Пока ложь не разлучит нас Горская Евгения

У подъезда остановился «Рено». Машина была не Камиллина. Юля хотела отойти от окна, но тут из машины вышла Камилла. И ещё одна девушка вышла. Юля смотрела вниз и чувствовала себя ещё более несчастной, чем минуту назад.

Ей Соня помочь отказалась, предпочла Камиллу, гадину и стерву.

Юля знала, что жизнь несправедлива, но от обиды захотелось завыть.

Камилла пошла к подъезду, раздался звонок домофона. Юля ответила, отперла и приоткрыла дверь.

Выйдя из лифта, Камилла только что не отпрянула от Юли. Лицо у подруги вытянулось, поняла, что Юля не обманывала, когда говорила, что ей нездоровится.

Лицо у Юли было бледное, а губы с синевой, такое производит впечатление.

— Что с тобой? — пролепетала Камилла.

— Отравилась чем-то, — равнодушно объяснила Юля. — Проходи.

— Чем отравилась? — Юле показалось, подруга сейчас станет бледнее хозяйки.

— Ну откуда я знаю! — отмахнулась она. — Вроде бы нечем было отравиться, но такое бывает. Сегодня уже ничего, вчера хуже было.

— Юлечка… — проходя за Юлей в комнату, продолжала лепетать Камилла. — Ты уверена, что это случайное отравление?

— Не поняла! — остановилась Юля.

— Ты уверена, что тебя не пытались отравить? — Камилла смотрела на неё как ненормальная, со страхом.

— Меня не за что травить, я никому подлостей не делала.

Юля подвинула стул, села. Камилла продолжала стоять.

— Юля, послушай…

— Ну хватит, Камилла! — попросила Юля. — Я нигде, кроме дома, ничего не ела. И не пила. Не сочиняй детективов, своего детектива хватает.

— У полиции ничего нового нет?

— Понятия не имею.

Скорее бы она ушла!

— Юля, ты из дома выходила?

— Куда?

— Ну… Куда-нибудь…

— Выходила, конечно. К свекрови ездила, к родителям. К чему ты клонишь?

— Тебе могли подсыпать яд.

— Не могли! — отрезала Юля.

— Почему?

— Потому что у меня нет таких врагов, которые хотели бы меня убить, — терпеливо объяснила она.

Она не спала с чужими мужьями. Она не лицемерила, как Камилла, не старалась устроиться за чужой счёт. Она никому не делала зла.

— У кого запасные ключи от вашей квартиры?

— О господи! Ну что ты придумываешь! — Юля едва не застонала. И неожиданно задумалась: — Я потеряла ключи на похоронах…

Она смотрела на Камиллу и видела, как перепуганная бледная Камилла бледнеет ещё сильнее.

* * *

Из закутка секретарши слышался смех. Антон заглянул — Лиза хихикала, разговаривая с кем-то по телефону.

Плохое настроение испортилось ещё больше. Он надеялся увидеть рядом с секретаршей Настю.

Отперев кабинет, он сразу сел за компьютер, но сосредоточиться на том, что утром поглощало все мысли, не смог.

Хорошо бы пойти в отпуск. Уехать куда-нибудь к морю, заплыть подальше от берега и качаться на волнах, глядя в синее, какого никогда не бывает в России, небо. А вечером выпить хорошего вина и завалиться спать.

То ли оттого, что не хотелось работать, то ли просто по собственной глупости, в половине второго Антон поднялся и снова запер кабинет.

До клиники, в которой работал Настин дядя, он добрался быстро. Пришлось долго сидеть в машине, наблюдая за входом в клинику. Клиника была многопрофильная, входили и выходили пациенты разных возрастов. На всякий случай он фотографировал всех.

Без десяти три в клинику вошла дама лет сорока. Её Антон разглядел хорошо, дама подъехала на серой «Тойоте» и оставила её рядом с машиной Антона. Вид у дамы был недовольный, сердитый. К двери она шла быстро, будто опаздывала.

Антон проводил её глазами, рассмотрел фотографии, которые успел нащёлкать. Яркая помада и тёмные тени женщину не красили и делали похожей на ведьму. Если это и есть вдова, Антон на месте доктора Александра Васильевича не доверял бы её словам ни одной минуты.

Через пять минут на крыльцо поднялась ещё одна дама, подходящая на роль вдовы. Этой было лет шестьдесят, подошла она откуда-то со стороны. То ли приехала на метро, то ли на такси.

Её Антон разглядел плохо. Нормально рассмотреть лицо удалось, только увеличив фото. Женщина была без косметики и выглядела классической пенсионеркой.

Затекли ноги. Антон попытался их вытянуть, но получалось плохо.

Из клиники вышел старичок с палкой. Бодро спустился вниз, огляделся по сторонам. В нарушение правил на тротуар въехал белый «Форд», забрал старика.

Антон замер. К клинике подошла женщина, похожая на Камиллу. Это была не она, не его жена. Женщина у двери была постарше, пополнее. У Камиллы не было такого мешковатого платья, жена умела одеваться элегантно. Антон сфотографировал и похожую на Камиллу даму.

Нет, она не была похожа на его жену. Перед тем как открыть дверь, женщина сняла тёмные очки и сделалась окончательно непохожей на Камиллу.

Антон снова поёрзал и снова попытался вытянуть ноги.

Девчонка, которая подсела к нему в кафе, понравилась ему сразу. И имя ему понравилось, редкое, необычное. Камилла.

Камилла была очень хорошенькая и явно из его среды. Он не удивился, узнав, что дед у неё преподавал в вузе, который окончил Антон.

Но это он позже узнал. А сначала он встречал Камиллу на улице или в том же кафе, а потом вдруг встречать перестал. То ли пару недель её не видел, то ли месяц. А встретив снова, неожиданно обрадовался.

— Где ты пропадала? — спросил Антон.

— Нигде, — засмеялась Камилла и пожала плечами.

И тогда он сказал:

— Я по тебе скучал.

Это было не совсем правдой. Это было… чёрт знает чем это было.

Что такое скучать, он узнал только теперь, когда ему всё время хочется видеть Анастасию Берестову.

Пожилая женщина вышла из клиники ровно в половине четвёртого. Опустив голову, спустилась по ступеням и медленно ушла. Хозяйка «Тойоты» появилась минут через десять, уехала.

Больше делать здесь было нечего, и Антон тронулся вслед за «Тойотой». Какое-то время ехал прямо за ней, а потом, следуя указаниям навигатора, свернул в сторону.

* * *

Утром Иван брал интервью у достаточно известного политика. Политик ловко балансировал между властью и оппозицией и временами тем самым вызывал у Ивана искреннее восхищение.

Ивану потребовалось подключить все свои знакомства, чтобы добиться этого интервью, и сейчас он был вполне собой доволен. Интервью получилось острым, но на первый взгляд для политика безопасным, политик остался доволен общением не меньше Ивана. Только Иван, в отличие от интервьюируемого, понимал, что на самом деле политик выглядит бледно. Если называть вещи своими именами, политик выглядел дураком.

Сони дома не оказалось, похвастаться успехом было некому. Он набрал номер жены, но Соня не ответила. Она тоже работала, не только он. Какое-то время Иван потратил, убирая паузы в записи, потом снова позвонил Соне.

А потом, чтобы убить время, поехал к офису, в котором располагалась Сонина контора. Он не был уверен, что, отработав с иностранцами, Соня сюда приедет, но одному дома было тоскливо.

Девушку, работающую вместе с женой, он заметил, когда удачно припарковал машину рядом со входом в офис. Вообще-то, он узнал её только потому, что девушка вышла из офиса. Если бы просто встретил на улице, прошёл бы мимо.

— Привет, — сказал Иван, шагнув к ней навстречу.

Жаль, не помнил, как её зовут. Иван иногда встречал Соню около бюро, когда жене необходимо было там появиться, пару раз Соня выходила вместе с этой девушкой и познакомила коллегу с мужем.

— Иван? — девушка была толстенькая, улыбчивая и какая-то очень уютная. — Привет! А Сони сегодня здесь не было.

— Знаю, — сказал Иван. — Был рядом и заехал на всякий случай, вдруг она появится.

— Ой! Вряд ли. Она взяла большой перевод, на пару недель. Слава богу, что у нас работы хватает, сейчас столько безработных… — Девушка перестала улыбаться, сделалась грустной. Иван её пожалел.

— Да. С работой сейчас не здорово.

— Соню не уволят. Она лучше всех переводит, заказчики часто именно её требуют. И когда на переговорах переводить надо, лучше Сони никто не справляется. Только вот переговоров давно не было.

— Хочешь, я тебя подвезу? — предложил Иван.

— Нет, спасибо. — Сонина коллега снова заулыбалась. — Я далеко живу, за городом. На электричке быстрее.

Услышанное Ивану не понравилось. Идя к машине, он снова набрал жену, и она снова не ответила.

Потом ему казалось, что время остановилось. Понимал, что ведёт себя как истеричная барышня, но цепенел от страха, представляя, как Соня никогда не ответит, никогда не появится дома и он никогда не узнает, куда она пропала.

Приехав домой, он не переставая ходил по квартире, напоминая себе рысь в клетке. В последний раз Иван видел рысь лет двадцать назад, когда родители водили его в зоопарк. Рысь равномерно ходила по клетке, и маленький Иван её жалел.

Когда заскрежетал ключ в замке, он как-то сразу ослаб. Ему захотелось сесть на стул, а ещё захотелось засмеяться. Он истерик, точно.

— Где ты была? — медленно выговорил Иван, а потом схватил Соню за плечи и потряс. — Где ты была?

— Не скажу, — она взяла его за запястья и к правому прижалась щекой.

— Что?! — поразился Иван.

— Не скажу, — повторила Соня.

— Я чуть с ума не сошёл, — пожаловался он.

Она потёрлась щекой о его руку — пожалела.

— Рассказывай!

Соня потянулась, чмокнула его в уголок рта, переобулась в тапочки. Тапочки они привезли из Марокко. Тапочки почти износились, но ужасно Соне нравились, и она их не выбрасывала.

— Рассказывай, Сонь, — повторил Иван. — Знаешь же, что заставлю.

Он поймал жену за плечо и притянул к себе. От волос еле заметно пахло морем, ветром, она часто меняла туалетную воду. Нужно дарить ей духи, женщины это любят. А он, Иван, ничего жене не дарит, только цветы на Восьмое марта.

Соня поёрзала, и он её отпустил.

* * *

Потраченного времени было жаль. Надо было немедленно приниматься за работу, но Антон, вернувшись в офис, виновато посмотрел на монитор и взялся за телефон.

— Да, Антон. — Инна Михайловна ответила почти мгновенно.

— Фамилию вдовы вы знаете? Женщины не всегда берут фамилию мужей.

— Не знаю.

Она не спросила, зачем ему это нужно. Она толкнула его на разыскные действия и живёт себе спокойно.

— Можете узнать?

— Послушайте, это совершенно пустое!..

Она считает его дураком и имеет для этого все основания.

Злиться надо было на себя, но он разозлился на неё.

Работать не хотелось совсем, и он старался не смотреть на монитор. Положил телефон рядом с клавиатурой и снял трубку внутреннего аппарата. Василий Прохоренко оказался на месте, хотя рабочий день уже закончился. Впрочем, рабочий день в фирме каждый устанавливал себе сам.

— Вася, зайди, — попросил Антон. А когда через пару минут парень приоткрыл дверь, кивнул ему: — Заходи. У меня к тебе личная просьба.

На лице юного коллеги отобразилось такое явное любопытство, что Антону захотелось улыбнуться.

— Ты работал у Огаркиной. Сможешь достать мне список сотрудников фирмы? Просто список, фамилии, имена, отчества?

— А зачем вам? — явное любопытство сменилось недобрым недоумением.

Интересно, по лицу молодого Антона так же можно было прочитать каждую мысль? Пожалуй, нет, решил Антон.

Он был скрытным молодым человеком, а сейчас скрытный зрелый человек.

В этой роли Антон себе нравился.

— Послушай, Вася… Только между нами! — Антон строго посмотрел на Василия.

Парень кивнул.

— У меня есть подозрение, что убийство Станислава уходит концами в офис Огаркиной. Подозрение очень слабое, так, интуиция.

Недоумение сменилось таким искренним любопытством, что пришлось отвести глаза.

— Какие подозрения?

— Пока не скажу, — вздохнул Антон. — Пока я ещё сам ничего не понимаю. Но, если что-то выяснится, ты узнаешь первый. Попробуешь мне помочь?

Василий покивал — попробует.

Ему очень хотелось узнать побольше, но Антон отвернулся, давая понять, что разговор окончен.

Тронул мышь, посмотрел на зажёгшийся монитор и сделал то, чего делать нельзя, — пошёл в офис к Берестовой.

Повезло, она находилась в помещении одна. Подняла на него глаза, оторвавшись от компьютера, и снова их опустила.

— Настя, ты меня прости, — Антон сел с ней рядом.

— Сегодня прощёное воскресенье? — серьёзно спросила она.

— Нет. А такое бывает? — усомнился он.

— Бывает. Все просят друг у друга прощения.

— Не знал. — Он смотрел ей на подбородок, чтобы не смотреть в глаза. Он смотрел на подбородок и губы. Он помнил, какие у неё мягкие губы, он всё время об этом помнил, с той минуты, когда целовал её в машине. — Я глупо себя с тобой веду. Обижаю тебя.

— Ничего, всё нормально.

Никто, кроме него, не понял бы, что она улыбается.

— Я сегодня встречался с твоей тётей.

— У меня нет тёти! — Она так удивилась, что стала неуловимо похожа на коллегу Василия.

— Я встречался с Инной Михайловной.

И опять она сделалась похожей на коллегу Василия, уставившись на него с изумлением.

Молодёжь не умеет скрывать своих чувств. Это доступно только зрелым людям, вроде Антона.

— Она мне позвонила, и я с ней встретился…

Он замолчал, в роли сыщика он выглядел довольно глупо, и продолжать не хотелось.

— Что она сказала? — поторопила Настя.

— Чтобы я от тебя отстал! — зло проворчал Антон.

Она покраснела быстро и сильно. Чёрт возьми, он не умеет себя вести с юными девушками.

— Вы ко мне не пристаёте.

— Пристаю, — не согласился он.

Невозможно объяснить, что потребность её видеть переходит все разумные границы. Невозможно объяснить, что к Камилле он никогда такого не испытывал, но Камилла — часть его жизни со всеми вытекающими отсюда последствиями.

Кажется, это называется «любовный треугольник».

В роли сыщика Антон выглядел глупо, и о сегодняшних приключениях можно было не рассказывать, но Антон рассказал.

Настя слушала, трогая пальцем клавиатуру. Ноготь на пальце был покрыт телесным лаком. Его жена тоже предпочитала такой лак.

Антону хотелось взять тонкие пальцы и прижать к щеке.

Он не взял, конечно.

Он рассказал, как выслеживал пациенток в клинике, и поднялся.

— Антон… — остановила его Анастасия.

— Да? — он посмотрел на неё сверху вниз.

Сейчас её глаза не казались жёлтыми, они были светло-карими.

— Я могла бы уволиться раньше. Вы бы меня отпустили, правда?

— Правда, — подтвердил он.

— Но я не хочу! Я отработаю две недели.

— Это твоё право.

Он сделал пару шагов, но она снова его остановила:

— Антон…

— Что?

— У меня какое-то нехорошее предчувствие. Мне… Я боюсь, что с вами тоже может что-то случиться.

Все за него боятся. И жена, и несостоявшаяся любовница.

Он знал, Настя стала бы его любовницей, если бы он этого захотел.

Впрочем, не факт. Мог и ошибаться.

— Ты же боишься за дядю, — напомнил он.

— Да, за дядю. И за вас.

Она смотрела с испугом, не лицемерила.

— За меня бояться не стоит, со мной всё в порядке. Думаю, что и с твоим дядей всё в порядке.

Он не оглядываясь пошёл к двери. Надо немного потерпеть, Анастасия скоро уволится, и ему не придётся бороться с желанием опять коснуться нежных губ.

16 июля, четверг

Камилла старалась на Антона не смотреть, казалось, если посмотрит, муж сразу догадается, что с ней творится что-то ужасное, и она не выдержит, расскажет. И тогда…

Тогда Антон соберёт вещи и уйдёт. Какое-то время попереживает, а потом женится на девушке с работы, к которой наклонялся, выходя из офиса.

Нет, сначала он попробует помочь Камилле, несмотря на то, что она предала их любовь. Антон добрый и честный, он не бросит одинокую женщину в беде.

Это она, Камилла, одинокая женщина.

— Я пошёл, Мил, — Антон провёл руками по карманам.

— Приходи пораньше, — попросила Камилла.

Он не заметил, что она… как бы это сказать поточнее… не в себе. Не заметил, потому что они мало обращали внимания друг на друга.

Они мало обращали внимания друг на друга, потому что она встречалась со Стасом и порвала что-то неосязаемое, но очень важное, что раньше их связывало. Раньше, до Стаса.

Она одна во всём виновата, ей и расхлёбывать.

Хотелось позвонить Соне, но Камилла не стала. У Сони свои дела, Камилла и так слишком долго злоупотребляла её временем.

— Я приеду завтра! — настаивала вчера Соня.

— Нет, — качала головой Камилла. — Не надо. Если что-нибудь случится, я тебе позвоню. А просто так около меня сидеть… не надо. Ты не нянька. А я не дитё.

Оглядывать двор стало привычкой. Внизу остановились поговорить двое собачников. Собаки у обоих были маленькие, весёлые, тянули хозяев в разные стороны.

«Пойду гулять», — решила Камилла. Она будет ходить по парку, вдыхать чистый воздух и прекратит бояться каждого шороха.

Позвонила Соня, спросила:

— Всё в порядке?

— Всё не в порядке, — фыркнула Камилла. — Но нового пока ничего нет.

Открыв шкаф, она достала первое подвернувшееся платье, оделась, сунула в сумку телефон, взяла в руку ключи.

Подмывало снова подойти к окну, но Камилла себя пересилила.

Заперев дверь, постояла, собираясь с силами. Отогнала глупый, нелепый страх, что в её отсутствие кто-то проникнет в квартиру. Этого не может быть, у них новые замки.

На улице было хорошо, в меру тепло, солнечно. Камилла медленно пошла к парку, но потом повернулась и направилась к торговому центру. Захотелось туда, где люди, шум машин. Она зайдёт в кафе, купит мороженое, посидит в одиночестве за столиком, соблюдая допустимую на время пандемии дистанцию.

В первую секунду она не узнала парня, неожиданно преградившего ей дорогу.

— Камилла! — Парень посмотрел на неё с весёлым недоумением. — Привет!

— Валериан! — Камилла растянула губы в улыбке.

Она плохо его знала. Он начал работать в мэрии незадолго до того, как она уволилась. Одно в нём чувствовалось сразу: парень строит большие карьерные планы. Впрочем, иных молодых людей Камилла в мэрии не встречала.

— Ты как сюда попала? Работаешь здесь?

— Я здесь живу, — объяснила Камилла.

— А работаешь где?

Всё правильно, его интересуют, какие у неё знакомства и можно ли их использовать.

— Нигде. Я безработная, — улыбнулась Камилла и засомневалась. — Или я самозанятая?

— А я тут случайно оказался, — похоже, Валериан утратил к ней интерес. — По делам ездил. Вот, зашёл водички купить.

Он поднял руку, демонстрируя бутылку боржоми.

— Как там у нас? — проявила интерес Камилла. — Что нового?

— Нового… — Валериан проводил глазами двух оживлённо болтающих девушек. — Я теперь зам начальника департамента.

— Поздравляю!

— Спасибо. Да, — Валериан нахмурил лоб. — Ты с Иваном Кургиным связь имеешь?

— Ну… — пожала плечами Камилла. — Телефон его знаю.

— Раньше вы большие друзья были… — засмеялся Валериан.

— Не сказала бы, — равнодушно не согласилась Камилла.

— Послушай… — Валериан слегка к ней наклонился. Не слишком, дистанцию соблюдал.

Страницы: «« « ... 89101112131415 » ... »»