Когда начнутся дожди Джеффрис Дайна

Глава 14

АДжай все не возвращался. Элиза понимала, что лишилась единственного союзника. Наложницы больше не приглашали ее поболтать, а возможность свободно передвигаться по дворцу оказалась существенно ограничена. Время от времени Элиза видела, как дочери Аниша катались на роликах, но в присутствии стражника не осмеливалась их окликнуть. Было очевидно, что стражникам дан приказ нарушать все ее планы. Оказавшись в ловушке, Элиза задыхалась от бессильного гнева. Время тянулось нестерпимо медленно. Она тонула в окружавшей ее теперь тишине. Впрочем, даже эта тишина была полна подозрительных звуков.

Элизе удавалось делать все меньше фотографий, и те становились все более формальными. Она понимала: так она провалит задание. Ей снова начали сниться кошмары, но теперь ее преследовал не только страшный грохот разорвавшейся бомбы, но и запах горящей плоти, впитавшийся в лицо и волосы. Элиза просыпалась оттого, что отчаянно скребла и царапала кожу. Иногда ей снилось, что папино лицо меркнет у нее перед глазами, а на его месте возникает погребальный костер. Элиза просыпалась, вся дрожа, в прилипшей к телу ночной рубашке, с мокрыми от пота волосами.

Она почти постоянно замечала слежку и была готова к тому, что рано или поздно наткнется на соглядатая. Элиза сама не знала, чего больше боялась – слежки или того, что может произойти. Оставалось надеяться, что намеки Чатура – просто запугивания и опасность ей не угрожает. И все же на ее месте любой бы задумался: не пора ли собрать вещи и уехать. Но если Элиза покинет Индию, что ее ждет в Англии? Значительную часть накоплений она истратила на фотооборудование, надеясь, что этот проект послужит началом большого пути. Хотя Элизе платили каждый месяц, незаконченный проект будет означать, что с единовременным платежом по его завершении придется попрощаться. К тому же пострадает ее репутация фотографа.

Элиза шла по коридору в свою комнату, планируя, что снимать дальше. Внезапно она застыла и юркнула в ближайшую нишу. Элиза заметила, как из ее спальни тихонько выскользнул мужчина и запер за собой дверь. Убедившись, что он ушел, Элиза кинулась в свою комнату. Дрожащими пальцами она повернула ключ в замке. Шпион очень постарался не оставить следов, и хотя на первый взгляд все вещи лежали на своих местах, Элиза заметила: ее туалетные принадлежности на столике передвигали. Теперь она убедилась, что за ней действительно ведется слежка. Элизу одновременно охватили и страх, и гнев. Как они смеют входить в ее спальню без разрешения? Она была уверена, что узнала мужчину: это один из стражников Чатура, а значит, шпион действовал по приказу девана. Элиза пододвинула к двери стул. Но разве такая преграда остановит людей Чатура?

На следующее утро, после тревожной бессонной ночи, стражник оставил Элизу в саду одну. Она покачивалась на гигантских качелях, на которых одновременно могли поместиться четыре женщины, и вдруг услышала чей-то голос. Подняв голову, Элиза увидела Инди. Та шагала к ней.

– Это ты им рассказала? – без обиняков спросила Элиза.

Больно было думать, что Инди выдала ее секрет, и в голосе Элизы прозвучало нескрываемое возмущение.

Инди нахмурилась.

Элиза повысила голос:

– Ты сказала, что я вдова?

– Нет, конечно.

– Тогда кто? – не сдавалась Элиза.

Дворец – замкнутый мирок, полный пересудов и сплетен. Все тайное здесь так или иначе становится явным. Элиза прекрасно это понимала.

После долгой паузы Индира ответила:

– Не знаю.

– Теперь всем известно о моем статусе. Я под постоянным наблюдением. Даже не знаю, чего именно они опасаются с моей стороны.

Инди вздохнула:

– Наверное, боятся, что своей нечистотой ты запятнаешь других женщин. Давай я тебе помогу. Я лучше стражников знаю все укромные места во дворце. Будешь ускользать незаметно.

– Чатур требует права вето на мои снимки.

– Я могу тайком вынести их из дворца.

– Неужели ты правда готова мне помогать?

Инди кивнула. Оставалось надеяться на ее искренность.

– А еще я покажу тебе секретный коридор между зенаной и марданой – женской и мужской половинами дворца. Когда надо что-нибудь подслушать, лучше места не найдешь.

– Как мне тебя отблагодарить?

Инди улыбнулась:

– Я над этим думала. Прости, что накинулась на тебя. Ты предлагала научить меня фотографировать. Я хочу знать не только про технические подробности, но и про само искусство фотографии. Надеюсь, теперь не откажешь мне?

Элиза обрадовалась: наконец-то мелькнул проблеск надежды! Слова Инди заставили ее проникнуться оптимизмом. Она взяла девушку за руку.

– С удовольствием тебя научу. Нет, правда. Покажем друг другу свой мир. Давай держаться вместе.

«В самые тяжелые времена бывает достаточно даже одного друга», – подумала Элиза, поднимаясь на ноги. Когда они взбирались по узкой лестнице в ее комнату, Элиза стала расспрашивать Инди о ее детстве.

Художница застыла на месте.

– Я любила бабушку.

– В деревне я с ней встретилась. Джай не говорил?

Индира кивнула:

– Говорил.

– Джай немножко рассказал про тебя. В деревне тебе грозила опасность, и твоя бабушка за тебя боялась.

– Я все время носила на шее бусы. Почти все наши дети их носят. Но однажды бусы пропали. Клянусь, я никак не могла их потерять. А когда ту, кого считали ведьмой, нашли мертвой с топором в спине, бабушка поняла, что мои бусы забрали, пока я спала, а значит, надо мной тоже нависла угроза. Наша деревня – место глухое, крестьяне невежественны. А у меня ни матери, ни отца и ни малейших представлений о том, кто я такая.

Элиза вспомнила плавные, округлые линии хижин цвета охры и стены вокруг деревни.

– Мне это место показалось спокойным.

– Может, оно и спокойное, да вот только я – не покорная овечка. Деревенские считали, что меня надо было похоронить в глиняном горшке.

– Что?

– Так поступали с нежеланными девочками. Многих новорожденных младенцев женского пола клали в глиняные горшки и закапывали в пустыне. Спроси вашего резидента. Британцы раскопали некоторые из них.

Потрясенная Элиза ахнула.

– Младенцев хоронили заживо?

– Не знаю. Может быть, чтобы не приходилось собственноручно с ними расправляться. В каком-то смысле этих людей понять можно. Нищета там страшная, а дочь – удовольствие дорогостоящее. Родители вкладывают в дочерей деньги, но ничего не получают взамен. Дочь рано или поздно переходит в семью мужа, и в старости о ее отце и матери некому позаботиться. Остается только боль от разлуки, ведь родители любили дочь. Говорят, мать плачет, когда у нее рождается девочка, и рыдает, когда та вылетает из гнезда. А мальчики остаются в семье, понимаешь?

– Только не говори, что от девочек до сих пор избавляются.

Инди пожала плечами:

– Удивительно, как часто младенцев женского пола уносят волки.

Глава 15

Февраль

На следующий день Элиза пришла к Чатуру. Оказавшись с ним лицом к лицу, она на секунду струсила, но понимала, что должна бороться со страхом и отстаивать свои права. Гордо расправив плечи, она твердо решила выразить все свое возмущение и недовольство.

– Зачем вы приказали за мной следить? – потребовала она ответа. Она старалась сдержать дрожь в голосе, но ее щеки предательски запылали. – Говорите правду. Я знаю, что ко мне приставлен один из ваших стражников.

Чатур нахмурился и выпрямился во весь рост, потом шагнул к Элизе.

– Я вас предупредил, что вам будет выделено постоянное сопровождение.

– Нет, так легко я вам отвертеться не позволю. Это другое дело. За мной следят тайком. Я видела, как кто-то выходил из моей комнаты.

Чатур растянул губы в саркастической улыбке.

– Должно быть, одна из служанок.

Глядя ему в глаза, Элиза возразила:

– Это был мужчина.

– У вас очень богатое воображение, мисс Фрейзер. На вашем месте я бы держал его в узде. И помните, какого бы мнения вы обо мне ни придерживались, я не дурак. Анишу не понравятся ничем не подкрепленные обвинения, и вашим россказням никто не поверит. Уж об этом я позабочусь.

– Россказням?!

– Не надейтесь меня обмануть. Я знаю, что вас прислали следить за нами. На кого вы работаете на самом деле?

Элиза чуть не рассмеялась.

– Что за глупости?

– Значит, глупости?

– Ну разумеется!

– Тогда вспомните: разве этот ваш мистер Салтер не выспрашивал у вас подробности о дворцовой жизни?

Элиза опустила взгляд, но промолчала.

Чатур многозначительно вскинул брови.

– Выходит, я все-таки прав. Думаю, вы и сами понимаете, что мы здесь не рады соглядатаям. Советую вам вести себя осмотрительно. Доброго дня, мисс Фрейзер.

Элиза прекрасно понимала, что от Чатура жди беды, но эти его обвинения в шпионаже звучали настолько нелепо, что она подозревала: он придумал их нарочно, чтобы ее очернить. Может быть, пожаловаться Лакшми? Конечно, можно попробовать, но вдруг она ей не поверит? Что, если Чатур уже распустил слухи, порочащие Элизу? Нет, лучше сохранять самообладание и держать подозрения при себе, пока не представится возможность поговорить с Клиффордом. Она в любом случае должна попросить его договориться с Анишем, чтобы ей снова предоставили доступ во все дворцовые помещения. Но ни Клиффорд, ни Джай не приезжали, а без них Элиза чувствовала себя совершенно беспомощной. Но беспокоила ее и другая проблема: у Элизы прочно засели в голове слова Чатура насчет Клиффорда. Действительно, он с самого начала подробно расспрашивал ее обо всем, что она видела во дворце.

Но первым, с кем Элиза поделилась тревогами, оказался Джай: он неожиданно вернулся в этот же день. Джай постучал в ее дверь. Элиза открыла – и вот он стоял у нее на пороге с приветливой улыбкой. На плечах у него была теплая бордовая накидка.

– Рады меня видеть? – с довольным видом спросил принц.

Элиза вздохнула с облегчением. Ей даже пришлось опереться о дверной косяк, чтобы у нее не подкосились ноги.

– Не то слово.

– Я ненадолго. Может, прогуляемся? Сходим в город.

– Я бы с удовольствием, – ответила Элиза. Она готова была отправиться куда угодно, лишь бы сбежать из дворца. – Только не уверена, что мне можно.

– Конечно можно. Что тут такого? Накиньте что-нибудь потеплее, сегодня холодно. – Джай рассмеялся. – Хотя по сравнению с Йоркширом у нас жарища.

– Значит, вы ездили в Англию?

Джай кивнул и отступил в сторону, пропуская Элизу вперед.

С наступлением зимы – если здесь этот сезон можно назвать зимой – в городе ничего не изменилось. Товар по-прежнему выставляли в широко распахнутых дверях лавок, и люди на улицах все так же толпились, только теперь они кутались в накидки. Пальто Элиза ни на ком не заметила: должно быть, потому, что в холодное время года небо здесь безоблачно яркое и дождей не бывает.

– Хотите чая? – предложил Джай и взял две чашки горячего, сладкого напитка. – По-моему, на холоде он всегда вкуснее.

Они выпили чая, потом остановились посмотреть на изысканные шелковые шали – красные, синие, золотистые. Внимание Элизы привлекла яркая сине-зеленая. Она провела пальцами по гладкой ткани. Уголком глаза увидела, как Джай подошел к продавцу и после коротких торгов приблизился к Элизе.

– Теперь она ваша. Торговец говорит, шаль из шелка и кашемира.

– Я не могу принять такой подарок.

– Почему нет? Считайте это знаком моего уважения к вам. – Джай осторожно накинул шаль на голову Элизы и коснулся ее щеки. – Очень красиво. Этот цвет идет к вашим глазам.

Элиза почувствовала, как заливается краской, и все же посмотрела Джаю в глаза и улыбнулась.

– Спасибо.

– Ну, как вы поживали без меня?

Элиза ответила не сразу.

– Многое изменилось. Чатур убедил Аниша ограничить мою свободу передвижения, но больше всего меня беспокоит то, что в мою комнату кто-то заходил. Я сама видела этого человека. А когда предъявила претензии Чатуру, он все отрицал, да еще обвинил меня в шпионаже! Как вам это нравится? Просто абсурд!

– Нет, с такими выходками мириться нельзя. Но с чего вдруг наш деван завинтил гайки?

– Чатур узнал, что я вдова. Видимо, это развязало ему руки и дало полную свободу действий. Теперь все боятся, что своей нечистотой я запятнаю других женщин.

Джай помрачнел и отвел взгляд.

– Да, плохие новости. Я поговорю с Анишем.

– Вряд ли это поможет. Если Аниш доложит о вашем с ним разговоре Чатуру, деван еще сильнее меня возненавидит. Его люди следят за каждым моим шагом. Сначала думала, что мне кажется, но теперь уверена на сто процентов.

– Пришлю слесаря, чтобы поменял замок в вашей комнате. Чатуру об этом знать не обязательно. Ключ будет только у вас. А если вам кажется, что этого недостаточно, можете на время перебраться к вашей подруге Дотти.

Элиза состроила гримасу.

– Дотти чудесная женщина, но не хочу переезжать слишком близко к Клиффорду.

– Из двух зол приходится выбирать меньшее.

– Пожалуй.

– Нужно вас обезопасить. Вопрос с замком я решу, но уже сегодня вечером я уезжаю в Джайпур, на этот раз всего на несколько дней. Если в мое отсутствие почувствуете угрозу, идите к подруге. И поговорите с Клиффордом, чтобы с вас сняли все запреты. Он вернулся.

Вечером, убедившись, что новый замок работает исправно, Элиза стала ждать Инди. Когда девушка пришла к ней с индийским нарядом, Элиза переоделась и последовала за художницей в подвальные коридоры. Элиза решила довериться Индире. Она очень надеялась, что теперь сможет пробираться в хоть какие-то части дворца незамеченной. Женщины договорились: Элиза станет учить Инди искусству фотографии, а та взамен будет помогать ей уходить из дворца или рано утром, чтобы фотографировать, или, как сейчас, в сумерках, чтобы доставить листы с отпечатками по назначению.

Вдруг дальше по коридору кто-то кашлянул. Элиза застыла и стала оглядываться в поисках укрытия, но Инди продолжала шагать вперед как ни в чем не бывало. Если их подкараулил Чатур или кто-то из дворцовых стражников, фотографии Элизы до Клиффорда не дойдут. Дело закончится тем, что Чатур их конфискует. Судя по пряным ароматам кардамона, чили и кориандра, этот длинный, идущий под уклон коридор располагался за главными кладовыми и кухнями. Но воздух наполняли не только эти запахи: приторные благовония, которые использовали во время вечерних молитв, просочились даже сюда. К тому же коридор освещали развешанные кое-где масляные лампы, и от их чада дышать здесь было еще труднее.

Тут раздался смех. Элиза подумала, что это Инди. Выждав еще немного, она все же решилась продолжить путь. Инди стояла и ждала ее.

– Почти пришли, – прошептала девушка и поманила Элизу за собой. – Все в порядке.

– Мне кажется или мы спускаемся все ниже и ниже?

– Прежде чем выйдем из дворца, хочу тебе кое-что показать. Еще не совсем стемнело, можем себе позволить немного задержаться.

Через несколько минут Инди снова остановилась. В этой части коридора масляной лампы не было, но в полумраке Элиза разглядела на стене из грубого камня картину в раме. На ней был изображен дворец. Инди сняла картину и аккуратно положила на пол. Потом достала из кармана пилочку, с ее помощью выковырнула из стены камушек и прижала ухо к образовавшемуся отверстию.

– Твоя очередь. Слушай.

Элиза замерла в нерешительности. Инди широко улыбнулась. Трудно было не проникнуться кипучей энергией этой девушки: Инди брала все, что могла предложить жизнь, и плевать хотела на запреты.

– Ну же, давай!

Элиза послушалась. Когда она прижалась щекой к каменной стене, то вздрогнула отнюдь не от холода. Элиза услышала голоса. В одном из говоривших она узнала друга Джая, Девдана.

– Ну как ты не понимаешь? Пора что-то решать! – доказывал он кому-то.

– Не вижу необходимости, – возразил второй мужчина, но его голос звучал негромко, и разобрать, кому он принадлежит, было трудно. – Зачем что-то менять?

– Мы должны сделать выбор.

– Предлагаешь встать на сторону бунтовщиков?

Голос звучал все так же приглушенно, но Элиза была почти уверена, что правильно разобрала слова и что произнес их Джай. А она думала, что он уже покинул Джурайпур!

– По-твоему, лучше цепляться за разваливающуюся империю? Когда британская власть падет, ваши договоренности ничего не будут стоить.

– А она падет? Ты правда в это веришь?

– Сам знаешь, ей отказываются подчиняться по всей Индии. Британской короне конец.

Повисла пауза. Потом раздался скрип отодвигаемых стульев. Элиза покачала головой и спросила у Индиры:

– Во дворце еще кто-нибудь знает про эту штуку?

– Это слуховой ход – что-то вроде трубки в стене. Я нашла его несколько лет назад. Он упомянут в старинной книге записей о дворцовых делах. По ним я вычислила, где он должен находиться.

– Значит, больше никто не в курсе?

– Наверняка не скажу. Может, кто-нибудь и знает. В былые времена опасности в таких вот крепостях подстерегали на каждом шагу. Борьба за престол, заговоры, убийства… Еще в детстве я поставила себе задачу разузнать все секреты дворца. Никто не обращал на меня внимания, потихоньку улизнуть было легко: даже прятаться особо не приходилось. А когда Лакшми меня раскусила, велела приглядывать за Чатуром. Она ему не доверяет.

– Где это они сейчас разговаривали?

– У Джая есть маленький кабинет рядом с коридором, который ведет на мужскую половину.

– Что же ты его не предупредила о слуховом ходе?

– У меня и так власти в руках мало. Хочется сохранить ту, что есть.

– Но ты ведь хорошо к нему относишься.

Инди фыркнула:

– Но о себе забочусь в первую очередь.

Через низкую арку они вошли в один из нескольких коридоров, выходивших в наружный двор. Элиза понимала, что положение Инди во дворце ненадежно и ей нужно защищать себя любыми доступными способами, пусть даже ради этого она будет вынуждена предать чьи-то интересы. Пожалуй, одной поддержки Лакшми недостаточно.

– Ты не задумывалась, кто мог донести Чатуру, что ты вдова? – спросила Инди.

– Да, я об этом думала, но в голову ничего не приходит.

– Наверное, это Дев ему сказал. Он ведь знает?

Элиза кивнула и стала обдумывать версию Инди. Действительно, Деву было известно о ее статусе. Может, он и доложил о нем Чатуру. Или еще хуже: что, если деван узнал правду от Джая? Эта ужасная мысль привела Элизу в смятение. Но нет, разве Джай мог так с ней поступить? Элиза доверяла ему, и, кроме того, зачем принцу ее выдавать? И все же эта мысль не давала ей покоя. Вслед за Инди Элиза вышла во двор, где били фонтаны в форме павлинов. В воде отражалось сияние дворцовых окон. Вдоль дорожек были расставлены глиняные лампы, благодаря которым сразу стало понятно, в какую сторону идти.

– Красиво здесь, правда? – проговорила Инди. – Но никто сюда не ходит. Лакшми приказала, чтобы этот сад всегда содержали в идеальном порядке. Здесь погиб ее младший ребенок – единственная дочь.

– Я не знала.

– Лакшми на эту тему не говорит, но люди шепчутся, что девочку толкнул Аниш. Она ударилась головой о бортик одного из фонтанов-павлинов, да так и не очнулась.

– Печально.

– Лакшми так мечтала о дочери, и вот наконец, спустя годы после того, как родились ее сыновья, на свет появилась долгожданная девочка. Иногда мне кажется, что Лакшми ищет во мне замену ей.

В сгущавшихся сумерках они выскользнули из дворца и смешались с толпой на городских улицах, где кипела ночная жизнь Индии, нисколько не затронутая британским правлением. В этом мире бой барабанов создавал загадочную, таинственную атмосферу, а опиумные курильни ютились в закутках шириной всего в несколько футов. Увидев эту бурлящую в полумраке ночную жизнь в скрытой от чужих глаз части города, Элиза испугалась не на шутку, но, не поднимая головы, упорно следовала за Инди. Ведь через этот лабиринт улиц пролегал самый короткий путь к британской резиденции на другом конце города. В противном случае, избегая этих улиц, они бы слишком долго шли пешком.

Когда они уже подходили к резиденции, к ней подъехала машина. Заметив, что из нее высаживается не кто иной, как Клиффорд, Элиза отступила на шаг, но он увидел ее через окно машины и озадаченно нахмурился. Да, Элиза пришла именно затем, чтобы поговорить с ним, но она хотела бы постучать в дверь, как полагается, а не подкрадываться в темноте, будто воровка.

Судя по тому, что шофер придерживал дверцу, вместе с Клиффордом приехал кто-то еще. Вот из машины вышла британская женщина. Элиза не сразу сообразила, почему это лицо показалось ей знакомым, но потом она узнала супругу нынешнего вице-короля. За ней следовал седовласый мужчина важного вида. Впрочем, в том, что у Клиффорда связи на высшем уровне, нет ничего удивительного, ведь он пользуется поддержкой верховной власти. Наверняка он часто принимает таких гостей.

Женщина обратилась к Клиффорду. Ее голос звучал сухо и резко. Вышел дворецкий и проводил жену вице-короля и ее спутника в дом, а Клиффорд жестом подозвал к себе Элизу. Она подошла к нему, но Клиффорд явно ей не обрадовался.

– Элиза, ты ума лишилась? Бродишь ночью по городу в таком виде!

– Индира помогла мне сбежать из дворца. Я принесла вам листы с отпечатками и фотопластины. Понимаете, мою свободу передвижения ограничили.

– Вот как? Ну, с их ограничениями я разберусь. Наверняка Аниш постарался. Или, что более вероятно, эта его женушка. Во все-то ей надо сунуть нос! Представляешь – чуть коснется англичанина, сразу руки моет! Просто издевательство какое-то! Будь ее воля, Аниш бы тоже от нас шарахался. – Клиффорд помолчал. – Между прочим, твое неожиданное появление подало мне идею. Сейчас разговаривать не могу. – Он кивнул на дверь, за которой только что скрылась жена вице-короля. – Но помнишь, я говорил, что твоя помощь нам пригодится?

– Да.

– На днях заскочу во дворец и скажу махарадже пару ласковых, тогда и побеседуем.

Глава 16

На следующий день, вскоре после того, как стих утренний колокольный звон из храма, Элизу вызвали в кабинет Джая. Ходить по секретному коридору в одиночестве она еще побаивалась, поэтому набросила на плечи новую кашемировую шаль и отправилась в кабинет обычным путем. Открыв ей дверь, Джай широко улыбнулся, но Элиза отступила на шаг.

– В чем дело? – спросил Джай. – Что-то не так?

Элиза молча смотрела на него. Ее одолевали смешанные чувства. Подбородок принца зарос щетиной, но янтарные глаза блестели, а кожа сияла. Он весь лучился здоровьем и энергией. Но Элизе не давали покоя страшные подозрения, что Джай выдал ее секрет Чатуру, и она просто не могла о них молчать.

– Проходите, Элиза. Не в коридоре же нам разговаривать.

Но она покачала головой.

– Что вас тревожит? Расскажите.

Элиза хотела ответить, но слова застряли в горле. Она с трудом заставила себя посмотреть Джаю в глаза.

Тот озадаченно глядел на нее.

– Ну же, говорите.

Элиза продолжала молчать, но тут слова сами собой сорвались с языка:

– Мне нужно задать вам один вопрос.

Джай улыбнулся:

– Спрашивайте.

– Это вы сказали Чатуру, что я вдова? – спросила Элиза.

При одной мысли об этом ее замутило, но теперь она смело глядела Джаю в глаза.

– Нет, конечно! С чего вы взяли?

– Инди клянется, что она здесь ни при чем. Она предполагает, что на меня донес ваш друг Дев. Он знает правду обо мне, вот только Дев во дворец не приходил – то есть до вчерашнего дня.

Джай удивился:

– Девдан вчера был во дворце?

– Сами знаете, что да.

– Странно. Очень странно. Насколько мне известно, во время моего отсутствия он здесь не появлялся.

– Во сколько вы вчера вернулись?

– Около полуночи.

Элиза на всякий случай заговорила тише:

– Мне показалось, я слышала ваш голос. Вы разговаривали с Девданом.

– Когда?

– Перед тем, как стемнело.

Джай покачал головой:

– На это время у меня алиби.

В голове Элизы растерянно заметались мысли. Если с Девданом разговаривал не Джай, то кто же тогда? Речь звучала слегка невнятно, Элиза вполне могла ошибиться. Что, если собеседником Дева был Аниш?

– Где вы слышали этот разговор?

– Здесь эту тему обсуждать нельзя. Пойдемте лучше во двор.

– Как скажете. Но согласитесь, все это звучит весьма странно.

Во дворе они сели на скамейку возле одного из фонтанов. Элиза поглядела в безоблачное голубое небо. Попугаи перелетали с одного дерева с тускло-серебристой листвой на другое. Обычно вид их желтых крыльев вселял в сердце Элизы радость, но сегодня ей было не до птиц.

– Скоро совсем потеплеет, ведь уже почти весна, – произнес Джай. – Ну а потом не будем знать, куда деваться от жары.

Но Элизу бил озноб. Она снова чувствовала себя неловко в присутствии Джая, особенно в этом дворе, ведь он целиком просматривался из зенаны.

– Ведите себя естественно, – посоветовал Джай, будто угадав причину ее смущения. – Улыбайтесь и спокойно положите руки на колени, не надо их так стискивать.

Элиза залилась краской:

– Я и не заметила.

Джай помолчал. Некоторое время он сидел, уставившись в землю, а потом поднял взгляд на Элизу.

– Признаюсь, я рассказал про вас маме.

Элиза потрясенно уставилась на него:

– Вы же знали, как для меня важно держать свой статус в секрете! Я вам доверилась!

– Простите.

– А я ради вас с Клиффордом разговаривала!