Драконья сага. Легенды: Драконоборец Сазерленд Туи
Роза оглядела Ласточку с головы до ног.
– Мы с тобой совершенно непохожи. Вот видишь, как мало они обращают на меня внимания. Ну, давай-давай, говори, что ты тут делаешь?
– Так и быть, – сдалась Ласточка. – Мне надо убить одного дракона, генерала Самума. Вот я и подумала отравить его этим. – Она потрясла сумкой с шариками отравы, потом взяла еще один и сунула к остальным.
– Достойная идея, – похвалила Роза и с сомнением добавила: – Тебе понадобится куда больше яда.
– Верно, значит, надо искать еще. Приятно было познакомиться, пока.
– Постой, – окликнула её Роза, идя следом – сперва за чашу с фруктами, потом вниз по штабелю ящиков у стойки. – Вдруг я помогу тебе. Я много таких шариков по всей крепости видела.
Оказавшись на полу, Ласточка обернулась. Просить о помощи дракона – плохая мысль; просить о помощи человека – мысль еще хуже, к такому риску она не готова. Если бы дракон хотел её съесть, он хотя бы юлить не стал. А человек может прикинуться, что хочет помочь, а потом предаст, подтолкнув в пасть дракону, или еще что.
– Не надо, сама справлюсь. – Она направилась к очагу.
– О, я все равно тебе помогу! Прости, не надо было давать тебе выбор. Я уже упоминала, что не разговаривала с людьми годами? Я немного взволнована от мысли о настоящем разговоре. – Роза нырнула за корзину с бататамом и вернулась с победным видом и новым шариком отравы в руке. – К тому же видишь? Я помогаю!
Ласточка настороженно приняла у неё шарик. Похоже, Розе можно верить. Она вроде предпочитает компанию драконов обществу людей, как и сама Ласточка. Наверное, интересно жить в драконьем дворце! А если Роза и попытается скормить Ласточку кому-нибудь из местных, всегда можно убежать. Главное – быть начеку.
Вместе они обошли кухни и прилегающие обеденные залы, собрав в итоге девять шариков отравы. Сумка сделалась тяжеловатой для одной Ласточки, но та старалась этого не показывать.
Они шли по дворцу, и Роза весело щебетала, расспрашивая Ласточку о том, что творится во внешнем мире. При этом она не лезла не в свое дело, и Ласточке это нравилось.
– Ты здесь пленница? – спросила она и подумала: «Предложить ли тебе спасение?»
– Не совсем. – Роза пожала плечами. – Ну, то есть как посмотреть. Они-то, может, и думают, что держат меня в плену, но мне тут нравится, нравится мой дракон. Он восхитительный.
Ласточка чуть не призналась, что и у неё есть друг-дракон, но доверять Розе настолько пока ещё была не готова. Впрочем, здорово было встретить человека, так похожего на неё. «Кого-то, кто понимает, что драконы – такие же, как мы, только лучше».
– Надеюсь, этого хватит, – пробормотала себе под нос Ласточка, взвешивая в руке сумку.
– Я тоже так думаю. Постой, а зачем тебе убивать этого дракона? Только не говори, что ради сокровища.
– Ни за что. Я бы никогда не убила дракона ради такой безделицы, как сокровище.
Роза расхохоталась.
– Мне бы твои мозги да в твоем возрасте, – сказала она. – Хотя, думаю, всё обернулась мне на пользу, пусть тогда меня и прельстило сокровище … к тому же очень хотелось помочь брату, которому сокровище заполучить не терпелось ДО СМЕРТИ.
Ласточка вспомнила, как сама втягивала Листика в приключения. Быстро ли он забыл её? Через неделю? Месяц? Год? Вспоминает ли вообще?
«Нет, наверное. Ему и так хорошо, без меня. А мне – без него».
– Короче, я забралась в сокровищницу дважды! – сказала Роза с восторгом человека, который совершил нечто поразительное и двадцать лет не мог ни с кем поделиться. – А пото-о-о-ом за нами явилась драконья королева. Плохо вышло.
– Драконья королева … постой, та самая, которую убил человек? Это ты её?..
– Нет, мой брат, да и то случайно. В общем, они со вторым братом ускакали прочь, а я повредила ногу, и пришлось прятаться в дюне. Там-то меня и нашел мой дракон. Я сразу поняла, что есть меня он не станет. Глаза у него добрые. – Она немного подумала. – Ну ладно-ладно, это не совсем правда. Первые пару лет я постоянно ждала, что он передумает, съест меня во сне или еще что!
Ласточка рассмеялась.
– Ну, у Самума глаза не добрые, – сказала она. – Он угрожает Нерушимому городу, и если я избавлюсь от генерала, то, думаю, удастся спасти его жителей. – Это тоже было правдой, к тому же не пришлось выдавать Небо.
– Самум – это который? – спросила Роза. – И откуда ты знаешь его имя? Сама придумала?
– Слышала, как принц его так назвал. Самум – это здоровый, шумный командующий, который противно ржёт. Несколько дней уже на весь дворец похваляется, что принес королеве трофей.
Вид у Розы сделался донельзя смущённый. Она долго и внимательно присматривалась к Ласточке и наконец настороженно проговорила:
– Ласточка, ты говоришь так, будто понимаешь драконью речь.
Ласточка решила, что раз уж Роза живет здесь, то должна бы понимать драконий язык. Однако, отвечая на её вопросы честно, она не смогла бы не рассказать о Небе.
– О, э-э … я просто угадала. Ладно, мне пора. Ну, убивать драконов. Спасибо за помощь. – Она забросила сумку с ядом на первую ступеньку лестницы и взобралась следом.
– Я приду постоять на стрёме, – весело пообещала Роза, – а ты расскажешь, как научилась понимать драконий. – Она вскарабкалась следом за Ласточкой и забросила яд на вторую ступеньку.
– Я не понимаю его! Вот же выдумала! Откуда людям знать драконий? Нет, нет, а у тебя самой, поди, и так полно дел.
– Можно стащить ещё сыра, – стала перечислять Роза, – или порисовать на стене в комнате у моего дракона … гм-м-м … но этим можно заняться в любое время, а вот расспросить девчонку, которая понимает драконий, удается нечасто.
– Я не понимаю драконий. – Ласточка упёрла руки в бока.
– О, ну признай, что я тебе полезна. Разве не надо постоять на стрёме, пока ты травишь крикливого дракона?
– Он улетел в дозор. Отравить его получится только завтра утром, когда он вернётся, так что сейчас ты мне не поможешь.
Роза снова удивленно поморгала.
– И про это ты тоже, значит, догадалась? Про дозоры и как скоро он вернётся?
– Конечно.
Где-то неподалеку тихонько и серебристо прозвенел колокольчик.
– О, неважно, меня зовут, – сказала Роза. – Наверное, придётся ненадолго вернуться в башню.
– В башню? Где королева хранит свои диковинки? Ты одна из этих диковинок?
– О нет, вовсе нет, от королевы я держусь подальше. Мой дракон за мной присматривает, и порой в башне для меня безопаснее – когда, скажем, во дворце много гостей, которые могут меня съесть, или когда королева бесится, или когда еще что … – Колокольчик прозвенел ближе, и Роза неохотно попятилась от Ласточки. – В общем … удачи с убийством дракона.
– Спасибо, – поблагодарила её Ласточка. – Тебе удачи в башне.
Роза легко сбежала по лестнице, спрыгивая со ступеньки на ступеньку, и скрылась в одном из обеденных залов. Ласточка даже удивилась, ощутив, как щемит в груди. Ей как будто хотелось, чтобы Роза осталась и говорила с ней дальше.
Чтобы на свете да сыскался ещё человек, который умел бы её насмешить? Понимал, что драконы – такие же сложные существа, как и люди? И чья история столь же интересна, как история самой Ласточки? Оказывается, и такое возможно.
Самум улетел вместе с патрулём на весь день и вернётся наверняка только утром, так что времени подыскать укрытие в его комнате было предостаточно. Потом останется только дождаться, когда слуга принесет молоко с корицей, и отравить напиток до того, как генерал ворвется к себе.
Укрытие найти оказалось нетрудно. У Самума возле кровати стоял приставной столик с выдвижным ящиком. Правда, сработан он был худо, и между крышкой и ящиком имелась щель. Ласточка забралась внутрь; ящик был заполнен лишь наполовину, так что места хватило и ей самой, и сумке с ядом. Было жутко неудобно, и не хотелось даже знать, что за предметы впиваются ей в бока в темноте, но немного потерпеть Ласточка была согласна.
Она оставила в ящике сумку и провела весь день, развлекая Небо. Его тревожило всё в её плане, и особенно он боялся, как бы чего плохого не случилось с ней самой. Ночью они спали по очереди, прислушиваясь, не возвращается ли дозор генерала.
Именно Ласточка дежурила у окна, когда на севере показался отряд Самума. Не успел Небо толком проснуться, а она уже метнулась к столику, взобралась по ножке и протиснулась в ящик.
Вскоре пришел слуга с кухни с чашей коричного молока. Он оставил напиток на столике, в котором пряталась Ласточка, а стоило ему уйти, как она выбралась из ящика и вытащила сумку с ядом. Чаша доставала ей почти до макушки, но, привстав на цыпочки, Ласточка сумела забросить в напиток первый шарик.
Бульк.
«Растворяйся, растворяйся», – молилась про себя Ласточка, встряхивая чашу. Видно было, как внутри кружится, исчезая в молоке, белый порошок.
Тогда Ласточка забросила в чашу еще шарик. Бульк. Трясём, трясём. Один за другим в чаше исчезли еще семь шариков яда. Не изменится ли вкус молока? Не станет ли напоминать мел? Оставалось молиться, что генерал ничего не заметит, пока не осушит чашу.
– Вроде идёт, – испуганно прошептал Небо.
Ласточка схватила сумку, встряхнула чашу напоследок и нырнула в трещину. Забилась в дальний угол ящика, позади мелочёвки, песка и всяких странностей, собранных Самумом.
В комнате раздались громкие шаги.
– АУ, ПЛЕННИЧЕК, – прогремел Самум. – ХОРОШИЕ НОВОСТИ! Сегодня возвращается Огонь! А-ХА-ХА, ну, разве не здорово? Жду не дождусь, когда она увидит тебя. Потом она отнесёт тебя в башню к прочим диковинам, и комната наконец останется в полном моём распоряжении!
– Не такой уж я и диковинный, – жалобно проговорил Небо. – Обычный дракон, как ты или любой из твоих солдат. Может, отпустишь меня?
– Глупости, – усмехнулся Самум. – Ничего ты не как мы. Ты недодракон! Восхитительный жучок. Огонь всласть наизучается, пытаясь понять, что с тобой не так, а потом, наверное, убьёт, сделает чучело и выставит напоказ.
Ласточка живо вообразила унылую мину на морде Неба. Ей и прежде было не жаль убивать Самума, а теперь у неё и вовсе не осталось угрызений совести. Этот дракон был самый подлый.
– А, славно! – Самум протопал к столику и взял чашу. – То, что нужно. – Он хихикнул и принялся шумно пить.
«Да, – победно подумала Ласточка. – А теперь ляг, усни и больше не просыпайся».
Самум зевнул так, что задрожал столик.
– Ну и денёк, ящерица. Ты даже не представляешь, как королева Огонь меня ценит. Вот погоди, отыщу её сокровище в этом колючем человечьем городишке! Тогда она, возможно, наградит меня собственным жильём. А-ХА-ХА! Я этих человечков спалю до головешек. Стану ВЕЛИКИМ!
Генерал со скрипом и шорохом устроился на кровати, сонно крякнул. В животе у него как-то странно заурчало.
– Гм, – пробормотал Самум. – Сегодня больно приторно получилось.
– Генерал Самум! – В покои ворвался дракон-солдат. – Спасите! Помогите! На нас напали! Конец света!
– Ар-р-ргх, спокойно, Верблюд. – Генерал с трудом поднялся с кровати. В животе у него снова угрожающе заурчало. – Кто напал?
– Не знаю, сэр! Песчаные, но я их не узнал … они выросли прямо из песка!
– Морские с ними есть? – вскинулся Самум. – Ледяные?
– Нет, сэр! Вряд ли, сэр! Их много, они злые и страшные, сэр!
Самум фыркнул:
– Ну так пойдем кромсать их! А-ХА-а-а … – Он повалился на столик.
«Сдохни, – в отчаянии желала ему Ласточка. – Сделай ХОТЬ ОДНО ДОБРОЕ ДЕЛО, сдохни ЗДЕСЬ и СЕЙЧАС».
Однако генерал выпрямился и на нетвердых ногах вышел вон вместе с Верблюдом. Ласточка перекатилась к щели, выбралась наружу и помчалась к окну. Самум взмыл в небо с ближайшего дворика, уводя за собой кучку солдат. Широко расправив крылья, с рёвом он нырнул в сторону и устремился в пустыню за стенами дворца.
Ласточка полезла в окно.
– Ласточка! – остановил её Небо. – Ты куда? Это опасно!
– Скоро вернусь. Не волнуйся, все хорошо!
Тут она, конечно, врала: все было очень плохо. Цепляясь за трещины в камне, она взобралась на самую крышу и оттуда разглядела битву между драконами.
С пугающей ясностью она увидела, как генерал Самум бросается в гущу сражения. Он ревел, грозно задрав хвост с ядовитым жалом. Враги при виде него кидались врассыпную. Вот он развернулся и схватил мелкого песчаного за шею. Ухмыльнулся и полетел ввысь, одновременно душа противника … а потом схватился за живот и камнем рухнул вниз.
Дракон, освободившись от хватки генерала Самума, сперва отпрянул, а потом осторожно приблизился к нему. Кольнул его когтями раз, другой. Сбитый с толку, но тем не менее довольный собой, мелкий песчаный с важным видом побежал сражаться с кем-то другим.
Дракон по имени Верблюд, вопя от ужаса, стрелой летел назад ко дворцу – видимо, за подмогой.
Ласточка упала на колени.
У неё получилось, она убила дракона … но задачу свою провалила.
Генерал Самум лежал мёртвый посреди битвы, в пустыне.
За высоченными противочеловеческими стенами. С ключом, который был так нужен Ласточке, на шее.
Глава 30
Лиана
Через день после арестов в старую деревню нагрянули стражи Вереска. Они истыкали копьями все кучи листьев, заглянули во все печные трубы и расшатали все немногие устоявшие стены.
Пришел бы с ними отец, Лиана попыталась бы с ним поговорить. Даже если он зол на неё, подозревает в чём-то, он же по-прежнему её отец и выслушает, так?
Однако он не пришел, а стражи явно были очень злы. Нарцисса сказала, что, если Лиану вот так бесславно схватят, толку не будет никакого, к тому же стражи примутся тщательнее искать тех, кто мог прийти сюда с ней. Довод показался Лиане весомым.
Прятались они не то чтобы в самой деревне. Сосна отвел их дальше в лес к древнему храму, в котором поначалу скрывались ссыльные. Двух стен уже не было, и крышу вместо них поддерживали колонны. Зато эта крыша была, имелся укромный уголок, в который они и забились, а ещё окно, куда можно было выпрыгнуть, если бы кто-то приблизился к храму. Однако никто не пришел.
Лиане хотелось осмотреть храм получше. Стены покрывала резьба в виде драконов: они летели, рычали, нежились в облаках, крались сквозь лес, скалились друг на друга. Она бы не отказались срисовать эти узоры.
Ушли стражи только к полудню, и решимость Лианы вернуться домой к тому времени сильно подтаяла. Её не было слишком долго, и отец наверняка уже понял, что его дочь с беглецами – особенно после того, что она наплела стражникам у входа в пещеру Наперстянки. А что сказала Вереску Иволга? И не ищет ли он теперь и Нарциссу?
Сможет ли теперь Лиана взглянуть на отца, не выдав ему, что знает о его лжи и притворстве?
Может, стоит выждать пару дней, пока он успокоится?.. Лиана по-прежнему беспокоилась о Фиалке, Наперстянке и прочих. Накажет ли отец их сразу? И как он с ними поступит?
Через день в деревне объявился неожиданный гость. Лиана с Нарциссой сидели на дереве, ждали, не вернутся ли стражники или золотая дракониха, когда заметили крадущегося через руины человека в зелёной форме.
– Это Лес! – удивлённо сказала Нарцисса.
Это и правда был он – бестолковый школьный клоун и товарищ дозорный, влюбленный в Нарциссу. Выглядел он как никогда серьёзным. Встав посреди площади, он сунул руки в карманы и тоскливо огляделся.
– Может, он расскажет, что сейчас творится в городе? – спросила Нарцисса.
– Если только не шпионит для моего отца, – невольно высказалась Лиана.
Нарцисса какое-то время пристально смотрела на Леса.
– Вряд ли он предал нас, – сказала она. – Ты сама-то в это веришь?
Возможно, пришло время стать подозрительной, всюду искать признаки измены и тщательно скрывать свои тайны. Фиалка точно велела бы не доверять никому.
Не уподобится ли тогда Лиана отцу? Становиться мнительной и недоверчивой не хотелось. Не хотелось терять себя, а чутье говорило, что доверять Лесу можно.
– Идем, поговорим с ним, – сказала Лиана и стала спускаться с дерева.
Когда девочки выглянули из-за дома и помахали Лесу, его лицо просияло. Он подбежал к ним и укрылся рядом за стеной.
– Ох, надо же, я так рад, что с вами все хорошо.
– И мы, – сказала Нарцисса, обнимая его. – Я уж думала, там всех дозорных арестовали!
– Не всех, но многих. Даже мою маму.
Лиана ахнула:
– Командира Стремнину? За что?
– Сегодня состоялось большое обязательное собрание. Драконоборец сказал всем, что за его голову назначена награда и что дозорные уже много лет плетут против него заговор.
– Чего-о-о? – изумилась Нарцисса.
– Какая ещё награда за его голову? – спросила Лиана.
– Он сказал, что лорд Нерушимого города желает ему смерти.
– Это не так, – озадаченно проговорила Лиана. – Неуязвимый хочет нанять папу, ему нужен собственный драконоборец. Он уже столько вестников присылал с приглашением. Если бы владыка Нерушимого города хотел убить отца, то не стал бы заманивать его к себе, а нашел бы способ попроще.
Лес развел руками:
– Знать ничего не знаю, просто слова передаю. Драконоборец сказал, что его уже много лет пытаются убить, но все безуспешно, поэтому лорд сговорился с дозорными и наконец подослал убийцу. А дозорные потом якобы должны были захватить власть.
– Неправда! – возмутилась Нарцисса. – Дозорные – не подлые убийцы! Они, сговорились не ради покушения! – Увидев недоумение на лице Лианы, она добавила: – Они, это, э-э, не то чтоб прямо сговорились, но я и не знаю ничего, а если бы знала …
– Нарцисса! – Лиана ударила её по плечу. – Колись!
– Ну, я … вроде как хитростью выудила у Фиалки кое-какие сведения, – неохотно призналась Нарцисса. – Обещала, нет, прямо поклялась не говорить тебе ничего. Тебе точно не понравилось бы! Зачем такие потрясения?
– И что бы меня потрясло?
Нарцисса немного поёрзала, потом спрятала лицо в ладони и выпалила:
– Ну ладно, ладно! Дозорные хотели устроить выборы. Узнать, не хотят ли жители Доблести другого правителя – кого-то, кто правда улаживал бы дела, платил по счетам и не изгонял народ. Вот это всё! Никто никого убивать не планировал, и, уж конечно, никто не связывался с каким-то там владыкой далёкого города.
– Уж это можно было мне раскрыть. Я бы вам помогла, я ведь тоже не считаю отца идеальным правителем. Всем было бы лучше, уйди он в отставку мирно. Всем – в смысле людям, которым не нужны потрясения. Мне кажется, папа был бы только рад снять с себя такую ответственность.
– Вряд ли мне полагалось это знать, – вмешался Лес. – Сколько себя помню, мама всегда держала меня подальше от всяких там сговоров.
– Где Фиалка и остальные? – спросила его Лиана. – С ними все хорошо?
– Пока да. Драконоборец ловит убийцу, чтобы потом казнить всех разом.
Нарцисса вскрикнула и чуть не упала.
– Казнить? – слабым голосом повторила Лиана. «Он же это не всерьёз? Моих друзей он не стал бы казнить … а жители Доблести ему не дали бы … правда же?»
– А кто убийца? – спросила Нарцисса. – Кого он ловит?
– Того новенького. Он еще шатался по Доблести и выспрашивал всех о Драконоборце.
– О нет, – вскрикнула Лиана. – Листик не убийца! Он в жизни не бывал в Нерушимом городе!
Лес вскинул руки:
– Пусть вернётся и попробует объясниться, если ты знаешь, где он – передай. Только его могут казнить на месте.
– Отец ещё никого никогда не казнил! Что с ним творится? Неужели никто не пытается остановить его?
– Как? – беспомощно спросил Лес. – У него своя гвардия, и говорит он очень убедительно. Ну, знаете: надо остановить врагов, это часть его обязанностей по защите Доблести!.. И так далее, и тому подобное. Да половина, небось, согласна с ним, другая боится, что, если они скажут что-то против, их тоже обвинят в сговоре с бунтовщиками. – Он огляделся. – В общем … это лишь одна из бед. Я сам не знаю, что мне делать. – Он огладил куртку на себе, будто пытаясь смыть с неё предательский зелёный цвет.
– Что-нибудь придумаем, – пообещала Лиана. – Мне надо поговорить с папой.
Нарцисса покачала головой:
– Лиана, нет. Он не настроен слушать.
– Мне пора, – сказал Лес. – Постараюсь вернуться, если будут новости.
– Спасибо, Лес. – Нарцисса пожала ему руку. – Знаешь, ты уже много сделал. Прийти сюда и рассказать нам новости – это нечто.
Вяло улыбнувшись, он ушёл.
Той ночью Лиана подумывала проникнуть в Доблесть, но начался дождь, и ей не хотелось оставлять за собой след, который привел бы стражу к Нарциссе и Листику. Дождь не прекращался всю ночь, пока она думала, что бы сказала отцу, и продолжался весь следующий день. К вечеру к нему добавились ветры едва ли не ураганной силы, так что крыша храма защищала от непогоды лишь с большой натяжкой.
Листик, Лиана и Нарцисса сгрудились, накинув плащи, и пытались придумать, как им быть. Уснуть все равно не удалось бы, хотя Глыба спокойно растянулся на пледе неподалеку и вовсю храпел. Ноги у Лианы даже в сапогах мёрзли, а дождь так и попадал под плащ – капли били в лицо и стекали за шиворот. От этого чувство безнадёги только усиливалось. Может, Лес был прав, и никто – будь то один человек, двое или трое – ничего поделать не мог?
– А если отправиться в Нерушимый город, – предложила Нарцисса, – и попросить владыку написать письмо, объяснить, что он с Листиком не знаком и ни с кем не сговаривался?
– Путь туда и обратно займёт много времени, – сказал Листик. – И потом, вряд ли можно доверять самому Неуязвимому. Если попросим помощи, он может воспользоваться бедой в вашем городе и захватить его. Или устроить ещё что похуже.
– А может, поторговаться с отцом? – спросила Лиана. Она достала из кармана в плаще сапфир и полюбовалась, как влажно блестят в темноте его грани. – Отдадим ему камень, если он всех отпустит. Хотя я не уверена, что этот самоцвет настолько ему нравится.
– А я по-прежнему уверен, что вы правы и надо вернуть сокровище драконам, – сказал Листик.
– Мне кажется, папе и Доблестью-то править не нравится, – призналась Лиана. – Он был бы куда счастливее, если бы мог днями напролет кутить с друзьями, рассказывая свои драконьи истории. – Он вздохнула. – Жаль, дозорным не удалось воплотить свой настоящий замысел. Теперь, даже если отец отпустит их, то уже не поверит им и не разрешит выборы.
Позднее, уже ночью, дождь наконец перестал, и все уснули, привалившись к стене. Не спалось только Лиане, и она отправилась через лес к руинам.
«Почему папа причиняет людям зло?» – гадала она, ведя рукой по почерневшей стене. Отца и Глыбу изменило одно и то же событие: убийство дракона и гибель Розы. Так почему тогда дядя сделался угрюмым и замкнутым, а отец стал утверждать свою власть, употребляя её во зло?
Лиана присела на крылечко одного из домов и достала сапфир. Лунный свет отразился в камне и заиграл глубоко внутри камня, словно пойманный и пленённый дух. Лиана взяла сапфир в обе руки и, закрыв глаза, прижалась к нему лбом.
«Что мне делать? – мысленно обратилась она к камню. – Как мне спасти друзей от отца? Как остановить драконов? Как всех примирить?»
Вот бы та маленькая золотая дракониха оказалась такой же доброй, как и бурый, который помогал Листику. «Подобраться бы к ней ближе и изучить, узнать, какая она на самом деле». Лиана мысленно представила себе золотую дракониху, каждую чешуйку, залитую солнечным светом, и идеальный коготь.
Внезапно она оказалась посреди пустыни, перед самой драконихой.
– Ого! – Лиана вскрикнула, отскакивая и увязая в песке. Дракониха тоже вскрикнула и попятилась. Долгое время они молча смотрели друг на друга.
«Я уснула? Раз – и всё? – подумала Лиана. – Когда успела?»
Из-за плеча у дракона кто-то выглянул.
Человек. На спине у золотой драконихи сидел человек и смотрел прямо на Лиану. Это была женщина, примерно мамина ровесница, с длинными спутанными волосами. Её лицо показалось Лиане знакомым. Подавшись ближе, женщина присмотрелась к ней и улыбнулась.
Лиана так и ахнула: это же тётя Роза!
Только не та тётя Роза, что была на рисунке. Эта Роза была на двадцать лет старше.
Дракониха шагнула к Лиане, и та шагнула ей навстречу. Указала на тётю:
– Ты настоящая? – спросила она. – Ты Роза? Ты … всё ещё жива?
Роза не ответила. Она только похлопала дракониху по шее, и та что-то прорычала, мотнув хвостом в сторону камня у Лианы в руке.
«Сапфир …» Что, если он волшебный? Что, если он показывает ей золотую дракониху, где бы та ни была?
Погодите, так ведь он тогда может показывать и драконихе, где сейчас Лиана и что она держит в руках одно из драконьих сокровищ.
Лиана прижала сапфир к груди и с испуганным вскриком проснулась.
Она так и сидела посреди руин, одна. Вокруг сгущалось холодное и мокрое хмурое утро. Никакой пустыни, никакой золотой драконихи и тёти Розы.
И все же Лиана не сомневалась, что увиденное было по-настоящему. Она повертела в руках камень. Присмотрелась, нет ли на нём магических слов. Найти ничего не удалось. Заткнув сапфир за пояс, она побежала назад к храму.
– Дядя Глыба! – позвала она, взбегая по ступеням между колонн. Упала рядом с ним на колени. – Дядя Глыба, проснись. Мне кажется, что тётя Роза жива.
Глава 31
Листик
– Вот как мы поступим, – сказала Лиана. – Украдём коней, поедем в пустыню и спасём тётю Розу. Потом вернемся в Доблесть и предъявим её живую. Все радуются! Все заинтригованы! Отец счастлив, что его сестра все-таки не погибла, и приходит в себя. А я ему такая: всё, пап, больше не надо быть лордом, правда? Настроение у него сразу лучше, он говорит: ага, ты права, давай отпустим дозорных, и пусть они выберут другого владыку. И будем мы жить долго и счастливо! Вот такой у меня отличный план!
– У меня тоже был такой, – возразила Нарцисса. – Фиалка его высмеяла бы.
Листику не хотелось омрачать настроение Лианы – с тех пор, как они увидели золотую дракониху, она впервые лучилась радостью. Вот только её план трещал по швам.
– Лиана, – произнес Глыба, наливая в кружку холодный чай. – Я знаю, что ты чувствуешь, уж поверь. Не забывай, мне Роза тоже снилась, и это окончилось бесплодным странствием длиною в год. Только этого не может быть, она мертва.
– Это был не сон! Это магия! Послушай, дядя, в твоем сне она всё ещё была подростком, помнишь?
– Да, – настороженно ответил Глыба.
– В моем сне, который был не сном, а видением, она была на двадцать лет старше! Взрослая, какой и должна быть сейчас! А ещё она сидела верхом на золотой драконихе! В пустыне! Мне кажется, она там живет, у драконов!
Глыба передал ей кружку и забрал сапфир. Повертел его в руке, рассматривая, точно овощ, который может быть ядовитым.
– Если она с драконами, – произнес он, – то что ж они её не съели?
– Не знаю. Роза сидела на плече у дракона, как заправская наездница. Может, они держат её как … как … как попугайчика, который был когда-то у пап Фиалки, помнишь? Или как ручного кролика Нарциссы! Может, она кажется драконам милой?
– Драконы питомцев не держат. Только люди заводят ручных животных.
Листик попытался припомнить, не видел ли он в горном дворце драконьих питомцев. Он ещё мог представить, что питомец есть у того мелкого красного дракончика, но что бы их держали большие и страшные особи, которые могут разорвать пополам козла …
– Надо выяснить это, – взмолилась Лиана. – Если есть шанс, что Роза во дворце и всё ещё жива, разве мы не должны это проверить?
– Ар-р-р-р-р-р-р-р-р-р-р-р-р-ргх, – зарычал Глыба, обхватив голову руками. – Да.
– Что? – вскричала Нарцисса. – Я думала, вы попытаетесь отговорить её от этого безумия! Если бы знала, что она вас убедит, сказала бы больше. Лиана, а вдруг ты не покажешься драконам милой, и они тебя слопают? Ну, то есть ты слишком милая, чтобы тебя есть, но драконы-то могут этого не понять!
– Да и в других частях план ненадёжен, – вставил свое Листик. – а) вернуться в Доблесть и увести коней, б) попытаться проникнуть в драконий дворец, в) вернуться в Доблесть в надежде, что Драконоборец обрадуется, увидев тебя … Лиана, все это как-то невыполнимо.
– Я приведу коней, – сказал, вставая, Глыба и указал на Лиану, когда она тоже поднялась на ноги. – Один иду.
– Тебе нельзя во дворец в одиночку. Я с тобой иду. Обещай, что не поскачешь туда без меня.
– И без меня, – сказал Листик. – Я единственный здесь, кому удалось сбежать из драконьего дворца. Могу быть полезен.
– И я! – сказала Нарцисса. – То есть я бесполезна, но не хочу сидеть тут и гадать, не погибли ли вы!
Глыба махнул на ребят рукой.
– Достану что смогу, – прорычал он и сердито ушёл в лес.
– А что с сокровищем? – спросил Листик. – Взять его с собой? Вдруг удастся обменять его на Розу?
– Мне кажется, без риска его забрать не удастся, – сказала Нарцисса.
Читать бесплатно другие книги:
