Мой огненный и снежный зверь Никольская Ева
С другой стороны, если верить Лу, чистокровных Высших, которые не закончили свою бурную жизнь в образе корага, остались единицы, полукровкам оказалось легче контролировать дарованный от рождения магический потенциал. Да и дети от смертного или смертной почему-то появлялись чаще. Хотя чаще – это громко сказано, у Лу, например, с его-ее женами и мужьями, а также с бесчисленными любовниками и любовницами за девять тысяч лет так никто и не родился. Зато у его отца имелось целых два потомка, причем сын был демоном, а дочь – богиней Света. Оригинально все-таки у этих тварей синеоких гены стыкуются. Попозже расспрошу Лу и о его семье, и о Эллейбрусе, и о Безмирье вообще. Потом, когда Кама… – Мысль оборвалась, а глаза затуманили непрошеные слезы. – Я буду жить. Еще час, день, неделю… может быть, вечность, а он уйдет. Несправедливо!»
– Не плачь, кареглазая, – раздалось над ухом. От неожиданности я вздрогнула и резко повернула голову, хлестнув себя по лицу спутанными волосами, в которых чудом держалась последняя лента. – На. Поешь еще ягод, – протянул мне очередную веточку с приятными на вкус «бусинками» Райс. – Хватит себя изводить. От этого ему лучше не станет. Парень все равно умрет, а с того света, увы, не возвращаются.
– Арацельс вернулся, – закусив губу, возразила я и… приняла угощение.
Выходит, догадались, что не сплю. Значит, разговор такой специально затеяли? Или меня здесь за свою держали? Потому обсуждать и не стеснялись. Хотела бы я это знать. Жаль, правду никто не скажет. А если и скажет, кто ж им поверит?
– Так его Эра через Ритуал единения с корагом протащ-щ-щила, – плюхнувшись рядом со мной, заявил Лу.
Темная прядь волос упала на лицо юноши, скрыв от меня большую его часть. Устроившись рядом, демон принялся таскать ягоды с принесенной мне Райсом веточки, на что тот недовольно зашипел и ядовито поинтересовался, с какого голодного острова сбежал перевертыш. Пока синеглазый прохвост отбрыкивался, говоря о потере сил, отнятых установкой трех защитных кругов и двадцати восьми ловушек, реагирующих на магические колебания и обычные движения, эйри продолжал шипеть, чем сильно напомнил мне ныне действующего Первого Хранителя. Живого, здорового (ну, практически, разве что на голову малость контуженного, но это у него и раньше наблюдалось) и… стоп. Воскресшего?!
– Лу! – Своим воплем я оборвала на полуслове их бурную дискуссию на тему поляны с ягодами, к которой демон был совершенно равнодушен некоторое время назад, зато теперь вдруг вспомнил, что хочет жрать.
Оба собеседника замолкли, уставившись на меня. Я медленно села, посмотрела на Каму, так как испугалась, что потревожила его сон. Но… разве покойника криками разбудишь? А парень сейчас был больше мертв, чем жив.
– Что тебе, куколка? – приподняв черные брови, полюбопытствовал демон, когда я наконец перестала изучать раненого и перевела взгляд на него.
– Скажи, ты можешь совершить такой же ритуал, какой провела с Арацельсом Эра?
– Единение?
Я кивнула и протянула ему заметно ощипанную веточку. Зачем дразнить собственный аппетит? Все равно мне таким количеством ягод не наесться, а Лу подарок будет в удовольствие.
– Камы с корагом? – уточнил собеседник. Мой повторный кивок был ему ответом. – Хм… – не спеша оборвав пару ягод под тяжелым взглядом Райса, перевертыш отправил их в рот и беззаботным тоном объявил: – Пожалуй, это будет интерес-с-сно.
– То есть… да?
– Можно попробовать.
– Не майтесь дурью! Мальчишке ваша затея не поможет! – почему-то взбеленился одноглазый.
Это его из-за ягод так переклинило или он ярый противник всякого рода обрядов? То венчание мое ему не нравилось, теперь вот последнюю попытку спасения Третьего Хранителя решил зарубить на корню. С чего вдруг?
– Да ладно тебе, кто знает, что за эксперименты ставила над вами Эра? Если один из вас пережил обряд и сохранил при этом рассудок, то и со вторым, возможно, получится. Так что не вс-с-стревай, – отмахнулся демон веточкой, чем привел оппонента в еще более мрачное состояние духа.
– Нет, я понимаю, девушка… молодая, наивная, измученная событиями последних дней и огорошенная своей новой ролью в устройстве семи миров. Ей простительно. – Бывший Хранитель сплел на груди руки и с вызовом посмотрел на спокойно жующего остатки ягод Лу. – Но ты… древность ходячая! Неужто не ясно, что с Арацельсом дело нечисто? Или мозги за столько тысяч лет окончательно атрофировались?
– Ну, нечисто, – пожал плечами мой первый супруг. – И что с-с-с того? С одним, с другим, с третьим… Не думаю, что Эра натаскала в Карнаэл заурядных людей. Ты, например…
– Вот! – перебил его Райс, раздраженно дернув шеей. Он вытащил из-под ворота рубашки тонкую цепочку с овальным медальоном, повертел ее в руках, будто раздумывая, стоит ли расставаться, после чего решительно бросил собеседнику. – Полюбуйся. Никого не напоминает?
– Хм… симпатичная блондиночка, – разглядывая изображение на одной из серебристых половинок, вынес вердикт демон. – Адресок дашь?
– Луана-а-а, – простонал красноглазый мужчина, опускаясь на примятый мох с другой стороны от меня. – Прекращай этот балаган! Ты все прекрасно поняла.
– Не называй меня в мужском обличье женс-с-ским именем, – как бы между прочим проговорил Высший и, вскинув голову, поинтересовался: – Если она его мать, то это, стало быть, отец? – Указательный палец юноши ткнул на вторую картинку, помешав мне рассмотреть выгравированное на ней лицо. – Ну? И кто из них демон?
Ась? Я что-то в жизни упустила? Вроде Хранителей набирали из людей-магов (не считая четэри) или меня неверно информировали в начале знакомства? Если Арацельс полукровка, тогда понятно, почему он смог справиться со своей ночной сущностью в Срединном мире и не покалечил меня в тот раз. Да и его способности, проявившиеся во время испытаний, устроенных Лу на площадке для Аваргалы… Все сходилось. Но если снежный блондин тоже из Высших, да еще и с огненным корагом слился во время Ритуала единения… хм. Это что ж за экспонат тогда получился? Два в одном? Одно из двух? Супер-гипер-мощное-чудище на службе у грымзы без лица? О-о-о! И он мой муж? Может, стоит поискать в этом милом лесу другого плана ягодки? Или грибочки там… поганочки. Чтобы и поужинать, и отравиться заодно. Ведь если Эра настроит Первого Хранителя против меня – я труп.
Сердце защемило, в зажмуренных глазах замелькали красные пятна, а в висках испуганно застучало: «Только не он, только не он, только не…»
– Не демон! То есть не совсем демон. – Слова Райса как лавина обрушились на меня, заглушив похожую на заклинание мысль.
Не совсем, значит? Уже легче.
– А кто тогда?
– Хранитель Равновесия, – после недолгой паузы все-таки ответил эйри.
– Не ты ли? – со свойственной ему бесцеремонностью осведомился Лу.
– А разве похож? – Алый глаз мужчины превратился в темную щель, а от голоса, насквозь пропитанного злой насмешкой, пахнуло ноябрьской стужей.
– Да не очень, – пожал плечами перевертыш и, нагло ухмыльнувшись, предположил: – Разве что у художника руки не из того мес-с-ста росли.
– Представь себе: из того. – Мужчина скривился, не глядя на нас. – У этих портретов удивительное сходство с оригиналами, – тихо добавил он и, перейдя на шепот, сказал: – С давно почившими оригиналами.
– С-с-смертные. – Губы демона исказила циничная улыбка. Неприятная и отчего-то напряженная. – Эра, что ли, папашу Арацельса прикончила?
Теперь напряжение перешло и на нас с Райсом. Он какое-то время молчал, глядя на смятый бутон, белым лоскутом застрявший в серебристо-зеленом мху. А я не сводила с бывшего Хранителя широко раскрытых глаз, ожидая продолжения истории. В памяти промелькнул недавний рассказ эйри о причинах, побудивших его много лет назад провести Аваргалу. Кусочки информации постепенно стыковались, но бесчисленные пробелы не давали составить мозаику. Я хотела узнать больше, перевертыш тоже, и Райсу ничего не оставалось, как поведать нам о судьбе родителей Арацельса.
Раз уж заикнулся, назад дороги нет. Вернее, все пути к отступлению искусно перекрыл сгорающий от любопытства Лу, который, как выяснилось, понятия не имел о медальоне. За столько-то лет совместного существования? Хм… Доверие в демонических семьях, похоже, не занимает ведущих позиций. И почему меня это не удивляет?
Голос рассказчика звучал сухо и как-то… монотонно, что ли: без всплесков эмоций, без особого выражения или надрыва. Пальцы его теребили несчастный цветок, то сминая, то разглаживая тонкие лепестки, а кроваво-красный взгляд за время рассказа так ни разу и не пересекся с нашими. Я же слушала и представляла, как это было… словно наяву. Мои мысли помимо воли унеслись далеко от насущных проблем, я даже про Каму умудрилась забыть, увлеченная грустной сказкой о чужой любви и несбывшихся мечтах.
– Ее звали Нелл, она была младшей дочерью богатого торговца… – говорил Райс, а мое воображение рисовало образ хрупкой блондинки с пепельно-белыми волосами и улыбкой, достойной богини. Как на портрете. Только в красках и движениях. А фантазия, надо заметить, у меня бурная, и о-о-очень…
…Итак, ее звали Нелл. Где и когда это нежное создание умудрилось познакомиться с Ардом, который уже больше сотни лет был Третьим Хранителем Равновесия, история умалчивала. То есть об этом умолчал рассказчик, сославшись на то, что его покойный друг и сослуживец никогда не распространялся о таких подробностях из своей личной жизни. Он вообще никому и ничего о ней не говорил. Просто раз в год исчезал на сутки в первом мире и возвращался с улыбкой счастливого безумца, не сходившей с его лица неделями. А потом начинались месяцы тоскливого ожидания и работы. Работать он готов был все дни напролет, будто искал спасения от гнетущего ожидания в бесконечных заданиях и тренировках. Любому было понятно, что мужчина влюблен. И это не минутный всплеск безудержной страсти, не временное увлечение, а та самая настоящая любовь, которая не угасает со временем, не забывается в разлуке и ни на миг не отпускает тех, кто попал в ее крепкие сети.
Над Ардом подтрунивали все кому не лень, интересовались личностью неизвестной пассии, а также днем грядущей свадьбы. На что Хранитель либо отшучивался, либо отнекивался, либо просто махал рукой и уходил по своим делам. Но не рассказывать о той, что навсегда прописалась в его сердце, было трудно. О ней хотелось говорить, чтобы в словах, как в мыслях и снах, оживал образ любимой. Снова и снова… так легче дотянуть до очередного свидания. И однажды Ард все-таки раскололся. Лишь самому близкому другу он показал подаренный возлюбленной медальон и доверил тайну их отношений. С этого момента Райс и оказался втянутым в вереницу роковых событий. Некоторые секреты лучше не пытаться выведывать, какими бы невинными они ни казались. Неугасающие чувства, затянувшийся роман, что может быть плохого в любви? Как выяснилось, много!
Красноглазая женщина из небольшого городка и черноволосый мужчина из другого мира, молодая художница и Хранитель Равновесия. Она сама выгравировала те портреты, соединив их в кулоне. Чтобы он помнил о ней, чтобы возвращался… пусть редко, пусть ненадолго, лишь бы не уходил навсегда. И он стремился в ее края, потому что желал увидеть любимую больше всего на свете. Но правила были писаны для всех, и Эра строго следила за выполнением установленных ею законов. Нашел свою половинку? Отлично! Хочешь быть с ней чаще, чем разрешено? Что ж… преподнеси избраннице Заветный Дар с частичкой своей души и приводи ее в Дом.
Нелл и Ард. Они могли бы стать потрясающе красивой парой, не окажись кое-кто упертым бараном, считавшим, что жизнь с чудовищем в стенах Карнаэла не подходит для его женщины. Чертовски знакомые выводы, яблочко от яблоньки, угу.
Эра, без сомнения, знала о личности эйри, приглянувшейся Хранителю. С ее подручными средствами и демоническими способностями проследить за скрытным подчиненным особого труда не составляло, а к тому же не было никакой сложности и в том, чтобы собрать информацию об искомом объекте. Демоница молча наблюдала за развитием романа, все больше сокращая время пребывания Арда в первом мире. Демон без лица стремилась лишить беднягу любой возможности увидеть свою возлюбленную. Пусть издалека и мимоходом, пусть в крылатой ипостаси, но раньше он мог хотя бы наблюдать за ней, оставлять ей письма и подарки, а затем… все кончилось. Точнее, посещения первого мира для Третьего Хранителя стали ограничиваться единственным отпускным днем.
Ожидая редких встреч со своим избранником, Нелл с головой окуналась в творчество, чтобы забыться до его возвращения, а потом быть счастливой целые сутки. Один день и… одну ужасно короткую ночь, которой им всегда не хватало. Но ради этих мгновений стоило жить, стоило ждать, стоило любить и мечтать, окружая себя стеной неприступности для тех, кого сватал ей в мужья отец.
Однако в каждом обществе свои законы. До замужества дочь опекают родители, в чьем доме она обязана жить. Женщина-эйри, не ставшая женой и матерью до тридцати лет (в первом мире год по длине почти равен земному), должна была до конца своих дней поселиться на острове, который напоминал монастырь под открытым небом. Закрытое поселение жриц богини-отшельницы. Ей поклоняются те, кто не встретил свою судьбу или не смог удержать ее. Поэтому не было ничего удивительного в стремлении отца с матерью устроить личное счастье их «бедной девочки», возраст которой медленно, но верно приближался к вышеназванной отметке. Положение в городе они занимали хорошее, а значит, и желающих породниться с этой довольно богатой семьей нашлось немало. Как говорится, выбирай – не хочу! Ну… Нелл в общем-то и не хотела. Упиралась, плакала, пыталась сбежать из дома, ссорилась с родными и ждала, ждала, ждала… того единственного, который был ей нужен.
Почему он не забрал ее с собой, когда любимая просила? Почему пошел на разрыв отношений, когда ей так требовалась его поддержка? Почему… ох, да ясно почему! Был тут один белобрысый с такой же упертой точкой зрения на брак, заключенный под крышей Карнаэла. И тоже ведь… доигрался. Короче говоря, отец Арацельса решил отказаться от возлюбленной для ее же блага. Вот только вспыхнувшая ссора обернулась пожаром страсти, и все доводы рассудка сгорели в этом пламени без следа. Возможно, не будь тогда полнолуния (вернее, полно-Румия, если правильно называть спутник той планеты), мужчина смог бы довести свой план до победного конца. Но… в такие редкие ночи, под пристальным оком небесного светила, контроль Хранителей над их демоническими сущностями очень слаб. Достаточно небольшого толчка, чтобы выпустить рвущегося на волю корага. Внешность по-прежнему остается человеческой, ничем не отражая борьбы двух крепко связанных между собою душ, поселившихся в одном теле. Угроза потери, слезы любимой, ненависть к самому себе и понимание того, что всю оставшуюся жизнь он будет сходить с ума, вспоминая о ней, – все это послужило тем роковым толчком, который окончательно подорвал шаткий контроль Хранителя над демоном.
Как Нелл впоследствии рассказывала Райсу, ставшему ее близким другом, та ночь сохранилась в памяти навсегда. Ей казалось, что она провела ее в объятиях двух совершенно разных мужчин с одинаковым лицом. Один – страстный и заботливый и другой – словно сорвавшийся с цепи зверь… Первый был живым и теплым, от второго веяло могильным холодом. Но Нелл не боялась, она любила своего избранника во всех проявлениях. Любила отчаянно, безумно, и, видят боги, он отвечал ей взаимностью.
Воистину! Иначе судьба не дала бы им пережить последовавшие вслед за этим события.
Через несколько недель женщина узнала, что беременна. Еще через пару поняла – с ней что-то не так, но она и представить себе не могла, что дело в ребенке, которого ее хрупкий человеческий организм просто не способен выносить без определенного допинга. Нелл начала стремительно стареть. Каждый новый день шел за год, оседал тонкими и пока еще слабо различимыми морщинками на красивом лице. Неизвестно, чем бы все это кончилось для несчастной эйри, если бы Ард не попросил Райса, отпуск которого должен был пройти как раз в ее мире, передать любимой послание. Последнее, как он думал. Глупец! И почему мужчины так часто пытаются решать все за нас, женщин?
Весть о странном недуге, поразившем возлюбленную, привела Хранителя в шок. Он окончательно потерял покой и готов был под любым предлогом отправиться к ней. Однако с Эрой не поспоришь, у демоницы разговор короткий: либо приводи Арэ в свою каэру, либо сиди и не рыпайся, дорогой. Мужчина даже подумывал над тем, чтобы подчиниться и сделать эйри своей невестой, если это поможет ей справиться с неожиданной болезнью. Но беременность… Арду больно было даже думать о том, что может сотворить с ней и ребенком его ночная ипостась. В конечном счете нервы у будущего папаши окончательно сдали, и он рассказал Хозяйке Карнаэла о болезни и интересном положении Нелл, наивно полагая, что эта многоликая тварь еще не в курсе. Куда там… после последней встречи влюбленной пары она отслеживала каждый шаг будущей матери. Кому, как не Эре, было знать, что случается с жертвами ее экспериментов в полнолуние. И демонице сложившаяся ситуация явно нравилась.
Ард не заподозрил подвоха, когда демон без лица, выслушав подопечного, вдруг кардинально поменяла свою точку зрения на данный вопрос. Во-первых, она прекратила настаивать на свадебном обряде, во-вторых, позволила Хранителю посещать первый мир (правда, в ангельском виде и исключительно по работе, но уже и это было кое-что), и, в-третьих, Эра пообещала свою помощь больной женщине, к которой якобы прониклась симпатией и уважением. Ну-ну, лапшу на уши эта эксцентричная особа, похоже, умела вешать так же хорошо, как и производить впечатление на окружающих. Так что тормозом был Ард, и, по всей видимости, не меньшим, чем Кама, раз не просек замыслы своей работодательницы. Вскоре Нелл получила в подарок флакон с «Хрустальными слезами», которые не только остановили процесс старения, но и вернули женщине облик семнадцатилетней девушки. Единственное, чего демоница потребовала от Третьего Хранителя за услугу, – это неразглашения сведений о происходящем. Она не хотела, чтобы кто-то из стражей знал о скором рождении ребенка. Еще бы! С ее-то планами! Вот только поздновато спохватилась, змеюка синеглазая. Помимо Райса Ард уже успел отправить к Нелл Лина – Пятого Хранителя, чей отпускной день в первом мире был еще не использован в том условном году.
Трое из семи… Почти половина. Но на пути к желанной цели подобные жертвы казались сущей ерундой. Хранители? Им можно найти замену, ведь сильных магов достаточно, а поставить неугодных в смертельно опасную ситуацию Духу Карнаэла не так уж и сложно. А вот заполучить полукровку, отец которого – ледяной кораг, это совсем другое. Такой необычный материал для своих экспериментов Эра упустить просто не могла. Поэтому и организовала нападения на тех, кто знал о беременности. Убийцы, нанятые для этой грязной работы, были отлично осведомлены о самых уязвимых местах на человеческих телах Хранителей, а также снабжены сильным магическим оружием и прекрасно информированы о том, где искать живые мишени.
Захваченный врасплох Лин погиб вместе с молоденькой любовницей в одну из выходных ночей. Арда убили во втором мире, куда он по наводке Эры отправился за специальным эликсиром, будто бы необходимым для Нелл. Отец не дожил до рождения сына всего пару месяцев. Зато Райс (первое покушение на него не увенчалось успехом, а после второго он провел Аваргалу и стал обладателем амулета, который скрывал его от слежки демоницы) получил возможность увидеть мальчишку, ставшего причиной смерти его лучшего друга, а потом поддержать молодую мать после тяжелых родов и потери возлюбленного. Исчезнув из Карнаэла, эйри мог спокойно путешествовать по семи мирам, не задерживаясь надолго на одном месте. Таковы были условия обладания подарком Лу, за который мужчина расплатился собственным глазом.
Предварительно обсудив с Нелл небольшую тактическую хитрость, Райс представился ее родителям как богатый путешественник из очень далекой страны, желающий жениться на их дочери. Пусть это было неправдой, проверять, что происходит, все равно никто не кинулся бы. Так что провернуть эту авантюру труда не составило, ведь бывший Хранитель, как и беременная женщина, был эйри. По традициям их мира свадебный обряд проводился в узком кругу приближенных в доме жениха, а потому обрадованные неожиданной новостью родные без задней мысли собрали свое младшее чадо в дорогу и взяли с дочери слово обязательно присылать им весточки из чужого края. Возвращения Нелл родители не ждали, ибо… так тоже было положено. Жена – собственность мужа, с момента бракосочетания она полностью находилась в его власти.
От возможности существования таких законов меня слегка передернуло. А от мысли, что я вроде как тоже замужем за одним из эйри, стало совсем не по себе. Но рассказ продолжался, и я снова окунулась в калейдоскоп сменяющихся картин, рисуемых моим воображением.
Затеявший этот спектакль Райс преследовал единственную цель: спрятать возлюбленную погибшего друга и ее сына от всевидящего ока Эры. Задачка оказалась не из легких: таскать за собой женщину с младенцем было сложнее, чем скрываться от погони, нанятой демоном без лица. Время шло… Они постоянно переезжали, меняя дома, города, страны, миры… почти целый год, пока наконец Луана не уговорила Райса провести с ней свадебный обряд с равноценным обменом силами: таким образом перевертыш хотел захватить Карнаэл.
Хорошая была попытка, но, увы, неудачная. У Эры остались и власть и могущество, а бывший Первый Хранитель во время провалившегося захвата получил тяжелые травмы. После этого Нелл решила, что им следует расстаться. Мальчику нужны были дом и уют, а не бесконечные скитания, а Райсу – безопасное место для зализывания ран. Так женщина оказалась в ничем не примечательном поселении своего мира, под крышей чужого дома, пожилые хозяева которого сдавали комнаты внаем. А Райс перебрался жить в Дом Лу – Эллейбрус. Восстановив силы, мужчина продолжал время от времени навещать некогда родную связку миров, чтобы встретиться с Нелл, которая неплохо зарабатывала, продавая собственные картины в художественной лавке, но и от его помощи не отказывалась, так как воспитание и обучение обладающего выдающимися магическими способностями сына требовало больших затрат. Жене-демонице Райс, естественно, о своих похождениях не рассказывал, объяснял подобные походы обычной ностальгией по прошлой жизни. Они с Луаной изначально договорились о свободных отношениях. К тому же семнадцатый муж Высшего демона всерьез опасался, что его супруга заинтересуется Арацельсом не меньше, чем Эра. А лишать Нелл ребенка мужчина не хотел. Она души в нем не чаяла, постоянно искала в мальчике черты покойного отца. Любовь к Арду не стала слабее после смерти Третьего Хранителя. Это было как наваждение, как неизлечимая болезнь и… самое большое счастье, навсегда оставшееся в ее памяти и в крови их единственного сына.
Слушая Райса, я чувствовала его искреннее восхищение Нелл, как бы он ни старался это скрыть. Мой телохранитель наверняка любил ее как сестру, а может, даже и больше. Да кто же признается-то, осенний господин – точно нет. Но, говоря об этой женщине, он заметно менялся: черты лица становились мягче, а сквозь нарочито сухой тон проскальзывали теплые нотки. Любил… однозначно. А в каком именно качестве? Да какая теперь разница…
Закончилась история трагически. Предварительно парализовав жертвы заклинанием неподвижности, неизвестные сожгли Нелл вместе с новой семьей, той самой, которая около десяти лет назад дала ей с сыном кров, а потом и приняла мать и мальчика как родных. После того жуткого кошмара Эра, нанявшая магов-убийц для Нелл, забрала двенадцатилетнего парнишку в Карнаэл, предварительно подчистив память ребенка. Он был в шоке. Ослаблен, уязвим, подавлен. А демоница предстала перед ним как олицетворение новой жизни и возможность сбежать из мира, в котором больше не оставалось близких людей – тех, которых ребенок не смог спасти, несмотря на отчаянные попытки сделать это. Но куда мальчишке-недоучке (пусть и с примечательной родословной!) до небольшого отряда хорошо подготовленных чародеев? Происходящее оказалось своеобразным тестом для проверки его магических способностей и нелегким испытанием для психики.
Очевидцы потом долго вспоминали, как посреди летней жары на горящие стены усадьбы падали крупные хлопья снега, сбивая остатки прожорливого огня. Но снегопад не мог спасти мертвецов, лишь накрывал погребальным саваном их общую могилу. А когда растаял снег, начался ливень. Это небо рыдало, оплакивая погибших.
Мне почему-то вспомнились строчки из тетради Арацельса. И еще я четко поняла, что здесь, в семи мирах, демон без лица очень сильна и если она захочет кого-то найти, рано или поздно сделает это. Как нашла Нелл… так отыщет и меня.
Рассказ закончился, а мы продолжали молчать. Каждый думал о своем. Взглянув на мою грустную физиономию, Райс сказал:
– Ну что загрустила, кареглазая? Напридумывала небось всяких глупостей? – Улыбка его, как обычно, получилась кривой, но была вполне дружелюбной. Волосы цвета темного шоколада обрамляли лицо. А вокруг по-прежнему царила осень. Царила вокруг него, а не вокруг нас. Когда мы переместились в этот лес, я подумала, что попала в какой-то осенний месяц чужого мира. Но… ошибочка вышла. Здесь в красно-желтые цвета деревья одевались летом. А осень… ею пахнуло лишь потому, что я оказалась в объятиях бывшего Хранителя. – Не дам я тебя в обиду, – пообещал Райс. – Ты мне… нам, – поправился он, бросив быстрый взгляд на Лу, который перекатывал между пальцев серебряную цепочку с закрытым медальоном, – самим нужна.
– Вот уж… успокоил! – Из моего горла вырвался вялый смешок.
– Могу еще и приласкать, – подмигнул Райс своим вампирским глазом.
– Чем-нибудь тяжелым? – Издевательские интонации против моей воли проскользнули в намеренно спокойном тоне.
– Хм. – Собеседник в глубокой задумчивости посмотрел на перевертыша. – Лу, как считаешь, у меня рука тяжелая?
– Угу. Очень, – ответил демон, развалившийся рядом с так и не пришедшим в сознание Камой. – Особенно когда ломаешь нос или бьешь в глаз на тренировках.
О как! И этот, значит, любит фингалы друзьям ставить? Может, у мужчин-эйри так принято? Олицетворять собой времена года и метить «фонарями» всех подряд? А еще красноглазые периодически выходили из себя и впадали в крайности. Хотя нет, за Райсом я пока такого не замечала. Но и в невесты ему меня не навязывали, разве что мы могли пересечься в общем гареме Лу. Впрочем, это его мало беспокоило. Если не сказать, что радовало. Во всяком случае, никакого негатива в свой адрес со стороны бывшего Хранителя я не ощущала и, как ни странно, доверяла своей интуиции. Надеюсь, не напрасно.
– Только Арацельса не убивай, когда он к вам явится, – совершенно серьезно заявил Лу, сводя на нет легкий привкус иронии, окрасившей наш короткий разговор. – У меня на этого молоденького Высшего свои планы.
– Эй! – нахмурившись, воскликнула я. – Какие еще убийства?! Вы же сказали, что они здесь запрещены? А ловушки? Так это для Хранителей, а не для местного зверья? За нами что, скоро придут? За мной?
– Обязательно придут, – вздохнул демон, жуя давно оставшуюся без ягод веточку. – Не сюда, так в другое место. Не стражи, так нанятые Эрой убийцы из местных. Ты же слышала историю. Думаешь, демон без лица изменила своим привычкам? Вот уж вряд ли. – Он усмехнулся.
– Пф, – вздохнула я. – Нет, мне, конечно, было ясно, что беззаботная жизнь закончилась, но… зачем убивать Хранителей? Почему не скрыться от них, пока Карнаэл и я… пока мы…
Слова начали путаться, мысли захлебнулись в волне неприятных предчувствий, а в груди тоскливо заныло разбитое сердце. Можно не встречаться больше с теми, кто стал дорог, лишь бы знать, что у них все в порядке. Можно даже не знать… этот вариант тоже приемлем. Но называть врагами… друзей? За что?!
«Пешка, я просто пешка в чужой игре… – закружилась в голове давно знакомая мысль. – Поскорей бы уж стать королевой!»
– Ус-с-спокойся, куколка, – сказал Лу. – Райс защитит тебя и спрячет, когда возникнет такая необходимость.
– И убьет для этого своих бывших сослуживцев? – Я повернула голову и впилась взглядом в лицо мужчины, от которого сейчас особенно остро пахло осенью. Хмурой, дождливой, ветреной и… холодной.
– Если понадобится. – Его голос не дрогнул, а в алой радужке здорового глаза не отразилось никаких эмоций.
Ложь! Маска! Я знала, что ему так же хреново, как и мне! Вот только… откуда вдруг такие познания?
– Ну-ну. – Мрачно усмехнувшись, я кивнула в сторону раненого и ядовито спросила: – Его сразу добьете или все-таки попробуете спасти ради исключения?
– Катя…
– Точно! Мы же решили провести ритуал! – воскликнул демон и вскочил на ноги. – Парень почти дош-ш-шел до нужной кондиции, чуть-чуть подкорректировать состояние – и будет готов к Единению. Надо поторопиться, пока мой лимит времени на пребывание тут не ис-с-стек, – улыбнулся Лу и, перестав вертеть в руках медальон, вручил его владельцу.
– Вы что, глухие оба? – Красный глаз гневно сощурился, губы скривились. – Я же сказал, что у вас ничего не получится! Вы только убьете мальчишку.
– Как будто он сейчас жив, – философски заметил Лу, разминая пальцы рук, будто массажист перед сеансом. – Так… бледное подобие бытия.
– Но сейчас он человек, а потом станет чудовищем, – Райс тоже поднялся и принялся сверлить мрачным взором физиономию перевертыша, который склонился над Хранителем, изучая его лоб и что-то прикидывая.
– То есть? – рискнула ввязаться в их диалог и я.
– Если ритуал пройдет удачно, кораг поглотит личность Камы, превратит его в монстра с человеческим лицом. Если нет – раненого ждет мучительная смерть.
– Всегда есть варианты, – подняв голову, проговорил Лу. – Хватит стращать девуш-ш-шку, не будет никакой мучительной смерти… только быстрая и безболезненная.
– Что? – ошарашенно выдохнула я.
– А… вот и все, – радостно соскалившись, сообщил собеседник, подмигнул мне своим сапфировым оком и… щелкнул пальцами.
Тва-а-а-р-р-р-рь!
Тело парня тряхнуло, словно от электрошока. Голова запрокинулась, глаза резко открылись и… застекленели. А по ярко-голубой поверхности покрывала начало стремительно расползаться темно-красное пятно.
Как же мне стало плохо! Кажется, в голове сгорели все предохранители и что-то конкретно так перемкнуло. Назвать по-другому отчаянную попытку наброситься с кулаками на Высшего не могу. Уж и не знаю, чем бы закончилась такая инициатива, не окажись рядом Райса, который вовремя сцапал меня за шкирку и, подхватив, оттащил на безопасное расстояние. На безопасное для моей взбесившейся персоны, а не для демона, естественно. Хотя Лу недовольным не выглядел. Слегка обалдевшим – это да. Очень натурально изобразив удивление, убийца Камы похлопал длинными ресницами и тихо так прошипел:
– Ш-ш-шла бы ты, милая… отдыхать. Иди, иди давай: водички попей, остынь там. А то нервы совсем расшалились. На собственного мужа кидаеш-ш-шься. А если бы я…
– Угрожаешь? – Мой голос был не очень-то испуганным. Видать, мозги окончательно расплавились от ярости, смешанной с болью и обидой.
Я дернулась, безуспешно пытаясь избавиться от капкана чужих рук. Без толку. Каким-то чудом мне удалось извернуться и двинуть эйри локтем в живот. Мужчина недовольно крякнул и скрутил меня так, что даже дышать стало делом повышенной сложности.
– Вовсе нет, куколка. Но вырубить с-с-случайно мог бы. У меня же реакция веками отточена, – пояснил перевертыш и, присев рядом с Третьим Хранителем, принялся выводить кончиком пальца какой-то знак на его лбу. Линия, поворот и короткая закорючка… все это вспыхнуло слепящим золотом на коже, заставив меня на миг зажмуриться. – Здесь твой приятель, никуда не делся. Я привязал его дух к символу физической оболочки, так что нечего с ума сходить по пустякам. Пойди-ка пос-с-спи, пока я подлатаю для Единения его тело.
– Тело? – эхом повторила я, почувствовав, как ослабляет хватку Райс, вероятно решивший, что мой неожиданный заскок уже прошел.
– Ну да, – поднял голову Лу, юные черты его лица в этот момент не могли скрыть реального возраста. Может, потому, что юноша не дурачился, как это бывало раньше? Древний… невообразимо древний демон с неменяющимся ликом вечной молодости. – Или ты хотела, чтобы парень в случае успеха разгуливал с разъеденными внутренностями? – насмешливо поинтересовался он, после чего спокойно отдернул пропитанное кровью покрывало и швырнул его в сторону. – Прекрасно! Я так и думал, этот огненный паразит сдохнет после гибели жертвы. Ах, Эра… экспериментаторш-ш-ша, – не без уважения кивнул он.
Синее пламя трансформировалось в темные сгустки, в их неприятной на вид массе кое-где виднелись разрозненные искры. Эти «пиявки с подсветкой» расползались в стороны, словно живые, по залитой кровью груди Камы. Демон сорвал с парня рубашку. Я невольно икнула, мысленно уговаривая внезапную тошноту уняться. Стоящий за спиной эйри, заподозрив неладное, приподнял мой подбородок, внимательно посмотрел на явно позеленевшее лицо и, понимающе хмыкнув, сказал:
– Мы пойдем, пожалуй. Катерине надо немного прогуляться, я прослежу, чтобы она по неосторожности не угодила в нашу ловушку. А ты… все-таки подумай над моими словами, Лу.
– Валите-валите, – мельком взглянув на нас, промурлыкал перевертыш. Ну и выражения у него! Тоже, наверное, нахватался в мирах… и в своих, и в чужих. – Не мешайте… думать.
Испачканные кровью руки юноши плели тонкую золотистую сеть, для чего она, я так и не смогла выяснить, ибо через миг кинулась со всех ног прочь. Хорошо, что Райс не утратил бдительности и успел перехватить меня прежде, чем я оказалась там, где не надо.
Деревья, листья, небо… небо, листья, деревья… и никакой крови со склизкими светящимися «червями» на растерзанном теле! Насколько ужасно и красиво выглядел огненный «убийца» раньше, настолько мерзко смотрелись сейчас его останки.
Позже, когда мы раза четыре прошли по кругу и тошнота наконец отступила, а резкая боль в душе сменилась ноющей, я узнала от своего провожатого, что те сверкающие нити в руках Лу являлись основой магического протеза, который должен будет исчезнуть сам по себе после восстановления внутренних органов Хранителя. Если, конечно, Кама переживет ритуал.
Лу не спешил, а меня уже достала эта пешая прогулка. Поэтому, устроившись на подстилке из листьев между корней одного из ближайших деревьев, я начала пытать эйри вопросами, которые активно полезли мне в голову, как только наметилось просветление после неожиданных эмоциональных всплесков. Хотелось расставить по местам все полученные ранее сведения, добрать недостающие данные и «упаковать» упорядоченную информацию в хранилище собственной памяти.
– Откуда у тебя медальон Арда? – спросила я Райса, когда он сел рядом со мной на выгнувшийся над землей корень диаметром сантиметров восемьдесят, не меньше.
Само дерево, возле которого мы устроились, сильно походило на башню, замаскированную золотисто-оранжевой кроной под гигантское растение. Будь оно полым внутри, там вполне можно было бы жить. Привычная к стройным березкам средней полосы, я воспринимала местный лес как что-то волшебное. Впрочем… не без оснований.
– Когда Ард не вернулся, Эра отправила меня на его поиски, планируя убить двух зайцев одним махом. Мне, в отличие от него, повезло больше. А медальон… я снял его с трупа одного из наемников, пытавшихся меня прикончить.
Мы помолчали. Эйри затянули воспоминания, но вытащить его из них мне мешала пресловутая совесть. В конечном счете пришлось ее заткнуть и снова заговорить, ибо вопросов накопилось много, а время, отведенное на ответы, зависело от расторопности Лу, которому через пару часов нужно будет сваливать отсюда восвояси. Вот я и решила не растрачивать драгоценные минуты впустую.
– Получается, что убить стражей Равновесия не так уж и сложно?
– Понимаешь… – Мужчина склонил набок голову, задумался. Как выяснилось, не над вызывающей сомнения неуязвимостью его бывших сослуживцев, а над тем, как объяснить мне, что я не права. – После подселения корага физическая сила, регенерация и магический потенциал Хранителя увеличиваются в десятки раз. В боевой трансформации – в сотни. Но это не значит, что мы бессмертны. Не стареем – да. Но убить можно любого, особенно когда знаешь, куда именно бить, и имеешь оружие, заряженное магией демона. Вот только это не всегда безопасно… для убийц.
Я кивнула, принимая ответ, и снова спросила:
– А зачем Эре нужны Арэ? Что-то я сильно сомневаюсь в моральных принципах Духа Карнаэла. Или она скрытая садистка и любит поиздеваться над бедными женщинами?
– Не без этого, – криво усмехнулся собеседник. – А вообще, Арэ – это жена для человека и «корм» для корага. Чем больше эмоций выпьет демоническая сущность, тем сильнее будет Хранитель. Хотя и без подобного питания вполне можно обходиться.
– А в человеческом виде вы тоже не прочь полакомиться чужими чувствами? – прищурилась я.
– Если есть такая потребность, – нехотя ответил он.
– И часто она вас посещает?
– Нередко, – что-то сосредоточенно разглядывая в ворохе пестрых листьев, сказал эйри.
– А в качестве «эмоциональной закуски» только люди идут или и демоны тоже годятся?
– Теоретически можно «пить» и полукровку, про чистокровных Высших умолчу, таких «пробовать» – себе дороже, но смертные существа гораздо слабее и незащищеннее ментально, ими проще… «закусывать». – Мужчина усмехнулся, оголив в хищном оскале белые зубы, и подмигнул мне.
Хм… от Лу, что ли, привычку перенял?
– Меня тоже как «обед» использовать будете? – осторожно поинтересовалась я.
– Почему не как «ужин»… в постель?
Я поморщилась от такого заявления, а мужчина рассмеялся. Ну и шуточки у него! Да все с какими-то намеками… неприличными.
– Тебе силы нужны, кареглазая, а пропитание бедный демон и бывший Хранитель как-нибудь себе найдут, не беспокойся, – сказал он. – Тем более что мы ничего не имеем против вкусной и здоровой еды, от нее пользы поменьше, зато сколько удовольствия!
– Это хорошо-о-о, – протянула я, нервно теребя последнюю ленту в спутанных волосах. Прическа небось из серии «я упала с самосвала, тормозила головой», и ни зеркала нет, ни расчески. Надо будет озаботиться этим, пожалуй. Попозже.
– Еще вопросы имеются, моя госпожа? – наигранно вежливо полюбопытствовал Райс.
– Само собой. Почему Хранители ночью в Карнаэле превращаются в зверей, а в мирах этого не происходит?
– Потому что Дому роднее демонические сущности, он их и отражает, а мирам ближе то, что они породили, то есть человеческая составляющая стража.
– Но монстрами Хранители тоже ходят не круглосуточно. Это как объясняется?
– Условиями Обряда посвящения. Все поделено: ночью человеческий разум спит, и возрождается чудовище, а днем наоборот. Боевая трансформация – исключение из правил. Но, если можно, я не буду сейчас объяснять тебе почему. А то получится лекция на несколько часов. – Райс скривился, вероятно представив, как я заставляю его читать эту самую лекцию.
Ну-ну, пусть пока расслабится. На сегодня у меня другие планы.
– Ладно-ладно, – поспешно согласилась я. – В другой раз, значит.
– Ну хоть так, – вздохнул эйри и начал подниматься. – Если на сегодня допрос окончен…
– Подожди! – Я схватила его за руку, как раз в том месте, где на коже синим «крабом» красовался символ Эллейбруса. Такой же, как у меня. Одним Домом мечены, с одним демоном венчаны… хм, что-то многовато у нас общего, как я погляжу. И кто мы друг другу, интересно? Родственники? – Еще один последний вопросик… ну пожалуйста.
– Какой? – настороженно проговорил Райс, почуяв подвох в чересчур невинном выражении моего лица.
– А какого дьявола Эра вообще все это затеяла? Зачем ей Хранители? Перевертыш в одиночку справляется с пространственными сдвижками миров. А она себе отряд подопытных собрала. Для чего?
– Это называется «один вопросик»?
– Ага, – уверенно кивнула я. – Только в развернутом виде. Так ты ответишь?
– По словам демона без лица, ей нужны были представители всех миров потому, что никто лучше местных обитателей не сможет сохранить и защитить Равновесие своих планет. По мнению Луаны, Эра просто слишком слаба, чтобы справляться с присвоенной территорией в одиночку. Это первая причина. А вторая заключается в том, что она большая любительница экспериментов. Очень полезное увлечение, кстати. Особенно когда хочешь создать отряд из довольно сильных полудемонов, которые в случае чего должны будут защищать тебя и твой Дом от нападения. В данный момент, – мужчина внимательно посмотрел на меня, – от нашего.
– Райс-с-с! – позвал перевертыш. – Подойди-ка сюда. Помощь нужна.
Эх, как не вовремя! Собеседник, воспользовавшись случаем, быстро извинился и сбежал к демону, оставил меня обдумывать услышанное, сидя в тени огромного дерева. О Каме я пока не волновалась. Сейчас, когда хоть что-то делалось для того, чтобы вернуть парня к жизни, было куда легче, чем раньше, когда мне приходилось просто ждать его смерти. Жуткое ощущение. Зато шанс хорошего исхода приятно согревал душу, вселяя в меня надежду на благополучное завершение ритуала. Ну и пусть с того света вернут, эка невидаль для господ-волшебников. Пусть даже чудищем станет или зомби. Арацельс вон тоже после Единения обзавелся новой ипостасью и что?
Память тут же подкинула нужные картинки. Яркие, живые и… уже ставшие прошлым. Я вспомнила, как блондин чуть не поджарил меня на площадке Аваргалы, как потом его испытывала Луана и на кого он от этого стал похож. Белое чудовище с сетью черно-фиолетовых вен на коже и частично порыжевшими волосами. Не пламенный монстр, конечно, но тоже тот еще красавчик!
Сердце опять защемило. На душе заскребли кошки. Неужели мы больше не увидимся? А если наоборот? Если встреча не за горами? Что тогда? Окажемся во вражеских лагерях и будем демонстративно ненавидеть друг друга? Или… убивать? Но… как же отношения, как брачные узы и… поцелуи?
Воспоминания, которые я постоянно гнала от себя, накрыли волной, едва не лишив меня с трудом обретенного спокойствия. Я подтянула колени к груди и, обняв их руками, печально вздохнула. Нашла о чем думать! Тут судьба семи миров на кону, моя собственная жизнь на волоске, а я… Идиотка романтичная. Или нет, не так! Обычная влюбленная дура! Пора умнеть, пожалуй.
– Ай! – Из мгновенно пересохшего горла вырвался тихий вскрик, когда что-то влажное коснулось щиколотки. – Ты кто такой? – спросила я, рассматривая животное, ткнувшееся мокрым носом в мою ногу. Заячьи ушки, крысиная мордочка да длинное тело с короткими лапками и пушистым хвостом. – Это тебя, что ли, те два изверга засунули в ловушку, да? – пробормотала я, вспомнив, как Лу с Райсом тестировали свои «охранки». Моя ладонь коснулась мягкой шерстки, желая погладить доверчивое создание по спине, – и тут же отдернулась. Зверек был холоднее, чем лоб Камы. – Т-ты… – Я запнулась, внезапно ощутив свинцовую тяжесть в закрывающихся веках. Руки расслабились, безвольно упали вдоль обмякшего тела. Меня затягивала пелена неестественного сна. Белого-белого, как снежная пустыня, и стремительного, как буран.
Неужто перевертыш все-таки наслал чары? А если не он, то… кто?
«Арацельс?» – воспряла духом глупая надежда, пытаясь придушить всепоглощающую тревогу.
«Ара-кто?» – спросил приторно-сладкий голос в моей голове и… рассыпался звоном колокольчиков.
А может, это был смех?
Глава 3
«Впечатляет!» – подумала я, обнаружив под собой не охапку листьев, а большой сугроб. Холодно не было, рука машинально зачерпнула рыхлую кашицу, помяла ее, пропуская между пальцами, поднесла остатки к лицу. Понюхав и даже попробовав белые кристаллы, я с полной уверенностью заключила – не снег это, а какая-то безвкусная подделка, лишенная запаха. Возвышение, на котором мне вполне удобно сиделось, располагалось посреди большой площадки изо льда (или его искусственного заменителя, слезть, чтобы проверить, я пока не отваживалась). А вокруг, на расстоянии примерно десяти метров, неподвижным кольцом стояли разные скульптуры. Чего тут только не было: животные, люди, растения… на заднем плане даже архитектурные сооружения виднелись. Настоящий музей! Только не знаю, каких фигур. Не восковых, однозначно. Может, снежных или ледяных? Дальние ряды терялись в белом мареве, нависавшем, как потолок. В этом необычном интерьере ощущалось нечто очень знакомое, вот только что именно, мне никак не удавалось определить. Желая найти объяснение странному чувству, я решила подробней рассмотреть застывшие силуэты, но вдруг почувствовала чужой взгляд. Резко обернулась – никого.
– Однако. – Мой шепот прозвучал среди ватной тишины зала до противного громко.
Стало как-то неуютно. Хотелось бы знать, что за тварь наслала на мою и без того больную голову такой милый… кошмарик. Эстетично, не спорю. А еще безжизненно и жутко. Будто попала в мертвый город из статуй, сохранивший бледные оболочки потерянных душ.
За спиной послышался шорох чьих-то одежд, и я снова обернулась. Пусто! Легкие шаги слева… Опять ни души. Звон колокольчиков с противоположной стороны… Никого!
На нос упала снежинка. Пушистая, холодная… настоящая! Да неужели? Я обрадовалась ей, как родной. Вторая скользнула по щеке, третья осела в районе шеи. Эх, сейчас меня на радостях завалит по самую макушку, и пополню я собой здешнюю экспозицию. На то и расчет, что ли? Уж не маги ли убийцы таким оригинальным способом решили передать мне привет от Эры? Вот только… зачем им возиться со своей жертвой, не проще ли просто прикончить?
Подняв голову, я долго всматривалась в непроницаемую белизну потолка, но так и не заметила никаких признаков грядущего снегопада, что и успокаивало и огорчало одновременно. Неестественность ледяного окружения напрягала, а тут… был реальный снег. Жаль только, что быстро растаял.
Мелодичный перезвон колокольчиков, раздавшийся позади, заставил вздрогнуть. На этот раз я оборачивалась медленно, боясь спугнуть призрак. После поцелуев снежинок осталось ощущение чего-то родного. Потому, наверное, загибающаяся от ужаса надежда отчаянно простонала: «А может, все-таки… Арацельс»? И тут (о чудо!) я его увидела!
М-да-а-а… ну, если это мой снежный блондин, то он заметно убавил в росте, слегка усох, напялил на физиономию фиолетовую маску, обрядился в какой-то халат с колокольчиками, пришитыми к рукавам и низу, а главное, перекрасил свои роскошные волосы, предварительно коротко их обкорнав! И не в рыжий, заметьте – в желтый! Бедная моя надежда, памятник ей да цветы на могилку, ибо этот парень в маскарадном прикиде кто угодно, только не Первый Хранитель! Жаль.
– Эм… – начала я, раздумывая, что бы сказать незнакомому подростку, взиравшему на меня с такой же искусственной улыбкой на лице, как и все вокруг. – Катерина. А тебя как зовут?
Он склонил набок голову, постоял в этой позе пару секунд и, мягко развернувшись на ледяном полу, потопал прочь. Колокольчики мирно перезванивались в такт его шагам, а я продолжала сидеть в сугробе, не представляя, что следует делать дальше. С одной стороны, очень хотелось побежать следом и, догнав, дернуть это невежливое создание за тонюсенькую косичку, берущую свое начало на стриженом затылке, с другой – остаться на месте и ждать, когда кончится проклятый сон.
– Мастер Дэ его зовут.
От близости уже знакомого голоса я шарахнулась в сторону, как ошпаренная, и кубарем скатилась с небольшой «снежной горки». Проехав еще пару метров по льду на пятой точке, мое бедное тело наконец изволило остановиться. Мысленно прикинула количество вновь приобретенных синяков, после чего напомнила себе, что сплю и все происходящее мне снится, а потому нечего париться по пустякам. И не суть, что больно. Просто сновидения слишком яркие. А одно, самое эффектное, сидело сейчас на моем прежнем месте и с большим любопытством взирало на меня сверху.
Парень в халате с колокольчиками, конечно, выглядел оригинально (кстати, куда он опять пропал?), но девушка… это полный эксклюзив! Вместо одежды на ней была… гм… своеобразная разновидность бодиарта, что ли? Со стороны казалось, будто ее светлая кожа покрыта точно такими же узорами, как те, которые мороз рисует на стекле. Серебристо-белый налет, сплетенный в красивый рисунок. Только кисти рук, ступни и шея оставались чистыми. На вполне человеческом лице незнакомки играла довольная улыбка, черные как ночь волосы были распущены, и на них, словно звезды, мерцали одинокие снежинки. А еще… у нее оказались потрясающе красивые глаза. Прозрачно-голубые, как озерная гладь. Они, точно два колодца, манили в свои глубины, суля открыть самые удивительные тайны ледяной воды.
Стоп! По спине поземкой прошел озноб. Приблудный, не мой. Я, можно сказать, едва ли не купалась в эйфории, любуясь девичьими глазами. Нет… глазищами! Вон как они широко распахнулись от удивления. А потом сузились, пряча за ресницами колкий блеск разочарования. Так, и что это было? Гипноз? Магия?
– Мастер Дэ, кто это в наших с тобой сновидениях шалит, не подскажешь? – поднимаясь на ноги, крикнула девушка в пустоту молчаливого зала. Она осмотрела сугроб и, махнув рукой, начала спускаться ко мне, в то время как снег отправился в путешествие… наверх.
Так. Ладно. Это же сон, просто сон. Да к тому же не мой. Э-э-э… а вот с этого момента поподробней, пожалуйста!
– Что тебе непонятно? – приподняла черную бровь незнакомка, ответив вопросом на мою мысль.
Прелестно. Можно больше рот не открывать, раз тут некоторые личности в моей голове, как у себя дома, шарятся.
Из-под гривы ее блестящих волос выскользнул кончик острого уха. Мохнатого! Я невольно покосилась на бедра брюнетки, желая убедиться, что у нее нет хвоста. Был! Белый, пушистый, с серебристым отливом. И кто это тут у нас? Очередная «девочка-лиса» типа Маи? Хоть бы представилась ради разнообразия.
– Зови меня Лавандой, – прочитав мои мысли, сказала эта экстравагантная особа. – И… да, ты находишься в нашем сне, сестрица, – сладко улыбнулся мне «горный цветочек», больше смахивающий на ультрамодную версию Снегурочки. – Извини, что пришлось тебя сюда затащить. Поговорить надо.
Сестрица? Отлично! Лимит супружеских мест превышен, поэтому теперь я начала обрастать родственниками из разряда явных нелюдей. И кто следующий на повестке дня? Братец в халате с «погремушками»?
– Тебе мало, что ли? – заулыбалась собеседница, демонстрируя острые клычки. Ее имидж никак не вязался с голосом. Таким сахарным, нежным… от него хотелось спать, если такое возможно… во сне. – Не беспокойся, нас тебе хватит с лихвой, – заверила она.
– А кто вы вообще такие? – Я только сейчас вспомнила, что продолжаю восседать на льду, и начала медленно подниматься. Лучше бы и дальше морозила пятую точку.
– Я Дух Воды и Воздуха, – сообщила девушка и пакостно так улыбнулась. В следующий миг мне в спину ударил сильный порыв ветра. Распушил волосы, посыпал их снегом, заставил взвиться, словно флаг, разрезанный на части подол и… толкнул меня навстречу собеседнице. Едва удержав равновесие, я проехалась по синей поверхности льда и чуть не врезалась в Лаванду, явно довольную своей выходкой. Дух Воздуха, значит? Ну-ну…
– А это Мастер Снов. – «Снегурочка» махнула рукой в сторону идущего к нам паренька, затем обвела взглядом скульптуры и добавила: – Все, что ты видишь вокруг, – его работа. Нравится?
– Красиво, – согласилась я.
Ну да. А еще холодно, бездушно, жутко. Но это детали.
Судя по смешку, эксцентричная брюнетка и эту мысль прочитала. Как, впрочем, и молчаливый Дэ, с лица которого наконец-таки слезла приклеенная улыбка. Мы помолчали. Девица игралась с собственным хвостом, подросток в маске стоял напротив нас, изображая из себя пестрый монумент, а я перебирала в памяти характерные признаки демонов, опасаясь, что меня сцапали конкуренты Лу. Он же говорил что-то о других Высших, интересующихся нашей связкой миров. Вдруг?
– Нет, мы не демоны, – брезгливо сморщив носик, заявила новая знакомая, – не имеем с ними ничего общего. И никого, – хихикнула она.
Действительно, у демонов глаза синие, а не прозрачно-голубые. Ну, еще зеленые… вроде как бывают и… желтые, что чревато превращением в корага. А у этих… или сие есть иллюзия?
– Тр-р-ри иллюзии! – рявкнула Лаванда и расхохоталась. Зазвенели колокольчики на наряде Мастера Дэ, он тоже затрясся от беззвучного смеха…
– Хватит копаться в моей голове, – обиделась я. Контролировать поток мыслей было сложно, они словно шли на таран, сметая запреты разума. Еще бы! В такой-то компании и не думать… Ы-ы-ы… я так не умею!
– Да брось, – отмахнулась та, которая назвала себя Духом. Довольно-таки материальный Дух, если меня глаза не обманывали, – это же сон.
– Угу, ваш, не мой, – пробурчала я себе под нос и, сменив тему, спросила: – Ты хотела поговорить? О чем?
– О твоей судьбе.
– И?
– Она тебе не понравится, – разве что не всхлипнула для пущей убедительности эта лицедейка.
– А что? Убить собираетесь? – Вопрос прозвучал спокойней, чем я ожидала. – Вас Эра наняла, да?
– Кто такая? Почему не знаю? – подойдя почти вплотную, полюбопытствовала брюнетка и заглянула мне в глаза.
Эх, так бы и смотрела в эти кристально чистые озера бесконечной глубины… если бы не снежная пощечина, хлестнувшая по лицу.
– Эй! – возмутилась я, поглаживая ужаленную холодом щеку. – За что?
– Это не я, – мрачно процедила Лаванда, на мгновение став серьезной и оттого… более взрослой, наверное. – Мастер Дэ?
Тот пожал узкими плечами, приводя в движение проснувшиеся колокольчики. И не он, значит. Кто же тогда? А точнее, зачем? Уж не для того ли, чтобы я не утонула в голубых омутах чужих глаз? И кому до этого есть дело? Лу? Арацельсу? Или все-таки черноволосая бестия дурачится, хоть и отпирается с таким честным видом?
– Это те двое, которые были с тобой? Попав сюда, ты упоминала имя. И который из них Арацельс? – обратилась Лаванда ко мне, не скрывая своей заинтересованности.
– Какое это имеет значение? – вопросом на вопрос ответила я.
Желтоволосое создание изволило вклиниться в наш диалог, как обычно не произнеся при этом ни слова. Обозначились лишь плавное движение ладоней, легкое покачивание головой и какой-то новый ритм в его музыкальном одеянии. Девушка внимательно посмотрела на Мастера Снов, она явно понимала этот странный язык жестов. Хотя общались мои новые знакомые, возможно, и телепатически. Читала же она мои мысли, так почему не читать и его?
– Муж? – На губах Лаванды заиграла понимающая улыбка. – Второй?! Да неужели? А ты шалунья, сестренка. – Понимания в улыбке прибавилось, а в глазах заплясали лукавые огоньки.
Читать бесплатно другие книги:
