Ворона для Царя Попова Елена
- Эти девочки добровольно соглашались. Я никого не заставлял. Им просто нужны были деньги, - спокойно ответил он, и несколько секунд пронзительно смотрел на меня. Кажется, разочаровываясь еще больше. – Ты спасла жизнь моей сестре. А чуть позже я понял, что мне еще ни с кем не было так легко и хорошо, как с тобой, - Костя взял меня за руку. - Светлая добрая девочка, которая не считает сколько денег в моем кошельке, которая не обращает внимания на витрины с колечками и шубами. Девочка, для которой старые ржавые карусели и катание на горке – это и есть счастье. Искреннее счастье, которое не блестит, не переливается, не измеряется в каратах, не пахнет дорого, не мягкое на ощупь. Вот, какой ты была для меня. Жаль, что ты это так и не поняла.
Костя медленно опустил мою руку.
- Хочешь жить – умей вертеться, малыш. Вот я и вертелся, как мог, потому что хотел нормально жить, семье помогать. Знаешь, как мать нас растила в одиночку? – я помотала головой. – Вот именно поэтому тебе не понять, почему я стал зарабатывать таким образом. Почему я забирал тачки у богатых мажоров.
- Просто… ты так странно повел себя в тот вечер. Мне показалось, что ты ничуть не переживал, что я плохо чувствовала себя. Ты был очень груб. А когда все узнала, подумала, что я едва не сорвала дело, на которое ты должен был меня отправить. Из-за чего ты и был так зол.
- Я сильно расстроился, что у нас сорвалось свидание. Повел себя как последний баран, согласен. – Костя протянул мне коробочку с браслетом. – Держи, - улыбнулся он.
- Я не могу его взять.
- Да ладно тебе. Это же ни к чему не обязывает. Даже если ты решишь, что нам дальше не по пути, просто возьми его на память.
- Прости, не могу, - сожалеющим тоном ответила я. – За это время многое изменилось…
- Да знаю я. Наслышан от твоего друга, - Костя захлопнул коробочку и засунул ее в нагрудный карман моей джинсовки. - Хочешь, можешь выбросить. Но браслет предназначался тебе. И я его тебе отдаю.
В этот момент меня волновало другое.
- Ты виделся с Юркой? – округлила глаза я.
- Да, встретил его у твоей бывшей школы. Он и сказал, что ты теперь здесь учишься. А потом поведал мне всю историю с Царем. Помотало тебя за это время, да? Говорят, что еще и с панками связалась?
- Есть такое, - улыбнулась я.
- У меня есть еще один сюрприз, - подмигнул Костя. – Поехали! – он взял меня за руку и повел к машине.
- Я не могу, извини. Не обижайся, пожалуйста, но мне срочно нужно быть в другом месте. Меня ждут, - очень мягко попыталась выкрутиться я, чтобы не рассердить его, зная, как он не любит, когда обламываются его сюрпризы.
Костя развернулся ко мне.
- Это не отнимет у тебя много времени. Всего пять минут. Я хочу, чтобы ты это увидела. Чтобы ты знала, что ты мне не безразлична, как ты уже успела подумать за все это время. Десять минут, не больше. Клянусь. А потом, если ты попросишь меня больше никогда не появляться в твоей жизни, я выполню твою просьбу. Как захочешь, так и будет. Я не стану навязываться. Но удели мне эти десять минут, прошу. Я уверен, ты не пожалеешь.
Я глубоко вздохнула.
- Хорошо…
Мы сели в машину. Я согласилась только для того, чтобы после сюрприза, каким бы он ни был, попросить Костю больше не искать встреч со мной. Поставить точку на всем, что было между нами и разойтись мирно. Я боялась, что он затаит на меня злобу, а потом вдруг начнет преследовать. Что на уме у парня, который только что вышел из тюрьмы? Интересно, он купил этот браслет недавно, или, правда, хотел подарить в тот вечер? Что-то мне не верится, что он хотел отвезти меня в ресторан. А с другой стороны, зачем я ему сейчас? Он бы мог не приезжать, ведь навряд ли ему снова понадобилась школьница для какого-нибудь грязного дела.
Я окончательно запуталась. И не хотела даже разбираться, как все было на самом деле. Теперь это не имеет значения. У меня есть Макс, который наверняка сейчас ждёт меня в заброшке, а я катаюсь с бывшим по городу…
- А теперь закрой глаза, - попросил Костя, когда мы выехали из дворов.
- Может, обойдемся без этого?
- Малыш, это же сюрприз. И то, что ты закроешь глаза, времени не отнимет, верно?
- Ладно, - неохотно согласилась я, закрыла глаза и откинулась на спинку кожаного сидения.
Машина несколько раз свернула то налево, то направо, затем ее затрясло по кочкам так сильно, что меня бросало из стороны в сторону, она медленно въехала в поворот и остановилась.
- Пока не открывай, - попросил Костя и вышел из машины.
Открыл мою дверцу, взял за руку, помог выйти, прислонил ладони к мои глазам и повел вперед.
– Готова?
Я кивнула. Костя медленно убрал ладони от моего лица.
- Открывай!
Я поставила руку ко лбу козырьком, чтобы солнце не слепило глаза, и едва не осела на землю от увиденного: Макс стоял во дворе нашей заброшки, окруженный тремя парнями с битами в руках.
- Давай! – крикнул Костя.
Один из парней подошел к Максиму и стукнул битой по коленкам. Макс упал, и тут же получил еще один удар. По затылку.
- Нет! – закричала я и кинулась на этих ублюдков. – Не трогайте его! Отойдите! Пошли все вон от него!
В ярости я выхватила биту у одного, стукнула ей того, кто только что нанес мощный удар Максу, замахнулась на парня, который рыпнулся на меня, в попытке выхватить биту. Сзади меня обхватил Шаман.
- Тихо, тихо, успокойся! – прокричал он. – Саня, ты нахрена ему по башке двинул? Серега, посмотри, он дышит?
Я бросила биту, вырвалась из рук Шамана и подбежала к Максу. Последнее, что я помнила, как упала возле него на колени и в моих глазах резко потемнело.
* * *
- Серый, намочи вату, - где-то отдаленно слышала я. И через пару секунд в нос ударил резкий запах нашатыря.
Я открыла глаза.
Надо мной лицо Шамана… на диване Машкина накидка… Я в заброшке? Голова кружится, словно я на карусели. Шаман показывает мне пальцы и просит их посчитать, какой-то парень протягивает мне стакан с водой. Я приподнимаюсь, ничего не соображая выпиваю воду залпом, и в это время вижу на полу биту. А из моего кармана торчит красная коробочка в виде сердечка.
- Где Максим? – я резко соскочила с дивана и тут же упала на него. В глазах снова начало темнеть, голова закружилась еще сильнее.
- Люда, только без резких движений, ладно? Тебе нужно спокойно полежать. Хотя бы несколько минут.
Я прислонила руки к вискам, чтобы остановить эту карусель. Но ничего не вышло.
- С парнем все нормально. Он пришел в себя. Саня повез его в больницу.
Услышав эти слова, я закрыла лицо ладонями и расплакалась.
- Слава богу! Слава богу, он жив! – повторила я раз десять.
- Слушай, на самом деле я не хотел, чтобы все так вышло. Просто думал проучить его немного, заставить извиниться перед тобой и…
- За что? – прокричала в лицо Шаману и швырнула в него подушку с дивана. – Что вы все к нам прицепились? За что хотите проучить? Что мы вам сделали? – разрыдалась я. – Оставьте уже нас в покое! ВСЕ! ВСЕ ОТСТАНЬТЕ ОТ НАС!
- В смысле ВАС? Вы что это… Вы вместе что ли? – не понимал Шаман.
- Давно уже! Я все ему простила, мы любим друг друга, мы живем вместе, - надрывисто говорила я. – Мы хотим быть счастливыми, но весь мир против нас! Нам постоянно кто-то хочет помочь!
- Просто у меня была совсем другая информация…
- Что? – переспросила я.
- Твой друг сказал, что как только меня закрыли, Царь снова начал над тобой издеваться, и ты из-за него перешла в другую школу.
- Все верно. Но потом многое изменилось. Что еще тебе Юрка рассказал?
- Больше ничего, - пожал плечами Костя. – О вашей любви он мне не говорил.
- Как ты узнал об этом месте?
- Так он же мне и сказал где можно найти Царя.
- А откуда он… - я резко замолчала, вспомнив, как вчера встретила Юрку у швейки. Получается, он за мной проследил?
- Тварь… - тихо промолвила я.
- Люд, я и подумать не мог, что вы вместе. С кем угодно, но с ним… До сих пор не укладывается в моей голове. Но если бы я узнал об этом чуть раньше, то, конечно, как и сейчас, не понял твой выбор, но и всего этого тоже не произошло бы... Ты знаешь, как я отношусь к тебе. Поверь, меньше всего мне хотелось сделать тебе больно.
Я вытерла лицо рукавом джинсовки и встала с дивана.
- В какую они поехали больницу? Отвезите меня туда!
Полдороги до больницы я ревела, представляя картину, как Костя вывел меня из машины и с закрытыми глазами повел во двор заброшки. С ума сходила от мысли, что Макс почувствовал в этот момент. Но он же не считает меня предателем? В ту секунду, когда наши глаза встретились, он понял, что я была напугана?
Перед тем, как пойти на экзамен, я сказала Максу, что буду ждать его там… Никто кроме своих не знал о нашем месте... Да еще и эта коробочка торчала из моего кармана… Все слишком «хорошо» сходится.
- Господи… - на выдохе сказала я и снова пустилась в слезы.
- Люд, блин… - Шаман стукнул по рулю. – Я очень виноват перед тобой.
Я не слушала что он говорит. Посылала импульсы во вселенную, молила звезды сойтись так, чтобы Макс все понял правильно. Несмотря на то, что все указывает на обратное.
Мы подъехали к больнице, я выскочила из машины и на крыльце встретилась с другом Шамана и вцепилась в его футболку.
- Макс где? В каком отделении? Палата какая?
- Не знаю. Его увели на томографию. Я подождал немного да пошел.
К нам подошел Шаман.
- Давай я поговорю с ним? – предложил он.
- Спасибо! Уже поговорил! – огрызнулась я и забежала в больницу.
- Здрасьте! А как пройти в кабинет томографии? – спросила я у вахтера
- Идите по коридору, затем сверните налево и там увидите.
- Спасибо!
Я побежала по коридору, увидела на одном из кабинетов надпись «Кабинет компьютерной томографии», но как только подошла к двери, меня остановила какая-то хамка в белом халате.
- Куда это направилась? Туда нельзя посторонним! – она преградила мне путь.
- Недавно сюда поступил мой брат с травмой головы. Я переживаю за него и хочу узнать как его состояние, - я нарочно сказала, что мы родственники. Иначе мне никто не будет докладывать о его состоянии.
- Царев?
- Да.
- Ты его полис не привезла случайно?
- Нет.
- Очень плохо! – повысила голос медсестра. - А мне потом ночами приходится оформлять документы! – я плохо соображала при чем тут я, но решила не спорить с этой важной дамой. - Твоему брату сейчас будут делать томографию.
- А можно мне зайти туда? Я очень переживаю, - умоляла я.
- Нет, конечно! Тут жди.
Медсестра зашла в кабинет, оставив дверь немного приоткрытой.
- Там твоя сестра пришла, - сказала она Максу.
- У меня нет сестер. Пусть уходит.
Глава 36. У нас не будет прошлого
Максим провел в больнице пять дней. У него было сотрясение мозга первой степени. Это я узнала от Жоры, перед тем, как его задержали. И больше мне ничего не известно. Макс не выходил ни ко мне, ни к маме, когда мы пытались его навестить. Я каждый день ходила в заброшку и сидела там часами, чтобы увидеться хоть с кем-нибудь из парней и объяснить им, что это не я подослала к Максиму Шамана. Машке я тоже не успела ничего объяснить – она уехала. Адресов парней я не знала, на районе их тоже не встречала. Фомичев, гад, прятался от меня. Не подходил к телефону. Я несколько раз ходила к нему домой, но тетя Оля говорила, что он гуляет. В чем я очень сильно сомневалась. Первым делом мне хотелось, чтобы он отыскал Макса и все ему объяснил. А потом уничтожить. Раздавить как таракана, чтобы он больше никогда не совал свой нос в мою жизнь.
Только на четвертый день в заброшку пришел Чиж, чтобы забрать свои диски и DVD сиплого. Он даже не стал меня слушать. Назвал конченой и сказал, что Машка видела из окна, как я обнималась с Шаманом и потом села к нему в машину. Подруга не нашла времени, чтобы узнать у меня как было на самом деле, зато сумела лихо всё перевернуть и доложить Чижу.
Я ждала, когда Макса выпишут из больницы. Я знала, что он придет сюда хотя бы за вещами и верила, что когда он меня выслушает, то поймет, что я его не предавала. Но он нашел способ избежать общения: попросил Бритву забрать все его вещи из нашего дома. И Бритве мои оправдания тоже были до лампочки. Он все слышал, но при этом молча складывал в сумку вещи из шкафа и так же молча вышел из квартиры.
Я несколько дней искала Максима. Ходила по району, сидела в заброшке, спрашивала у каждого знакомого, не видели ли они Макса Царева. Там, где он бросил записку с номером телефона, я подняла с земли все бумажки, белые, серые, коричневые от грязи. Мысленно понимала, что делаю это напрасно. Ее давно унесло ветром, или смёл дворник. Но даже в самом горьком отчаянии надеялась, что найду тот номер телефона, позвоню, и голос в трубке скажет мне, где его искать.
Меня терзали мысли, что он мог уехать из города. Я не знала зачем он должен был позвонить тому человеку. Может, Жора купил ему билет в какой-нибудь южный город и в придачу оставил денег? Может, он сейчас сидит на белом песке и наблюдает, как разбиваются волны о причал…
Я ничего о нем не знала, и это пугало меня.
Раньше я не думала, что тишина может быть страшнее криков, взрывов. Что она способна медленно сводить с ума. Она окутывала меня колючей проволокой и каждый день все сильнее и сильнее впивалась в тело. Хочется крикнуть всему миру, что я не предатель, хочется говорить это каждому прохожему, не важно, знакомы мы или нет, главное попросить его донести это до Максима.
Когда в моем организме иссяк резерв слез и закончились силы, я несколько дней лежала и изучала потолок, считала ромбики на обоях, сначала вдоль, затем поперек, с тоской смотрела на плакаты на стене, которые больше не передавали мое душевное состояние. Несколько раз руки тянулись сорвать их, но я останавливалась. Это единственное что осталось от Максима в нашем доме. Не считая футболки, которая в тот момент, когда Бритва забирал вещи, висела на балконе. А теперь я ее практически не снимаю.
Физически я вроде бы еще продолжала существовать, но внутри от меня ничего не осталось. Пустое место, которое никто не замечает, никто не хочет слушать, видеть, знать. Мама рыдала стуками напролет из-за того, что ее Жору посадили. И даже узнав о его криминальном прошлом, она не изменила к нему отношение.
Может, в другом состоянии я бы рассказала ей правду, и тогда она не стала бы так горевать по человеку, который просто использовал ее. А может, она бы как всегда не поверила мне.
Я почти ничего не ела. Мама кормила меня с ложки, как будто мне снова годик. Я боялась спать, потому что мне снился один и тот же сон. Теперь я видела со стороны, как Шаман ведет меня во двор заброшки, из нагрудного кармана торчит бархатистая коробочка в виде сердечка, я почему-то широко улыбаюсь. Хотя на самом деле я тогда не улыбалась и хотела, чтобы он поскорее показал мне свой сюрприз и мы разошлись. Или улыбалась? Я не помню… Затем Шаман убирает с моего лица ладони, и первое что я вижу – взгляд Макса. Взгляд, которым можно убить целый батальон…
И каждый раз я просыпаюсь в холодном поту.
* * *
Мама, борясь со своей депрессией, пыталась вытащить меня из моей. Она ушла в отпуск, таскала меня по магазинам, прикладывала ко мне платья, которые я отказывалась примерять. Она охала от восторга и говорила, что все они мне очень идут. Она надеялась, что я все же пойду на выпускной.
- Ты обязательно должна пойти. Тебе нужно развеяться!
- Если только пеплом по ветру…
- Люська, ну перестань! Жизнь на этом не заканчивается. Знаешь, сколько раз я страдала из-за мужчин? Вспомни, что со мной творилось, кода твой отец ушел из семьи. Да я жить не хотела без него! Но потом шажочек за шажочком вернулась к прежней жизни. Давай начнем с выпускного. Все-таки такое событие случается один раз в жизни, а потом мы съездим к бабушке. Отдохнешь на природе. Поверь мне, ты вернешься другим человеком.
Мама говорила мне это каждый день и накануне выпускного я поддалась на ее уговоры. Возможно, она права. Если еще пару дней проведу в четырех стенах, то следующим моим пристанищем будет психбольница.
Мы съездили на рынок, и почему-то в этот раз я сразу нашла платье, которое смотрелось на мне идеально: коралловое, длинной почти до колен, плечи перечеркивали тоненькие бретельки, которые скрещивались на спине. Оно было сшито точно по моей фигуре.
* * *
Большой зал переливается, играет разноцветными огоньками. Они повсюду. На стенах, на высоких колоннах, на мраморном полу, на потолке, на белых скатертях, на лицах моих одноклассников. Все улыбаются, кружатся в танце. Девчонки в красивых платьях, мальчишки причесанные, в рубашках и брючках. Родители умиленно смотрят на них, смахивают слезы. Наша классная тоже. Мама вытащила меня на танцпол и вторую песню подряд пытается растормошить. Но я не реагирую. Как будто этот праздник меня не касается. Я пожалела, что пришла сюда. И, наверное, не переживу следующий медляк. Как только звучит медленная песня, мне сразу хочется убежать куда-нибудь подальше, забиться в угол и заткнуть уши. А еще лучше оказаться в своей комнате, где такой родной потолок, на котором нет никаких огоньков, и в сотый раз пересчитать ромбики. Я знала, что у Максима сегодня тоже выпускной. Пошел он на него или нет?.. Может, он вообще не в городе. А если пошел, то веселится сейчас? Думает обо мне? Или танцует с какой-то девочкой?
Заиграла песня, от которой застыла в жилах кровь. Каждое слово проникало в глубину души. Парочки закружились в танце. Маму пригласил чей-то папа, наша классная танцует с Ильей из нашего класса, Юлька за колонной целуется со своим одноклассником. А в моих глазах застыли слезы.
«Ты подойди поближе, и будь сама собою,
Я не могу тебя так долго ждать.
Как быстро ночь промчалась, а нам ещё с тобою,
Ещё о многом нужно помечтать...»
Звучало из динамиков.
- Пойдем, потанцуем? – предложил рыжий парень из одиннадцатого «А» и протянул мне руку.
- Извини. В другой раз, - попыталась улыбнуться я.
- Жалко прощаться со школой? – увидев мои слезы, спросил он.
Я кивнула. Пусть все так и думают.
- Мне тоже. Ну, ничего, в институте тоже будет интересно. – А ты куда поступать планируешь?
- Еще не планирую.
- У-у, а надо бы. Может, все-таки потанцуем? Заодно и поболтаем.
Неожиданно кто-то коснулся моего плеча. Я вздрогнула и резко обернулась. Это была Валя, моя одноклассница.
- Люд, попросили тебе передать, - и она протянула мне… бумажную розу. Точную копию той, что была с могильными крестами.
Затаив дыхание взяла ее так осторожно, словно Валя передала мне взрывчатку. Пока распечатывала цветок, в голове поселились страшные мысли, что там снова написано что-то плохое.
«Опиши меня тремя словами
«Красивый, умный, зануда
Смотри, как надо. Я опишу тебя тремя словами.
Ты. Мое. Море».
Это был тот же листок на котором мы с ним писали, но с продолжением.
Я побежала к Вале.
- Где тот, кто передал ее тебе? – я потрясла перед ее лицом бумажкой. – Розу! Кто дал тебе розу?
- Парень какой-то светленький. Вроде не из нашей школы. Он стоял на улице.
Я выбежала на крыльцо и растеряно обвела глазами всех, кто стоял в ресторанном дворике. Но его нигде не было. Разве он мог просто передать записку и уйти? Ведь… ведь в этих словах всё! Это больше чем признание. Я помню, как он сравнивал любовь с морем, как хотел окунуться в нее с головой. Он назвал меня своим морем, значит, он любит меня. Значит, случилось какое-то чудо и он понял, что я его не предавала. Тогда почему он сейчас ушел?.. Почему он снова оставил меня одну?
- Какая красивая девушка, - послышалось за спиной. – Можно с вами познакомиться? – я обернулась, и по щекам снова хлынули слезы.
Он был очень красив: белая рубашка с черной бабочкой, которая идеально сидела на нем, черные брюки, волосы как всегда взъерошены.
Макс протянул мне руку.
- Максим Царев, - улыбнулся он.
- Люда Мухина, - шмыгнула носом я и взяла его за руку.
- Приятно познакомиться, - едва слышно сказал он и прислонился губами к моему уху. – Не хочешь сбежать отсюда?
- Желаю этого больше всего на свете, - сквозь слезы, засмеялась я.
И в книге с моим именем началась новая глава.
«В этот день они решат начать свою историю заново. С чистого листа. Но перед тем как закрыть дверь в прошлое, Максим извинится перед Людой и расскажет ей о том, что его нашел Шаман и объяснил, как всё было на самом деле».
Эпилог
Маму пришлось придерживать, когда мы выходили из зала суда. Макс держался достойно. Он не показывал вида, но я точно знала, что он очень сильно расстроен из-за отца. Жоре дали пять лет. Он оставил Максу все деньги за проданное наследство. Мы долго решали, как ими распорядиться: сразу уехать жить к морю, или же сначала отучиться. Мама настаивала на втором варианте.
- Я понимаю как вам хочется стать самостоятельными. Но это только кажется, что все так легко. Вам обоим придется учиться и работать, чтобы прожить. Подумайте, насколько вас хватит? Получите образование и езжайте! - говорила она.
В конце концов, мы тоже пришли к тому, что еще на ближайшие пять лет задержимся в нашей дыре. Как бы нам обоим не хотелось поскорее свалить отсюда.
Мы жили у нас. Мама уже давно не получала писем с зоны и не собирала Жоре передачки. В последнем письме Жора поблагодарил ее за все, попросил забыть о нем и начать строить личную жизнь. Мама поначалу сопротивлялась. Говорила, что все равно будет ждать его. Но прошло время и вот она уже встречается с новым мужчиной. Хирургом, который полгода назад перевелся работать в их больницу. Мама, через три месяца знакомства, перебралась к нему на пмж.
Макс поступил в институт на юридический, я – в швейное училище. После одиннадцатого класса мне нужно было отучиться там всего три года. А пока Макс доучивался третий и четвертый курс, я работала на швейной фабрике.
Юра учился в московском колледже. И после его окончания остался жить в столице. Эти новости я узнавала от мамы.
Однажды мы встретились с ним в универмаге. Знаете, это такое странное чувство, смотреть на человека, с которым было очень тесно связано все мое детство, и в то же время делать вид, что ты его не знаешь. Словно тебе навстречу идет незнакомец. Юрка повзрослел, возмужал. Он был одет в длинное пальто, точь-в-точь, как у Сани Белого, волосы зачесаны назад. Когда мы поравнялись, он остановился, а я пошла дальше. Нет, это не гордость, не обида какая-то, это прошлое, которое я не хочу ворошить.
А вот Шамана я больше ни разу не встречала. Слышала от знакомых, что он ударился в изучение разных религий и теперь много путешествует.
Машка с Чижом расстались на третьем курсе колледжа. Сейчас у каждого своя личная жизнь. Машка работает в кафе официанткой, а Чиж, кажется, собрался жениться.
