Первая смерть Лайлы Гувер Колин

Остается одно – купить дом. Тогда мы с Лайлой будем сюда приезжать, и несколько раз в год Уиллоу сможет вселяться в тело Лайлы. А тем временем мы продолжим поиски ответов. Конечно, если Уиллоу будет готова.

И я пишу письмо риелтору, предлагая десять тысяч долларов сверх запрашиваемой цены. А еще уведомляю, что хотел бы продлить аренду дома до полного завершения сделки.

Не знаю, как Лайла отнесется к тому, что мы здесь задержимся; это ее проблемы, которые на мое решение не повлияют. Я сам сделал выбор и сам готов нести издержки.

Отправив письмо, я проверяю новые входящие сообщения. Одно из них с неизвестного адреса.

Лидс, вы давно не появлялись на форуме.

Приношу извинения, если моя попытка связаться с вами вне форума доставила вам неудобства, однако у меня есть талант отделять зерна от плевел. Я верю вам и выражаю надежду, что и вы, в свою очередь, доверитесь мне.

Я могу помочь вашему привидению.

В адресе отправителя я узнаю ник с форума. UncoverInc.

Как он нашел меня? Я не упоминал свое настоящее имя!

Перехожу на форум и открываю свой профиль. Неужели ему удалось каким-то образом вытащить информацию из фейсбука? Хотя у меня включен приватный режим… Не успеваю я разлогиниться, как выскакивает сообщение в чате.

Вы получили мое письмо?

Я бросаю взгляд через стол на Уиллоу. Она продолжает есть и не обращает на меня внимания. Я немного сдвигаю стул и печатаю ответ.

Да. Откуда вам известен мой адрес электронной почты?

 Если вы надеетесь сохранить анонимность, никогда не используйте мобильный телефон. Однако же меня не интересует, кто вы, так что у вас нет причин для беспокойства. Меня интересует ваше привидение. Вы что-нибудь узнали о ней?

  Нет.

Вы сейчас в той же гостинице?

Я откидываюсь на спинку стула и в замешательстве пялюсь на экран. Ему известно, где мы находимся! Мой пульс начинает зашкаливать. В последний раз, когда кое-кто вычислил, где мы живем, все закончилось очень плохо. Я вскакиваю с места и бегу к парадной двери – убедиться, что она заперта.

Иду дальше и дважды проверяю сигнализацию. Затем осматриваю другие двери и окна. Дом огромный, окон много; не удивительно, что Уиллоу закончила есть, когда я возвращаюсь на кухню.

Удивляет меня другое: она смотрит на экран моего ноутбука. И выглядит при этом так, словно я ее предал.

– Что это значит?

Она рассержена? Или нет? По ней не скажешь. Я мотаю головой и закрываю ноутбук, однако Уиллоу силой его у меня вырывает.

– Кто он?

– Не знаю.

– А откуда он знает обо мне?

– Один парень с форума. Я думал, там все анонимно… а он нашел способ со мной связаться.

Уиллоу встает и начинает мерить кухню шагами.

– Так вот почему ты был такой дерганый, пока я ела?

– Я не дерганый.

– Неправда. Ты кинулся проверять все окна и двери, потому что, кем бы ни был тот парень, он знает, где мы находимся.

– Не беспокойся. Лишняя предосторожность не помешает.

Плечи Уиллоу напряжены. Второй раз вижу ее в стрессовом состоянии в теле Лайлы. Она останавливается и спрашивает:

– Зачем ты общался с ним? Хочешь изгнать меня из этого дома?

– Нет. Я общался с ним, потому что, когда это началось, я решил, что схожу с ума.

– А зачем общаешься с ним сейчас?

– Он сам выходит на связь. Уиллоу, я ничего не скрываю. Он категорично утверждает, что способен помочь тебе. Однако я не принял его предложение, потому что сейчас ты не хочешь найти ответы.

Она расстроенно выдыхает. Затем идет к морозильнику, открывает его и достает мороженое в двухлитровом ведерке. Втыкает в мороженое ложку и отправляет в рот большую порцию.

– Мы оба понимаем, что для любого привидения значит «найти ответы», – произносит она, не прекращая уплетать мороженое – мятное с шоколадной крошкой. – Это значит, что моему пребыванию в доме придет конец. Если тот человек прав, он найдет причину, по которой я здесь застряла, и разорвет мою связь с этим домом. И я исчезну навсегда. Ты тоже смотрел фильмы. Патрику Суэйзи пришлось умереть дважды. Дважды!

– Уиллоу, это всего лишь кино. Снятое в Голливуде людьми, которым платят за их богатое воображение. Мы не знаем, что произойдет в действительности.

Она снова начинает расхаживать по кухне, прижав к груди ведерко с мороженым и размахивая ложкой.

– Может, и не знаем. Но таково общепринятое мнение. Возьми сюжет любой истории о призраках: герои стали привидениями, потому что у них в жизни что-то пошло не так. Один совершил ужасный поступок, у второго остались неоконченные дела, третьему нужно заслужить прощение. Или, наоборот, простить… – Она опускается на стул – осторожно, словно вся энергия ушла в гневную отповедь. – А вдруг мне не понравится то, что он выяснит? И не понравится то, что будет дальше? – Она переворачивает ложку, слизывает мороженое и оставляет ложку во рту. А сама наклоняется вперед, сцепив руки за головой и упираясь локтями в стол.

А ведь я не намеревался ее расстраивать.

До нашего с Лайлой приезда Уиллоу такие проблемы не волновали. Она даже не считала себя привидением. Просто существовала в своей реальности и была в согласии с миром. А потом появились мы, нарушили границу между двумя реальностями, и ничего хорошего из этого не вышло.

Лайле тоже плохо из-за постоянной усталости…

Я стал лжецом.

– Уиллоу, – тихо говорю я. Она поднимает глаза и вынимает ложку изо рта. – Ты считаешь, мы поступаем неправильно? Когда используем Лайлу?

– Разумеется. Если у нас есть возможность что-то сделать, мы вовсе не обязательно должны это сделать.

Она права, я понимаю. И все время понимал. Однако эгоистичная часть меня оправдывала такое поведение. Потому что я убеждал себя, что помогаю Уиллоу.

А ведь до моего появления Уиллоу совсем не требовалась помощь. Она завладела телом Лайлы лишь потому, что хотела ощутить вкус пищи. И даже после того случая все могло быть хорошо… Но в процесс вмешался я. И увлекся патологически, до такой степени, что подверг риску Лайлу. А может, и Уиллоу тоже.

Уиллоу ставит ведерко с мороженым обратно в морозильник и категорично заявляет:

– По-моему, ты устал.

– Да, верно.

– Можешь идти в постель. – Она указывает рукой в сторону лестницы. – А я какой-нибудь фильм посмотрю.

Я не хочу, чтобы она смотрела фильм. И, наверное, больше не хочу, чтобы она использовала тело Лайлы.

– Лайла тоже устала. Ей нужно поспать.

Уиллоу застывает на месте. Ясно, что лимит моей безнравственности исчерпан. Она молча и печально смотрит на меня, затем шепчет:

– Мне вернуть ее тело? Ты этого хочешь?

Я киваю и отправляюсь наверх, чтобы не видеть выражение лица Уиллоу.

Она тоже идет к лестнице и появляется в спальне минутой позже, опустив глаза, и, не глядя на меня, ложится на свою половину кровати. По-прежнему в рубашке Лайлы, которую чуть раньше взяла из комода.

– Когда Лайла ложилась в постель, на ней ничего не было.

Уиллоу снимает рубашку через голову, вешает на место и возвращается, не стараясь прикрыться. Однако я даже не смотрю на ее тело. Я смотрю на ее лицо, и в лунном свете вижу слезы на глазах.

Она забирается в постель, ложится спиной ко мне и с головой укрывается одеялом. Она плачет.

Ненавижу себя за то, что обидел ее. А что было делать? Мы общаемся посредством тела девушки, не имея на то права.

Дыхание Уиллоу становится прерывистым, словно она изо всех сил старается сдержать рыдания. Меня переполняет желание утешить ее. Ведь не кто иной, как я, стал причиной ее слез. Я придвигаюсь ближе, нахожу ее под одеялом и обнимаю за талию.

Она хватает мою руку и ободряюще сжимает ее. Так она дает мне знать, что согласна с моим решением. Хотя ей самой от этого не легче.

Когда Лайла грустит, ее состояние почти всегда поправимо – с помощью тех же самых лекарств, что прописаны ей от недомоганий. А вот к тоске Уиллоу даже не знаешь, как подступиться. Я не в силах исцелить ее от одиночества, на которое она обречена в своей реальности. Нельзя сказать ей «все будет хорошо» – откуда мне это знать?

– Я хочу, чтобы ты завтра связался с тем человеком, – говорит Уиллоу, – и спросил, действительно ли он мне поможет.

Я закрываю глаза. Наконец-то она решилась что-то предпринять. Я целую ее в затылок и шепчу:

– Обязательно.

– Ты больше не хочешь, чтобы я использовала Лайлу?

Я медлю с ответом. Невозможно просто сказать «да» или «нет». Конечно же, хочу – потому что мне нравится общаться с Уиллоу. И в то же время не хочу – потому что мы зашли слишком далеко.

Уиллоу принимает мое молчание в знак подтверждения того, что «не хочу».

Я зарываюсь лицом в ее волосы, по-прежнему не говоря ни слова. Все, что бы я ни произнес сейчас, станет лишь очередным пунктом в списке моих поступков, которые иначе как предательством в отношении Лайлы не назвать. Например, мое намерение купить дом. Я даже с Уиллоу не поделился.

– Я принял предложение о покупке дома.

Уиллоу резко поворачивается, задев грудью мою руку. Я пытаюсь игнорировать это, хотя сейчас мы находимся в более интимной позиции по отношению друг к другу, чем когда-либо. Трудно игнорировать подобные вещи, когда между нами всего пара дюймов, а в заплаканных глазах Уиллоу мелькнул лучик надежды.

– Правда?

Я киваю, одновременно убирая руку с ее талии. Затем касаюсь лба девушки и отвожу в сторону упавшую на глаза прядку волос.

– Да. Я не буду жить здесь постоянно, однако периодически смогу приезжать. Я хочу помочь тебе.

– А как насчет Лайлы?

Я пожимаю плечами. Захочет ли она сюда возвращаться?

Тем не менее я понимаю – мое возвращение принесет только муку, если у нас не будет тела Лайлы. Разумеется, общаться мы сможем. Но при этом не сможем посмотреть в глаза друг другу.

В комнате тихо – настолько тихо, что я слышу, как бьется сердце Уиллоу. В ее взгляде смесь тоски и нетерпения. В моем, наверное, тоже.

Нет, покупка дома не принесет мне покоя. Расставшись с Уиллоу, я начну думать о ней ежеминутно. И всякий раз, целуя Лайлу, буду представлять на ее месте Уиллоу.

Смотрю на губы Уиллоу и вспоминаю, как неритмично билось мое сердце, когда я впервые поцеловал Лайлу. Теперь то же самое: короткое «тюк», а затем длинное «БУХ».

Никогда не думал, что другая девушка всколыхнет меня сильнее, чем Лайла.

Провожу по подбородку Уиллоу тыльной стороной ладони и запрокидываю ей голову. Она не закрывает глаз. Я медленно наклоняюсь и нахожу ее губы. Мы оба не торопимся; наши губы пока что легко касаются друг друга. Наверное, страшимся – как это отразится на нашем будущем?

Поцеловав Уиллоу, я пересеку черту. Не заставит ли меня этот поцелуй желать ее еще больше? Настолько, чтобы никогда не уезжать отсюда? Ослабит мою решимость до такой степени, что я буду позволять Уиллоу использовать тело Лайлы всегда, когда она захочет?

В этот миг мне все равно.

В этот миг мной руководит одно – мое ненасытное, эгоистичное стремление поцеловать Уиллоу. Пусть даже рухнут основы мироздания – мне наплевать!

Я провожу ладонью по волосам Уиллоу. Тем временем мой язык проникает к ней в рот. И я целую ее жадно, с небывалой страстью. Я и не догадывался, что во мне тлеет пожар такой силы.

Уиллоу издает стон и распаляет меня еще больше. Сам не знаю почему, но я целую ее так, словно этот миг у нас вот-вот отберут.

Уиллоу отвечает тем же – придвигается ближе, перебирает мои волосы. Я чувствую, как ее соски упираются мне в грудь, и тело пронзает острое желание. Я хочу лечь на нее. Хочу войти в нее. Хочу перетрогать губами ее всю. Хочу переслушать все звуки, которые она способна издать, хочу извлекать из нее эти звуки своими руками и своим языком.

Поцелуй длился всего несколько секунд, однако этого оказалось достаточно, чтобы боль, сжигающая меня изнутри, невероятно усилилась, и продолжать его стало невыносимо.

Боль разливается по всему телу, но большая ее часть сосредоточена в груди. Мне приходится отпустить Уиллоу и глотнуть воздуха, иначе мое сердце захлебнется от удушья.

Переворачиваюсь на спину, пытаясь перевести дух. Во всем мире недостаточно воздуха, чтобы облегчить мои страдания.

Нахожу руку Уиллоу и сжимаю ее. Это все, что я могу сделать. Я не смею поцеловать ее еще раз. Не смею вновь пройти через все это, зная – она не та, которую я буду целовать всю оставшуюся жизнь.

Не стоило этого делать. Теперь я не хочу уезжать. Единственно важная задача для меня сейчас – обеспечить, чтобы Уиллоу больше ни дня не провела в этом доме одна. Мне крайне необходимо найти ответ – почему Уиллоу застряла в своей реальности. Потому что я отчаянно нуждаюсь в том, чтобы она застряла в моей.

Поворачиваю голову, чтобы взглянуть на нее… Зря, стало только хуже. Я вижу, что ее сердце разбито. Она подкатывается ближе, тыкается головой мне в шею, обвивается вокруг меня.

– Всякий раз, когда мне приходится покидать тело Лайлы, я воспринимаю это как наказание. Но все повторяется каждую ночь, снова и снова. Просто пытка.

Я обнимаю ее, страстно желая избавить от страданий. Однако это не в моих силах.

17

Просыпаюсь. Постель пуста. Я касаюсь подушки Лайлы и провожу по ней рукой, словно Уиллоу все еще лежит рядом. А может, она и правда рядом?

Хочу узнать время, но телефона не нахожу. Ни на полу, ни в постели. Нигде.

Неужели Лайла взяла?

Бросаюсь вниз, прыгая через две ступеньки. Зачем Лайла взяла телефон? Страшно подумать, что она может там увидеть – переписку с Уиллоу, приложение для камер видеонаблюдения… На кухне Лайлы нет. Я заглядываю в Большой Зал, в спальни на первом этаже. Затем открываю заднюю дверь. И у бассейна ее нет.

Распахиваю парадную дверь.

Лайла сидит на ступеньках веранды, устремив взгляд на подъездную дорожку. В ее руке сигарета.

– Что ты делаешь?

Она даже не поворачивается в мою сторону. Неужели что-то разузнала? У меня так много секретов – камеры видеонаблюдения, переписка в ноутбуке, поцелуй прошлой ночью…

На ватных ногах спускаюсь по ступеням.

– Я понятия не имел, что ты куришь.

Она глубоко затягивается.

– Вообще-то не курю. Но в сумочке всегда ношу заначку – на случай, если разволнуюсь.

Она оборачивается через плечо и глядит на меня с подозрением.

– Что случилось? – Я стараюсь говорить твердо.

Лайла снова отворачивается и произносит бесстрастно:

– Почему ты не сказал мне о покупке дома?

Запрокидываю голову и с облегчением выдыхаю. Я уж думал, она нашла записи с камер. Этого я бы точно объяснить не смог. А вот ее реакция на покупку дома вполне ожидаема. Так и думл, что начнет психовать.

Даже хорошо, что она сама все узнала. Я в любом случае собирался сегодня рассказать ей о своем решении.

– С чего ты взяла?

– К нам заезжала риелтор. – Лайла вталкивает сигарету в щель между ступеньками – яростно, словно срывая на ней зло. – Договор в кухне на столе. Она хотела бы забрать его в конце дня.

Никогда не видел ее такой рассерженной. Говорит рублеными фразами, в глаза мне не смотрит.

– Я хотел сделать тебе сюрприз.

– Твой сюрприз, черт возьми, удался. – Она встает, протискивается мимо меня и возвращается в дом.

Я иду следом, несколько озадаченный степенью ее негодования. Конечно, я не ожидал восторга, однако не ожидал и такого гнева.

– Лайла! – окликаю я ее с верхней ступеньки лестницы.

Дверь спальни захлопывается прямо у меня перед носом. Я вхожу и вижу, что Лайла достала из-под кровати пустой чемодан, открыла и бросила на постель.

– Что тебя так обидело?

Она вытряхивает содержимое ящиков комода и запихивает в чемодан.

– Я не желаю жить в глухомани! Мы с тобой пара. Ты должен обсуждать со мной подобные вещи, а не действовать у меня за спиной. – Лайла переходит к шкафу и начинает вытаскивать оттуда свою одежду.

– Я ничего не скрывал. Я готовил сюрприз. Именно здесь мы полюбили друг друга, и я думал, что этот дом многое для нас значит.

Ее лицо искажается от злости.

– Здесь выходила замуж моя сестра. Этот дом больше значит для нее, чем для меня. А я вообще не люблю Канзас. Я давала тебе понять это всеми доступными способами, причем старалась не быть грубой. – Она заталкивает в чемодан блузки прямо с вешалками. – Какую конечную цель ты преследуешь, Лидс? Вынудить меня жить там, где я не хочу? Или надеешься, что я брошу тебя и вернусь в Чикаго?

Она продолжает сборы, и я не уверен, смогу ли переубедить ее. Нет, Лайлу нельзя отпускать! Особенно после прошедшей ночи, после поцелуя с Уиллоу! Я должен уговорить ее остаться, хотя бы на один день! Дать мне шанс еще раз увидеться с Уиллоу, попрощаться с ней лицом к лицу.

Если Лайла уедет, я не смогу этого сделать.

Бросаюсь к шкафу, достаю кроссовки и дрожащими руками вынимаю кольцо.

– У меня был план.

Увидев кольцо, она застывает на месте.

– Я собирался сегодня вечером сделать тебе предложение и рассказать о доме. Я все решил заранее. Не предполагал, что ты преждевременно раскроешь мой секрет.

Лайла прекращает сборы. Смотрит на коробочку, затем поднимает глаза, все еще полные обиды.

– Я уже видела кольцо. Ты хоть понимаешь, что наделал? Оставил чек в коробочке!

Не могу взять в толк, при чем здесь это. Я в любом случае убрал бы чек, прежде чем делать предложение.

– А при чем здесь чек?

– Лидс, ты купил кольцо, когда я лежала в больнице. Полгода назад! Значит, ты полгода сомневался, хочешь ли прожить со мной жизнь. – Она застегивает чемодан. – Если намерен оставаться в гостинице, на здоровье. Запрись на ключ и сиди в своем доме. А мне здесь не нравится, и ноги моей здесь не будет. Машину я забираю.

Черт.

Черт!

Если она уедет, я больше не увижу Уиллоу.

Я проношусь через всю спальню и запираю дверь на ключ. Затем встаю перед Лайлой на колени. Она замирает.

– Со дня нашей встречи я знал, что хочу жениться на тебе! Я купил кольцо полгода назад и ждал, пока ты поправишься и мы сюда вернемся. Я хотел сделать тебе предложение именно здесь, в доме, где мы познакомились. Я люблю тебя, Лайла, и хочу прожить с тобой всю оставшуюся жизнь. Пожалуйста, не уходи!

Лайла не двигается и смотрит на кольцо, уже не такая напряженная, как минутой ранее. Не такая рассерженная.

– Пожалуйста, – умоляю я.

Она медлит, все еще сомневаясь. Затем опускает чемодан на пол.

– Ты меня реально озадачил. Хочется тебе верить. Вот только почему-то не верится.

«Потому что я тебя обманываю», – чуть не произношу я. Тем не менее встаю, беру ее за руку и пристально смотрю в глаза, надеясь выглядеть честным. И мои первые слова действительно искренни:

– Уже в первую нашу ночь я понял, что хочу на тебе жениться. Еще ни с кем я не ощущал такой тесной связи, как с тобой. – А вот дальше следует ложь: – Я хочу провести с тобой всю жизнь, Лайла. Пожалуйста, выходи за меня.

Она поверила. По глазам вижу. Все раздражение улетучилось и сменилось облегчением.

– Так, значит, ты не сомневался в нашей любви?

Да. Сомневался. Все полгода.

– Нет. Ни единой секунды!

Лайла покаянно мотает головой. Из ее правого глаза выкатывается слезинка.

– Я все испортила. Лидс, прости меня. Я разозлилась и все испортила.

Я достаю кольцо из коробочки и надеваю на дрожащий пальчик. Она уже ревет в три ручья.

– Ты ни в чем не виновата. Я должен был лучше все продумать.

Лайла повисает у меня на шее.

– Нет, все замечательно. – Она целует меня и отводит голову, чтобы взглянуть на кольцо. – Я согласна! Да, да, да! Я выйду за тебя замуж!

Да уж, не так я представлял себе предложение руки и сердца.

Я пытаюсь держаться с достоинством, но чем шире улыбается Лайла, тем поганей у меня на душе.

Она вновь целует меня. Изо рта пахнет табаком, приходится делать над собой усилие, чтобы не оттолкнуть ее.

В последний год я совершил немало ужасных ошибок, однако сейчас просто пробил дно. Сделал предложение девушке, хотя больше не уверен, что люблю ее.

– Нужно позвонить Аспен! – Лайла выбегает из спальни и вприпрыжку несется вниз.

Я остаюсь в спальне. Стою и мотаю головой.

Что я наделал?

За спиной раздается скрип, и нижний ящик комода сам по себе выдвигается.

Я заглядываю туда. В ящике лежат мой ноутбук и сотовый. Достаю телефон, ввожу код и открываю мессенджер. Одно непрочитанное сообщение от Уиллоу:

После отъезда риелтора пришлось спрятать твои телефон и ноутбук. Лайла реально взбесилась. Не хочу, чтобы она шпионила.

Отправлено час назад.

Я вздыхаю, подхожу к кровати и падаю на нее лицом вниз.

– Прости. У меня не было выбора.

В комнате тихо. Я кладу телефон рядом с собой, на случай, если Уиллоу захочет им воспользоваться.

Она не отвечает.

Она больше не разговаривает со мной.

18

– Ты слишком плохо питаешься.

Я не хотел, чтобы мое замечание показалось грубым, но так уж вышло. Лайла поднимает глаза от тарелки. Она не ест – скорее делает вид.

– Достаточно, чтобы набрать три фунта с нашего приезда сюда.

– Я имею в виду не только последние две недели. Ты вообще съедаешь не более восьмисот калорий в сутки, милая.

– Мой организм привык к восьмистам калориям и прекрасно функционирует.

– Это не так. Ты постоянно голодаешь.

Лайла скептически усмехается.

– Тебя послушать, так ты знаешь мой организм лучше меня.

Я огорчил ее. Непреднамеренно – просто сам весь день не в своей тарелке, и Лайле передается мое настроение.

Уиллоу не общалась со мной с того момента, когда я преподнес обручальное кольцо. Я пытаюсь заговорить с ней всякий раз, как только Лайла покидает комнату. Она не отвечает.

Сегодня вечером я опять буду считать минуты, пока Лайла не уснет.

Иду к раковине и споласкиваю свою посуду. Догадываясь, что со мной что-то не так, Лайла встает из-за стола и бочком подбирается ко мне.

– У тебя все хорошо?

Ну да, я ведь должен сегодня быть на верху блаженства – только что сделал предложение своей возлюбленной. А мне чертовски трудно даже изобразить улыбку.

– Ты переживаешь из-за покупки дома? Это действительно так важно для тебя?

От злости не осталось и следа – только неподдельное любопытство. Грех не воспользоваться хорошим настроением!

– Здесь я познакомился с тобой, Лайла. Конечно же, важно.

– Чудесно. – Она улыбается. Однако отсюда не следует, что она рада покупке дома.

– К тому же это хорошее вложение капитала. – Не факт. Возможно, напротив, потеря денег. – Дом мы купим в Нэшвилле, а сюда будем приезжать периодически, проверять, как идут дела.

Страницы: «« « ... 1011121314151617 » »»