Джордж и ледяной спутник Хокинг Стивен
А ещё это открытие означает, что основать человеческое поселение на Марсе будет гораздо проще! Если можно будет получать воду из местных источников, это решит главную проблему наших будущих полётов на Красную планету.
Жизнь на Марсе стала на шаг ближе!
– Не выйдет, – перебил Джордж, горестно качая головой. – Если мы будем одни, нас просто не пустят. Нам нужен взрослый, чтобы зарегистрироваться.
– Что же нам делать? Где взять кого-нибудь родителеподобного, чтобы он был не в отъезде и не упрямый?..
И в этот момент Эрбот на столе перешёл в сидячее положение – как мумия, поднявшаяся из саркофага, – и сказал:
– Привет, друзья! Я снова с вами!
Поздним вечером друзья собрались на совещание в кухне. Эрбот, несколько дней протянувший на батарейках, теперь дремал в кабинете, наслаждаясь полной зарядкой. Эрик, как и его робот, тоже клевал носом – его доконал процесс приготовления суперджема. Так что кухня оказалась полностью в распоряжении Анни и Джорджа.
– Осторожно, – предупредила Анни, видя, что Джордж собирается усесться на край стола. – Прилипнешь. Этот суперджем – он везде.
За прошедшие несколько часов джем словно разложился на разные цвета: пятна на столе в кухне были ярко-синими, на полу – оранжевыми, а на потолке – цвета авокадо.
– Скорей бы твой папа снова стал учёным! – проворчал Джордж. – Один странный кулинар на нашей улице уже есть – моя мама.
– Да, ему пора чем-то заняться, – согласилась Анни. – В смысле, чем-то научным. Физику нельзя болтаться без дела.
– Может, ему стать садоводом? – предложил Джордж.
Анни хмыкнула.
– Уж лучше диджеем, – предложила она. – Или поп-звездой. – И они оба покатились со смеху.
– Слушай, я ко всему прилипаю, – сказал Джордж. – Давай вернёмся в дом на дереве?
Но снаружи стеной стоял дождь и было темно и холодно – типичное английское лето!
– Знаешь, – сказал Джордж, подбрасывая ключи от дома, – пойдём лучше ко мне! Если повезёт, мы там даже еды раздобудем.
– Есть хочу – помираю! – воскликнула Анни. – Бежим!
Они бросились сквозь ливень к дыре в заборе, разделявшем их два сада, протиснулись в неё и помчали к заднему входу в дом Джорджа. Гремя ключами, Джордж открыл дверь – и вот они уже стоят в кухне, и с них льются потоки воды. По размеру и форме кухня была точь-в-точь как в доме Анни, но при этом абсолютно и совершенно другая. Джордж втянул носом знакомый аромат сушёных трав, выпечки, тёртой морковки и лимонной цедры – и ко всему этому примешивался слабый дух земли. Это был запах родного дома. Джордж щёлкнул выключателем, и кухню залило уютным светом энергосберегающих ламп, совсем не похожих на яркое сияние светодиодных лампочек, какими освещал свой дом Эрик.
– Уф-ф. – Анни рухнула на кухонный стул. – Наконец-то нормальный дом.
Дожили, подумал Джордж. Если уж его дом Анни называет нормальным, значит, у неё самой сейчас и вправду сумасшедший дом.
– Нам нужен план, – сказал он, роясь в кухонных шкафчиках в поисках чего-то съедобного. Он наткнулся на жестянку с печеньем, разве что слегка зачерствевшим. – Лови!
Он бросил жестянку Анни, и та ловко её поймала.
– Ням-ням! – сказала она. – Знаменитые печеньица Дейзи!
– Уж получше, чем знаменитый суперджем Эрика «Ядерная зима», – ответил Джордж.
– Завтра мы будем в космическом лагере! – с блаженством в голосе произнесла Анни. – Будем есть еду астронавтов!
– Точно? – спросил Джордж. – Там так написано? Что мы будем питаться здесь, на Земле, как астронавты в космосе?
– Ясное дело, – сказала Анни. – Нам же надо готовиться к порошковой пище.
– Этого я не знал, – сказал Джордж, которого вполне устраивала обычная земная еда. – Я не знал, что нам придётся питаться одними порошками – кстати, долго? Сколько будет длиться лагерь?
– А вот это интересный вопрос, – сказала Анни. – Потому что, понимаешь, про это ничего не сказано. Странно. Сказано только, что к концу лета программа закончится. Но даты нет.
– И что, мы ничего с собой не берём? Серьёзно?
– Ничегошеньки, – сказала Анни. – Нам всё дадут.
– И это точно на Космодроме-2? В том самом месте, куда нам нельзя?
– Не веришь – почитай сам, – сказала Анни.
Джордж вздохнул.
– Я очень хочу в космический лагерь, – сказал он. – И на Марс тоже хочу. Больше всего на свете. Но я чувствую: что-то тут не так. – Радостные мурашки в предчувствии новых приключений постепенно сменились неприятным холодком в животе.
– И я, – призналась Анни. – Это как когда ты знаешь про что-то, что оно точно есть, даже если сам его не видишь.
– Например, электрический ток, – сказал Джордж, показывая на лампочку.
– Или грусть, – сказала Анни. – Но только нам обязательно надо попасть в космический лагерь, потому что это, может быть, главное приключение в нашей жизни. Вдруг всё будет отлично, а? И ещё…
– И ещё нам надо на этот Космодром-2, чтобы разведать, что стряслось на Европе и что такое «Артемида», – добавил Джордж.
– Мы только знаем, что папу выперли с работы как раз после того, как он спросил про Европу – что там на ней за дыра во льду, – сказала Анни. – Так что нам позарез надо пробраться на этот космодром, даже если мы не хотим.
– Но мы-то хотим, – заметил Джордж.
– Ещё как хотим! – сказала Анни.
– И мы не упустим свой шанс! – заключил Джордж. Когда он узнал, что Анни одолевают такие же мысли по поводу лагеря, настроение у него стало получше. Всё-таки хорошо, когда ты не одинок в своих сомнениях. – Но когда мы попадём на этот Космодром, надо будет выведать всё, что только можно.
– И нам нужно хоть треснуть, но сделать так, чтобы папа получил обратно свою работу, – сказала Анни. – Пока он не сварил очередной джем!
– Или не покрасил очередную стенку, – добавил Джордж, который только что обнаружил у себя на руке ярко-зелёное пятно.
– В общем, куча дел, – подытожила Анни. – А ведь ещё и на Марс надо слетать!
– Справимся, – сказал Джордж. – И ещё одно: эта помощница твоего папы, как её там, Рика Дур? С ней надо поосторожнее. Она явно в этом всём как-то замешана.
– Вряд ли, – с сомнением сказала Анни. – По-моему, ни в чём она не замешана, а просто помешана – на всяких правилах и запретах. Как в школе зануда-староста. Подозреваю, что папа просто её раздражает. Ты же знаешь, каким он бывает иногда. Вряд ли дело в ней. А ты как думаешь?
– Не знаю, – сказал Джордж. – Но я уверен, что мы скоро это выясним.
Глава шестая
– Джордж!
Яркий свет фонарика бил в крепко зажмуренные глаза Джорджа, и чувствовал он себя так, словно всплывал с самого дна океана, пробиваясь к поверхности.
– Джордж! – снова прошипел голос, и на этот раз ещё и чья-то рука потрясла его за плечо.
Джордж попробовал перевернуться на другой бок.
– Нет, – свирепо прошептал голос, – вставай! Пора идти! Твоя одежда внизу!
Накинув на плечи одеяло, словно плащ супергероя, спотыкаясь и пошатываясь, Джордж спустился по лестнице и вошёл в Эриков опустевший кабинет, где на единственном стуле действительно лежала его одежда. Несмотря на оцепенение, Джордж вздрогнул, осознав, до чего изменился кабинет, когда в нём не стало вещей Эрика.
Джордж оделся и вышел в кухню, где Анни уже ждала его при полном параде – в полевых штанах с кучей карманов, футболке и светящихся кроссовках. Длинные светлые волосы были собраны в хвост. Такой бодрой Джордж не видел её уже давно.
– Всё! – скомандовала Анни. – Пора.
Джордж кивнул. План действий они разработали накануне вечером. И этот план был настолько безумным, что вполне мог и удаться.
– Где Эрбот? – сонно спросил Джордж.
– Пошёл за машиной, – сказала Анни. – Наверно, он нас уже ждёт! Побежали! – Она вытолкала Джорджа в прихожую, и они оба выскочили наружу через парадный вход.
И действительно, Эрикова маленькая бледно-голубая беспилотная машинка, которую Эрбот забрал с парковки и полностью зарядил, уже ждала их. На водительском месте сидел дружелюбный андроид. Они заранее так договорились. Теперь встречные не заметят ничего необычного. Все будут думать, что это самая нормальная, заурядная семейная поездка: взрослый за рулём, двое детей…
Вряд ли это, конечно, так уж нормально и заурядно, когда робот изображает человека и одновременно притворяется, будто ведёт машину, которая на самом деле ведёт сама себя. Но об этом, решила Анни, никому знать не обязательно.
– Но как мы найдём Космодром-2? – спросил Джордж, недоумевая, почему он не задался этим вопросом накануне вечером. Было так рано, что на утреннем небе всё ещё ярко светила Венера. – Мы же не знаем, где он!
– Мы – нет, – безмятежно сказала Анни. – Зато машина знает. Гляди!
Чтобы завести машину, Эрботу, у которого были точь-в-точь такие же отпечатки пальцев, как у Эрика, достаточно было прикоснуться к центру рулевого колеса указательным пальцем.
Как только двигатель ожил, Анни переставила палец Эрбота на навигатор на приборной доске и выбрала в меню пункт «Последнее место назначения» – это и был Космодром-2.
– А с моим пальцем тоже так получится? – спросил Джордж, который уже почти проснулся и почти поверил, что они и вправду куда-то доберутся.
– Не-а, – сказала Анни. – Тут сенсорное управление, подходят только папины отпечатки. Или Эрбота.
Беспилотные автомобили
Машины без водителя – такое, верно, бывает только в научной фантастике?
В это трудно поверить, но такие машины-роботы уже существуют! Эти транспортные средства получили название «беспилотные автомобили» – то есть автомобили без водителя. Они воспринимают окружающую среду посредством радаров, компьютерных систем и GPS, поэтому могут не только двигаться по заданному маршруту, но и обходить препятствия и справляться с изменением дорожной обстановки.
Например, беспилотные автомобили компании Waymo (ранее – подразделение Google) ездят по дорогам уже несколько лет, причём у некоторых его моделей нет ни руля, ни педалей!
Польза от таких автомобилей огромна: они ездят на большие расстояния и не устают, они способны перевозить людей, которые сами не могут водить машину из-за физических особенностей, например слабого зрения. Хорошие роботы безопаснее человека за рулём: роботы не глазеют в окна, не переключают радиостанции, не болтают по мобильному и не ругаются с пассажирами!
Однако некоторые считают, что эти машины опасны в других отношениях. Если автопилот даст сбой, вполне возможно, что пассажиры не смогут взять на себя управление. И хорошо ли будет, если все мы вообще разучимся водить? А чем будут заниматься водители автобусов и такси, если дорогу захватят роботы? Появятся ли новые рабочие места?
В некоторых странах Европы уже разрабатывают планы по созданию транспортных сетей для беспилотных автомобилей. Так что смотрите в оба: возможно, скоро такие машины покатят и по вашей улице!
Джордж забрался на тесное заднее сиденье.
В маленькой машинке включились индикаторы.
– Пристёгиваемся! – скомандовала Анни.
Оба пристегнули ремни безопасности, и Анни пристроила руки Эрбота на руль. Вести машину было не нужно – Анни предусмотрительно отключила ручное управление, – но она хотела, чтобы всё выглядело как можно естественнее.
– Поехали! – приказала она, и машина выкатилась на городскую улицу и направилась к Космодрому-2.
Это была не самая спокойная поездка в жизни Джорджа – да и как не беспокоиться, если едешь в транспортном средстве, за которое отвечает Эрбот или, того хуже, Анни? К тому же неслось это транспортное средство очень быстро. Возвращаясь последний раз с Космодрома домой, разгневанный Эрик явно мчал как угорелый, и с тех пор настройки никто не менял. Вот машина и летела вперёд, обгоняя редкие в этот ранний час автомобили, пока не вышла на шоссе, ведущее из Фоксбриджа. В какой-то момент она повернула так резко, что встала на два колеса!
– Ай-й! – взвизгнула Анни на переднем сиденье, когда машина ещё сильнее ускорилась, – но кричала она не от страха, а от удовольствия.
Джорджа швыряло из стороны в сторону, и думал он только о том, как бы его не стошнило. У его родителей не было даже обычной машины, не говоря уже о беспилотной, так что он совсем не привык к автомобильным поездкам. Даже Анни зажмурилась и вцепилась в ремень безопасности.
– Ты можешь её замедлить? – крикнул ей Джордж с заднего сиденья.
– Нет, – мотнула головой Анни. – Боюсь сделать что-то не то. Вдруг она остановится, или поедет задом, или отвезёт нас не в то место, или поедет ещё быстрее!
Поля за окном мелькали с такой скоростью, что казались просто пятнами – зелёными, жёлтыми, коричневыми. Если машина ещё чуть-чуть прибавит газу, боялся Джордж, то она просто улетит с шоссе! Джордж, конечно, не прочь был полетать – но в специальном летательном аппарате, а не в смешной машинке Эрика!
Единственным, кто, судя по его виду, наслаждался поездкой, был Эрбот. За неимением желудка его не тошнило, его чёрные волосы развевались на ветру – водительское окно было открыто, – и вид у робота был расслабленный, беззаботный и даже стильный.
Наконец машина слегка сбавила скорость и повернула на неприметную узенькую подъездную дорожку между очень высокими живыми изгородями. Дорожка вела к секретному космическому объекту под названием Космодром-2. Выглядела она как обычная просёлочная дорога. Хорошо, что машина знала, куда она едет, поскольку пассажиры не имели об этом ни малейшего представления.
Внезапно путь им преградил красно-белый полосатый шлагбаум. Он стоял на двух столбиках, и на каждом был маленький чёрный ящик. Дорожные знаки вокруг гласили: СЕКРЕТНАЯ ЗОНА! ПРОЕЗД И ПРОХОД БЕЗ ПРОПУСКА ЗАПРЕЩЁН! В довершение всего по обе стороны дороги тянулся сетчатый забор. Таких высоких заборов друзья ещё не видели.
– И что теперь? – спросил Джордж. – Как нам туда проникнуть?
Анни опустила своё окно и рассмотрела чёрный ящик на своей стороне дороги. На ящике был экранчик.
– Знаю! – сказала она.
Она достала свой телефон, долго рылась в нём, наконец нашла что искала и прижала телефон к экранчику. Джордж на заднем сиденье вытянул шею, чтобы лучше видеть. Экранчик под телефоном засветился зелёным светом, и, когда Анни убрала телефон, на ярко освещённом экране Джордж прочёл:
Добро пожаловать, астронавты! Доброе утро, Джордж Гринби, доброе утро, Анни Беллис! Пожалуйста, проезжайте к главному зданию.
Красно-белый шлагбаум поднялся, и машинка с места рванула вперёд.
– Откуда они узнали? – спросил Джордж.
– Когда они прислали нам приглашения, там были штрихкоды, – сказала Анни. – И было написано, что необходимо взять с собой штрихкод, а больше нам ничего не понадобится.
– И всё? – удивился Джордж. – Да, с безопасностью у них тут как-то не очень. Кругом ни души.
Вдали среди полей виднелось какое-то строение, к нему-то они и держали путь. И тут Джордж заметил, что над машиной вьются – как ему показалось вначале – чёрные дрозды. Но когда они совсем приблизились и стали пикировать к ветровому стеклу и к окошкам, он понял, что это никакие не птицы. Они походили на крошечные летучие видеокамеры, и у каждой был один подмигивающий красный глазок.
– Дроны! – догадалась Анни. – И они нас снимают! – Она распушила свой «конский хвост» и лучезарно улыбнулась на случай, если кто-то и вправду за ними наблюдает.
– А если бы мы оказались не теми, кого они ждут, – сказал Джордж, – они бы спустили на нас робостражу! – Он шутил, но не совсем.
Анни на переднем сиденье вздрогнула и поёжилась. Впереди сияло в утренних лучах главное здание. Вид был поразительный – казалось, оно сделано из ажурных решёток, из миллионов стальных прутьев, образующих геометрические узоры вокруг центрального купола. С обеих сторон располагались бетонные здания без окон. Вокруг по-прежнему не было ни души. Это место не походило ни на одно из прежних мест работы Эрика. Там, где он работал раньше, было весело и многолюдно, там бурлила жизнь, росли сады и парки, студенты на лавочках у фонтанов читали книжки и жевали сэндвичи, профессора прогуливались по дорожкам, ведя учёные беседы. А тут – ничего даже отдалённо похожего. Пустынный, стерильный футуристический пейзаж.
Машина въехала на плотно забитую парковку и встала под табличкой, на которой было криво нацарапано: «Профессор Беллис».
– Приехали! – крикнула Анни, выпрыгивая из машины. Она обошла автомобиль, открыла дверь Эрбота и вытащила его наружу. Джордж тоже выбрался с заднего сиденья, и, следуя указателю с надписью «Астронавтам – сюда!», они двинули к парадному входу в главное здание.
– Жутковато… – сказал Джордж, стоя в тени этого здания и разглядывая его силуэт на фоне чистейшего голубого неба. Анни тоже стояла задрав голову.
– Красиво… – задумчиво проговорила она. – Очень красиво, но как-то неприятно.
– Хоть бы Эрик не сильно рассердился, когда прочтёт нашу записку, – сказал Джордж.
Они с Анни оставили на кухонном столе послание для Эрика, в котором объясняли, что они уехали в космический лагерь, но обязательно постараются позвонить ему с Космодрома-2 и рассказать, как у них дела.
– Попробуем поискать «Артеми…», – начал было Джордж, но Анни прервала его.
– Чш-ш-ш! – страшным шёпотом прошипела она, указывая на дрон. – Не произноси это слово.
Они приблизились к парадному входу и сделали первые шаги навстречу новым приключениям – и, как им думалось, навстречу космическим полётам.
Глава седьмая
Анни и Джордж с усилием толкнули тяжёлую дверь парадного входа. За ней оказался почти пустынный коридор. Над ними уходил в небо купол, собранный из тысяч металлических прутов, покрытый сверкающим стеклом, сквозь которое на полированный пол дождём лились солнечные лучи. В другой день они замерли бы как вкопанные, любуясь этим величественным дворцом, но сегодня им было не до красот. Их ждали дела.
В коридоре над большим столом висел транспарант: «Добро пожаловать, астронавты! Ваш путь в космос начинается здесь!» А за столом были мужчина и женщина в синих лётных костюмах, которые, судя по их виду, уже собирались уходить. Анни и Джордж ускорили ход, Эрбот держался сзади.
– Здравствуйте! – сказала Анни. – Мы на программу «Требуются астронавты».
– Опаздываете, – сказала молодая женщина, но всё же улыбнулась им, не замечая Эрбота. – Все уже здесь, вот-вот начнётся вводное занятие.
Мужчина, сидевший рядом с ней, резко толкнул её локтем, она подняла взгляд – и подпрыгнула на месте. Оба – и женщина, и мужчина – смотрели на Эрбота с неприкрытым ужасом. Анни и Джордж тоже обернулись, изумлённые такой реакцией. Однако единственной странностью, которую они заметили в Эрботе, были пятна зелёной краски на стёклах очков.
– Но ведь это же… – шепнула девушка своему коллеге.
– Не знаю! – прошептал он в ответ. – Я его никогда не видел!
– А я – только раз, – сказала она. – Так что не знаю, но похож ужасно!
– Как вас зовут? – нервно спросил мужчина, обращаясь к детям.
– Джордж Гринби!
– Анни Беллис!
Они произнесли свои имена одновременно – а двое за столом одновременно испуганно вдохнули на слове «Беллис».
Мужчина посмотрел на экран планшета.
– Похоже, у нас уже не осталось мест. Вы уверены, что вас ждут? – спросил он с сомнением, снова окинув Эрбота подозрительным взглядом.
– Вполне уверены! – сказала Анни. – Вот наши штрихкоды для регистрации. – Она показала ему экран своего смартфона.
Они с Джорджем переглянулись и поняли, что обоих кольнуло одно и то же нехорошее предчувствие. Что такое произошло на Космодроме-2, из-за чего эти двое так вскинулись, когда Анни сказала «Беллис»? Почему эти симпатичные люди так настроены против Эрика? Конечно, Джордж и Анни уже знали, что у Эрика проблемы на работе, – точно так же, как знали, что в Солнечной системе в районе спутника Европа происходит нечто подозрительное. Но это же не значит, что на них надо смотреть с таким ужасом. Похоже, за всем этим крылось нечто гораздо более зловещее, чем они могли себе представить.
Джордж судорожно сглотнул. Пути назад нет. Возвращаться поздно. Да если честно, он и не хотел возвращаться – он хотел попасть в этот лагерь и пройти астронавтскую подготовку. Ещё он хотел, чтобы Анни снова повеселела и стала такой, как прежде, а ещё надеялся, что они разгадают загадку «Артемиды» и разведают, что стряслось с Эриком на Космодроме-2. Но не слишком ли много задач для пары не таких уж больших детей?
Женщина взяла у Анни телефон и просканировала штрихкоды.
– О, и правда, – удивлённо сказала она. – Вас добавили в последний момент – вот почему вы не попали в основной список.
– Очень странно, – пробормотал мужчина. – Её фамилия Беллис! Как они могут пустить сюда кого-то из семьи Беллисов, после всего того…
– Чш-ш! – сказала женщина. – Она в списке! Значит, мы обязаны её зарегистрировать.
– Для этого требуется разрешение родителей, – сказал мужчина. По его бегающим глазкам было видно, что он хитрит и изворачивается и что ему не по себе.
– А у нас тут как раз есть один родитель! – сказала Анни. Её уверенность таяла, но она старательно это скрывала. – И он имеет право зарегистрировать нас обоих.
– Меня оставили под его ответственность, – попытался объяснить Джордж. – Потому что мои папа с мамой – они уехали. На ферму. То есть в отпуск. То есть на остров. С моими сёстрами, Юноной и Герой. Поэтому они не смогли с нами сюда поехать. Но они разрешили, они точно разре…
Анни наступила ему на ногу.
– Цыц! – сказала она сквозь зубы. – Эр… то есть папа! – позвала она робота. – Зарегистрируй нас. Пожалуйста! – быстро добавила она, чтобы команда прозвучала повежливее. – Какой ты хороший, папочка! – Она прекрасно понимала, как фальшиво это звучит, но что-то же надо было сказать. Когда ты отдаёшь команды роботу, то голос у тебя совсем не такой, как когда ты просишь о чём-то папу.
Андроид сделал шаг, учтиво улыбнулся и прижал ладонь к экрану, оставив на нём Эрикову электронную подпись.
– Эрик Беллис, – высветилось на экране волнистым почерком.
– Ой, – сказала женщина голосом, полным страха и почтения одновременно. – Это правда он.
– Сэр, – произнёс мужчина с осторожностью, – спасибо за то, что зарегистрировали этих двух юных астронавтов. Я вызываю службу безопасности, чтобы вас проводили к выходу.
– Не надо! – поспешила вмешаться Анни. – Он знает дорогу на парковку.
Мужчина и женщина странно на неё посмотрели, но Эрбот уже повернулся к ним спиной и зашагал к выходу.
– Я тебя люблю, Э… э-э-э… папочка! – крикнула Анни вдогонку удаляющейся спине, пытаясь придать этой сцене хоть каплю реалистичности. Но Эрбот уходил не оглядываясь и успел скрыться за дверью до того, как в дальнем конце коридора, сверкая металлом, показались два высоченных робота.
– Ребятки! – неестественно приветливым голосом произнесла женщина. – Вот ваши пейджеры. Они направят вас в раздевалки, где вас ждут ваши лётные костюмы. Оставите в шкафчиках все ваши личные вещи, в том числе электронные устройства типа айпадов и смартфонов. Они там будут в полной безопасности. Пока вы на территории Космодрома-2, пейджеры должны находиться при вас круглосуточно. Они будут подсказывать вам, куда идти и что делать. Удачи!
На пейджерах высветились красные буквы, и дети молча двинулись в указанном направлении. Уходя, они услышали, как перешёптываются работники Космодрома-2:
– Ты это видела? Он даже не попрощался с детьми! Даже не оглянулся!
– Слушай, они были правы: этот профессор Беллис – просто робот какой-то!
Джордж крепко ухватил Анни за локоть – он знал, что иначе она бросится объяснять этим людям, как они неправы.
– Нельзя! – процедил он, не разжимая губ. – Молчим, ни слова!
Анни бросила сердитый взгляд через плечо, но послушалась и пошагала дальше, кипя от негодования.
– Знаю, – пробурчала, – но это так несправедливо! – Тут она краем глаза заметила дрон и с деланой улыбкой воскликнула: – Космический лагерь! Наконец-то мы здесь. Ура!
В этот момент оба пейджера забибикали, и на них появился текст:
«До начала вводного занятия, которое будет проходить в Центре управления полётом, остаётся пять минут!»
– До встречи по ту сторону! – крикнула Анни и побежала в раздевалку для девочек.
– До встречи в космосе, – ответил Джордж и тоже отправился надевать свой лётный комбинезон.
Глава восьмая
Когда Анни и Джордж вошли в Центр управления полётом, у обоих перехватило дух. Только теперь они с трепетом осознали всю грандиозность задачи, которую на себя взвалили. Они записались на программу подготовки астронавтов, которые полетят на Марс! Это означало, что в один прекрасный день они могут оказаться в настоящем космическом корабле, взмывающем к красной планете! И полетят они на Марс не затем, чтобы прикоснуться к его поверхности и сразу вернуться, а чтобы построить там новый дом для человечества. Они выйдут за границы возможного, они сделают то, чего ещё не делал ни один человек.
Всё это время их головы были заняты другими загадочными событиями: «Артемида», таинственное изгнание Эрика с работы, та круглая яма на Европе, – и они просто забыли, что, по сути, стоят на пороге величайшего космического путешествия с тех пор, как астронавты ступили на поверхность Луны.
Строим ракеты для полёта на Марс!
В детстве я очень интересовалась математикой и науками о природе, однако главной моей страстью был балет. Но в старшей школе у меня было очень плотное расписание по математике и естественным наукам, куча домашних заданий, так что для занятий танцами вообще не оставалось времени. Но я-то хотела заниматься и тем и другим! После особенно трудного учебного года я выбрала себе новое расписание, достаточно гибкое, чтобы уделять время балету. Это было гениальное решение: я могла заниматься танцами, не переставая готовиться к поступлению в университет на инженерное дело!
Теперь я работаю в НАСА, но по-прежнему танцую в балете по вечерам и в выходные, то есть наслаждаюсь лучшим, что есть в обоих моих мирах!
Как инженер НАСА я участвую в создании ракеты SLS (Space Launch System – система космических запусков), которая отправится на Марс. Быть участником такого проекта потрясающе интересно.
Прямо сейчас НАСА готовит EM-1 (Exploration Mission – исследовательская миссия) – пробный полёт ракеты SLS. Это будет последнее испытание ракеты в полёте, прежде чем на ней полетят люди. Моя обязанность – сделать так, чтобы деталь ракеты, которая называется «объёмный сепаратор», идеально подходила для нагрузок и условий этого полёта.
Объёмные сепараторы в ракетах служат для подачи продувочных газов в определённые отсеки. Эти продувочные газы поддерживают в каждом отсеке необходимую температуру и влажность для чувствительного оборудования. Это важно, потому что в ракете используется криогенное топливо: в некоторых частях корпус становится очень холодным, а приборам внутри для работы требуется температура повыше.
Тот сепаратор, за который я отвечаю, называется перегородка (или диафрагма) МПУ. Он расположен в верхней части ракеты, прямо под пилотируемым аппаратом, в отсеке, который называется «многоцелевой переходный узел пилотируемого аппарата», или, сокращённо, «МПУ». Эта перегородка нужна для того, чтобы пространство под ней хорошо вентилировалось продувочными газами.
Перегородка должна вынести все нагрузки при старте космического корабля, поэтому она должна быть чрезвычайно прочной. Однако при этом она ещё должна быть очень лёгкой, чтобы сэкономить топливо, необходимое для запуска пилотируемого аппарата в открытый космос.
Ничего себе задачка, правда?
И вот как мы её решаем.
Перегородка имеет форму купола с диаметром 5 метров и делается из высокопрочного и лёгкого материала, который называется углепластик.
Углепластик создан из сплетённых нитей углеродного волокна, проклеенных эпоксидной смолой. Для создания перегородки МПУ углеродным волокном послойно выстилают огромную чашеобразную форму. Каждый из слоёв укладывают под разными углами, чтобы готовая перегородка обладала квазиизотропными свойствами. Это означает, что купол будет иметь одинаковую прочность по всем направлениям. А если бы все слои располагались в одном и том же направлении, то перегородка была бы прочной только под давлением с одной стороны.
После укладки всех слоёв в форму её ставят в гигантскую печь, где углепластик вулканизируется и затвердевает. Как только купол затвердел, его с помощью рычага вынимают из формы и обрабатывают машинным способом, делают отверстия для болтов, которые затем понадобятся для присоединения к МПУ.
Этот же метод создания прочной, но лёгкой структуры посредством наслоения ткани используется при создании балетной обуви, в которой можно танцевать на кончиках пальцев – «на пуантах»! Каждая туфелька имеет прочный, но лёгкий каркас, который облегает пальцы ног и даёт опору, чтобы можно было удерживать равновесие, кружиться и даже прыгать на кончиках пальцев. Этот каркас создаётся слоями проклеенной ткани – и это очень похоже на перегородку МПУ.
Не каждый, кто смотрит на конструктивный элемент ракеты, сравнит его с балетной туфелькой, но мой жизненный опыт одарил меня возможностью уникального взгляда на мир. Когда занимаешься тем, что тебе больше всего нравится, начинаешь видеть мир с совершенно новой точки зрения.
Мы в НАСА стремимся создавать команды людей с уникальным мировосприятием, чтобы смотреть на задачи под разными углами. Такая многосторонность помогает нам решать множество задач, связанных со строительством ракеты, – ракеты, которая полетит на Марс.
Эллисон
Анни и Джордж протиснулись в дальний конец зала, к рядам компьютеров, с которых велось управление множеством космических аппаратов: и тех, что обращались по орбитам вокруг Земли или других планет Солнечной системы, и тех, которые двигались по своим маршрутам за её пределами.
В прошлом космические полёты управлялись из разных мест на планете Земля. Но чем больше запускалось в космос кораблей и роботов, тем труднее становилось уследить за всеми ними. Одна – но только одна – из задач Космодрома-2 заключалась как раз в слежении за всем, что летает в космосе, от спутников до космических кораблей и зондов. Вся деятельность людей и роботов в космосе теперь была сосредоточена в этом космическом мегацентре.
Стены ЦУПа были покрыты экранами, на которых отражались разные космические экспедиции во все концы Солнечной системы. На одних экранах сменялись фотографии, присланные роверами с поверхности планет, спутников или комет; на других – потоки необработанных данных, только что поступивших из космоса, которые ещё предстояло отфильтровать для получения распознаваемой информации.
На паре экранов можно было проследить маршруты разных беспилотных миссий, их движение по Солнечной системе. Один из мониторов следил за Международной космической станцией. Можно было даже увидеть следы, которые оставляли роботы-исследователи на Луне и Марсе. Это было невероятное зрелище. И невероятное ощущение, когда ты можешь заглянуть в любой уголок Вселенной, не сходя с места. Только один экран, в последнем ряду справа, оставался чёрным. На всех остальных отражалась, во всей полноте, информация о прогрессе человечества в исследованиях космоса.
– Невероятно! – сказал просиявший Джордж. Оказывается, тут может быть не так уж плохо, подумал он. Он огляделся по сторонам: ничего зловещего, ни роботов-охранников, ни дронов. Самые настоящие, самые обыкновенные, оживлённо болтающие люди.
С балкона-полуэтажа сотрудники Космодрома-2 приветственно махали вновь прибывшим, нависая над перилами. Сам круглый зал был битком набит. Работников Космодрома легко было узнать по ярко-синим лётным костюмам. На их фоне Джорджу сразу бросилась в глаза группа взрослых в обычной, неформенной одежде – а рядом с ними нервно переминались с ноги на ногу дети в таких же, как у него и у Анни, голубых комбинезонах.
Анни и Джордж, оба от природы дружелюбные, улыбнулись другим участникам программы.
– Привет! – сказал Джордж проходившему мимо мальчику примерно своих лет. Мальчик ошалело посмотрел на него и поспешил прочь.
Анни попыталась заговорить с девочкой постарше, но та не удостоила её ответом и отошла в сторону, глядя поверх Анниной головы.
– Не слишком-то они тут приветливые, – прошептала Анни Джорджу. – Ты уверен, что мы хотим застрять в одной консервной банке с этим народцем до конца лета? И заметь: все остальные пришли с родителями! Их родителям почему-то не велели покинуть здание!
Но Джордж, несмотря ни на что, втайне испытывал облегчение, что его собственных родственников нет рядом. Его сестрёнки перевернули бы этот ЦУП вверх дном – да что там, он бы даже не удивился, если бы, глянув на монитор, обнаружил их на Марсе, – а папа измучил бы всех сотрудников расспросами о том, не вредны ли космические полёты для окружающей среды.
В дальней части переполненного зала парочка родителей громко выспрашивала что-то у работников Космодрома.
– А ей дадут дополнительные баллы за участие в программе? – допытывалась одна мама с резкими чертами лица и огромными надутыми губами. Папа при этом растерянно озирался по сторонам – без смартфона он явно был как без рук. – Нам совершенно необходимо добавить это в её резюме…
Джордж окинул эту родительницу взглядом. Вся, за исключением пухлых губ, состоящая из одних углов, она была полной противоположностью его мамы – улыбчивой, круглолицей и милой.
– Резюме? – прошептал Джордж на ухо Анни. – Что такое резюме?
– Это такая штука, – с готовностью объяснила Анни, – куда ты вписываешь всё, все свои достижения.
– …в придачу к пунктам о её занятиях в консерватории, о её балетной программе в Мариинском театре, о том, что она круглая отличница, о её волонтёрской помощи малоимущим по выходным, о занятиях высшей математикой и об успехах в гребных гонках на юношеской Олимпиаде… – продолжала напористая мама.
У Джорджа отвисла челюсть.
– Вау, – сказал он Анни. – Я думал, это ты у нас суперчемпионка!
От услышанного ему сделалось зябко. Не похоже, думал он, чтобы человек занимался всем этим для удовольствия; скорее, через силу, сцепив зубы, потому что надо – значит надо!
– …не говоря уж, – продолжала тем временем мама чудо-девочки, – о её еженедельной кулинарной колонке на сайте «Лакомый кусочек»!
Дочь, чьи достижения были столь поразительны, не проявляла ни малейшего любопытства к происходившему вокруг. Она выглядела собранной, спокойной – и совершенно равнодушной. Постороннему наблюдателю могло показаться, что мысли её витают где-то очень далеко от физической оболочки.
В этот самый миг все экраны на стенах одновременно погасли. В зале стало темно, как в театре перед началом представления. Даже самые шумные родители притихли. Экраны снова ожили, и на всех появилась одна и та же космическая панорама: невероятно прекрасное изображение звёздной колыбели – той части Вселенной, где рождаются звёзды.
– Это как в окне, которое наш Космос открывает, – шепнула Анни. – Помнишь, как тогда, когда папа тебе показывал рождение звезды.
– Наверное, это просто фотография с космического телескопа, – сказал Джордж.
Читать бесплатно другие книги:
