Мой огненный и снежный зверь Никольская Ева

Мне полегчало. От смысла его слов или от такой приятной близости? Неважно! Пришел ведь, не оставил одну, несмотря на свой голод, последствия которого, кстати, я совершенно не ощущала. Хм… Значит, он его старательно подавлял, что было приятно вдвойне.

– Зачем ты явилась, Эра? – Голос четэри звучал на удивление спокойно, даже чуть устало. Но рука его, по-прежнему лежавшая на моей талии, была сильно напряжена.

Выражение мужского лица походило на равнодушную маску. Лишь под полуопущенными ресницами лихорадочно горели темные глаза. Только вряд ли кто-то, кроме меня и, возможно, Арацельса, мог это заметить. Остальные сидели достаточно далеко от нас, да и контрастные перепады ярко освещенных и темных участков на поляне неплохо маскировали эмоции окружающих. Особенно те, которые они не спешили выставлять напоказ. Четвертый Хранитель нервничал, я это чувствовала. Но то, как он держался, вызывало во мне искреннее восхищение и… благодарность. Ведь при появлении Духа Карнаэла именно он первым ринулся на мою защиту. Инстинктивно или осознанно – не знаю. Но от действий Смерти на душе стало очень тепло. Почти так же тепло, как и от близости моего красноглазого демона. А когда к нам с другой стороны придвинулась Мая, я испытала еще и приступ умиления. Маленькая пушистая галура – робкая тень, решившая исполнять роль телохранителя. Мы ведь даже подругами с ней пока не были, но девушка мне определенно нравилась. В отличие от некоторых.

– Интересная компания, – изучив наше скромное общество, вынесла вердикт Эра. – Ну прос-с-сто очень интересная! Ладно, Арацельс со своей девчонкой… Я и не рассчитывала, что он от нее быстро избавится. Смерть с кровницей… с этими тоже все понятно. А вы двое с какой радости тут прохлаждаетес-с-сь?! – зашипела она на Лемо, который рефлекторно вжал голову в плечи и принялся постукивать пальцами по колену. – Ну?! – не дождавшись от зеленоглазого Хранителя ни слова, раздраженная Эра переключилась на его напарника.

Иргис не шелохнулся, он с невозмутимой миной рассматривал беснующееся в костре существо.

У этого облика Эры не было пальцев, да и ладоней тоже не было. Лишь полыхающие ленты-руки на порядок длинней человеческих, сгибающиеся и извивающиеся как заблагорассудится. Руки то складывались на груди, то обхватывали пластичное тело, то начинали активно жестикулировать, рассыпая во все стороны ворохи красно-оранжевых искр. Лица у демоницы тоже не было. Если не считать лицом блуждающее по вытянутой голове пламя. Вообще, зрелище Эра представляла из себя страшноватое, но Седьмого Хранителя такими спецэффектами, похоже, пронять было невозможно. Как нельзя было пронять и обвинениями, на которые визитерша не скупилась. Она просто пылала праведным гневом в прямом и переносном смысле слова.

– Сейчас не наша очередь дежурить, – ответил на все ее претензии Иргис и мило улыбнулся.

Ну вот… еще один с железной выдержкой. И если Смерть только демонстрировал неколебимое спокойствие, то что-то мне подсказывало – синеволосый на самом деле был абсолютно спокоен. Просто на все сто! Сидел в свободной позе прямо на земле, спина, как обычно, прямая, плечи расправлены, по обнаженной коже рельефного торса гуляли алые блики от ближайшего «светильника»… Залюбовалась бы, если бы напротив него не прыгало нечто сильно крикливое в огненном прикиде.

– Не ваша, – решила не спорить Эра. – Зато твоя! – воскликнула она и резко метнулась в нашу сторону… вместе с большей частью костра!

Она что, после неудачной попытки уничтожения моей скромной персоны с помощью магии решила отправить неугодную Арэ к Каме с помощью сердечного приступа?! Оригинальный ход! Вот только этот жизненно важный орган, как и весь остальной организм, нынче испытывал сильную слабость и некоторые проблемы с быстротой реакций на происходящие события. Поэтому я сначала полюбовалась на сильно расплющенную по невидимой стене фигуру из нервно дергающихся язычков пламени, а уж потом осознала, как испугалась от ее неожиданной выходки.

– Ты почему не исполнил приказ, с-с-сын мой? – промямлила огненная лепешка, которая, судя по всему, являлась головой.

– Потому что принял другое решение, – ответил Арацельс, крепче обняв меня за плечи. – Более целесообразное для Равновесия.

Я чувствовала себя маленькой и хрупкой в его больших руках. В больших и когтистых… когти ощутимо царапнули кожу. Э-эх… а мой снежный монстр тоже, похоже, нервничал. Причем сильно. И тоже изображал из себя эталон непробиваемого спокойствия.

Тем временем Эра с кряхтением (или это было характерное потрескивание огня?) отлепилась от магической преграды и снова приняла человекоподобный образ. Молча наклонила голову к правому плечу, затем к левому, будто разминая шею, а потом выкинула вперед лентообразную конечность и, указав на меня, грозно изрекла:

– Ты!

– Я? – Мой голос предательски дрогнул.

– Совесть-то у тебя есть? А, Арэ?

– Э… в смысле? – Изумление оказалось сильнее страха. И если мои слова зазвучали ровнее, то глаза заметно округлились.

– Что, в смысле? Что? – потрясла своей бесформенной лапой собеседница и, издав патетический вздох (уж не знаю, чем именно, легких в полупрозрачном огненном теле лично мною замечено не было), укоризненно заявила: – Ты погляди, что с мужиком сделала, бесстыжая! На него же без слез невозможно смотреть. Он по твоей милости всю оставшуюся жизнь теперь лесным чудищем бегать будет? Да? Ну что молчишь, глупое ты создание? Отвечай, что с моим мальчиком с-с-сотворила?!

– Я? – Удивительно, что от таких обвинений у меня язык не отнялся. Ожидала-то совсем другого. Зато словарный запас явно оскудел, пошли сплошные повторы… непорядок.

– Ничего она со мной не твор-р-рила, – прорычал Арацельс, прижавшись подбородком к моей макушке.

– А ты молчи, мальчиш-ш-шка! – небрежно отмахнулась Эра. – Не видишь, что я с сестрой разговариваю?

– С кем?! – Таким слаженным хором Хранители говорили впервые, а я только икнула от прогрессирующего изумления.

– Ну, если мы обе Хозяйки одного Дома, – тоном наставницы, разъясняющей своим нерадивым ученикам элементарные вещи, сказала демоница, – то кто она мне, по-вашему?

– Конкурентка, – усмехнулся молчавший до сих пор Райс. – Причем о-о-очень нежелательная конкурентка. Странно, что ты до сих пор не позаботилась о наемных убийцах для малышки.

– О! – Огненная женщина развернулась и плавно перетекла в сторону вступившего в разговор мужчины. – Кого я слышу, а? Мой блудный сын… предатель и перебеж-ш-ш-ш-чик. И ты здесь?!

– А то ты сразу не заметила. – Бывший Хранитель скрестил на груди руки, наблюдая за приближающейся к нему особой. Плетение разноцветных лучей предупреждающе полыхнуло, напоминая о том, что клетка имеет свои границы.

– Заметила. – Эра медленно кивнула, останавливаясь у черты. – Просто подумала, что мне показалос-с-сь. Это какую же надо иметь наглость, чтобы шляться по моим мирам после того, что вы с этим двуличным демоном сотворили, а?

– Так я по жизни наглый, – чуть пожал плечами Райс и подарил ей свою фирменную кривую ухмылочку. – А еще живой. Увы, моя радость, скромных ты всех уже перебила. – Лицо мужчины стало холодным, а улыбка теперь больше напоминала неприязненный оскал.

– Это тебе твой двуличный демон напел, мой с-с-сладкий? А ты больше его слушай! Я, может, и мастер интриг, но до вездес-с-сущего Лу мне далеко. Этот подстроит все что угодно и выйдет сухим из воды. Убийство, ссора, травля невинной жертвы и ее неожиданное спасение неким благодетелем с синими глазами и юным лицом – для перевертыша все это игра, цель которой – завоевание Карнаэла.

– Расскажи мне то, чего я не знаю, – выслушав ее речь, сардонически попросил собеседник.

– Обязательно. Заходи на чаш-ш-шечку чая, поговорим-с, – прошипела она и, в очередной раз повернувшись, снова направилась к нам. Ну что ее сюда, как магнитом, тянет, а? – Итак, я с тобой еще не закончила, Арэ, – менторским тоном проговорил этот ходячий факел.

Ладно… не закончила – не то же самое, что не прикончила. Так что живу пока и радуюсь, а еще продолжаю коллекционировать предложения о заключении родственных уз от всяких неуравновешенных личностей с убийственными замашками.

– Оставь ее в покое, Эра, – процедил сквозь зубы Смерть.

– А ты вообще не вмешивайся, Четвертый! Тебя тут нет, яс-с-сно? Ты в третьем мире, разбираешься со своими кровными метками и с той, которая их нас-с-ставила. Так что заткнись, будь так любезен. Пока я не вс-с-спомнила о твоих провинностях и не зачислила тебя в категорию предателей Карнаэла. А то вылетишь из связки вслед за своим бывшим другом. Так что будь хорошим мальчиком – не мешай мне беседовать по душ-ш-шам с этой бессовестной девчонкой.

– Я не бес…

– Именно бессовестная! – с нажимом сказала Эра. – А также жестокая и глупая. Из-за тебя мало того что пошел против Долга один из лучших Хранителей Равновес-с-сия, так еще и целых семь миров затрещали по швам! А там люди – невинные жертвы кое-чьего малодушия. Любая нормальная женщина на твоем месте давно бы руки на себя наложила, чтобы предотвратить катастрофу.

– Мне не хватает вашего личного примера, – вставила я, уловив короткую передышку во вдохновенной тираде собеседницы.

Супруг мой одобрительно хмыкнул, а четэри предупредительно сжал хвостом ногу, мол, не нарывайся. А я что? Я ничего! Мне вообще говорить было трудно, но приходилось.

– И не хватит! Да шучу я, шучу, – отозвалась Эра и вдруг расхохоталась. Громко так, пронзительно, а еще безумно и дико. Может, у нее на почве неожиданной конкуренции крыша поехала, а мы и не заметили?

Н-да, опасно выходить на поле боя с разгневанной демоницей. Но сражаться с разгневанной демоницей, у которой к тому же еще и не все дома, – это полное самоубийство. Или наоборот?

– Во-первых, миры по швам еще не трещат, хоть природные волнения из-за большого количества их соприкосновений друг с другом и наблюдаются, – сообщил Иргис, когда хохот Духа Карнаэла стал затихать. – Во-вторых, к внешности Арацельса его жена не имеет никакого отношения. Это дело рук, хотя… скорее, лап местных зверей. Но ты об этом знать не могла, так как происходящее в лесах Саргона невозможно отследить с помощью магии, даже такой сильной, как твоя. Я прав? – Эра повернулась в его сторону и кивнула. – В-третьих, не ты одна сейчас являешься Хозяйкой нашего Дома, а значит, у тебя вряд ли получится выкинуть кого-то из нас за пределы связки, не согласовав свои действия как с Катериной, так и с самим Карнаэлом.

– Мой самый у-у-умный сын. – Огненная женщина перетекла ближе к нему. – Слишком много книжек прочитал, да? – поддела она.

– Не без этого. – Синеволосый Хранитель обворожительно улыбнулся, посмотрев на работодательницу.

– Ну и молоде-е-ец, – протянула собеседница, после чего тоже присела. То есть превратилась в небольшой костер возле магического заграждения, из которого торчало ее гибкое туловище с головой и руками. – Раз ты здесь с-с-самый сообразительный и информированный, с тобой и говорить буду. Тебе извес-с-стно, что после ухода девчонки Дом разделился на две части, одна из которых мне подчиняется, а вторая… нет?

– Я догадывался.

– А то, что копии семи планет на пос-с-сту дежурного блокируют любое, даже самое незначительное вмешательство в структуру миров? И это учитывая то, что храмовый с-с-сад по-прежнему моя территория.

– Вот как? – Иргис задумчиво потер подбородок. – А я-то думал, почему ты до сих пор не устроила ураган или еще какое-нибудь стихийное бедствие в окрестностях Саргона. Оказывается, просто не можешь? Печально, да.

– Издеваеш-ш-шься? – Эра недовольно дернула плечом, приведя в движение гибкие языки красно-оранжевого пламени.

– Как можно? – Мужчина снова улыбнулся. – Просто рассуждаю.

– Ну-ну, гений, давай порас-с-суждаем о том, что будет, если Карнаэл выйдет из строя? Не уснет, как это бывало в периоды его жизни без Хозяина, а именно… с-с-сломаетс-с-ся!

– Наступит то, что в большинстве религий наших миров называют туманным словосочетанием – конец света? – предположил собеседник и сменил позу на… еще более расслабленную.

Ну и выдержка у него! А мне казалось, что самый хладнокровный среди Хранителей – Смерть. Ошиблась, как показала практика. Я смотрела во все глаза на эту парочку и продолжала удивляться. Несколько минут назад Эра металась по площадке, нападала на всех подряд и откровенно глумилась над нами, приводя в состояние ступора. А сейчас сама сосредоточенность. Вот тварь талантливая! Актриса, которой нет цены. Еще бы сцену для своих постановок выбрала поменьше масштабом, и вообще было бы хорошо. А то целая связка миров и Дом, ее контролирующий… не многовато ли?

Светская беседа тем временем продолжалась. Для полной идиллии не хватало только пары чашек кофе и яблочного пирога. Я настороженно наблюдала за происходящим. Остальные тоже не стремились встревать в диалог. Все просто молча сидели вокруг ритуальной площадки и с мрачным видом слушали разговор. Хотя нет, кое у кого на лице цвела такая блаженная улыбка, что меня слегка передернуло. Мы тут переживали, нервничали, а эта фиолетовая мымра наслаждалась представлением, так, значит? Либо она была дурой, либо… не понимала ни слова и просто любовалась картинкой. Наверное, так и есть, откуда ей знать единый язык? Вот только приятней от логического объяснения выражения восторга на ее мор… э-э-э… физиономии почему-то не становилось.

Напрягала меня эта девица, чего уж скрывать? Напрягала, а еще сильно настораживала, и дело было не только в ее повышенном интересе к моему супругу. Смущал сам факт появления веданики в нашем лагере. Как она умудрилась открыть портал, несмотря на все «охранки»? Смерть предположил, что это случилось из-за образовавшегося во время тренировки резервуара магической энергии. Мол, ею фиолетовая дамочка и воспользовалась, когда искала точку для своего спонтанного перехода. И потом… она же вроде как очень сильная волшебница? Не спорю, сильная: ладони, которые убили первую безглазую тварь, принадлежали именно ей. Я это хорошо запомнила, вопреки убежденности Арацельса в том, что после магического опьянения моя память мало что сохранила. Ан нет, как выяснилась, она у меня значительно выносливей тела. Но! Тогда напрашивался другой вопрос: что же эта веданика – вся такая сильная и способная, носилась, как сайгак, по поляне в окружении своры поглотителей и даже не пыталась уменьшить их численность? Боялась, что со всеми не справится, как сказал мой муж? Возможно… А почему тогда не убегала, а нарезала круги вокруг нас? Помощи, что ли, ждала от тех, кому свалилась на голову со своим звериным эскортом? Вот только после всего случившегося ее магический резерв наверняка мало пострадал (ведь в порядок она себя приводила, используя магию, а не подручные средства). И, судя по тому, что девица открывала порталы, пробивающие щиты Хранителей Равновесия, – способности у нее имелись весьма и весьма приличные. Так отчего бы ей было в благодарность не поделиться силой со своими нечаянными помощниками?

Пока я тут мысленно придиралась к веданике, синеволосый Хранитель и его огненная визави перешли от обсуждения вариантов конца света к главной теме визита Эры в наш костер.

– И ты считаешь, что убийство Катерины вернет Карнаэл в исходное состояние? – обыденным тоном поинтересовался Иргис, а я зябко поежилась. Арацельс крепче стиснул мои плечи, и от этого стало чуть теплее.

– Уже не уверена, – неохотно призналась Эра и завертела огненной головой, оглядываясь на присутствующих. – Не скрою, когда я почуяла в ней силу Лу и увидела, с каким аппетитом на девчонку реагирует мой Дом, первым порывом было уничтожить Катерину немедленно. Ярость затмевает разум, даже разум Высшего демона. – Она грустно усмехнулась. Это была не мимика на лице, которого нет, а один лишь звук и колыхание рыжего пламени. Собеседник молчал, молчали и все остальные, поэтому, немного поколебавшись, гостья продолжила: – Из-за несдержанных эмоций с-с-страдают невинные. Мне ж-ш-ш-ш-жаль, что так случилось с Камой. Но… он сам сделал свой выбор. Бедный мальчик… – Тряхнув головой, будто избавляясь от груза мрачных мыслей, пылающая дама заговорила совсем другим тоном: – То, что Первый Хранитель не убьет свою Арэ, я знала почти наверняка. Не тот характер у него, чтобы бездумно подчинятьс-с-ся приказам. Особенно таким… кровожадным. А вот то, что вы с Лемо завалили задание, – меня сильно удивило. Но вы не возвращ-щ-щались, а Карнаэл продолжал сходить с ума, из чего я сделала вывод, что девчонку устранять никто не собирается.

– Мы тоже решили не подчиняться приказам… бездумно. – Мужчина скользнул взглядом по лицам своих друзей, на какой-то миг задержал внимание на мне и снова посмотрел на демоницу. – А задумавшись, пришли к выводу, что стоит подождать. Наша цель – Равновесие миров. И будет ли ему на пользу уничтожение Второй Хозяйки, избранной Домом, – вопрос открытый.

– Вот и я пришла к такому же выводу, когда злость отступила на второй план и дала мне возможность мыслить трезво. Нет никакой гарантии, что часть Дома не погибнет вслед за Арэ из-за того, что признала ее, но не успела установить с-с-связь до конца. Как бы не случился сбой программы, заложенной в него создателем, это может привес-с-сти к катастрофическим последствиям.

– И что ты предлагаешь?

– Для начала зарыть топор войны и всем вернуться в Карнаэл. Пусть интеграц-с-с-с-ция Дома и его Второй Хозяйки успешно завершится, а там уж будем смотреть по обстоятельствам. Дом-инвалид не нужен ни мне, ни вам, ни Лу. Так что на этом этапе наши цели с-с-совпадают.

– А дальше?

– Если получится небывалый за всю историю Безмирья вариант и у Каранаэла окажется не один Дух, а два – это даже удобно. Ну а если одна часть Дома вступит в конфронтацию с другой – придется реш-ш-шать вопрос поединком. Обещаю, что он будет честным: только я и моя врожденная с-с-сила против Катерины и ее… приобретенного дара. Как вам идея? Не будете же вы вечно бегать, подвергая миры опасности? Рано или поздно все равно придется вернуться, чтобы разобраться с проблемой раз и навсегда.

– Лучше поздно, чем рано, дорогая, – сказал четэри, погладив мою ногу кончиком хвоста.

Я вздрогнула, покосилась на него, но, сообразив, что это был машинальный жест, ничего спрашивать не стала. Эра тоже развернулась в нашу сторону и насмешливо заявила:

– Неужели бывш-ш-ший Красный Харон по прозвищу Смерть, с-с-самый старый и мудрый Хранитель Равновесия… боится?

– Именно боится. – На губах Хранителя появилась кривая улыбка, но вертикальная морщинка, отпечатавшаяся на высоком лбу, выдавала напряжение. – Боюсь за будущее Катерины, Карнаэла и семи миров, вместе взятых. Надо быть полными идиотами, чтобы повестись на твою затею, милая. Отправиться домой на пороге условной ночи? Замечательно! Тебе даже сильно беспокоиться не придется, хватит одного меткого удара, чтобы прикончить человеческую девушку после того, как наши ночные сущности ее… – Мужчина поморщился, оборвав фразу на середине. Затем тихо выругался и громко проговорил: – Иди-ка ты далеко и надолго, демон без лица, со своими заманчивыми предложениями!

– Это не западня, дурак!

– Не верю!

– Мне нет выгоды убивать девчонку! По крайней мере, сейчас. И если вдруг… всякое в жизни случается, ведь правда? Так вот… Ес-с-сли вдруг Карнаэл способен функционировать с двумя Хозяйками одновременно, я буду только рада. Одного взгляда достаточно, чтобы понять: у этих двоих, – она махнула огненной рукой-лентой в нашу с Арацельсом сторону, – хорош-ш-шие шансы на будущее. Просто моя воплощенная мечта. Если бы не двуличная тварь по имени Лу…

– Не надо валить с больной головы на здоровую, Эр-р-ра, – вступился за своего демона Райс. – Это ты, а не он, вышвырнула девочку в Срединный мир, ты прибила чужими руками ее жениха, желая провести над ним Ритуал единения, и именно ты отдала Катю в лапы Черного Харона. Так что вина за все происходящее лежит на тебе. Скажи, разве потеря Карнаэла не достойная расплата за это?

– Да ты…

– Хватит! – оборвал намечающийся «обмен любезностями» Иргис. – Мы вернемся. – Он поднял руку, заставляя промолчать тех, кто хотел возмутиться его решением. – Вернемся, как и было запланировано. Не сейчас, а условным утром. Миры нестабильны, возможно, уже есть жертвы из-за природных катаклизмов. Нельзя допустить худшего. Поэтому. Мы. Вернемся. И… если не будет другого выхода – поединок состоится, но по всем правилам честного боя, обозначенным в законах Карнаэла. А первое из них, насколько я помню, – оба противника должны быть в хорошей физической форме и с полным магическим резервом. Как тебе такой вар-р-риант, Хозяйка? – Последнюю фразу Хранитель буквально промурлыкал, с интересом ожидая реакции.

– Нормальный вариант, – ответила демоница. – Можете продолжать мне не верить, я на другое не особо и рассчитывала, но… действительно хочу решить эту проблему мирным путем. И вообще… Мне ещ-щ-ще внуков понянчить охота, между прочим! А у этой парочки, – она кивнула в нашу сторону, – будут прос-с-сто замечательные малыши!

После ее заявления у меня отпала челюсть, Арацельс как-то странно хмыкнул, Мая непонимающе заморгала, Смерть нахмурился, Иргис усмехнулся, Лемо хитро прищурился, Райс, судя по лицу, разозлился, а веданика… перестала улыбаться. Она прожгла немигающим взглядом и без того полыхающую гостью. И было в этом взгляде что-то… нечеловеческое. Черт! Лучше бы улыбалась, как дура, чем смотреть вот так. У меня волосы на затылке зашевелились от страха, проснувшегося где-то глубоко в подсознании. А ведь фиолетовая девица смотрела даже не в мою сторону. Стало тревожно. И похоже, не только мне. Синеволосый тоже наблюдал за нашей новой знакомой, и маска непробиваемого спокойствия, которая была на его лице все это время, дала трещину. Глаза расширились, брови дрогнули, а с губ сползла привычная улыбочка. Он резко повернул голову в нашу сторону, пару мгновений гипнотизировал меня взглядом, затем снова уставился на веданику. На этот раз она не вздрогнула от его пристального взора, не испугалась, как раньше, а только немного склонила голову к плечу и… одарила мужчину дьявольски соблазнительной улыбкой.

И это немая монашка-отшельница?! Меня неверно информировали или у нас в отряде завелась какая-то фиолетовая дрянь, маскирующаяся под божий одуванчик?

– Эра, – не отрывая взгляда от странной девицы, заговорил Иргис, – почему ты не пришла раньше со своим предложением?

– Потому что к вам было не пробиться. Как только вы открыли портал в седьмой мир, я потеряла всякую возможность отслеживать ваши перемещения. Хороший охранный купол, видно, поставили… на весь лес! Я такого раньше не встречала. Кто автор…

Мужчина медленно поднялся и начал обходить площадку с нашей стороны. Веданика последовала его примеру и двинулась навстречу ему… Или мне?

– Эй! – воскликнула озадаченная их поведением демоница. – Это что тут у вас – брачные пляски? Очередную Арэ решили… – Она запнулась, осознав, что костер, породивший ее огненную проекцию, гаснет. – Э-эй! Еще ведь рано, еще должно быть как минимум полчаса для…

– Переговоры окончены! Надоело, – пронеслось по поляне. Такой проникновенный, обволакивающий голос. Он как будто шел отовсюду. Из листвы ближайших деревьев, из пропитанной кровью земли, из пахнущего костром воздуха… Он звучал, как нечто незыблемое и… правильное! Голос, который завораживал. Голос, который очаровывал. Голос, который усыплял.

Пламя погасло, оставив после себя только сиротливый дымок, поднимающийся от обугленных веток. Светящиеся шары тревожно мигнули, Райс и Лемо, пошатываясь, поднялись на ноги. Опираясь на корень дриддерева, медленно встал и Смерть.

– Не смей! – холодно произнес Иргис, застыв между мной и веданикой.

Она не разомкнула губ, продолжая улыбаться. И в этой улыбке был вызов. А потом эта… эта… Это создание подняло руку и, словно карнавальную маску, стянуло с себя… лицо. Под ним оказалось другое – более хищное и менее молодое. Меня будто током пронзило. Дурья моя башка! Искусственные эмоции, фальшивые насквозь, холодные черные глаза и отсутствие каких-либо звуков… Даже лохмотья этой веданики напоминали халат, который я уже недавно видела. Ох, мамочки! Да у нас тут Мастер Снов собственной персоной! И похоже, зовут его вовсе не Дэ.

Осталось только выяснить: мы все еще в реальном мире или уже в царстве навеянных грез? А то непонятно, с чего вдруг народ коллективно начал тормозить. Все вели себя, будто мухи в прозрачном желе: вроде и двигались, но как-то невнятно. У меня-то слабость была изначально, а у них куда вся энергичность делась? Или Хранители просто выжидали, давая возможность Седьмому Хранителю самому разобраться с фиолетовой самозванкой?

Обдумать данный вопрос я не успела. Сильные и такие надежные руки мужа, подхватив меня, словно пушинку, прижали к его груди. Арацельс, в отличие от других, двигался быстро и плавно. Он отступил назад, под защиту дриддерева, ствол которого теперь находился рядом с нами. Супруг стоял к нему боком, и я практически касалась затылком шершавой коры. Одна моя рука безвольной плетью свисала вниз, другая покоилась на бедре, по-прежнему сжимая в пальцах край чужой рубашки. Из-за неожиданных перемещений голова закружилась и начало рябить в глазах, а открывшийся взгляду пейзаж стал неумолимо раскачиваться. Я ненадолго зажмурилась, стараясь восстановить ясность зрения, затем снова подняла веки и всмотрелась в две ярко освещенные фигуры, застывшие друг напротив друга. Хрупкая длинноволосая девушка и высокий полуобнаженный мужчина – охотник и хищная дичь. Вот только… кто есть кто?

Теплое дыхание на моей шее отвлекало, как и нежное касание мужских губ. А молниеносный укус, последовавший за этим, и вообще выбил из колеи. Дернувшись, я повернула голову и встретилась с алыми глазами, полными пьяного золота. Они мягко светились в ночи, как это бывает у кошек… у диких и голодных кошек!

– Т-ты чего это? Решил мне организовать очередную мнимую смерть? – Мой шепот тонул в шелесте кроны, но Арацельс прекрасно его расслышал, потому что удивленно спросил:

– В смысле? – А потом, насмешливо фыркнув, добавил: – Прости, не хотел тебя пугать. Всего пара капель твоей крови, чтобы притупить эмоциональный и… короче, голод. А то очень уж-ш-ш-ш отвлекает.

Взмах ресниц – и его прояснившийся взгляд уже был прикован не ко мне, а к тем двоим, которые потихоньку начали «оттаивать». Девица сделала плавный шаг в сторону, вышла из-за фигуры синеволосого и чуть повернулась. Хранитель повторил ее движение с зеркальным поворотом. Они по-прежнему находились друг напротив друга, но теперь стояли чуть боком к нам и… даже не смотрели в нашу сторону. Это была дуэль взглядов, соревнование реакций и поединок выдержки. Сцепятся или нет? А если у Хранителей Равновесия не принято драться с женщинами, а на уговоры эта маскарадная кукла не пойдет? О-о-о, тогда нам всем хана…

Поцарапанная кожа неприятно саднила, а из ранки медленно ползла очередная капелька крови.

– Помогает? – спросила я, стирая ее дрожащей от напряжения ладонью.

– А? – Красно-золотые огоньки мужских глаз мигнули в темноте, вновь обратив внимание на меня.

– Кровь помогает избавиться от желания выпить мои эмоции и… ну, ты понял?

– Твоя – да. Немного. – Он снова уставился на Иргиса и девицу (если она, конечно, была девицей, а не бесполым «оно»).

Ну точно вампир! Пять с плюсом мне за прозорливость. Теперь если не энергию, то кровушку пить будет. Да уж, жена для Хранителя лучше любой провизии. Просто-таки универсальное блюдо. Ну и ладно! Чем бы «дитя» ни тешилось, лишь бы… не бросало меня одну. Потому что в крепких объятиях моего снежного чудовища я чувствовала себя защищенной, несмотря на все его заморочки.

– Почему ж раньше не попросил? – Меня, видать, на нервной почве пробило на болтливость. – Я бы тебе целую пиалу нацедила, лишь бы перестал круги нарезать в компании с… с этой.

– Ты же боишься кровопускания, – не глядя в мою сторону, шепнул муж.

– Мастера Снов я боюсь больше, – тоже наблюдая за молчаливой парочкой, отозвалась я. Что-то не нравились мне странные па в непосредственной близости от нас. Шаг в одну сторону, шаг в другую… и ни слова.

– Мастера Снов? – В голосе Арацельса прозвучало удивление.

– А что, веданики тоже меняют лица, как перчатки? – в тон ему отозвалась я.

– Но… – Цель не договорил, потому что странное затишье на освещенной шарами поляне стало перерастать в бурю.

Листья над нашей головой тревожно зашумели, поднялся сильный ветер, и все мужчины, кроме моего супруга и Иргиса, синхронно шагнули в сторону фиолетовой твари, вокруг которой начали проявляться сотканные из белого тумана щупальца. Ее волосы взлетели вверх и потом опали на плечи двумя тугими косами с вплетенными в них золотистыми бубенцами.

Дзинь…

Изящный уход влево. Настолько плавный и красивый, что казалось, будто ступни ее ног не касались земли. Или не казалось, а так и было?

Дзинь, дзинь…

Взмах рукавом заметно преобразившегося наряда, на фиолетовом шелке которого распустились желтые узоры.

Дз-з-з-з-з-з-инь!

Громкий звук ударил по ушам. Девушка резко подалась вперед и толкнула… воздух по направлению к противнику. Иргиса отбросило на несколько шагов, но он устоял. Затем медленно разогнулся, держась за живот, и угрожающе зарычал. В ответ на это по поляне прокатился тихий смех золотых бубенцов. Арацельс сильнее прижал меня к себе и привалился плечом к дриддереву, явно намереваясь нырнуть внутрь ствола.

– Ты же обещ-щ-щала! – Шипение Седьмого Хранителя было на удивление отчетливым и громким, а еще каким-то разочарованным, что ли?

На новой маске лжеведаники не отразилось никаких эмоций. И хотя ее губы не шевельнулись, мы услышали слова.

– Пойдем со мной, – порывом ветра пронесся по округе уже знакомый голос. Он лился отовсюду и ниоткуда одновременно, пугая и восхищая своей безраздельной властью над миром.

– Нет! – упрямо качнул головой синеволосый, и очарование голоса пропало.

Фиолетовый Мастер равнодушно пожала плечами и под мелодичный перезвон колокольчиков отправила в Иргиса очередную невидимую волну ударного действия. На этот раз мужчина упал. Смерть, Райс и Лемо, словно безвольные зомби, продолжили медленное продвижение к «девице», силуэт которой окутывал живой туман. А я ощутила, как подается некогда твердая кора дерева, открывая нам с мужем проход.

Дальше все происходило, словно в замедленной киносъемке. Девушка-маска повернулась к нам, длинные косы качнулись, огласив пространство победным звоном, а холодные глаза впились в меня. Темнота не могла скрыть этого пристального взгляда. Я была уверена, что Мастер Снов видит меня не хуже, чем днем. Видит и… стремительно приближается. Это были не шаги, не бег – полет! С развевающимися шелками за спиной и с переливами золотых бубенцов в цветных волосах. Краем глаза заметила, что Седьмой Хранитель вскочил на ноги и метнулся наперерез неизвестной, но он не успел.

Дзинь… мяв… р-р-р… ш-ш-ш… дзынь-дзынь…

Арацельс замер, так и не переступив границы любезно открытого для нас дупла. Иргиса опередили, да. Причем тот, кого я меньше всего ожидала увидеть в качестве нового противника Мастера Снов. На пути летящей на нас мымры возникла Мая, в которую та и врезалась с разгону. Откуда появилась кровница, я толком не поняла, но было похоже, что она выскочила прямо из воздуха. После столкновения обе девицы рухнули на землю, точнее, на раскинувшиеся по ней корни дриддерева. Галура взвыла, а Мастер, как и следовало ожидать, не издала ни звука, зато улыбнулась так, что я невольно вздрогнула от страха. Шелковые рукава взметнулись, когда ее тонкие руки обхватили Маю за плечи. Снова звякнули проклятые бубенцы, и… две девичьи фигурки потонули в белом тумане. В него же нырнул синеволосый. А все остальные мужчины, не считая моего супруга, как подкошенные повалились на землю.

Я инстинктивно вцепилась в плечи мужа, не задумываясь о том, что царапаю его кожу. В этот самый момент пришло понимание – слабость отныне не основная моя проблема. Тело подчинялось, а давящее чувство усталости стремительно отступало.

Пресветлые Небеса! Неужели мое недавнее состояние не результат магического опьянения, а продукт активной деятельности фиолетового Мастера?

Я перевела взгляд на супруга, силясь рассмотреть: есть ли какие-нибудь изменения в его внешности? Но без соответствующего освещения видела лишь укрытый тенями силуэт да мерцающие глаза, гипнотизирующие постепенно тающее белое облако в нескольких метрах от нас. Когда туман рассеялся, мы увидели угрюмого Иргиса, с траурным видом сидящего на одном из корней дриддерева. Очнувшиеся от необычного транса Хранители начали подниматься на ноги, оглашая тишину не очень приличными, зато очень эмоциональными тирадами, выражавшими их отношение ко всему происходящему.

– Что это было? – спросил Смерть, отряхивая форму. – Куда делась веданика? – Он завертел головой, выискивая кого-то. – А Мая где? – В голосе краснокожего мужчины появилось беспокойство.

Иргис продолжал упорно молчать. Райс и Лемо, переглянувшись, уставились на Арацельса.

– С веданикой, – сказал тот, задумчиво изучая их растерянные лица, – которая вовсе не веданика, а Мастер Снов. Змея, пригревшаяся на нашей груди. А ведь у нее даже аура была человеческая, верно, Лемо? – Тот подтвердил, считывал, видно. – Мас-с-стер… вот уж точно. На все руки мастер. Виртуоз маскарада, – печально усмехнулся супруг и замолк.

– Неужели вы ничего не запомнили? – Мой вопрос прозвучал слишком громко. Ведь до этого на шепот приходилось тратить куда больше сил.

– После общения с Эрой все происходило как в тумане, – сказал зеленоглазый Хранитель, двое других согласно кивнули.

– Это были чары, очень мощные чары существа невероятной силы, – снова заговорил Арацельс. – Настолько древнего, что сложно осознать его возраст. Колдовство подействовало на всех мужчин, кроме меня и Иргис-с-са. – Он пристально изучал профиль друга, но синеволосый даже головы не повернул, напрочь проигнорировав упоминание своей персоны. – Можно предположить, что я был под защитой дриады или же сказалось влияние Ритуала единения. Хотелось бы еще узнать, откуда невосприимчивость Седьмого Хранителя к магии Мастера Снов? А, Иргис? – Алые глаза мужчины сузились, пряча за стеной ресниц золотой блеск. – Очередной загадочный иммунитет, как с кровью галур?

– А вдруг воздействие было выборочным? – предположил Смерть.

– А вдруг нет? – не сдавался мой муж.

– А вдруг Маю там убивают, пока вы здесь анализом ситуации занимаетесь?! – не сдержалась я и заерзала, намереваясь-таки слезть с рук супруга, чтобы проверить, насколько устойчиво мое тело.

– Она в порядке… пока что, – дрогнувшим голосом возразил Смерть. – В противном случае я бы тоже был мертв. Мы же связаны метками.

– В порядке, – подтвердил Арацельс, не очень-то спеша спускать меня на землю. – Я, как ее кровный брат, тоже почувствовал бы опас-с-сность.

– Ключевое слово «пока», – соизволил наконец вступить в разговор синеволосый. Он мрачно усмехнулся, не поднимая головы.

– Но зачем Мастеру моя галур-р-ра?! – с бессильной яростью воскликнул крылатый.

– Твоя? – почему-то взвился Иргис и хмуро воззрился на друга. Его голубые глаза горели так же ярко, как во время левитации.

– А чья ж еще? Моя головная боль, – пожал плечами Смерть.

– …и моя сестра, – сказал Арацельс.

– …и моя защитница, – прошептала я.

– …и, как выяснилось, моя слабость, – устало вздохнул Седьмой Хранитель, массируя круговыми движениями пальцев виски, затем поднялся на ноги. – В Карнаэл пойдете одни, я должен вернуть малышку. В конце концов, она тут совершенно ни при чем.

– А кто при чем? – Муж все-таки опустил меня на землю, хоть и продолжал придерживать сзади за плечи и талию. – О чем ты с ней говорил, Иргис? Куда она тебя звала? И что… обещала?

– Не трогать твою Арэ, – прямо взглянув на собеседника, ответил синеволосый.

– А мою, значит, можно трогать? – возмутился четэри.

– Твою?! – снова повторил мужчина, и мне показалось, что его голубые глаза полыхнули ледяным бешенством.

М-да… подрастерял Хранитель свое фирменное спокойствие после того, как Мастер свистнул у нас из-под носа Маю. А ведь у него, похоже, были какие-то планы на маленькую кровницу и права Смерти на ее пушистые хвосты в них не входили.

– Прекратите! – Я повысила голос, стараясь привлечь к себе внимание. – Все мы раздражены и расстроены. Не надо ссориться. Пожалуйста! Прошу вас. Нужно просто спокойно решить, что каждый из нас будет делать дальше, и…

– Нет, Катенок. – Мою ладонь накрыла рука мужа, и я мысленно отметила, что она гораздо больше напоминает человеческую. Значит, и его застревание в образе монстра было проделкой фиолетовой стервы? Вот ведь… тварь лицемерная! – Сначала мы проясним один очень важный вопрос…

– Который нам озвучит самый умный и всезнающий Арацельс, – съязвил Райс. – С тренировкой ты уже наворотил дел, теперь пытаешься строить из себя…

– Заткнис-с-сь! – Эйри отмахнулся от своего бывшего соотечественника, как от назойливой букашки, и, повернувшись к синеволосому, спросил: – Огненный Волк – это ты, Иргис?

Я чуть было не ляпнула, что этот тип больше смахивает на змея цвета индиго, чем на мохнатого лесного зверя, но вовремя передумала, решив оставить подобные комментарии при себе. Вдруг благоверный прав? Вон какие «пируэты» выделывали Мастер с Иргисом, кружа по поляне, когда остальные мужчины, не считая моего, напоминали зомби. А его недоверие к ней? На чем-то оно было основано, кроме банальной осторожности. А… да что там! Все происшедшее вызывало подозрения. Причем не только у Арацельса и меня. Остальные тоже притихли и внимательно так уставились на своего голубоглазого сослуживца. Тот скользнул по ним усталым взглядом и с легкой усмешкой на губах произнес:

– А сам-то что думаешь, Первый?

– То есть ты не отрицаеш-ш-шь… – В голосе мужа послышались шипящие нотки.

Собеседник только пожал плечами, явно не желая прямо отвечать на вопрос. Гм… но и опровергать такого рода заявления он не спешил! А из этого следовало, что у Иргиса три личины: человеческая, демоническая и… волчья?

– Мне любопытно, почему ты так решил? – Иргис прямо смотрел на собеседника, в то время как остальные мужчины продолжали молча глядеть на него.

– Я наблюдал за вами.

– И?

– И задал тебе вопрос-с-с… ты Волк?

– Да.

Ну вот и подтверждение. Момент истины, дамы и господа! А… где же овации?

– Ты гад, – констатировал мой муж, покачав головой.

Вот уж не поспоришь… Точно гад: синенький такой и скользкий. В жизни не догадалась бы, что он еще по совместительству и Волчара Огненная. А вообще любопытно, что за помешательство у высших сил на теме семейства псовых? Из портала лезли волкообразные лиловые твари, чистильщики миров тоже с характерными внешними признаками данного вида… Дьявол! Даже Боргоф при своих осьминожьих щупальцах имел физиономию… да, да, именно что волчью. Скажите на милость, как это понимать? Демиурга слегка заклинило во время создания нашей связки миров или вся таосская братия не представляла своей жизни без комнатных-сторожевых-бойцовых-прочих «собачек»?

– Пусть так, – повел плечом Иргис.

– Ты хоть с нами или против нас-с-с?

– Был бы против, не стоял бы сейчас тут.

– И как тебе верить после многолетней лжи?

– Я никому никогда не лгал, Арацельс! Я просто не отвечал на вопросы, которых мне никто не задавал.

– Что-то я запутался в этой истории, – перехватил разговорную эстафету Лемо, устраиваясь на корне дриддерева (как раз там, где ранее сидел его сослуживец), и уставился на друга снизу вверх. – Мало того что про сверхъестественных чистильщиков мы узнали только недавно, так еще и… – Он фыркнул, отвернулся, раздосадованно махнул рукой, а потом резко вскинул голову и с искренним любопытством поинтересовался: – Скажи, Седьмой, каково это – быть Огненным Волком?

– А каково это – быть самим собой? – вопросом на вопрос ответил мужчина.

– Полагаю, приятно.

– Без «рабского ошейника» было бы еще приятней, – недобро улыбнулся Иргис, взглянув на собеседника.

– Ошейник? – зацепился за слово Смерть.

– Это образно. Я имел в виду свой рабочий контракт с Мастером Снов, – пояснил Иргис.

– То ес-с-сть это профессия у тебя такая – миры уничтожать, а в душе ты мягкий и пушистый плюш-ш-шевый песик? – не удержался от сарказма мой муж.

– Что тебя так бесит, Первый? – без особой враждебности, хоть и заметно натянуто спросил синеволосый.

– То, что некоторые знакомые мне личнос-с-сти на поверку оказываются не теми, за кого с-с-себя выдают.

– Ну просто твой случай! А, малыш? – Кривая усмешка Райса была довольной и злорадной одновременно.

– Ты, кстати, в этом с-с-списке на первом месте, – холодно ответил на его реплику Арацельс и с раздражением добавил: – Надень уже повязку на свою наглую рожу, приятель. В противном с-с-случае я заставлю синий глаз закрыться другим с-с-способом.

– Это каким же? – Эйри продолжал нагло скалиться, мой супруг – закипать, Иргис – мрачнеть, Смерть, судя по ходящим желвакам, злился, я же начала потихоньку впадать в панику (как их разнимать-то, если вдруг сцепятся?), и тут Лемо с любопытством ребенка, познающего мир, выдал:

– А когда в тебе проснулся Огненный Волк?

Несколько секунд длилась пауза, потом раздалось короткое: «Давно». Атмосфера на освещенной магическими огнями площадке стала немного спокойней. Чуть-чуть… за что Второму Хранителю отдельное мерси.

– Когда именно? – уточнил Смерть, исподлобья изучая такого знакомого незнакомца.

– После Обряда посвящения начались первые проблески истинной памяти. К счастью, у меня под рукой имелась обширная библиотека Карнаэла и не было бодрствующего Мастера Снов, который проснулся значительно позже, к тому моменту моя изначальная личность полностью восстановилась. Поэтому вместо послушного «пса» я стал свободолюбивым «волком» со своей точкой зрения на миры и способы поддержания порядка в них.

– Эра знала, кто ты такой, когда предложила тебе сделку? – озвучил мои недавние мысли четэри.

– Вряд ли. Дух Карнаэла к истории своего Дома никогда не проявляла особого интереса. К тому же на тот момент я был просто пламенным магом. Одним из самых сильных на континенте, чем ее и заинтересовал.

– А легенда… Почему мы о ней ничего не слышали до последнего дня?

– Потому что я этого не хотел, – сказал Иргис и, открыто выдержав тяжелый взгляд краснокожего, добавил: – У меня и без посторонней помощи прекрасно получалось не допускать пробуждения Снежного Волка и Мастера Дэ.

Он покосился в мою сторону, и я невольно отвела глаза, ощутив вину за… За что? За свое существование, что ли? Да пошел он! Конспиратор чертов! Неудивительно, что хотел меня убить. У него, видать, в программе был заложен подобный способ решения вопросов. Одно слово – чистильщик!

– Ну, конечно! Во вс-с-сем теперь будем винить ее, – зло усмехнулся Арацельс, крепче стиснув мои плечи, будто хотел защитить таким образом от косых взглядов. – Зато ты у нас сама невинность, Седьмой… Волк в овечьей ш-ш-шкуре!

– Я просто констатирую факты. Пока Карнаэл не лихорадило, в мирах царило относительное спокойствие и… вторая пара спала.

– То есть ваше с Мастером Снов бодрствование – недостаточная причина для того, чтобы они тоже очнулись? – уточнил Смерть, подойдя к нам, и как бы между делом положил руку на плечо моего мужа.

Что бы это значило: предостережение или успокаивающий жест?

Супруг хмуро глянул на его когтистую кисть, но скидывать ее не стал, как не стал и продолжать наезды на Иргиса, да и многозначительные ухмылки Райса старался игнорировать. Сэмирон одобрительно кивнул и, чуть сжав напоследок пальцы, убрал ладонь.

– Достаточная… если бы мы с Мастером Ин были вместе. Но я, как вам известно, коротал свои дни в другой компании. В вашей!

– И она не делала попыток встретиться с тобой? – продолжал допрос четэри.

– Это не имело значения. Я уже был не тот «волчонок», которого Мастер Снов когда-то приручила и уговорила служить ей.

– Так изначально ты родился животным? – удивленно воскликнул Лемо и заерзал от нетерпения на несчастном корне. – А как…

– Я не был животным! – перебил его Седьмой Хранитель. – Образ Волка – это прихоть создателей. Как и ловушки из человеческих тел, в которых мы перерождаемся жизнь за жизнью, пока Мастера не соизволят пробудить своих слуг для работы. Процесс перерождений не позволяет вернуться к истинной форме, а близкое присутствие Хозяина – к личной свободе.

– Создателей? – переспросил Райс, перестав наконец гипнотизировать взглядом моего мужа.

– Да! В количестве двух штук, – с раздражением проговорил Иргис. – Она и Он – Ин и Дэ. Это же и так очевидно!

Еще бы Инь и Ян назвались… гребаные иллюзионисты в китайских шелках! Или не в китайских… но точно в шелках.

– Разве не демиург вас сотворил?