Близкие люди Резник Юлия

– Дай мне! Я тоже хочу. 

– Ну, тогда ты их и выложи, пока я буду с пирогами возиться. Как думаешь, может, нужно было еще с ливером сделать? Надо прикинуть, не забыла ли чего… – Катя достала из духовки противень с румяным пирогом, опустила тот на подставку и привалилась к прохладной двери холодильника лбом. 

– Эй! Кажется, кто-то переволновался, – забеспокоилась Лиза, подлетая к подруге. – Ты как? В порядке? 

– Угу. Голова закружилась. От духовки такой жар! 

– Я думала, ты в своем Занзибаре и не к такой жаре привыкла, – засмеялась Лиза. А Катя, к удивлению, вздрогнула. Вскинула взгляд, будто что-то выискивая на лице подруги, но так ничего и не найдя, расслабилась. И улыбнулась слабо: 

– Выходит, нет. 

– Ну, и ладно! Ты, Кать, главное, не переживай. Там ведь все свои. Да и не поесть они пришли, а Мишу помянуть. 

– И Сережу. 

– Да, – вздохнула Лиза, – и Сережу. 

– Подумать только, как быстро год прошел. 

Лиза кивнула. Год не просто прошел. Он пролетел, он пронесся кометой… За это время столько всего случилось, что с ума можно было сойти. Мир Лизы перевернулся и встал с ног на голову. Но, в конечном счете, она обрела счастье. А вот Катя… Бедняжка. Кажется, она все еще не отошла от свалившейся на неё беды.

– Все, Кать, давай, дуй в комнату. На тебя и правда эта жара как-то неправильно действует. Ты совсем зеленая стала – больно смотреть. 

– Боюсь, это не из-за жары. 

– А из-за чего? 

– Кажется, я беременна… 

Лиза, которая вместо Кати взялась перекладывать пирог на блюдо, замерла, открыв рот. Растерянно осмотрелась и, не совсем понимая, какой реакции от нее ждут, заметила:

– Вот это новость! Я не знала, что у тебя кто-то есть. В смысле, это очень хорошо. Ты не подумай. Я не осуждаю. 

– Да нет у меня никого. Это вообще чистая случайность. Так, отпуск с последствиями... – усмехнулась невесело. – Не нужно было мне заводить этот разговор. Прости. 

– Как это не нужно? Почему? – изумилась Лиза, прежде чем до нее дошло: – А-а-а, ты боишься, что я расстроюсь? Из-за собственной неспособности родить? 

– Лиз… 

Лиза вытянула шею и выглянула в коридор – никто ли не идет?

– Знаешь, кажется, об этом можно больше не беспокоиться. 

– Лизка… Лизонька, ты к чему это клонишь? 

– К тому, что в этой кухне слишком много беременных. – Лиза расплылась в улыбке. 

– Лиза! – ахнула Катя. – Господи, ну, наконец-то! Поздравляю… Господи, как же я за тебя рада! 

– Т-ш-ш-ш, – Лиза прижала к губам указательный палец. – Не так громко. Я никому еще не говорила, даже Ярославу, боюсь его обнадеживать раньше времени. Но… Спасибо, да. 

– Какой срок? 

– Уже целых семь недель, – выпятила грудь вперед Лиза. – Как же все-таки удачно вышло, правда? Будем вместе с мелкими гулять… 

Пожалуй, впервые с тех пор, как Лиза узнала о своей беременности, она действительно поверила, что это с ней случилось на самом деле. Что вот оно, счастье. Вот! Зажмурилась, представляя, как они с Катей идут по аллеям парка. А вокруг весна, и в цвету деревья. И солнце, пробиваясь через только-только распустившуюся листву, лижет коляску, проникает под козырек, щекочет нежную кожу спящей в ней крохи. А малыш от этого забавно морщит носик и грозно сводит белесые бровки.

– Вообще-то я не уверена, что до этого дойдет. 

– Ты это о чем? – насторожилась Лиза. 

– Ну, куда мне ребенок? Меня же не поймут. И Жанка… Я даже боюсь представить, как она отреагирует. 

– Знаешь что? Вы слишком носитесь вокруг своей Жанки. Деваха она взрослая. Поймет. 

– Или осудит, что я после смерти Миши… 

– Что? – сощурилась Лиза. – Посмела жить? – Наверное, она вела себя слишком резко. Но так ей жаль стало Катю… – Лучше бы твоя Жанка на стол помогла накрыть. 

И тут, будто бы услышав ее призыв, в комнату заглянула Катина дочка.

– Мам, ну все уже в сборе. И Иван подъехал, – добавила Жана с каким-то вызовом, что ли? Лиза скосила на Катю взгляд. Мол, какой еще Иван? Та нахмурилась. 

– Мы уже идем. Пусть садятся. 

– Что за Иван, Кать? 

– Князев… – сокрушенно покачала головой. – Можешь себе представить? 

– Она зовет Князева Иваном? 

– Не спрашивай. Я сама в абсолютном шоке. Потом расскажу… 

А в каком шоке была Лиза! Это что же, Жанка закрутила с Князевым? Да быть такого не может. Что он в ней нашел? А она – что? И вообще между ними это же сколько лет разницы? Тридцать? Случившееся просто в голове не укладывалось. Лиза подхватила в одну руку злосчастные пироги, во вторую – пиалу с огурцами и вышла в комнату. Мужики, хоть им и велено было садиться, топтались вокруг стола, разбившись на небольшие группки. Человека по два, по три. Князев, склонив бритую почти под ноль голову, внимательно слушал Демьяна, Иса о чем-то спорил с Лешей и Семой, а Яр беседовал с Родионом. Жанна вместе с Алей в четыре руки заканчивали сервировать стол. А больше никого не было.

Завидев Лизу, Яр шагнул к ней, забирая из рук не такие уж тяжелые тарелки. Мужики дружно хмыкнули. Яр сделал вид, что ничего не заметил. Роль подкаблучника его более чем устраивала. 

– С Мишиными родителями мы на кладбище съездили. Их не будет, – пояснила Катя. – Так что больше никого не ждем. Иван Савельевич, давайте вы во главу стола. По старшинству рассядемся. 

Лизе показалось, что Князев заколебался. Но все же сел. По правую руку от него примостилась Жанка. А Катя устроилась по левую. Если кому такое положение вещей и показалось странным, виду никто не подал.

Поминки прошли очень душевно. Хотя Лиза, если честно, не верила, что это вообще возможно. О том, что Сергей их предал, Тени, конечно, знали. Но вели себя сдержанно. И когда пребывающая в неведении Катя помянула имя Сергея наравне с мужем, не моргнув глазом, выпили по рюмке, не чокаясь. Вот это самообладание! Лиза даже позавидовала.

Поели. Не торопясь расходиться, принялись болтать о чем-то своем, мужском. О рыбалке, бане и прочих глупостях. Катя, всплеснув руками, заметила, что давно хотела отдать парням снасти Михея… На этом моменте Лиза тихонько вышла из комнаты – в туалет. А сделав свои дела, застала в коридорчике две склоненные друг к другу тени – Жанку и Князева. Иван Савельич, видно, уже домой собирался, а та вышла проводить.

– Уже уходите? – смутилась Лиза. 

И вот, казалось бы, с чего? В конце концов, это они вели себя неподобающе. А стыдно было ей. Впрочем, Князев, кажется, еще не совсем слетел с катушек. Недаром же поморщился, как от зубной боли, и отошел от Жанны на шаг.

– Дела, – сухо заметил он. 

– Ну, тогда всего доброго. Спасибо, что нашли время заглянуть. 

– До свиданья. 

Не глядя на Жанну, Лиза вернулась за стол. Хотя устала так, что с удовольствием бы последовала примеру Князева и свалила под предлогом какого-нибудь жутко важного дела. Но совесть не позволяла. Кате нужно было помочь с уборкой. Бедняжка на такую толпу, считай, в одиночку готовила. Беременная! Ну, надо же…

– Устала? – забеспокоился Яр. Привычным жестом сгреб под столом ее руку. 

– Немного… – Лиза хотела еще что-то добавить, но ее вниманием завладел Богданов. 

– Я хотел с твоей женщиной поговорить, – сказал он, обратившись какого-то черта не к ней напрямую, а к Яру. В иное время Лиза могла бы от того взбеситься, а сейчас только улыбнулась. 

– Надеюсь, это ее не расстроит, – на полном серьезе отбил её чокнутый муж. Лиза закашлялась, без особого успеха маскируя за кашлем смех. 

– Вряд ли ее расстроит моя благодарность. 

– Благодарность? А… за что? 

– За то, что ты отказалась от последнего задания редакции. 

Ах ты ж, черт! Наверное, этого стоило ждать. Того, что он обо всем узнает…

– Я это сделала в благодарность за то, что кое с чьей подачи мою задницу прикрывали много лет. 

– Кое с чьей? Да я здесь и ни при чем, в общем-то. – Демьян растер подбородок огромной лапищей и покосился на притихшую в стороне жену. – За тебя Четвертый жопу рвл, это да. 

Яр сбоку от Лизы тихонько выругался. Лиза медленно повернулась к мужу. Который все это время делал так, чтобы она думала, будто это Сергей в свое время позаботился о ее безопасности. И, наконец, все сошлось…

Это был Яр. Всегда Яр. Заслоняя ее от всего своей грудью. Даже от правды, которая могла оказаться горькой. Но, вот ведь черт – не оказалась.

Лиза улыбнулась шире. Понимая, что все… Прошлое над ними не властно. И, как всегда в такие моменты, внутри свело. И от охватившей нежности задрожали руки.

– Знаете что? Так домой хочется. Давайте быстро поможем Кате убраться, и по домам, а? 

В уборку послушно включились все присутствующие, хотя Катя поначалу и возражала. На все про все ушло от силы полчаса. Леша даже пропылесосил. А потом все разъехались по своим делам. Вернулись к мирной жизни, оставив мертвое мертвым.

– А что, собственно, у тебя было за задание? – зашел издалека Яр, когда они, выпроводив домой родителей, которые нянчились с Данькой, устроились вдвоем на диване. 

– Как? Разве тебе не доложили? Я думала, тебе докладывают в первую очередь, – притворно возмутилась Лиза. 

– Не паясничай, – сощурился Ярослав. 

– Не то что? – нагло усмехнулась Лиза, чувствуя себя пьяной от любви. И еще немножко от той власти, которую этот мужчина ей позволил над собой возыметь. Абсолютной, ничем не ограниченной власти. 

– Не то я тебя отшлепаю, – шепнул он, с силой сжимая ее округлившийся зад в ладони. 

– М-м-м… Тоже мне угроза. 

– Пошлячка. 

– Я серьезно. Может, нам стоит это попробовать. 

– Ты совсем спятила? 

– А что такого? – удивилась Лиза. Не то чтобы ее так уж сильно привлекали подобные игры в постели, но реакция Яра ей показалась странной. 

– Тебе нельзя! 

Как-то она не думала, что Ярослав настолько чопорный. А впрочем… Лиза открыла рот. И уличающе ткнув пальцем в грудь мужа, воскликнула:

– Ты все знаешь! 

– Тише, не кричи. Разбудишь Даньку… 

– Ты все знаешь! Знаешь… и молчишь?! 

– Ну, конечно, знаю. Как я могу не знать, глупышка? 

– Но как? 

– У тебя не было месячных вот уже… сколько? Недель восемь? Да и к тому же, неужели ты думала, я не замечу, как изменилось твое тело? 

– Оно не изменилось! – вздернула Лиза нос. – Врешь ты все, – шмыгнула. 

– Изменилось. Еще как. Особенно здесь, – Яр поддел пальцем лямку на ее майке и потянул вниз, оголяя полную грудь. – Эй, ты что, расстроилась? 

– Ну, конечно, расстроилась. Ты мне весь сюрприз испортил! 

– Так, может, надо было раньше мне во всем сознаться? – улыбнулся этот… этот гад, скользнув холодным носом по ее горячему соску, отчего тот вмиг отвердел и вытянулся. А Лиза задышала поверхностно, но часто. 

– Я хотела. Только боялась очень. 

– Боялась? Чего? 

– Расстроить тебя, если что-то снова пойдет не так. 

– Не пойдет. Я не позволю, слышишь? Все будет хорошо! У нас родится отличный крепкий малыш. 

– Два… 

– Ну, может, и два, если ты захочешь. Хотя с тремя потом, возможно, и будет сложно. Это ж все школы, кружки, институт, потом, если девка, еще надо замуж выдать… Но, думаю, потянем. 

Едва не расхохотавшись в голос от того, как Ярослава понесло, Лиза осторожно заметила:

– Ты меня не понял. У нас, похоже, двойня. Уже. 

– Чего? – Яр, наконец, отвлекся от ее груди, к которой, надо заметить, питал исключительную слабость, и, нависнув над Лизой, впился в ее лицо изумленным взглядом. 

– Двойня. Ага… То есть будет два ребенка, – засмеялась Лиза, потому как Яр в тот момент действительно выглядел очень комично. – Если все будет хорошо. 

– Будет! – кивнул пришибленно Ярослав. Открыл и закрыл рот. Провел ладонью по волосам и, обхватив щеки Лизы ладонями, поинтересовался, прожигая её черными, неспокойными, какими-то совершенно бешеными глазищами: – Веришь? 

– Верю. Я всегда тебе верю, Яр… 

Она не успела договорить. Потому что он закрыл ее рот поцелуем. Сначала жадным, просто до одури, и тягуче-нежным – потом. Поцелуем, в котором растворились все сомнения, боль прошлого и страх перед будущим. А там, где ничего не осталось, очень кстати освободилось местечко для двух замечательных долгожданных девчушек, которые родятся весной.