Последняя клятва Ли Мелинда
Роджерсу предстояло прогнать полученные данные через AFIS, автоматическую систему распознавания отпечатков пальцев, и проверить их на совпадение по базам данных преступлений и мест их совершения. Образцы, которые он получил, скорее всего, принадлежали членам семьи, но попытаться стоило. Преступники подчас совершали немыслимо глупые и досадные промахи.
После отъезда Роджерса Бри направилась проведать ребят, а Мэтт пошел в гараж – поискать кусок доски, которым он решил заколотить дыру в стеклянной панели. Потом оба встретились снова на кухне.
– Дети крепко спят. Похоже, с Броди они почувствовали себя в безопасности, – признала Бри.
– Уши Броди уловят любой странный звук, – похвалил четвероногого друга Мэтт.
Бри с минуту пристально смотрела на него, а потом спросила:
– Что за черная кошка пробежала между вами и Роджерсом? Вы же, похоже, работали вместе?
– Он стрелял в меня, – ответил Мэтт и сам поразился своему откровенному признанию. – Он и еще один помощник шерифа. Это вышло случайно. Мы получили ордер на арест одного наркодилера на складе. Шериф должен был послать нас с Броди к южному входу, но почему-то приказал контролировать северный. Мы попали под перекрестный огонь между торговцами и полицейскими. Я не держу зла на Джима. В том, что там случилось, его вины не было. Да и чувствовал он себя потом скверно. Но наши отношения подпортились.
– Могу понять, – произнесла Бри. – Но ваш голос прозвучал не слишком уверенно, когда вы назвали этот инцидент случайностью.
– Помните, я говорил вам о продажном бывшем шерифе?
– О том, что покончил с собой?
– Да… – осекся Мэтт. «Стоит ли ей все рассказывать?». И, отбросив сомнения, продолжил: – Так вот… Однажды я оказался свидетелем того, как шериф бил подозреваемого дубинкой по почкам. Парень лежал на полу в наручниках. И никакой угрозы не представлял.
– Чрезмерное применение силы?
– Да, у шерифа был вспыльчивый нрав, – кивнул Мэтт. – Мне следовало на него донести. Такое случалось неоднократно. Шериф был конченым мерзавцем. Полагал себя выше закона. Даже не так, – поправился Мэтт, – он считал, что он и есть закон. Но в этом и крылась загвоздка. Начальника полиции может уволить мэр или городская управа. А вот шериф – выборное должностное лицо. Чтобы лишить шерифа полномочий, необходимо уличить его в преступлении и/или объявить ему импичмент.
– А это было нелегко?
– Да. Шериф был тогда невероятно популярен. И я не мог обратиться к окружному прокурору с голословным обвинением. Парень, которого избивал шериф, был слишком запуган, чтобы свидетельствовать против него. А сам шериф проработал в управлении долгое время и пользовался огромным влиянием. Мое слово против его слова ничего не стоило.
Бри связала все услышанное, и ее глаза сузились:
– Вы думаете, что шериф направил вас не к тому входу намеренно?
– Такая мысль мелькала у меня в голове.
– Вот дерьмо…
– Точно, – согласился Мэтт. – Ладно бы меня одного подстрелили. Но Броди… – он сделал паузу. – Думаю, Роджерс больше сожалеет о том, что всадил пулю в пса.
– Вы хоть кому-нибудь доверяете в управлении шерифа? – спросила Бри.
– Я доверяю Мардж.
– А заместителю шерифа Харви?
– Не знаю… – покачал головою Мэтт. – Мне претит думать, что Харви был в деле. Тодд всегда казался мне порядочным парнем. Но когда я вышел из больницы, и он, и все остальные помощники шерифа разительно переменились ко мне, – они стали обращаться с Мэттом, как с полным профаном. Как будто шериф уже повернул историю о перестрелке в свою пользу, и все ему поверили. Да, шериф умел убеждать… И потчевал всех наглой, беспардонной ложью с завидной уверенностью.
– Тодд тоже в вас стрелял? – поинтересовалась Бри.
– Нет. Это был другой парень, он ушел из управления сразу после самоубийства шерифа.
– Так, может, тот парень все знал?
– Возможно. После той перестрелки, естественно, проводилось расследование. Все дали официальные показания, а потом вдруг, как воды в рот набрали. Шериф заявил, что я сам перепутал входы. А я ничего не путал.
– Опять его слово против вашего…
– Именно так, – Мэтт согнул руку. – Шериф заявился ко мне домой. И предложил солидные отступные, – технически постановление о компенсации пришло из округа, но шериф явно повлиял на это решение.
– И вы пошли на сделку…
– Только после того как шериф согласился уволить Броди и отдать его мне. Ранение пса не было серьезным, но я не желал, чтобы он и дальше рисковал своей жизнью ради этого ублюдка.
– Теперь я понимаю, почему между вами и людьми шерифа такие натянутые отношения…
Взгляд Мэтта упал на красное пятно на полу:
– У вас течет кровь?
– Возможно.
– Возможно?
– Я запуталась в колючей проволоке, – Бри показала ему пальцы, заклеенные пластырем. И наклонилась, чтобы подвернуть джинсы.
– Ну-ка, присядьте сюда, – похлопал по гранитному острову Мэтт.
Бри взгромоздилась на него и помахала ногами над раковиной.
Мэтт закатал ей штанины:
– Ваши джинсы мокрые.
Со вздохом Бри рассказала ему всю историю о том, как обнаружила, а потом погналась за незнакомцем.
Но это было опасно! Бри сильно рисковала. Ей проще было спрятаться от странного домушника. Кровь в жилах Мэтта застыла. Вооруженная или нет, Бри могла быть убита!
– Вам следовало запереть двери и дать ему сбежать. А если у него имелось оружие?
От гнева, а, может, и от некоторого смущения, щеки Бри полыхнули румянцем:
– Я хотела его поймать! Что если именно этот человек убил мою сестру?
Мэтт повернул кран. Неужели Бри не понимала, насколько важной стала теперь для детей? Неужели ее мозг не просчитал всю ответственность и новые обязанности, появившиеся у нее после смерти сестры? Несколько секунд Мэтт молча изучал лицо Бри. Нет, – решил он, – она еще не до конца осознала ни того, что случилось, ни всех вытекающих последствий.
Бри привыкла жить одна, ни от кого не зависеть и не чувствовать себя обязанной кому-то. Как скоро она поймет, что ее жизнь отныне кардинально изменилась?
– Эти ребята нуждаются в вас, – просто сказал Мэтт.
Бри нахмурилась, как будто ей и в голову не приходило, что заботиться о них значило беречь и себя тоже:
– Я знаю, но этот человек не нападал на меня. Он убегал.
Да не в этом дело!
Мэтт постарался перефразировать свои мысли понятным ей языком:
– Пообещайте, что в следующий раз вы подождете подкрепление, хорошо?
– Хорошо, – заверила Бри Мэтта кивком, но он все равно остался при своем убеждении: Бри еще не прочувствовала свою новую роль в жизни детей. Ее брат Адам в опекуны не годился. Слишком рассеянный. Слишком сосредоточенный на своем собственном мире. Дети для него всегда будут второстепенны и – пусть и не по его злому умыслу – но продолжат страдать.
А вот Бри другая! Дети станут для нее смыслом жизни!
Мэтт стянул с ее ноги окровавленный носок. Он ожидал увидеть на лодыжке Бри только лишь порезы. Татуировка его удивила. Это была вьющаяся лиана в темно-зеленых оттенках, усеянная крошечными голубыми цветочками. Работа утонченная и мастерская!
– Где у вас аптечка первой помощи?
Бри указала на дверцу за его спиной:
– В буфете.
Мэтт разыскал на полке маленькую пластиковую коробочку и поставил ее на кухонный остров.
– Не могу поверить, что вы не чувствовали ран.
– Ночь выдалась тяжелой. Я, должно быть, совсем перестала что-либо ощущать.
Мэтт промыл порезы водой с мылом и заклеил антисептическим пластырем.
– Красивая у вас татуировка.
– Спасибо, – задержала на ней на секунду взгляд Бри.
Мэтт всмотрелся пристальнее. Под наколкой едва проглядывали две зазубренные линии когда-то разодранной кожи. Татуировщик блестяще справился с задачей. – Рисунок скрывает шрам?
– Да, – Бри побледнела, ее брови беспокойно дернулись вверх. – Это сюда меня укусила собака. Осталась безобразная отметина. До того как сделала тату, я никогда не носила шорты и платья.
Мэтт дотронулся до шрама. Он был тонким, но, похоже, временами «ныл».
– Сколько швов?
Вздрогнув от его прикосновения, Бри скинула ноги с острова:
– Пойду лучше посмотрю, как там дети.
Бри двинулась к двери, но Мэтт преградил путь, обвив ее тело рукой:
– Означает ли ваш звонок то, что вы все-таки решили со мной сотрудничать?
Бри приподняла бровь. Ее карие глаза выдержали его взгляд, не моргая:
– Я очень устала. И мне захотелось, чтобы в доме оказался еще один взрослый – так детям спокойнее. Этот взрослый должен был быть надежным и сильным, способным постоять за себя и других. И я подумала о вас.
– Я польщен…
Бри наклонила голову. Хоть она и была на голову ниже Мэтта, но сдаваться не собиралась:
– Вы рассчитывали на то, что ваша помощь мне сегодня ночью не будет безвозмездной?
– Конечно же, нет, – пожалев о своей выходке, Мэтт отступил на шаг назад. И что заставило его подумать, будто под предлогом расследования ему удастся склонить Бри к свободным отношениям?
– Ну, вот и хорошо, – провела рукой по волосам Бри. Не для того чтобы их пригладить, а в попытке избавиться от головной боли.
Эгоистично? Да, но Бри нравилась Мэтту. Она была привлекательной женщиной. Правда, он знавал много красавиц. И был уже в таком возрасте, когда желал от отношений не только секса и прелестного личика. Но именно поэтому Бри так ему импонировала. В ней было что-то особенное. Некая многосложность, жизнестойкость. Судьба не раз подставляла ей подножки. Бри оступалась, но не падала. Ее прямота тоже располагала к себе. Он повел себя как полный придурок, и она сразу втолковала ему это.
А поскольку он повел себя как придурок (но все еще хотел вести совместное расследование), ему следовало первым поделиться с Бри информацией.
– Ваш звонок не нарушил мой сон. Я был не дома.
Мэтт рассказал Бри о поездке к отцу Джастина и вероятном фигуранте дела – наркоторговце по имени Нико.
– Может, Джастин задолжал ему денег, – потерла глаза Бри. – Мне неприятно думать, что он взялся за старое, но такое вполне могло произойти. Иначе Эрин сошлась бы с ним снова. У нее плохо получалось разрывать отношения. Услышав в другой комнате шорох, Бри двинулась к двери: – Похоже, кто-то из ребят проснулся, – оглянувшись на Мэтта, она тихо добавила: – Мы продолжим этот разговор завтра, когда мой мозг заработает, как положено. А сейчас я постараюсь убедить детей поспать.
– Вам тоже не мешало бы отдохнуть.
– Попробую, – кивнула Бри. – В доме есть гостевая комната.
– Я могу заночевать на диване, – Мэтт решил расположиться поближе к входной двери: вдруг беглец надумал бы вернуться. – Броди будет нас охранять.
– Еще раз спасибо, – Бри вышла из кухни.
Мэтт налил в стакан воды и опустошил его залпом до дна. Утром он попробует разыскать наркоторговца, снабжавшего Джастина оксиконтином. Мэтту очень хотелось подбросить Харви альтернативного подозреваемого. Он вспомнил про походное снаряжение друга. Почему Джастин сбежал и прячется? Кого он боится? Человека, убившего Эрин? Или полицию?
А может быть, всех?
Глава одиннадцатая
Снова сев в машину, он принялся наблюдать за маленькой фермой в телеобъектив своей камеры. Свет в доме не горел, а у входа стоял чей-то внедорожник. Фонарный столб у дома высвечивал его номер. Он сфотографировал автомобиль.
В новостном репортаже сообщили о смерти Эрин и рассказали историю ее семьи. Даже показали семейные фотографии, включая свежий снимок сестры Эрин, приехавшей из Филадельфии и посетившей этим утром участок шерифа. Сестрица оказалась детективом по уголовным делам. Она могла создать ему проблемы. Он это чувствовал. Она собиралась встать у него на пути, как Эрин!
Но что он мог с этим поделать?
Внутри забурлила ярость, она поднялась у него в груди так же стремительно, как внезапное наводнение. Эрин считала себя шибко умной. Думала, что у нее есть его номер. Что она может вмешиваться в его жизнь. Да, он преподал ей суровый урок. Воспоминания немного успокоили его. Он разберется и с сестрой Эрин. И больше никому не разрешит себе гадить.
Никому не дозволено отнимать у него то, что он считал своим. Ни этой мертвой сучке. Ни ее сестре.
Он убил раз, убьет и еще раз. Даже невзирая на то, что сестра Эрин – коп и расправиться с ней ему будет сложнее. Прикоснувшись к карману, он ощутил ободряющее дуло пистолета. Пуля в грудь, выпущенная в упор, быстро обезвреживает человека! Вечер вторника его в том убедил. Оружие, и вправду, уравнивает всех.
В окне второго этажа – окне Эрин – колыхнулась занавеска. И в его поле зрения попала темная фигура. Уж не сестрица ли это выглядывает? Неужто она почуяла, что он наблюдает за домом? Он сделал снимок. Черт, да она смотрит прямо на него!
У него перехватило дыхание. Да нет! Она не могла его заметить. Но, вопреки увещеваниям разума, он все же соскользнул на сиденье пониже. И опустил фотокамеру. Фигуру в окне стало невидно.
Он с облегчением выдохнул.
Раз он не мог ее видеть, значит, и она не могла его разглядеть.
Но новый всплеск гнева, прорываясь наружу, обжег ему все внутренности. Почему он должен беспокоиться из-за этой овцы? Как и Эрин, ее сестрица сама навлечет на себя гибель! Коп не может не соваться в чужие дела.
Ему нужно ее убрать, но сделать это нынешней ночью он был не готов. Убийство полицейской необходимо было тщательно спланировать. Сестра Эрин была вооружена и, наверняка, хорошо обучена, натренирована и осторожна. Надо застигнуть ее врасплох. Он спланировал убийство Эрин, и все прошло как по маслу. Ну… почти как по маслу. Он извлечет из этого урок. И с не меньшим усердием продумает убийство ее сестры.
Он снова поднял фотокамеру. Фигура в окне исчезла. Она легла спать?
За Эрин он также наблюдал. Ее жизнь была беспробудно рутинной, на уровне обсессивно-компульсивного расстройства. Уже вынашивая в голове план нового убийства, он поднял с пассажирского сидения блокнот и записал в него цифры – время появления женской фигуры в окне. Если сестра Эрин страдает бессонницей и часто встает по ночам, ему следует это учесть.
Он понаблюдал за домом еще с четверть часа. Похоже, тишина в нем установилась надолго. Он завел мотор и съехал с обочины дороги.
Гнев улегся, но не прошел, а медленно тлел в груди – как угли в кострище, готовые в любой момент воспламениться.
Сестре Эрин лучше не вмешиваться. Иначе он пойдет на все, чтобы сохранить то, что принадлежит лишь ему!
Глава двенадцатая
В четверг утром, воспользовавшись тишиной, пока еще царившей в доме, Бри выполнила свой любимый комплекс упражнений – «Приветствие солнцу». Положив голову на коврик, она подняла бедра и стала медленно выпрямлять тело, пока не встала в стойку на голове. Йога научила ее контролировать тело и дыхание, а концентрация, необходимая для того, чтобы не упасть лицом вниз, проясняла сознание. Под конец Бри сделала стойку на предплечье и пять вдохов и выдохов в позе «собаки мордой вниз». Затем приняла душ, оделась и крадучись спустилась по лестнице вниз. Дети все еще крепко спали, и не удивительно: заснули они поздно, часа в три, и то только после того, как Мэтт пообещал им, что Броди будет сторожить ребят всю ночь.
Остановившись на нижней ступеньке, Бри посмотрела на Мэтта, прикорнувшего на диване. Рядом на полу лежал Броди – на сложенном стеганом одеяле, из которого Кайла устроила ему «постельку». Голову пес держал поднятой, а его большие карие глаза неотрывно наблюдали за Бри. Она помедлила, страх подстегнул ее сердце забиться быстрее.
Бри сделала глубокий вдох и медленно выдохнула. Этот пес тебя не тронет!
Похоже, этой фразе суждено было стать ее новой мантрой. Бри сделала еще один медленный вдох-выдох и заставила себя пересечь гостиную. Оказавшись вне поля зрения овчарки, она невольно ускорила шаг, за что потом себя попеняла.
На кухне Бри заварила кофе. В окна уже лился солнечный свет. А небо за стеклами было ослепительно голубым, каким бывает только зимой. Бри посмотрела на часы. Девять утра. Нужно накормить коней! Бри облачилась в куртку Люка, обула сапоги сестры и распахнула дверь. Холод ударил ей в лицо ледяным кулаком. Бри глянула на термометр, закрепленный на заднем крыльце. Тринадцать градусов ниже нуля.
Бри сошла с крыльца и, похлопав по карманам куртки, нашла перчатки. Солнечный свет, искрившийся на обледенелом насте двора, ослепил ей глаза. Прикрыв их рукой, Бри направилась к конюшне. Три коня стояли, свесив головы над дверцами своих стойл. Первое из них занимал игреневый пони Кайлы по кличке Тыковка. Он пристально посмотрел на Бри из-под густой, огненно-рыжей челки. Гнедой квотерхорс Люка, Бунтарь, нетерпеливо лягнул свою дверцу. Последний конь необыкновенно красивого окраса, окрещенный Эрин Ковбоем, в попытке привлечь к себе внимание тихо заржал. Все кони за ночь растрепали подстилки. Воздух в конюшне пах конским потом, соломой и навозом. Бри не жила на ферме с восьми лет, но эти запахи и звуки показались ей до боли знакомыми и родными (как бы ей ни хотелось это признавать).
Вооружившись пластмассовым совком, Бри отмерила порции корма и подсыпала каждому коню соломы. Вода в их ведрах за ночь превратилась в лед. Порубив его молотком, Бри снова наполнила ведра. Система водоснабжения в конюшне была изолирована и во избежание замерзания снабжена подогревом. Поочередно зайдя в каждое стойло, Бри поправила конские попоны и осмотрела каждого коня при дневном свете. Выглядели они прекрасно.
По иронии, эти крупные существа массой до 450 килограммов, способные запросто раздавить ее, совсем не пугали Бри (в отличие от собак).
Погладив каждого по шее, она вернулась в дом. Выгрести из стойл навоз мог потом Люк. Бри пересекла двор и открыла дверь на кухню. Запах кофе показался ей блаженством, замерзшую кожу лица защипало тепло.
Мэтт стоял у кухонного острова, разливая кофе в две кружки. Инстинктивно Бри покосилась на пса. Броди лежал под столом, положив морду на лапы и не сводя глаз с хозяина. Но, проходя мимом овчарки, Бри все же ускорила шаг.
– Доброе утро, – поприветствовал ее Мэтт. Одежда на нем была помята, волосы растрепаны, а рыжевато-коричневая щетина, казалось, за ночь выросла в пышную бородку.
Да, видок у него еще тот! Ну, а кто бы выглядел лучше – и бодрее – до приема кофе?
Сама Бри испытывала острую нехватку кофеина. Добавив в свою кружку сахар, она жадно отпила половину и только после этого ответила на его приветствие:
– Доброе утро!
– У вас уже есть план действий на сегодня? Я могу чем-то помочь? – даже без кофе голубые глаза Мэтта были ясными. А ее – обведены темными кругами и подчеркнуты мешками. Бри плохо спала, то и дело, пробуждалась от странного ощущения, будто за ней наблюдают. Вторжение в дом незнакомца не прошло для нее бесследно.
– Мне надо позвонить шефу. Ясно же, что я задержусь здесь не на пару дней. Мне уже сегодня привезут вещи из Филадельфии. А еще я планирую обзвонить фирмы, занимающиеся установкой охранных систем, и узнать, сколько времени на это уйдет.
– У меня есть приятель в этой сфере. Я попрошу его заехать к вам сегодня.
– Спасибо, – Бри сделала еще один глоток. Кофеин почему-то не спешил ее взбодрить. Бри допила первую кружку и налила новую. Но тут заурчал живот. Бри подошла к холодильнику и нашла в нем йогурт. – Он слаще, чем я люблю, но в принципе сойдет, – протянула она один стаканчик Мэтту.
Но тот отказался:
– Мне достаточно кофе.
– Спасибо вам за то, что заночевали у нас, – еще раз поблагодарила его Бри.
– Не стоит.
Бри кинула взгляд на овчарку:
– По-моему, присутствие Броди вселило в детей ощущение безопасности.
– Собаки – отличные охранники. Даже комнатно-декоративные собачонки оповестят вас о присутствии посторонних. Мелкие, а заходятся лаем, как сумасшедшие.
Бри съела йогурт, выпила вторую кружку кофе, и ее мозг, наконец, заработал.
– Пойду, гляну, как там дети. И сразу вернусь.
Бри на цыпочках поднялась по лестнице наверх. Кайла крепко спала в постели Эрин, в которой провела ночь и Бри. Люк в своей комнате лежал недвижно на двуспальной кровати, свесив ноги и распластав руки в разные стороны. Бри вернулась на кухню и снова схватилась за кружку с кофе:
– Все еще спят.
– У них вчера был длинный, тяжелый день.
– Да, – прилив грусти заставил Бри прочувствовать свою собственную изнуренность.
Мэтт провел рукой по гранитному острову:
– У меня к вам вопрос. Как ваша сестра могла себе позволить такой прекрасный дом на зарплату стилиста-парикмахера?
– А это не ее дом.
Мэтт приподнял в недоумении бровь.
– Ферма принадлежит Адаму, – пояснила Бри.
– Вашему брату? – недоумение на лице Мэтта сменилось изумлением.
– Ну, да, понимаю. Он больше походит на человека, не имеющего ничего за душой, – Бри старалась понять Адама, но детские годы, проведенные порознь, сказались на их взаимоотношениях. – Картины брата пользуются спросом, но он не особо думает о деньгах или покупке каких-либо вещей.
– Все думают о деньгах.
– Возможно, но только не Адам. Единственное, чего он хочет – это чтоб его оставили в покое и дали возможность творить. Он до сих пор ездит на той древней развалюхе, которой обзавелся еще в старшей школе. И свой сарай он приобрел много лет назад, но не вложил в него ни цента. Все, что Адам видит, – это естественный свет в своей студии.
– Мне показалось, он совершенно безразличен и к вам, и к детям.
– Нет, Адам интересуется нашими делами и по-своему заботится. Если я позвоню ему прямо сейчас и попрошу десять тысяч долларов, он переведет деньги на мой счет раньше, чем я нажму на «Отбой». И даже не спросит, зачем мне такая сумма, – Бри повела плечами и потянула за спиной руки. – Но ему свойственна эмоциональная отчужденность. Не знаю, родился ли он таким, или это состояние развилось у него как защитный механизм на смерть родителей. Он, как может, старается показать нам, что любит нас. Но такой уж он человек. Никто не идеален…
Любить родных значит принимать их такими, какие они есть.
– Значит, Адам оказывал Эрин финансовую помощь?
– Он хотел оформить ферму на ее имя, но я его отговорила.
– Почему? Эрин не умела обращаться с деньгами?
– Нет. Она плохо разбиралась в мужчинах, – не успела Бри объяснить, что имела в виду, как Броди резко вскинул голову, вскочил на лапы и потрусил в переднюю часть дома.
– Кто-то пожаловал, – последовал за псом Мэтт.
Бри поплелась в арьергарде. В гостиной она выглянула в окно. На подъездной аллее стоял припаркованный «Додж Дуранго». Задний люк был открыт, и Дана выгружала из него чемодан и переноску для домашних животных.
При виде подруги на глаза Бри навернулись слезы.
– Вот кого я ждала! – сказала она Мэтту. – Это Дана. Моя подруга и напарница.
Мэтт отозвал Броди от двери, чтобы Бри смогла выйти на улицу. Дана подкатила чемодан к крыльцу. Бри на нижней ступеньке обняла подругу, та погладила ее по спине:
– Прими мои соболезнования.
– Спасибо, – кивнула Бри с мокрыми глазами.
Дана протянула ей кошачью переноску:
– Будешь мне должна. Он вопил пять часов кряду.
– Спасибо, что привезла сюда кота. Я, наверное, пробуду здесь пару недель. Не хотелось оставлять его одного надолго, а мне тут предстоит многое сделать, и тратить время на поездку в Филадельфию было бы некстати.
Бри провела Дану в дом и представила ей Мэтта и Броди. Погладив пса по голове, подруга посмотрела на нее с немым вопросом.
– В машине еще что-то осталось? – спросил Мэтт.
– Да, – лаконично ответила Дана.
– Я принесу, – Мэтт с Броди вышли за порог.
Задрав свои солнцезащитные очки на лоб, Дана проводила его изучающим взглядом. И, повернувшись к Бри, причмокнула языком:
– Ой-ля-ля!
Бри закатила глаза:
– Это просто знакомый.
– Какая досада! – фыркнула Дана.
– Все не так просто…
– Ну да, ну да…, – поставила чемодан у стены Дана.
– Он лучший друг бывшего Эрин.
– Того самого, которого местные правоохранители считают убийцей?
– Да.
– Ну, тогда действительно все не так просто, – сняла пальто Дана. – Он коп?
– Был копом.
– Значит, будет совать свой нос в это дело… Как и ты.
– Все так.
– Думаешь, он будет тебе мешать? – спросила Дана.
Бри помотала головой:
– Я думаю, что он очень надежный.
– Это хорошо, – стянув с головы ярко-синюю шапочку, Дана тряхнула волосами: – А с его овчаркой ты ладишь?
– Стараюсь. Броди – хороший пес. И детям он нравится.
– Что ж, тебе это на пользу, – засунула шапку в карман пальто Дана. – Я привезла все из твоего списка и добавила еще несколько вещей, которые, возможно, тебе пригодятся.
– Я просто не знаю, как тебя благодарить за то, что ты сюда приехала! – взяв пальто подруги, Бри повесила его на стоячую вешалку.
– Ну, конечно же, я приехала. А разве могло быть иначе? Мы же – напарницы.
– Да. Но все равно спасибо. Мне нужно сегодня утром позвонить капитану и в отдел кадров, взять срочный отпуск.
– А есть какие-нибудь идеи на долгосрочную перспективу?
– Нет, – Бри не могла об этом думать. – Мне нужно для начала пережить ближайшие несколько дней.
Мэтт занес в дом еще два чемодана и поставил их у входной двери. Броди обнюхал кошачью переноску.
Оценив количество багажа, Бри повернулась к Дане:
Читать бесплатно другие книги:
