Драконья сага. Легенды: Драконоборец Сазерленд Туи
– Прости, не хотел обидеть. Уверен, вы не такие.
– А откуда такое стремление убивать драконов? – спросила Лиана. Листик опустил взгляд и пнул лежавший на полу камушек.
– Семь лет назад они съели мою сестрёнку. Я пытался за нее отомстить, но оказалось, что убить дракона очень сложно.
– О … сочувствую. Жуткая история.
– Ну да … а знаешь, странно получается: я всем рассказываю про себя только это, хотя знаю, как все было на самом деле, и самого страшного тебе ещё не открыл. – Он сделал глубокий вдох. – Вообще-то, мою сестрёнку не просто съели. Шаманы принесли её в жертву.
– Что? – вскричала Лиана. – Листик, это просто ужасно!
Листик кивнул.
– И вот я не знаю, как быть. Всю жизнь хотел отомстить за Ласточку, и вот теперь вопрос: правильно ли я мщу? Может, лучше убить шаманов?
«Точно, – резко произнесла у него уме Ласточка. – Лучше их».
– Только как мне это сделать? Они правят Амулетом, их все слушают. Просто так не придёшь и не зарубишь их.
«А может, стоит попробовать?» – пробормотала Ласточка.
«Я на это не пойду, – повторил Листик. – Они, может, и заслуживают смерти, но я не убийца».
– Так что, думаю, лучше пока держаться первоначального плана, – вслух сказал он. – Охотиться на драконов и защищать других детишек вроде Ласточки. Научиться бы только.
– Гм-м-м, – промычала Лиана, наматывая на пальчик локон волос. – А ты не думал, что … если охотиться на драконов, то детишки окажутся в ещё большей опасности?
– Чего? – спросил он, склонив голову набок. – Это как? Чем меньше драконов, тем безопаснее, нет?
– Если только те, что выживут, не разозлятся и не захотят отомстить. Им, знаешь ли, тоже не нравится, когда убивают их родственников. Ясно?
Листик попытался представить еще более злых и мстительных драконов. Дракона, у которого от рук людей погиб кто-нибудь близкий и у которого разбито сердце. Драконы вообще горюют? Любят своих близких? Уж точно не так, как люди.
Некоторые, может, и отличаются … как тот бурый, который его выручил … или детёныш с кухни и его нянька. Что, если бы Листик случайно убил такого доброго дракона? Как бы он узнал?
Может, Драконоборец в них разбирается? Расскажет, каких и как именно драконов убивать?
– Ну, вот мы и пришли, – сказала Лиана. – Тут и живёт знаменитый Драконоборец.
Фиалка с Нарциссой ждали у двери в стене тоннеля. Лиана отперла её, открыла, и они вошли в пещеру.
Какая же она была огромная! Почти как палаты в драконьем дворце. Глядя на роскошную обстановку, Листик подумал: «Ну разумеется, Драконоборец, наверное, богатейший человек в мире». Вот ещё о чем он забывал: Драконоборец прихватил из дворца убитой королевы сокровище.
«Но ведь он не как Рябинка, Тимьян или Клюковка, – сказал себе Листик. – Он сражался, защищая свой народ.
Правда же?
Или … Рябинка просто рассказала мне историю так, чтобы я захотел подражать ему?»
Впервые, придя в город Драконоборца, Листик усомнился в легендарном герое.
– Пап! – позвала Лиана. – К тебе гости!
– Папа?! – уставился на неё Листик.
– А, да, – сказала Нарцисса. – Наша Лиана – дочь Драконоборца.
С этими словами она упала на большую зелёно-золотую подушку, одну из тех, что лежали вдоль стен гостиной. В витрине, на пьедестале посреди комнаты, Листик заметил какой-то предмет – бесформенный и жуткий, совершенно не вписывающийся в прекрасное убранство. Рассмотреть бы поближе, да только Листику не хотелось, чтобы Драконоборец подумал, будто он тут что-то вынюхивает. Лучше уж стоять на месте, заложив руки за спину, и ждать проверки.
– Принесли мою новую шапку? – спросили из соседней комнаты. – Скажи, пусть оставят на столе!
– Нет, пап, это не новая шапка! – ответила Лиана.
Последовала пауза, за ней – ворчание и шорох. Вскоре в дверном проеме появился мужчина и с прищуром посмотрел на Листика.
«Это он! Драконоборец! Единственный, кому удалось убить дракона! Могучий герой из легенд!»
«Я представляла его себе выше ростом», – заметила воображаемая Ласточка.
Драконоборец был бос и, судя по виду, только проснулся: спутанная тёмная борода, сонный взгляд. В каждом ухе у него висело по золотой серьге в виде меча. Казалось, ест герой даже больше, чем мастер Форель, а двигается ещё реже. Сложением он был невелик, зато руки и ноги его будто были слеплены из дрожжевого теста.
– Кто это? – спросил Драконоборец, почёсывая стопу.
– Пап, это Листик. Мы встретились в лесу. Он пришел к тебе издалека.
– Большая честь познакомиться с вами, сэр, – сказал Листик.
Драконоборец откашлялся и метнул взгляд на подруг Лианы.
– Официальные встречи с Драконоборцем проходят в большом зале, раз в месяц, – сказал он. – Ты, боюсь, чуть-чуть опоздал. А ты, Лиана, должна бы знать, что не следовало приводить его в дом.
Фиалка с Нарциссой многозначительно переглянулись.
– Прости, пап, – робко извинилась Лиана. – У него к тебе не совсем обычная просьба, вот я и решила, что можно сделать исключение.
– Нет, нельзя, – отрезал Драконоборец. – Найди, где его устроить, и я поговорю с ним на следующей аудиенции.
– Постойте, сэр! – Листик ухватился за последнюю соломинку в надежде привлечь его внимание. – У меня для вас послание из Нерушимого города!
То, что говорить этого не стоило, он понял сразу: Лиана побледнела, а брови Драконоборца сошлись к переносице, словно грозовые тучи.
– Так ты из Нерушимого? – прорычал он. – Ещё один? Твой лорд что, оглох?
– Н-нет, – запинаясь, ответил Листик. – Я там и не был никогда. Мне просто встретились по пути сюда странники и просили передать слова Неуязвимого: он ждёт вас к себе до следующего новолуния.
В три быстрых шага Драконоборец пересек пещеру и схватил Листика за грудки.
– Запугиваешь меня?
– Нет, нет! – Листик машинально применил один из приемчиков Рябинки, вывернулся из захвата и отскочил в сторону. – Мне просто так сказали! Я не знаю, о чём это … Думал, другой владыка приглашает вас к себе в гости, как друга!
Драконоборец уставился себе на руки, потом на Листика, словно бы решая, не схватить ли его ещё раз, но при этом не желая выставить себя дураком, если тот снова освободится.
– Этот самоуверенный, напыщенный, самозваный «неуязвимый» лорд Выскочка мне не друг. А теперь проваливай из моего города.
– Так он же не за тем пришёл! – воскликнула Лиана. – Клянусь, пап, он просто хочет научиться у тебя …
Драконоборец обернулся и с подозрением посмотрел на Нарциссу и Фиалку.
– Это вы привели его в город? – накинулся он на них.
– Мы встретили его в лесу, – ответила Лиана, отвлекая на себя отцовское внимание. – Пап, честное слово, Листик просто один из тех, кто ищет героя. Поверь, он не служит тому лорду.
– Посмотрим, – пробормотал Драконоборец, щипля себя за бороду. – Все вон.
Нарцисса с Фиалкой вскочили на ноги, а он удалился в другую комнату.
– Мне так жаль, Листик, – сказала Лиана, закатывая рукава и растирая лицо. – Я всё испортила.
Листик не понимал, что такого плохого сделала она. Это Драконоборец вёл себя как-то странно и неприветливо («Совсем как шаманы», – грозно прошептала Ласточка). Да и Листик хорош, свалял дурака.
– Нет, это мне жаль, – сказал он. – Понятия не имел, что лорд Неуязвимый – его враг. Надо … мне пойти и попросить прощения …
– Нет, не ходи. – Лиана резво заступила ему дорогу. – Это плохая мысль. Пока не надо.
– Драконоборец – человек чести и отваги, – сказал Листик. Краем глаза он заметил, как Нарцисса, глядя на Фиалку, корчит гримасы. Ей стала смешна его искренность? Пусть. – Он поймёт, если я …
– Уж поверь, – сказала Лиана, кладя руки ему на плечи и провожая к двери. – Пока что надо уйти и дождаться лучшего момента. – Вид у неё и правда был виноватый, словно она подвела Листика. Лиана переживала, а ведь он не хотел никому доставлять таких неприятностей.
Теперь уже он взял её за плечи и остановил.
– Я тебе верю, не грусти. Уверен, все наладится, как только я с ним поговорю. Ну, через месяц, – поспешил добавить Листик. – На следующей аудиенции.
Лиана облегченно улыбнулась:
– Кажется, я знаю, где тебя устроить.
Листик хотел было спросить: «А у вас остаться нельзя?», но понял, что в пещере Драконоборца ему не рады, поэтому без возражений последовал за Лианой в пещеру человека, которого она назвала дядюшкой Глыбой. Выглядел тот как высокая, грустная и чуть менее патлатая копия Драконоборца.
– Ладно, пусть живет, – угрюмо проговорил тот. – У меня есть свободная комната, только цыц, чтоб не шумел.
– Думаю, он во сне поет, – сказала Лиана, – а так он тихий-тихий.
– Спасибо, сэр, – сказал Листик.
– Мне надо передать Наперстянке заметки по драконам и доложить о сегодняшнем происшествии в лесу, – сказала Лиана. – Потом вернусь проведать тебя.
Она улыбнулась, и Листик почти перестал грустить из-за того, что она его покидает. Настроение омрачал разве что угрюмый вид её дядьки. Глыба окинул Листика пытливым взглядом и указал на запасной соломенный матрас, а сам ушёл в угол, где принялся мять овощи в миске.
Листик опустил на пол сумку, отстегнул меч и подумал, во что же он ввязался.
– Неплохой меч, – заметил Глыба.
– Бесполезный, если на дракона идти.
Глыба криво усмехнулся:
– Да, с ним на драконов лучше не ходить.
– Я разок попробовал. И правда ничего не вышло, потому сюда и пришел. Надеялся, что Драконоборец подскажет, как у него получилось.
Глыба фыркнул:
– Это Вереск-то? Ему просто повезло. Не то что некоторым из нас.
– А вы пробовали убить дракона? – спросил Листик. То, как Глыба отзывался о Драконоборце, немного расстраивало.
– При мне все и случилось. Об этом что, в дальних деревнях не рассказывают?
Внезапно впервые за многие годы Листик вспомнил, что сказал отец, когда Рябинка первый раз поведала легенду о Драконоборце, – нечто о напарнике, который остался в пустыне. Но ведь это не мог быть Глыба, он-то здесь, живой.
– Так вы там были? – спросил Листик. – Как прошла битва? Что он делал? Я хочу знать всё!
Вид у Глыбы сделался ещё суровее.
– Знаешь, если ты хочешь услышать восторженные песни о великом Драконоборце, то ты пришел куда надо. В этом городе полно почитателей, и они рады будут поведать героическую сагу. Только я не из таких.
Отбросив пестик, он отряхнул ладони и двинулся к выходу.
– Нет, постойте. Я не за тем пришёл, – окликнул его Листик. – Честное слово, мне нужна правда. Что там произошло на самом деле?
Глыба замер, держась за ручку двери, и долго смотрел на Листика.
– Нет, её тебе знать не надо, – ответил он наконец и ушел в тоннели.
Глава 26
Ласточка
Ласточка и дракон прибыли во дворец под покровом ночи. Идея принадлежала Вынькишку – в людях он, может, и не соображал ничего, зато в том, что касалось скрытного перемещения, толк знал. Вынырнув из облаков, он на бреющем полёте подлетел ко дворцу, миновал стражу и приземлился на пустынном дворике.
– Отлично, – сказала Ласточка, слезая у него с шеи. – Впечатляюще.
– Да ладно, что уж там … – довольный, отмахнулся было дракон.
– Это я о себе. Выбрала именно того дракона, который мне помог.
Вынькишку посмотрел на неё сверху вниз.
– Гм-м-м … и все равно не стоит благодарностей.
– Взаимно. Я же дала тебе отличный совет и не проткнула своим устрашающим клинком.
– ВООБЩЕ-то, своим устрашающим клинком ты меня проткнула.
– Совсем чуть-чуть. А представь, если бы я всю силу вложила.
Дракон вздрогнул:
– Не хочу даже представлять. – Ночь огласил далекий рев. Вынькишку обернулся на голос, потом снова посмотрел на Ласточку. – Ты точно хочешь остаться здесь?
– Остаться – нет, мне бы только спасти Небо. А ещё, наверное, придется зарезать тех, кто его похитил. Выколоть им ГЛАЗА! Они ещё пожалеют, что украли у меня друга и заставили тащиться через пустыню! О первом, конечно, больше. – Достав меч, она погрозила обнаженной сталью теням. – Ну, берегитесь, злые драконьи зенки!
– О три луны, – простонал Вынькишку. – Кровожаднее тебя мне ещё ничего не мерещилось, а это кое-что да значит, при моей-то работе.
– За свои глаза не волнуйся. – Ласточка ободряюще похлопала его по когтям, да только не удержала меч и снова уколола его в перепонку, но уже в другом месте.
Вынькишку зашипел и отскочил от неё, тряся лапой.
– Ладно-ладно, признаю, это ужасно, – сказала Ласточка, убирая меч. – Вот сейчас мне правда жаль.
Вынькишку недоверчиво хохотнул:
– Уже много лет никому не удавалось ранить меня до крови, а тут какая-то козявка-воришка умудрилась сделать это дважды. У меня есть замечательная мысль: давай никому и никогда об этому не станем рассказывать.
«Идея и правда хорошая», – подумала Ласточка. Ей не больно-то хотелось, чтобы по миру разошёлся слушок о милом драконе, который не умеет выдыхать пламя и которого она пришла спасать из лап песчаной королевы.
– По рукам. Тогда и ты никому обо мне не говори.
– Все равно не поверят. Надеюсь, ты найдёшь своего друга, вы оба выберетесь отсюда живыми, и ты больше никогда не подкараулишь меня в темном переулке.
– Спасибо. А я надеюсь, что ты не станешь убивать кого бы тебе там ни поручили убить.
– Как ты догадалась … а, неважно, не желаю знать. – Вынькишку расправил крылья, собираясь взлететь, но тут Ласточка подошла к нему. Внезапно ей захотелось, чтобы чёрный остался, хотя вслух она бы такого ни за что не сказала. Он стал её вторым самым интересным другом, легко обойдя дурачка Неустрашимого.
– Я серьёзно, – сказала она. – Спасибо тебе, Вынькишку.
– Вынькишку, – пробормотал тот, качая головой. Раздражённо улыбнулся и всё так же тихо улетел, скрывшись в облаках.
«Осталось найти Небо, – подумала Ласточка, – в гигантском драконьем дворце. Что может быть проще?»
Начала она с того, что всегда делала в новом месте, – осмотрелась. Во-первых, снаружи дворец окружала высоченная стена, специально сооруженная, чтобы через неё не могли перелезть люди. То есть выбраться удастся только на Небе. Ну, а во-вторых, на колья вдоль стены было насажено несколько драконьих голов.
Это слегка пугало. Ласточка много всякого прочла о драконах, но по-прежнему верила, что они не хуже людей … хотя прямо перед собой видела доказательство обратного. Она пересилила себя и поискала, нет ли среди отрубленных голов одной с бледно-оранжевой чешуёй. Неба среди казненных не оказалось.
Большую часть дворца занимали извилистые тоннели, увешанные гобеленами и выходящие во дворики, и огромные бальные и пиршественные залы. Тут тоже оказалось несложно не пропасть с голоду, питаясь крохами и объедками с драконьих столов. Главное было не дать мышам и муравьям-переросткам опередить себя.
Дважды получалось так, что Ласточка оказывалась в комнате без укрытий и туда входил дракон. Как ни странно, едва взглянув на неё, он бормотал что-то о том, что некоторые растения поливают слишком щедро (вроде бы), хватал то, зачем приходил, и удалялся.
«Я что, для них просто огромная мышь? Недостойная даже того, чтобы её съели или растоптали?»
Все время, что Ласточка пробиралась по дворцу, она слышала, как одна и та же дракониха рычит от ярости. Наконец, Ласточка, идя на этот голос, оказалась в высокой башне, от которой так и веяло жутью. Пленница не стеснялась грозить тюремщикам: «Я ВАС ВСЕХ ПЕРЕБЬЮ! ВЫ ЕЩЁ ПОЖАЛЕЕТЕ! СНАЧАЛА ВЫРВУ ВАМ ЯЗЫКИ, а ПОТОМ ВАС САМИХ ЖИВЬЕМ СОЖРУ!» – а порой она просто ревела от ярости.
Сперва Ласточка даже пожалела её, но угрозы становились все мрачнее и кровожаднее, и она решила, что всем, возможно, лучше, что эту дракониху посадили под замок. Но что, если в башне держат всех пленников? Вдруг и Небо там? Заперт с этой злюкой? Лежит на полу, зажав уши лапами и накрывшись крыльями, жалея, что он не улитка и ему некуда заползти и спрятаться?
Окон в башне не было, заглянуть внутрь не получилось бы. Зато Ласточка нашла укромное местечко, из которого удалось понаблюдать, какую пленникам приносят еду. Почти всегда это было мясо, а когда посуду забирали, от него едва ли что-то оставалось. К тому же порций хватило бы лишь на одного: приносили всегда одну чашу, поднос обугленных кузнечиков или ещё что-нибудь.
А если Небо в той башне нет, то где же он тогда?
Ласточка облазила дворец, пока не нашла, где спят солдаты: приземистые постройки, лепившиеся к внутренним стенам дворика при главном входе. Облачённые в броню драконы целыми днями заходили в них, выходили и тренировались на палящем солнце.
Нужно было найти место, откуда Ласточка смогла бы наблюдать за солдатами, и такое нашлось – чулан, набитый пыльными тряпками. В стене было маленькое отверстие, в которое как раз были видны плац и странный памятник: высокий черный обелиск, покрытый письменами в золоте. Обелиск окружало кольцо песка, а вот остальную часть дворика занимали белые камни, отражавшие ослепительное сияние солнца.
В чулане хорошо было спать, прятаться в самые суматошные часы и ждать хоть какого-нибудь намека на то, что солдаты сделали с Небом.
Спустя два дня прилетел крикливый дракон-великан. Он ворвался в передние ворота, словно грозовая буря в горах. Ласточка подумала, что он, должно быть, генерал, но не знала, приняты ли такие звания в драконьих армиях. Дракон тем временем стряхнул с крыльев тучи песка и проревел какое-то имя. Следом за ним во дворик вошли, бряцая оружием и доспехами, солдаты, но он взмахом лапы отослал их в казармы и снова выкрикнул имя. По значению оно напоминало нечто вроде угасающего пламени. «Искр? – подумала Ласточка. – Пусть будет Искр».
Наконец из дворца показался дракон и неспешно пошел через дворик. Вдоль спины у него тянулся узор из черных ромбиков, как у змеи, а на шейном кольце висело множество ключей и мешочков. По пути к похитителю Неба он стороной обошел песчаное кольцо вокруг обелиска.
– Принц Искр, – произнёс генерал, изобразив почтительный поклон, однако в его жесте угадывался целый океан презрения.
– Самум, – тем же тоном ответил принц, обозревая беспорядок, который устроили, прибыв, солдаты. – Есть новости?
– Не-а. – Генерал выпятил грудь и мотнул хвостом. – О королеве Огонь что-нибудь слышно?
– Нет, – вздохнул Искр. – Не волнуйтесь, я уверен, что она скоро вернется и вы тут же вручите ей свой подарок.
– ДА-А-А, – хитро улыбнулся Самум. – Он ведь еще жив? Думаю, таким он ей больше понравится. Хотя бы сперва. А-ха-ха.
Искр поморщился:
– Да, с ним все хорошо. Может, ваши драконы приберутся тут, а я пока распоряжусь, чтобы их накормили?
– Хочу того напитка с корицей! – проревел ему вслед Самум. – Тот новый, как на прошлой неделе! Передайте поварам, пусть приготовят мне его!
Кто тут вообще главный?! По идее, распоряжаться должен был принц, однако генерал не стеснялся командовать им. Судя по выражению на морде Искра, у него на сей счет тоже имелись вопросы, однако Самум не обратил на это внимания – а может, просто не заметил – и важно прошествовал к казармам, где выкрикнул несколько приказов.
Ласточка не сомневалась, что речь шла о Небе, но с какой это стати он – подарок королеве? Ладно хоть живой и томится где-то здесь, а пока не вернулась эта самая Огонь, его судьбу решает Самум. Скоро генерал явно пожелает проведать пленника …
Немного подумав, Ласточка прошмыгнула из чулана во дворик. Генерал к тому времени закончил раздавать приказы и направился к невысокой двери, которая вела на одну из кухонь.
Ласточка следовала за ним тихонько, но старалась не отставать. Ей повезло, что двери во дворце почти не запирали, а проходы занавешивали длинными шторами, дабы не мешать притоку воздуха. Были и такие проходы, где она могла проползти под дверью, и такие двери, что слишком близко прилегали к полу, а еще попались такие, которые зачем-то снабдили люками с колючими крышками, – как будто специально для защиты от людей.
Самум шёл, оглашая кухни своим раздражающим утробным смехом и шутя со всеми встречными. Встречные закатывали глаза, а значит, раздражающим генерала находила не одна только Ласточка. Он прокричал, чтобы напиток принесли в его покои, а потом вышел из кухни и поднялся по лестнице.
Взбираться по драконьим ступеням – мучение то ещё, однако это было лучше, чем те места, где драконы просто перелетали с карниза на карниз и где человеку за ними было бы попросту не угнаться. Каждая ступенька доходила Ласточке до плеч, и на каждой ей приходилось подтягиваться, потом бежать к следующей и снова подтягиваться.
Когда она добралась до конца, то потеряла Самума из виду, но слышала его противный голос в одной из комнат вдоль коридора. Ласточка кралась вдоль стены, пока не нашла ту самую комнату и заглянула в приоткрытую дверь.
Небо сидел в углу, прикованный к полу, и, безрадостно уронив крылья, слушал Самума. На морде его не осталось и следа от милой улыбки, с которой он сразил бы наповал и разъяренного гризли.
– Недолго осталось! – говорил Самум. Он сбросил часть брони, отчего задрожал каменный пол. – Это будет просто великолепно! Я ещё ни разу не дарил ей ничего на … (непонятно). Зато на сей раз получу новый чин.
– Разве мы не на одной стороне? – спросил Небо. – Моё племя и твоя королева.
– Пока да, более-менее, – усмехнулся Самум. – Но ты-то нигде не служил. Спорю, ты даже дня не сражался, так что твоя королева – или кто там сейчас у вас на троне, – думаю, не станет сильно по тебе тосковать.
Услышав, как кто-то поднимается по лестнице, Ласточка прошмыгнула в комнату и, низко пригнувшись, спряталась за кровать, а там – в складках сползшего на пол одеяла.
Один из поваров принес кубок, поставил его на стол и, поклонившись генералу, вышел вон. Громко хлюпая, Самум выпил и неторопливо вышел из комнаты.
Ласточка дождалась, пока в коридоре станет тихо – когда смолкнет вдали рокочущий смех, – и вылезла из-под одеяла. Подскочила к Небу.
– Ласточка? – вскрикнул тот, выпучив глаза прямо как в тот день, когда повстречал черепашонка.
Ласточка перепрыгнула через цепи, взбежала по его лапе вверх и крепко обняла его за шею. Небо обхватил её крыльями, и они надолго застыли, не смея отпустить друг друга.
– Прости, Ласточка, – сквозь слёзы, дрожащим голосом извинился Небо. – Ты была права насчет драконьего города.
– Не извиняйся, пусть жалеют твои мерзкие похитители. А они пожалеют, когда я с ними разделаюсь. – Она спрыгнула на пол и присмотрелась к цепям.
– Как ты меня нашла?
– Я страшно умная, а ты – мой лучший друг. Я бы всё равно нашла тебя, рано или поздно. Как снять с тебя эти цепи?
Небо приподнял переднюю лапу, показывая оковы, и снова уронил её.
– Нужен ключ, но генерал Самум всюду носит его с собой.
– А что вообще этому пузырю от тебя надо? – спросила Ласточка. Она ударила ногой по одному из звеньев, однако то, вопреки ожиданиям, не развалилось под натиском её гнева.
– Местная королева собирает диковинки, – скорбно сообщил Небо. – Видно, я тоже диковинка, потому что я один такого цвета, а ещё ведь небесным драконам положено выдыхать пламя.
– Никакая ты не диковинка! То есть ты необыкновенный, и это здорово. Ты как я. – Она широко улыбнулась, и Небо улыбнулся в ответ. – Может, стащить ключ, когда Самум уснет?
– Это вряд ли. Ключ висит у него на шее. Боюсь, генерал тут же проснётся и убьёт тебя.
Ласточка скрестила руки на груди и хмуро воззрилась на цепи. Должно быть, королева держит свои диковинки – по крайней мере, живые – в той башне без окон, где сидит рассвирепевшая дракониха. А значит, и Небо могут отправить туда же, и тогда спасти его станет ещё труднее. Лучше поторопиться, раздобыть ключ и вызволить Небо из плена до возвращения королевы.
В голову Ласточке пришла только одна мысль, как это осуществить.
– Выходит, – обратилась она к Небу, – мне предстоит убить его первой.
Глава 27
Лиана
Лиана спала, когда начались аресты.
Ее разбудила Нарцисса – напугав и вырвав из сна, в котором драконы поджигали друг друга.
– Лиана, – шептала она. – Лиана, помоги, Лиана, прошу тебя, проснись. – Присев на кровать, она затрясла её сильнее. – Я знаю, что говорю так постоянно, но на этот раз все правда серьёзно, я не шучу.
– Нарцисса? – Лиана села и протёрла глаза. – В чём дело?
– Твой отец арестовывает дозорных. Он уже взял Наперстянку, Белку и … Лиана, он и Фиалку забрал. – Нарцисса расплакалась. – Я была у неё, спала в другой комнате. Пришла к ней с ночёвкой, но они, видимо, не знали об этом, ворвались в пещеру, схватили Фиалку, а я … я … Лиана, я ничего не сделала! Не выбежала, не стала драться с ними, просто пряталась!
– И правильно. – Лиана взяла её за руки. Она и сама дрожала, но постаралась говорить как можно спокойнее. – Тебя не схватили, и ты всё рассказала мне, так что вместе что-нибудь придумаем. – Выбравшись из постели, она стала одеваться. Потянулась было за зелёной формой дозорного, но потом решила, что именно на неё отцовские гвардейцы, наверное, и будут ориентироваться. Поэтому надела старую угольно-серую тунику.
– Что нам делать? – Нарцисса заламывала руки. Хвост у неё на голове растрепался, и волосы спутанными прядями лежали на плечах. Прибежала она в пижаме, а это было последнее, что её мать успела украсить ярко-жёлтыми лентами. Лиана набросила на подругу длинный бурый плащ. – Зачем он так? Ты не знаешь?
– Мне кажется, папа боится потерять власть. Может, услышал те же слухи о дозорных, что и Фиалка, или думает, что они, то есть мы работаем на лорда Нерушимого города.
С тех пор, как Листик принес дурные вести, в её доме сгущалось напряжение. Отец снова сделался мнительным, всюду таскал за собой своих мордоворотов; Лиана не единожды замечала, как он таращится на пьедестал, в котором прятал сокровище, – так, словно подумывал схватить его и бежать.
Лиана все ждала, когда отец остынет, чтобы потолковать с ним о Листике и все объяснить. Однако отец не успокоился, все стало только хуже: он сделался раздражительней, чаще срывался на окружающих, особенно на маму. Вчера вечером на кухне в гневе разбил несколько тарелок, пока Лиана с Иволгой сидели в детской и притворялись, что не слышат.
– Или дело в другом, – сказала Нарцисса. – Один из стражей обмолвился, что начнут поиски, когда всех арестуют.
Лиана вытаращилась на неё, растирая мурашки на руках.
– Думаешь, он заметил пропажу сапфира? – шёпотом спросила она. Неужели отец возвращался за камнем? Казалось бы, перенёс все сокровища, бросив сапфир, – так, может, и видеть его больше не желает?
Нарцисса выпучила глаза.
– Неважно, что они ищут, главное, что сапфир в пещере у Наперстянки! – прошептала она.
Лиана не знала, какое наказание уготовано укравшему сокровище Драконоборца, но если уж Сосну изгнали только за то, что он ошивался рядом со старым тайником, то ссылкой дело не ограничится.
– Надо первыми забрать его, – сказала она, направляясь к двери.
В гостиной Лиана с испугом увидела мать – Иволга металась по комнате. Она, наверное, и впустила Нарциссу.
– Мам? Как ты?
– Тревожусь. – Мать даже не остановилась. И ещё она крутила в руках платок Вереска. – Никогда его таким не видела. Уж и не знаю, как его образумить.
– Рано или поздно он всегда успокаивается, – сказала Лиана, стараясь говорить уверенно.
– Да, обычно, но … – Иволга зарылась лицом в платок. – Я ведь не знаю … вдруг он …
«Вдруг он и тебя арестует?» Лиана и за себя испугалась. Если отец схватил её лучших друзей … и знает, сколько времени она проводит с Наперстянкой … если больше не верит дозорным …
– Надо проверить, как там друзья, – сказала Лиана, беря Нарциссу за руку.
– Не становись на пути у отца, – внезапно сказала мать. Она повязала платок ей на шею и дрожащими руками оправила волосы. – Если тебе и правда надо … куда-то сходить … ненадолго … то я все понимаю.
Лиана порывисто обняла её и вытянула Нарциссу за дверь. Они побежали по тоннелям в сторону пещеры, где жила Наперстянка. У одного из поворотов увидели команду стражников – те о чём-то спорили. Тогда Лиана резко развернулась и утащила Нарциссу в другую сторону. Они уже почти добежали до нужной пещеры, когда из-за поворота вышло еще трое громил Драконоборца, и Лиана втолкнула Нарциссу за ближайшую дверь. Они оказались в кладовой, наполовину забитой сушёными фруктами. Там они и переждали, пока стражники пройдут мимо.
«Да сколько же людей у отца?!» – подумала Лиана. Вереск никуда не выходил без охраны, а в последние несколько лет число наёмных стражников только росло. Лиана даже видела, как он платит главарям отрядов серебряными монетами, – единственный раз, когда он вообще за что-то платил при ней деньгами. Вот только до неё не дошло, что отец собирает собственную армию, преданную ему одному.
– Мне кажется, это нечестно, – прошептала Нарцисса, – что ты самая милая из нас троих и что в такую тяжёлую минуту соображаешь лучше остальных. Мне бы хоть одно из этих качеств.
Читать бесплатно другие книги:
