Ай-тере. Право на свободу Валентеева Ольга

Глава 18

Хайди была занята. Дел навалилось столько, что она не поднимала головы от бумаг. Они покрывали ее стол ровным слоем, и Нэйтона не хватало еще сильнее. Проклятый Нэйтон! Хайди кусала губы в бессильной злобе. Она надеялась, что «Общество чистой силы» доберется до него быстро, но, видимо, у тех хватало своих забот. Либо их останавливало то, что Нэйт и Дея еще не женаты? Или проверяют достоверность информации? Хайди не знала.

Тед, конечно, тоже ей помогал, но Хайди не собиралась доверять ему все и сразу. Во-первых, он был слишком юн. Во-вторых, выглядел подозрительным. А может, просто хотел возвыситься над другими ай-тере? Этот вариант был для Хайди прост и понятен. Кто не хочет обрести власть хоть на волос больше, чем имеет? И все-таки она не торопилась доверять Теду в вопросах бизнеса, его это не касается. Пусть занимается предвыборной кампанией.

А что он заявил этим утром! Явился ни свет ни заря, вытащил Хайди из объятий Арчи, с которым она решила скоротать ночь, и разложил перед ней несколько благотворительных проектов.

– Выбирайте. – Тед махнул рукой, как фокусник, и отступил, а Хайди, нечесаная, в пеньюаре уставилась на пять совершенно разных листовок. Все они касались ай-тере. Оказалось, есть дом престарелых, куда отправляют пожилых ай-тере, потерявших магические половинки. Туда на неплохую зарплату принимали других иль-тере, чтобы они могли поддерживать жизнь несчастных, посещая заведение раз в неделю. Такой вариант не подходил для Хайди. После Рона образовалось всего одно вакантное место, и она найдет себе молодого здорового ай-тере. Может, утешится немного.

Вторая листовка касалась работы одной из «фабрик», только не подпольной, а открытой, куда могли обратиться юноши и девушки, у которых должен был вот-вот открыться или открылся дар ай-тере. Там собирали сведения обо всех иль-тере, готовых принять их к себе, и помогали по мере возможности.

Дальше Хайди и читать не стала.

– Что за бред? – Она смахнула листовки на пол, но Тед терпеливо их поднял.

– Это не бред, а часть вашей предвыборной программы. Мало сказать о своем решении принять некие законы. Нужно своим примером показать, что вы действительно беспокоитесь об ай-тере. Чем вам не угодили листовки?

– Это несусветная глупость! – бушевала Хайди.

– Уверены? Тогда выбросите их.

И Тед замер перед ней, настолько уверенный в своей правоте, что Хайди стало тошно.

– На какой из них стоит остановиться? – глухо спросила она.

– Любая будет хороша.

– Которая не потребует возиться с ай-тере?

– Все потребуют. Надо, чтобы вас как можно чаще видели рядом с ними. Ну же, госпожа эо Лайт. Или вы боитесь поверить в свою же игру?

Хайди рассмеялась. Она хохотала до слез. Тед действительно думает, что она сможет принять хотя бы одного ай-тере как равного? Не бывать этому! Ай-тере – батарейки. Мусор! Использовал и выбросил.

– Пусть будет это. – Она ткнула пальцем в благотворительную ярмарку, которая была все для того же: чтобы потенциальные «иль» и «ай» встретили друг друга.

– Как скажете, – улыбнулся Тед. – Ярмарка состоится через неделю. Нам надо продумать вашу линию поведения. А еще советую послать листовку господину Моргану и намекнуть, что вы тоже там будете.

– Заигрывать с этим франтом?

– Если хотите расширить свой бизнес, почему нет? Но если вам это неинтересно, забудьте.

Хайди только буркнула под нос:

– Тебя забыла спросить.

– Что ж, раз выбор сделан, я сообщу о вашем участии прессе, – поклонился Тед и вышел. Хайди едва успела придвинуть бумаги обратно, когда в двери снова постучали.

– Да кому там неймется?! – крикнула она.

– Здравствуйте, госпожа эо Лайт.

Хайди удивленно моргнула. На пороге замер Макс. Неужели все-таки осмелился явиться?

– Я неясно выразилась в прошлый раз? – спросила она угрюмо, уже позабыв, что собиралась его простить.

– Предельно ясно, – спокойно ответил тот.

Стоит признать, выглядел ай-тере скверно. Он был бледен, и только отпечаток ладони багровел на щеке. Все-таки она немного перегнула палку. Но извиняться и чувствовать вину? Глупости.

– Так зачем же ты пришел? – спросила Хайди. – Раз знаешь, что тебе здесь не рады?

– Я прошу вернуть мне клятву, госпожа эо Лайт, – так же тихо, но спокойно ответил Макс.

– Что? Ты лишился рассудка? – Иль-тере не верила тому, что слышала.

– Вы выгнали меня вон, сказали, чтобы я больше не появлялся. Значит, я вам не нужен. Раз так, не держите мою силу и верните клятву. Я для вас все равно бесполезен.

Бесполезен, это точно. И если как оружие Макс хотя бы арбалет, то серый зайчишка уж точно не мог быть грозной защитой от врагов. Да и переживать момент смерти ай-тере не хотелось. Может, и правда пусть идет? Но что-то внутри Хайди противилось такому итогу. Жадность? Или эгоизм?

– Хм… Я бы могла вернуть тебе клятву, – задумчиво протянула она, – но не считаю это возможным или необходимым, дорогой.

– Я прошу вас подумать. – Макс опустил голову. – Вы ведь понимаете, что мой резерв близок к пределу. Так зачем ждать?

– Понимаю, – кивнула Хайди. – И готова тебя отпустить, но… Что-то останавливает меня.

Макс молчал. Он вообще не смотрел на нее. Глядел куда угодно: под ноги, на стены, только не на Хайди. Глупый влюбленный дурак. Вот кем он являлся. Хайди поднялась и подошла ближе, провела подушечками пальцев по его щеке.

– Сумел разлюбить? – улыбнулась она с иронией.

– Нет, – ответил Макс, все-таки взглянув ей в глаза. Что-то в нем изменилось. Что-то окончательно надломилось и пошло прахом.

– А если я сейчас скажу, что тоже неравнодушна к тебе? – Хайди коснулась его губ легким поцелуем. – Что тогда?

– Я не поверю вам, госпожа эо Лайт, – ответил тот, но на щеке, не обезображенной ожогом, появился румянец.

– Не поверишь?

Она припала к его губам. Целовала жадно, почти дико. Макс один из немногих, кто устраивал ее в качестве любовника. Она сама его воспитала – под себя. Но быстро устала, надоела его щенячья влюбленность. Дыхание Макса сбилось. Он глухо застонал в ее приоткрытые губы.

Хайди отступила. Полюбовалась на результат своих трудов. Максимилиан дышал рвано, его глаза блестели, и он снова видел только ее.

– Настаиваешь, чтобы я вернула тебе клятву? – усмехнулась она.

– Да, – процедил Макс сквозь зубы.

– Мм. – Хайди провела кончиками пальцев по его груди вниз, к линии брюк, приподняла футболку и погладила обнаженное тело. – Не передумаешь?

В глазах Макса плескалось безумие. Он смотрел на нее так, как никто и никогда. Хайди улыбнулась. Будь в этом мальчишке чуть больше характера, он мог бы задержаться с ней рядом куда дольше. Сейчас Макс даже нравился ей: злющий, растерянный, возбужденный, готовый умереть, лишь бы сделать ей пакость. Внешний лоск слетел, осталась суть, и эта суть была ей симпатична.

– Можешь не верить, но ты мне все-таки нравишься, – шепнула она, оставляя легкий поцелуй на его шее. – Хочешь умереть где-то вдали от меня? Дело твое. Но сначала, так и быть…

Она потянула на себя обжигающее пламя, собравшееся вокруг Макса. Сила наполнила тело. Показалось, будто даже по волосам пробежали маленькие разряды молний. Как сладко! Бесконечно сладко. Всего несколько прикосновений, несколько рваных вздохов – и Макс уткнулся лбом в ее плечо, переводя дыхание. Хайди провела кончиками пальцев по его коже.

– Ты вряд ли сумеешь меня забыть, Максимилиан, – сказала она тихо. – Пусть тебя утешит, что я тебя тоже не забуду. Иди, раз решил.

Когда Хайди вернула клятву, Макс вздрогнул на миг, а она поежилась, будто от холода. Почему стало холоднее? Вот он перед ней, вполне жив, от него исходит тепло. Видимо, холод пришел откуда-то изнутри. Ничего, один ай-тере уйдет, другой придет. И уж меньше всего Хайди ожидала, что две слезинки прочертят путь к подбородку ее бывшего ай-тере. Он развернулся и пошел прочь. Хлопнула дверь кабинета, а она так и осталась стоять, глядя Максу вслед. Не совершила ли она глупость?

Хайди снова села за стол, придвинула бумаги, но не могла сосредоточиться. Перед глазами так и стояло лицо Макса. Вот ненормальный мальчишка! Казалось бы, иди на все четыре стороны, ищи себе другую иль-тере и радуйся, а тот ревел. Может, и правда, любил?

Глава 19

Эжен

Ждать пришлось долго. Нэйтон заметно нервничал. Конечно, ему не нравилась моя идея сделать Макса ай-тере Кристин. Но! В тете Крис я был уверен. Это для нас, родных, она добрая и мягкая, но недаром представляет с отцом Эвассон. Так что она хорошо отнесется к Максу, однако не потеряет бдительности.

Максимилиана было жаль. Да, в колледже о нем говорили не очень хорошо. Сами мы особенно не сталкивались: он предпочитал не вмешиваться в разбирательства между «иль» и «ай», приезжал редко, делал вид, что он тут пуп мира. Плевать. Сейчас передо мной был человек, и он нуждался в помощи. А вот как его угораздило влюбиться в Хайди – это уже другой вопрос.

– Он все равно будет на стороне эо Лайт, – недовольно сказал Нэйт.

– В ближайшем будущем он не будет ни на чьей стороне, – парировал я. – Ему бы выжить, ты сам видел.

– Такие мрази живучи.

Но и Нэйтону было его жаль, это я тоже видел.

– Что они там делают? – Он посмотрел в сторону закрытых ворот.

– Прощаются. – Я пожал плечами. – Либо Хайди его убивает, она может.

Нэйт кивнул, соглашаясь. Но мне казалось, Хайди, потерявшая интерес, все-таки вернет клятву Максу.

– Кстати, рад, что тебе лучше, – заметил Нэйт.

Я невнятно угукнул в ответ. Да, лучше. И очень хотелось надеяться, что срывов больше не будет, и кошмары не вернутся, но я понимал, это вряд ли. Если днем еще могу держать себя в руках, то как контролировать сны?

– И насчет Ариэтт…

– А что насчет Ариэтт? – Я обернулся к Нэйтону.

– Что на самом деле между вами происходит?

Хороший вопрос, потому что сам я не торопился себе его задавать. Мне бы разобраться с теми проблемами, которые имеются на данный момент. Но Ари я был искренне благодарен. Ее не страшили мои демоны, и это дорогого стоило.

– Мы дружим, – ответил Нэйту.

– И просыпаетесь в одной постели?

– Между нами ничего не было. Мне просто приснился кошмар.

– Ну да, ну да, – недоверчиво хмыкнул Нэйтон.

– Не веришь – спроси у сестры.

– С ней бесполезно разговаривать. Впрочем, всегда так и было, а с возрастом ее характер стал только еще более взбалмошным.

– Избаловали? – прищурился я.

– Кто? – удивился Нэйт.

– Вы с братом.

– Да она раздражала нас!

– И поэтому ты сидишь и брызжешь слюной? Не беспокойся, Нэйт. Я твою сестру обижать не собираюсь. И между нами действительно ничего нет. Не буду врать, Ари мне симпатична, но сейчас мне не до того, честно.

Я и думать не мог о любви. Наш поцелуй… Он был спонтанным. Какая любовь, если собственные перепады самочувствия контролировать так сложно? Но рядом с Ари мне становилось теплее и спокойнее. Ее уверенность в том, что всего можно добиться, передавалась и мне. А еще у нас появился план, который обсуждать с Нэйтом точно не стоит. Интересно, как он отнесется к вечерним, а то и ночным прогулкам с его сестрой? Наверное, только убедится в своих подозрениях.

А ворота наконец распахнулись, прерывая этот не слишком приятный разговор, и появился Макс. Он казался и вовсе потерянным. Кажется, даже забыл, куда шел, и Нэйт посигналил ему, чтобы не заставлял нас ждать. Максимилиан сел на заднее сиденье.

– Ну как? – спросил я.

– Хайди вернула мне клятву, – ответил он тихо.

– У тебя такой вид, будто ты готов немедленно дать ее снова, – усмехнулся я.

– Нет. – Макс качнул головой. – Просто я до конца не мог понять, что все мои попытки стать для Хайди больше, чем игрушкой, бессмысленны. Теперь понял.

– Вот и хорошо. Поехали?

Нэйтон только фыркнул. Он не считал, что Макс может измениться. Справиться с зависимостью от Хайди, начать жизнь заново. Но сейчас главное – у него появился такой шанс. А вот сможет ли он им воспользоваться? Этого уже никто не скажет. Даже сам Макс.

Мы вернулись к зданию посольства. Тетя Крис уже успела подготовиться. Перед ней лежал договор – пока временный, сроком на месяц. Либо Макс круто изменит свою жизнь, либо проиграет. Ай-тере пробежал безразличным взглядом по строчкам. Я тоже прочитал из-за его плеча. Здесь были прописаны любые нюансы, включая неразглашение услышанных сведений. Вряд ли в подобном вопросе поможет договор, но, например, в Эвассоне наказание за его нарушение достаточно суровое. Это немалый тюремный срок и материальное взыскание.

Но Макс, мне кажется, даже не вчитывался. Просто подписал и все. Затем подпись поставила тетя Крис и заверила печаткой. Отцовской, видимо. Он имел на территории посольства право заверения таких документов. После этого Макс дал тете Крис клятву, и на миг между ними взметнулась сила, подтверждая, что все прошло, как надо.

– Добро пожаловать, – улыбнулась Кристин Максу. – Идем, я покажу, где ты будешь жить. Предупреждаю сразу, за территорию посольства выходить пока запрещено.

– Я вас понял, – ответил Макс и обернулся к нам. – Спасибо.

– Главное, не заставь нас об этом пожалеть, – сказал я, и Макс следом за Крис вышел из кабинета.

– Едем домой? – спросил Нэйт.

– Подождешь меня еще немного? Хочу зайти к отцу, – ответил я.

– Да, конечно. Буду ждать в авто.

И Нэйтон направился к выходу, а я попросил секретаря тети Крис проводить меня к кабинету отца. Там в приемной тоже дежурила миловидная девушка.

– Вы записаны на встречу? – спросила она, подвигая к себе блокнот.

– Мне не нужна запись, я сын господина Айлера, – сказал ей и постучал в двери кабинета.

– Войдите, – донесся усталый голос, и сердце кольнула вина. Я замер на пороге. Отец сидел за столом и работал с бумагами, но при моем появлении поднял голову.

– Эжен! – улыбка осветила его лицо. – Здравствуй, мальчик мой.

Он поднялся, подошел ко мне и обнял.

– Здравствуй, папа, – ответил я.

– Присаживайся. Кристин говорила, что ты заходил и просил за какого-то мальчишку. Я уже думал, ты ко мне не заглянешь.

– Я не знал, хочешь ли ты меня видеть, – ответил честно.

– Что за глупости? – изумленно спросил отец.

– Пап, ты прости за то, что наговорил у нас дома, – вздохнул я. – Просто прошло слишком мало времени, и любые воспоминания довольно болезненны.

– Не извиняйся, – улыбнулся папа. – Я все понимаю. И на нравы Тассета успел насмотреться за то время, что мы провели здесь. Рад, что ты все-таки пришел сам. Может, пойдем к нам? Познакомишься с сестрой.

– Меня Нэйтон ждет, – попытался воспротивиться я, но папа тут же послал секретаря за Нэйтоном и пригласил в гости, если тот не сильно спешит. Нэйт отказываться не стал, хоть я и понимал, что он беспокоится: Дея слишком долго остается одна. Но с ней Дилан и Анна. И я не ощущал какой-либо тревоги со стороны моей иль-тере. У нее все хорошо.

Мы спустились на первый этаж и покинули рабочую часть посольства Эвассона. Нэйт уже ждал нас у выхода.

– Здравствуйте, господин эо Тайрен. – Отец протянул ему руку.

– Здравствуйте, господин Айлер, – ответил тот.

– Идите за мной. Наши личные комнаты располагаются в здании слева, – рассказывал отец. – Справа обитают наемные работники, не эвассонцы. Понятное дело, что состав посольства не так уж велик, и нам нужна помощь во многих делах.

Мы свернули к большому серому зданию. Меня почему-то охватило волнение. Сердце билось очень быстро. Глупо? Конечно, да, но я ничего не мог с собой поделать.

Папа открыл дверь и вошел первым, мы последовали за ним. Они с тетей Кристин занимали весь второй этаж. Туда мы и поднялись по широкой мраморной лестнице.

– Проходите в гостиную, – пригласил отец. – Выпьете что-то?

Мы с Нэйтом дружно отказались. Тогда отец оставил нас на несколько минут, а вернулся с маленькой девочкой на руках. Она оказалась очень забавной. Вся беленькая, как одуванчик, с носиком-кнопкой и большими голубыми глазенками.

– Вот она, наша Мадлен. – Папа улыбался, а я был рад, что после разлуки с матерью он нашел свое счастье.

Девочка глядела на нас с таким пристальным вниманием, что стало смешно.

– А это твой братик Эжен, – сказал папа. – Возьмешь ее на руки? Не боишься?

Я боялся. Маленьких детей вокруг меня не было с тех пор, как я сам вышел из детского возраста. А если она заплачет? Если испугается? Но я осторожно взял Мадлен на руки, она рассмеялась и потянулась к моим волосам.

– Ты ей нравишься, – заметил отец.

– Это взаимно, – ответил я с улыбкой, а Мадлен уже что-то пыталась мне рассказать, только я в ее лепете ничего не понимал.

Вскоре к нам присоединилась Кристин. Она рассказала, что Максу пока отвели комнаты в здании напротив, поэтому он не будет контактировать с Роном и Мэг. А им уже завтра отправляться в путь.

Пора было возвращаться домой, но с тетей Крис тяжело спорить. Не слушая наших возражений, она позвала Рона с Мэган и заставила нас остаться на чай.

Я сразу заметил, как за эти дни изменился Рон. В него будто вдохнули жизнь. А главное, у парня был живой взгляд. Бывший ай-тере Хайди казался абсолютно счастливым, и я этому порадовался, потому что искренне надеялся: теперь у них с Мэг все будет хорошо.

– Как настроение перед отъездом? – спросил их.

– Немного боязно, – призналась Мэган. – Но в то же время я жду этого с нетерпением. Здесь все время кажется, будто что-то может пойти не так.

– Я готов жить где угодно, только не здесь, – кивнул Рон. – Мы поедем с подругой госпожи Айлер, заключили временный контракт, а на месте разберемся.

– Вот и хорошо, – присоединился Нэйт.

– А ты сам не хочешь уехать из Тассета? – спросил его Рон.

– Пока рано, – ответил Нэйтон. – У меня здесь остались неоконченные дела. И не уверен, что моя иль-тере захочет покинуть родину. Но все возможно. Посмотрим, как будут развиваться события.

– А ты, Эжен? Почему не возвращаешься домой? – спросила Мэган.

– По той же причине, что и Нэйт, – ответил я. – Неоконченные дела, и иль-тере у нас одна, поэтому пока не собираюсь.

Отец едва уловимо вздохнул. Конечно, он надеялся, что я вернусь в Эвассон, но сейчас меня слишком многое держало в Тассете. Да, Дея бы меня отпустила и порадовалась, что я избавился от груза прошлого, но кто тогда присмотрит за самой Деей? Кто ее защитит от Хайди? А от «Общества чистой силы»? Учитывая, к чему идут их отношения с Нэйтом, им бы лучше подумать об отъезде. А Ариэтт? Мне не хотелось с ней расставаться, несмотря ни на что.

– И все-таки подумайте, – вмешалась тетя Кристин. – Нэйтон, мы бы помогли обосноваться в Эвассоне и вам с Деей.

– Мы будем иметь в виду, – кивнул тот. – А пока нам действительно пора. Приезжайте в гости.

– Обязательно, – пообещал отец, а мы с Нэйтом пожелали Рону и Мэг счастливого пути. Завтра к ним присоединятся Лора и Джинни, и у них начнется новая жизнь. А нам до нее еще надо дойти.

По дороге домой Нэйт больше молчал, да и я думал о своем. Понимал, как расстраиваю отца отказом ехать в Эвассон, но что поделаешь? Наши враги не дремлют. Я предпочел бы, чтобы папа с семьей тоже уехали, так как тревожился за них. Они с тетей Крис были идеальной мишенью для «Общества чистой силы». Где гарантии, что жители Эвассона их не заинтересуют?

– Что-то ты слишком задумчив. Не к добру, – хмыкнул Нэйт.

– Да ну тебя, – отмахнулся я от друга, а он давно стал мне другом. – Просто думаю… Как мне уговорить отца уехать?

– Боюсь, без тебя никак. Твой отец слишком тебя любит и долго искал, чтобы так просто отступиться. Волнуешься?

Я кивнул. Волнуюсь! Не хочу, чтобы с ними случилась беда.

– Тогда проводи с семьей больше времени. Пусть они успокоятся на твой счет. Может, и согласятся поехать в Эвассон, а мы потом приедем к ним: в гости или насовсем. Потому что Тассету в ближайшем будущем перемены не грозят.

Увы, Нэйт прав. Тассет будто спал и не был готов проснуться. А наши жизни висели на волоске, ведь мы ай-тере.

– Я подумаю над твоими словами, – сказал ему.

– Подумай, Эжен. И не забывай – семью не заменит никто. Это большое счастье, когда тебя любят только за то, что ты есть.