Жена монстра Чередий Галина
— А вы, стало быть, с этим боретесь? — ехидно ответила я. — И я должна преисполниться желанием вам помочь, и это после того, как ты собирался меня пристрелить, потом твой братец ткнул мне в сердце шприцом с не пойми какой херней, вы везли меня в багажнике, будто мешок картошки, обеспечивая синяками и шишками на каждом повороте, оба мне угрожали убийством и увечьями, а под конец меня еще и заперли, словно я дикий зверь.
— Прошу прощения за манеру езды. Не думал, что ты выживешь.
У меня аж слова кончились.
— Это все? Все, за что ты готов извиниться?
— Я не извиняюсь в принципе. Все, что случилось, — последствия твоей глупости. Но вожу я и правда так себе. Бесят человеческие правила.
— Человеческие? А вы, выходит, не люди? — нарочно прошлась по нему придирчивым взглядом с головы до говнодавов на высоком протекторе. Сейчас, когда он снял куртку, оставшись в одной черной футболке и изрядно поношенных серых джинсах в подозрительных бурых брызгах, стало еще более очевидно, какой он здоровый. Высоченный, даже без учета подошвы, плечи — не обхватишь, при этом поджарый, как чистокровный скакун в идеальной спортивной форме. Ну или грейхаунд-переросток, эдакое существо из одних мышц и при этом стремительное, созданное настигать, хватать… убивать даже. В его случае точно.
— Волхи, — уронил Гро, изучая меня в ответ.
— Кто?
— Потом поймешь. Я жду ответа на свой вопрос. Чем тебя зацепил гуй?
— Я отказываюсь сотрудничать, — демонстративно сложила я руки на груди, и Гро уперся взглядом в мои сиськи, причем и не думая это скрывать. — Не раньше, чем со мной начнут обращаться по-человечески.
— Абсурдное требование, учитывая, что ты больше не человек, — лениво, как нехотя, он поднял глаза, вернувшись к моему лицу.
Все же взгляд у него реально тяжелый. Это буквально физически ощутимо. Как если бы мне на плечи кто-то навалился, давя к земле и почему-то подталкивая к желанию опустить и глаза, и голову, подчиняясь. Ну нет уж!
— А кто?
— Хрен знает, что там Кай намутил и вышло ли у него хоть что-то, — дернул он пренебрежительно мощным плечом. — Но по факту ты сейчас зародыш самки гуя.
— Это что еще за гадость?
— Гадость, ага. — Смотри, аж чуть не обрадовался, закивал. — Будешь меняться изнутри до следующего полнолуния, а после него станешь верной секс-рабыней своего муженька, а заодно добытчицей жратвы для вашей мерзкой семейки. А знаешь, что жрут гуи? — Гро сделал паузу, видно, для усиления драматического эффекта. — Людей. Предпочитают сердца и печень. Исключительно здоровые. Сложновато найти в наше время, но ничего, на то эти уроды и заводят сразу побольше жен. Чтобы не голодать.
— Ты ведь сейчас эту чушь на ходу сочиняешь, да? — фыркнула я, закатив насмешливо глаза. — Запугиваешь меня. Зачем?
— И правда, зачем бы мне это? — оскалился он, и я залипла на его зубах. У мужика были клыки. Не длинные, но крупные и широкие. — Не много ли чести для той, кого, скорее всего, нужно будет прикончить уже через месяц?
— Да кто вам право дал приговоры выносить смертные?! — взорвалась я и шарахнула обоими кулаками по стеклу. — Вы кем себя возомнили вообще?
— Теми, кто не дает гуям заполонить собой все вокруг, например. Прикинь, как быстро может вырасти их численность, учитывая, что жен у каждого может быть до двенадцати голов, если все невесты удачно пройдут трансформацию. И предохраняться они не утруждаются. Так что ежегодно рожают целую толпу новых ублюдков, которые уже лет через двадцать пять создадут свои семьи. И так до бесконечности.
— Я отказываюсь во все это верить, ясно? — Нашел идиотку, читает он мне тут лекции по биологии мифических существ! — Это что, продолжение все того же дебильного квеста? Так вот, я отказываюсь и дальше принимать в нем участие, ясно? Выпускайте давайте и имейте в виду, что я намерена отсюда сразу пойти в клинику и сдать кровь, чтобы узнать, чем вы нас травили. А потом — к копам, заявлю на ваш психованный бардак, и пусть разгонят к чертовой матери.
— Ясно, ошибся я. Ты все-таки дура, — пожал плечами мошенник и грубиян.
— А ты — хам и больной на голову, выдумывающий всякую ахинею. Открывай давай меня!
— Имя? — потребовал он, но я забила и, глядя с вызовом, указала на дверь своего аквариума.
— А ведь я могу тебя пытать, — небрежно бросил он, покачнувшись с пятки на носок.
— Да за что?!
— Не за что, а почему. Ты умудрилась не ответить ни на один мой вопрос и только вытягивала информацию из меня. Так не пойдет.
— Не пойдет запирать меня, как какого-то непристроенного щенка в зоомагазине, и втирать всякую чушь, — разозлилась я окончательно.
— То есть собственным глазам ты не веришь? — указал он на мои руки, упертые в прозрачную преграду между нами.
— Ай! — Я отшатнулась назад, увидев опять вылезшие когти. Затрясла бешено кистями под злой смех Гро.
— Ага, потряси сильнее, отвалятся небось. Можешь откусить даже попробовать, вместе с руками. К утру, правда, новые отрастут.
— По-твоему, это смешно? — взбесилась я, и голос вдруг сломался, став басовитым рычанием.
Офигев, я зажала ладонью рот, вспоров при этом когтем собственную щеку и чуть не лишив себя глаза. Полилась кровь, я врезалась лопатками в гладкую стенку и сползла по ней вниз. Стало страшно. И жалко себя. Слезы брызнули сами собой. Отрицать очевидное больше не выходило. Но и принимать все в качестве новой действительности было чересчур.
— Я не хочу-у-у! Пусть это все исчезнет! — завыла, всхлипывая и зажмуриваясь до искр под веками, силясь остановить слезы.
— Ну и какого хрена? — сказал невидимый Кай. — Ты чего тут делаешь, бро?
— Ничего, — буркнул Гро, и через секунду хлопнула дверь.
Я приоткрыла один глаз и заметила, что рыжий еще пялится вслед ушедшему темному брату.
— А ты чего сырость-то развела? — повернулся он ко мне. — Сделал тебе чего Гро?
— Он сказал, что через месяц я стану безмозглой сучкой, которая будет жрать людей! — выдавила между всхлипами.
— Ну до этого мы доводить не станем. Если мое средство не сработает, я тебя до этого устраню.
— Охренительный способ успокоить девушку в истерике! — выкрикнула и треснулась затылком об стекло, психуя от того, что голос опять прозвучал каким-то ревом.
— Прости, меня оправдывает полное отсутствие опыта на данном поприще, — откровенно заржал Кай.
— Ни черта тебя не оправдывает! И твоего психа братца тоже!
— Блин, я хотел сам тебе обо всем рассказать, — нисколько не впечатлился моей злостью рыжий. — С чего это Гро приспичило самому с тобой поболтать, а?
— Да плевала я на твоего Гро!
— Ну и зря. Из нас двоих именно он типа гуманист.
— О да, он адепт «замочим сразу, чтобы не мучилась» философии!
— То-о-очно! — протянул довольно Кай. — Я же, наоборот, люблю понаблюдать.
— Что же, быть на всю голову больными — ваша семейная черта.
— Безмозглые, криворукие недопырки! — донесся совершенно жуткий рев явно снаружи. — Как вы умудрились упустить этого бл*дского кошака?!
— Я на минутку, — дернувшись, как от пинка, натянуто улыбнулся Кай и ломанулся прочь из комнаты.
— Чем это тут воняет?! — продолжил бушевать некто за стенкой, и ему невнятно ответил женский голос.
— Заткнись! — Это уже, похоже, Кай и Гро хором.
— А, ну теперь мне ясно. Один братец опять игрался в чокнутого профессора, а второй его прикрывал — вот и просрали задание!
Дверь стремительно распахнулась, врезавшись в стену, и в комнату ввалился какой-то бородатый и патлатый байкер в коже и попер к моему узилищу. Если я думала, что Гро здоровый, то этот вообще был невероятных размеров. Странно, а вот габариты Кая мне в глаза так не бросались, а они ведь с братом одинаковы.
— Ничего так, — громыхнул бородач, обшарив меня глазами. — Остальных хоть прибили?
Кай кивнул.
— Ну хоть что-то сделали. Ладно, сроку вам неделя.
И не сказав мне ни слова, громила ушел.
Глава 4
Я так и осталась сидеть на гладком прозрачном полу бокса, в то время как Кай, нисколько не смущаясь моего присутствия, стянул с себя такую же, как у Гро, футболку и вылез из штанов.
— Я в душ, — кинул мне бесстыдник.
Сообщил и скрылся за дверью. Я постепенно успокоилась, перестав размазывать по лицу слезы и кровь. Взялась заново рассматривать весь интерьер, заодно стараясь добиться хоть какого-то порядка в мыслях. Так, что я имею? Мой идеальный «хороший» парень Джон оказался долбаным оборотнем, что насобирал кучу дур-невест, чтобы обратить их в страшилищ, жениться и жить потом на их горбу припеваючи. И это я своих бывших считала катастрофой? Да лучше бы опять с каким-нибудь конченым бабником-рокером сошлась! А еще лучше сидела бы дома и носа никуда не высовывала. Отношений серьезных захотела с перспективой, Отэм? Ну так получила! Сразу замуж взяли. Делов всех — три секунды ужаса. Радость-то какая! Тьфу!
Я в течение месяца с большой вероятностью стану тоже монстром. Гро сказал, буду есть людей. Желудок свело. Нет, ну как это возможно? Ни за что! Я даже мясо с кровью не ем. Тошнит от одного вида такого. Хотя вон добрый братец Кай обещал меня «спасти». Прикончить раньше, чем начнет тянуть на человечину.
Дверь в ванную парень не закрывал, и теперь мне было слышно, как он там плещется, фальшиво напевая. И все-то у него в жизни хорошо, настроение вон, видно, замечательное. И дела ему нет до моих страданий и обреченности. Сколько он таких, как я, повидал, чтобы и не шелохнулось уже нигде? Или это потому что они тоже не люди. Гро сказал «волхи». Это еще, интересно, что за экзотическая хрень?
— Эй, Кай, а что будет со мной, если твой метод сработает? — крикнула рыжему.
— Останешься еще пожить, — ответил он, вываливаясь в комнату и вытирая волосы. Голый.
— У тебя стыд есть вообще? — закатила я глаза к потолку своего стеклянного куба.
— Ой, да радовалась бы! Может, я последний голый мужик, которого ты увидишь в жизни.
Вот скотина циничная! Нашел повод позубоскалить.
— Тогда моя участь совсем уж достойна сожаления. — Надо же, у меня еще и на ехидство силы остались.
— Нет, это просто человеческая ханжа в тебе, еще не издохшая, мешает рассмотреть мои бесспорные достоинства.
Ой, да обычные такие достоинства. Ничего неординарного. Хотя я уточнять и рассматривать не собираюсь.
— А в кого я превращусь? — решила вернуться к важному. — Или вообще ни в кого? Могу опять быть человеком?
— Размечталась. Обратной дороги в твою старую жизнь уже нет. При любом раскладе. Этот факт прими и даже не фантазируй больше. Все, скромница, на мне трусы!
— Ладно. Но что тогда дальше?
— В ближайшие сутки тебя будет колбасить. Может, и больше. Потом очухаешься и начнешь потихоньку осваиваться с новой биологией. Но чем все точно закончится, мы только к следующему полнолунию узнаем. Посмотрим, что за неведома зверушка из тебя выйдет.
— В смысле?
— В прямом. Гуй тебя укусил, ты заражена его сущностью и уже не померла. Между прочим, благодаря мне. Но я так же еще и подсадил тебе гремучую смесь сущностей кое-каких других рас.
— Каких еще рас? — офигела я. Что творится с реальностью, в которой я до сих пор жила?
— Кое-каких, — ухмыльнулся Кай так, словно предвкушал нечто весьма забавное, а меня передернуло.
— Уточнить можно?
— Нельзя! — огрызнулся он, плюхнувшись на свою койку. — Ты вон мне до сих пор имени не назвала, а я тебе прям все выкладывай.
— Я Отэм. Какие сущности?
— Мирные. Это все, что тебе пока нужно знать. Как вечерок коротать будем? Киношку посмотрим?
— Какую еще… Я в засохшей крови с головы до ног, возможно, прямо сейчас превращаюсь в чудовище, а ты киношку?
— Слушай, ничего из тобой перечисленного ты не можешь изменить в ближайшее время. Так что, будешь сидеть и рефлексировать? Хотя кое-что ты можешь. Снять грязные шмотки, например. И тебе полегче, и мне приятно.
Парни всегда, везде и любой породы такие… парни. «Сиськи покажи!» — их лозунг на все времена.
— Ты говорил, что если буду послушной, то смогу помыться.
— Но ты послушной не была. Наказана. И кстати, хорошенько подумав тут, я пришел к выводу, что ты, Отэм, вообще не особенно послушная девочка.
— И что тебя навело на этот вывод?
— Дерзкие искры в твоих прекрасных глазках, — фыркнул Кай. — Логика, детка. Гуй тебя не обратить пытался, а прикончить. Они совсем не демократы, знаешь ли, и женского неповиновения не терпят нисколечко. Так что вывод — ты его взбесила. Расскажешь как?
— Ткнула в морду шокером. — Смысл уже что-то скрывать?
— То есть ты на свидание с шокером пришла? — хохотнул рыжий, уставившись на меня с чем-то отдаленно похожим на восхищение. — К самому прекрасному и идеальному мужчине своей мечты?
— А ты откуда…
— Знаю, что он тебе таким казался? Да это их обычная манера завлечения будущих жен. У них суперспособность выглядеть, вести себя, пахнуть «тем самым».
— Для каждой по-своему, — пробормотала я, вспомнив, как «плыл» облик Джона в том зале поначалу.
— Так и есть. Но, выходит, тебе он мозги совсем перекособочить не смог, раз о средстве самообороны подумала, да еще и применила. Уважуха.
Вернувшись к страшным событиям на той бойне, мое сознание словно зацепилось за них, прокручивая по кругу каждую замеченную кровавую подробность.
— О, началось, — услышала я голос Кая, но он был как издалека. — Веселье покатило.
— О чем ты? Со мной все в порядке, — тряхнула я головой, стараясь прогнать наваждение.
— Точно, ты ведь всегда так потеешь.
Действительно, должна была признать, что пот с меня ручьями лил. Десны чесались. Ступни и кисти жутко зудели, и пальцы то и дело скрючивались. Вдоль позвоночника будто носились туда-сюда горячие муравьи, и хотелось упасть на спину и поваляться, как это делают собаки перед ветренной погодой.
Кай завалился на койку как ни в чем не бывало, клацнул пультом. На стене перед ним развернулся экран, заработал проектор. Он врубил какой-то боевик, причем настолько громко, что я зажала уши. А может, мне это только казалось. Периодически гадкие ощущения отступали и звук был вполне нормальным. Но эти моменты быстро сокращались. И вот я уже бросалась на стекло, желая добраться до проклятого рыжего говнюка и вбить ему пульт в глотку!
Нет! Нет-нет-нет! Я не агрессивная психичка! Но как же бесит!
Я орала Каю, чтобы он выключил, и свет убрал, и освободил. Угрожала искалечить, порвать на части, причем в таких красочных подробностях, что опять мутить начинало саму. Извинялась, канючила и снова приходила в бешенство. А потом ничего уже не помню. Открыла глаза и увидела стоящего возле бокса Гро. Подалась к стеклу и принялась ловить его запах сквозь круглые отверстия. Мне он нравился. Запах. В нем хотелось искупаться. Изваляться. Добыть больше.
— Угу, на тебя повелась, — сказал рядом Кай. Мне показалось, с сожалением.
Но на самом деле, придя в себя окончательно, я бы не утверждала, что это вообще было.
Стеклянный куб изнутри выглядел отвратительно. Все стенки замызганы кровью и еще черт знает чем. Клочья золотисто-коричневой шерсти повсюду. Ошметки моей одежды. И воняло кошмарно. Я лежала на боку в луже какой-то гадости. При попытке подняться, ладони заскользили и чуть лицо не расквасила.
— Боже, ну и мерзость же!
Я отползла на заднице в уголок почище и поискала глазами Кая. Живот подвело, есть хотелось адски, невзирая на всю эту вонь. Чесалось буквально везде.
— Кай! — скрипуче крикнула я. — Эй! Где ты!
Хреновый из него заводчик домашних или там лабораторных животных. Кто же питомцев в такой грязи содержит? Садист гадский.
Вместо Кая появился опять Гро. Посмотрел на меня внимательно, даже присел напротив.
— Долго ты, — изрек наконец.
— Долго что?
— Трансформацию проходила. Мы уж думали — все. Как ощущения?
Я прислушалась к себе. Нигде не болит. Хочу помыться, в туалет и сильно-сильно есть. Противно тут находиться. Прикрыться бы неплохо. Вроде все. Ничего нового. Хотя… запах… Сквозь всю вонищу внутри доносился аромат, пробуждающий ни капли не уместные сейчас в моем теле процессы. И, как понимаю, исходил он от мрачного брюнета с той стороны преграды.
— Ну, сожрать тебя желания не испытываю. — Угу, я тебя внезапно по-другому употребить не отказалась бы.
— Это нормально. Волхов гуи не жрут. Убиваем мы друг друга, это да, так уж давненько повелось. Но в качестве пищи не рассматриваем.
Гляжу, его так и подрывает повещать мне о том, как все устроено.
— А что жрут сами волхи? И можно мне прослушать подробную лекцию об этом оттуда, — я указала на дверь в ванную.
— Запросто.
Гро, поднявшись, отодвинул мощный засов и освободил меня. Но я не торопилась выходить, прищурившись на него подозрительно.
— В чем подвох? Чего это ты такой внезапно добренький?
— Ты прошла активную фазу и сейчас не опасна, — пожал широкими плечами темный брат.
Стоя, я почувствовала себя особенно голой и грязной, а Гро явно не был наделен хоть зачатками тактичности и не подумал отвернуться. Плюнув на стеснение, я пошла к столь желанным удобствам. Только успела усесться на белого друга, как хлопнула входная дверь.
— Гро, ну какого хрена! Я же ее еще не проверил! — возмущенно завопил Кай. — Какого черта ты стал лезть в мои дела?
— В наши, братец. И ты сам знаешь почему. Время.
— Ну ладно, — ворчливо ответил рыжий, а я мигом шнырнула в его душ. Мало ли, удумают выгонять, я хоть смыть с себя эту гадость успею. — Эй, Отэм, ты там не дури. В твоих же интересах. И бальзам мой для волос не трогай.
Да сдался мне пока твой бальзам! Мне бы чистой стать.
— Ладно, что теперь? — спросила себя, поняв, что в этой ванной только и было, что одно полотенце. Причем, судя по запаху, уже использованное Каем. Но не совсем же голой выходить.
— Эй, а нельзя ли одолжить у вас что-нибудь из одежды?
— У меня лишнего нет! — тут же бодро отозвался рыжий.
— Вот, держи, — в приоткрытую дверь Гро протянул футболку. Ту, что только что была на нем. Еще даже теплая и вся в его аромате.
— Умно, бро, — еле слышно фыркнул Кай.
— Что дальше? — Выйдя из ванной, я остановилась посреди комнаты, переминаясь неловко с ноги на ногу.
Глаза упорно косили в сторону полуобнаженного темного братца. Что за ерунда? Рыжего я тут вообще голым видела и никаких проблем со зрением не испытывала. Они же одинаковые, считай. Те же яйца, только в профиль, как говорится. Ну и какого хрена у меня щеки горят и соски ноют от понимания, что ткань только что касалась кожи Гро.
— Идем, подберем тебе что-нибудь подходящее и покормим, — деловито кивнул Гро.
— Берешь все на себя, братец? Понимаю, — ухмыльнулся Кай. — Ну хрен с ним. Я на подхвате.
— Что он имеет в виду? — спросила у широченной спины шедшего впереди по коридору брюнета.
Волосы у него, похоже, до самой задницы, девкам на зависть. Густые, гладкие, блестят даже собранные на затылке в подобие гульки, с торчащими из нее стальными спицами. Зуб даю, они там не для украшения прически.
— Что мы всегда все делаем в паре, — буркнул Гро.
— И с девушками так встречаетесь? — ляпнула и тут же вжала голову в плечи, желая себе по губам надавать. Ну какого хрена, Отэм! Вот прям самый насущный вопрос сейчас, конечно.
Гро чуть притормозил и покосился на меня через плечо.
— А ты думаешь потянула бы нас обоих? — насмешливо спросил он.
— Да причем здесь я вообще? Я не имела в виду ничего та…
— Ага, я так и понял. Не ерзай, жадность — нормальная черта для гуев. — Он толкнул дверь справа и отступил, предлагая мне войти. — Иди, выбирай.
Внутри небольшого помещения оказался настоящий склад. Стопки одинаковых черных футболок, серых джинсов, курток, ряды ботинок. Не такие, как у Гро, обычные армейского образца. В коробках — ремни кожаные, перчатки, еще что-то непонятное. Белье постельное, а вот ни трусов, ни лифчиков что-то не наблюдалось.
— ЭТО будет ходить среди нас? — О, а голос этой явно не дружелюбной девицы я уже знаю. — Серьезно?
— Ли, не лезь не в свое дело, — невозмутимо ответил Гро, перекрывая своей монументальной фигурой весь дверной проем.
— С какой стати эта возня? Вывести ее и…
— Заткнись! — грохнул темный верзила так грозно, что я аж присела, выронив все из рук. — Стар одобрил этот эксперимент Кая, а значит, мы будем его продолжать по своему усмотрению. Отставить вмешиваться!
— Ну конечно, — прошипела так и не попавшая в поле моего зрения фурия. — Кай же у нас особенный, ему можно всякой дурью заниматься. Однажды подставит всех!
— Кончала бы ты беситься, Ли. Закрой для себя тему с Каем, и жить станет легче.
— А мне и так не тяжело! — огрызнулась она и замолчала.
Глава 5
— А сколько и чего я могу взять? — уточнила, сделав вид, что их беседа меня не касается.
— Бери сколько надо, — ответил Гро, как-то понимающе ухмыльнувшись.
— Что? — спросила я, возвращая три из десяти захапанных футболок на место. — Откуда мне знать, сколько понадобится?
— Говорю же, гуевы самки — на редкость жадные создания.
— А то, что это элементарная женская запасливость и предусмотрительность, в голову не пришло? — огрызнулась, рассматривая ярлыки с размерами на джинсах. — У меня нет никакого желания опять шастать с голым задом и выпрашивать у кого-то кусок ткани прикрыться.
— По-моему, я не заставлял тебя выпрашивать. Не подумал сразу дать, ну тут уж извини. Мне еще не приходилось никого выпускать из того бокса навести чистоту.
— Хочешь сказать, что живьем его до меня никто не покидал? — Очень многозначительная тишина в ответ в стиле «понимай как хочешь». — Мило.
— До сих пор эти фокусы Кая с приживлением одной сущности на другую не срабатывали, — в голосе Гро прозвучал намек на сожаление, хотя мне могло и почудиться. — Никто уже особенно и не верил в эту его теорию. Если гуевы жены и проходили трансформацию, то получалось нечто либо нежизнеспособное, либо совсем лишенное мозгов.
— А… — Я подзависла, осознавая, какая пуля мимо просвистела. И еще раз представив, сколько же было этих самых неудачных попыток до меня. И кто сказал, что я — удачная? — А почему же ты меня так запросто выпустил? Вдруг я в любой момент рехнусь?
— Я с тобой справлюсь, не переживай.
— По твоим словам выходит, что переживать нужно не мне. Что, если я кому-то наврежу?
— Это только при необычайном везении с твоей стороны, — фыркнул он пренебрежительно.
Живот заурчал, и я, повернувшись спиной к Гро, натянула джинсы и поморщилась.
— А белье у вас считается лишней деталью гардероба? Вроде Кай трусами не пренебрегает. Ну, по крайней мере, если его об этом попросить.
Гро не отвечал мне, пока я обувалась и зашнуровывала ботинки. Глянув через плечо, я заметила, что его обычная мрачность почему-то стала мрачностью в квадрате. Невольно потянула носом, уловив сквозь запахи белья, новой кожи и порошка еще один аромат. Он сто процентов исходил от Мрачного брюнета, но был не тем, что я уже знала. Щекотал ноздри, казался одновременно едким и дразнящим. Запахом-провокацией, что ли.
— Постельное белье тоже себе бери, — велел он, наконец отморозившись.
— Я буду теперь спать не как животное на витрине в том вонючем кубе? — съехидничала я. — Спасибо огромное.
— Сидеть там для тебя больше в ближайшее время нет причин.
— То есть меня выпустили не навсегда?
— Опасный период начнется за двое суток до полнолуния.
Ясно, у меня почти четыре недели до часа «х», я это уже поняла.
— А что я буду делать до этого?
— Принято решение, что тебе пойдет на пользу физическая нагрузка. Так что я стану тебя тренировать наравне с нашим молодняком.
— А можно тот же вопрос, что и у этой личной хэйтерши Кая?
— Кого?
— Ну этой… Ли, да? С чего вся эта возня со мной? Если, я так понимаю, прежде вы не церемонились с женами этих… э-эм-м… гуев, то что не так со мной?
— Дело не в тебе. А в том, что у Кая впервые сработало. Ты сейчас вроде как прецедент, заслуживающий наблюдения и изучения.
Ну ясно, ты, Отэм, по-прежнему объект эксперимента. Мышь лабораторная. Ну или мартышка. И о всеобщей борьбе за запрет опытов на животных тут не слышали. Непопулярная в данной среде общественная инициатива.
— Ладно, но поведай мне, в чем хоть главный глубинный смысл? Зачем Кай в принципе занимается этими экспериментами?
— Ради жизни, — пожал широченными плечами Гро. — Всегда, веками напролет, волхи и гуи враждуют. И все взаимодействие между нами только и заключалось во взаимном истреблении. Кай же ищет способ… ну, скажем, свести примитивное избиение к минимуму. Если есть способ лечить гуевых жен, то он хочет его найти.
— Но Кай сказал, что человеком обратно мне все равно никогда не стать.
— Нет. Но что ты выберешь: не жить вообще или жить, будучи кем-то иным? Люди вон живут без рук или ног.
— Ага, только людьми они же при этом быть не перестают.
— Ну так и не переставай. Сохрани в себе себя человека и стань еще и чем-то сверх этого. — Мой желудок снова подал громкий протест по поводу своей пустоты. — Ладно, есть идешь?
Прихватив все нахапанное барахло, я пошла вслед за Гро, на этот раз не залипая уже на его волосах, плечах и спине… Ну разве самую малость на этой завлекательной ложбине вдоль всего позвоночника, говорящей о наличии потрясающей развитой мускулатуры там. Что вполне объяснимо, как и наличие у верзилы офигенной твердой задницы, которую так и подмывало облапать, нагло запустив ладони прямо под джинсы. Прилипнуть сзади и так и идти, умостив нахальные конечности на его роскошных булках, ловя в движении игру его мышц.
Гро развернулся так внезапно, что я чуть не влетела в его грудь носом. Уставился мне в лицо, задрав бровь, будто бросая вызов. С какой, блин, стати?
— Что опять? Новый признак моей сверхъестественной типа жадности?
— Нет, тут немного другое. Хотя и без жадности не обошлось, да?
С какой-то чересчур знающей ухмылкой он опустил взгляд на мои губы.
— Понятия не имею, о чем ты, — отмахнулась я. Хотя кое-какие догадки имелись.
— Это всего лишь дело времени, Отэм, знаешь?
— Ну, тебе, как погляжу, лучше знать.
— Ладно, попытки бороться, даже с неизбежным, для меня достойны уважения.
Читать бесплатно другие книги:
