Врата пустоты. Зеркальный страж Валентеева Ольга
Вдруг Вилли соскочил с подоконника, пробормотал:
— Кажется, мне пора. Ребята, вы со мной?
И стоило нам отказаться, как он обернулся волком и нырнул в пустоту, а минуту спустя я услышал знакомые шаги. К нам пожаловал Этьен Дареаль.
— Добрый день, господа магистры, — окинул нашу компанию суровым взглядом. — И Филипп.
Я закусил губу. Этьен умел расставлять приоритеты. Да, я не магистр и не стремлюсь им стать. Но обошелся бы и без отдельного обращения.
— Здравствуйте, герцог Дареаль, — ответил Анри. — Какими судьбами в темном магистрате?
— Услышал колокол. Я был неподалеку и хотел попросить, чтобы мне позволили взглянуть на место преступления. Ведь сюда наведался тот же человек, что и в башню пустоты?
— Вы проницательны, герцог, — ответил Андре. — Но не думаю, что вы хоть что-то найдете, кроме запаха трав. Мне кажется, так преступник сбивает нас со следа.
— А вы — профессиональный сыщик? — поинтересовался Этьен.
— Нет, но…
— Так предоставьте это дело профессионалам, магистр.
Вот так просто — магистр. Дареаль подчеркнул, что не знает, как обращаться к Андре. А они-то что не поделили? До сих пор злится, что Вилли скрывался в башне пустоты? Так это к Вилли вопрос, не к Андре. Или они еще тогда мило побеседовали? Андре намек тоже понял. Его глаза угрожающе блеснули, но стоит отдать брату должное — он промолчал.
— Идемте, я провожу вас, герцог, — вмешался Роберт, чтобы не дошло до кровопролития. — Вы со мной?
Конечно же мы потащились с ним, чтобы услышать то же самое, что от Вилли, — сильно пахнет травами.
— Не пойму, куда смотрела охрана, — возмутился Дареаль.
— Денни как-то отвел им глаза, — ответил Анри. — И едва не провернул тот же фокус, что в башне пустоты. Роберт легко отделался.
— Просто Роберт ему не нужен, — откликнулся Андре.
Я имею в виду, что он не собирался его убивать. Меня этот Денни не любит больше.
— Есть причина? — поинтересовался Этьен.
— Филипп, — обернулся ко мне Андре, — передай, пожалуйста, его светлости, что причина есть, но с Псом магистрата я ей делиться не собираюсь.
Этьен вспыхнул. Да, давненько мы не слышали этого прозвища.
— А если у него есть какие-то вопросы, — продолжил Андре, — то пусть вернется на оставленный пост, и тогда у него появится право спрашивать. Теперь же я предпочту вернуться домой.
— Мы с тобой, — угрюмо ответил Анри. — Надо спокойно сесть и подумать. Роберт, если будут новости или идеи, ты знаешь, где нас искать. До свидания, герцог Дареаль.
— До свидания, магистр Вейран, — ответил Этьен и остался с Робертом, а мы спустились на первый этаж.
— Вилли ушел. Как будем домой добираться? — спросил я.
— Через пустоту, если магистр позволит, — ответил Анри и покосился на Андре.
— Идите, как хотите, — откликнулся он.
— Тогда за мной.
Взметнулся серый туман, и Анри шагнул туда первым. Нам оставалось только последовать за ним, чтобы миновать владения пустоты, так и не встретив их хозяйку, и очутиться перед дверями нашего дома. А ведь обычно Анри избегал использовать магию пустоты. Его свет был силен, а вот та мощь, которую когда-то дала Пустота, стала куда слабее.
— Отдыхайте, — на ходу проговорил Анри. — Вечером сядем и постараемся найти выход из сложившейся ситуации. Пока у каждого из нас есть время подумать.
— Тебя кто-то назначал главным? — поинтересовался Андре.
— Ну не тебя же. Лично тебе я бы порекомендовал сейчас прекратить геройствовать, пройти в свою комнату и отдохнуть. И лежать еще дня три минимум, а потом уже отправляться на подвиги. Это я тебе как целитель говорю.
— А я отвечаю — катись к демонам.
Мы вошли в дом и тут же столкнулись лицом к лицу с отцом. Похоже, нас ждали. И, судя по выражению папиного лица, он был крайне зол. Анри спокойно прошел мимо — еще бы, это точно не по его душу. Кому придет в голову отчитывать светлого магистра? А мы с Андре остались.
— И где вы были? — сурово спросил отец.
— В темном магистрате, — ответил я. — У Роберта проблемы…
— Я знаю, — перебил он. — А теперь скажите мне оба, зачем вам головы на плечах? В темном магистрате разве перевелись маги, что без вас двоих там не обойтись?
— Понизьте тон, граф Вейран, — жестко ответил Андре.
— Не дерзи! Ладно Филипп с его магией. Тебя-то куда понесло? Предлагаешь снова по кусочкам собирать?
— Я не просил меня спасать. — Андре все больше хмурился, а мне хотелось испариться. Потому что отцу не объяснишь, что двадцать два — это двадцать два, а не три года.
— Не просил он. Предлагаешь снова нарушить равновесие?
— Конечно, тебя ведь только равновесие интересует. С какой это стати? Вроде бы ты не магистр.
— Зато ты — да. И Анри тоже. И Фил с этим демоновым равновесием связан. По-твоему, мне должно быть все равно?
— Нет, тебе должно быть никак!
— Может, вы не будете ссориться? — попытался развести их по углам. — Пап, ну ничего же не случилось.
— Еще не хватало, чтобы случилось!
Когда отец упирался во что-либо, его было не остановить…
— Знаешь что? Пойду-ка я пройдусь. — Андре резко развернулся к двери, вот только открыть ее не смог. — Что за шутки? Думаешь, я через пустоту не уйду?
— С твоим уровнем магии — уползешь, а не уйдешь, учитывая, сколько сегодня потратил резерва без необходимости. Марш к себе!
— Я тебе не…
— Это что еще такое? — На лестнице появилась мама. — Мальчики, вы вернулись? Отдохните немного, и будем обедать. Виктор, можно тебя на пару слов?
Теперь хмурился папа. Оставалось надеяться, что они не поссорятся. Случалось подобное крайне редко, но если начинали, то длилось это долго.
— Идем, — сказал я Андре. — И не обращай на папу внимания, он не со зла. Просто беспокоится.
— О вас.
— Обо всех.
Безумный денек. К счастью, в комнате Андре нашелся Вилли, он тут же засыпал его вопросами и отвлек, а я прошел к себе. Что же теперь делать? Как защитить Анри? Денни ведь все равно придет за ним. Конечно, магия Анри сильна, но и Андре ведь тоже, и Роба. Надо что-то придумать, только я до сих пор не знал что.
ГЛАВА 36
Надин
Эти дни напоминали сон. Страшный сон, без сомнения. Я бродила из угла в угол и нигде не могла найти покоя. Денни не доверял мне — странно, если было бы иначе. А мне нужно его доверие. Об Андре я ничего не знала, но колокол не звонил, и это давало надежду, что он в порядке. Я думала о нем и днем, и ночью. О нем была первая мысль после пробуждения и последняя перед сном. Андре. Как он? Вспоминает ли обо мне или уже вычеркнул из памяти?
А потом зазвонил звездный колокол, возвещая о нападении на темную башню. Значит, Денни сделал следующий шаг. Я ждала, когда он вернется. Хотела притвориться испуганной, спросить, что происходит, но пришел он не один. За Денни следовал молодой темноволосый мужчина с взглядом древнего старика. Нет, его глаза не были потухшими или безжизненными, наоборот. Но он будто глядел в душу с вековой мудростью.
— Денни, что происходит? — Я решила все-таки разыграть свою комедию. — Звездный звонил.
— Все в порядке, крошка. — Денни ласково потрепал меня по щеке. — Я провожу нашего гостя и загляну к тебе, договорились?
Договорились… Мужчины прошли в кабинет, а мне оставалось догадываться, о чем они говорят. Но я провидицей не была, поэтому использовала древний способ — элементарное заклинание прослушки. Оставалось самое сложное — подобраться к кабинету. Он граничил с двумя комнатами. В одной была спальня четверых его подельников, в другой — склад. Вот на склад я и пробралась, стараясь не попасться на глаза охране. Призвала заклинание — и обомлела.
— Вы сами видели, магистр Эйлеан, — я никому не желаю вреда, — говорил Денни.
Магистр Эйлеан? Тот самый? Предшественник Андре? Но о нем же пять лет никто не слышал.
— Однако напасть на темный магистрат посреди бела дня — это дерзость, — говорил Эйлеан.
— Скорее это был дружеский визит. Зато теперь осталось немного — достать кровь светлого магистра и узнать у него, кто же запечатывал с ним врата. Увы, магистр Гейлен оказался крайне несговорчив в этом вопросе.
— Думаете, попасть в светлый магистрат будет так же просто? — спросил Эйлеан.
— Нет. Вот тут-то мне и нужна ваша помощь. Как вы могли понять, я — не маг пустоты. А пустота может вполне успешно противостоять свету. Ведь Анри Вейран по зубам вам, магистр?
— Возможно. И что же вы предлагаете?
— Встретить его экипаж по дороге на службу. Граф всегда выезжает из дома крайне рано, часто затемно. И мы могли бы побеседовать с ним… допустим, послезавтра. Как вы на это смотрите?
— Я в деле, — ответил Эйлеан, и я сразу прониклась к нему неприязнью.
Вдруг щелкнул замок на двери. Тут же кинулась к полке и схватила с нее первую попавшуюся склянку.
— Ой, Надин, — замер на пороге Луи, — ты что тут делаешь?
— Да вот понадобился… — покосилась на банку, — крысиный яд. Видела в своей комнате огромную крысу.
— Их тут хватает, — закивал Луи.
— Я пойду.
Прихватила банку и кинулась в свою комнату. Надо предупредить Андре, что его брату угрожает опасность! И… поговорить с ним. Хотя бы раз попытаться. Быстро надела уличное платье, сменив домашний наряд, зачесала волосы и уже шла к двери, когда услышала стук. Денни вошел в комнату, не дожидаясь ответа. Он выглядел ужасно довольным и потирал руки.
— Случилось что-то хорошее? — спросила я невинно.
— Да, у нас появился новый могущественный союзник, — ответил он.
— Кто же? Тот мужчина, который приходил с тобой?
— Он самый, — кивнул Денни. — Но имя не назову, прости. Пусть будет сюрприз. Ты собиралась уходить?
— А? Да. — Улыбнулась как можно естественнее. — Постоянно сижу дома, решила, что стоит немного прогуляться.
— Жаль, я хотел предложить тебе куда более интересное времяпровождение.
Денни шагнул ко мне, сжал пальцами подбородок и поцеловал. Жестко, властно. Я терпела. Все, что мне оставалось, — терпеть, пока чужие губы мучают рот, а язык пытается протиснуться сквозь зубы. Но когда Денни взялся за шнуровку моего платья, тихо сказала:
— Не надо.
— Почему, крошка? — спросил он. — Мы ведь так давно не были вместе.
— Не те… дни, — ответила ему. — И я собиралась уходить. Тебе что-нибудь купить?
— Лучше возвращайся поскорее, — усмехнулся Денни, а я еле подавила желание ударить его. Что делать, если он будет настаивать? Я не знала, но понимала, что не смогу быть с ним, иначе себя возненавижу.
А пока Денни оставил меня в покое, подхватила сумочку и помчалась к дому Вейранов. Несколько раз проверяла, не следят ли за мной, но никого не было, а впереди замаячили знакомые ворота. Забарабанила в них, пританцовывая от нетерпения и страха, который будто заползал под кожу. Открыл другой, незнакомый слуга.
— Чем могу быть полезен, мадемуазель? — спросил он.
— Мне надо видеть… Андре Вейрана. Или любого из его братьев, — выпалила скороговоркой.
— Как о вас доложить?
— Надин. Надин Эверт.
— Потрудитесь обождать немного, я доложу о вас.
Больше всего боялась, что меня и на порог не пустят. Но вскоре слуга вернулся и пригласил в дом. Мы миновали длинный коридор, прежде чем передо мной открылись двери гостиной — той самой, где мы разговаривали с Филиппом. В комнате находились трое — сам Филипп, Андре и их старший брат, светлый магистр. Андре все еще казался бледным. Увидел меня — и отвел взгляд. Зато Анри глядел чуть удивленно.
— Здравствуйте, Надин, — первым поприветствовал меня Филипп. — Входите, пожалуйста, присаживайтесь.
— Здравствуйте, господа, — ответила я. — Простите, что побеспокоила, но причина показалась мне важной.
Заняла кресло напротив Андре. «Ну, посмотри же на меня!» — просила мысленно, только он не смотрел. Будто перед ним было пустое место.
— Мы вас слушаем, мадемуазель, — сказал Анри. У него был низкий приятный голос — и такие же зеленые глаза, как у Андре.
— Дело в том, что… — не знала, как начать. — Я думаю, вам известно, кто я.
— Мне — нет, — качнул головой магистр света.
— Это подруга Андре, — пояснил Филипп, а сам Андре грозно взглянул на брата.
— А, та самая…
Что означало «та самая», я могла только догадываться.
— Да, та самая, которая меня обманула и дала не тот адрес. Да, Надин? — спросил Филипп.
— Простите, месье Вейран, так было надо. Вы не справитесь с Денни, кто-то непременно пострадает. Я из-за этого и пришла. Послушайте, Денни рассказывал месье Эйлеану…
— Пьеру? — В голосе Анри звучало искренне изумление. Значит, они хорошо знакомы?
— Да, наверное. Так вот, Денни говорил, что организует на вас нападение по пути на службу послезавтра. Экипаж — не магистрат, он хуже защищен, и я решила предупредить…
— Зачем? — спросил Андре.
— Что? — замерла я.
— Зачем ты все это нам рассказываешь? Очередная ловушка?
— Нет. Стала бы я приходить?
— Решила избавиться от подельника?
— Андре, я не имею отношения к нападению Денни на башню пустоты, я не знала!
— А это имеет значение?
— Может, выясните отношения потом? — вмешался Анри. — О чем они еще говорили, мадемуазель Эверт?
— Что у вас будет легко выпытать, кто же четвертый ставил печати с магистрами.
— Давайте поступим проще, — сказал Анри. — Вы назовете нам адрес Денни, и он будет арестован.
— Нет! — вздрогнула я. — Нет, не назову, магистр Вейран, хоть пытайте. Там много людей, им некуда идти. Если будет бой, будут и жертвы, а они — мои друзья, которые поддерживали в трудную минуту.
— Денни тебя тоже поддерживал? — с издевкой спросил Андре.
— Да. — Я опустила голову. — Но он обманул меня, ты знаешь и сам. Больше не могу ничего сказать.
— Что ж, вы помогли нам, мадемуазель Эверт, — сказал магистр света. — И если передумаете или вам вдруг понадобится наша защита — приходите.
— Хорошо, благодарю вас, магистр Вейран. Андре, можно поговорить с тобой… наедине?
— О чем? — жестко спросил он.
— Мы пойдем, — поднялся Филипп. — Андре, я зайду чуть позднее.
Анри тоже поднялся, братья попрощались и оставили нас с глазу на глаз. Теперь я опасалась смотреть на Андре. Разглядывала свои ладони, юбку, пол, только не его.
— Мое время не безгранично, — напомнил неумолимый магистр.
— Я хотела сказать, — все-таки заставила себя посмотреть на него и столкнулась со взглядом, полным ненависти, — Андре, да, я не сказала тебе, зачем действительно пришла в башню пустоты. Но я никогда не желала тебе зла! Пожалуйста, выслушай.
— Мы мало поговорили при последней встрече? — Жестокая улыбка изогнула красивые губы. — Впрочем, как раз разговаривали мы мало.
— Зачем ты так? — Глаза защипало от слез. — Да, ты дал понять, как относишься ко мне. Что я для тебя всего лишь…
— Шлюха, — подсказал Андре.
— Да, видимо, так.
Объяснять расхотелось. Я поднялась, замерла на миг.
— А знаешь, я ведь почти поверила, что ты меня любишь, — сказала, изучая узор паркета на полу. — Но только ты не умеешь любить. Ненависть — вот и все, что в тебе есть, Андре. Но ненависть способна лишь рушить и убивать. И когда ты останешься совсем один…
— Я и так один, Надин. Был и буду после того, как убью твоего любовника.
— Он не…
— Еще скажи, что между вами ничего не было.
— Было! Но до того, как мы познакомились с тобой. Я любила Денни. Думала, что любила.
— И потом так же думала, что любишь меня. Да тебе вредно думать, дорогая!
Хотелось зарядить ему пощечину, но стоило взглянуть на изможденное бледное лицо, как руки опустились сами собой.
— Что ж, это наша последняя встреча. — Все-таки нашла в себе силы на него посмотреть, чтобы запомнить навсегда. — Я больше не приду. Ты тоже, знаю. Может, и к лучшему, что все вышло именно так. Ты говорил, что тебя нельзя любить, Андре. И я поняла, что действительно — нельзя. Но не потому, что ты этого не достоин, нет. А потому, что любовь к тебе разрушает. От нее нельзя избавиться, ее надо просто… пережить. Прощай.
И пошла прочь, не оборачиваясь. Нельзя, нельзя. Забыть? Нет, я его не забуду, хоть уже почти ненавижу. Растоптать свою гордость? Не стану. Пусть все закончится здесь и сейчас. Мой мир рухнул, остались осколки. И они больно впивались в сердце, ранили так глубоко, что я не могла дышать. Слезы все-таки покатились ручьем. Меня никто не останавливал. Я брела по Альсенбургу, смотрела на беззаботно-голубое небо и проклинала тот день, когда впервые встретила Андре. Его нельзя любить, потому что любовь к нему — это горькая отрава, которая медленно убивает. Какой же глупой надо было быть, чтобы даже на миг поверить в то, что пустота может любить.
ГЛАВА 37
Андре
Я не хотел никого видеть. Забился в свою комнату, сел на кровать, обхватив голову руками, и время остановилось. Слова Надин словно молоточками стучали по вискам. Что ж, я ее предупреждал. Знал, что все так и будет, потому что по-другому не бывает. Теперь мы больше не увидимся. Для нее так будет лучше. А мне надо забыть. И забуду со временем, Пустота поможет. Она единственная, кто всегда будет мне рад. Мне нравилось в пустоте. Там не было лжи и фальши, не было чьих-то требований. Только покой. В коридоре слышались шаги и голоса. На минуту заглянул Фил, понял, что разговаривать я не намерен, и куда-то убежал. Громко ругался Анри — как я понял, он приставил кого-то проследить за Надин, но не вышло. Он ее идиоткой считает? Конечно, она не собирается приводить хвост к дому своего дружка.
Голова раскалывалась. Будто кто-то медленно проворачивал в висках шурупы. Наверное, в чем-то прав отец, и сейчас мне лучше держать магию при себе, потому что даже небольшое усилие обратилось мигренью. Ненавижу чувствовать себя беспомощным. Ненавижу! Стоило добавить: себя…
В дверь тихо постучали.
— Убирайтесь! — рявкнул я, но кто в этом доме меня слушал?
Дверь отворилась, и на пороге замерла мадам Анжела. Поглядела на меня, укоризненно покачала головой, подошла и призвала магию исцеления. Мягко коснулась висков, забирая боль.
— Спасибо, — сказал ей.
— Да не за что. — Она печально улыбнулась. — Прости, я случайно услышала часть твоего разговора с Надин… Вы разговаривали слишком громко. У тебя отношения с этой девочкой?
— Были, — признал я. — Если это можно так назвать. Она шпионила за мной по приказу того человека, который напал на башню. Долгая история.
— Расскажешь?
— Не хочу.
— Уверен?
— Я никогда и ни с кем не делился делами сердечными, мадам Анжела. Не стоит и начинать.
— Конечно, куда проще сидеть и жалеть себя.
— Я не…
И замолчал. Может, она и права. Действительно, как последний идиот упиваюсь обидой. Первой ли в жизни? Увы, нет. Пора привыкнуть. Да, неожиданно и больно. Да, Надин каким-то образом сумела пробраться под кожу, в самые недра души, и там осталась, как бы я ни пытался ее оттуда вытравить. Осталась ведь! И сейчас я сходил с ума от двух противоречащих друг другу желаний: стереть, превратить в пепел, причинить боль — и быть с ней, забыв обо всем.
— Рассказывай, — настаивала мадам Вейран.
— Хорошо, только история не совсем приятная.
Оказалось, что суть наших отношений с Надин можно уложить в десяток предложений. Странно и глупо. Анжела слушала внимательно, ни о чем не спрашивала, а я старался не сказать ничего лишнего. Этакая игра в слова. Наконец слова иссякли. Я замолчал и уставился в пол, заново переживая все, что произошло после моего возвращения из пустоты.
— Глупый ты мальчик, Андре, — вздохнула Анжела. — Наговорил девушке гадостей. Зачем? Думаешь, если бы она тебя не любила, то пришла бы? Зная, как ты отреагируешь?
Мне было нечего ответить. И слушать никого не хотелось. Но когда это останавливало мадам Анжелу?
— А теперь на миг отбрось свою обиду, — продолжала она. — Твоя Надин сейчас рядом с человеком, который очень опасен. И едва он поймет, что кто-то выдал его планы, сразу подумает на кого? Правильно, на нее. Представляешь, что будет дальше? Она ведь не сильный маг, правда?
— Да, слабый, — ответил я. — У нее ведовская сила.
— Конечно, не всем ведьмочкам тягаться с нашей Лизи. Скажи, сможет ли Надин защититься от этого Денни?
— Нет.
А ведь мадам Анжела права. Сто тысяч раз права! Денни ведь скоро поймет, если даже сегодня не следил за Надин. Зачем она вообще приходила?
— Уже начинаешь мыслить правильно. — Анжела взяла меня за руку. — И еще один вопрос: твоя обида станет меньше, если она погибнет или пострадает? По лицу вижу, этот вопрос ты себе не задавал, Андре. Так задай и реши, стоит ли твое уязвленное самолюбие того, чтобы терять любимого человека. Не терять в плане «она найдет себе другого и будет счастлива», а насовсем.
И что ей сказать? Что не знаю, как быть дальше? Что не желаю Надин смерти? Вспомнил слова сожаления Денни там, в башне, что я неожиданно для него выгнал Надин и он не сможет ее пытать, чтобы я стал сговорчивее. А ведь он не лгал. И поступил бы именно так.
— Тише. — Анжела, как всегда, поняла даже то, о чем промолчал. — Пока все хорошо. И у тебя будет время принять решение. Если ты не хочешь быть с Надин, тебя никто не заставит. Но это ведь не повод, чтобы она пострадала, верно?
— Я… тоже ее обидел, мадам Анжела. Не буду говорить, что не хотел.
— Если любит, простит.
— Как простили вы?
Анжела грустно улыбнулась. Я понимал, что тема ей неприятна, но пытался понять то, о чем редко когда задумывался. Как можно простить измену? Любую: физическую, моральную? Как?
— Я знала, за кого выходила замуж, Андре, — после паузы ответила она. — Мы с твоим отцом были знакомы не первый день, и уже тогда было понятно, насколько он непростой человек. Но я его любила и всегда знала, что он любит меня. Да, наш брак трещал по швам, я не отрицаю. Не потому, что любовь стала меньше, а потому что Виктор все время рисковал своей головой, а мне оставалось сходить с ума. Это было… ужасно. Каждый вечер ждать его допоздна и гадать, жив ли он, не ранен ли. Думала, что рождение ребенка остудит его голову, но этого не случилось. Наоборот, Виктор и вовсе перестал появляться дома. У него были какие-то грандиозные дела, расследования, а мне снова оставалось ждать. Мы поссорились, он ушел. Вернулся через месяц, упал на колени и умолял о прощении. Так я узнала, что у него была другая женщина. Но я задала себе тот же вопрос, Андре. Хочу ли потерять его навсегда? Потому что он никогда не знал слова «осторожность». Хочу ли оставить сына без отца? И поняла, что нет. Конечно, я не сразу его простила. Какое-то время притворялась, потом нам пришлось уехать. Он изменился. Сделал выводы. Наверное, поэтому я и смогла спрятать свою обиду так далеко, что со временем она истаяла.
— Вы искали меня. Зачем?
— Искала, когда узнала, что твоей матери больше нет. И очень жалею, что тогда не забрала тебя к себе. Многих бед можно было бы избежать. И для тебя, и для нас.
— И что, терпели бы перед глазами постоянное напоминание об измене мужа? — усмехнулся я.
— А ты в ней виноват? Лианы Варне нет в живых. Глупо ревновать к мертвым.
Я замолчал, пытаясь осмыслить все сказанное. Получалось с трудом. Наверное, мне никогда не понять Анжелу Вейран. Я был человеком не того склада. Но только бесконечно мудрая женщина могла столько лет прожить с моим отцом. Это тоже было ясно как день. Она действительно любит Виктора. Только всегда ли хватает одной любви?
— А меня-то вы зачем простили? — ляпнул — и только потом подумал, что сказал. Но мне хотелось знать ответ, потому что поступки Анжелы до сих пор не укладывались в голове.
— Потому что у меня двое сыновей, Андре, — мягко улыбнулась она.
— Каждый из которых мог из-за меня погибнуть.
— Мог. Но не погиб. Я знаю, что ты спас Филиппа от магистра Кернера. Ты помог сразить тьму и запечатать пустоту. И, в конце концов, у меня было пять лет на то, чтобы все обдумать. Ты — сын Виктора. Вы похожи как две капли воды. Как я могу тебя ненавидеть?
Анжела обняла меня за плечи. Мы долго сидели и молчали, думая каждый о своем. Я понимал, что сам не простил бы. Того, что натворил, — никогда. И чувствовал, что Анжела пробила те щиты, которые считал незыблемыми. Они уже пошли трещинами, когда я метался в бреду, а она держала меня за руку. И сейчас в них образовались огромные прорехи.
— И что мне делать? — спросил наконец.
— Решай сам, — ответила она. — Только ты знаешь, насколько сильно любишь Надин. И действительно ли ее вина настолько велика, что заслуживает такой кары. Подумай, Андре.
Анжела привычно коснулась губами моего лба и ушла, а я лег и закрыл глаза. Что ж, ответ на самом деле прост. Надо уничтожить Денни, убрать с лица земли. И чем скорее, тем лучше. Что там говорила Надин? Что месье Эйлеан связался с Денни? И этот туда же со своими расследованиями, потому что в то, будто бывший магистр пустоты хочет высвободить эту колоссальную силу, я не верил. Значит, побеседуем с месье Эйлеаном. Но для начала неплохо бы узнать, что задумали мои братья. Поэтому поднялся, отправился на поиски и нашел обоих в той гостиной, где мы разговаривали с Надин. К ним присоединился Роберт Гейлен, и все трое горячо о чем-то спорили.
— А, вот и Андре, — первым заметил меня Фил. — Присоединяйся, может, подскажешь что-то дельное. Мы тут думаем, как заманить Денни в ловушку.
— А не проще ли поговорить с месье Эйлеаном? — предположил я. — Узнать адрес этого негодяя, и дело с концом.
— Я как раз собирался к нему сходить, — ответил брат. — Но Денни ведь не глуп. Уверен, он принял меры, чтобы Пьер не понял, где находится.
— Не узнаем, пока не поговорим. Тем более что свой план Денни с ним обсуждал, а потому я иду с тобой.
— Может, не стоит? Мы с Пьером — давние друзья, а вы… не совсем, если можно так сказать.
Да, Филипп всегда очень осторожно выбирает слова. Одним словом, я понимал, мне Эйлеан будет не рад.
— Поверь, мой разговор с месье Эйлеаном будет куда более продуктивным, чем ваш, — заверил брата.
— Тогда и я с вами, — вмешался Анри.
— А я не пойду, — хмыкнул Роберт. — Мы почти не знакомы. Но когда что-то узнаете, расскажите. Лично этому гаду голову оторву.
Читать бесплатно другие книги:
