Ай-тере. Право на свободу Валентеева Ольга

Глава 27

Эжен

Я рвался к отцу не просто так. Ситуация с «Обществом чистой силы» пугала меня, потому что мой папа и тетя Крис были идеальной мишенью для этих ублюдков. Ай-тере и иль-тере, у которых родился ребенок. Ненавижу! Всех, кто так просто вытирает ноги о чужую жизнь – ненавижу.

Мы с Ари взяли один из автомобилей, доставшихся Дее от дедушки, и поехали в посольство. Моя спутница тоже была непривычно молчаливой. Я привык, что Ари куда более открыта, фонтанирует энергией, а сейчас она казалась удрученной. Понятно, что она переживает, но иногда лучше просто оставить человека в покое. Так что понаблюдаю со стороны.

У ворот посольства меня узнали – я уже становился своим для служащих, поэтому и пропустили без проблем. Мы оставили авто и разошлись в разные стороны. Ари решила проведать тетю Крис и мою сестренку, а я пообещал присоединиться к ней позднее. После того как поговорю с папой. Дежурный подсказал, что Кристин с дочерью дома, а отец в своем рабочем кабинете, поэтому я поднялся по ступенькам, поздоровался с секретарем и постучал в двери.

– Входите, – послышался голос отца.

– Привет. – Я заглянул внутрь.

– Эжен! – обрадовался он. На столе у папы снова было полно бумаг, и я на пару мгновений даже пожалел, что его отвлек. Наверное, у него и так хватает дел.

– Ну что же ты? – Папа поднялся мне навстречу. – Проходи, сынок. Присаживайся. Я собирался к вам завтра.

– Я привез договоры для утверждения, – протянул отцу папку. – Решил проведать тебя сам. Как вы? Как Мадлен?

– Капризничает, – улыбнулся папа. – Дети так быстро растут. Кажется, только родилась – а уже подросла. Скоро и замуж выдадим.

Я рассмеялся. Нет, еще не скоро, сестренке расти и расти.

– А что у вас нового? – спрашивал мой отец. – Винс звонил, сказал, у Деи четверо новых ай-тере.

– Да, мы решили, что надо усилить охрану, – ответил я. – Пап, собственно, об этом и хотел поговорить.

Я уставился на свои руки, сложенные на коленях, и проговорил, будто ругательство:

– «Общество чистой силы». Вы с тетей Крис как никто подходите на роль их цели. Пожалуйста, уезжай домой, в Эвассон. Увези отсюда Кристин и малышку.

– Эжен, я уже говорил тебе, что никуда не поеду, пока ты остаешься в Тассете, – серьезно ответил отец.

– Да при чем здесь я, папа? Я-то как раз обществу не нужен. А вот вы!

– Мы – представители посольской миссии, – уверенно сказал тот. – Кому нужен такой скандал? Раз уж этим обществом руководят не последние люди. Нет, Эжен. Я уже оставил тебя однажды и больше не повторю ошибки. Либо мы едем в Эвассон вместе, либо нет.

– Возможно, и придется. – Я опустил голову. – Ситуация накаляется.

– Да, Винс мне рассказывал.

Ого! А Винс сдружился с моим папой, если делится своими наблюдениями. Как бы они не попытались провернуть дело с Хайди вдвоем, раз уж от суда над Кэтти я отказался наотрез. Мой папа, конечно, человек миролюбивый. Но это выражается в том, что он старается мстить в рамках закона. Вот и сейчас, похоже, он что-то задумал.

– Пап, я не переживу, если с вами что-то случится, – признал честно. – С ума сойду!

– С нами ничего не случится, сынок, – ласково улыбнулся тот. – Подождешь меня минут десять? Я закончу с отчетом, и пойдем перекусим. Кристин там печет блинчики.

– Хорошо. Я буду на улице, подышу свежим воздухом, – ответил ему, потому что больше всего хотелось сбежать, остудить голову. Страху ведь не прикажешь молчать. Да, я поборол тот, что жил внутри меня, но как не бояться за семью?

Об этом я думал, спускаясь по лестнице, когда столкнулся с Максом. Отметил, что тот выглядит гораздо лучше, чем при нашей последней встрече. Правда, сменил прическу и теперь пытался скрыть шрам на щеке с помощью волос. Когда волосы отрастут, это станет частично возможно, но пока лишь привлекало внимание.

– Здравствуй, – кивнул тот.

– Привет, – ответил я. – Ты к отцу?

– Да, госпожа Кристин просила его поторопить, блинчики готовы.

– Папа сейчас спустится. Если хочешь, подожди на улице вместе со мной.

Макс пожал плечами и пошел следом. Мы разместились на скамье неподалеку от входа. Дул легкий прохладный ветер, но в целом уже установилась теплая погода, и было приятно ею насладиться.

– Как у тебя дела? – спросил я у Макса.

– Хорошо, – сказал тот, глядя на синее безоблачное небо. – Твои родители – очень добрые люди. Госпожа Кристин говорит, что у меня магия исцеления. Оказывается, я могу помогать целителям, усиливать их способности. Никогда этого не знал.

– Да уж, зачем Хайди кого-то исцелять? – фыркнул я. – Лучше покалечить.

Макс на миг отвернулся, а я уже пожалел, что произнес это проклятое имя.

– Прости.

– За что? – Мой собеседник уже смотрел на меня спокойно. – Знаешь, за эти дни у меня было время подумать. Госпожа Кристин говорит, если я уеду с ней в Эвассон, смогу учиться использовать магию. Я слышал, там возможно образование для ай-тере. Это правда? Не такое, как в Тассете, а настоящее?

– Правда, – ответил я. – Мой отец окончил там правовую академию. Он обожает все, что связано с законом. Тебе бы подошел какой-нибудь медицинский колледж.

– Возможно. Я никогда не помогал исцелять. Хотя это было бы интересно.

Ему хоть что-то интересно, это уже хорошо. Макс прошелся по грани и теперь старался выжить. Главное, чтобы получилось.

– Зато у меня появилась возможность осознать, каким кошмаром была моя жизнь в последний год, – равнодушно продолжил он. – И каким идиотом я был. Смотрю на госпожу Кристину и господина Генриха, и понимаю, что вот так и должны выглядеть здоровые отношения между «иль» и «ай». И я сейчас не о браке, а именно о взаимодействии. Когда они готовы поддержать друг друга как люди, а не как батарейка и тот, кому нужна ее энергия.

– Они всегда дружили, – кивнул я. – И радостно, что тетя Крис стала женой папы. Я боялся, что он там один. Все-таки они с мамой очень тяжело расстались. Послушай, о Хайди… Ты ведь был с ней этот последний год.

– Хочешь получить козырь против нее? – усмехнулся Макс. – Не обижайся, но я промолчу. Да, нас больше ничего не связывает, но…

Я все понял и без лишних объяснений. Папа как раз появился в дверях и махнул нам рукой. Мы направились за ним в соседнее здание. Запах блинчиков ощутили еще на пороге отведенного папе и Кристин жилья. Мои любимые, с корицей. Я довольно прищурился.

– Ты похож на кота, – заметил отец.

Я улыбнулся. А на кого мне быть похожим? Папа вот обращается в пуму. Но я сам редко видел его животную ипостась – он считал, что дома это ни к чему. Пума, конечно, тоже из семейства кошачьих, это, можно сказать, наследственность. Пусть ипостась и не передается по роду, как и сила «ай».

Тетя Крис вместе с Ари накрывали на стол в столовой. Мадлен была тут же, под бдительным присмотром матери.

– А, мальчики! – заулыбалась Кристин. – Что-то вы долго. Мы уже думали, все съедим без вас.

– Дожидались папу, – ответил я, а Крис, отставив тарелку, которую держала в руках, обняла меня. – Здравствуй.

– Здравствуй, милый.

– Мас! – позвала Мадлен.

– Она «Макс» не выговаривает, – шепнула Кристин, а сам ай-тере подхватил девочку на руки. – Зато в нем души не чает! Смотри, как улыбается.

Мадлен действительно казалась довольной. Я чуть не заревновал! Она тянула Макса за нос, но тот только смеялся. И все-таки Хайди оттолкнула от себя единственного человека, который действительно хотел сделать ее счастливой. Вряд ли она об этом жалеет, конечно, да и для Макса так будет лучше. Сейчас он выглядел благополучным и здоровым. А о Хайди рано или поздно забудет.

Блинчики, как всегда, были на высоте. Как давно я таких не ел! Проглотил штук пять и едва не облизнулся. Ари поглядывала на меня с теплыми искрами в глазах, и я был рад, что она со мной. Очень хотелось защитить ее от всего плохого, что случилось в последнее время и может быть впереди.

И только полчаса спустя, сытые и довольные, мы выехали из здания посольства. Папа подписал договоры для новых ай-тере Деи, и мы везли их обратно.

– Послушай, – тихо сказала Ариэтт, – у меня будет к тебе небольшая просьба. Не мог бы ты поехать со мной домой? Уверена, родители снова отправились за город.

– Хочешь поговорить с братом? – понял я.

– Да, – ответила Ари и легонько сжала мою руку. – Понимаю, что мы по разные стороны, но я так скучаю! И боюсь за него. Пожалуйста.

– Конечно, – ответил я, согревая ее холодные пальчики. – Прекрасно понимаю, что ты чувствуешь. Что бы ни натворил Стеф, он остается твоим братом.

– И я уверена – это влияние отца, Эжен. С самого начала и по сегодняшний день. Знаешь, сейчас скажу жуткую вещь, но я в какой-то степени даже рада, что у Нэйта проснулась сила ай-тере. Иначе отец и его втянул бы в этот кошмар. А Стеф, он… Как бы выразиться? Папин сын. Готов был на все, чтобы заслужить его одобрение. Нэйт не такой.

Да, с Нэйтоном папа пообломал бы зубы. Хотя, кто знает, каким бы стал Нэйт, если бы продолжил жить дома, с семьей? Копией Стефана? Все могло быть. Только я, в отличие от Ари, не оправдывал старшего из ее братьев. Убийца остается убийцей, как ни крути. И в то же время осознавал, насколько тяжело смириться с этим самой Ари.

Поэтому и направил автомобиль к дому семьи эо Тайрен. Ворота были наглухо закрыты.

– Подожди меня здесь, – попросила Ари. – Я не пойду внутрь, только узнаю, дома ли Стеф, и, если да, попрошу его позвать.

– Хорошо.

Мне не хотелось отпускать ее даже до ворот. Я наблюдал за каждым шагом моей спутницы: вот она подходит к воротам, нажимает на кнопку звонка. Выходит слуга, они о чем-то разговаривают, и Ари возвращается к автомобилю.

– Он позовет Стефана, – сказала она, нырнув на заднее сиденье. – К счастью, родители действительно сейчас за городом. Так что, надеюсь, папа отказался от идеи с моим замужеством.

– Он отказался или несостоявшийся жених под напором Винса? – усмехнулся я.

– Одно из двух, – с грустной улыбкой ответила Ариэтт, а ворота распахнулись. Стефан вышел один, огляделся по сторонам и подошел к автомобилю. Постучал по окну кончиками пальцев, и Ариэтт открыла дверцу, которая блокировалась изнутри.

– Здравствуй, сестренка, – сказал Стефан, присаживаясь рядом с ней. – Господин Айлер.

– Добрый день, – откликнулся я, до конца не зная, добрый он или нет.

– Зачем ты приехала?

Я смотрел на Стефа в зеркало заднего вида. Брат Ариэтт выглядел усталым, даже осунувшимся. Проблемы растут?

– Поговорить, – ответила Ари. – Послушай, Нэйт обо всем мне рассказал. Стеф, неужели нет никакой возможности отказаться? Выйти из твоего тайного общества?

– Ты себя слышишь, малышка? – усмехнулся Стефан. – Я состою в нем уже восемь лет, фактически руковожу им. Думаешь, меня отпустят?

– Можно сбежать! Уехать!

– Глупости. От себя не убежишь. – Стефан покачал головой. – Ты должна понимать, Ариэтт, что даже тебе опасно находиться в доме Нэйтона. Я предупреждал его, а он не внял предупреждению. Если команда «фас» не раздастся от меня, ее отдаст кто-нибудь другой.

– Ваши заместители? – прищурился я. – Госпожа ле Роррет и господин эо Ниас?

– Откуда вам известны эти имена? – чуть побледнел Стефан.

– Они стоили жизни тете Деи. Поэтому, думаю, эти люди существуют на самом деле. Вот только мы не хотели вступать в войну, господин эо Тайрен. Скажите своим людям, что госпожа эо Лайт ошиблась, решила отомстить строптивому ай-тере.

– Отец не поверит. Он сам видел, что связывает Нэйта и Дею. Да что там! Этого не заметил бы только слепой. А если вы сунетесь к ле Роррет или эо Ниасу, погибнете.

– Вас послушать, так мы погибнем в любом случае, – хмыкнул я.

– Стефан, прошу! – взмолилась Ари. – С отцом все понятно, но я не хочу потерять вас с Нэйтоном. Должен же быть выход.

– А кто сказал, что этот выход мне нужен, Ариэтт? – холодно прищурился тот.

– Неужели ты можешь хладнокровно кого-то убить? Я в это не верю.

– Могу. Что дальше?

Ари вытерла слезы, набежавшие на глаза. Они не слышали друг друга. Стефан, видимо, никак не мог решить для себя, хочет ли власти такой ценой. Ему было страшно потерять все, что имел, – а именно это случится, если он пойдет против «Общества чистой силы». Он понимал, что поступает ужасно, а его сообщники опасны не только для нас, но и для него самого. И тем не менее продолжал их покрывать.

– Я повторяю в последний раз: уезжайте, – резко сказал Стефан и выбрался из авто, громко хлопнув дверцей. Ариэтт всхлипнула, а я активировал панель управления и повел автомобиль прочь.

– Как он может? – сквозь слезы пробормотала Ари. – Как?

– Власть опьяняет, – ответил я. – Это и случилось с твоим братом. Он держится за свою власть. Со временем станет копией отца. Думаю, нам стоит прислушаться к его совету.

– Ты же сам говорил, что мы пока не можем, – покачала головой Ариэтт.

– Знаешь, я тут подумал… Не хочу мстить Кэтти. Пусть живет и боится, что однажды я за ней приду.

– Что? – замерла Ари.

– Не желаю уподобляться твоему старшему брату, уж извини. И ей самой. Или личностям вроде Хайди. К Форро такую месть.

Мы оба замолчали. Каждому было о чем подумать. Я для себя понял, что безопасность семьи куда важнее возмездия. Пусть прошлое остается в прошлом. Надо жить настоящим ради будущего. Зачем лишать себя завтрашнего дня? Как только вопрос с выборами решится, буду настаивать, чтобы Дея уехала в Эвассон. Осталось подождать совсем немного, да и то лишь потому, что не хочется ломать Винсу тщательно спланированную игру. И Дея должна убедиться, что ее приятель Тед не доигрался, иначе она не сможет жить спокойно. Но скоро все закончится. Надо продержаться хотя бы пару недель. Думаю, за это время все решится.

Мы подъехали к дому. Я вышел, чтобы распахнуть ворота, и ко мне метнулся какой-то человек.

– Братишка, дай монетку! – заканючил он.

– У меня нет. – Я отшатнулся в сторону и ощутил, как в руку перекочевал комок бумаги.

– Ну нет так нет, – огорчился тот и, пошатываясь, пошел прочь, а я открыл ворота и вернулся в салон авто.

«Сегодня в восемь у памятника Содружеству», – значилось в записке.

– Кажется, Форро услышал мои мысли, – обернулся я к Ари и показал клочок листа.

– Пойдем? – спросила она тревожно.

– Да, – ответил я. – Надо поставить точку.

Действительно, надо, чтобы я окончательно перешагнул через прошлое и смог жить дальше.

Глава 28

Эжен

Дома царили тишина и порядок. Даже не чувствовалось, что здесь стало на четырех обитателей больше. Я прошел к кабинету Нэйта и постучал в двери. Угадал.

– Войдите, – послышался голос друга, а Нэйт действительно стал для меня другом и оставался наставником.

– Привет, мы вернулись. – Я прошел внутрь и опустил на стол папку с договорами. – Отец поставил печать и подпись, так что наша четверка теперь официально ай-тере Деи сроком на год с правом продления.

Нэйт внимательно просмотрел бумаги и убрал один экземпляр в сейф, а второй оставил на столе.

– Передам Дее, – сказал он мне. – Как там Генрих и Кристин?

– Хорошо, – ответил я. – Пытался убедить отца уехать, но разве он кого-то слушает?

– Кто бы говорил, – усмехнулся Нэйт. – Ты сам как?

