Карьера мятежника Казаков Дмитрий

Глава 12

Через пару минут по нам уже стреляли с двух сторон, очереди лупили по старой ограде, летели обрывки мха и осколки камня.

— Чтоб я сдох, — я напрягся, пытаясь вспомнить карту: где у нас ближайший вход в подземелья, вроде бы на севере, уже в обычных жилых кварталах.

Пусть там внизу черные люди, но лучше они, чем охочие до крови гирваны.

— За мной! — рявкнул я, и мы рванули вдоль кладбищенской ограды.

Понеслись мимо стволы, за забором выдвинулось из темноты спрятанное меж деревьев небольшое здание. Как следует приглядеться к нему я не успел — то ли маленький храм, то ли еще одна подсобка вроде той, через которую мы сюда проникли, а мы уже промчались мимо.

Далеко за спиной громыхнуло — гирваны пустили в ход гранаты.

И тут же навстречу нам из зарослей кинулись темные фигуры, тяжелейший удар обрушился на мой шлем. Наверняка столкновение оказалось для врагов такой же неожиданностью, как и для нас, они не успели приготовиться, и только поэтому просто не расстреляли нас из засады.

Да еще и чужой отряд был гораздо меньше нашего, с десяток бойцов, не больше.

«Повезло» — подумал я, уклоняясь от чужого приклада.

Ушибленная башка не соображала, но я и без нее прекрасно знал, что делать. Приложить все усилия, чтобы меня не достали, и вырубить противника самому — как можно быстрее.

Напавший на меня гирван согнулся, получив удар в пах, и я добавил ему по затылку. Прозвучала короткая очередь, и я понял, что сражаться больше не с кем, дорога свободна, и впереди, за деревьями поднимаются силуэты зданий — сначала невысоких, а потом настоящих небоскребов, где-то среди которых мы уже вылезали из-под земли, чтобы наткнуться на Равуду.

Туда ли я веду своих людей? Надо сосредоточиться.

— Живой? — ярдом объявился Макс, рожа оскаленная, на забрали кровь, и вряд ли его собственная.

Я кивнул.

— За мной! — повторил я, и мы побежали дальше.

На ходу вывел на забрало карту… да, вот тот вход, где мы уже бывали… не годится… Годится другой, западнее, в опасной близости от позиций Службы надзора, но делать нечего, надо рискнуть…

Ограда кладбища сделала поворот под прямым углом, и вместе с ней повернули и мы. Лес остался за спиной, мы выскочили на тротуар, справа потянулась вполне обычная дорога, а за ней — сплошной ряд домов этажа в четыре, за аккуратными заборчиками, с округлыми крышами и узкими окнами.

Что странно — ни одно из них не светилось.

Хотя чего странного — жители уже в курсе, что в городе началась война, вот и таятся.

— Стоп, — приказал я, когда понял, что от напряжения сердце сейчас выскочит из груди. — Перекличка.

Ночной бой — такое дело, можно потерять треть бойцов, и не заметить.

У меня от сердца отлегло, когда стало ясно, что никто не убит, никто не отбился, и лишь трое раненых.

— Может быть, вернуться в Изнанку? — предложил Дю-Жхе, когда перекличка закончилась. — Ты знаешь, что я не трус. Но тут такое творится, что не пройти. Поверь мне.

Десятники смотрели на меня выжидательно, и я их понимал.

Да, в центре Отсутствия, в трущобах сейчас наверняка самое безопасное и спокойное место. Да, глядельники пытались убить Сонного, но теперь им наверняка не до этого, тут и подразделения из Внешних секторов, и обычные армейские, а теперь еще и злобные гирваны с неба падают.

Но я не могу сидеть на месте, зная, что мои девчонки в лапах врага где — то рядом!

Капля упала мне на забрало, за ней вторая, мягко зашлепало со всех сторон, закачались листья за оградой кладбища. Я поднял голову и обнаружил, что половину неба сожрали надвигающиеся с запада облака, что красноватый месяц уже сгинул в их бесформенной толще вместе с сонмищами звезд.

Дождь. И Юля говорила что-то про дождь. Двести километров.

Конечно это не факт, но они скорее всего где-то на запад от города, на берегу моря… Интересно, у Сонного есть карты планеты? Должны быть, учитывая насколько он запаслив.

— Попробуем, — сказал я. — Но для начала нужно вернуться к нашим черным друзьям.

Эта новость моих соратников не обрадовала — Юнесса отшатнулась, закрыв рот ладонью, Ррагат выругался, Макс неожиданно перекрестился, и даже узкие глаза Дю-Жхе немного расширились. И даже Котик, неизвестно как не потерявшийся и не отставший во всей этой беготне и хаосе, недовольно моргнул.

— А что вы хотите? По поверхности? — я развел руками.

— Нуу, братва, можно поискать какой путь, — Ррагат почесал нос под забралом. — Признаваться стыдно, но у меня очко играет, как тех вспомню.

— Они никого не убили, — напомнил я. — И там, внизу, должно быть сухо.

Дождь понемногу усиливался, моросило уже основательно.

— Прямо впереди — позиции Службы надзора, — сказал я. — И там нас ждет Геррат. Конечно он еще не в курсе, что мы тут, но все же… С севера не обойти, слишком далеко. Можно попытаться на юге, но там военная база… притвориться подразделением, выполняющим какой-то приказ? Но какой? Мы вообще не представляем, что тут творится! Разве что про гирванов знаем… Нет, попробуем под землю — это самый безопасный путь.

Десятники посмотрели на меня мрачно, но спорить дальше не стали — если командир решил, то значит все, возражения можно засунуть в прямую кишку и выполнять приказы.

— Давай, Юнесса, ты со своими вперед, — тут же принялся я выдавать распоряжения. — Направление — северо-запад, цель примерно в километре. Макс, вы сзади. Пошли, пошли.

Теперь мы не бежали, просто шагали.

Еще несколько дней назад появление вооруженного отряда на улицах Столицы вызвало бы ажиотаж. Ну а теперь местные привыкли, что над ними летают боевые самолеты, что неподалеку стреляют, и что туда-сюда бегают группы бойцов, так что с этой гражданской войной нам повезло.

Но сегодняшняя ночь по сравнению с предыдущей выглядела очень тихой, во всеобщей драке наступила передышка. Огромные здания на севере, что еще несколько дней назад ярко светились, теперь высились темными громадами, уличное освещение не работало, ну а движения не было вообще.

Оно и понятно, каждый, у кого было хоть немного мозгов, остался дома.

Котик оставил нас, исчез в сумраке, но я не сомневался, что он отыщет меня, когда захочет. Нашел же на Бриа, хотя для этого ему понадобилось пройти десятки километров по кишащим опасной живностью джунглям.

Стрельба поднялась впереди, когда до нужной точки нам осталось всего метров триста. Мы к этому времени оставили кладбище позади, и шагали по узкой и кривой улочке, меж двух рядов одинаковых строений — те же четыре этажа, округлый верх, заборы и садики.

— Юнесса, что там? — спросил я.

— Бьют с двух сторон, с двух сторон, — отозвалась она. — Один убитый. Залегли. Проклятье, вертела я их на пальце… Это те, с одной звездой…

Ага, Внешние сектора, вояки Табгуна.

— Вижу гирванов, — доложил Дю-Жхе. — Расстояние примерно метров триста. Приближаются. Около пятидесяти бойцов.

О, это вообще «замечательно» — мы угодили прямиком в клещи!

— Юнесса, давай назад, — велел я.

Группа у нас маленькая, пробиться силой через вражеские ряды мы не можем, единственный наш шанс — проскользнуть между сходящимися пальцами и затаиться так, чтобы никто не обнаружил. Ведь ни гирваны, ни когорты из Внешних секторов не знают, с кем именно столкнулись, и не охотятся специально на нас.

Нет, гирваны не прочь заполучить своего Сжигателя Мостов, но они не знают, где я в данный момент.

— Погоди, Егор, — голос занга странным образом изменился, в нем проклюнулось изумление. — Ага… ах ты, пальцем деланный! Рожа знакомая! Знаешь, кто ими командует? Равуда!

Несмотря на то, что ночь была теплой, мне стало холодно.

— Отходите, — повторил я. — Быстро! Дю-Жхе, давайте к нам, пока они вас не увидели.

— Уже увидели, и устремились в нашу сторону, — невозмутимо отозвался ферини. — Поздно кричать «караул», если хищник вцепился тебе в шею.

Дома слева сплошной стеной и справа тоже, но кто сказал, что нельзя пройти насквозь?

— За мной!

Я перепрыгнул низкий, по колено, заборчик, и взбежал на крылечко под навесом. Недовольно крякнула дверь, когда я навалился на нее всем телом, но затем поддалась, и я ввалился в ярко освещенный подъезд, где пахло краской.

— Макс, ищи выход на ту сторону! — рявкнул я, пропуская земляка мимо себя. — Быстро! Все сюда!

Показались бегущие со всех ног бойцы Юнессы во главе с ней самой, с другой сторону из-за поворота явился Дю-Жхе. Из недр подъезда донесся звон и грохот, и Макс доложил:

— Двери тут нет, вышибли окно. Выпрыгнуть можно.

Я махнул своим, и помчался по лестнице вверх, перевалил через подоконник и соскочил вниз. Земля тяжело ударила в подошвы, рюкзак колыхнулся на спине, меня подхватили под руку и поддержали.

Мы очутились во внутреннем дворике, в центре которого плескал фонтан, торчали вокруг него какие-то конструкции — то ли детская площадка, то ли спортзал под открытым небом. Макс со своими уже рванул дальше, к темной арке, наверняка закрывавшей выход на следующую улицу.

Тут замок оказался понадежнее, так что понадобилась пара выстрелов, чтобы с ним справиться.

Мы снова оказались меж двумя рядами домов, но те, что впереди, стояли не вплотную. Шлепая по лужам, я перебежал через проезжую часть, нырнул в узкий проход между двумя строениями, и впереди распахнулась прямоугольная площадь, в центре которой, обсаженная деревьями, стояла огромная «хоккейная шайба».

Концертный зал? Спортивный центр? Храм? В общем было все равно…

И в этот момент сзади донеслась стрельба, причем такой силы, на какую мы были не способны. Ха, похоже что кинувшиеся за нами гирваны напоролись на бойцов Внешних секторов, и обе стороны решили, что вот теперь-то перед ними настоящий враг.

Отлично, теперь им будет не до нас!

* * *

Мы миновали еще пару кварталов, и только после этого я разрешил остановиться, выбрал для этого небольшой сквер на углу, где под сенью деревьев нас хотя бы не видно с воздуха. Мы точно оторвались, и можно перевести дух, заглянуть в карту, понять, где мы, и куда двигаться.

Дождь продолжал моросить, а на востоке понемногу начало светлеть.

— Равуда! Надо же? Вот урод! — бурчала Юнесса, сжимая кулаки, пока остальные жадно пили воду.

Сверху обрушился рокот, из-за крыш показался вертолет вроде того, который мы сбили в Изнанке. Пошел вроде бы мимо, но затем повис на месте, поворачиваясь туда-сюда, точно хищная стрекоза в поисках жертвы.

Фильтр ночного видения не позволял рассмотреть символы на боках машины, но на самом деле не имело значения, чей именно это аппарат. Мне не хотелось бы, чтобы нас обнаружили на армейские, ни контрразведка, ни вояки Равуды — все они сейчас для нас враги.

— Давай, вали, — буркнул Макс, со злобой поглядывая на вертолет. — Чего ты тут забыл?

И тот словно услышал, сорвался с места, исчез из виду, а потом затих и рокот.

Карта меня не радовала — ближайший вход в подземелья находился за нашими спинами, как раз там, где сейчас шел бой. Второй лежал западнее, и там, совсем рядом, если верить данным Сонного, начинались позиции Службы надзора… но это было вчера, может быть сегодня они отошли?

В любом случае выбора у нас особого не имелось.

Я скомандовал «подъем», на этот раз вперед отправился Ррагат со своими бойцами, а в арьергарде оказался Макс. Мы двинулись по светлеющим улицам в ту сторону, откуда из-за горизонта наползали все новые и новые тучи.

Вертолет, тот же самый или другой, я не знаю, застиг нас на перекрестке, и на этот раз сверху нас точно заметили.

— Чтоб тебя, — пробормотал я, глядя, как боевая машина движется в нашу сторону. — Бегом!

Но оказалось, что впереди нас уже ждут.

— Дорога перегорожена, — доложил Ррагат. — Баррикада, а за ней стрелки. Что делаем?

— Назад… Давай… — я осекся, поскольку до моего слуха донеслось тяжелое клацанье и рычание мотора.

На уходящую вправо улицу выбрался танк с двумя башнями, побольше спереди, и поменьше сзади, за ним начали выбегать пехотинцы. Стоило повернуть голову влево, как я обнаружил в точности ту же самую картину, разве что там танков оказалось аж две штуки.

— Макс, что у тебя? — спросил я.

— Жопа, — просто ответил он. — Дорогу перекрыли. Откуда только взялись?

— Рассредоточиться! — гаркнул я. — Ищем выход!

Сам упал на тротуар, подполз к торчавшему из него столбику непонятного назначения — хоть какая, но защита.

Переть на танк — самоубийство, прорываться через баррикаду — ничуть не лучше. Стоять на месте — верный способ умереть, и последняя возможность — отыскать щелочку в сжимающемся кольце.

И тут ожил громкоговоритель на вертолете:

— Вы окружены! — громогласно сообщил он: ну да, мы идиоты и еще не догадались. — Единственный шанс уцелеть — сложить оружие! Если вы верные воины Гегемона, то вам ничего не грозит, оружие будет вам возвращено после выяснения подробностей! Единственный шанс уцелеть…

Танки катились к нам с двух сторон, из-за баррикады выбирались автоматчики. Скрещенные кинжалы на боку вертолета говорили о том, что нас прижала Служба надзора — света было уже достаточно, чтобы я видел эмблему очень четко.

Собственные бойцы поглядывали на меня с тревогой и нетерпением, я почти ощущал их мысли.

— Ломайте дверь! — скомандовал я Максу, чей десяток залег под вывеской, которую я не мог прочитать: дверь, витрины с опущенными жалюзи, а значит внутри наверняка что-то вроде магазина, и наверняка есть второй выход куда-нибудь во двор, и мы снова можем уйти.

Но едва мой земляк приподнялся над мостовой, как зазвучали выстрелы, пули засвистели над нашими головами.

Черт!

— Сложите оружие! — рявкнули с вертолета, и я со злостью посмотрел на проклятый аппарат: эх, если бы не он, то нас наверняка не заметили бы.

— Мы сдаемся! — я вытянул в сторону руку с автоматом и разжал ладонь, моя «Игла» стукнула о мостовую.

Накатило желание схватить ее обратно, скомандовать атаку, броситься на прорыв… Только в этом случае я угроблю не только себя, но и всех бойцов, и девчонок моих точно уже никто не вытащит…

А пока я жив, шансы помочь остаются.

— Ты уверен? — спросила Юнесса в наушниках.

— Да, — ответил я, и повторил громче. — Мы сдаемся!

Мои бойцы один за другим откладывали автоматы, на их лицах я читал растерянность, злость, но и облегчение тоже.

Донеслись шаги, я поднял голову и обнаружил бойцов Службы надзора совсем рядом.

— Руки на затылок, — сказал тот, что находился ближе всех, невысокий и широкоплечий, с белым шавванским лицом под забралом. — Быстро! Кто дернется — словит пулю в башку!

Я выполнил команду, и почти тут же мне приказали встать.

Сделать это оказалось невероятно тяжело, подобного унижения я не испытывал со школы, класса с шестого, когда старшеклассник по кличке Балда отобрал у меня мелочь и дал по шее… Когда бриан взяли нас в плен, все случилось слишком неожиданно или я был слишком ошеломлен, но тогда я почти ничего не почувствовал.

А сейчас мне было невероятно стыдно — перед собой и перед теми, кто пошел за мной.

— Стой тихо! — велел тот же шавван, и меня деловито охлопали, обыскали все карманы, сдернули с пояса нож, а затем приказали снять рюкзак и шлем.

Я непокрытой головой я ощутил себя голым, только в этот момент осознал, насколько привык к этой тяжести на макушке. Меня поставили лицом к стене, краем глаза я увидел, что дальше выстроили остальных — рядом Зара и Нара, дальше от меня Дю-Жхе, Билл, кто-то еще, Юнесса.

Рокот танковых моторов стих, вертолет, судя по тишине, тоже исчез куда-то.

Что сделают с нами дальше? И правда будут разбираться, кто мы такие и зачем? Наверняка нет, просто загонят скопом в какой-нибудь лагерь или расстреляют по-быстрому, чтобы не возиться.

— Очень интересно, — сказал кто-то за моей спиной. — «Гнев Гегемонии», надо же. Откуда только взялись? Его ведь сбили, если не ошибаюсь?

— Не ошибаешься, — подтвердил второй голос, услышав который, я вздрогнул. — Конкретно сбили. В этих обстоятельствах крайне удивительно встретить его бойцов в Столице… не так ли, центурион Андреев?

— Так точно, — ответил я.

— Повернись, — скомандовал он.

Трибун — уже старший — Геррат ничуть не изменился с того дня, как мы расстались: мерзкие усишки на желтоватом лице, чешуйки на лбу, бесстрастный, точно у рыбы, взгляд. Разве что вырядился в более совершенную бронезащиту вроде той, которой щеголяли специальные части.

— Остальных уведите в накопитель, — велел он. — А этого я забираю. Мы поговорим. Вещи его где?

Я смотрел на Геррата с бессильной ненавистью, очень хотелось броситься на него и свернуть шею: сейчас он отберет у меня Обруч, все это время благополучно валявшийся у меня в рюкзаке, затем попытает меня всласть, голыми руками или каким хитрым прибором, ну а напоследок прикажет убить или прикончит сам.

— Пойдем, Егор, — буднично произнес он, вешая на плечо мой рюкзак.

И Геррат зашагал к стоявшему неподалеку маленькому транспортеру такой модели, какой я раньше не видел; мне он напомнил инкассаторский автомобиль. Не оглянулся, ни на миг не усомнился, что я пойду следом, что не попытаюсь напасть на него сзади с голыми руками.

Клацнула открывшаяся дверь, трибун протиснулся внутрь и подвинулся, давая мне место.

— Залезай, — велел он таким тоном, словно приглашал друга на экскурсию по городе. — Нам есть что обсудить.

— И что, даже рук не свяжете? — спросил я.

— А зачем? — Геррат огладил усики. — Не думаю, что мы враги. Дверь закрой за собой.

Внутри обнаружились два сидения друг напротив друга, и между ними стол с закрепленным на нем блоком связи. Едва я прикрыл дверцу, как вспыхнул свет, призрачный, зеленоватый, и трибун откинулся на спинку, стащил собственный шлем и пригладил белесые волосы.

— Неожиданная встреча, ведь так? — проговорил он. — А теперь расскажи — зачем это? Почему ты дезертировал так внезапно и увел с собой остальных? Что произошло?

Я смотрел на него, и злобные, ядовитые ответы так и просились на язык.

Я все так же ненавидел Геррата, не мог простить ему те муки, через которые прошел только из-за него, дурацкие обвинения, мыслещуп, карцер, допросы, охоту на меня и все прочее… Но я не мог его не уважать — он шел на все это не ради себя, не ради собственной карьеры или низменных инстинктов, он пытался спасти свою страну и помочь своему ребенку. Последнее вообще вызывало у меня странное сочувствие — никогда не думал, что к одному человеку можно испытывать все это одновременно.

И сейчас я в его власти, но трибун не попытался эту власть сразу показать.

— Ну, — я облизал пересохшие губы. — Мою дочь и жену взял в заложники кое-кто…

Не знаю, почему я ему доверился и решил сказать правду, может быть потому, что вранье не имело смысла? Геррат знал меня как облупленного, и он мигом понял бы, что я несу ерунду, и тогда бы уж точно от задушевных разговоров перешел бы к обычным методам Службы надзора.

— А вон там, — я показал на рюкзак. — Сияющий Обруч. Мне нужно вылечить дочь. Потом я готов отдать его. Но сейчас… — я снова облизал губы. — Оставьте его мне. Пожалуйста.

Глава 13

Чуть ли не впервые за все время знакомства я увидел на лице Геррата удивление. Приподняв брови, он осмотрел меня с головы до ног, словно проверяя — вправду ли имеет дело с Егором Андреевым или ему подсунули дешевую китайскую копию.

— Смело… — проговорил он, и подал мне рюкзак. — А покажи.

Я вытащил Обруч, блеснули драгоценные камни, закачались вуали-паутинки.

— Да, это он, — в голосе трибуна прозвучало благоговение.

Я видел, что ему хочется забрать драгоценный предмет, буквально вырвать у меня из пальцев, но он сдерживается.

— Убери, — буркнул он. — В данных обстоятельствах… да разрази меня гнев Гегемона!

Удивительно, но неуязвимый и невозмутимый контрразведчик выглядел растерянным, и это в момент, когда я находился в полной его власти.

— Кто украл твоих близких? — спросил Геррат.

— Вы мне не поверите, — сказал я. — Такая ботва, что их вроде бы давно не существует… Орден Трех Сил, который разогнал один из Гегемонов древности.

— Почему не поверю? — он пожал плечами. — Мы-то знаем, что он никуда не делся. Только вот чем занимается, и кто его конкретно возглавляет… это даже нам выяснить не удалось. И ты значит рванул сюда, в Столицу, чтобы вытащить своих? Это я могу понять. Смотри, в общем…

Он хлопнул ладонью по столу, и на том появилась карта окрестностей, куда лучшего качества, чем у Сонного. Я мигом узнал Отсутствие, квадрат Второго кладбища, зеленое пятно начинающегося от него леса, который на самом деле именовался «Реликтовой чащей».

— Мы вот здесь, — повинуясь рукам Геррата, карта двигалась, меняла масштаб. — Усиленная когорта под моим командованием зажата между Табгуном на северо-востоке и армейскими на юге… первый вроде как воюет за регентский совет, но на самом деле я в это не верю, а персонал военной базы точно держится приказов, которые велят им сражаться за дочь прежнего Гегемона, да покоится он в мире. Но для тех и других мы сейчас враги. Совершенно понятно, что основные события развернутся на севере, где дворцовый комплекс, здание Ассамблеи и все прочее, а здесь у нас так, стычки локального значения…

Я хмыкнул — ну да, стычки, масштаб сражений примерно тот же, что и на Бриа.

— А еще гирваны, — добавил я. — Затеявшие наконец свою священную войну. Вот вчера. Десантировались в той самой Реликтовой чаще… Силами как минимум манипула.

— Священная война? Гирваны? — лицо Геррата вытянулось. — Ты уверен? Я слышал… Конечно многие у нас подозревали, что они что-то замышляют, но всерьез мы не думали.

Ну надо же, всеведущая и всемогущая Служба надзора что-то проморгала.

— Еще как уверен, — сказал я. — Мы допрашивали одного из них. Это вторжение.

О том, что шестипалые и красноволосые здоровяки считают меня воплощением Сжигателя Мостов, я говорить не стал.

— Это все усложняет, — Геррат погладил усы, и сейчас уже точно не для того, чтобы позлить меня. — Но для тебя по большому счету ничего не меняет… Хочешь выручить своих?

Я кивнул.

— Значит тебе нужно поскорее убраться отсюда?

И с этим спорить стал бы только идиот.

— Вот здесь, — он ткнул пальцем по карте, по лежащему дальше на северо-запад черному квадратику, — находится большой портальный комплекс, и он работает в обычном режиме… Удерживают его мои парни, и с моего позволения ты спокойно им воспользуешься. Годится?

Я онемел.

Что, Геррат и в самом деле выпустит меня, позволит уйти с Обручем в кармане, тем самым, за которым гонялся так долго, ради которого с понижением в должности перевелся на «Гнев Гегемонии»? Хотя сейчас он сможет сделать карьеру и без этого предмета: если племянник прежнего правителя займет трон, то щедро отблагодарит всех, к тому причастных.

— Э… да, — сказал я. — Но почему?

— Это тебе знать не обязательно, — контрразведчик отвел взгляд. — Но вот я тебе верю… Почему-то. Если ты пообещаешь мне вернуть Обруч после того, как вылечишь свою дочь. Пообещаешь?

— Конечно! — выпалил я. — Зачем он мне? Явно же за ним явится кто-то еще!

— Отлично, — Геррат вновь смотрел так как обычно, цепко и внимательно, и я заподозрил, что доверие его напускное, что он ведет очередную игру, в которой я не более чем пешка, и что сейчас эту пешку выгодно отпустить, предоставить ей видимость свободы. — Ты всегда выглядел умным парнем, Егор. Упрямым немного, но умным… Я тебя отпускаю. Вместе с твоими бойцами. Мы вернем вам оружие и подвезем до портального комплекса. Только ты возьмешь с собой вот это.

Лежавший на ладони желтоватой предмет не напоминал тот «жучок», который он мне вручил на «Гневе Гегемонии». Это была подвеска на цепочке светлого металла, изображавшая звездочку с восемью лучами, а в центре ее поблескивал крохотным глазком зеленый камешек.

— Традиционное кайтеритское украшение, именуется Око Кайтера, — сообщил Геррат. — В данных обстоятельствах его может таскать кто угодно. Да, оно будет показывать, где ты. Скрывать не буду.

Я поморщился — вот ведь крыса шпионская!

— Только вот поверь, мне сейчас не до того, чтобы следить за тобой. Ведь так? Зато… — контрразведчик выдержал паузу, — ты в любой момент можешь обратиться ко мне за помощью, и если даже я сам не смогу, кто-то из моих коллег выручит тебя. Это серьезно. Возможности у нас, сам понимаешь…