Отношения под запретом Киланд Ви
– Помнишь, как мы танцевали на благотворительном вечере?
– Помню.
– Мое тело покалывало невидимыми иголочками, когда я была в твоих объятиях, и мне пришлось притворяться безразличной.
– А я танцевал, слегка отставив задницу, чтобы не коснуться тебя этим самым и не дать ненароком почувствовать мою эрекцию.
– Видимо, нас тянуло друг к другу с самого начала.
– О-о, милая, ты и представления не имеешь… Ты возбудила во мне любопытство написанным спьяну имейлом, предложив мне отправляться туда, где солнце не всходит.
С минуту мы танцевали в приятном молчании. Песня кончилась, и началась новая. Я был рад, что это снова медленная композиция и у меня есть причина не отпускать Айрленд. Закрыв глаза, я отдавался мгновению, но женщина в моих объятьях явно оглядывалась по сторонам.
– Не хочу такую пышную свадьбу, – сказала вдруг она. Обычно слово «свадьба» из женских уст обращало меня в бегство, но в этот раз мне стало интересно.
– Разве ты в детстве не играла в невесту? Когда я был маленьким, сестры целыми днями строили в гостиной декорации для своих свадеб и по очереди напяливали мамино свадебное платье. А меня мама заставляла исполнять роль жениха. Я это ненавидел.
Айрленд засмеялась.
– Боже, какая прелесть!
– Скорее, пытка.
– У меня не было братьев и сестер, – со вздохом сказала Айрленд, – а у родителей были отвратительные отношения. Поверь, мне и в голову не приходило играть в свадьбу.
Я крепче обнял ее.
– Мне жаль, что тебе досталось нелегкое детство.
– Но я все равно не убеждена, что, если девочка только свадьбой и бредит, это нормально и правильно. Я не играла в невесту, я играла в дикторшу и часами перед зеркалом рассказывала новости в щетку для волос, как в микрофон. Сдалась мне такая свадьба!..
– Стало быть, ни пышного белого платья, ни банкета в ресторане?
Айрленд покачала головой.
– Нет. Хочу босиком и на пляже. Лучше всего на закате. И чтобы присутствовали друзья и ближайшие родственники, на пальмах мигали гирлянды, и местный джаз-банд играл бы калипсо…
– Прикольно, – я улыбнулся. Впервые за целую вечность я обсуждал что-то имеющее отношение к свадьбе, не вспоминая Лили. У меня не возникало желания думать о бывшей жене, пока Айрленд была в моих объятьях. После развода я сознательно держался за напоминание, чего мне надо сторониться, как чумы, однако с Айрленд я впервые захотел забыть прошлое и жить будущим.
Остаток вечера мы обсуждали ее подруг, тусили с новобрачными и танцевали вдвоем. Айрленд даже заставила меня энергично отплясывать под попсу, чего я никогда не делал. Но оно того стоило – видели бы вы, как подпрыгивали ее груди! На исходе вечера я уже не мог дождаться, когда отведу ее в гостиницу. Мне по-прежнему не терпелось сорвать с нее платье, но я знал, что буду послушно делать так, как захочется самой Айрленд. Она пригласила меня переночевать в своем номере, но я не был уверен, что она готова к следующему шагу.
Поэтому я сразу сбавил темп, едва мы вошли в ее комнатку. Я открыл вино и принес ей бокал, пока Айрленд у окна любовалась мерцавшим внизу морем.
– Спасибо.
Мне пришлось сунуть свободную руку в карман, чтобы не обнять Айрленд. Одно прикосновение, пока мы находимся в комнате с кроватью, – и выдержка бы мне изменила. Поэтому я отпил вина и уставился на море, стоя рядом с Айрленд.
Она повернула голову.
– Ты что-то притих.
– Я притих?
– Угу, – кивнула она. – И… отдалился, что ли. Для человека, который обещал, что к утру мое платье будет в лоскуты, единственная пауза могла возникнуть, когда твой язык оказался бы у меня в глотке. Здесь мы не должны были продвинуться дальше прихожей.
Я тоже повернулся к ней.
– Я стараюсь быть джентльменом.
– Почему? – Айрленд наклонила голову.
– Потому что я не уверен, чего ты ждешь от этого вечера. Может, твое приглашение остаться не означает, что ты готова к большему, нежели разделить со мной номер.
Айрленд отставила бокал, подняла руки и начала расстегивать сережку.
– А если бы не эта неуверенность, чего бы ты хотел?
Она положила сережку на стол рядом с полным бокалом и принялась расстегивать вторую.
– Ты о чем? Что я хотел бы сейчас?.. – Мне требовалась полная ясность, что речь об этом, хотя в принципе и так было понятно – Айрленд интересует, что бы я делал сейчас, если бы она была готова на все.
– …Чего ты хотел бы между нами сегодня. В сексуальном плане.
Я сделал большой глоток вина, когда Айрленд отложила на стол и другую серьгу.
– Ты точно хочешь знать ответ?
– Точно. Я хочу услышать твое честное мнение. – Она улыбнулась, повернулась ко мне спиной и свела плечи. – Расстегнешь молнию?
Блин!.. Я сглотнул.
– Ну, я хотел бы раскрыть тебя пошире на этой большой кровати и для начала вылизать твою дырочку, чтобы ты потекла.
Айрленд хрипло спросила:
– А потом?
Я взялся за язычок молнии. Рука дрожала, потому что сохранять самообладание мне стоило больших усилий. В большой комнате вдруг отчетливо послышался стук моих зубов.
– Много чего еще. Я бы подсадил тебя на комод – я уже примерился, у него идеальная высота – и отымел тебя стоя. Я хочу видеть, как ты кончаешь, и смотреть тебе в глаза, когда я войду максимально глубоко и наполню тебя моим семенем.
Айрленд нервно засмеялась:
– Очень специфические фантазии.
– Я не закончил. – Я расстегнул ее молнию до самого низа и, не справившись с собой, сунул ладонь под платье и погладил гладкую спину. – Потом мы вместе примем душ, и я возьму тебя за ягодицы, а ты сомкнешь ножки за моей спиной и упрешься в кафельную стенку. Когда ты начнешь нанизываться на мой член, я суну палец тебе в зад, чтобы быть в тебе всеми возможными способами.
Она задрожала, и я принял это за знак, что Айрленд хочет услышать больше.
– После этого я дам тебе поспать, а утром мы вместе позавтракаем – под этим я имею в виду твои губы на моем члене, пока я буду вылизывать твою дырочку. Ты будешь сверху, чтобы тебе казалось, что ты контролируешь ситуацию, но когда ты начнешь кончать мне на лицо, я приподниму бедра и войду в твое горло чуть дальше, заполнив тебя горячей спермой.
Легонько взяв Айрленд за плечи, я повернул ее к себе. На ее лице читались шок и возбуждение. Это было невероятно сексуально.
Я приподнял ее лицо.
– Надеюсь, я не зашел слишком далеко?
Она прерывисто засмеялась.
– Да, ты от скромности не умрешь!
Я провел пальцами по ее ключицам.
– А ты чего хочешь?
Глядя мне в глаза, Айрленд стянула бретельки платья и позволила ему соскользнуть на пол.
– Я готова ко всему, что ты перечислил, только хочу кое-что добавить. Никак не могу перестать об этом думать…
Я не мог оторвать глаз от ее роскошной фигуры, едва прикрытой синим бюстгальтером и трусиками: полные груди почти вываливались из маленьких чашечек. Я отвлекся, слыша ее голос, но не вполне понимая смысл слов, и встряхнул головой.
– Прости, что ты сказала?
Губы Айрленд сложились в лукавую усмешку.
– Я сказала, что хочу прибавить кое-что еще к твоим проектам. Можно?
– Все, что хочешь!
В глазах мелькнул лукавый огонек, и Айрленд опустилась передо мной на колени.
Ох, блин!
Меня охватило сильнейшее желание закрыть глаза и возблагодарить Господа за то, что несколько недель назад эта женщина напилась достаточно, чтобы написать мне язвительное письмо, но я не мог отвести взгляд от Айрленд на коленях передо мной. Она расстегнула мои брюки, пока я стоял, не в силах вымолвить слово. Когда ее маленькая рука проникла внутрь и сжала мой уже твердый член, я подумал, что вот-вот кончу – здесь и сейчас.
Я прошипел сквозь зубы:
– Милая, мне долго не выдержать.
Айрленд подняла на меня глаза и улыбнулась, подталкивая меня кулачком.
– Ничего, у нас вся ночь впереди.
Она медленно проехалась рукой по моему члену раз, другой, облизала губы, потом открыла рот и приняла меня внутрь. Не было прелюдии, лизаний головки и кружения кончиком языка по ободку, как любят делать женщины (это, конечно, приятно и все такое, но совершенно не нужно, когда мужчина и так вот-вот кончит). Я не знал, радоваться ли, что Айрленд это понимает, или ревновать к ее сексуальному опыту, но когда она начала часто нырять головой, я уже не мог вспомнить, о чем думал.
Через несколько секунд Айрленд еще немного опустила челюсть и вышибла из меня дух, взяв меня еще глубже.
Блин, она умеет делать глубокий минет!.. Я покорен.
Айрленд отодвинулась, проведя языком по нижней стороне члена и почти совсем его вынув. Ресницы затрепетали, когда она подняла на меня глаза. Я разглядел безудержное веселье в ее взгляде.
– Господи, Айрленд!..
Она тут же нанизалась ртом на мой член и снова впустила меня в горло. Мне пришлось поднять лицо к потолку и зажмуриться, чтобы не оказаться парнем из анекдота про два такта и впрыск и не кончить раньше, чем Айрленд начала. Видеть ее на коленях, сосущую мой член, было для меня чересчур. Я застонал и запустил пальцы в ее волосы.
Я старался не смотреть вниз, на ее ныряющую голову, чувствуя, как член почти выходит из ее рта и снова ныряет в глотку, но не мог удержаться – слишком классное было зрелище. Айрленд еще несколько раз взяла меня глубоко, а потом начала коротко и быстро накачивать меня ртом и рукой.
Кроме шуток, это была самая лучшая штука, которую я испытывал в жизни! Я будто умер и попал в рай для порнозвезд.
Я пытался сдерживаться, но Айрленд, блин, сделала это невозможным. Особенно когда положила свои руки на мои, запутавшиеся у нее в волосах, и подсказала мне задавать ритм. Она буквально дала мне разрешение трахать ее в рот! Как ни хотел я простоять так целые сутки, меня хватило только на три фрикции. Желание кончить было слишком жгучим, как я ни сопротивлялся.
Я обещал кончить ей в рот и так бы и сделал, но я не был засранцем. Пусть Айрленд делает минет как порнозвезда, но она еще и женщина, которую я уважал, поэтому я счел себя обязанным ее предупредить.
– Айрленд, детка… блин… я сейчас… кончу…
Однако она не отодвинулась. Я готов был повторить – вдруг она не расслышала. Когда я поглядел вниз, глаза Айрленд были закрыты, но, что-то почувствовав, она посмотрела на меня.
– Детка, я сейчас кончу…
Она ответила тем, что всосала меня так глубоко, что я мог и не вернуться (да не очень и хотелось). Глотка Айрленд Сент-Джеймс стала моей нирваной, которую я не желал покидать. Но на этот раз она меня точно расслышала и дала мне это понять. Она хотела, чтобы я кончил ей в рот, и я с восторгом согласился. Простонав ее имя и сделав еще одно движение, я замер и отпустил себя, заполнив ее рот нескончаемым потоком.
Потом у меня едва хватило сил поднять ее на ноги.
– Господи, Айрленд, где ты этому научилась? – Но я тут же покачал головой, которая еще здорово кружилась. – Не надо, не отвечай, я не хочу знать.
Айрленд хихикнула.
– Я же говорила, я люблю смотреть, как мужчинам доставляют удовольствие. Вот и подсмотрела кое-что.
Я уставился в потолок, мысленно поблагодарив бога. Любой другой ответ – не про видео – меня бы очень покоробил.
– Ты не могла бы получиться лучше, даже если бы я сам тебя создавал.
– Кстати, я принимаю противозачаточные, – она улыбнулась.
И я понял, что ночка будет долгой.
Айрленд
Я где-то читала, что среднее время прелюдии составляет четырнадцать минут. В начале отношений у пары на предварительные ласки уходит, конечно, чуть дольше, но я никогда еще не проводила два часа за петтингом, не переходя к сексу, даже когда стало ясно, что прелюдия и окажется собственно событием.
Но Грант никуда не торопился, и мне это очень и очень понравилось. После того, как я проявила инициативу, он отплатил мне сторицей, доставив два оргазма подряд своим умелым языком. Потом мы говорили, а он ласкал мое тело. Я думала, ему нужно время восстановиться, но когда я уютно прильнула к нему и ощутила крепкую эрекцию, то поняла – причина не в этом.
Грант пристально смотрел мне в лицо, когда касался моего тела и рассказывал обо всем, что хотел бы со мной сделать – поводить членом между грудей и кончить мне на шею, взять меня сзади, завязать мне глаза, привязать к кровати. Два мощных оргазма должны были меня удовлетворить, но чем больше Грант говорил, тем сильнее становилось во мне желание принять его внутрь.
Грант спустился с поцелуями по моему телу до пальцев ног и принялся щекотно всасывать кожу, поднимаясь обратно. Мое тело вибрировало, когда он снова начал целовать меня в губы. Мне было досадно, что Грант не казался обуреваемым таким же желанием, как я, поэтому я поставила себе целью заставить и его гореть как в лихорадке.
Грант покрывал поцелуями мою шею, когда я подтолкнула его, уложив на спину, и уселась сверху. Прильнув к его губам поцелуем, я немного опустила бедра, так что мой влажный центр уперся в кончик его эрекции, и начала тереться о него, целуя все более страстно. Это помогло – одним быстрым движением я оказалась на спине, и Грант снова навис надо мной, только на этот раз выглядел куда более нетерпеливым. Моя торжествующая улыбка вызвала у него рычание:
– Я пытался не спешить!
Я прикоснулась ладонью к его щеке.
– Я не хочу медленно, я хочу сильно. И немедленно.
Грант пробормотал проклятия, шаря по тумбочке. Нащупав свой бумажник, он вытащил оттуда кондом, бросив остальное на пол, и надел презерватив в рекордное время.
Снова нависнув надо мной, он заглянул мне в самую глубину глаз.
– Ты… – он покачал головой, – …просто невероятная.
Я потянула его к себе, так что наши губы соприкоснулись, и заговорила ему в рот:
– Каждый раз, как я смотрю на тебя, я испытываю возбуждение и страх. Сейчас я хочу только возбуждения.
Грант, не отводя взгляд, резко вошел в меня.
– Блин, – он сглотнул, – ты такая влажная…
Он медленно двигался взад и вперед, немного растягивая меня с каждым разом. Хотя я была возбуждена и уже успела узнать, какой он толстый и длинный, раз он побывал у меня во рту, прошло уже довольно много времени с тех пор, когда я в последний раз была с мужчиной. Телу требовалась некоторая стимуляция, чтобы принять его целиком. Руки Гранта дрожали, пока он пристраивался, и когда он наконец вошел в меня полностью, то застонал. Звук был таким утробным и диким, что у меня по рукам и ногам побежали мурашки.
Грант прервался и нежно поцеловал меня, а потом, неотрывно глядя в глаза, отымел так, как я мечтала – жестко, грубо и по-настоящему. С каждым разом он входил все глубже и сильнее, пока единственными звуками в комнате не стали мои стоны и влажные шлепки наших тел.
Запустив пальцы в волосы Гранта, я повторяла его имя снова и снова, чувствуя приближение слепящей, пульсирующей волны. Дыхание Гранта тоже стало сбивчивым.
– Блин, ты… такая чудесная, такая… хорошая, – отрывисто говорил он сквозь зубы.
– Не останавливайся… Да… Да… О… О-о-о! – В этот раз оргазм был сравним с мощным ударом, и все слова, которые я силилась подобрать, сразу забылись вместе со страхами, мучившими меня.
Грант закрыл глаза – мышцы на щеках мелко двигались, вены на шее вздулись, – ускорил темп и не переставал, когда меня захлестнуло волной блаженства. Когда я запульсировала вокруг него, Грант взревел:
– Бли-и-ин!
И, судорожно поддав бедрами, глубоко вошел в меня.
Через секунду он поцеловал меня в шею и продолжал двигаться уже медленнее. Откинув мокрую прядь с моего лба, он улыбнулся, глядя на меня сверху вниз.
– Все, милая, я пропал. Теперь я знаю, как хорошо быть в тебе, и уже не перестану мечтать снова оказаться внутри.
Я улыбнулась.
– Ничего, ты мне там нравишься.
Он легонько поцеловал меня и кивнул.
– Я тоже тебя там оценил.
* * *
На следующий день мы проспали. Вернее, не совсем так: проспать означает спать дольше обычного, а мы заснули на рассвете и проснулись спустя два часа от звука моего мобильного, поэтому, можно сказать, не выспались.
Приоткрыв один глаз, я провела пальцем по экрану.
– Алло?
– Почему ты не спустилась?
Черт, Миа же со своим бранчем!.. Я приподнялась на локте.
– А который час?
– Бранч начался двадцать минут назад.
– Ах ты ж… Слушай, я, кажется, проспала.
– Проспала или тебе всю ночь не давали спать?
– И то, и другое.
Из-за восторженного визга Мии мне даже пришлось отодвинуть трубку от уха. Грант шевельнулся, и я прикрыла рукой телефон.
– Это Миа. Мы опоздали на бранч.
– Скажи, что мы не придем. Я полакомлюсь тобой вместо бранча.
Конечно, Миа все расслышала, хоть я и прикрывала динамик, и заорала:
– Немедленно иди сюда! Я требую подробностей!
Грант забрал у меня телефон и сказал моей подруге, глядя на меня:
– Нам нужно двадцать минут, чтобы принять душ…
Уперевшись взглядом в мою обнаженную грудь, он добавил:
– А лучше тридцать.
Я не представляла, что ответила Миа, но Грант провел пальцем по экрану, закончив звонок, и зарылся лицом в мою шею:
– Доброе утро.
Я не сомневалась, что на моем лице цветет глупейшая улыбка, но мне было все равно.
– Утро доброе!
Его рука скользнула у меня между ног, и пальцы прошлись по моим припухшим складкам.
– Больно?
– Немного, – храбро соврала я.
Грант посмотрел мне в глаза:
– Точно?
Я кивнула.
Грант потянул меня за сосок, и тот напрягся, став острым и упругим.
– Прекрасно, – хрипло сказал Грант, – потому что я хочу взять тебя сзади, чтобы ты держалась за раковину в ванной и смотрела на нас в зеркало.
Мышцы у меня болели после бурной ночи, между ног все было натерто, однако стоило мне представить, как Грант трудится сзади, тело моментально задрожало от желания.
Я прикусила губу.
– Тогда почему мы еще в кровати?
Не успела я и глазом моргнуть, как Грант подхватил меня на руки и понес в ванную. Я вскрикнула от неожиданности, но мне очень понравилось, что он нежно прижимал меня к груди и двигался без усилия, точно я пушинка.
Он вошел со мной в ванную, держа в зубах пакетик с презервативом, и мы в точности повторили то, что он задумал. Грант отымел меня сзади, перегнув через раковину и давая смотреть в зеркало. Все происходило быстро и яростно, но приносило огромное удовольствие, и мы оба кончили ярко. Лучшего пробуждения и придумать было нельзя. Затем мы быстро привели себя в порядок и спустились в ресторан на праздничный бранч.
При виде нас у Мии загорелись глаза: мои мокрые после душа волосы были стянуты в хвост, а волосы Гранта зачесаны назад блестящей волной. Новобрачная указала мне на пустое сиденье рядом с собой.
– Роняй сюда свою задницу!
– Твоя жена что-то раскомандовалась, – упрекнула я Кристиана. Он поглядел на Мию с обожанием.
– Моя жена… Мне нравится, как это звучит.
Грант сел напротив Кристиана, и через минуту они уже что-то оживленно обсуждали. Медовый месяц новобрачные планировали провести на Кауаи, Грант там, как оказалось, уже бывал, и Кристиан выспрашивал, какие лодочные экскурсии выбирать и куда слетать на вертолете.
Миа наседала на меня с расспросами, как у нас было с Грантом, но я лишь отвечала, что мы прекрасно провели вместе ночь. Правда, моя улыбка и разгоревшиеся после недавнего оргазма щеки все равно рассказали подруге больше, чем надо.
Услышав, как Грант рассказывает Кристиану, где он жил на Кауаи, Миа перебила:
– О, я этот отель видела в интернете! Роскошные условия. Но мест у них нет, они потеряли половину курорта из-за урагана несколько лет назад.
– Я этого не знал, – отозвался Грант.
– А ты давно там отдыхал?
Грант отчего-то взглянул на меня.
– Восемь лет назад.
Я почувствовала укол ревности, хоть и понимала, что это глупо. Видимо, Грант ездил на Кауаи в свой медовый месяц. Его брак давно закончился, а мы только что сблизились и провели потрясающую ночь, однако я все равно ревновала. Я подавила дурацкие эмоции, не позволяя портить эйфорию, с которой я явилась в ресторан.
– Слушай, Грант! – начала Миа, наставив на него вилку. – На правах замужней дамы должна тебя предупредить, что я давно распланировала будущее моей подруги. Мы с Айрленд станем соседками, дворы разделим белым штакетником, а мальчики, которые у нас родятся, получат имена Лиэм и Логан!
– Миа так решила в пятом классе, – я рассмеялась. – Мы ходили в школу мимо красивых одинаковых домиков, которыми владели две сестры. По утрам они сидели на одном крыльце и пили кофе, а когда мы шли из школы, они сидели на другом крыльце и пили чай со льдом. Мы с Мией еще гадали, добавляли ли они рома в чай.
Миа пихнула меня плечом.
– Наш-то чай точно будет сдобрен ромом. – Она взглянула на Гранта: – Ты какое имя предпочитаешь – Лиэм или Логан?
Конечно, было еще рано говорить о чем-то серьезном между мной и Грантом, но неугомонная Миа всегда была душой компании.
Но Грант ответил совершенно серьезно:
– Я не хочу детей.
Все улыбки и смех мгновенно исчезли.
– Правда? – спросила я.
Грант кивнул.
Под ложечкой у меня так и оборвалось. Я почувствовала, что сейчас не время и не место это обсуждать, но Миа, к сожалению, не унималась и весело махнула рукой на Гранта:
– Так многие говорят, пока не встретят своего человека. Ты еще передумаешь!
Лицо Гранта казалось высеченным из камня. Он взглянул на меня и опустил глаза в тарелку.
Наступило неловкое молчание. Миа знала, что я-то детей хочу, причем не одного, а нескольких, на собственном опыте зная незавидную участь единственного ребенка в семье. Ситуацию спас Кристиан, заговорив о спорте, и я присоединилась к общей беседе, хотя услышанное не укладывалось в голове.
Нашему с Грантом роману было без году неделя, поэтому его категорический ответ не должен был меня задеть, но дело в том, что Грант мне очень нравился. Большинство разногласий для влюбленных не становятся камнем преткновения: если, допустим, один хочет жить в городе, а другой за городом, можно найти компромисс и жить на два дома или поселиться в пригороде, где почти город, но с сельским оттенком. Если муж требует жену-домохозяйку, а жена рвется работать, решением может стать неполный рабочий день. Но насчет детей компромисса быть не может – либо ты настроен, либо нет.
Я старалась держать улыбку, но замечание Гранта не давало мне покоя, как ноющая зубная боль. Когда пришло время прощаться, мы с Мией обнялись.
– Хорошего медового месяца, – пожелала я. – Присылайте фотографии!
– Обязательно. И не забивай себе голову – Грант еще сто раз передумает. Мужчины сами не знают, чего хотят, пока им это под нос не сунешь. За исключением минета – вот от этого ни один не откажется!
Я улыбнулась.
– Ты права.
Но на душе было неспокойно. Что-то в интонации, с которой была сказана та фраза, выдавало непреклонную уверенность.
Мы вернулись в номер собирать вещи. Я даже не замечала, что молчала и в лифте, и в номере, пока Грант не подошел ко мне в ванной, когда я брала зубную щетку. Поглаживая мне плечи, он заговорил, обращаясь к моему отражению в зеркале:
– Я не имел намерения тебя огорошить или подставлять. Извини.
Я покачала головой.
– Не за что. Это Миа вынудила тебя к откровенности трепотней о своих планах на жизнь.
Грант кивнул, неотрывно глядя мне в глаза в зеркале. У меня возникло чувство, что он ждет от меня каких-то слов, поэтому я спросила:
Читать бесплатно другие книги:
