Ведьма. Открытия Чередий Галина
– Серьезно? А как это происходит?
– Не отвлекайся, василек. Запускай перегонный куб давай. Навыками ловить ауру растений мы не раньше весны займемся в наших широтах. Это если мы с тобой решим в теплые края промотнуться по делу или оттянуться, то там можно потренироваться. Но в чужих краях и флора вся чужая и откликается неохотно. Люсь, очнись, муха в рот сейчас залетит. Поджигай!
Как только мое первое зелье закипело, вонять стало адски. Аж слезы из глаз вышибло.
– Что-то я сильно сомневаюсь в том, что это можно будет внутрь принимать, – пробурчала, утерев подолом футболки глаза.
– Тебе категорически запрещено сомневаться в моих словах и инструкциях ближайшие двенадцать месяцев, василек. Все идет как надо.
Ну ладно, раз профи утверждает, то кто я такая, чтобы спорить.
– Вот сейчас бросай в склянку пепел и мгновенно гаси огонь, – приказал Данила.
Я послушалась. Только серый порошок коснулся пузырящегося варева, оно мигом просветлело, удивив меня.
– Гаси, Люська!
А вот тут я замешкалась и, нервно кинувшись исполнять, умудрилась обжечься.
– Дай сюда, горе ты мое, – ухватил меня за запястье Лукин, глянул внимательно, извлек из кармана одну из своих многочисленных баночек и мазнул тем самым пахнущим хвоей средством.
Запекло сильнее на несколько мгновений, я зашипела, ведьмак привлек к себе и прижался губами ко лбу. Но тут же опомнился и отступил. А вместе с ним отступили и боль с жжением.
– Так, теперь надо способ найти проверить твое первое зельетворение, – пробурчал он сипло, отворачиваясь и распахнув дверцы на одном из шкафов. Заглянул с сильно деловым видом, закрыл, открыл следующий. – Ищи, Люсь, где-то должны быть склянки мелкие, разлить надо его теплым порционно и закупорить.
Нашли, разлили.
– У меня еще есть что тебе рассказать об обстоятельствах… ну, сам знаешь каких.
– Что? – вскинул голову явно о чем-то задумавшийся ведьмак.
– Ты сказал, нужно испытать зелье. Я могу…
– Не подходит! – оборвал он меня почти грубо. – Ты вообще слушаешь меня хоть когда-то? Я тебе сказал, что магия такой клятвы действует по принципу нарастания! Ты уже кашляла кровью, идиотина! А что если в следующий раз случится разрыв внутренних органов? Думаешь, от такого тебя запросто зельице избавит, которое еще неизвестно, получилось или нет? Готова жизнью рискнуть?
Говоря, он все повышал голос, под конец уже откровенно орал на меня.
– Я просто предложила как вариант, – нахмурилась я обиженно. Понимаю, что может идея моя не очень, но орать-то зачем? – К тому же есть ты со своим стопроцентно рабочим зельем, если бы мое не сработало.
– А ты не привыкай к тому, что я есть и всегда подстрахую, девочка. Однажды меня рядом не окажется, и будешь сама за себя. Это участь любого подлунного, усвой это, василек. Каждый. Сам. За. Себя, – отчеканил он. – Иначе помрешь, так ничего и не поняв.
– Это грустно. Звучит как полное одиночество, – вздохнула я.
Лукин фыркнул, пробормотав что-то матерное себе под нос и направился на выход из лаборатории.
– Иди марафет свой девчачий наводи, Люська. Поведу тебя сначала обедать в приличное место, а потом нужные места показывать и кое с кем знакомить.
– Хм… – озадаченно проводила я взглядом его. – А у меня, пожалуй, и нет ничего такого, в чем в приличные места не стыдно показаться. Ну, в смысле если место прям сильно приличное.
Ведьмак притормозил, задумался, чему-то кивнул.
– Ну, значит, сначала за тряпками, как раз аппетит нагуляем. Одевайся иди живее. – Я только шагнула, как он обернулся. – Зелье не забудь! Пару доз.
Так, и почему мне что-то моментально перестала нравиться идея с шоппингом?
– Зачем?
– Затем, что нужно тебе привыкать всегда быть готовой и во всеоружии.
– Что, и оружие какое-то нужно будет брать?
– У тебя есть я для этого.
Вот и пойми после этого мужиков. Поначалу пел – “смотри какая мы команда”, только что орал – “каждый сам за себя”, сейчас – “у тебя есть я”.
Припарковались мы перед огромным торговым центром, куда я прежде и не совалась даже на зырринг. Цены тут были просто заоблачные.
– Между прочим, те же вещи, что здесь, можно купить в другом районе гораздо дешевле. Они тут дофига прям накручивают, – сочла нужным я сообщить Лукину, заработав “молчи, презренная нищебродка” взгляд. Ну, мне так по-крайней мере показалось.
Данила галантно предложил мне свой локоть и повел вперед уверенно и целеустремленно. Мы миновали несколько достойных на мой взгляд бутиков, не притормозив, и он меня завел в тот, куда явно конкретно и стремился.
– Доброго денечка, мои богини! – приветствовал он двух блондинок продавцов-консультантов. – Восхитительные, моей подруге нужно подобрать парочку элегантных брючных костюмов и несколько роскошных платьев. Моему бриллианту необходима такая оправа, чтобы все вокруг сдохли от зависти и вожделения.
– Кирюша-а-а! – рванули девицы ему навстречу, наградив меня недобрыми косыми взглядами. – Давно ты не заходил!
Кирюша? Ах, да, точно, в бумаге Волхова же было об этом. Лукин плюхнулся на кожаный диван, девушки закрутились вокруг него, как мухи… совсем не над медом, а я пошла по рядам с вешалками сама. Правда буквально через минуту меня догнала одна из них и насовав в руки одежду, проводила к примерочной.
– Солнышко, я желаю все видеть и оценить! – громко сказал ведьмак таким приторным тоном, что я с трудом сдержала смех.
Только успела надеть красный брючный костюм и немного повертеться, рассматривая себя, как снаружи донесся визгливый вопль.
– Ах ты козлина! Да как ты посмел появиться здесь, кобель поганый?! Еще и шалаву свою новую притащил! Да я ее… – дверь с зеркалом стремительно распахнулась, и передо мной предстала настоящая фурия. Высокая, красивая, но сейчас просто взбешенная растрепанная и раскрасневшаяся брюнетка, что, похоже, была готова убить. Меня.
– Добрый день? – попыталась я, но тут же пришлось уклониться от летевших мне прямо в лицо… когтей.
Так, ясно, бешеная-то совсем не человек. Этот вывод я делала одновременно с маневром прорыва из кабинки, которого не ожидала от себя. Схватить за запястье снова попытавшуюся полоснуть меня по глазам психичку, рвануть на себя, уходя вбок, и ломануться в открывшийся дверной проем. Промчалась буквально несколько шагов, столкнулась взглядом с невозмутимо пялящимся на происходящее ведьмаком. Сзади раздался истошный, всверлившийся в мозг визг, и тут же в тело будто ударил обездвиживающий разряд. Мышцы все разом одеревенели, дыхание пресеклось. Я полетела лицом вперед, успевая только констатировать факт, что сейчас наверняка расквашу себе нос. Но перед самым полом меня подхватил Данила, и сразу же в волосы больно вцепились и дернули, чуть шею не свернув.
– Роза, кончай, – не повышая голоса вяловато отмахнулся Лукин, и раздался новый вопль, а следом и звук приглушенного падения. – А ты все-таки ни черта меня не слушаешь, василек. Или это твое предпочтение в обучении – получать исключительно болезненный личный опыт?
Он прижал меня к себе, точно как ростовую деревянную куклу, и потащил обратно к примерочной. Прислонил к зеркалу и стал копаться в карманах моей сброшенной куртки. Выпрямился, выдернул зубами притертую пробочку, нажал пальцами на нижнюю челюсть, вынуждая открыть рот, и плеснул в него зелья. Отпустило моментально, возвращая телу подвижность.
– А теперь скажи мне, в чем состояла твоя ошибка, Люсь? – занудным тоном спросил он и резко выставил вправо руку с раскрытой ладонью.
Брюнетка, что, оказывается, предприняла новую попытку атаковать, будто налетела на невидимую преграду в полуметре от нас и опять истошно завизжала.
– Да ну прекрати ты! Сколько лет прошло, неужели ты до сих пор так зла? – спросил Данила у нее почти возмущенно.
– Чтоб ты сдох! И твоя шалава тоже! – было ему ответом.
– Вот знаешь, быть такой грубой плохо для бизнеса, Роза. Я пришел к тебе приодеть свою подопечную, но вижу, что ни мне, ни моим деньгам тут не рады. Прискорбно.
– Подопечную? – первое слово от брюнетки, произнесенное нормальным тоном, открыло мне, что у нее, оказывается, красивый глубокий грудной голос. – У тебя подопечная? У тебя? С каких это пор ты способен опекать кого-то или заботиться?
– Все мы склонны с годами меняться, дорогая. У тебя, правда, с этим что-то туго.
– Я готова измениться в чем угодно, но вот как ненавидела тебя, так и буду, пока ты не сдохнешь, – огрызнулась красавица уже, впрочем, без особого чувства и обратилась ко мне, пришедшей наконец в себя полностью. – Деточка, твои родные психи или были в полном отчаяньи, если доверили опеку Черному Лису?
Я не знала, как и что ей ответить, и стоит ли вообще, после такого вот горячего приема.
– Эй, не так уж я и плох!
– И то верно! Ты худшее, что может случиться с девушкой, – фыркнула Роза и снова обратилась ко мне. – Послушай, не обижайся за первый прием. Ну бесит он меня, а досталось тебе. Прости, серьезно. Давай лично помогу с подбором одежды.
Фигасе, смена курса на в точности до наоборот!
– Не раньше, чем она ответит на мой вопрос, и я пойму, что кое-что усвоила. В чем состояла твоя ошибка, Люся?
– Я забыла про зелье и просто побежала? – предположила я.
– Согласись, очень неумно было ломиться прочь от собственного единственного спасательного круга. Ты опять поставила на мое присутствие, вместо того, чтобы действовать обдуманно самой.
– Поверить не могу. Ты и правда опекаешь и учишь ее? – изумленно хохотнула недавняя агрессорша.
Блин, к такому привыкни попробуй. Только что кидалась, сейчас готова вести милую беседу, и никого, кроме меня, это, похоже, не удивляет и не смущает. Ну, психанула. Ну, ненавидит. Ну, не убила сходу. Че такого?
– Роза, у меня всегда есть чем удивить женщину.
– Погодите! – взмахнула роскошными ресницами вспыльчивая подлунная. – А это случайно не та самая новорожденная, что умудрилась убить Рогнеду и довести до бешенства Марию с ее ковеном, вернув Калине и Весне удаленную порчу так, что их едва общими силами откачали?
В глазах ведьмака только на секунду мелькнуло замешательство, но он моментально взял себя в руки.
– Моя девочка! – с самодовольным видом кивнул он.
– Ну ты и прохвост, Лис! Успел же! – Вот сейчас в голосе Розы прозвучало уже откровенное восхищение, а взгляд отчетливо наполнился маслом похоти. – Как поживаешь-то вообще?
Чокнусь я в этом дурдоме!
– Может, я продолжу примерку, а вы побеседуете в другом месте? – Ой, это почему же так стервозно-то прозвучало? Надеюсь, никто не заметил.
Как бы не так. Роза полоснула по мне понимающе-торжествующим взглядом и, подцепив Лукина под локоток, потащила из примерочной, начав что-то вещать этим своим грудным сексуальным голосом. А он и пошел. А я даже не удивлена. Ходок он и есть ходок. И злиться я не буду. Уж не на то, какой он есть, точно. У меня и других поводов хватает.
Красный костюм показался мне редким уродством, темно-синий недалеко от него ушел. Все три платья тоже не зашли. Одевшись опять в свое, я вышла из кабинки и застала ведьмака и Розу, попивающих кофеек на кожаном диване.
– И? – поднял черную бровь Лукин.
– Мне что-то не приглянулось ничего, – ответила я, двигаясь бодро на выход. – Удачи в торговле, Роза!
– Василек! – Данила догнал меня и пошел рядом. – Напрасно ты дала повод позлорадствовать Розе.
– Не понимаю, о чем ты. Мне просто там ничего не понравилось. Все модели для столетних теток.
– Ага, так и есть, – фыркнул он. – Люська, я дважды в одну реку не лезу, даже если она огненная. Уж если вылез, то не возвращаюсь. Повода для ревности тут нет.
– Повода для ревности? – Вот тут я уже сдержаться не могла. Остановилась и повернулась к нему, натягивая циничную улыбку. Надеюсь, это была именно она. – Кого к кому? Лукин, я не в своем уме, чтобы ревновать тебя? Тебя! Гусара, Лукавого ходока и Черного Лиса?
– Ага, все обо мне, – холодно ухмыльнулся мужчина.
– Вот именно, о тебе, – кивнула я и, отвернувшись, нырнула в двери первого же попавшегося магазина и бросила через плечо Даниле. – Надеюсь, у тебя тут не в каждом бутике бывшие?
– Не в каждом, – буркнул он.
– На свете вообще есть хоть одна твоя бывшая, которая не ненавидит тебя и не готова разорвать? Кроме уже почивших, конечно.
– Тормози! – тихо, но грозно рыкнул ведьмак, и я вдруг осознала, что меня и правда занесло. – Нам нужно было испытать зелье в действии. Я нашел самый безопасный способ. Плюс еще закрепление боевых навыков в реальной жизни, и запустили нужную информационную волну.
– Она мне чуть глаза не выцарапала и обездвижила так, что я чуть не задохнулась! – возмутилась я.
– Не выцарапала же, ты прекрасно справилась, горжусь. А проклятьем онемения она в тебя совсем пустячным кинула. Я же знаю, что Роза очень слабая ведьма и на большее даже на пике ярости не способна.
– Ну мне могло и этого хватить.
– А все почему, Люська? Потому что ты действовала на испуге и эмоциях, как человек, хотя у тебя было несколько секунд на среагировать правильно и первым делом обезопаситься. Ты же поняла, что она подлунная до того, как начала действовать.
– Ты не говорил, что это зелье можно пить на упреждение!
– Да? Хм… Ладно, тогда признаю, что частично мой косяк. Прости.
Прозвучало очень уж искренне. Меня пробрало.
– И ты меня… за несдержанность. У меня не было права…
– Забыли! – оборвал он меня. – Выбери уже себе эти долбанные шмотки.
– Почему ты не даешь мне извиниться?
– Потому что извиняющаяся женщина – это не к добру. Вы же бабы нам, мужикам, такого потом долго не забываете.
– Это только если извиняемся не от чистого сердца.
Ведьмак зыркнул на меня косо и остро и мотнул головой, веля заняться выбором одежды.
Побродить по магазинам и примерочным нам пришлось еще часа два с лишним, и аппетит действительно нагуляли нешуточный, потому как время было уже не обедать, а ужинать. В явно дорогущий ресторан мы добирались еще около сорока минут по пробкам. Выбор блюд я доверила Лукину, потому что тут как раз было то самое чрезмерно пафосное место, где в меню знакомых названий почти не наблюдалось. Мы уже заканчивали ужинать, когда я ощутила, что моя сила внезапно взбрыкнула и мощно заворочалась. Да так, что мне пришлось головой тряхнуть и собраться, ее угомоняя. Проморгалась и замерла, наткнувшись взглядом на облаченного в элегантный светло-серый костюм Волхова, что шел к свободному столику в сопровождении потрясающе красивой блондинки в роскошном вечернем платье. Я моргнула еще несколько раз, осознавая, что же вижу, и вдруг поняла, что спутница его подлунная. Ведьма. Не знаю, откуда пришло это понимание, наверное, так и должно быть. Раз – и знаешь. Я медленно повернула голову, нарываясь на пристальный цепкий взгляд Лукина.
– Ты знал, так? – горько усмехнувшись, спросила его.
Глава 29
– Ответочка, – фыркнул ведьмак.
– Кому? – Не знаю, удалось ли мне хранить нормальное выражение лица – слишком была сосредоточена на том, чтобы не дать своей бунтующей силе, подкрепленной мощным приливом злости, совсем разойтись.
Мгновенный проблеск торжества на его лице, полсекунды намека на замешательство и наконец выражение мрачной раздраженности.
– По моей изначальной задумке – ему, конечно. – Лукин продолжил удерживать мой взгляд, глядя в ответ все так же цепко и недобро. – Для тебя же это должно было стать рычагом для избавления от груза очарованности его светлым образом. Но подсказывает мое седалище, что нечто пошло не так.
– Могу даже четко пояснить тебе что. – Как же сложно было не оскалиться на него и не перевести взгляд на Волхова, чей сдержаннный, прямо-таки сочащийся сексуальным обещанием смех коснулся моего слуха. – Первое и главное: у тебя на хрен нет никакого права беспардонно пытаться чем-то рулить в моей личной жизни.
– Я бы поспори…
На столе что-то подозрительно задребезжало.
– Заткнись! – рыкнула я, наверняка привлекая внимание окружающих. Плевать мне. Кое-кто перешел все границы, и меня разорвет, если я не осажу засранца. – Во-вторых: зря ты вообще потратил столько усилий, организовывая это. Я никогда и не была очарована Егором.
Поднялась из-за стола и, прекрасно разумом осознавая, что делать этого не должна, пошла к столику бывшего любовника.
– Люська, не смей! – Рванулся за мной Лукин и даже попытался схватить за руку. Но я зыркнула на него через плечо, давая право моей силе пообещать ему за это неприятности, и он, очевидно, смог прочесть и впечатлиться этим обещанием.
Волхов, естественно, заметил уже меня и поднялся навстречу, натянув на физиономию фирменное бесстрастное выражение. Придурок, ну кого ты обмануть пытаешься? Мою силу, что чует твою похоть, как акула кровь.
– Что ты, по-твоему, сейчас делаешь? – спросила, уставившись в голубые глаза.
– Считаешь, у тебя есть право требовать у меня ответы? – ответил Егор, впрочем без усмешки и намека на язвительность.
– Считаю. Что ты делаешь?
– Моя личная жизнь…
– Нисколько меня не волнует. – оборвала и его. Не совсем правда, но черта с два я позволю еще одному мужику свести все к тому, что я просто ревнивая чокнутая баба. – Что. Ты. Блин. Творишь?
– Хочешь, я тебе скажу, василек, – влез ведьмак из-за моей спины. – Он собирается отовариться у другого дилера, так сказать, раз ты ему канал трафика дури перекрыла.
– Ну ты и свинья, Данила, – подала голос красавица, что встала позади Волхова. – Это ведь Калина тебе рассказала, да? Тварь завистливая. А ты, дорогуша, отвали. Ты свой шанс упустила.
– Нет, – коротко бросил майор, не разрывая нашего визуального контакта. – Не упустила. Ведьмак прав.
– Ну знаешь ли… – возмущенно начала его спутница, но Егор оборвал ее безразличным и очень емким:
– Не надо этого.
Девушка кривовато и цинично усмехнулась и просто вернулась за стол.
– Зачем, Егор? Ты же знаешь последствия, знаешь как никто.
– А ты знаешь, что мне на них плевать. Я говорил тебе. Или я похож на пустоголового мальчишку, что не отдает отчет собственным словам и действиям?
– Ты наркоман, – не стала церемониться я с выражениями и только немного понизила голос. – А они не отдают себе отчета, невзирая на возраст.
– Говоря о возрасте, Люда: мой дает мне право быть кем сам пожелаю, не так ли? И если ты не готова предложить мне какую-либо альтернативу, то я бы хотел вернуться к первоначальным планам на вечер.
– Я думала, что ты сильнее, – попыталась я хоть как-то задеть его, понимая с абсолютной четкостью – бью в себя. Ведь это моя вина в том, что все так, как оно есть. Что он подсел.
– Я тоже имел некие иллюзии относительно тебя, но ты их не оправдала. – Он бросил только один тяжелый взгляд на ведьмака позади меня и отвернулся, возвращаясь к своей спутнице.
– Прошу прощения, у вас возникли какие-то проблемы? – возник рядом с нами встревоженный мужчина в униформе.
– Нет, мы уже уходим, – ответил Лукин, а я просто молча пошла на выход.
Первым порывом было поймать такси и убраться домой. Залечь наконец в уютный кокон одеяла, как и хотела, запретить пускать в дом кого угодно и беспокоить вообще. И чтобы неделю в тишине и одиночестве. Месяц!
Но бегство или уход от реальности не вариант в моей жизненной ситуации. Как и впадение в ярость или истерику. Я просто остановилась у внедорожника ведьмака, подставив лицо заморосившему ледяному дождю и стараясь справиться с эмоциями. Или хотя бы дать им четкую характеристику. Но пока не выходило. Сила раскачивала меня, как легкую лодочку в шторм и требовала выхода негатива, порожденного отказом в получении ею желаемого. Там, на краю обуздываемого мной сознания, мелькали те еще картинки.
Растерзанное тело красавицы, которую я чую-знаю, мне было под силу обратить в окровавленную кучу плоти и сломанных костей.
Волхов, врезающийся в меня как всегда свирепо, как если бы карал, разрушал, брал. Эта его такая упоительно-бесполезная борьба перед самым финалом, от которой поглощение, стоило ему сломаться, выходило таким сладким. А он всегда ломался, неизбежно.
Стиснула зубы и кулаки, сражаясь со своей второй магической сутью. Ей нужно было хоть что-то, хоть что-то!
И когда из дверей появился Лукин, я просто поддалась порыву. Над его головой дождевые капли молниеносно собрались в шарик, размером с теннисный. Он, очевидно что-то уловив, отпрыгнул в сторону, только потом окинув все вокруг быстрым взглядом, но это не спасло его. Он вскинул руку, защищаясь, и даже прокричал какую-то тарабарщину, но стремительно несущаяся вода просто обтекла его конечность и, молниеносно собравшись обратно, с влажным сочным шлепком врезалась в его щеку подобием пощечины. Голова Лукина мотнулась, его шатнуло к стене, а вода стекла по шее, точно попадая за шиворот.
– Очень смешно! – рявкнул он, мигом опомнившись, и вдруг замер, недоуменно подняв брови.
– Ответочка, – вернула я ему его же почин.
– Как ты смогла? – изумленно спросил Данила, похоже, совершенно забыв уже о злости.
– Что смогла?
– Ударить меня, Люська! Ты же не можешь… без моего позволения… – он подошел ближе и разблокировал двери, все еще пребывая в растерянности.
– Не знаю, – буркнула я и полезла в салон. – Я очень зла. Была.
Хм… А ведь попустило. Не совсем, но уже терпимо. Это что же – сделал гадость – силе моей радость.
– Это не должно так работать. Разбираться надо, – бормотал он, хмурясь и выруливая с парковки.
Некоторое время мы ехали в молчании, и я почти испугалась, когда Данила вдруг треснул кулаком по рулю.
– Вот гад, сделал меня все-таки! – прорычал он.
– Ты о чем?
– О том, что этот хитрый мудак Волхов обыграл меня опять. Спалился на том, что запросто пошел к другой ведьме, когда ты не дала, но весь из себя все равно в твоих глазах несчастный. А всего-то и надо было, что посмотреть в глазки и проблеять, что ты для него исключительная такая, для тебя всегда открыт, и остальные только заменитель. А ты и повелась!
– Лукин, утоплю! Достал!
– Ага, я теперь готов, так что употеешь топить, василек, – и не подумал впечатлиться и притормозить вредный ведьмак. – Вот в чем тут прикол, а? Неужто ты реально не понимаешь, что это все чисто манипуляции с его стороны?
– Странно слышать это от тебя, все и затеявшего.
– Я – это я. Лукавый ходок, Черный лис, Гусар, – перечислил он, явно возвращая мне попытку уязвить. – И подлунный. Со мной все понятно. Но майор-то у нас со светлой стороны. Почему у него это прокатило?
– Да ничего у него не прокатило! Я чувствую вину, а не ревность или собственничество. – Опять же не совсем правда. Но сейчас речь исключительно о моих эмоциях, а не о импульсах и требованиях моей силы. – А обыграл тут только ты сам себя, ясно? Я и раньше-то знала, что на мои чувства и переживания тебе глубоко плевать. Говорил и демонстрировал это неоднократно. Но сегодня это был настолько наглядный пример, что можешь быть уверен – теперь я, даже учитывая мою поганую обучаемость, усвоила.
– Не права. А по поводу твоей вины перед этим…
– Я лишаю тебя права лезть ко мне с разговорами о Егоре, ясно?
– Ты не забылась, василек? Это я тут тот, кто запрещает или разрешает! И никакой вины бы не было, если бы ты к нему…
– Я. Запрещаю! – прорычала, и вслед за этим раздался какой-то странный звук. Некая смесь тихого потрескивания и шуршания.
– Забылась совсем? – развернулся ко мне всем телом Данила.
Мы как раз стояли на красный, и я ничего не стала говорить. Просто прямо смотрела ему в глаза в сумраке салона и давая понять – все, финиш, вот тут буду стоять на своем. Сзади стали сигналить, сообщая, что уже давно зеленый, и ведьмак первым отвернулся, тихо пробормотав себе под нос фразу, в которой из цензурных слов были только “колючка упертая”. А у меня появилось ощущение хоть и безрадостной, но победы.
– Твою мать! – с чувством выругался он опять, и только теперь я заметила, что все лобовое у нас покрылось льдинками, вместо капель.
Ехали мы еще минут двадцать и припарковались в старой части города. Вокруг были двух-трехэтажные дома с обязательными магазинчиками на первом. Насколько я знала, располагались тут в основном антикварные, художественные лавки, небольшие ломбарды, места продаж украшений из натуральных камней хэнд-мэйд. Короче, бродить здесь раньше мне не случалось. Некогда как-то было, да и не за что.
– Ну пойдем, Люська, буду учить тебя в торгашах и их товарах разбираться.
Перед тем, как мы вошли в первое заведение с очень яркой витриной, он накинул на голову капюшон и, изображая джентльмена, открыл дверь, пропуская вперед, а сам оттормаживаясь, что мигом меня напрягло. Ну снова его ужимки и прыжки, изрядно утомившие за сегодня. Что, опять какая-нибудь бывшая бросаться станет или новая подстава, она же тренировка?
Но ничего такого не наблюдалось. Продавцом оказался весьма приятный низенький полненький мужчина предпенсионного возраста, что прямо-таки кинулся мне навстречу с радушной открытой улыбкой, на которую трудно было не ответить.
– Ой-вэй, какая красавица заглянула в мой скромный сундучок сокровищ! – затарахтел он, подхватывая под локоток и увлекая вдоль витрин с массивными украшениями. – Вы только взгляните, что у меня есть!
– Я не… – попыталась я вставить хоть слово, одновременно потянув локоть из его захвата. Но как бы не так! Держал он крепко и тарахтел без остановки. Причем, это не пробуждало раздражения, а как будто… ну не знаю, завораживало что ли.
– Чудесный амулетик прямо под цвет ваших прекрасных глазок! Только наденете его, и не останется вокруг мужчин, что смогут отвести от вас свои! Знаю-знаю, они и сейчас все у ваших длинных ножек, но с моим амулетиком… Что? Не нравится? Зря-зря! А только взгляните на это ожерелье! Оно будто создано украшать вашу изящную шейку! Ох, что за шейка! Повидал я женских шеек, но вашей равных нет. Но что там красота, если надев его, вы сумеете обворожить даже ледяного истукана.
– Мне не… – сделала я еще одну попытку, коротко оглянувшись на застрявшего у двери ведьмака.
– А-а-а! Понял-понял! Хотите что-то особенное? Как насчет подарка для подружки-соперницы? Вот этот милый медальончик изуродует ее кожу страшными прыщами на целый месяц, и парень будет ваш. Я угадал?
Болтая, он продолжал меня практически волочь по магазинчику, и вдруг что-то звонко тренькнуло над моей головой, по коже прокатилась едва уловимая покалывающая волна. Среагировала я помимо сознания, и спустя мгновение уже целилась в лицо навязчивому продавцу когтями.
– Эх, Малх, сто раз я тебе же говорил, чтобы ты раскошелился на Безгласый вестник вместо этих Хрустальных игол, ты совсем не ценишь свою голову видать, – наконец-то подал голос Лукин. – Василек, успокойся, он пройдоха, но безопасен.
– Простите меня, червя слабого ничтожного, госпожа подлунная! – попятился от меня словоохотливый продавец, выглядя уже совсем не так радушно. – Мне же, жалкому шибаю, не дадено природой зрения волшебного, чтобы отличать подлунных от людей, вот и приходится все артефактами пользоваться. Простите, если оскорбил тем. А на Безгласый вестник сколько же денжищ надо, откуда у меня столько? Я же с такой дороговизной по миру пойду, и все мои дети должны будут по миру пойти побираться, и дети их дете…
– Да кончай, а! Нет у тебя никаких детей, скряга старый, – оборвал жалобы Данила. – Показывай нам с подопечной настоящий товар.
– Сейчас-сейчас! – толстячок засеменил к дальней стене, боязливо оглядываясь на меня, и набрал некую комбинацию на кнопочной панели. Стена вздрогнула и частично отползла в сторону, открывая вид на помещение раза в три больше первого торгового зала. И тут уже не было яркой подсветки и сверкающих витрин. Жестяные короба, вроде тех, в которых продают дорогой чай в специализированных магазинах, только побольше. Бутыли объемом от десяти литров, бумажные мешки, деревянные сундуки – и все это на широких полках вдоль стен, от пола и до потолка.
– Первое правило, Люся: никогда не давай шибаю заболтать себя, а то и сама не поймешь, как окажешься счастливой владелицей всякой бесполезной фигни, – негромко провещал мне ведьмак.
– Прошу прощения, господин ведьмак, но ничем бесполезным я не торгую! – обиженно обернулся торговец.
– Ну-ну, а эти твои амулетики и ожерельица все прямо с заявленными опциями, да? – хохотнул Лукин.
– А разве они не делают прекрасных женщин еще прекраснее, как и любые драгоценности? – встал в позу хозяин торговой точки.
– Мне-то зубы не заговаривай! – отмахнулся мой опекун. – Давай навесь мне крыльев черной июньской саранчи пять мер. И чтобы без посторонних примесей! И три глаза сушеных головастиков лягушки-быка.
– Саранча отечественная ставропольская подойдет или африканскую предпочитаете?
– Нашу давай, я патриот.
Толстячок живо посеменил по проходу и вернулся через минуту с чашечными весами и парой небольших бумажных пакетиков, ну точно как для фасовки чая. Пристроил все это на одном из коробов и открыл соседний, принявшись возиться.
– Оцените товар сразу, господин ведьмак, – предложил он, – чтобы потом не было разговоров, мол, старый Малх обманул вас и вашу юную спутницу в чем. А кстати, не та ли это новорожденная ведьмочка, о которой весь город говорит?
– Кстати она.
– И стало быть, она внезапно уже ваша подопечная? – косил хитрыми глазами торговец, не отвлекаясь от своего основного занятия.
– Внезапно я тот, кто придет и спросит со всей строгостью, если ее кто из ваших обмануть вздумает, – с псевдобеспечной улыбкой ответил ведьмак и продолжил разговор со мной, нисколько не стесняясь присутствия хозяина. – Так вот, василек, шибая ты всегда узнаешь по… хм… фигуре и стати. А их лавки по яркости витрин и множеству блеска и куче побрякушек. Так вот, в лавку к шибаю стоит заходить только четко держа в голове, что тебе нужно купить, и болтовню пресекать сразу. Поняла?
– Поняла.
– Следующее: подлунных обмануть шибаи редко решаются, но задурить и впарить что-то ненужное – всегда стремятся. Так что будь начеку. Потому как если за плохие ингридиенты вернуться и предъявить можно, то денег и немалых обычно за покупку какой-то хрени ненужной, но приобретенной добровольно, тебе никто не вернет. Поняла?
Я кивнула, запоминая.
Следующий магазин, в который он меня повел, разительно отличался от предыдущего. Мало того, что располагался он в подвале, куда вела узенькая опасная лестница, так еще и в торговом зале было тесно из-за кучи стеллажей и коробов, расставленных не только у стен, но и повсюду, похоже, в хаотичном порядке. Плюс там царил полумрак, и никто и не подумал нас встречать и что-то предлагать. С минуту мы стояли, я осматривалась, давая привыкнуть глазам, и чуть не взвизгнула, когда из темного угла раздался густой бас.
– Ну, покупать чего будете или просто погреться зашли? Я здесь всяких бродяг и бездельников не привечаю!
Офигеть, местный хозяин, похоже, образец прямо радушности.
– Познакомься, Люся, это – Шалва, и он у нас маршан. Причем один из самых любезных. Шалва, это моя подопечная и, возможно, твоя постоянная покупательница в будущем.
– Здравствуйте.
– Ну так брать сейчас чего будете или как? – и не подумал подобреть торговец, выйдя наконец на более освещенное место.
Громадный, за два метра, одетый в какой-то балахон неопределенного цвета, с густой растрепанной черной бородой и абсолютно лысым черепом. Взгляд глубоко посаженных глаз под стать голосу – мрачно неприветливый.
Интересно, если этот маршан самый любезный, то какие же другие.
– Вообще-то мы познакомиться, но если у тебя есть что интересное и новое…
– Я тебе сорока что ли какая-то распинаться и тарахтеть?! Надо что – сам говори. Нет – так проваливай.
Ого, вот это клиентоориентированность! Прямо сотого левла.
– Люська, у маршанов можно брать все без сомнений. У них всегда качество ингредиентов – высший класс, для них это дело принципа. Вот только лавок маршанов раз в десять меньше, чем шибайских, и не везде их найдешь, – будто и не замечая недовольства Шалвы, продолжил процесс моего обучения Данила. – Только учти: ни один маршан, как шибай, тебе сам ничего никогда предлагать не станет. И бродить да расспрашивать не позволит. Скверный у них характер на редкость. – Нелюбезный торговец хмыкнул, но промолчал. – Так что лучше всего приходить к маршану со списком. Вручила, да иди погуляй, он сам все соберет добросовестно и без обмана.
Читать бесплатно другие книги:
