Лисий капкан Попова Елена
– Окей!
– Тогда идем, познакомлю тебя с моими друзьями! Минуточку внимания! – похлопала она в ладоши, когда мы подошли к столу. – Смирнов! – крикнула Рита, глядя, как он продолжает веселить девчонок, игнорируя ее объявление.
– О, привет, Эля! – улыбнулся мне Смирнов.
Я улыбнулась в ответ и помахала девчонкам из нашей группы.
Ритка толкнула меня вперед.
– Короче, те, кто еще не знает мою подругу, знакомлю: это Эля. А это моя двоюродная сестра Света. – Короткостриженая брюнетка с серьгой в брови протянула мне руку, я в ответ свою. – Так, а это ее парень, – Ритка кивнула на пухляша, сидящего рядом со Светой и готовящегося погрузить ролл в рот. – Слива, встань! Че, Эльке через весь стол тянуться к тебе? – рявкнула Ритка. – Никуда твои роллы не убегут, – засмеялась она. – Мы пожали друг другу руки. – Алёнку с Саней ты знаешь.
Я поздоровалась с Алёной и коротко кивнула Цыпе.
– Так, а это моя подружка Крис, приехала из Грязовца ко мне на днюху, и ее парень Костик. Можно просто Капуста, он не обидится, – хихикнула Ритка, потом еще что-то сказала. Я не слышала. Смотрела на Кристину. Она, приветливо улыбаясь, на меня.
Боже, мы живем не в городе, а в консервной банке, где все друг друга знают! Я узнала ее сразу и вспомнила то, как она резвилась в кустах со своим Костиком в тот момент, когда надо мной издевались ее дружки. И как потом уговаривала меня ничего не рассказывать бабушке…
– Приятно познакомиться, – промурлыкала она и протянула руку.
– Мне тоже. Очень! – широко улыбнулась я и перевела взгляд на Капусту.
– Костян, – представился он.
– Эля.
Рита провела меня в самый конец дивана и посадила рядом с собой. Как раз напротив всей этой компашки. Романов налил в бокал шампанского, Ритка положила в тарелку салат. Кто-то толкнул речь. Все начали чокаться, парни свистели, Ритка радостно скакала. А я не знала, что делать с нахлынувшими воспоминаниями. Смотрела на лица напротив. Кристина, повзрослевшая, выкрасилась в блондинку, волосы обстригла по плечи. Всё еще встречается с Капустой… Я думала, они уже давно расстались, живя в разных городах. Капустин стал качком, отрастил бороду и походил на сорокалетнего мужика. Краснорожий Цыпа заливал в себя стопками водку. Гляньте-ка, почти все в сборе! Достаем гранату, кидаем на стол, и… бабах.
После второго тоста я спустилась на первый этаж в туалет.
– Ну вот, короче, мы оба поняли, что нагулялись, и пришли к выводу, что не можем друг без друга, – послышался в туалете женский голос. Затем хлопнула дверь в соседней кабинке. Затем еще одна.
– Я вообще в шоке была, что вы снова сошлись. Еще пару недель назад ты с каким-то барменом встречалась.
– Я год с ним встречалась. И Костик без дела не сидел. Он в Питере с девкой из его универа замутил.
– В общем, вы расстались на год, а теперь снова вместе?
– Ну, получается так. Ритка, сама пойми, любить на расстоянии очень сложно. Мы уже больше трех лет живем по разным городам. Слава богу, еще год, и Костик вернется в Вологду, и я как раз за это время подкоплю деньжат и тоже переберусь из этого Грязовца сюда. – Раздался смыв бачка, снова хлопнула дверь кабинки. Следом за ней еще одна дверь.
– Отец тебя не повысил? Всё еще официанткой в его баре работаешь?
– Ага, – вздохнула Кристина. – Да плевать. Зато он меня полностью содержит. Свою зарплату я вообще не трачу. Откладываю. Мы с Костиком договорились, что когда оба вернемся в Вологду, возьмем квартиру в ипотеку и поженимся. К матери и отчиму я не вернусь.
– Вау, классно! Я рада за вас.
– Поскорее бы. Тошнит меня уже от этого Грязовца.
– А, кстати, Эля тоже из Грязовца! – вдруг сказала Ритка.
– Да? А я еще думаю, где-то я ее видела.
Я выдохнула, только когда в туалете закрылась дверь.
– Вот и прекрасно, – глядя в зеркало прошептала я. – Будем считать, что мы с тобой там и виделись.
Музыка в зале стала громче. Народу еще больше. Несколько человек вышли на танцпол. Я выпила бокал шампанского, просто чтобы расслабить мозги. Романов не дремал: как только видел пустые бокалы, тут же наполнял их вином. Потом пошли тосты, объятия, поздравления. Народ заполнил клуб. Ребята из нашей группы и Алёнка потащили меня на танцпол. Я выбросила из головы все мысли. Танцевала. Кружилась. Душа требовала разгрузки, душа ее получала сполна. Внезапно громкий голос попросил всех спуститься с танцпола. А затем на сцену вышел парень, очень похожий на куклу. Волосики зализаны, светлые брючки, блестящий пиджак. Ему бурно поаплодировали.
– Мне тут шепнули, что у нас в зале есть именинница! – хитро сказал он в микрофон.
Вся наша компания засвистела. Ритка стояла с кривой улыбкой, не понимая, что происходит.
– Рита Курочкина, ты здесь? – Ведущий хитро прищурился и стал вглядываться в толпу девчонок. Ритка робко подняла руку. – Ах, вот же наша виновница торжества! Выходи скорее ко мне!
Ритка скромно шагнула на сцену.
– Ну, сначала похвастай, сколько тебе сегодня исполнилось? – Он поднес микрофон к ее лицу.
– Девятнадцать, – улыбнулась Рита.
– Серьезно? – удивился ведущий. – А выглядишь моложе! Это, кстати, комплимент! – Рита засмущалась. – Ты знаешь Рита, что у тебя очень крутые друзья?
– Знаю, – согласилась она.
– А сейчас ты узнаешь, насколько они крутые! Вынесите Рите стул!
Рита смотрела на меня испуганными глазами. Я развела руками, давая понять, что сама ничего не знаю.
Ее усадили на стул. Ведущий ушел со сцены. Заиграла музыка, под которую обычно стриптизерши вьются вокруг шеста. На сцену вышел загорелый и накачанный парень в одних белых трусах и с бабочкой на шее. Ритка взвизгнула от удивления и рассмеялась, наконец поняв, в чем дело. Он подал ей руку, Ритка встала, парень начал крутиться возле нее. Романов стоял рядом со мной и поджимал губы от злости. Цыпа тоже был недоволен, что его сестру обхаживает голый парень. Зато Ритка была счастлива: танцевала похлеще стриптизера, так извивалась – мама не горюй. Я думала, что она вот-вот начнет расстегивать пуговицы на своей рубашке.
– Это я ей заказала, – крикнула мне на ухо Алёнка.
– Отличный подарок! – Я показала ей класс.
После жаркого танца со стриптизером Ритка села за стол и залпом выпила бокал шампанского.
Затем начались танцы босиком по дивану. А потом, неожиданно для меня, в нашей компании появилась Черняева. Ритка усадила ее на диван рядом с Алёной. Прямо напротив меня. Надо признать, выглядела она сногсшибательно: короткая кожаная юбка, в нее заправлена белая, почти прозрачная обтягивающая блузка, под которой было видно как ее белье, так и пирсинг в пупке, и под тонкой тканью просвечивала татуировка – птички, словно вылетающие из ее кружевного лифчика. Интересно, почему птички? Там самое место змее или же гиене. Я едва заметно улыбнулась, разглядывая Черняеву.
Смирнов налил ей вино. Она поздравила Риту конвертом и, сев полубоком к Алёне, стала что-то шептать ей на ухо.
– Ты и ее пригласила? – спросила я у Риты.
– Нет, не приглашала. Алёнка спросила, можно ли ей с Соколом упасть к нам за стол. А мне не жалко. Ритка засунула конверт в сумку. – Деньги лишние, что ли? – засмеялась она.
– Она вроде без Сокола пришла?
– Они с Саней внизу. Курят.
Не успела Ритка договорить, как я увидела его. Светлая рубашка светилась под ультрафиолетом, темные джинсы, волосы взъерошены, словно он только что снял мотоциклетный шлем, в руке держал пышную красную розу. Ритка вышла из-за стола и подошла к Соколу. Он протянул розу, положил руку на Риткину талию и что-то с улыбкой проговорил на ухо. Та заулыбалась. Затем чмокнула Сокола в щеку и пошла к столу, ставить розу в вазу, в которой стоял большой букет белых роз. Ритка сказала, что этот букет от Романова. А еще с сегодняшнего дня Романов знает, что Ритка ненавидит белые розы. Предпочитает красные. Сокол, видимо, это уже знал.
Он поздоровался со всеми, кто был за столом. Кивнул и мне. Как мило с его стороны! Сел с краю рядом со своей подружкой. Капустин подал ему стакан с виски. Смирнов налил девчонкам шампанское. Риткина сестра Света произнесла тост, мы чокались под громкие крики «поздравляем!».
Я следила за рукой Сокола, он словно нарочно не прислонил свой стакан к моему фужеру. Чем же я так его разозлила? Или потерял ко мне интерес? Или же я и в подметки не гожусь его подружке с внешностью куклы Барби? Как только он выпил содержимое стакана, я начала догадываться, в чем дело: поставив стакан на стол, он расслабленно откинулся на спинку дивана и в наглую уставился на меня, затем на Смирнова, который как раз в этот момент подлил в мой бокал шампанское. Сокол поджал губы, усмехнулся, показал мне класс, кинув быстрый взгляд на Смирнова, и обнял свою куколку. Неужели Сокол думает, что между мной и Виталиком что-то есть? Смешно!
– Ты чего загрузилась? Из-за Оксанки? – крикнула мне на ухо Ритка.
– Нет, с чего бы?
– Ты помрачнела, когда она пришла. Давай, веселись, можно ее не бояться! Я сказала ей, что ты с Виталькой Смирновым встречаешься.
– Зачем ты это сделала? – разозлилась я.
– Чтоб она успокоилась и не думала, что ты хочешь Сокола увести. Так что расслабься и отрывайся! У-у-ух! – И моя «заступница», чтоб ее, заплетающейся походкой поплыла к танцполу.
Теперь понятно, почему Сокол игнорировал меня в последнее время. Нужно срочно что-то предпринять!
Глава 17
Ритка целовалась с Романовым. Девчонки из нашей группы веселились на тесном танцполе, залитом синим светом. Алёна с Кристиной и сестрой Риты тоже. А вот Черняева не отрывала задницу от дивана. Сидела рядом с Соколом и опутывала его своими щупальцами с яркими ногтями. Иногда косилась на меня, на Смирнова, который весь вечер сидел вполоборота к Маринке Шустовой из нашей группы. А когда его рука легла на Маринкино колено, так у нее брови поднялись. Явно не понимала, почему «мой» парень в открытую флиртует с другой. А я молилась всем богам, чтобы Смирнов и Маринка поцеловались. И боги меня услышали! Их страстный и долгий поцелуй увидели все сидящие за столом. В том числе и Сокол. На его лице выступила легкая смущенная улыбка, а вот лицо Черняевой, кажется, стало такого же цвета, как диван. Ой, а это у нее пар из ушей? А нет, показалось. Это в зал пустили дым.
Я ликовала и мысленно осыпала благодарностями Смирнова за этот презент в виде поцелуя. Судя по довольному лицу Сокола, он тоже был рад. Заиграла медленная композиция, и за наш стол вернулся народ. На танцполе осталось только несколько парочек, которые закружились под Мота и его «По буквам». Смирнов с Маринкой тоже ушли на танцпол, держась за ручки. Ритка, скривив лицо, смотрела им вслед.
– Бли-и-ин, Эль, похоже, наш план по избавлению от Черняевой успешно провалился… – заплетающимся языком проговорила Ритка.
– Эх, да… – театрально погрустнела я.
Шампанское лилось по фужерам, и из них воздушной пеной текло на стол. За этот вечер мы точно пропитали белоснежную скатерть парочкой бутылок игристого.
Кристина толкнула речь. И на этот раз Сокол чокнулся со мной первым, что явно не понравилось его принцессе. И она ТАК на меня посмотрела, что я даже поперхнулась колючим вином, и оно едва не полилось из носа.
С танцпола сквозь музыку послышались визги. Света подбежала к нашему столику с криком: «Наших бьют!»
Ритка кинулась к ней с расспросами, Сокол, Капуста и Цыпа соскочили с дивана и рванули в потасовку, которая завязалась прямо посреди танцпола. Сокол оттащил от Сливы парня и надавал тому по лицу. Цыпа тоже схлестнулся с каким-то качком. И Капуста влез в драку. Охранники бросились разнимать парней. Девочки визжали как сумасшедшие. Ритка забралась на диван, чтобы лучше видеть, что там происходит. Я сняла ботильоны и залезла к ней.
– Из-за чего всё началось? – крикнула я Ритке.
– Никитин пригласил какую-то девчонку на медляк. А та с парнем была. Ну, ее парень наехал на него. Смирнов вступился за Никитина и съездил парню по роже. У того друзья подскочили, а с нашей стороны Слива с Романовым вписались, ну и понеслось…
– Побежали за ними! – крикнула Света и бросилась к выходу, куда охранники выводили парней.
На улице разборки продолжились. Какой-то пьяный парень задирал Сокола. Сокол курил и сжимал кулаки. Черняева кричала этому парню в лицо, что у Сокола недавно было сотрясение и ему нельзя драться. Сокол быстро докурил. Бросил окурок. Отодвинул Оксану с пути и схватил пьяного клоуна за воротник серой рубашки, тряхнул пару раз так, что все пуговицы на рубашке расстегнулись, а затем ударил головой об стену. Сзади на него побежал еще один, но Капуста его остановил и повалил на землю. А потом из клуба выскочил паренек, у которого все руки и шея были покрыты татуировками и начал кричать: «Пацаны, давайте с миром разойдемся! Мы не правы. Мы признаем».
Сокол швырнул пьяного заводилу на землю. Тот, поднимаясь на ноги, начал мычать, что надерет Соколу зад, и принялся смешно выбрасывать вперед кулаки.
– Ладно, Чак Норрис, сам виноват, – усмехнулся Сокол и только сделал шаг к нему, как между ними возник тот парень, который только что просил разойтись с миром.
– Мы уходим пацаны, уходим! – запыхался он, отодвигая пьяного дружка с голым животом назад, сказав ему то, над чем я задумалась: «Идиот, ты хоть знаешь, с кем связался? Еще слово пикнешь, и он превратит тебя в бифштекс!»
– Всё? Можно продолжать мой день рождения? – нервно спросила Ритка и первая вошла в клуб. Я кинулась за ней.
– Почему они так Сокола испугались? – запыхавшись, спросила я.
– Потому что каждый знает, на что он способен.
– А на что он способен?
– Дерется круто.
– А откуда это каждый может знать?
– Те, кто ходят на бои без правил, знают.
– Он участвует в боях без правил?
– Да. За деньги, – поднимаясь по лестнице, отвечала Ритка.
– Калечит себя за деньги?
– Соколу нужны деньги, Эль, вот и дерется.
– Деньги многим нужны, но разве нужно обязательно драться?
– В его семье проблемы. Но это я не могу рассказывать. Это личное.
– Ладно…
Мы вошли в шумный зал. Сели за стол. Ритка налила шампанского. Мы обе немного выпили. Потом подтянулись и остальные. Ритка убирала салфеткой кровь с губ Романова. Сливе тоже досталось: ему нос разбили. И его светлая рубашка была перепачкана кровью. На лице Смирнова не было ни одной ссадины. У Никитина тоже только порвана футболка. Ритка отчитала его по полной программе за то, что пристал к девчонке, у которой есть парень. Черняева с Алёной и Кристиной тоже вернулись за стол. А парни, видимо, остались на улице. Я полезла за телефоном, чтобы посмотреть, сколько времени, и увидела три пропущенных от брата.
Спустилась вниз, где было нешумно, чтобы перезвонить Максу, и в это время в здание вошли Цыпа, Капуста и Сокол. Парни пошли наверх, а Сокол подошел ко мне.
– Всё хорошо? – спросил он, и неожиданно коснулся пальцем моих губ. – Блестка, – улыбнулся он, показав мне меленькую блестящую крапинку на кончике своего пальца.
– Всё прекрасно, – улыбнулась в ответ.
– Маякни, когда домой поедешь, хорошо? – подмигнул он. – Я с тобой.
– Я на такси.
– Ну и что. Нам же в одну сторону, верно?
Я кивнула, пока не понимая, как мы уедем из клуба, в котором Черняева, на одном такси? Но его предложение меня очень подбодрило. Самое главное, чтобы никто не увидел нас вместе. Это главная задача моего плана.
В моей руке зазвонил мобильник. Во весь экран высветилось фото брата. Сокол, кажется, это заметил. Я отошла в сторону.
– Привет, Макс.
– Мира, ты где? – раздался сердитый голос брата.
– Я на дне рождении у подруги.
– Молодец, сестренка, развлекаешься! Вот только ответь мне на один вопрос: почему в бабушкиной квартире живут чужие люди?!
Глава 18
Я выскочила из клуба как из горящего здания. Конечно, не попрощавшись с Риткой и ничего не объяснив Соколу. Всю дорогу в такси думала, что скажу Максу. Хлопала себя по щекам, чтобы протрезветь, опустила до упора стекло и высунула голову на улицу. Мозги немного проветрила, но едва не отвалились от холода уши и нос.
Напротив бабушкиного подъезда стоял «форд» брата. Я вышла из машины с опущенной головой. Макс вышел из своей и, скрестив на груди руки, сказал одно слово:
– Слушаю!
– Прости Макс, – расплакалась я. – Прости, что обманула вас, но я… Я не смогла, понимаешь?
– Не смогла что? – сердито спросил брат.
– Жить в этой квартире не смогла! – еще громче зарыдала я. – Я несколько дней там ночевала. Но это была самая страшная пытка. Каждый сантиметр в этой квартире напоминал о ней, понимаешь? Каждая тарелка, кружка, ее вещи, швейная машинка – всё, всё в этой квартире напоминало о бабуле, Макс! Ты же знаешь, как часто я бывала здесь, когда она была жива… и думала, что справлюсь. Но не ожидала, что будет так тяжело находиться в этой квартире без нее!..
– Мир, ну ты что… – шагнул ко мне Макс и положил руки мне на плечи. – Сестренка, ну почему сразу не сказала? Мы бы всё поняли. Ты же знаешь.
– Я подумала, что позже признаюсь, не решилась пока сказать, что пустила посторонних людей в бабушкину квартиру, – завыла я.
– И что? Если бы не поехала сюда учиться, ее и так бы пришлось сдавать чужим людям!
Я прижалась к брату. Он жалел меня. А мне было так стыдно, что снова обманывала… Но всё же стало легче, что он узнал. Теперь не придется срываться к родителям каждые выходные, когда они захотят меня увидеть и неожиданно заявят, что приедут в гости.
Мы сели в машину к Максу и поехали в соседний двор на мою съемную квартиру. Макс сказал, что останется до утра. Завтра у него соревнования в Череповце.
Как назло на парковке возле моего дома не оказалось ни одного свободного места. А вот возле дома Сокола было аж несколько! Макс припарковал «форд» напротив подъезда Сокола.
Мы вышли из машины, и тут во двор въехало такси, из которого вышел Сокол. И именно в этот момент Макс положил руку мне на плечо, поцеловал в макушку, прижал крепче к себе и шепнул: «Не расстраивайся из-за квартиры. Родителям я сам всё объясню». Сокол подкурил сигарету. Посмотрел на меня, потом на Макса. Да, со стороны мы с братом казались влюбленной парой. А еще Сокол подумал, что я сбежала к нему из клуба. А еще «мой парень» красивый и высокий. А еще было очевидно, что он останется у меня на ночь…
Глава 19
Октябрь 2018
Выходные пролетели быстро. В субботу утром брат предложил поехать с ним и поболеть за него на соревнованиях. Макс одержал победу, а я получила массу впечатлений и сорвала голос, бесконечно выкрикивая его имя.
Домой вернулась поздним вечером и сразу завалилась в кровать. Конечно же, я посмотрела, стояла ли машина Сокола во дворе? Стояла. На том же месте, где была и вчера.
В воскресенье прибралась дома, позанималась, поговорила с мамой на больную тему. Она не ругалась, отнеслась с пониманием к тому, что я перебралась на съемную квартиру. Я поклялась ей, что бабушкину квартиру сдала хорошей семье.
В понедельник утром Рита скинула СМС, что поедет на пары с Романовым. Мне это было на руку. Я могла выйти чуть позже и встретиться с Соколом. Но, увы, когда вышла из дома, то обнаружила пустое место вместо его машины.
Я встретила его в универе перед первой парой. Егор бегло взглянул на меня и поздоровался – сухо, даже не улыбнувшись. Потом я еще несколько раз видела его, но он не удостоил меня ни словом, ни взглядом. И так продолжалось всю неделю. Сокол попросту не замечал меня. Всегда ходил с Черняевой. На улице стоял со своей компанией. Его машина появлялась во дворе очень поздно. Пару раз я видела, как он приехал вместе со своей пиявкой, и утром они вместе уехали в универ.
Он приревновал меня к Максу. О, как задело! Стоит намекнуть, что это был мой брат. Иначе еще не дай бог женится на Черняевой в отместку.
Октябрь радовал прохладной солнечной погодой и свежим осенним воздухом. Мы с ребятами каждый день после занятий прогуливались в парке, усыпанном красными и желтыми листьями. Иногда после пар сидели с Риткой у меня, делали уроки, смотрели фильмы.
Вскоре в гости приехали родители. Да, наконец-то, спустя два месяца, это свершилось. Маме с папой понравилась моя квартирка. Они подарили комплект белья, набор полотенец, графин и еще кое-что из кухонной утвари. Еще родители познакомились с жильцами бабушкиной квартиры и вывезли оттуда несколько коробок с вещами. Пару коробок я забрала себе: книги, кое-какие мои вещи и рамки с фотографиями.
Следующая неделя пролетела очень стремительно: я участвовала в марафоне по бегу и прибежала четвертой среди девчонок первого курса. Когда все участники забега переместились в спортивный зал, я увидела Сокола. Он и его соперники, довольно крепкие ребята с четвертого курса, отжимались от пола. Но соперники сдавались один за другим, а Сокол, как многим показалось, даже не устал. И выиграл в этом состязании. Едва он успел подняться на ноги, как на его шее повисла Черняева. Страстно поцеловала его, не постеснявшись ни учителей, ни студентов. А затем поздравила: «Я в тебе нисколько не сомневалась, мой герой!»
* * *
Во сне услышала, что на мой телефон пришло СМС. Приоткрыв один глаз, потянулась за мобильником, ожидая, что сообщение, скорее всего, от Ритки. Я уже и так знала, что утром за ней заезжает Романов, но зачем-то она всё равно предупреждала меня каждый вечер. Но когда увидела на экране СМС от «Сокол», то сон как ветром сдуло. Я резко соскочила с кровати.
«Ты забыла фары выключить. Егор».
«Спасибо. Сейчас спущусь».
– Откуда у него мой номер? Ах да, черт возьми, он же тогда менял колесо… Ты смотри, написал же! А мог и забить. Подумаешь, завтра меня бы ждал сюрприз в виде севшего аккумулятора, – разговаривала я сама с собой, запрыгивая в домашние серые штаны. Затем накинула толстовку от домашнего костюма и, надев капюшон и запрыгнув в кроссы, побежала на улицу.
Машина стояла далековато, у последнего подъезда моего дома. И пока я шла, продрогла до костей и ругала себя, что не накинула куртку.
Фонарь горел только у четвертого и второго подъездов, поэтому во дворе было темновато, и фары моей машины светились как два прожектора.
Я щелкнула сигналкой, подошла к машине и замерла на месте: между машинами виднелся силуэт в темной одежде и капюшоне.
– Не бойся, это я.
– Еще раз спасибо, – сказала я.
Открыла дверь, выключила фары, закрыла дверь, нажала на брелоке кнопку и поежилась от холода.
– Ладно, что-то прохладно совсем.
– Согласен.
– Ну, спокойной ночи.
– И тебе.
Намекнуть ему, что тот парень, который так любя целовал меня в макушку, это мой брат? «Слушай, вот сегодня тут твоя тачка стоит, а вчера на этом же самом месте стояла тачка моего брата! Прикинь!» Или: «Как дела? Как учеба? А, кстати, тот парень, ну, на „форде“, помнишь? Так это был мой брат!» Угу… Выглядеть буду глупо.
Осталось только развернуться и идти домой.
Пока я полночи думала, как намекнуть, что он принял Макса не за того, в голову закралась другая идея. Идея как железобетонно отвернуть Сокола от его подружки.
* * *
По дороге в универ думала, как же мне разозлить Черняеву, чтобы Сокол увидел, как она орет или угрожает, что еще лучше. И не ожидала, что уже после первой пары у меня будет такая прекрасная возможность.
– Эля! – услышала я крик за спиной по дороге в спортзал.
Обернулась. Это был Сокол. Он подошел, взял руку, положил что-то в ладонь и закрыл ее в кулак.
– Ты вчера обронила.
Я разжала кулак и увидела маленькую копию Эйфелевой башни, которая всегда болталась на моих ключах.
– Ой, а я даже и не заметила пропажу. Спасибо! Этот брелок мне мама из Парижа привезла. Он мне очень дорог.
– Не за что, – ответил он и собрался уходить.
– С меня должок, – улыбнулась я. – Уже в третий раз, кстати…
– Да ладно.
Нет, не ладно, черт возьми! Ну, скажи же, что с меня кофе, мороженое, пиво, в конце концов!
– А я тебя везде ищу, – внезапно из-за угла вырулила Черняева. Соколу она улыбнулась, а мне ее глаза сказали что-то вроде: «Ну всё, тебе конец!»
И на следующей перемене она и три ее подружки выловили меня в коридоре и приперли к стене.
– Не хочешь по-хорошему, да? – прошипела она.
– Как умею, – съязвила я.
– Вот что ты к нему прицепилась, а? Парней тебе мало в универе?
– Заметь, не я к нему первая подошла, – улыбнулась я, чем еще больше ее разозлила.
– Слушай, ты… – Она ткнула ногтем мне в живот, а ее губы, аккуратно накрашенные сливовой помадой, оказались у моего уха. – Забудь о нем, понятно?
– А не то что?
– Видишь, какой я маникюр сделала? – Она показала двухсантиметровые заостренные ногти. – Так вот… Если еще раз увижу тебя рядом с моим парнем, то проедусь ими по твоему милому личику, а потом повыдергиваю все твои рыжие волосенки! УСЕКЛА?
Прозвенел звонок. Она резко отпустила меня и, виляя задом, пошла к лестнице, раскачивая из стороны в сторону свою сумочку на длинной цепочке. За ней тронулась ее свита, оборачиваясь и посмеиваясь.
Ну что ж, Оксаночка, только что ты упростила мне задачу.
Вечером я приняла душ и, стоя в ванной перед запотевшим зеркалом, с размаху проехалась ногтями по своему лицу.
Глава 20
Утром я написала СМС нашей старосте, что плохо себя чувствую и пропущу занятия. Посмотрела фотографию с расписанием Сокола. У него пары были до часу дня. Значит, домой он приедет примерно во втором часу. Оставалось надеяться, что без своей пиявки.
Сварила картошку, яйца и свеклу. Мне еще вчера захотелось селедки под шубой, но щека так сильно щипала, что было не до готовки.
В половину второго я вышла из дома, прихватив с собой пакет кефира. Села в свою машину. А уже без десяти два начала нервничать и думать, что после универа Сокол поехал не домой. Но ровно в два часа его «опель» вырулил из-за угла дома. Я надела солнечные очки, несмотря на хмурый осенний день, накинула на голову капюшон серой толстовки, взяла кефир, чтобы создать видимость, что я приехала из магазина и вышла из машины. Щелкнула сигналкой и пошла вперед, уткнувшись в телефон и делая вид, что совсем не замечаю, как паркуется его машина.
Дверь машины Сокола звонко хлопнула, а затем раздался его голос:
– Привет!
Я обернулась.
– Привет, – грустно улыбнулась я, поправляя солнечные очки.
– Тебя сегодня не было в универе. Заболела? – Он медленно направился в мою сторону.
– Угу, – я опустила голову, пряча лицо.
– Эль, солнца же нет, – улыбнулся он и поднял мое лицо за подбородок.
– Не трогай! – отпрянула я и отвернулась.
– Да ладно тебе. Не накрашена, что ли? – усмехнулся он.
– Наоборот, разукрашена так, что, боюсь, ослепнешь от такой красоты.
– О чем ты? – Он нахмурил брови, затем положил ладонь на мою щеку и медленно развернул лицо к себе. Провел большим пальцем по царапине и аккуратно снял очки.
– Кто это сделал?
– Я не знаю.
– Это Оксана?
– Я правда не…
– Это случилось в универе? После того, как она увидела меня рядом с тобой? – дрожа от злости, перебил он.
– Извини, Егор. Мне не нужны проблемы. Я пойду.
Сокол резко схватил меня за руку и развернул к себе.
– Это же она сделала?
– Вчера вечером, когда я вошла в свой подъезд, кто-то выключил свет. А потом на меня напали. И кричали, чтобы я больше к тебе не приближалась, что устроят травлю в универе. Поэтому прошу тебя держаться от меня подальше! В этом городе я одна, и за меня некому постоять! – Я отпрянула от него, отвернулась, всхлипнула и бросилась к своему подъезду.
Забежав в квартиру, я рассмеялась, восхищаясь тем, как сыграла. Затем выглянула с балкона: Сокол стоял во дворе, в одной руке держал мобильник, а второй рукой нервно стучал пальцем по экрану. Прислонил телефон к уху. С кем-то поговорил, как мне показалось, довольно спокойно. Спустя несколько секунд убрал мобильник в карман спортивной куртки и пнул колесо своей машины.
А я со спокойной душой принялась доделывать селедку под шубой. Почистила свеклу, потом начала нарезать лук кольцами. Нос тут же зачесался, глаза защипало, и из них вырвались слезы. И тут неожиданно кто-то позвонил в дверь.
– Сокол? – прошептала я, увидев его в глазок. Интересно, откуда он узнал, в какой квартире я живу?
Быстро смекнула, что нужно делать: пододвинула к двери коробки, которые притащила с бабушкиной квартиры, сделала грустную физиономию и открыла дверь.
– Ты очки забыла, – он протянул их мне.
– Спасибо.
– Ты плачешь?
– Всё нормально… – шмыгнула носом я.
– Куда-то собираешься? – Он взглянул на коробки.
– Я уезжаю.
– Куда?
Читать бесплатно другие книги:
