Врата пустоты. Звезда короля Валентеева Ольга
— Я же обещала.
— Хорошо, — внезапно согласился Анри, а я ожидала куда большего сопротивления. — Пойдем, взглянем на алтарь. Но Фила с собой брать не будем, а то еще станет светлым магистром сгоряча.
— Договорились, — обняла его крепче. — И… прости меня. Я правда не хотела тебя обижать. И уж тем более — чтобы ты за меня волновался.
— Все хорошо, Полли. — Анри нежно меня поцеловал. — Но клянусь, еще один поцелуй с посторонним мужчиной, вольный или невольный, и я за себя не ручаюсь.
— Ни одного, даю слово.
Я закрыла глаза. Надо было поспать. Но через пару часов в коридоре послышались осторожные шаги. Их я, конечно, узнала. Интересно, куда в полночь направились Фил и Лиз? Как бы там ни было, после расскажут. Вряд ли им может что-то грозить на территории гимназии. По крайней мере, сейчас.
Филипп
Я не мог уснуть. Ворочался с боку на бок, мешая Лиз, пока она не зажгла светильники и села, уставившись на меня.
— Опять кошмары? — спросила сочувственно.
— Нет, кошмары ушли, — ответил, понимая, что это действительно так. — Просто бессонница. Столько всего произошло, и я не знаю, как с этим справиться.
— Ничего, мы вместе, значит, все получится, — улыбнулась Лиз, и сразу стало легче на сердце. — Хотя мне тоже не по себе. Я будто всю жизнь спала — и проснулась. И оказалось, что мир вокруг совсем не такой, как представлялось ранее.
— Да уж, понимаю.
Конечно, я пересказал Лиз содержание нашего разговора с Рейдесом. И теперь мы оба старались понять главное — что с этими знаниями делать.
— И все-таки что-то не дает мне покоя. — Я поднялся с кровати и принялся одеваться. Лучше пройдусь, немного остужу голову, пока ночь. — Послушай. — В голову пришла совсем уж безумная мысль. — Лиз, а ты знаешь, где находится комната профессора Айденса?
— Ну конечно, — кивнула она. — В преподавательском крыле. Думаю, он туда и шел, когда мы его встретили. Только не говори, что ты хочешь туда пойти! На дверях в любом случае защита, может, еще сильнее, чем папина.
— Хочу, — кивнул я. — И пойду. Проводишь?
Лиз тяжело и картинно вздохнула — мол, за что мне достался настолько проблемный возлюбленный, — но поднялась следом за мной. Сборы не заняли много времени. Мы захватили пару защитных амулетов и тихонько прокрались по коридору к выходу. Повсюду царила тишина. Видимо, бессонница посетила только меня.
Снаружи было душно, но не так сильно, как в городе, и я вдохнул полной грудью.
— И это только июнь, — недовольно сказала Лиз. — А что будет в июле?
— Я полагаю, новый магистр света, учитывая, как усердно его ищут, — откликнулся я.
— Фил, а тебе не приходило в голову попробовать активировать алтарь? — загорелись любопытством глаза Элизабет.
— Мне даже предлагали это сделать. Но тогда у нас с тобой не будет шанса остаться вместе. Магистры ведь не женятся. И я слышал, что не могут иметь детей.
— Так ты ведь будешь необычным магистром. Короли тоже обладали всеми тремя типами магии сразу, и в семье рождались дети.
А ведь Лиз права. Может ли быть, что артефакты отрицательно воздействуют на тех, кого не защищает кровь? Но проверять мне не хотелось. Я никогда не желал власти или славы. А в последнее время все больше хотелось спокойной жизни, когда не буду спрашивать себя, кого потеряю завтра.
— Эй, не грусти, — сразу заметила Лиз. — И призывай невидимость, мы на месте.
Срок действия великого заклинания всех темных магов, которому меня когда-то научил Дилан, был ограничен пятью минутами, поэтому по преподавательскому крылу мы продвигались быстро. Почти из-под всех дверей лился свет — наставники не спали, готовясь к следующему учебному дню. Но на этаже Айденса света не было. Может, и комнаты вокруг пусты? Не время спрашивать — Лиз замерла перед нужной дверью.
— Я ломаю, ты держишь щиты, — скомандовала она.
— Еще чего! — тут же возмутился я.
— Фил, защита «Черной звезды» — это моя среда. Папин кабинет ты мне доверил, а эту комнату — нет?
— Я не хочу, чтобы ты пострадала.
— Чем дольше мы спорим, тем больше шансов, что нас увидят. Поднимай щиты!
Лиз была права, не время спорить, поэтому я накрыл ее всем, чем только мог, от банальной защиты до щитов от всех видов проклятий, а она водила руками и применяла один способ за другим, пока замок не щелкнул, а дверь медленно отворилась, словно приглашая войти.
— Оставайся тут, — попросил Лиз. — Если кто-то будет идти, позови.
— Но я тоже хочу взглянуть!
— Лиз, давай сначала я, хорошо?
Она обиженно насупилась, но отступила в нишу у окна, чтобы ее не было видно, а я вошел в комнату профессора Айденса. Обстановка была достаточно скудной: несколько зеркал на стенах, одно в полный рост, накрытое тканью. Узкая кровать, застеленная черным покрывалом так ровно, будто стелили под линейку. Полка с книгами по различным типам магии, несколько исторических трудов. Стол с ящиками, письменные принадлежности, высокий узкий шкаф. Безлико…
Я осторожно провел магией по ящикам стола. Конечно же еще одна защита. Осторожно попытался распутать, снимая ярус за ярусом. На столе ее оказалось куда меньше, чем на двери, и вскоре я смог увидеть содержимое. Несколько абсолютно одинаковых папок. Вытащил верхнюю, открыл — и замер. Это были документы, которых тут уж точно не должно было быть, потому что на них стоял гриф «секретно». И касались они дел, которые вел мой отец. Дел, о которых я сам никогда не слышал. Осторожно перевернул листы верхнего — на полях виднелись пометки. Видимо, Андре читал их крайне внимательно. Зачем?
Забрать с собой? Не лучшее решение, слишком много людей в нашем маленьком домике, пусть и самых близких. Я быстро пролистал несколько дел, пока не дошел до имени Лианы Варне. Видимо, отчет о том, что она участвовала в заговоре против магистрата, был подделкой для магистров. Если верить этим отцовским бумагам, все было иначе. Он пытался доказать, что магистр тьмы совершил множество преступлений. И когда я увидел список, стало дурно. Десятки имен. Десятки случаев, когда вмешательство одного из правителей государства стоило людям жизни — или чести, такие тоже встречались. Но на что надеялся папа, собирая этот компромат? Никто и никогда не лишал должности магистра. И ведь на этих документах не было грифа секретности. Где их нашел Андре? Личный архив? Безумие! Неудивительно, что отцу пришлось спешно уезжать из столицы. За такое легко могли убить.
— Вам не говорили, что рыться в чужих вещах недостойно дворянина, месье Вейран? — послышался голос за спиной.
Я резко обернулся, приготовившись защищаться — и атаковать, но там было всего лишь зеркало. И из зеркала на меня с прищуром смотрел Андре. Два глупца! Вот кем были мы с Лиз. Глупо ожидать, что он не почувствует взлом защиты. Или это я напортачил со столом?
— Прощу прощения, — ответил, стараясь сохранять спокойствие. — Я уже ухожу.
Андре рассмеялся — глухо и тихо. Но глаза его оставались холодными, будто на меня глядела пустота.
— Вы всегда были забавным юношей, курсант Филипп, — сказал он. — Но бесстрашие должно сочетаться с осторожностью. Помните об этом, когда в следующий раз заберетесь в чужое жилье. Хорошо хоть девчонку додумались оставить за дверью.
Щелкнул замок, отрезая меня от Лиз. Но она не кинулась ломать двери. Не услышала?
— Не беспокойтесь, мы только поговорим, — сказал Андре. — Зачем-то же вы сюда пришли. Спрашивайте, раз уж явились.
— Чего вы добиваетесь, профессор Айденс? — спросил я.
— Да ладно, можно просто Андре. Мы ведь родственники, хоть вам вряд ли это нравится.
— Скорее это для меня неожиданно, — признал я. — Никогда даже не подозревал о подобном.
— Я знаю. Впрочем, это ничего не меняет. Чего я добиваюсь? Уже давно изложил вашему брату. Всего лишь падения магистрата. Но почему-то никто не желает меня слушать, и подозревают чуть ли не во вселенском заговоре. Нет никакого заговора, Филипп. Я поступаю так, как считаю нужным, и советую вам не появляться у меня на пути. А лучше оставайтесь в «Черной звезде», не покидайте ее пределы хотя бы какое-то время. Тогда никто из дорогих вам людей не пострадает.
— Чем вам мешает магистрат? — спросил я, удивляясь, как спокойно мы разговариваем. А еще — отсутствию страха. Будто все идет так, как и должно быть.
— Правильный вопрос. — Усмешка исказила губы Андре. — Однажды я узнал, что предыдущий магистр тьмы Тейнер сделал так, чтобы моя мать умерла сразу после рождения ребенка. За измену. Как думаете, почему не вместе со мной?
— Из-за имени нашего отца, — вдруг понял я.
— Нашего? Забавно. Он так никогда не считал. Ну да ладно. Не об этом речь, а о том, что смерть магистра Тейнера послужила не концом, а только началом для того, что произошло дальше. После окончания гимназии я продолжил расследование, начатое Виктором Вейраном, которое вы так внимательно читали. Только состав магистров уже поменялся. Думаете, стало лучше? Нет. За каждым из них числится что-то такое, о чем лучше не упоминать темной ночью. А то еще приснится, вы же — человек впечатлительный.
Я закусил губу. В словах Андре чудилась издевка. Он следил за мной все время, что я провел в гимназии. Знал каждый мой шаг. Зачем?
— Злитесь? — сразу заметил он. — Злитесь, Филипп. Это полезно. Хуже, когда все безразлично. Так вот, сама система магистрата должна быть изменена. Но кто отдаст власть добровольно? Вы бы отдали?
— Мне она и вовсе не нужна, — ответил я.
— Надо же! Наследнику универсальной магии — и не нужна? Впрочем, вы всегда выделялись среди других. Поэтому я и согласился учить вас зеркальной магии. Глупо давать в чужие руки оружие против себя же, не находите?
— Но вы согласились.
— Да. Потому что на вас было жалко смотреть. Не то чтобы мне было свойственно сострадание, но в какой-то степени я понимал вас, Филипп. Вам нужно было оружие для защиты, я вам его дал. Не разбейте. Еще вопросы будут?
Я не знал, стоит ли спрашивать, но раньше, чем решил, с губ сорвалось:
— Вам известно, где сейчас отец?
Андре удивленно вскинул брови. Видимо, ожидал другого вопроса.
— Да, Филипп. Мне это известно, — ответил после паузы. — Но вы с ним не увидитесь, потому что он скорее мертв, чем жив.
— Где он?
— Какая разница? Грань жизни и смерти так тонка. Видите ли, Филипп, когда я прибыл к вам домой в памятную для вас ночь, все уже было кончено. Я опоздал. И все, что успел, — немного проредить ряды последователей темного магистра. А вот помочь графу Вейрану мне не удалось. Не владею навыками исцеления. Магия исцеления растет из любви, а не из ненависти. Поэтому все, что я смог сделать, — привязать его к нашему миру. Как только исчезнет привязка, он умрет, потому что у него ранения, несовместимые с жизнью.
— Но мы могли бы…
— Не могли. Не тешьте себя надеждой. Радуйтесь обществу матери, графиня Анжела этого заслуживает. И дружеский совет — не ищите ни меня, ни его. Совет, кстати, больше для вашего брата, чем для вас. Вы все-таки были моим учеником, и мне будет жаль, если вы пострадаете. А на него как-то плевать.
Я ужасался, слушая его. Тому безразличию, с которым он говорил. Будто передо мной не человек вовсе. Он напомнил мне Пьера в минуту, когда магистр признался, что пустота забрала все его чувства. На миг показалось, что с Андре было так же. Только постаралась не пустота, и никто не мог вернуть то, чего он когда-то лишился.
— Ваша возлюбленная начинает волноваться, Филипп, — прервал молчание Андре. — Заприте за собой дверь, пожалуйста.
И отражение исчезло. Щелкнул замок, а в комнату ворвалась Лиз.
— Фил! — воскликнула она.
— Тише, — привлек ее к себе. — Надо уходить.
— Что случилось?
— Ничего, Лизи, — пытался ее успокоить, но она дрожала и вцепилась в меня. — Мы немного поговорили с профессором Айденсом через зеркало. Ничего больше. Идем. Повесь защиту на место, пожалуйста.
Мы заперли дверь и поспешили прочь, но вместо дома пошли в нашу башню. Ступеньки привычно скрипели под ногами, но было видно, что лестницей давно никто не пользовался. Конечно, она не заросла паутиной, но пыль осела повсюду. По пути я пересказывал Лиз то, что услышал от Андре.
— Ты должен был тут же уходить оттуда, — отчитывала она меня. — А если бы он использовал заклинание? Ты не успел бы отбиться!
— Но не использовал же. А самое жуткое, что я начинаю думать, будто он в какой-то степени прав. Проверишь, нет ли на мне воздействия?
— Я и так скажу — нет. Медальон защищает от него. Не слушай его больше, Фил! Не разговаривай. Это опасно.
— Я знаю, Лизи, и больше не буду.
Толкнул дверь в нашу комнату — и замер, вытаращив глаза. На одеялах вольготно раскинулся белый волк и сладко посапывал во сне.
ГЛАВА 7
Анри
Утро начиналось с рассерженного голоса герцога Дареаля:
— Вилли! Ты где? Вот я кому-то уши надеру!
Опять потерял волчонка. Я перевернулся на другой бок и укрылся с головой одеялом, но Полли уже проснулась, быстро оделась и поспешила на помощь Этьену. Пришлось и мне подниматься. Впрочем, я не торопился — у Вилли было куда больше благоразумия, чем у его отца. Скорее всего, свободолюбивому мальчишке надоела наша компания, а территория гимназии огромна, вот он и ушел на разведку. И заснул где-нибудь. В то, что Вилли может попасть в заклинания, я не верил. Иначе директор Рейдес уже был бы здесь. Раз он не почтил нас своим присутствием, значит, и Вилли скоро вернется сам.
Поэтому я неторопливо умылся, оделся и только тогда вышел в общую гостиную. Там осталась только мама — Полли убежала с герцогом искать Вилли. А вот где Фил и Лиз? Наверняка помогают им же.
— Вилли пропал, — тут же сообщила мама.
— Да, я слышал. Найдется. Но если хочешь, могу поискать.
— Я тоже думаю, что найдется, — улыбнулась она. — И зря Этьен так трясется над сыном. Вилли — замечательный мальчик, правда, чрезмерно любопытный, но я сомневаюсь, чтобы на территории гимназии было так уж много смертельно опасных мест, за исключением темного источника, на котором она стоит.
— И все-таки поиски затягиваются. — Вспомнил, что Полина где-то там наедине с герцогом. — Пойду-ка к ним.
Далеко идти не пришлось. Стоило переступить порог дома, как я увидел белого волка, который понуро плелся к домику в сопровождении почетного эскорта. Становиться человеком Вилли, видимо, не желал, иначе действительно уши надерут.
— Да он с нами был всю ночь, — пытался оправдать его Фил. — Простите, герцог Дареаль, мы не подумали, что вы будете волноваться.
— А где это вы сами всю ночь пропадали? — с порога спросил я.
— Гуляли, — вместо брата ответила Лиз. — Фил давно тут не был, соскучился.
Вот еще мелкая заноза. Но Полли права, придется находить общий язык с вредной девчонкой, раз уж Филу она так дорога. И маме она нравится.
— Вот как ты мог? — вполголоса отчитывал Этьен сына. — Чем ты думал? Это не наш замок и даже не столичный дом. Тут могут быть ловушки, опасные заклинания.
— Папа, ну какие заклинания? — сопротивлялся Вилли. — Я смотрел, куда шел.
— Смотрел он! В замке ты тоже смотрел, когда Полина тебя из ямы вытаскивала? Или когда мы тебя у браконьеров отбивали?
Ого, выясняются новые подробности. Значит, охота на оборотней и не думала прекращаться. Скверно…
— Давайте завтракать, — решил прекратить выяснение отношений. — Потом мы с Полли пойдем в город.
— Куда это вы? — прищурился Фил.
Я отвечать не собирался, но вместо меня это сделала Полли:
— К светлому алтарю. Я обещала Пьеру.
— Тогда я с вами, — тут же вызвался брат.
— Тебе-то туда зачем? — рыкнул я. — Лавры светлого магистра покоя не дают?
— Почему сразу лавры? Я просто не хочу, чтобы вы ходили только вдвоем.
Я хотел было наотрез отказаться, но заметил взгляд Полли. Она была права, так я только потеряю брата.
— Хорошо, — ответил ему и пошел в дом.
Завтракали в молчании. Вилли обиженно хмурился и всем своим видом демонстрировал, насколько несправедливы упреки его отца. Дареаль напоминал грозовую тучу, из которой вот-вот ударит молния. Мама решила, что лучше не вмешиваться, а нам просто не хотелось говорить. Время близилось к полудню, когда мы с Полли покинули гимназию — на этот раз, как водится, через ворота.
Фил и Лиз шли следом за нами. Я кожей ощущал щиты брата, накрывшие нашу небольшую компанию. И поверх них — едва заметные щиты ведьмочки. Они не смогли бы поглотить заклинание, но, насколько я знал, у ведьм несколько иная сила, и, скорее всего, задача щитов Лиз — слежение, чтобы никто не приблизился к нам с дурными намерениями. Хотя ведьма-то черная. Кто знает, что там у нее за сила?
Мы миновали уже половину пути, когда что-то будто заставило меня замереть на месте. Но почему что-то? Это было, как и всегда, присутствие Пустоты.
«Мальчик мой, — ласково позвала она. — Мы как раз проходим мимо светлого храма. Не хочешь заглянуть?»
«К чему мне это? — спросил мысленно. — Испросить благословения на активацию алтаря?»
«А ты собираешься становиться магистром света?»
«Нет».
«Так к чему глупый вопрос? Нет, Анри, но я бы советовала тебе провести некий ритуал прежде, чем касаться чего-либо, принадлежащего магистрам».
«Какой же?»
«Брачный».
Я покосился на Полли. Она тоже в задумчивости смотрела на храм. А может, Пустота права? Разве я сам не хотел того же? Магическую часть ритуала можно провести прямо сейчас, а поставить подписи — и после, когда будет возможность устроить праздник.
— Полли, — остановился я, — можно спросить тебя кое о чем?
И выразительно обернулся. Фил и Лиз сразу сделали вид, что временно обрели глухоту.
— Конечно, — растерянно ответила моя невеста, не понимая, чем вызвана такая задержка. — Слушаю тебя, Анри.
— Полина… — Я не знал, с чего начать, чтобы не посчитала, будто мое предложение исходит только из желания защититься от светлого алтаря. — Я люблю тебя.
— И я тебя, Анри. — Она все еще не понимала.
— И хочу, чтобы перед тем, как переступить порог магистрата, ты стала моей женой. Дело не в магистрате, конечно, но светлая сила непредсказуема, и…
— Хорошо, Анри, — с улыбкой перебила меня Полли. — Идем. Тем более у нас даже свидетели есть.
Фил и Лиз сияли так, что слепой бы заметил, как им нравится эта идея. А вот светлый жрец, завидев нашу живописную компанию, почему-то посерел. Может, потому, что у меня за плечом по-прежнему маячила невидимая для других Пустота? Или разглядел все оттенки магии тех, кто переступил порог храма?
— Чем могу быть полезен? — испуганно спросил он.
— Мы хотели бы заключить брак, — ответил я.
— Но… мм… нужно разрешение из магистрата.
По полу поплыл привычный серый туман.
— Впрочем, можем обойтись и без него, — торопливо добавил жрец. — Кто из вас жених и невеста?
— Мы, — ответила Полли.
— Отлично, мадемуазель. Проходите к алтарю, становитесь слева. Вы, месье, справа, а я сейчас вернусь.
— Прослежу, — шепнула мне Пустота и скрылась.
Жрец вернулся на удивление быстро. Он надел светлую парадную мантию и нес в руках огромную книгу, в которой записывал все проведенные церемонии. Книга легла на аналой, жрец взялся за перо.
— Ваше имя, месье? — спросил меня.
— Анри Вейран.
Бедняга едва не выронил перо, но взял себя в руки.
— А ваше, мадемуазель?
— Полина Лерьер.
— Замечательно. Имена свидетелей?
— Филипп Вейран.
— Элизабет Рейдес.
Жрец тщательно вписал имена в книгу. Затем выдал Филиппу и Лиз небольшие шарики с пульсирующей светлой магией внутри. Лиз поморщилась — она все-таки была темной, а вот Фил прислушивался к каким-то своим ощущениям. И, судя по выражению лица, его ничуть не беспокоил свет.
— Теперь вы, — засуетился жрец вокруг нас с Полли, заставляя меня снять плащ и протягивая взамен другой, светлый. На плечи Полли легла золотистая накидка. — Вот все и готово. Возьмите друг друга за руки.
Полились неторопливые слова песнопений — сначала молитвы о благополучии Гарандии, затем — о благополучии рода жениха и рода невесты. И наконец, брачные заклинания, смешивающие мою магию с магией Полли. Над нами раскрылся светлый купол с редкими серебристыми вкраплениями — отголосками магии пустоты.
— Боги принимают ваше желание вступить в брак и благословляют его, — сказал жрец. — Прошу ваши руки.
Он уколол ритуальным кинжалом сначала мой палец и отсчитал три капли крови, затем палец Полины. Капли упали в чашу — и на мгновение над ней вспыхнул яркий свет. Жрец улыбнулся. Видимо, это был хороший знак.
— Светлые боги готовы принять ваши клятвы.
— И не совсем светлые тоже, — шепнула на ухо Пустота.
— Вы первый, Анри Вейран.
— Я, Анри, граф Вейран, старший сын рода, клянусь тебе, Полина Лерьер, в искренности любви к тебе. Прошу у светлых богов дозволения любить тебя и заботиться о тебе до последнего вдоха и в светлых чертогах.
— Я, Полина, старшая дочь рода Лерьер, — раздался мягкий голос Полли, — клянусь тебе, Анри Вейран, в искренности любви к тебе. Прошу у светлых богов дозволения любить тебя и заботиться о тебе до последнего вдоха и в светлых чертогах.
Над чашей еще раз вспыхнуло ослепительное сияние.
— Клятвы приняты, — подтвердил жрец. — Отныне перед лицом всех трех стихий вы — муж и жена. Любите друг друга, цените и оберегайте. Господа, прошу засвидетельствовать добровольность и законность данного союза.
Филипп вытянул на ладони светлый шарик, пульсирующей магией.
— Я, Филипп Вейран, признаю, что союз Анри Вейрана и Полины Лерьер свершился, — произнес Филипп.
— Я, Элизабет Рейдес, — вторила ему Лиз, — признаю, что союз Анри Вейрана и Полины Лерьер свершился.
Шарики вспыхнули в их ладонях — и исчезли, а мое левое запястье на миг обожгло, и на нем вспыхнул символ брака. Не дожидаясь разрешения жреца, я поцеловал Полину. Мы столько шли к этому дню! И сейчас меня переполняло счастье. Какая разница, что в этом храме нас лишь пятеро, а не огромная толпа? Главное, что Полли стала моей женой перед богами. А документальное заверение — это уже дело десятое.
— Люблю тебя, — шептал Полине, не желая выпускать из объятий.
— И я тебя, Анри. Больше жизни.
— Гм, может, дадите уже вас поздравить? — поинтересовался Филипп, и на нас налетел небольшой ураганчик из двух сумасбродных магов.
— Поздравляю. — Лиз пыталась одновременно обнять меня и Полли, а Фил и вовсе светился, будто это он только что сочетался браком.
Теперь идти в магистрат не хотелось совсем. Но я обещал Полине. Мы попрощались с жрецом и вышли из храма. Казалось, что даже солнце теперь светит по-особенному ярко и тепло, а совсем не жгуче.
— Давайте по-быстрому покончим с магистратом, — сказал Фил. — И пойдем порадуем маму.
Мы все были с ним согласны, поэтому ускорили шаг. Вскоре впереди показалось здание магистрата, и мне вдруг стало не по себе. С одной стороны, стоит еще раз доказать, что алтарь не признает во мне магистра света. С другой — а вдруг? Вдруг он отреагирует на мою магию? Что тогда будет?
— Все хорошо, Анри? — спросила Полли, мигом ощутив мое состояние.
— Да, любовь моя. Все в порядке. Идем.
Стража лишь поинтересовалась целью нашего визита, а услышав, что мы хотим пройти проверку у светлого алтаря, и вовсе лишь записала имена и пропустила. Значит, арест мне пока не грозит. Стоило переступить порог, как стало понятно — стоять придется долго. Очередь из полусотни человек змеилась в главном зале, а алтарь установили на высоком постаменте, чтобы каждый мог убедиться в чистоте результатов. Магистры были здесь же — хмурый как туча Эйлеан и угрюмый Кернер. Магистр пустоты заметил нас сразу, потому что его лицо заметно прояснилось. А Полли улыбнулась ему, и сердце пронзила ревность. Я обнял жену за плечи и привлек к себе. Моя! И никакие магистры этому не помеха.
Очередь, впрочем, шла быстро. Много ли дела — подойти к алтарю, назвать свое имя и попытаться пробудить древнюю магию. Но алтарь оставался нем, а мы все приближались к нему. Вот уже впереди осталось всего пятеро.
— Мне страшно, — прошептала Полли.
— Не бойся, — сжал ее руку. — Алтарь не откликнется, а пока мы не пройдем проверку, нас не оставят в покое. Ты ведь сама настаивала.
— Да.
Но неожиданно очередь заволновалась. Прищурился магистр Кернер, на лице же Эйлеана не отразилось вовсе никаких эмоций. А к алтарю, не придерживаясь никакого порядка, шел мужчина в черном плаще с восьмиконечной звездой. И уж, конечно, я прекрасно его узнал. Андре Варне, он же профессор зеркальной магии Айденс.
— Позволите? — поинтересовался он у парня, уже потянувшегося было к алтарю. Тот кивнул, как завороженный, и Андре поднялся на ступеньку к алтарю.
— Что он делает? — вцепилась в руку Полли.
— То же, что и мы, — хмуро ответил я. — Пытается призвать магию света.
Случайно я взглянул на Кернера. Магистр тьмы сидел, вытянувшись как струна, и смотрел на Андре так, будто перед ним была ядовитая змея, которая вот-вот укусит. Но Андре не было до него дела. Зеркальщик замер перед алтарем, застыл на миг, будто собираясь с решимостью, и опустил ладонь на светлый алтарь. Ничего…
И вдруг яркая вспышка озарила комнату, залила светом каждый ее уголок. Раздались обрадованные голоса, потому что итог был ясен. И мне он крайне не нравился. Пьер Эйлеан тяжело поднялся из кресла и шагнул к Андре. Кернер старался держаться у него за спиной.
— Приветствуйте нового магистра света, — звучно сказал Пьер. — Ваше имя, месье?
— Андре, — тихо ответил зеркальщик, и затем — куда громче и увереннее: — Мое имя — Андре Вейран.
ГЛАВА 8
Полина
В тот миг, когда белый свет заполнил приемный зал магистрата, я не поверила своим глазам. Как? Почему Андре смог пробудить алтарь? Он же… темный, хоть и умеет управлять светлой магией. Но ошибки быть не могло. Светлая магия выбрала нового магистра, и им стал Андре.
— Граф Вейран, — обратился Кернер к Анри, — этот молодой человек — действительно ваш родственник?
Андре насторожился в ожидании ответа. Я тоже, и в зале стало тихо-тихо. Наверное, если бы Анри ответил шепотом, мы бы все равно услышали. Но он только холодно сказал:
— Да. Он мой брат.
Андре усмехнулся. Я видела, как хмурится Пьер и кусает губы и как безумно посмеивается Кернер.
— Я так и знал, что их трое! — Я с трудом разобрала слова магистра тьмы. — А знаешь, что веселее всего, Эйлеан? Он теперь неприкосновенен, его в пустоту не сошлешь.
Андре чуть обернулся и одарил коллег долгим пронзительным взглядом. А люди в зале зашумели, заволновались, словно морской прибой. В этом шелесте сложно было разобрать, кто что говорит, пока вдруг не раздалось:
— Да здравствует магистр света!
И десятки голосов подхватили:
— Да здравствует магистр.
Но Андре, казалось, было все равно. Он развернулся к алтарю, провел ладонью по его поверхности, будто лаская. И алтарь слабо засветился, делясь с ним магией.
— Что ж, раз все решено, попрошу перенести алтарь в светлую башню, — обратился он к магистрам. — А я пойду собирать вещи к переезду.
И такой же кошачьей походкой направился к двери, вызвав еще одну немую сцену. Что это было?
— Алтарь выбрал магистра, — глухо сказал Пьер. — Можете расходиться. Граф Вейран, вас и ваших спутников попрошу задержаться.
Анри замер, и я — рядом с ним. Вдруг стало страшно. Такая сила в руках Андре — это ли не приговор всем нам? Теперь его ничто не остановит. А Пьер спустился по ступенькам с возвышения, на котором стоял алтарь, и замер перед нами.
— Чего хочет ваш родственник? — спросил он безжизненно.
Читать бесплатно другие книги:
