Мой огненный и снежный зверь Никольская Ева

Глава 4

Строки, будто вдавленные в кусок льда, занимали все пространство маленького пруда, замороженного с помощью магии стихий. Это была не мерцающая пленка на поверхности воды, которая обычно появлялась во втором мире в теплое время года, а именно лед. Из-за контраста температур над посланием клубился пар, различить который впотьмах могли только те, кто обладал отличным ночным зрением: некоторые виды зверей, достаточно сильные чародеи и… Хранители Равновесия. В полном молчании каждый из них прочел адресованные им слова:

– Вот ведь… Демонов поэт! – Иргис ухмыльнулся, глядя на светящиеся алым слова. – Даже послать нас подальше умудрился вежливо и в рифму.

– В его репертуаре. То-то я думаю, что все слишком уж гладко складывается. Он получает задание, уходит его исполнять, мы… тоже получаем задание и тайно отправляемся за Целью, чтобы доделать работу, если понадобится. А оказывается, просто бродим по ложному следу. Вот гад! – одобрительно кивнул Лемо, усердно выковыривая веточкой из «ледяной записки» зачарованный Эрой волос, на который был настроен магический поисковик Хранителей. – Провел нас и смылся в неизвестном направлении. Шесть следов от порталов. Хитро. Возвращаться в Карнаэл, чтобы вычислить, с каким миром пересекался этот, как я понимаю, смысла не имеет?

– Со всеми одновременно.

– Я так и понял. – Бросив царапать ледяную поверхность, зеленоглазый страж поднялся с корточек и посмотрел на собеседника. – Как думаешь, Арацельс убьет ее?

– Понятия не имею, – пожал плечами Иргис. – Для меня история их взаимоотношений – тайна за семью печатями. Как наш ярый противник семейной жизни в условиях Карнаэла оказался женат за пару суток? Хотел бы я знать.

– Узнаем… когда найдем его. И эту таинственную Арэ, из-за которой весь сыр-бор.

– Ее придется устранить. – Темно-синие пряди упали на лоб мужчины, когда он опустил голову.

– Да ла-а-адно. А как же последнее слово приговоренного? – вскинул брови Лемо, с гибкостью пантеры подобравшись к другу и заглянув снизу ему в лицо. Разница в росте позволяла сделать это без особых усилий. – Ты так уверен в правоте Эры, что даже не желаешь выслушать противоположную сторону?

– Сомнения – плохой советчик в нашей работе, – с непробиваемым спокойствием ответил Иргис. – Мы служим Равновесию уже три века, и за все эти годы поступки и приказы Духа Карнаэла были направлены на поддержание существующего в связке миров порядка. Кем бы ни являлась Эра: демоном, богиней или просто стервой с изощренной тягой к трансформациям, ее цель – исправная работа Дома, а наша – защита последнего от любого рода неприятностей. И если есть вероятность того, что кто-то, пусть даже самую малость, угрожает привычному ходу вещей…

– …мы его тут же замочим, – закончил за собеседника Второй Хранитель и презрительно скривился. – Без суда и следствия. Как благородно! Ну прям рыцари без страха и упрека, – фыркнул он. – Начинаю понимать Арацельса, который оставил нас с тобой за бортом и пошел разбираться со своей женщиной без воинственно настроенного эскорта.

– Девушка опасна.

– Это демон, ее похитивший, опасен, а она просто марионетка в его игре.

– Неважно, не будет марионетки – и демон останется с носом, – без особых эмоций парировал синеволосый.

– А знаешь… – Лемо отвел взгляд. – Будет замечательно, если Цель сам с ней разберется. Ну, умертвит каким-нибудь безболезненным способом: усыпит там или еще что. А то убивать Арэ, пусть и чужую… Короче, у меня ломка от жуткого ощущения неправильности происходящего. После смерти Лилигрим это впервые. Мало того что придется потерять очередную сестру, так еще и самому прикладывать руку к ее гибели. – Страж недовольно поджал губы. Настроение его оставляло желать лучшего.

– Ты ее в глаза не видел, какая она тебе сестра?

– И что? Раз супруга одного из нас, значит, сестра… ну, я так чувствую. Ведь она согласилась быть с ним, несмотря на… брр. – Второй Хранитель поморщился, качнув головой. – Вот уж не хотел бы я оказаться на его месте. Прикончить женщину, на которой только что женился… жаль парня. – Желая скрыть эмоции, он отошел к пруду, снова присел у его края и продолжил задумчиво ковырять прозрачную корку над скрученным спиралью волосом. Длинный, толстый и золотой на сером фоне льда, волосок играл роль последней точки в послании, написанном алыми буквами.

– Это как раз вторая веская причина, исходя из которой мы должны убрать девушку сами. Подумай, зачем позволять ему брать на душу подобный груз. На то и существуют друзья, способные в сложной ситуации оказать содействие. Он нам еще спасибо скажет. Потом… когда-нибудь.

– И как, по-твоему, мы их отыщем? – без особого энтузиазма поинтересовался собеседник.

– Очень просто. – В руках Иргиса ярко вспыхнули несколько тонких нитей, связанных между собой в замысловатый узел, вокруг которого мерцала едва заметная паутинка сложного рисунка.

– Это что? Путеводный клубочек от злобной ведьмы? – скептически поинтересовался Лемо, развернувшийся вполоборота, чтобы лучше разглядеть плетение.

– Не валяй дурака, Второй! Это кусок магического протеза, который Эра сделала Арацельсу в Срединном мире.

– Значит, угадал… и со злобной ведьмой, и с путеводным клубком.

Покосившись на сидящего с невозмутимой физиономией друга, Седьмой Хранитель усмехнулся.

– Может, ты и прав. – Он переключил внимание на зажатую в пальцах связку нитей и серьезно добавил, рассматривая узор: – Надо перенастроить поисковик на этот фрагмент, чтобы обнаружить недостающую часть вместе с ее носителем. Главное, не нарушить строение «ткани», в противном случае…

– Р-р-р-мя-я-я-яв!

Громкое рычание с переходом в протяжный вой резануло по ушам мужчин в тот самый момент, когда на Иргиса из ниоткуда вылетело что-то когтистое, пушистое, разъяренное и благодаря высокой скорости движения довольно сильное. От неожиданности он оступился, потерял равновесие и рухнул на спину вместе с неопознанным объектом, оседлавшим его живот. Голубые глаза мужчины удивленно расширились, а пальцы, державшие золотистые нити, дрогнули, но не разжались.

– …в противном случае у нас не будет путеводного «клубочка», – закончил оборванную фразу Лемо, с неподдельным интересом наблюдая за Маей, которая легким движением руки превратила несчастный кусочек протеза в несколько светящихся обрывков. – Вернее, уже нет. Зато у нас есть… – Он осекся, как только заметил на указательном пальце разъяренной девушки набухающую каплю крови.

Моментально подобравшись, зеленоглазый Хранитель рванулся, чтобы одним прыжком пересечь разделявшее их расстояние и сбить галуру с распластавшегося на земле Иргиса, но тот и сам успел перехватить занесенную над его лицом ладонь. В следующую секунду произошло нечто, повергшее в шок и Лемо, и кровницу, и даже подоспевшего к самому разгару событий четэри. Впрочем, его появления никто не заметил. Все присутствующие завороженно смотрели, как вместо того, чтобы отвести в сторону девичью руку, синеволосый страж медленно приблизил ее к своим губам и… слизнул проклятую кровь с кончика дрогнувшего пальца Маи. От изумления она растеряла всю воинственность и вновь стала похожа на маленького котенка, который только что узнал, что мир не ограничивается стенами его комнаты. Глаза девушки широко распахнулись, губы чуть приоткрылись, а мохнатые ушки встали торчком, выражая смесь любопытства и удивления с желанием немедленно услышать ответ на еще не высказанный вопрос.

Она что, напала на самоубийцу? Но тогда почему этот предрасположенный к суициду тип так пакостно улыбался, не желая помирать? В тусклом свете висящего на небе «серпа» галура видела его лицо недостаточно четко, но она готова была поклясться, что изогнутая линия мужских губ отражала именно такие эмоции.

– А… что это было? – осторожно поинтересовался Лемо, поднимаясь на ноги и делая шаг по направлению к застывшей парочке.

– Вот и я хочу знать! – стащив девчонку с ее несостоявшейся жертвы, процедил Смерть сквозь плотно сжатые зубы… то есть клыки. Он схватил кровницу за шкирку и поднял так, чтобы их глаза оказались на одном уровне. Сидевший на его плече Ринго, моментально оценив ситуацию, быстро смотался с облюбованного места и метнулся под защиту Лемо. – Ты пыталась поставить на него метку? Так? Какую, зар-р-раза треххвостая? Мы же говорили насчет твоей самодеятельности, да? Да?! А ну, отвечай! – Мужчина встряхнул свою ношу, та недовольно зашипела, но быстро замолкла под его тяжелым взглядом, мрачное сверкание которого она могла если не различить в полумраке ночи, то додумать со всеми подробностями. – Ты пыталась его убить?

– Приворожить! – съязвила Мая, глядя исподлобья на раздраженного собеседника, один только вид которого некоторое время назад заставлял ее бледнеть от страха, а сейчас… впрочем, сейчас галуре тоже было не по себе, но в том, что именно этот чикра причинит ей серьезный вред, она почему-то сомневалась. То ли самовнушение сработало, то ли он не сильно походил на злобное чудовище, но за последние часы путешествия по окрестностям незнакомого мира девушка окончательно уверовала в то, что рядом с ней все тот же ангел, которому было предначертано ее спасти. И не так уж важно, что у этого ангела красная кожа, рога и хвост, а крылья черны как ночь и совсем не имеют перьев. Внешность – это ведь не главное. Правда?

– Что-о-о-о?! – Черные брови четэри на мгновение взмыли вверх, но тут же сдвинулись на переносице. – Так! Ты еще ёр-р-рничать изволишь, маленькая бестия. – Свободной рукой он перехватил ее подбородок, когда девушка попыталась отвернуться. – Мы же договорились: ты будешь делать только то, что я скажу. И никаких внезапных перемещений! Никаких меток. Слышишь?! Ни-ка-ких!

– Слышу, – пробормотала кровница, отводя взгляд. – Но он хочет убить Мр-р-р-анту! – вдруг выпалила она, резко повысив голос.

– Богиню? – уточнил Иргис.

Он уже поднялся и теперь методично отряхивал свой костюм, стоя на расстоянии пары шагов от распекаемой галуры, которая покорно висела над землей, не делая даже вялых попыток сопротивляться.

– Катю, что ли? – продолжая хмуриться, уточнил Смерть. Девушка утвердительно кивнула. – И с каких это пор она у нас еще и в ранг богини зачислена? – Мая дернула плечом, вероятно пытаясь изобразить пожатие, но из-за натянувшейся куртки, воротник которой сжимали пальцы ее мрачного визави, жест получился весьма забавным. – Ты что-то видела, да? – более спокойно спросил мужчина. Очередной кивок и выразительный взгляд были ему ответом. Может, кровница и плохо ориентировалась в темноте (кошка называется!), зато он отлично различал ее мимику… очень красноречивую мимику. – Рассказывай. – Она отрицательно замотала головой, скосив глаза в сторону посторонних. Четэри пару мгновений колебался, затем вздохнул и, извинившись перед друзьями, накрыл себя и собеседницу звуконепроницаемым куполом, предварительно поставив девушку на ноги. – Говори, горе ты мое. Что за глупая инициатива? Какая еще богиня и зачем ты пыталась «осчастливить» Иргиса? А главное, чем?

Мая опустила взгляд и принялась ковырять носком короткого сапога землю, недовольно помахивая при этом тремя пушистыми хвостами, которые синхронно двигались то в одну, то в другую сторону. Ушки ее были плотно прижаты к голове, а взъерошенные волосы падали на прикрытые ресницами глаза.

– Ну-у-у? – с нажимом протянул Четвертый Хранитель.

– Что ну? Что? Ты сам просил меня войти в состояние пророческого транса! – воскликнула девушка, явно решившая, что лучшая защита – это нападение. Глаза ее сверкнули, подарив собеседнику далекий от раскаяния взгляд. – Сам хотел, чтобы я попробовала увидеть что-нибудь связанное с Катей и Арацельсом. – Она замолчала, вновь уставившись себе под ноги.

– И? – терпеливо проговорил крылатый, всем своим видом изображая полное спокойствие.

Если бы не длинный хвост, недовольно дергающийся позади массивной фигуры хозяина, его старания были бы вполне успешными. К счастью, галура не могла видеть этих предательских движений, а потому, глядя на четэри, тоже начала потихоньку успокаиваться.

– О том, что девушка Мр-р-р-анта, я знала давно. Еще до моей с вами встречи. У меня были видения дома… Не могу сказать, когда точно, а также не совсем помню их подробности, но ощущение того, что Катя важна для моего народа, осталось тут. – Маленькая ладошка с острыми коготками легла на грудь в районе сердца. – Она должна выжить, – жалобно пролепетала кровница и посмотрела на Смерть подозрительно заблестевшими глазами.

Он едва удержался от желания погладить ее по взлохмаченной шевелюре и почесать за ушком. Подавив проявление внезапной нежности, мужчина строго поинтересовался:

– С этим разобрались. Теперь объясни, чем тебе не угодил Иргис.

Мая вздохнула, поморщилась и выдала:

– Он ее убьет.

– До того, как она станет богиней, или после? – Четэри хотел разрядить напряжение, но шутка не удалась. Ему не было смешно, галуре тем более, а остальные просто ничего не слышали, занятые своим разговором за пределами магического купола.

– Ты просил призвать видения… – Мая всхлипнула и украдкой вытерла скатившуюся по щеке слезу.

– Ладно-ладно, успокойся, малыш. – На этот раз Смерть не смог вовремя пресечь порыв теплых чувств и прижал к себе девушку. Она напряглась на мгновение, а потом доверчиво уткнулась носом в его рубашку и тихо забормотала:

– Видения… они лишь предположительно говорят о будущем. Если правильно понять и предотвратить события, отраженные в них… Может быть, тогда… Может…

– И чтобы защитить Катерину, ты решила убить Иргиса? – Собеседник прервал ее речь, но из объятий не выпустил.

– Угу, – снова всхлипнула Мая. – Золотистые нити в его руках… они должны были исчезнуть. Не знаю почему, просто я поняла это, и все. Мы ведь шли за ними следом, мне достаточно было просто сосредоточиться на нужном мужчине, чтобы переместиться к нему. Метку поставить хотела, а он… он… кровь слизнул, – смутилась девушка. – И… и не умер! – обиженно закончила она и, отвернувшись от Смерти, зло уставилась на два темных силуэта.

Хранители о чем-то спорили, тот, что пониже ростом, активно жестикулировал, периодически тыча указательным пальцем в грудь собеседника, второй же оставался совершенно спокойным, а главное… живым.

– Кстати… – Четэри тоже посмотрел на сослуживцев, кивнул своим мыслям и развеял звуконепроницаемый щит. Страсти за его границей кипели еще те!

– Нет, ну объясни мне, почему ты до сих пор не скончался? Это как, а? Ты должен быть мертв! – наседал на друга Лемо, обходя его по кругу и изучая с особой тщательностью, как музейный экспонат.

– Ты так говоришь, будто предпочитаешь видеть меня трупом, – сдержанно улыбнулся тот.

– Такой расклад не вызвал бы столько вопросов.

– Жаль тебя разочаровывать, Второй, но скоропостижной кончине я все-таки предпочитаю вопросы. – Улыбка переросла в кривую усмешку. – У меня иммунитет к крови галур, – нехотя признался Иргис. Его собеседник аж подпрыгнул от такой новости, резко очутившись лицом к лицу с синеволосым.

– И ты не удосужился нас об этом известить за триста условных лет службы? – В голосе зеленоглазого сквозила не меньшая обида, чем в недавних словах кровницы. Ринго, некоторое время назад с комфортом устроившийся у него на плече, едва не свалился от резкого движения Хранителя и потому недовольно заворчал, переводя взгляд с одного мужчины на другого. – Как ты этого добился? Просиживая сутками в библиотеках Карнаэла? Да? Раскопал что-то, а с нами не поделился? Ты…

– Отстань, Лемо, – простонал его собеседник, сложив ладони в умоляющем жесте. – Я сам недавно выяснил, когда столкнулся на одном из заданий с хитрым и чересчур проворным галуром.

– Вот так мы и узнаем друг о друге много нового! Один про иммунитет к проклятой крови молчит, другой женится непонятно на ком… Семья называется – искренности ни на грош! Ты не мог рассказать, что ли?

– Не имею привычки вдаваться во всякие мелочи!

– Хор-р-рошие мелочи! Ага. Это же имеет непосредственное отношение к работе. Знаешь, иногда бывает полезно знать, на что способен собрат. Особенно при посещении третьего мира.

Иргис поджал губы и замолчал, пряча за ресницами странный блеск голубых глаз.

Ринго, решивший было выразить свое согласие с данным заявлением, резко передумал и быстро переместился с плеча Лемо на спину. Моракоки тоже отлично видели в темноте, в отличие от Маи, которая усердно водила носом, принюхиваясь, и хлопала ресницами, стараясь лучше рассмотреть мужчин. Чуть склонив голову набок, ее несостоявшаяся жертва еще какое-то время изучала обвинителя, затем мягко повернулась в их сторону и, подняв руку, зажгла огонек.

– Так лучше видно, маленькая галура?

Рыжие язычки пламени плясали на его пальцах, не обжигая их. Они освещали лицо, на котором блуждали тени и играла странная, по мнению хвостатой девчонки, улыбка. Тихо пискнув, кровница спряталась за широкой спиной Смерти, отгородившись большим крылом от существа, на которого не подействовала ее метка.

Иммунитет? Но ведь он бывает только у самих галур, а этот тип не… или… да нет же, нет! Невозможно! Но чтобы удостовериться в отсутствии тройного хвоста и мохнатых ушей у мужчины, Мая все-таки рискнула выглянуть из-за своего черно-красного убежища, которое, кстати, подало голос:

– Раз такое дело, Иргис, на тебя теперь имеет смысл свалить все задания по третьему миру.

– Я не против, – ответил тот.

– Какая идиллия! – встрял в их диалог раздосадованный Лемо. – Они друг друга поняли, угу. И вообще, Четвертый! Какого демона вы тут делаете, когда ты сам вместе с Лисенком должен был быть в этом самом мире?

– С кем?

– Ей прозвище подходит. – Второй Хранитель взглянул на высунувшуюся из-за крыла Маю, та шустро нырнула обратно, испуганно дернув на прощание ухом.

– А!

– Ага, – передразнил собеседник уже более спокойным тоном. – Вас-то каким ветром сюда занесло?

– Вирта подсказала, где искать Арацельса.

– Девственница, значит, – ухмыльнулся Иргис, сделав шаг вправо и легко наклонившись в ту же сторону, будто пытался заглянуть за спину четэри и полюбоваться на выражение лица своей несостоявшейся убийцы.

– Кто? – заинтересовался Лемо.

– Вирта, кто ж еще. В противном случае они, по слухам, теряют дар ясновидения.

– Тысячелетняя девственница? – шокированно произнес Смерть и повернулся, чтобы посмотреть на Маю.

– Что? – спросила та, прикрываясь крылом. – Что такое девственница?

– О! – Если бы на красной коже был заметен румянец, большинство присутствующих легко его увидели бы.

– Ого! – с восторгом заявил зеленоглазый, пытаясь заглянуть за спину четэри, как до этого сделал его синеволосый спутник. Обходить крупную фигуру крылатого они оба не спешили, не желали пугать девчонку.

– Тысяча условных лет? Хм… – снова заговорил Иргис. – С учетом того, что вирты девять десятых жизни проводят в сонном состоянии, в которое их специальными зельями погружают жрецы храмов Кровавой богини… Она еще совсем маленькая.

– Сто лет – это мало? – недоверчиво переспросил Смерть.

– За вычетом обычного сна, тренировок сознания, медитаций и…

– О как! Столько информации о кровниках. Что-то не припомню, чтобы такие подробности входили в курс изучения этой расы, – встрял в разговор Лемо.

– Я решил расширить кругозор, – парировал собеседник и, сменив тему, обратился к четэри: – Будь добр, Четвертый, позови маленькую галуру сюда, я не собираюсь ее есть. Даже не обижаюсь за попытку меня убить, это было… забавно. – Последнее слово он произнес с едва уловимым налетом нежности, которую постарался срыть под маской иронии, будто подразумевал что-то совсем другое. – Просто хочу узнать, чем так не угодил ей.

– Она считает, что ты убьешь Арэ Арацельса, – пояснил крылатый, жестом показав Мае явить себя на всеобщее обозрение. Та отказалась.

– Само собой, это наше задание, – спокойно сказал Иргис.

– Я бы на вашем месте не спешил, – устало вздохнул четэри и одним рывком вытащил кровницу из-за спины. Та злобно зашипела и хотела было царапнуть его за руку, но передумала.

– Время покажет, – уклончиво отозвался собеседник, опустив взгляд. – Все равно сначала придется их обоих найти. Благодаря ушастой защитнице мы потеряли последнюю ниточку поиска. Но…

– Но? – повторил Лемо, когда его друг замолчал.

– Если пойти по мирам, я из-за некоторых своих способностей смогу найти тот, в котором самая нестабильная обстановка. Вероятней всего, он нам и будет нужен. Потом останется обнаружить след ауры Хранителя, и…

– Это сложно, – в задумчивости почесав кончик носа, сказал зеленоглазый.

– Но ты ведь сам не хотел торопиться, – улыбнулся собеседник.

– Мы пойдем с вами! – решительно заявил Смерть.

– Зачем это? – насторожился Лемо, в то время как выглянувший из-за его головы Ринго довольно закивал.

– Хочу узнать побольше про вирт. А то Мая ничего толком не рассказывает.

– Серьезно? – Второй Хранитель уставился на девушку, которая от такого пристального внимания покраснела.

– Абсолютно.

– Ну-у-у ла-а-адно, – протянул собеседник. – Так и быть. Ответ принимается… пока я добрый, сытый и…

– …и скромный, – подсказал четэри.

– Типа того, – очаровательно улыбнулся обсуждаемый субъект, подмигнув растерянной кровнице своим светло-зеленым глазом.

Иргис засмеялся, наблюдая за ними. А потом подошел ближе и, присев на корточки, поднес руку к лицу девушки. Огонь гас по мере приближения пальцев к ее щеке, пока не исчез вовсе. Легкое касание мягких подушечек… горячих, но не обжигающих, заставило галуру, прижавшуюся к четэри, вздрогнуть.

– До чего же хорошенькая, – вздохнул несостоявшийся мертвец и, резко отдернув ладонь, поднялся. – Идемте, что ли. Раз напросились. У нас не более двух суток на поиски, – добавил, одарив задумчивым взглядом черно-белый символ на своем запястье.

– Ну-ну, – пробормотал Смерть себе под нос, собственническим жестом обняв кровницу за плечи, – зато у некоторых есть вполне рабочая метка на шее. Даже три.

Иргис понимающе хмыкнул, Мая насупилась, а Лемо с Ринго одновременно махнули: один рукой, а второй полосатым хвостом. Путешествие обещало быть веселым вопреки его конечной цели.

Глава 5

– Может, хватит за мной ходить по пятам? А?

Ноль реакции! Лишь холодное мерцание внимательных глаз в прорезях темно-бордовой маски на пол-лица. У-у-у, как же меня раздражает это существо. Хотя нет, пару часов назад раздражало больше, сейчас уже эмоции пошли на спад, а его присутствие за моей спиной стало казаться чем-то вполне обыденным. Право слово, лучше бы со мной осталась Лаванда. Она, конечно, тоже не сахар, но с ней хотя бы поговорить можно, а этот…

Я покосилась на застывшего в паре шагов от меня Мастера Дэ. Колокольчики на его длинном одеянии тихо звякнули. Как показалось – вопросительно. Своеобразный язык? Возможно.

– Оставь меня хоть на пять минут без присмотра. – Моя просьба его, естественно, не тронула. – Ну куда я денусь с подводной лодки?

Действительно, куда? С территории площадью метров триста, вокруг которой стоит стеной белый туман, особо не сбежишь. Ледяной, неприступный… жуткий. И просочиться сквозь него может только Снежная Волчица, да и то лишь в звериной ипостаси. Что она и сделала полдня назад, бросив меня тут с этим… этим… слов цензурных нет, чтобы его назвать! Даже в кустики без сопровождения не отпускает. Зар-р-раза! Поскорей бы вернулась Лаванда. Она-то в реале оказалась обычной (внешне!) девушкой без мохнатых ушек, хвоста и наряда из морозных узоров, а вот ее напарник так и остался в образе, если не сказать больше: он этот самый образ заметно усовершенствовал. Другой цвет маски и… вуаля![3] Перед вами все те же «люди», но гораздо старше.

М-да… лучше бы он пол таким образом изменил. В присутствии молодой женщины как-то проще влезать без одежды в озеро, нежели делать это под пристальным взглядом мужчины. А мне очень хотелось искупаться.

– Здесь же дно как на ладони. Ничего не случится. Я просто поплаваю немного, и все. Ну же, Мастер? – Умоляющие интонации на моего молчаливого спутника оказали такое же воздействие, как и недавнее раздражение, – то есть никакого.

На небе светило местное солнышко, птички, правда, не пели, но травка зеленела, что уже хорошо. А мы все стояли: я по щиколотки в воде, а он на берегу. И что дальше делать? Плюнуть и устроить бесплатный стриптиз под аккомпанемент его колокольчиков? Неловко как-то… мне, не ему. От последней мысли я загрустила.

По-прежнему желтоволосый, с той же прической, в похожем на предыдущий костюме, он застыл на месте, как разряженный в шелка манекен. Лишь блеск черных, как угли, глаз напоминал, что передо мной живое существо. И все бы ничего, если бы этот гад теперь не выглядел как мой ровесник. Интересно, он специально остановил свой выбор на бордовой маске, всего пару часов походив в фиолетовой и зеленой? Вариант безмолвного мальчишки и степенного старца не вводил меня в такое смущение и вызывал гораздо меньше раздражения. Но, к сожалению, не я тут музыку заказывала. Тоже мне, реальность называется! Место действия изменилось, а правила остались теми же. По крайней мере, для некоторых любителей маскарада и колокольного перезвона.

Хочу домой! Нет, домой нельзя. Тогда куда? К кому? Пф… ну, хотя бы в прохладную воду нырнуть. Надо освежиться и обдумать уже на свежую голову свое нынешнее положение.

Постояв еще немного в надежде, что кое-кто все-таки соизволит избавить меня от своего присутствия, я плюнула на неосуществимые желания и решительно расстегнула куртку, намереваясь осуществить задуманное. Мастер не двинулся с места, он спокойно наблюдал за процессом раздевания. Аккуратно сложив чужую вещь, я оставила ее на берегу и прямо в платье пошла купаться. А что? Подол давно уже перестал быть белоснежным, не мешает его, как и меня, слегка… постирать. Жаль, шампуня с мылом нет, а то бы я с радостью устроила грандиозную помывку и себе и одежде. Это куда приятней, чем щеголять обнаженными прелестями перед малознакомым мужиком в маске.

Поплавать вволю так и не получилось. Во-первых, делать это в длинном платье было не очень удобно, а во-вторых, под немигающим взором Дэ, вопреки моим надеждам, расслабиться и получить удовольствие от процесса никак не выходило. В голову даже заглянула бредовая идея: проверить, что будет, если я прикинусь утопленницей. Но воображение тут же изобразило картинку, как Мастер Снов без тени сочувствия и прочих подобающих случаю эмоций вытаскивает меня за волосы из озера и больше не отходит вообще, а для верности еще скрепляет наши руки наручниками. Жуть! Отогнав эту мысль подальше, я печально вздохнула, в последний раз нырнула и направилась к берегу, на котором меня поджидали вещи в компании с проклятым надзирателем. Мокрая ткань облепила тело и стала полупрозрачной. На секунду я замешкалась, обнаружив этот неприятный эффект, но, встретившись с бесстрастным взглядом мужчины, поняла, что неловкость здесь испытываю только я. А ему, похоже, было глубоко до лампочки, какая на мне одежда и есть ли она вообще. Даже обидно стало: я что, настолько не в его вкусе? Или он не мужик уже? Мое слегка уязвленное самолюбие предпочло второе.

Нацепив босоножки, я подхватила куртку и побрела к месту нашей с Лавандой ночевки, намереваясь переодеться и привести в порядок волосы. Мастер двинулся следом, никак не прокомментировав мои действия. Даже колокольчики не звякнули, лишь тихий шелест одежд за спиной известил меня об эскорте. Похоже, я для него тоже являлась чем-то вроде предмета мебели. Или зверушки, за которой интересно наблюдать. Ну, может, так и лучше… хоть не пристает с расспросами, как волчица. И… и вообще не пристает. Определенно лучше!

В принципе, эти двое вели себя со мной вполне дружелюбно. Покормили, устроили на ночлег под низким навесом из веток. Одним словом, играли роль радушных хозяев и демонстрировали исключительно добрые намерения. Особенно девушка. У нее и язык был хорошо подвешен, и шутить она умела, и смеяться… и фальши в ее речах почти не чувствовалось, даже сладость голоса, которая присутствовала во сне, пропала. Единственное, что меня сильно напрягало, так это повышенный интерес брюнетки к синей перчатке на моей руке. Похожий на краба знак Мастер Дэ стер одним прикосновением, а вот снять перчатку ему не удалось. Она будто стала моей второй кожей, напрочь отказавшись слезать с ладони. Вероятно, Лу как-то по-особому зачаровал свой последний подарок, раз избавиться от него могла только я, и то лишь по доброй воле. Волчица каким-то образом просекла этот момент и долго уговаривала меня дать ей рассмотреть непокорную вещь. Якобы в исследовательских целях. Хотя, может, и так… больно уж странно горели ее глаза во время уговоров. Она даже попыталась добиться своего с помощью гипноза, но, как я уже сказала ранее, «добрая воля» – это были ключевые слова для того, чтобы помочь мне расстаться с фильтром поступающей из Карнаэла энергии. А я лишаться его ну никак не хотела.

Даже жаль, что эти споры остались где-то во вчерашнем дне. Ведь сегодня я получила отличную возможность вкусить всю прелесть компании молчаливого, но надоедливого Мастера, заместившего разговорчивую, но при этом достаточно независимую «сестричку». Почему-то захотелось отмотать пленку назад и вернуться к беседам со Снежным оборотнем, пусть даже и по поводу перчатки.

Одарив Мастера Снов задумчивым взглядом, я достала гребень, который дала мне Лаванда, и принялась расчесывать влажные после купания волосы. Платье и белый лоскут ткани с серебристыми лентами, служивший мне нижним бельем, благополучно сушились на ветке ближайшего дерева. А я, одевшись в длинную и широкую куртку Райса, сидела на лежанке из крупных листьев напротив точно такого же спального места, на котором ночью отдыхала моя новая знакомая. Поскорей бы она вернулась, что ли. Обещала ведь принести мне какой-нибудь удобный костюм и другую обувь. Босоножки и то, что сейчас, будто флаг, развевалось на дереве не самые подходящие вещи для походной жизни. А размещать меня в апартаментах с удобствами, как я поняла, никто в ближайшее время не собирался. Значит, надо было приспосабливаться.

Мастер Дэ после моих пространных рассуждений о том, что мешать женщине наводить красоту в отвратительных условиях опасно для здоровья, благоразумно не полез под навес, но и далеко не отошел: замер метрах в пяти, продолжая держать меня в поле зрения. Да и пусть стоит. Там дерево, тут желтоволосый мужик в шелковом халате… разноплановый такой пейзаж получается, есть за что взгляду зацепиться. Вот, например…

Я не успела додумать. Воздух вокруг стал каким-то вязким, тягучим, словно меня окунули в прозрачный кисель. Мастер ринулся вперед, но налетел на невидимую стену и резко отшатнулся. Губы его дрогнули, глаза нехорошо сверкнули, а потом он вдруг стал менять очертания. Человеческая фигура превратилась во что-то белое, бесформенное, с длинными лентами-щупальцами, потянувшимися ко мне сквозь преграду. Лишь бордовая маска и чернота, залившая прорези для глаз, оставались пугающе-четкими и хищно-холодными. А в следующее мгновение пространство взорвалось яркими вспышками света, утопив в этом фейерверке жуткие отростки, которые уже готовы были меня сцапать.

И я называла это существо мужчиной? Очередная монстрятина на моем пути. Где их разводят в таких количествах, а главное, где прячут от простых людей, которые наивно не верят в чудовищ?

Обдумать данный вопрос я не смогла. Смутные образы и обрывки странно знакомых голосов стали возникать в разноцветных вспышках вокруг меня. Все быстрее, быстрее… потом происходящее начало напоминать безумное мельтешение неуловимых картинок. Весь этот кошмар обрушился на мою бедную голову и едва не довел ее до взрывоопасного состояния. После созерцания второй личины Мастера Снов я, как мне показалось, очутилась в круговороте хаотически меняющихся сновидений, прокрученных на слишком большой скорости. И когда рассудок уже был готов меня покинуть, все неожиданно прекратилось. Будто кто-то сжалился над несчастной психикой землянки и выключил наконец свет.

Э-э-э… и кто же этот таинственный незнакомец?

Чернота перед глазами стала неоднородной. Так бывает, когда закрываешь веки не в темной спальне, а посреди залитого солнечным светом пространства. Я немного подумала и рискнула приоткрыть один глаз. Яркие лучи, пробивавшиеся сквозь крупные… очень-очень крупные красные листья, заставили на мгновение зажмуриться. И тут до меня дошло, что подобный вид вряд ли откроется с земли, а вот с дерева – очень даже. Распахнув глаза, я охнула и схватилась за ближайшую ветку, а ноги, стоящие на другой, предательски задрожали. Пусть эти веточки по толщине и напоминали стволы не самых молодых деревьев в моем мире, но их округлости еще никто не отменял. Да к тому же расположены они были метрах в шести над землей. Вот и скажите на милость, какого черта я тут делала?

– Где твое платье? – Голос за спиной заставил вздрогнуть, а интонация, с которой прозвучал вопрос, внутренне сжаться.

Я бы сейчас с радостью свернулась клубком, как это делают ежи, или спрятала голову в песок по примеру страуса, лишь бы только не отвечать. Если меня про платье спрашивают таким тоном, то чего ждать от жизни дальше? Траурного марша и венка от «скорбящего» супруга? А за что? За какой-то долбаный кусок ткани?!

Я не без усилий задавила в себе желание срочно куда-нибудь сбежать и спрятаться, после чего начала медленно поворачиваться, не забывая при этом хвататься руками за ближайшие ветки, чтобы не свалиться с дерева.

– Ты, значит?

– А что, ожидала кого-то еще?

– Конечно! Что ни день (даже полдня), то новые лица… морды, маски (нужное подчеркнуть). Я уже почти привыкла. А тут… надо же… старый знакомый!

– Знакомый, – эхом повторил он и как-то странно на меня посмотрел. Потом сказал: – Иди-ка сюда, женщ-щ-щина.

– Э… зачем? – искренне озадачилась я, машинально сделав шаг назад.

– Поговорим… по душам, – ответил блондин, наблюдая за перемещениями моих ног. Внимательно так наблюдая, мне аж неловко стало от его повышенного интереса к прикрытым только до колена конечностям.

– Да я и отсюда хорошо слышу. – Беззаботная улыбка, в которую должны были сложиться мои губы, вышла какой-то скованной. – И вижу.

Угу, одного светловолосого типа с красными глазами, на хмурой физиономии которого, как в раскрытой книге, можно прочесть раздражение, смешанное с усталостью. И никакой попытки скрыть эмоции. Непривычно даже.

Выглядел Арацельс и правда не очень. Под нижними веками залегла чернота, щеки впали, цвет кожи стал каким-то землистым, а обычно блестящие волосы потускнели и теперь путаными прядями свисали вдоль лица. Путаными… с ума сойти! Нехило его потрепало с момента нашей последней встречи.

– Мне подойти? – вкрадчиво поинтересовался мужчина, чуть подавшись вперед от ствола, на который опирался спиной.

– Не надо. – Я снова шагнула назад, продолжая держаться за ветку.

– Свалишься, дурочка, – предупредил муж и опять принял расслабленную позу. Ну, почти расслабленную. Некоторая напряженность в нем все равно чувствовалась.

– Так ты меня для этого сюда затащил? Чтобы я упала, да? Чтобы…

– Нет, – оборвал он.

– Зачем тогда?

– Подойди – расскажу. – Муж улыбнулся. Недостаточно искренне, чтобы я купилась.

– Да я лучше тут постою.

– Тогда увы, – развел он руками, после чего сложил их на груди и уставился на меня. Пальцы левой начали мерно постукивать по предплечью. Нервничает? Или злится? – Ты что-нибудь знаешь о лесах Саргона? – Вопрос застал меня врасплох.

– Ну… – Я принялась вспоминать все, что успела услышать от Лу и Райса, однако собеседник истолковал сосредоточенное выражение на моем лице по-своему.

– Понятно, – сказал он. – В этих лесах запрещены убийства.

– А ты собираешься лишить кого-то жизни? – Я напряглась, стала ощупывать ступней поверхность толстой ветки на предмет дальнейшего отступления.

– Будешь перебивать? – недовольно поморщился супруг.

Я отрицательно покачала головой и как примерная девочка приготовилась слушать. Тем более что устойчивое место для очередного «шага назад» было уже найдено. Глупо, да? Куда земной девчонке бегать от Хранителя Равновесия? Но… не попробовать, по-моему, еще глупее.

– На самом деле убийства запрещены только на деревьях Саргона, – продолжил блондин. – Они особенные. И если кто-то попробует нарушить правило, его может настигнуть мгновенная кара. Теперь ясно, почему ты сидишь на ветке, птичка? – Если это была шутка, то пошутил Арацельс слишком мрачным тоном.

– Гм… – Я озадачилась, но явно не тем, чем следовало. – То есть ты меня не убьешь, пока я не слезу с дерева?

– Гениальный вывод, – едко заметил Цель.

– А не скинешь вниз? – пропустив мимо ушей его слова, спросила я.

– По-твоему, я истратил весь свой магический резерв, вытаскивая одну особу из Круга Забвения, как раз для того, чтобы потом устроить ей преждевременную кончину?

– Ну… – Я колебалась.

Если меня не собираются убивать, то какого лешего я изображаю из себя акробатку вместо того, чтобы подойти к своему мужчине и нормально поговорить? Хотя… страшновато как-то, вдруг он решил усыпить мою бдительность разговорами и растянуть удовольствие перед казнью? Эх, о чем я думаю? Было бы у него такое намерение, никто бы моего хладного тела не нашел. И сделал бы он это уже давно.

– Что «ну»? – В голосе собеседника опять послышалось раздражение. – Не доверяеш-ш-шь? – Его побелевшие пальцы впились в собственные предплечья.

– Извини, – выдавила я, отведя взгляд. – Но в свете последних событий… Разве ты не должен меня прибить? Ведь Эра твоя хозяйка, а она ко мне ну о-о-очень недружелюбно относится.

– Иди сюда, – потребовал он. – Обсудим этот вопрос-с-с.

– Нет.

– Ах, нет? – Мужчина прищурился и резко оттолкнулся плечом от дерева.

Сердце испуганно ухнуло, руки затряслись, и я непроизвольно начала пятиться. Ох, не нравился мне его настрой и хищное выражение лица тоже. И куда только смотрел инстинкт самосохранения? Или он никак не мог определиться с тем, что опасней: шестиметровая высота или Хранитель Равновесия? Впрочем, я его понимала.

– Стой! – скомандовал блондин, застыв в паре шагов от меня.

– Сам стой, – ответила, продолжая двигаться назад. Ничего-ничего, ветка толстая, длинная, а там и соседнее дерево неподалеку… – А-а-а-а-а-а-ах! – Нога зацепилась за кривой сук, тело накренилось вбок, теряя равновесие, и я нелепо взмахнула руками, словно крыльями. Ну точно птица. Та, что курица. Перед глазами замелькали листья… Или это были красные пятна? Слишком быстро, чтобы успеть разобраться. И слишком медленно, чтобы прочувствовать весь ужас ситуации.

Он подхватил меня, не дав упасть. А я даже не заметила его перемещений, так была поглощена ловлей воздуха и всего, что попадалось на пути: пыталась найти, за что бы удержаться. Сердце бешено стучало, стук отдавался глухими ударами в висках, в горле пересохло, дыхание сбилось. Пришлось сделать несколько глубоких вдохов прежде, чем я смогла заговорить.

– Может, все-таки затащишь меня обратно на ветку?

– Хм. – Блондин склонил набок голову, рассматривая мою раскрасневшуюся физиономию.

Он сидел на корточках и без особых усилий удерживал мое тело на весу. Как назло, нижние ветки располагались немного в стороне, и достать до них ногами я не могла. Да и особо брыкаться не хотелось. Во-первых, зачем рисковать шаткой безопасностью (вдруг Арацельс истолкует эти движения как желание вырваться и по доброте душевной решит меня отпустить?), а во-вторых, при отсутствии белья лучшая поза в таком… мм… подвешенном состоянии – это скрещенные ноги. Так я и поступила, не забыв заодно состроить грустную мордашку и жалобно проскулить:

– Ну пожа-а-алуйста.

– А что мне за это будет? – полюбопытствовал белобрысый гад с совершенно невинной улыбкой.

– А чего хочешь? – осторожно спросила я, справившись с желанием «приласкать» его нехорошими словами. Вот поможет обратно забраться, тогда и… поговорим. А пока я лучше буду паинькой.

– Сними эту куртку.

– Да щаз-з-з-з! – вырвалось у меня.

– Что? Дорога как память?

Мне кажется или он опять злится?

– Под ней просто ничего нет, идиот! – вспылила я, ухватившись руками за Цель. Мало ли, вдруг неправильно отреагирует, а падать ой как не хотелось. Теперь если лететь, то вместе с ним.

– Совсем?

Он что, издевается?

– Пожелай чего-нибудь другого, а? – поторопила я события, так как испытывала в висячем положении жуткий дискомфорт, да еще и находилась под крайне заинтересованным взглядом мужа.

– Ну хорош-ш-шо, – сказал Хранитель и, склонившись ко мне, озвучил свое требование: – Я сделаю тебе один подарок, и ты никогда с ним не расстанешься. Договорились?

– Если это не путевка в загробную жизнь с отдельными апартаментами на кладбище…

– Это цепочка.

– Я согласна! Ну же… помоги мне теперь забраться на ветку. А то я чувствую себя как-то по-дурацки.

Что он там говорил? Магический резерв исчерпан? Да, наверное… но на физической силе это точно не отразилось. Во всяком случае, меня супруг поднял, как пушинку, и… уложил спиной на все ту же ветку. Лучше бы животом, так хоть обхватить ее руками и ногами можно было бы, а сейчас… чуть двинься, и повторится недавняя история с полетом, только теперь из горизонтального положения. Я хотела было сесть, как этот… нехороший человек (Хранитель-демон-еще варианты?) навалился сверху и буквально припечатал мое бедное тело к жесткой коре. А на ней сучки, неровности, и веточки, те, что помельче, берут начало, и… и все это разом впилось в спину через ткань Райсовой куртки. Незабываемое ощущение! А учитывая вес супруга, вольготно расположившегося на мне… вообще красота.

– Не дергайся, женщ-щ-щина, а то вместе свалимся.

Потрясающая перспектива!

– Т-ты, – пропыхтела я, пытаясь оттолкнуть мужа. Осторожно так, чтобы сказанное им не осуществилось. – Ты меня з-зачем спасал? Чтоб убить особо жестоким способом?