– В полном порядке.

Это было правдой. Кошмары отступили, и те несколько часов, на которые не выпадало дежурство, я все-таки спал. Голова иногда болела, но не так сильно, как прежде. Пройдет.

– Нэйт, а как ты думаешь, стоит нам уехать? – спросил я.

– Это будет правильно, – ответил он. – Но только после выборов, когда наша битва с Хайди завершится. Хотя я бы не отказался немедленно покинуть Тассет. Мерзкое место. Чем дольше живу, тем больше убеждаюсь.

– Послушай… – Я не знал, как правильно сформулировать мысль. – Ариэтт очень беспокоится из-за Стефана.

– Я заметил, – вздохнул Нэйтон. – Но что мы можем сделать? Ты был со мной в парке и сам все слышал.

– Да, но… Как думаешь, он действительно решится нас убить?

– Боюсь, что да, – ответил мой собеседник. – Стеф – сложный человек. Всегда был им, пусть мы и не общались в последнее время. Он себе на уме. Так что вполне может спустить на нас своих псов и сделает это.

– И мы всемером справимся с ними?

– Это невозможно предугадать, Эжен. Но сдаваться уж точно не станем.

Конечно, я не рассказал Нэйтону о нашей поездке с Ариэтт. Захочет – поведает сама, но на душе скреблись кошки. Забавно… Учитывая, что я и сам кот. Хотелось забиться подальше от всех окружающих и побыть наедине с собственными мыслями, но в нашем доме это стало сложно… В гостиной нашелся Дилан и двое старших ай-тере, Алан и Нил. Мужчины приоделись и заметно приободрились, и теперь они втроем играли в карты на щелбаны.

– Эх, карта пошла! – потирал руки Нил.

– Мухлюешь? – возмущался Алан.

– Ты у нас не провидец, часом? – подначивал Дил.

Хорошо, что пока обошлось без разбирательств, которых опасался Дилан.

– Лора звонила? – спросил я на ходу.

– Да, передавала привет, – обернулся он. – Джинни скучает по своей кисе.

Я зашипел, а новые ай-тере, к счастью, не поняли.

– Алан и Нил хотят завтра присоединиться к нашим тренировкам. Ты не против? – поинтересовался Дилан.

– Только «за», – ответил я искренне, потому что хорошо усвоил главную науку: мы должны знать сильные и слабые стороны друг друга, чтобы эффективно взаимодействовать и защищать Дею.

Сама Дея шушукалась с Анной. Видимо, о своем, о женском. Я не стал вторгаться в их круг и поднялся на второй этаж. Но стоило хлопнуть дверью спальни, как на пороге возникла Ариэтт.

– Мне что-то тревожно, – призналась она. – Можно посидеть с тобой?

– Конечно, – ответил я, сам сел на кровать, а Ариэтт забралась в мои объятия и притихла. Я коснулся губами ее лба. Она тихонько вздохнула, чуть подвинулась и потянулась за поцелуем. С Ари мне было тепло. Будто душа, замерзшая, израненная, оживала снова. Да, шрамы останутся, но я снова могу дышать!

– Я люблю тебя, – шепнул на ушко Ариэтте.

– Я тебя больше, – улыбнулась она и крепко меня обняла.

Так мы и сидели, пока стрелки неумолимо двигались к итогу. Час, еще час. Время не заставишь стоять на месте. Оно всегда куда-то спешит, а мне хотелось бы его остановить. Дневной свет стал серым и хмурым – вечер вступил в свои права.

– Пора, – сказал я Ари.

– Пойду переоденусь, – ответила она.

Я тоже выбрал темную рубашку взамен светлой – чтобы было хуже видно в сумраке. Да, в Тассете лишь месяц длится ночь, но и сейчас за окнами было сумрачно-серо. Ари надела удобное платье темно-фиолетового цвета. Она казалась бледной и решительной.

– Может, я все-таки сам? – спросил ее.

– Нет, – отрывисто ответила Ариэтт. – Только вместе.

– Тогда идем.

Как объяснить Дее, куда мы направляемся? Впрочем, ее я не встретил. Зато на пути попался Дилан.

– Куда собрался, киса? – спросил тот с вечной усмешкой.

– Веду девушку на свидание, – ляпнул я. Брови Дилана удивленно взметнулись.

– А ты времени зря не теряешь. – Он похлопал меня по плечу. – Что ж, удачного свидания, Эжен, Ари.

– Если Дея будет меня искать, скажи, что вернусь ближе к полуночи.

– Да не вопрос.

Дилан ушел, насвистывая что-то под нос, а мы с Ари вышли из дома. Автомобиль брать не стали – решили пройтись пешком. Тем более памятник Содружества находился в десяти минутах ходьбы. Я пару раз бывал рядом. Его установили в честь заключения договора между Тассетом и его южным соседом Мальбруком, где, насколько я знал, ситуация с «иль» и «ай» тоже оставалась плачевной. Произошло это пятьдесят лет назад, тогда же и воздвигли памятник.

Нас уже ждали. Стоило остановиться у подножия монумента, как к нам подошел знакомый парень.

– Поговорим в авто, – отрывисто сказал один из подручных Железного Ли.

Неприметный черный автомобиль стоял неподалеку. Мы сели на заднее сиденье, наш проводник – на переднее, а за рулем сидел сам Ли.

– Сегодня вечером объект будет возвращаться из театра, – заговорил он, даже не поздоровавшись. – В автомобиле – она и двое ай-тере. Мы остановим авто на границе Северного квартала, выманим ай-тере и погоним девчонку к вам. Ваша задача – ждать ее у арки на входе в квартал. Мы отвезем вас туда. Дальнейшее нас не касается, мы занимаемся только ай-тере. Кстати, что делать с ними, когда все закончится?

– Мне все равно, – ответил я. – Пусть идут на все четыре стороны.

Да, они были прекрасными помощниками для Кэтти. Да, я никогда не забуду их издевательств, но не хочу становиться убийцей. Чужими руками или своими – не все ли равно? И потом, им все равно влетит от Кэтти и ее родителей, когда мы решим все накопившиеся вопросы. Думаю, не просто влетит…

Сердце стучало быстро-быстро от одной мысли, что мы встретимся с Кэтти лицом к лицу. Я только надеялся не увидеть ее ай-тере, потому что они тоже успели стать чудовищами. А может, были ими изначально? Поэтому я был благодарен Ари. Ее прохладная ладошка крепко сжимала мою руку, даря уверенность в том, что поступаю правильно. Я действительно решил не мстить. Но Кэтти-то об этом не знает…

Нас высадили у высокой каменной арки. За ней начинался Северный квартал. Это место, куда обычные люди старались не ходить даже днем. Моя матушка часто напоминала, что здесь живут отморозки и нелюди. А как по мне, «отморозки и нелюди» обитают в богатых кварталах Тассета. И щеголяют приставками «ле», «ди» и «эо».

Мы с Ари спрятались в тени арки. Здесь было совершенно безлюдно. Пару раз кто-то проходил мимо, но нас не замечали за ветками кустарника. Сколько точно ждать, мы не знали.

– Вот все и свершится, – тихо сказала Ариэтт.

Я только кивнул. Сейчас! Или никогда.

Прошло около часа, когда в конце квартала появилась Кэтти. Она бежала, а за ней гнались ай-тере – бурые волки, трое. Странно, как они встретились? Или это все же семейное? Впрочем, волк – распространенное животное среди ай-тере.

А я впитывал страх Кэтти. Запечатлевал в памяти скривленный в крике рот, сбивчиво вздымающуюся грудь, растрепанные волосы, покрасневшее потное лицо. Она бежала к спасению – так ей казалось. И никак не ожидала, что я шагну навстречу. Волки тут же остановились, но не убежали, а остались неподалеку, наблюдая за нами. С Ари мы договорились, что она не будет вмешиваться и останется за аркой.

– Здравствуй, Кэтти, – сказал я.

– Ты! – уткнулся в грудь пальчик с длинным ухоженным ногтем. – Это все ты!

– Я – что? – спросил холодно.

– Задумал все это.

– Не понимаю, о чем ты, – ответил спокойно, а Кэтти все больше краснела. Как бы удар не хватил раньше, чем договорю.

– Мои ай-тере…

– В порядке. Думаю, вернутся к тебе к утру. А пока твоя жизнь – в моих руках. И как, приятно чувствовать себя беспомощной, Кэтти?

Я ощущал, как когти удлинились на руках. Кэтти тоже это заметила, выпучила глаза и тихо заскулила. О да! Ей было страшно. Так же, как и мне, когда она сначала раз за разом втаптывала меня в грязь в колледже, а затем убивала в своем доме. Злость поднялась волной.

– Ты не посмеешь. – Ее хорошенькое правильное личико исказилось.

– Не посмею – что? – уточнил я.

– Причинить мне вред, – заявила та. – Ты слабак. Ничтожество. Пустое место.

– Боюсь, ты ошибаешься. Здесь есть лишь одно ничтожество, и это ты. Знаешь, я хотел сказать тебе одну вещь. Когда причиняешь кому-то боль, помни, что рано или поздно она вернется к тебе. Я не желал тебе зла, когда стал твоим ай-тере. Но ты сделала все, чтобы мечтал тебя уничтожить. Но я прощаю тебя, Кэтти. Благодаря тебе у меня получилось по-другому взглянуть на жизнь. На моих друзей, на мир вокруг. Я стал сильнее. И мне больше не страшно.

– Ты мразь! – закричала Кэтти и кинулась на меня.

Я ударил ее рукой по щеке, забыв о когтях. На белой коже остались четыре глубокие кровавые полосы. Кэтти взвыла, схватилась за щеку, а я обернулся барсом, зарычал и прыгнул. Не на нее, нет. Рядом. Но Кэтти рассудила, что хочу ее убить. Она глухо всхлипнула и бросилась прочь, прямо в арку. Я побежал за ней, но не для того, чтобы догнать, а потому что там была Ари. Кэтти завизжала, подхватила юбки и помчалась вперед, оставив на асфальте туфельку. А я снова стал человеком.

– Как ты? – шагнула ко мне Ари.

– Знаешь… – Я провел ладонью по лицу, убирая волосы со лба. – Думал, что мне станет легче, если ей отомщу. Так вот, это вздор. Легче не стало. Даже если бы я сейчас растерзал ее на части – не стало бы.

Ари обняла меня. Я опустил голову ей на плечо, и мы замерли, чувствуя, как постепенно уходит напряжение этого безумного вечера. Вот и все. Я свободен.

– Мы проводим вас домой, – подошел к нам незнакомый парень, за ним следовали еще двое. Видимо, те самые волки. Да они же тройняшки! И все трое ай-тере. Бывает же…

– Северный квартал – не то место, где стоит находиться ночью, – добавил его брат. – Хотя бы выведем в оживленный район.

– Спасибо, – ответил я.

– Ваши деньги, – усмехнулся третий.

Да уж, все оплачено. Пешком до дома Деи было далековато, но я использовал это время, чтобы собраться с мыслями. Они кружили в голове, терзали разум. Теперь уже я сжимал руку Ариэтт, потому что мне нужен был якорь для связи с реальностью. Кэтти в прошлом. Да, ее призрак все еще тревожит, приходит во сне, но я наконец-то понял, что все закончилось. И, думаю, оставил ей на память пару шрамов. А если Кэтти решит подать на меня в суд, с десяток человек подтвердит, что я в это время был дома.

Когда до особняка эо Фейтер оставалось пройти всего квартал, мы распрощались с волками. Они приняли свою животную ипостась и помчали прочь, а я на миг остановился.

– Что такое? Все хорошо? – тут же встревожилась Ари.

– Да, – ответил тихо. – То есть… нет.

Как я сразу не понял? Не заметил?

– Эжен? – Ариэтт вглядывалась в глаза, пытаясь найти ответ, а я прижал руку к груди. В сердце будто вонзили ледяную иглу.

– Дея, – сказал едва слышно. – Я ее не чувствую. Совсем.

И бросился бежать. Ариэтт помчалась за мной. Что случилось? Как такое могло произойти? Ведь все было спокойно. Ни следа ее тревоги, ни отголоска страха. Может, дело в том, что я сам был на эмоциях? И мои чувства заглушили ее? Или и вовсе принял страх Деи за свой собственный? Я обернулся и понесся вперед. Барс быстрее человека. А когда увидел распахнутые настежь ворота, и вовсе забыл, как дышать. Помчался туда, желая растерзать любого, кто попадется на пути. Только бы Дея была жива! Только бы…

Глава 29

Дея