Чиж единственный с кем Макс поддерживал отношения. Бритва работает машинистом, и редко бывает в городе, Сиплый бросил техникум на втором курсе и уехал жить к отцу Обнинск, а Клим связался с нариками. В последний раз, когда я его видела, он был совсем не похож на себя. И, кажется, ему уже навряд ли кто-то поможет.
* * *
2014 год
- Людмила Александровна, у вас телефон!
Я подбежала к своему столу, взглянув на дисплей, закусила губу и, зажмурив глаза, ответила.
- Здравствуйте, Наталья Николаевна.
- Людмила Александровна, я, конечно, все понимаю, вы человек занятой, и мне меньше всего хочется отрывать вас от дел, но я устала передавать через вашу нянечку, что у Темы безобразное поведение! Сегодня он снова подрался с мальчиком, мешал спать детям во время тихого часа! Вы уж найдите время, проведите с ним беседу!
- Обязательно, - вздохнула я.
Мы с Максимом каждый день проводим воспитательные беседы с Темой. Но это бесполезно. Он похож на Макса не только внешне, но и всеми остальными качествами: баловство, хулиганство, и математический склад ума. В свои пять лет он может запросто решить любую задачу второго класса. Но мы это не практикуем. Никаких прописей и учебников. Комната нашего сына до потолка забита игрушками. Мы дарим ему детство, которого у нас с Максом не было. И проживаем это счастливое время вместе с ним. Макс, как будто сам маленький ребенок, часами играет с Тёмой то в машинки, то по квартире летают какие-то самолетики, то ходят мигающие роботы.
А я провожу много времени на работе. Мое ателье находится почти в центре Сочи и у нас всегда много заказов, независимо от сезона. Но через какое-то время планирую поручить все свои дела заместителю, чтобы больше времени проводить с семьей. Нужно брать пример с Макса. Он работает в юридической конторе как белый человек: пятидневка с восьми до пяти. Отпуск и праздничные выходные прилагаются.
* * *
Макс лежал на песке и отбирал резиновый мячик у Чарли, нашего золотистого ретривера. Мальчики больше года уговаривали меня, чтобы завести собаку.
Сначала мои слова «Нет, ни в коем случае, только через мо труп!» перешли в «Ладно, я подумаю. Но ничего не обещаю», а теперь души не чаю в этом лохматом дурашливом псе. Который распугал на пляже всех крабов.
- Ну вот, не успел высохнуть, и опять весь мокрый! – вытирая Тему полотенцем, ворчала я. – Солнышко уже зашло и ветерок дует. Так и заболеть недолго.
- А я еще пойду купаться! – смеялся маленький врединка, укутанный в зеленое полотенце.
- Правильно, Тём, - отбил ему пять Макс. – Нужно закаляться.
- Мам, ну и зачем нам тогда море, если в нем не купаться? Смотреть на него? – я обожала, когда Тёма хмурит выгоревшие брови. Становится такой серьезный. Ух!
Я отодвинула корзинку с фруктами, усадила его между нами и прижалась к Максу.
Он обнял меня и поцеловал в макушку.
- Про море, сына, у нас с мамой есть маленькая легенда. И я тебе ее обязательно расскажу, когда вырастешь. А пока… - Макс с улыбкой замер, глядя на Тему. - Кто быстрей добежит? – и они с криками бросились в воду.
Макс как всегда сделает вид, что бегает медленнее Тёмы, а Тёма, забегая в море первым, крикнет, что он чемпион, Чарли с громким лаем будет носиться по берегу. И так будет пока не стемнеет. А потом мы придем в нашу квартиру. С Чарли будет сыпаться на паркет песок, Тёма снова наведет бардак в своей комнате, Макс забудет убрать с пола игровую приставку, об которую я ночью обязательно запнусь.
И пусть так будет каждый день. Ведь счастье не в вымытой посуде, не в чистых полах, не в хороших оценках. Это я хорошо понимала, даже когда была совсем ребенком. Настоящее счастье здесь, около сердца, и оно будет жить в человеке до тех пор, пока будут сиять ярче звезд глаза его близких людей. Пока дом, в котором не совсем прибрано, но в нем царит любовь, будет сотрясаться от радостного смеха. И я нашла его – мое счастье!
Конец
Читать бесплатно другие книги:
