Джордж и ледяной спутник Хокинг Стивен
– Верните меня на Землю! – взмолился Алиот. – Это ваш единственный шанс остановить «Артемиду»!
– Пять минут до старта, – прозвучал автоматический голос.
– Мы не можем! – сказал Джордж. – Нельзя же возвращать его на Землю, да? Это слишком опасно.
– Но если не вернуть, – сказала Анни, – то как мы остановим запуск?
– Спасите меня… – проговорил Алиот, который становился всё прозрачнее и прозрачнее. – Если вы хотите остановить запуск, верните меня на Землю… Это ваш единственный…
Однако Мерака подвела его собственная технология. Квантовый телепорт, не рассчитанный на столь активное использование, окончательно сломался, и Алиот Мерак с булькающим воплем ужаса растворился в воздухе – телепорт случайным образом распределил все молекулы его тела по всем местам, где он когда-либо бывал.
Алиот исчез.
– И что теперь? – в ужасе спросил Джордж.
Он никогда бы не подумал, что конец Алиота Мерака вызовет у него не радость, а отчаяние. Только что испарился Мерак – вместе с ним испарилась их последняя надежда. Теперь они не смогут остановить «Артемиду»! Вот-вот космический корабль устремится к Европе и унесёт с собой семью Джорджа, маму Анни, юных астронавтов-стажёров…
– Мы их потеряли, – сказала Анни.
Голос её был пустым, бесцветным, но мозг работал с бешеной скоростью. Если «Артемида» отправится в полёт, сумеют ли они открыть портал так, чтоб оказаться прямо там, на корабле, и вывести оттуда всех? Хорошо известно, как трудно открывать портал, который ведёт на быстро движущийся объект. Космос в таких случаях не мог похвастать высокой точностью. Она совсем не была уверена, что у них получится. Портал запросто может промахнуться мимо корабля и выбросить их с Джорджем в открытый космос, где они останутся на веки вечные, – а «Артемида» на бешеной скорости промчится мимо.
Может быть, чтобы попытаться вызволить своих близких, а заодно и всех детей-стажёров, придётся дождаться, пока «Артемида» приземлится на Европу? Но удастся ли Космосу провести через портал столько народу? У квантового телепорта явно большие проблемы с переносом людей, так что на него рассчитывать нельзя – на такой риск они не пойдут.
– Мы их потеряли, – повторила Анни.
Даже Леония перестала с бешеной скоростью стучать по клавишам.
– Прости, – вмешался вдруг Космос, – но, по-моему, это не так.
– Правда? – Анни подпрыгнула. – Ты можешь остановить запуск?!
– Э-э-э… – замялся суперкомпьютер. – Нет. К сожалению. Увы. Мои базы данных пусты. Похоже, кое-кто усомнился в моей лояльности.
– Может быть… может, нам обратиться к тому Космосу… к планшету? – отважилась спросить Леония.
Космос издал странный звук, больше всего походящий на презрительное фырканье, и сказал надменно:
– Этот жалкий выскочка сжёг собственную операционную систему, после того как Алиот Мерак попытался использовать его для задач, многократно превосходящих его более чем скромные возможности!
– Только не это, – потрясённо пробормотал Джордж.
– И всё же мне кажется, вы кое-что упустили из виду, – вежливо продолжал Космос.
– Что же? – спросила Анни.
– Я ведь высылал вам код активации команд для запуска космического корабля, – сказал Космос. – Предвидя, что может произойти нечто вредоносное и что в какой-то момент я буду лишён всей секретной информации, я принял меры предосторожности и заблаговременно отправил этот код вам.
– Да? – только и спросила Анни.
– Письмо из дома, помните? – сказал Космос. – Это очень простой код – каждая буква алфавита заменена своим порядковым номером.
Анни порылась в кармане и достала измятый клочок бумаги.
– Вот!
– Читай вслух! – велела Леония.
– Ты читай! – торопливо сказала Анни. – У тебя быстрее получится.
– А на Луне нашли кота… – прочла Леония, удивлённо покосившись на Анни.
– Нет, давай сразу числами! – сказала Анни. – «А» – это один и так далее.
– Окей, – сказала Леония, быстро записывая алфавит и нумеруя буквы. – Один, пятнадцать, один, тринадцать, двадцать один, пятнадцать, шесть, пятнадцать, один…
– Не так быстро! – взмолился Джордж. – Я ещё только на «Луне»!
– Ха! – довольно воскликнула Анни, следя, как Леония набирает код и компьютер принимает его, открывая на экране окно для введения команд. – Кто сказал, что девочки не сильны в шифровании?
– Что мне сделать, говори! – потребовала Леония.
– Отмени старт! – сказала Анни. – Отключи!
– Такой опции тут нет, – сказала Леония, глядя на экран. – Но старт можно отложить.
– Давай! – велела Анни.
Леония выбрала нужную команду, и на экране вспыхнуло сообщение: «Старт отложен на тридцать минут».
Джордж с облегчением выдохнул – как ему показалось, впервые за много часов. Какое это счастье: знать, что у них есть шанс до старта проникнуть на корабль и спасти всех!
– Скорее же! – сказал он и повернулся к Леонии. – Попробуешь связаться через Космос с папой Анни? Он точно научит нас, как задержать старт не на полчаса, а надолго.
– Я уже пыталась, – огорчённо сказала Леония. – Но увы. Похоже, тут на всей территории какое-то блокирующее устройство, которое не позволяет с ним связаться. Но я буду ещё пробовать, конечно. – Она нахмурилась и пробормотала: – Не люблю проигрывать.
– Значит, нам никто не поможет. Мы должны сами. И времени у нас в обрез, – сказала Анни. – Как же нам туда попасть?
– Знаю! – сказал Джордж. – Мозес! – окликнул он робота, который с унылым видом сидел в углу, привалившись к стене.
– Что? – печально откликнулся Больцмановский Мозес, поднимая большую почерневшую голову.
– Мозес, – повторил Джордж, зная, что слова, которые он сейчас произнесёт, произведут на робота магический эффект. – Хочешь мне помочь?
– Да! – сказал самый любезный в мире робот, подпрыгивая. – У тебя есть для меня задание?
– Именно, – ответил Джордж. – Причём очень важное, и выполнить его может только очень добрый робот.
– В таком случае, – сказал Мозес, – я именно тот, кто тебе нужен!
Оставив Леонию у компьютеров ЦУПа, Джордж, Анни и Мозес помчались к стартовой площадке. С Мозесом им невероятно повезло: они понимали, что до космического корабля страшно далеко и они за что не успеют добежать вовремя, но Мозес попросту подхватил их под мышки и гигантскими шагами припустил в направлении «Артемиды» раз в пять быстрее, чем добежали бы они сами.
Домчав до корабля, который томился на стартовой площадке, как пёс на поводке в ожидании прогулки, Мозес уверенно провёл их сложным путём по заправочной башне к соединительному мостику, всё ещё состыкованному с кораблём. Леонии удалось сразу же открыть люк, как только они пришли, так что они быстро нырнули внутрь корабля и вытащили оттуда стажёров в скафандрах – заторможенных, растерянных, с пустыми взглядами. Дети, казалось, не понимали, где они и что с ними, но беспрекословно слушались и делали всё, о чём их просили, двигаясь словно в полусне. В последней щуплой фигурке в скафандре Джордж с изумлением узнал своего друга Игоря…
Выведя из «Артемиды» детей и велев им спуститься по заправочной башне вниз и как можно быстрее бежать прочь, Анни и Джордж поспешили искать своих.
– Что именно мы ищем? – спросил Джордж, углубляясь в недра космического корабля. Спускаться было неудобно: ведь они вошли в верхнюю часть корабля, а теперь продвигались вниз, в грузовой отсек. Конечно, в полёте космический корабль будет ориентирован горизонтально, но пока он располагался вертикально, отчего исследовать его было ещё труднее.
– Ящики! – крикнула сверху вниз Анни – она была на уровень выше, чем Джордж. – Ты не видишь такие большие ящики, белые, примерно с человеческий рост?
– Вижу! – крикнул в ответ Джордж. – Я их нашёл! Как ты думаешь, их можно двигать? Это для них не опасно? – Он легонько прикоснулся к ящикам, словно надеясь вступить в контакт со спящими внутри людьми – своими мамой и папой! А эти два ящика поменьше – там сестрички? Комок подступил к горлу, и Джордж крепко зажмурился, глотая слёзы. Как их вытащить отсюда? Ведь времени так мало… Сумеет ли он их спасти?
– Оставлять их тут никак нельзя, – сказала Анни. В голосе её звучала паника: минуты утекают, а они до сих пор не знают даже, удалось ли Леонии отменить запуск или хотя бы отложить его на подольше.
Мозес, спустившийся вместе с Джорджем, уверенно сказал:
– У этих ящиков автономное питание и источники энергии. Они специально разработаны таким образом, чтобы их можно было перемещать, – главное, чтобы каждый ящик был полностью заряжен. – Мозес проверил ящики. – Так и есть, заряжены.
– Слишком тяжёлые, – пропыхтел Джордж, пытаясь поднять один из тех, что побольше.
– Они погружены сюда автоматически, – жизнерадостно сообщил Мозес, – и разгрузить их можно точно так же. Смотри! – Робот нажал на кнопку, вмонтированную в стену космического корабля.
Каждый ящик, как на лестничном подъёмнике, поднимался к выходу, где опускался в лежачее положение и выезжал обратно на соединительный мостик. Один за другим, к изумлению Джорджа, ящики выплывали из корабля на мостик, словно левитируя.
Анни начала выбираться вслед за Джорджем и Мозесом.
– Скорее! – крикнула она сверху Джорджу. – Нам и самим надо успеть отсюда убраться. Мы не знаем, сколько ещё Леония сможет его задерживать!
– Бегу! – Теперь, видя, что все ящики покинули корабль, Джордж чувствовал удивительную лёгкость, даже беззаботность. До сих пор он и не догадывался, что бояться за кого-то – страшнее, чем бояться за себя самого. Теперь же, когда он думал – надеялся, – что семья его вне опасности, у него словно гора с плеч свалилась. Он вздохнул с облегчением и огляделся, позволив себе на секундочку восхититься тем, что он находится внутри самого настоящего космического корабля, способного на огромной скорости пройти через всю Солнечную систему! А потом начал карабкаться вверх, ступая след в след за огромными металлическими стопами Больцмановского Мозеса, который, казалось, что-то тихонько напевал себе под нос.
– Мы молодцы, – сказал сверху Мозес, и тут его гигантская ступня соскользнула со ступеньки. Это не было серьёзное падение, однако оно вызвало минутную заминку – пришлось ждать, пока робот восстановит равновесие.
Пока самый любезный в мире робот выпрямлялся, Джордж, как ему показалось, заметил перемену в звуке двигателя. Всё время, пока они были в корабле, он слышал негромкий гул. Но теперь этот гул перерос в рокот, стал ниже, звучнее, как рык зверя, собирающегося напасть…
Выше, над его головой, Анни уже покинула корабль. Обеспокоившись, что всё происходит слишком медленно, Джордж забрался на плечи к Мозесу и задрал голову. Через открытый люк он увидел лицо Анни, глядящей на них вниз, и соединительный мостик, на котором она стояла.
– Быстрей! – торопила она.
Однако Джордж внезапно заколебался. Разве не этого я хотел всю жизнь, подумал он? Отправиться в космос, исследовать неизведанные миры, задействовать все свои знания и умения, чтобы помочь человечеству отыскать новую планету, пригодную для жизни? Неужели он откажется от всего этого? Неужели просто выйдет из корабля и упустит свой, пожалуй, главный шанс отправиться в подлинное космическое путешествие?
Решение было внезапным, но ясным, как озарение.
– Анни! – крикнул он вверх. – Я не поеду домой. Я останусь на борту. Передай моим маме с папой и сестрёнкам, что я их люблю, и… – Он видел, что она хочет перебить его, видел слёзы в её глазах и, спустившись чуть ниже, в глубь корабля, торопливо и громко продолжил: – Я правда этого хочу, Анни! – Он чувствовал, как его наполняет радостное предчувствие приключений. – А ты мне поможешь! Мы будем исследовать Вселенную вместе. Ты, Эрик и Космос – вы будете помогать мне на каждом шагу!
Люк начал закрываться, Джордж слышал крик Анни, но знал, что человеку не под силу остановить мощный закрывающий механизм. Люк захлопнулся, двигатели космического корабля под Джорджем взревели – и рядом с ним теперь не было ни души, только Больцмановский Мозес, добрейший из роботов.
Из громкоговорителей по всему кораблю разнеслось: «Шестьдесят секунд до старта. Начинается обратный отсчёт».
Анни отбегала от ракеты в безопасное место, стойки, удерживающие ракету, отлетали, а Джордж пристёгивался к ближайшему сиденью, готовясь к главному путешествию своей жизни.
– Пять… четыре… три… два… один… поехали!
Миссия «Артемида» началась.
Эффект обзора
Наверное, почти все в какой-то момент жизни мечтают побывать в космосе. Но, увы, большинство с сожалением отказывается от этой мечты, когда выясняется, что шансы попасть в число избранных очень низки. В моём случае, однако, дело обстояло иначе. Мой папа и папы моих товарищей были астронавтами. Так что для нас совершенно нормально было верить, что все мы рано или поздно полетим в космос.
Когда выяснилось, что в астронавты НАСА меня не возьмут из-за плохого зрения, я решил создать собственное космическое агентство, чтобы иметь возможность летать. Я вложил деньги – которые заработал, делая компьютерные игры, – в компании, которые со временем смогли организовать частные космические полёты для меня и других. В октябре 2008 года я полетел на МКС и стал первым американским астронавтом второго поколения, и летал я вместе с первым российским космонавтом второго поколения!
Подготовка к полёту в космос и сам полёт – это невероятный опыт! Многие из его подробностей оказались очень далёкими от ожиданий и от представлений, которые у нас складываются из телепередач и фильмов о космосе.
Прежде чем отправляться в полёт, нужно научиться управлять космическим кораблём. Учиться было весело, причем занятия, как это ни удивительно, мало чем отличались от занятий в школе или в кружке. Например, многие любят нырять с аквалангом, и я тоже. Чтобы получить сертификат по дайвингу, ты проходишь курс обучения и слушаешь лекции о давлении воздуха, о кислороде и углекислом газе, расширяешь свои школьные знания по химии и физике. И почти то же самое изучают и при подготовке к жизни на борту космического корабля. Если у вас есть сертификат по дайвингу, то вы сумеете справиться и с жизнеобеспечением на космическом корабле! Аналогично, если на Земле вы получили удостоверение радиолюбителя, то справитесь и с радиосигналами на космическом корабле. Научиться быть квалифицированным астронавтом оказалось гораздо интереснее и совсем не так трудно, как я ожидал… если, конечно, вы хорошо учились в школе.
Дальше идёт собственно космический полёт. Когда наблюдаешь за стартом ракеты, лично или по телевизору, слышишь оглушительно громкий звук и ощущаешь сильную вибрацию. Однако внутри ракеты, когда я сам отправился в космос, всё было совершенно наоборот. Когда заработали моторы, мы этого практически не ощутили и не услышали. Когда ракета оторвалась от Земли, было очень тихо. Я много раз описывал это ощущение как «уверенный прыжок в балете, стремительно поднявший нас в небо». За каких-то восемь с небольшим минут сила притяжения возрастает втрое, потом моторы выключаются… и дальше плывёшь в невесомости по земной орбите.
Вид из космического корабля, конечно, потрясающий, но меня сразу поразило то, насколько близко мы оставались к Земле. Самолёты могут летать почти в десяти милях над земной поверхностью, мы же обращались по орбите в двадцать пять раз дальше от Земли. Однако это всё же достаточно близко для того, чтобы разглядеть многие детали, какие мы видим из самолёта, – и при этом достаточно далеко для того, чтобы увидеть под собой всю Землю целиком. Странное чувство – быть неожиданно близко к Земле, но при этом полностью оторванным от всех, кто остался внизу. Ты ясно осознаёшь, что в случае чрезвычайной ситуации ты и другие члены экипажа должны разрешить её полностью самостоятельно, потому что на существенную помощь с Земли рассчитывать нельзя. Учиться рассчитывать на себя и в то же время быть надёжным членом команды – необходимый навык для космического полёта и вообще для жизни.
Для многих астронавтов видеть Землю из космоса – волнующее событие. Есть даже такое понятие – эффект обзора; этот опыт меняет людей. Я тоже испытал это чувство на себе и думаю, что об этом стоит рассказать.
Обращаясь по орбите вокруг Земли на борту МКС, вы движетесь со скоростью около 17 210 миль в час. На этой скорости вы совершаете полный оборот вокруг нашей планеты примерно за 90 минут. Это значит, что примерно раз в сорок пять минут вы видите рассвет или закат, а за 10–20 минут можете пролететь целый континент. И при этом вы настолько близко к Земле, что можете разглядеть куда больше деталей, чем ожидали, даже таких маленьких, как мост Золотые Ворота в Сан-Франциско (а вот Великую Китайскую стену вы не увидите, вопреки распространённым представлениям). Глядя из окна на Землю, вы видите её в мельчайших подробностях, пока она спокойно плывёт мимо, – вас будто из шланга окатывает и врывается в ваше сознание бурный поток информации о Земле.
Едва ли не первое, на что обращаешь внимание, глядя на Землю из космоса, – это погода. Это потому что значительная часть Земли всегда скрыта за облаками. Из космоса видно, как над Тихим океаном формируются крупные погодные узоры, плавные или геометрические: ведь в этом океане нет ни больших островов, ни сильных перепадов температур поверхности. Зато Атлантический океан полон более мелких хаотичных погодных узоров. Это из-за большой разницы температур поверхности и форм близлежащих континентов, которые прерывают то однообразие, что мы наблюдали в Тихом океане.
И второе, что бросилось мне в глаза, – красота пустынь. Они обычно не скрыты облаками. Песок, как и снег, на Земле сметается ветром в небольшие сугробы, потом в дюны побольше, потом в более высокие гряды, и из космоса видны движущиеся песчаные холмы, которые образуют однообразные узоры, и их так много, что их видно из космоса! Я глаз не мог отвести от этих гигантских «вееров», созданных одними только ветрами, дующими в пустынях Земли.
Ещё при взгляде из космоса становится ясно, что человечество заняло всю поверхность Земли. Все пустыни, какие я видел из космоса, исчерчены дорогами, и посреди них – множество ферм, где выращивают урожаи, выкачивая воду из земных глубин. Во всех лесах, даже в бразильской Амазонии, проложены дороги и возведены города. Горные хребты пересечены трассами, а на реках построены дамбы. На Земле осталось совсем мало не освоенного человеком места!
Наконец, я видел местность, которую знаю очень хорошо, – штат Техас, где я родился и вырос. Я видел свой родной город, и соседние города, куда много раз ездил на машине, и длинное техасское побережье с моими любимыми пляжами. И при этом я видел всю Землю, вокруг которой уже облетел по орбите множество раз. И вдруг меня осенило: ведь я своими глазами вижу Землю и её масштаб в натуральную величину!
Это открытие вызвало у меня невероятные физические ощущения! Как будто смотришь кино, где камера даёт крупный план и одновременно отъезжает назад. Создаётся эффект, как будто бы зрительный зал сжимается и уменьшается, в то время как актёр на экране остаётся прежних размеров. Вот так и было, когда я смотрел на Землю. Она, в окне, оставалась того же размера, но реальность вокруг неё сжалась. Внезапно для меня Земля, немыслимо огромная, неохватная, стала конечной и… маленькой.
Вернувшись из космоса, я постепенно узнал, что многие астронавты испытывают такое же «прозрение» от этого «эффекта обзора». Многие из них, как и я, возвращаются домой, прочувствовав, как важно защищать окружающую среду, оберегать этот хрупкий мир, который нам дан. Мне кажется, что, если бы больше людей получили возможность увидеть Землю из космоса, все мы лучше бы заботились и о нашей прекрасной планете, и друг о друге.
Если вы так же сильно мечтаете о полётах в космос, как мечтал о них я, надеюсь, что в один прекрасный день вы добьётесь того, что ваша мечта станет реальностью. Возможностей для этого с каждым годом всё больше. И всё же попасть в космос всегда будет труднее, чем добраться до соседнего города, страны или континента. Вам придётся упорно трудиться, чтобы подготовиться и заслужить место в команде, которая добывает новые знания и проникает всё дальше от нашей родной планеты. Однако вам для этого не нужно рассчитывать на одно только везение, как многим астронавтам до вас.
Трудитесь, старайтесь, и я уверен, что каждый из вас, читающих эти строки, сумеет построить своё собственное космическое будущее!
Читать бесплатно другие книги:
