой сюрприз, когда придем к Доброй Надежде.
— Да? — Он заинтересовался. — Что же это?
— Если я скажу, какой же это сюрприз?
Она протянула руки за спину, взяла его ладони и прижала к своему животу. Ему понадобилось несколько мгновений, чтобы понять. Он радостно рассмеялся.
— Господь благослови тебя, Сара Кортни! Не знаю, что и сказать.
Она знала, что у него это высшее выражение радости.
— Тогда не суетись, орясина, и поцелуй меня.
~
Wilbur Smith MONSOON
First published in 1999 by Macmillan an imprint of Pan Macmillan Ltd.
Печатается с разрешения литературных агентств Charles Pick Consultancy Limited и Permissions & Rights Ltd.
© Wilbur Smith, 1999
© Издание на русском языке AST Publishers, 2013
Все права защищены. Никакая часть электронной версии этой книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме и какими бы то ни было средствами, включая размещение в сети Интернет и в корпоративных сетях, для частного и публичного использования без письменного разрешения владельца авторских прав.
© Электронная версия книги подготовлена компанией ЛитРес (www.litres.ru)
Читать бесплатно другие книги:
