Имя всего Сущего Лайонс Дженн
– Что произойдет, если они промахнутся? – спросила Джанель.
– Думаю, тогда они ударят по городу, – ответила Сенера.
Генерал Миллигрест вышел из палатки, и остальные последовали за ним. Мориос по-прежнему забавлялся в городе. Джанель содрогнулась при мысли о том, чем сейчас приходилось заниматься Нинавис и членам ее команды. Если повезет, им удастся найти герцога и спасти его. А если это не сработает, что ж… Всегда оставалась Дорна и план Б[268].
– Вторая шеренга – готовсь! – рявкнул кто-то. Джанель заставила себя вернуться мыслями к дракону. Представить, откуда его можно было ударить в голову, было сложней всего – он был слишком огромен. И, к сожалению, ни Сулесс, ни Турвишар никогда не учили Джанель летать.
Это было бы так удобно.
Пока Джанель обдумывала варианты, она услышала, как один из мужчин закричал:
– Разжигай!
Что? Джанель посмотрела на скорпионов. Возницы похожих на катапульту устройств спешились, прихватив с собой те же сферы, которые они использовали, чтобы управлять скорпионами. Но теперь, когда упомянутые сферы были извлечены из защитных оболочек, показалась их нижняя половина, из которой били болезненно яркие лучи света, которые солдаты направляли прямо на землю.
– Первая шеренга – прицелиться!
Пятьдесят лучей, как один, сошлись на Мориосе, буйствующем в Атрине. Несколько огней отклонилось от цели, но их быстро направили в верную сторону. Учитывая, что все они находились, по меньшей мере, в двух милях от Атрина, Джанель понятия не имела, чем это может помочь. Невероятно яркие огни, казалось, лишь освещали дракона. Может быть, солдаты надеялись заманить Мориоса поближе?
– Первая шеренга – огонь!
Джанель заморгала:
– Это слишком далеко. Они никогда не попадут…
Хвосты скорпионов разом швырнули в воздух по маленькому бочонку по траектории, заканчивающейся всего в ста футах от места запуска, и уж явно не в нескольких милях. И все же, достигнув наивысшей точки полета, эти бочонки вдруг уносились вперед на невероятно огромной скорости, словно их выбрасывал какой-то невидимый бог. Каждый бочонок врезался в Мориоса точно в той точке, что была подсвечена светом скорпиона.
И взорвался.
Мориос отступил назад. К его шее и спине прилип желто-белый огонь, выбрасывающий искры и капли расплавленного металла. Чешуя дракона раскалилась докрасна и, начав плавиться, потекла вниз.
– Вторая шеренга – огонь!
Армия Куура выстрелила снова.
Сенера наклонилась к Джанель:
– Если ты когда-нибудь задумывалась, как Куур покорил целый континент, вот ответ на твой вопрос.
Главнокомандующий ухмыльнулся:
– А еще необходимо вспомнить, что этого все равно было недостаточно, чтобы вторгнуться в Манол, – добавила Сенера.
Мориос повернул голову, уставившись на них, расположившихся на берегу озера, и зарычал – голос казался невероятно громким даже с такого расстояния.
Затем он заговорил.
– Ха! – сказал дракон. – Так вы действительно хотите драться! – И спокойно продолжил: – Что ж, мне будет чем заняться до прибытия моего брата!
– Брата? – Джанель глянула на Сенеру: – А кто у него брат?
Колдунья пожала плечами:
– Кто знает?
Мориос разом содрал с себя плавящуюся металлическую чешую, разбросав куски дымящейся смерти в воду и над городом.
И у него выросла новая чешуя.
– Сукин сын… – Тьенцо впилась взглядом в Главнокомандующего: – Что еще можно сделать?!
Верховный главнокомандующий, казалось, был не менее недоволен тем, что дракон отказывался сдыхать.
– Обычные снаряды не сработают. У нас есть огонь Аргаса, но он недостаточно жаркий, чтобы расплавить металл. Учитывая, что Мориос состоит из металла, это бессмысленно. У нас есть снаряды-носороги…
– Я не служила в вашей проклятой армии, Корен! – зарычала Тьенцо. – Что такое снаряд-носорог?
– Просто металл. Все, на что он способен, – это просто ударить, но уж бьет-то он сильно.
– Отлично. Прикажи своим людям зарядить их и одновременно обрушить на Мориоса. Так можно будет выиграть время. Так, Красноглазка, еще раз, как тебя зовут?
– Джанель.
– Джанель, за мной. Мориос сражается именно с нами. – Тьенцо побежала вниз по склону к скорпионам, а Главнокомандующий приказал одному из своих людей передать приказ.
Джанель оглянулась на Атрин. Ей казалось, что сделанные из мечей крылья Мориоса попросту не смогут удержать его в воздухе, но она ошибалась: Мориос бросил свои забавы и сейчас уже летел на расположившихся на холме нападавших. И летел весьма быстро.
– Всем шеренгам – сменить заряд на носорог!
Обе шеренги поспешно меняли вооружение.
Джанель догнала Тьенцо как раз вовремя, чтобы увидеть, как та подбежала к одному из скорпионов и потребовала отдать ей один из снарядов. Солдаты удивленно заморгали, глядя на нее, – вероятно, потому, что даже им приходилось работать парами, чтобы взять боеприпас, а значит, для двух женщин они явно были слишком тяжелы.
Джанель просто сунула Хоревал под мышку и подхватила заряд.
– Куда его? – спросила она Тьенцо.
– На землю передо мной. – Джанель подчинилась, и Тьенцо спросила: – Так ты дочь Корена, верно?
– Разжигай! – закричал глашатай.
Джанель уставилась на Тьенцо широко распахнутыми глазами, а та лишь усмехнулась:
– Методом исключения. Я слишком надолго в этом застряла, чтобы не знать некоторых пророчеств. Закрой глаза…
– Весь строй – прицелиться!
Джанель закрыла глаза как раз в тот момент, когда солдаты вновь направили свои фонари на Мориоса. На этот раз они были направлены намного плотнее друг к другу: дракон почти завис над ними.
– Всем строем – огонь! – Более сотни снарядов-носорогов взмыли в воздух, а затем выстрелили прямо в Мориоса. Тьенцо наклонилась и коснулась шкатулки у своих ног, а затем вскинула Скипетр Куура над головой. Возникло мерцающее радужное силовое поле, блокирующее град металлических лезвий, посыпавшихся дождем изо рта и крыльев Мориоса.
Но следом произошло и другое: металлический снаряд, к которому прикоснулась Тьенцо, завибрировал, а затем врезался в ближайшего металлического скорпиона; операторы выругались от удивления. А долю секунды спустя и Мориос рухнул на землю, когда сотни снарядов, взаимосвязанных Тьенцо друг с другом, врезались в его тело. В следующее мгновение снаряды прилипли к телу дракона, как намагниченные[269]. Но когда целеуказатели вновь опустили прожектора в нормальное положение – направили их на землю, – снаряды послушно попытались следовать их приказам и тоже врезались в землю, унося с собой Мориоса.
– Я удержу этого ублюдка, а ты… – Тьенцо оборвала речь на полуслове, разглядев, как на земле четко выделяется ее силуэт – настолько черный, словно кто-то заставил солнце стать ровно позади нее.
Или нацелился в императрицу прицельным огнем скорпиона.
– Сзади! – рявкнула Джанель.
Тьенцо бросила под ноги Джанель портал как раз в тот миг, когда снаряд зеленого стекла врезался в императрицу и разбился, затопив все вокруг кислотой.
Провалившись сквозь портал, Джанель приземлилась чуть выше у склона холма, откуда ей открывался прекрасный вид на мерцающий и медленно гаснущий защитный щит императрицы. Дракон был занят тем, что пытался сопротивляться притяжению всех этих гигантских магнитов, но, увидев, что щит рухнул, он, должно быть, решил воспользоваться этим шансом. И он снова выдохнул, на этот раз почти горизонтально у самой земли. И на этот раз его смертоносный дождь клинков, врезавшихся в людей и оборудование, нашел свою цель. Незакрепленные снаряды, хранившиеся на спинах скорпионов, взорвались, вызвав цепную реакцию. Прицельные кристаллы рухнули на землю, разбросав невероятно яркие лучи, нацеленные во все стороны.
Магниты рванулись в разные стороны, и Мориос взвыл от боли, но поскольку снаряды теперь не действовали согласованно, контролировать дракона было нельзя.
– Бегите! – закричала Джанель, рванувшись к дракону. – Бегите все! – Наклонившись, она помогла Сенере встать на ноги, благо колдунья не пострадала, если не считать нескольких пятен от травы.
Мориос приземлился на вершине куурского военного лагеря.
Зачерпнув крылом землю, людей и оружие, он легко забросил все это в пасть. Джанель, как далеко она ни стояла, все-таки поймала себя на том, что даже она отпрыгнула в сторону, опасаясь быть разрубленной чешуйкой в форме гигантского меча шириной в два фута.
Тьенцо стояла, и кислота лилась с нее, словно она была сделана из стекла. Она бросила в дракона заклинание, но то, казалось, никак не подействовало, а лишь привлекло его внимание. Но вдруг Джанель поняла, что императрица что-то сделала с теми несколькими шкатулками, которые приземлились на шею Мориоса, заставив дракона прижать голову к земле.
И ниже его голова уже не будет.
Вполне возможно, что это – единственный шанс.
– Сенера! Помоги мне дотянуться до него!
Сенера вытянула руки и сделала легкий жест – и земля рядом с Мориосом поднялась вперед, образуя пандус.
Джанель рванулась вверх по нему и прыгнула, держась обеими руками за Хоревал и метя прямо в глаз Мориосу.
Удар пришелся точно. Живая ртуть драконьего глаза дрогнула, разошлась в стороны, когда копье вошло на глубину. Мориос взревел – его вой отозвался кошмарным ударом боли в голове Джанель, – а затем запрокинул голову, срывая чешую и то, что считалось его плотью.
У Джанель был выбор: либо вцепиться в копье и ждать, когда ее зашвырнут высоко в воздух, либо отпустить его и упасть на землю – и там расстояние наверняка будет меньше. И Тьенцо, возможно, сумеет ее поймать. Наверное.
Она выбрала последнее.
Джанель упала на землю и почувствовала, как ногу пронзила обжигающая боль перелома.
Дракон заревел раз, другой, и снова, и снова, ритмично…
Мориос смеялся.
– Блестяще! Мне это нравится! – Мориос легко вырвал Хоревал из глаза. – Такого веселья у меня не было уже тысячелетие!
И дракон переломил копье надвое.
59: Три ветви
Атрин, провинция Джорат, Куурская империя.
Через три дня после того, как в оживленной таверне не заметили присутствия императора
Кирин сел на трон, откинувшись на спинку:
– Так… Какие вам двоим снятся кошмары?
Турвишар и брат Коун вскинули головы, удивленно уставившись на него.
После долгой неловкой паузы брат Коун сказал:
– Ужасные. Мне снятся пещеры, заполненные задыхающимися или плавящимися людьми – целыми семьями. Или задыхающимися, а потом плавящимися.
– Я же говорил тебе не читать про куурские боевые проклятья, – укоризненно покачал головой Турвишар. – Мне снится Гадрит. Порою так трудно поверить, что я свободен от него.
Брат Коун, до этого расхаживающий по тронному залу и рассматривающий покрытые грязью статуи, повернулся к Турвишару:
– Мне кое-что интересно. Релос Вар однажды сказал, что единственная причина, по которой он не убил Гадрита, заключалась в том, что у этого человека было что-то, что принадлежит ему. И пока это что-то было у Гадрита, Релос не мог пойти против него. Что это могло быть?[270]
– Хорошо, что мы перестали болтать о всяких пустяках. – Кирин выпрямился на троне.
– Почему… – Турвишар нахмурился, рассеянно крутя на пальце рубиновое кольцо отца. – Нет. Нет, я не имею ни малейшего представления. Хотя… Я часто чувствовал, что Гадрит, наверное, имеет какое-то влияние на Релоса. Но я вырос в Столице, где все шантажируют друг друга.
Кирин склонил голову набок:
– Если все дело лишь в информации, то она вполне могла умереть вместе с Гадритом, но что, если на самом деле все не так? Как вы думаете, он мог что-нибудь спрятать в Шадраг-Горе или в поместье Де Лор?
– Ты имеешь в виду какой-нибудь артефакт? – спросил Турвишар.
– Конечно, почему бы и нет? Релос Вар утверждает, что у него нет Краеугольного Камня, но я ему не верю. Если у всех остальных драконов есть, то почему бы у него не быть?
Турвишар заморгал:
– Подожди. Если он и превращался в дракона, то это не значит, что он один из них. Хамезра делала то же самое…
– Да, но Релос Вар – дракон. Помнишь дракона, который летал наверху, когда я был в Харас-Гулготе? Это был Вар.
Турвишар вздохнул:
– Ну, тогда вполне возможно.
– Ну, если бы я был драконом, которого можно было убить, только уничтожив мой Краеугольный Камень, – сказал Коун, – который бы находился у другого дракона, то что бы я сделал? Я бы вернул его, едва услышав, что он погиб!
– Да, я тоже, – вздохнул Кирин. – Так что стоит бросить кости.
* * *
Дракон отступил на шаг, и Джанель пораженно уставилась на него.
Это не сработало.
Это не сработало, хотя она все сделала идеально.
– Джанель! – Ее окликали и до этого, но теперь уже Сенера схватила ее – не рукой, а магией, оттаскивая в сторону от когтистой лапы Мориоса.
– О, вернись ко мне, крошка! Мы еще не закончили играть!
– Я так рада, что произвела хорошее впечатление. – Джанель почувствовала, как на нее накатывает истерика.
В воздухе перед нею открылся фрактальный круг, через который вышла Тьенцо.
– Зажмите уши! – крикнула она Джанель, Сенере и всем, кто был рядом.
А затем направила Скипетр Куура на дракона. Джанель и Сенера послушно зажали уши руками, и от скипетра Тьенцо к Мориосу с оглушительным ревом понесся луч. Звук, исходивший от него, был просто ужасен, его было просто больно слышать.
И там, куда ударил луч, тело Мориоса просто… разлетелось, пронзенное насквозь лучом.
«О, слава Хореду! – подумала Джанель. – Это, конечно…»
Но Мориос снова засмеялся, и все в ужасе увидели, как зияющие дыры на его теле затянулись сами собой.
– Беру свои слова обратно. Подобной битвы у меня не было даже с братом!
Но вместо того чтобы атаковать, Мориос поднялся в воздух и полетел обратно к Атрину. При этом он оглядывался через плечо, словно проверяя, следят ли за ним.
– Что он делает? – спросила Сенера.
– Дразнит нас, – зло выдохнула Джанель. – Он знает, что мы не хотим видеть Атрин разрушенным, так что он хочет, чтоб мы следовали за ним. Как он и сказал, он играет с нами.
– О, все гораздо хуже, – сказала Тьенцо. – Он будет парить над толпой, так что повторить трюк с магнитами я не смогу. – Она сочувственно глянула на Джанель: – Лекари уже в пути. Это была хорошая попытка. Извини, что ничего не вышло. – Открыв еще один портал, она ушла через него.
– Будь все это проклято! – Джанель начала было вставать, но лишь заскрипела зубами, когда боль в сломанной ноге напомнила ей, что это было очень плохой идеей.
– Подожди здесь, – сказала Сенера. – Ты же знаешь, я не могу тебя лечить. Никогда не могла – тебе нужно минимум два лекаря. Я попробую кого-нибудь найти[271].
– Все в порядке, – прошипела Джанель сквозь стиснутые зубы. – Помоги Тьенцо. Я сама о себе позабочусь.
– Удачи. – Сенера на миг замолчала и улыбнулась Джанель: – Знаешь, в итоге это все было довольно весело. Скажи Турвишару спасибо за то, что он спас мне жизнь. – И, создав портал, она выскочила через него, за мгновение до этого отбросив что-то в сторону.
От последних слов Сенеры по коже Джанель продрал озноб. Девушка подползла к тому месту, где стояла Сенера, и принялась шарить по земле, разыскивая, что она могла выбросить.
Пальцы сомкнулись на обломках ветви.
– Нет! – Это не могла быть одна и та же ветвь. Она ведь оставалась у Джанель! Джанель судорожно принялась рыться у себя в корсаже и, наконец, извлекла палочку.
Она была сломана.
Но ведь Джанель заколдовала ветвь, чтобы она не могла сломаться самостоятельно! Этого не могло случиться от падения на землю!
И она вдруг поняла, что сделала Сенера. Что она, должно быть, сделала.
Не существовало двух ветвей. Их было три. Сенера ожидала, что Джанель отнимет у нее ветвь. А потому у Сенеры оставалась своя ветвь, симпатически связанная еще с двумя. И когда Сенера сломала ее, она сломала и две остальные – и металлическую, и деревянную[272].
Но зачем?! Для чего Релос Вар мог срывать исполнение своего собственного плана по убийству Мориоса? Это ведь с самого начала была его идея, так зачем же он?..
У Джанель закружилась голова. Она могла лишь догадываться, какие из ее домыслов могли быть правдой. Что она знала? Она знала, что у Кирина есть Уртанриэль. Она знала, что Сенера подала сигнал Коуну. Она знала, что Кирин мог в течение нескольких секунд уничтожить еще один Краеугольный Камень, если он, конечно, этого еще не сделал.
Но чего она не знала: что же на самом деле произойдет. После уничтожения Кандального Камня были освобождены в итоге все демоны…
Джанель огляделась. Армия пребывала в полном замешательстве, выжившие после нападения Мориоса собирали раненых и убитых. Отец Джанель – выжил! – сейчас как раз ссорился с одетым в зеленое членом королевской семьи Де Арамарин.
Миллигрест мог бы быстро добраться до Тьенцо. Нужно просто приказать ему, чтобы он…
Джанель остановила себя. Она не могла что-либо приказывать Миллигресту. Может, хорвешцы и не разбираются в идорре и тудадже, но, проклятье, они прекрасно разбираются в субординации. Верховный главнокомандующий Миллигрест знал, кто здесь главный: он сам.
Джанель положила руку себе на ногу и сосредоточилась на том, чтобы вытянуть достаточно тенье из почвы, чтобы вылечить сломанную кость[273].
Этому трюку ее научила Сулесс. Это было больно, словно кто-то поднес факел к обнаженной коже, но сработало быстро.
Джанель вскочила на ноги.
– Генерал Миллигрест! – закричала она. – Главнокомандующий Миллигрест, мне нужна ваша помощь!
Главнокомандующий отвлекся от своего спора с Верховным лордом Гаваром Де Арамарином.
– Да?
– Нас обманули! – выдохнула Джанель. – Сенера и Релос Вар обманули нас. Императрица должна связаться с Турвишаром – передать ему, чтобы он не позволил Кирину разрушить Краеугольный Камень. Пока не стало слишком поздно. Пожалуйста, сэр, умоляю вас!
Верховный главнокомандующий пристально посмотрел на нее, но затем все же уставился на свое кольцо: пусть это было не рубиновое кольцо-печатка, но, вероятно, оно действовало по тому же принципу.
После нескольких мучительно долгих секунд Корен Миллигрест сказал:
– Она передала сообщение, но Турвишар не ответил.
У Джанель екнуло сердце.
– Что это значит?
– Что он не ответил, – повторил Корен. Он вновь обратил внимание на Верховного лорда. – На твоем месте я бы ушел. Когда все это закончится, императрица будет тобой недовольна.
Гавар приподнял бровь:
– Она не может причинить мне вреда. Говоря буквально — не может причинить мне боль. Ты забыл об ограничениях, связанных с ношением Короны и Скипетра? Она не может даже просто поднять руку на кого-либо из членов Королевского Дома[274].
– Не говори, что я тебя не предупреждал, – улыбнулся Главнокомандующий.
Верховный лорд усмехнулся и пошел прочь.
Земля задрожала.
60: И снова братья
Атрин, провинция Джорат, Куурская империя.
Через три дня после того, как Гадрит нашел слабое место Кирина
Кирин показал собеседникам игральные кости.
– Итак, кто хочет сыграть? Скоротать время?
Брат Коун покачал головой.
– Ни за что на свете, – сказал Турвишар.
Кирин вздохнул.
Брат Коун поднял голову и разжал ладонь. Металлическая ветвь была сломана надвое.
– Вот и все. Это сигнал. Они убили дракона.
– Слава Восьми! – Выхватив Уртанриэль, Кирин рубанул мечом по кристаллу.
Земля заколебалась под ногами, перекатываясь волнами.
Джанель швырнуло в воздух, как ребенка, вздумавшего поиграть на одеяле. Девушка упала на землю и судорожно попыталась ухватиться за что-нибудь, чувствуя, как землю по-прежнему трясет.
Огромная секция моста, ведущего в Атрин, у озера Джорат оторвалась и рухнула вниз. Затем Джанель поняла, что она ошиблась с масштабом.
Часть плотины Демонского Водопада, сдерживающей озеро Джорат, попросту рухнула.
Мало того что Тьенцо все еще сражалась с Мориосом, так еще и у Джанель не было возможности связаться с ней, чтобы сказать, что у них остается всего несколько секунд на то, чтобы убить дракона, если они хотят, чтобы он умер по-настоящему. И Джанель была абсолютно уверена, что благодаря предательству Сенеры возможность убить Мориоса навсегда только что ускользнула.
Только вот что вызвало землетрясение?
– Мне нужно попасть туда! – сказала Джанель генералу Миллигресту. – Есть ли здесь кто-нибудь, кому вы могли бы доверить открыть портал?
Он оглянулся туда, куда ушел Верховный лорд.
– Нет. И в таком состоянии я не собираюсь рисковать тобой или кем-либо еще на этом мосту.
– Я должна им помочь!
– Ты уже пыталась, – ответил генерал Миллигрест. – Больше ты уже ничего не сделаешь!
– Я отказываюсь сдаваться!
– Иногда нет другого выбора, – отрезал Миллигрест. – Проклятье! Ты такая же упрямая, как и твой брат! – Он оборвал речь на полуслове и поморщился.
У Джанель закружилась голова… Ей никогда не приходило в голову…
– У меня есть брат?
– Больше нет. – Голос Миллигреста сорвался.
От горя, прозвучавшего в его голосе, у нее перехватило дыхание. Но что случилось, она не стала спрашивать. Сейчас не время.
Но потом она нахмурилась.
«Братья. Мориос ищет своего брата, – вспомнила Джанель. – Мориос решил, что его брат должен сюда прибыть. Но почему?!»
Кирин предположил, что все драконы могли быть детьми Восьми, но что, если все не совсем так? Например, Релос Вар не отвечал этим требованиям. Он был братом Кирина. То есть они не обязательно были детьми, они могли быть просто какими-то родственниками. Детьми, родителями, сестрами… братьями. Что, если драконы на каком-то уровне все еще помнят эту семейную связь?
Кирин сказал, что дракон Шаранакал был сыном Таэны и что он поселился недалеко от ее островного святилища. Эйан’аррик жила рядом со своим дядей Реварриком, более известным как Релос Вар. Джанель не была уверена, что было причиной, а что следствием: Таэна ли решила остаться рядом со своим сыном, чтобы присматривать за ним, или ее сын решил остаться рядом со своей матерью? Остался ли Релос Вар рядом с Эйан’аррик или наоборот? Но если бы схема оставалась неизменной… В Атрине ведь жил один из Восьми?!
– Хоред, – выдохнула она.
Отец не обратил на это никакого внимания.
Он, вероятно, решил, что она ругается.
Джанель склонила голову и взмолилась:
– Хоред, пожалуйста, услышь мою молитву, ибо твой брат Мориос здесь. Moриос, который опустошает Атрин, город, который ты любишь. Пожалуйста, помоги нам, или он сровняет это место с землей…
Хоред сказал:
– Я не могу долго здесь находиться.
Отец ахнул и упал на одно колено.
Джанель подняла глаза. Хоред парил над ней в красных доспехах, темных, как сама кровь, за плечами его развевался плащ из перьев ворона. Казалось, все одновременно поняли, что пред ними явился бог. Она услышала, как люди вокруг падали на колени.
– Мы не можем остановить его, – сказала Джанель Хореду. – Ничего не получается.
Джанель увидела за спиной Хореда взрывы над Атрином. Вероятно, Тьенцо сражалась за то, чтобы дракон не разгромил Атрин, а Мориос по-прежнему развлекался.
Бог Разрушения сказал:
– Разумеется, ничего не получится. Мой брат – само олицетворение войны, аватар битвы. Сражение делает его сильнее. Релос Вар должен был сказать тебе об этом.
– Брат!
– Это была моя реплика, – откликнулся Хоред, оглядываясь через плечо. – Я отвлеку его настолько, насколько смогу. Мы не можем убить друг друга. Поверь мне, мы оба пытались. Эвакуируйте всех из Атрина и найдите безопасное место. – Он махнул рукой в сторону Джанель.
И мир изменился. Теперь она стояла внутри Атрина. Вокруг рушились здания и осыпалась каменная кладка. На улицах валялись тела.
Но, ошеломленная и разъяренная, Джанель не замечала всех этих катастроф. Релос Вар должен был им сказать? Релос Вар знал об этом? Знал, что сражение делает дракона более могущественным, знал, что Мориос не мог быть убит с помощью насилия?
Читать бесплатно другие книги:
