Эргай. Новая эра Земли Зинина Татьяна

– Она была членом организации, которая уже многие годы борется с политикой и правилами Союза.

– «Защитники свободы»? – вдруг уточнил Микаэль, умудрившись искренне удивить Гая. – Мне Саша о них рассказала. И про Джен, которая приходится мне двоюродной теткой, и про Дариса. Теперь я примерно представляю, чем занимается эта организация.

Алишер метнул в мою сторону недовольный взгляд, но я сделала вид, что этого не заметила. Как ни в чем не бывало поставила перед ним тарелку с едой, салат и отошла чуть в сторону. Я считала, что вообще не должна присутствовать при этом разговоре, но никак не могла заставить себя уйти. В итоге решила, что если меня попросят удалиться, то спокойно отправлюсь наверх в выбранную спальню. А пока постою тут.

– Ну, коль Саша рассказала, тогда я не буду повторяться, – спокойным тоном ответил Гай. – Скажу только, что Мирель казнили заслуженно. И сейчас я даже рад, что, решив вернуться обратно в ряды этой организации, она не взяла тебя с собой. Мне страшно представить, каким бы она и ее безумная сестра могли тебя вырастить.

На некоторое время на кухне воцарилось молчание. Гай наконец приступил к еде и ел с таким аппетитом, будто голодал всю последнюю неделю. Ну а Мик терпеливо дождался, когда тот доест, и только потом решился задать новый вопрос:

– Скажите, а что будет со мной дальше?

– Для начала я объявлю, что нашел сына. Сделаем тебе новые документы, вскоре обязательно объявятся дедушка с бабушкой. А там будет видно. Сейчас бы нам с тобой осознать, что мы друг у друга появились. Привыкнуть к этому. Ты-то жил в семье, тебе проще. А я последние десять лет предпочитал быть один.

Мик улыбнулся и, кажется, впервые за этот вечер посмотрел на отца совсем без страха.

– Я правда не знаю, каково это – жить с ребенком, – продолжил Алишер. – Ты ведь еще совсем маленький.

– Я взрослый! – чуть обиженно заявил мальчик. – У меня даже дар уже проснулся!

– Ах да, – с улыбкой кивнул Гай. – Мне Канир сообщил. Вот и отлично. Пока я тебе помогу освоить азы дара. Так мы с тобой и общаться научимся. – И, обернувшись ко мне, вдруг спросил: – Как думаешь, Саш, у нас получится?

Называет Сашей, значит, не злится. Это меня успокоило. А то от этого грозного «Сандра» уже начинало передергивать.

– Конечно, получится, – ответила я, рискнув подойти ближе и тоже присесть за стол. – У вас очень много общего. Уверена, если захотите, то сможете стать настоящей семьей.

– Нам бы в семью еще женщину для комплекта, – улыбнулся он, глядя на меня как-то… оценивающе. – Но это вопрос не срочный. И мы решим его позже. А сейчас есть другие. Текущие.

Вдруг рядом с ним появился голографический Марк и, поклонившись мальчику, представился личным помощником лорда Эргая.

– Так вы лейд или лорд? – окончательно осмелев, спросил Микаэль.

– По званию – лейд, – ответил Гай. – По рождению – лорд. Как, кстати, и ты. Твое полное имя звучит так: лорд Алишер Микаэль Эргай.

– Ого, – улыбнулся мальчик. – И что это значит?

– Если не углубляться в историю и не уходить в дебри причин, можешь просто считать себя особенным. Родов аристократии в Союзе довольно много, и в большинстве своем это те люди, кто способен руководить жизнью целой планеты, а то и нескольких. Чаще всего старшие лорды родов занимают должности наместников. И в их случае эта должность передается по наследству.

На Микаэля такое объяснение произвело просто сногсшибательный эффект. Он несколько раз моргнул и удивленно вытаращился на Алишера. В его голове явно быстро складывались обрывки информации, делались выводы. А потом он поинтересовался:

– А вы тоже будете наместником?

– Нет, – сказал Гай. – На Элтарусе эту должность занимает мой отец. Когда он решит отойти от дел, то передаст свой пост моему старшему брату. Твоему дяде Элиоту.

– Ясно, – кивнул мальчик, успокоившись.

Тогда Алишер ухмыльнулся и добавил:

– Но у Элиота нет детей. Увы, даже при нашем уровне медицины все равно существуют болезни, после которых мужчины не могут стать отцами, и мой брат умудрился однажды такой переболеть. Конечно, он старается вылечиться, вкладывает огромные деньги в исследования, в поиск лекарства, и надеюсь, когда-нибудь все-таки справится со своей проблемой. Но пока, Микаэль, ты единственный представитель следующего поколения рода Эргай. И если ситуация не изменится, то после Элиота должность наместника Элтаруса перейдет к тебе.

Вот теперь мальчик опешил по-настоящему. Он несколько раз порывался что-то сказать, открывал рот и сразу же спешил его закрыть. Да что говорить о Мике, если даже для меня эта информация стала шокирующей! Хотя забавно получается: ведь если отбросить лишнюю мишуру, то Мик у нас – потерянный принц?

– Микаэль, – проговорил Гай, снова привлекая внимание сына. – Отправляйтесь с Марком наверх. Тебе нужно заказать одежду, предметы гигиены, голографическую панель для учебы. Ну и, конечно, игрушки. Выбирай все что хочешь.

– Что совсем-совсем все? Никаких ограничений? – недоверчиво уточнил мальчик.

– Почему же, – ухмыльнулся Алишер. – Я оставлю за собой право отказать тебе в покупке той или иной вещи, если сочту ее неподходящей или опасной. Ну и… у меня будет еще одно условие.

– Какое? – поинтересовался Мик, который уже успел встать из-за стола и теперь с интересом смотрел на Гая.

– Обращаешься ко мне на «ты».

– Но… как же? – растерянно выдал самый младший представитель рода Эргай.

– Просто. Главное, попробовать пару раз, и потом ты быстро привыкнешь, – улыбнулся Алишер, которому, кажется, начинала нравиться роль отца. – Заметь, я же не прошу называть меня папой.

– А если случайно назову? – спросил Мик, явно неправильно расценив его слова.

– Если назовешь, то я буду только рад. Меня еще никто никогда папой не называл. Может, попробуешь? Скажи. Хоть послушаю, как это звучит.

Мик ухмыльнулся почти так же, как это делал Рис. А потом поймал теплый взгляд Алишера и сказал:

– Папа?

– Да, – на лице Гая расплылась широкая довольная улыбка. – А это, оказывается, чертовски приятно!

Но Микаэль, кажется, от этих слов окончательно смутился. И, пробормотав себе под нос, что хочет в туалет, быстро ретировался наверх.

Алишер проводил его довольным взглядом, повернулся ко мне… и в то же мгновение улыбка пропала с его лица, а в глазах появилось выражение крайней обеспокоенности.

– Сандра, – проговорил он, глядя мне в глаза. – Найди Риса. Сейчас. Срочно.

Я так растерялась, что даже не сразу поняла, что он от меня хочет. Но все же кивнула, дала Кате команду активировать карту и сосредоточилась. Да вот только, как и днем, совершенно не почувствовала энергии Дариса! Попробовала раз, второй, третий. Сделала перерыв и попыталась опять – безуспешно.

Все это время Гай сидел тихо, уже зная, что меня сейчас нельзя отвлекать. Но я кожей чувствовала его напряжение или даже волнение. Вот только порадовать его мне было нечем.

– Не могу, – сказала, виновато опустив голову. – Никак.

– Тогда попытайся найти своего брата.

– Пробовала. Не получается. И Джен искала – ничего. Они будто испарились, – я подошла ближе к Гаю и, сев рядом, предположила: – Видимо, она сильнее меня. Потому мне не пробиться через ее заслон.

– Я не знаю, кто из вас сильнее, – сказал Алишер, коснувшись моего плеча. – Но опыта и умений у нее точно больше. Ты ведь действуешь на одной интуиции. У тебя почти нет информации о тонкостях работы поисковиков. Но сейчас, Саша, ты должна применить все свои таланты.

– Что случилось? – спросила я, не сомневаясь, что произошла как минимум катастрофа.

Пусть до появления Гая я, сама себя накрутив, собиралась встретить его упреками, обвинениями. Но сейчас почему-то язык не поворачивался высказывать свои недовольства и подозрения. Стоило увидеть его таким, находящимся на грани срыва, и все мои претензии мигом потеряли всякое значение.

– Знаешь, – сказал он, невидяще глядя куда-то перед собой, – я бы ни за что не сказал тебе этого. Не показал бы. Но сейчас, Саша, мне нужен твой дар. Ты должна найти Риса. Я верю в твои силы. Тебе просто требуется стимул. Эмоциональный всплеск. Потому заранее прости меня.

Эти слова не на шутку меня напугали. Я даже подумала, что сейчас он позовет охранников, которые отправят меня за решетку, или устроит еще какую-нибудь ситуацию, в которой мой дар активируется на полную катушку. Но все оказалось куда проще… и страшнее.

Перед нами вдруг появилось большое голографическое изображение. И честно говоря, едва увидев кровь, я отвела взгляд, не желая смотреть на эту жуть. Но вдруг заметила деталь, показавшуюся мне знакомой. Кеды. Белые, с черными шнурками! Именно такие, какие все время носил Рис! У него подобной обуви было много, но все почти одинаковые. Я, помню, долго удивлялась такой странной особенности его гардероба. Он же только улыбался и говорил, что сложно избавляться от давних привычек.

Я вперила взгляд в эти кеды, просто не решаясь посмотреть выше, потому что уже знала, кого именно увижу. И все же сдалась, глянула на разбитое лицо, на светлые волосы, перепачканные в крови, на футболку, всю заляпанную проступающими красными пятнами. Это точно был Рис – без малейшего сомнения. Но я все равно никак не могла поверить, что он может кому-то позволить так себя избить.

– Он жив? – спросила я, не узнавая в этом безжизненном хрипе свой голос.

– Пока да, – ответил Гай. – Это пришло два часа назад с посланием от Джен. Она заявила, что отдаст Риса живым только в обмен на Микаэля. И на тебя.

Я хотела что-то сказать… Но тут картинка сменилась, и теперь перед нами были уже двое окровавленных мужчин, лежащих на полу в какой-то мрачной комнате. И если один определенно был Рисом, то во втором я с ужасом узнала собственного брата!

– Леша… – прошептала я, чувствуя, как земля стремительно уходит из-под ног. Не упала я только потому, что сидела, да и Гай поддержал.

Он обнял меня, прижал к себе, и только спустя минуту, когда я хоть немного пришла в себя, заговорил:

– Саш… Ты сильная. Ты сможешь их найти. Я знаю примерный квадрат для поисков, но там тоже бункер, ни одного входа обнаружить пока не удалось.

Он поднял взгляд на жуткие снимки, и те мгновенно исчезли, а на их месте появилась карта страны.

– Они где-то здесь, – сказал Алишер, указывая на нужный участок. – Мы ищем. Но я знаю, что так ничего не найдем. Наши поисковики тоже пытаются уловить хотя бы отголоски энергии Риса. Пока успехов нет. Но я верю в тебя. Ты сможешь. Попытайся еще, пожалуйста.

И я пробовала… снова и снова. Вот только результатов почти не было. Хотя даже это «почти» очень обрадовало Гая. Мне удалось ощутить лишь отголосок энергии Леши. Но даже по ней я никак не могла сказать, где именно он находится. Брат ощущался словно за плотной завесой, будто был глубоко под землей. И все-таки я ткнула пальцем в место на карте над предполагаемым бункером.

Им оказался пустырь – старое заброшенное поле. Ни домов вокруг, ни поселков. Лишь небольшая лесополоса. Но ошибки точно не было, Леша находился где-то там… под толщей земли. Вот только найти вход в эти катакомбы мне так и не удалось.

Я пробовала раз за разом, но добилась только того, что вообще перестала чувствовать брата. Причем это случилось не сразу, а постепенно. Импульсы его энергии стремительно становились меньше, тусклее… а потом пропали вовсе.

– Леша, – прошептала я, даже не пытаясь сдержать всхлип. – Нет… Пожалуйста…

Я запрещала себе делать выводы. Старалась уверить себя, что это все происки Джен, что с моим братом все в порядке. Но уже сама себе не верила. Слишком очевиден и логичен был ответ.

Гай снова меня обнял, и, почувствовав его рядом, я все-таки разрыдалась.

– Али, я больше его не чувствую, – прошептала, смахивая со щеки слезинки. – Совсем.

– Не паникуй, – строго сказал он, правда, при этом нежно гладил меня по плечу. – Не смей верить в худшее! И с ним, и с Рисом все хорошо. Почти, – поправил себя он. – Ты молодец, Саш. Ты существенно сузила границы поисков. На крайний случай мы просто вызовем технику и начнем копать, пока не доберемся до этого демонова бункера. Но их вытащим.

– Скажи, – я посмотрела ему в глаза, – за что она так с Рисом? Да, он пообещал защищать Лешу, но разве за это его бы стали так… избивать?

– Это месть, Саш. Просто месть одной гадкой ползучей твари, которая спит и видит, как бы меня уничтожить, – проговорил он, не отводя взгляда. – И Микаэль ей стал нужен только теперь именно по этой причине, ведь она точно могла попытаться найти его раньше. А знаешь почему? Потому что в десять лет его бы так или иначе отправили на проверку, и та бы выявила и зашкаливающие показатели внутренней энергии, и дар, которым владеют мужчины меньше чем в десятке родов по всему Союзу. О нем бы доложили мне, а я бы однозначно сообразил, чей это ребенок.

– Зачем он ей? – спросила я, чувствуя, что слезы больше не бегут.

– Можно только предполагать, – проговорил Алишер. – Но точно не из-за глубокой родственной любви. Они с Мирель были очень близки, но не думаю, что Джен стала бы заботиться о ее ребенке. Для нее Микаэль в первую очередь – мой сын. А значит, инструмент давления. Или наказания.

– Думаешь, она бы убила мальчика? – от этого предположения душу сковал холод.

– Возможно.

– А Рис? Что она собирается с ним сделать?

– Что бы ни собиралась, у нее не получится. Я не позволю.

Он говорил с такой уверенностью, что я тоже начала верить в успех. Да, мы найдем и Риса, и Лешу. Обязательно. По-другому просто не может быть.

– Мне нужно идти, – сказал вдруг Гай и нехотя выпустил меня из своих объятий.

– Туда? К бункеру?

– Да.

– Я с тобой! – решительным тоном выпалила я.

– Нет, Саша. Это не обсуждается, – тут же осадил меня Алишер.

Но сдаваться я не собиралась.

– Находясь там, я сумею найти вход! – И пусть сама в этом сомневалась, но говорить старалась очень уверенно.

– Нет, – холодно бросил Гай. – Оставайся здесь. Из дома ни ногой!

Он развернулся и, забыв про брошенный китель, направился к выходу.

– Я же могу помочь! – выкрикнула я, догнав его у самой двери. – Али, пожалуйста!

– Нет, Сандра! – холодно отрезал Алишер и, встряхнув меня за плечи, рявкнул: – Сиди здесь! С Микаэлем. Джен известно, что вы оба у меня. Если попадешь к ней в руки, то долго не проживешь.

– Но Леша… Рис. Я найду их! – продолжала я стоять на своем.

Он посмотрел на меня своими почерневшими глазами, в которых теперь не осталось ни одной светлой эмоции, и лишь теперь я начала понимать, что Алишера Эргая боятся не зря.

– Ты останешься в доме, пойдешь наверх и ляжешь спать. Прямо сейчас, – ледяным тоном проговорил он.

И в тот же момент случилось странное: мое сознание будто окутало дымкой, возникло ощущение, что его просто переключили в другой режим, в котором я уже не имела над собой никакой власти.

С нарастающим ужасом я, будто со стороны, наблюдала, как молча киваю, разворачиваюсь и направляюсь к лестнице! Хотелось закричать, но у меня не получилось даже пискнуть. Ноги шли, руки держались за перила, взгляд обращен на ступеньки. Потом был коридор, спальня, кровать… А едва моя голова коснулась подушки, сознание померкло, и я провалилась в сон.

* * *

Один скупо освещенный коридор сменялся другим. Со скрипом открывались, а потом захлопывались за спиной массивные металлические двери с кодовыми замками. Покатые спуски чередовались со ступеньками, и вот на них Леше приходилось хуже всего. Идти он не мог – правая нога совсем перестала гнуться, потому два сопровождающих Джен бугая просто волокли его за собой. А ведь когда несколько часов назад они все направлялись на поверхность, Алексей вполне мог идти сам, пусть и едва успевал за своими конвоирами.

Тогда он еще не понимал, что от него хотят. Решил – ведут убивать. Но, как оказалось, ошибся. Его просто вывезли на какой-то пустырь и бросили посреди поля. Он лежал на земле, сквозь которую только начала проклевываться молодая травка, смотрел на затянутое тучами серое небо и никак не мог надышаться этим свежим живительным воздухом.

Леша все ждал, что сейчас эта гадкая женщина опять достанет из кармана свой умный шарик, прикажет своим бугаям поставить пленника на колени и самолично расстреляет из какого-нибудь хитрого оружия. Он даже мысленно попрощался с родными, с друзьями, даже молитву какую-то вспомнил.

Но… проходили минуты, и ничего не происходило. Джен топталась рядом, сосредоточенно о чем-то раздумывая, а ее сопровождающие и вовсе отошли подальше и спокойно переговаривались, даже смеялись.

Леша не знал, сколько прошло времени: может, минут двадцать, а может, и пара часов, но в какой-то момент Джен просто скомандовала: «Возвращаемся», и они все отправились обратно к неприметной серой машине – самой обычной, не летающей.

Когда один из охранников сел за руль, а второй учтиво открыл перед Джен дверцу, Алексей решил, что просто не может упустить такой шанс. Он что было сил рванул в сторону виднеющегося вдалеке леса. Побежал так быстро, как не бегал никогда. И ему почти удалось… по крайней мере, сам он уже обрадовался победе, ведь не слышал за спиной шагов. Но вдруг почувствовал резкий удар, словно его сзади бетонной стеной приложило. После чего, разумеется, упал, да еще и неудачно.

Дико болело все тело, но сильнее всего затылок и правая нога, которая теперь отказывалась слушаться. Вот так и закончилась его очередная неудачная попытка побега.

Теперь же его тащили обратно в этот демонов бункер, который оказался гораздо больше предыдущего. Здесь было столько коридоров, переходов, уровней, что Леша не мог не восхищаться масштабами проделанной работы. Вот только он отдал бы многое, лишь бы никогда не знать, что на Земле существуют такие подземные города!

По всей вероятности, его волокли в ту же самую камеру, но Алексей никак не мог понять, зачем его вообще куда-то возили? У него даже вариантов не было, потому что этот поступок Джен со всех сторон казался настоящей бессмыслицей.

И тут впереди послышались голоса: мужской и женский. Причем второй показался Леше настолько знакомым, что он даже нашел в себе силы приподнять голову и посмотреть на говоривших. К тому же эти люди как раз остановились в коридоре поприветствовать Джен.

– Ну что? – спросил у нее высокий лысый мужчина, чей бритый череп украшала витиеватая татуировка. Изображение доходило до виска, спускалось к шее и скрывалось под простой черной футболкой.

– Все по плану, – ответила ему Джен. – Камеры оставила. Как только там появятся военные, можем начинать.

– Тогда идем, обсудим кое-какие детали, – бросил он.

Она кивнула и, приказав бугаям самим отвести Лешу в камеру, отправилась следом за лысым в другую сторону.

А вот темноволосая девушка, которая до их появления мило беседовала с мужчиной, так и осталась стоять на месте. Она во все глаза разглядывала разбитое лицо Алексея и все сильнее бледнела. А когда их взгляды встретились, он едва нашел в себе силы отрицательно качнуть головой.

– За что его так? – спросила она, взглянув на одного из боевиков.

– Было за что, – ухмыльнулся тот. – А ты, Лерочка, кстати, что вечером делаешь? Может…

– Не может, – грубо отозвалась она. – У меня планы, и ты в них не вписываешься никаким боком.

А после развернулась и походкой от бедра направилась к ближайшей лестнице. Оба боевика проводили ее заинтересованными взглядами и тоже двинулись дальше, таща за собой Лешку.

А сам Алексей даже на боль перестал обращать внимание, пытаясь осознать ситуацию. Ведь это определенно была Лерка – Сашкина подруга! Но как она здесь оказалась? Как ее вообще занесло в бункер этих гадов?

Но что волновало Лешу сильнее всего, так это ее взгляд. Она явно уже решила, что поможет ему. И с одной стороны, это было настоящим шансом, но с другой – если Лера попадется, в живых ее после такого точно не оставят.

* * *

– Саша!

Кто-то меня звал. И я даже понимала, что это Мик, слышала в его голосе страх и даже отчаяние, но никак не могла заставить себя вернуться в реальность.

– Саша, пожалуйста! Прошу тебя, проснись! – умолял мальчик и, кажется, шмыгал носом. – Там стреляют. Мне страшно. Саша! Лейда Эргая нет. Что делать!

Не знаю как, но глаза я все-таки смогла открыть. Может, срок воздействия кончился, а может, мне все-таки удалось как-то преодолеть влияние дара Гая. Но едва я села на постели, как до слуха долетел звук, который до этого момента я слышала только в фильмах, – череда быстрых выстрелов. Автоматная очередь!

С момента появления на нашей планете новых инопланетных властей огнестрельное оружие было запрещено к использованию. Его изъяли даже у наших военных, а вместо привычных пистолетов, автоматов и прочего предоставили конгайты самых разных видов. Ясное дело, что все запасы старого вооружения, хранящиеся на Земле, уничтожить за столь короткий срок было невозможно. В той же оружейной Джен хранилось немало подобных штук.

И тут мозг окончательно проснулся, сознание снова стало ясным, и я отчетливо поняла, что на наш особняк напали.

– В доме пока никого нет, – сообщил мальчик, глядя на меня с надеждой. – Что будем делать?

Я подошла к окну, осторожно отодвинула край шторы и выглянула наружу. Да только лучше бы не смотрела, потому что во дворе, освещенном множеством фонарей, развернулись самые настоящие боевые действия. И если днем мне показалось, что здесь чрезмерное количество военных, то теперь я понимала, что они не справляются. Нападающих было слишком много, и стреляли они из автоматов.

Потом вдруг посреди двора что-то вспыхнуло бледно-голубым светом, и выстрелы стихли.

– Это глушилка, – заявила появившаяся рядом со мной Катя. – Она блокирует работу огнестрельного оружия. Я про такую когда-то читала. Может, теперь наши защитники все-таки победят.

Но, как оказалось, радоваться было рано. Нападающие не отступили. У них и конгайты имелись в наличии. А что самое гадкое, они все прибывали и прибывали… прямо через большую дыру в высоченном заборе!

– Взрывчатка. Много взрывчатки, – пояснила Катя, качая головой. – Защита не выдержала такой взрывной волны. Но дом устоял.

– Нужно уходить, – вздохнула я, поворачиваясь к Мику. – Эти люди явились сюда за тобой. И за мной, – добавила тихо.

– Но как? – выпалил мальчик. – Они повсюду!

– Сейчас придумаю. Возьми куртку. На улице прохладно.

Я заставила себя сосредоточиться и попыталась найти самый безопасный маршрут. И, как ни странно, таковой обнаружился. Причем уйти нам предстояло через главный вход, который пока еще защищали военные. А дальше бегом до небольшой калитки за гаражами, потом – в лес. И уж там мы точно найдем где спрятаться.

Вот только весь этот красивый и простой план накрылся медным тазом, едва я открыла входную дверь. Просто как ни пыталась переступить порог, так и не смогла этого сделать. Ни боком, ни с разбега, ни ползком. Никак!

– Демонов Эргай! – прорычала я с отчаяньем. – Он сказал, чтобы я не выходила из дома. Козел! – И тут же повернулась к бледному как полотно мальчику. – Прикажи мне выйти!

– Не поможет, – проговорила Катя, качая головой. – Силы не равны. Один приказ не перекроет другой. Можно, конечно, тебя вырубить и вытащить. Но быстро вернуть в сознание я тебя не смогу.

– Нет. Будем прятаться, – нервно бросила я, захлопывая дверь. – Подвал подойдет.

Увы, воплотить эту идею в жизнь я не успела. Послышались громкий хлопок, топот ног. Катя благоразумно пропала, а с противоположной стороны этой большой комнаты показались трое мужчин в серых костюмах, какие надевали на задания люди Джен.

На нас направили конгайты.

Вот теперь бежать стало поздно.

– Мальчик, отойди в сторону, – сказал один из нападающих.

– Нет, – выпалил Мик, схватив меня за руку.

– Саша, пусть он уйдет, – ленивым тоном бросили мне. – Иначе его заденет, а дети плохо переносят излучение конгайта.

– Нет, – снова крикнул Микаэль. – Я вам не позволю!

– Мик, – я повернулась к нему, коснулась растрепанных волос и тяжело вздохнула, – иди с ними. И верь в отца. Он разберется.

– А ты? Что они с тобой сделают?

Но вместо меня ответил все тот же мужчина:

– Вырубим и увезем. Не переживай, мальчик. Никто твою подругу не убьет, – и, ухмыльнувшись, добавил: – По крайней мере, сейчас. Приказано доставить живой.

– Саш, – Мик смотрел мне в глаза и никак не желал слушать здравый смысл.

– Все будет хорошо. Только… – я наклонилась ниже и шепнула ему на ухо: – Ни слова про Катю.

– Понял, – тихо ответил он. А потом все-таки медленно отошел в сторону.

Надеюсь, он не проговорится. Потому что сейчас Катя была нашим шансом на спасение. И с ней мы точно сможем выбраться… если только меня не убьют раньше.

«Катя, – позвала я мысленно. – Свяжись с Алишером, только так, чтобы никто не засек. И будь с Миком».

«А ты?»

«А я большая девочка. Прошу. Не оставляй его».

Она ничего не ответила, но я и так поняла, что эту мою просьбу она выполнит. И на душе стало чуточку спокойнее. Почему-то даже сейчас, находясь почти в безвыходной ситуации, я больше думала о нем, о чужом ребенке, чем о себе.

Сама не знаю, где взяла силы, но этот выстрел из конгайта я встретила с гордо поднятой головой. Хотя на самом деле испытывала дикий, поистине жуткий страх. В прошлый раз, когда в меня стреляли, обстоятельства были несколько иными. Тогда у меня имелось оружие, я тоже стреляла, в крови играл адреналин, даже какой-то азарт, и они хотя бы частично прикрывали собой страх. А сейчас… все оказалось иначе.

К счастью, меня не стали мучить ожиданием. Тот мужчина, что стоял ближе всех, выстрелил сразу. И в тот же момент тело сковало диким холодом. Я перестала чувствовать руки, ноги, стало трудно дышать. А потом… я просто рухнула на пол. Хотя, кажется, меня кто-то успел подхватить. Увы, кого именно стоило благодарить за такую помощь, я уже не узнала.

Последнее, что увидела перед тем, как сознание окончательно отключилось, – это испуганное лицо стоящего в стороне Мика, в чьих черных глазах все больше разгоралась паника.

Глава 20

Игра хитрецов

На пустынном поле развернулась настоящая военная кампания. Солдаты все прибывали и прибывали. Два отряда уже исследовали указанный квадрат, пытаясь найти нечто похожее на вход в бункер. Весь периметр был оцеплен, сверху летали беспилотные устройства, ежесекундно сканирующие обстановку. Но время шло, а никаких продвижений в поиске не было.

Давно стемнело, время близилось к часу ночи, но темнота не была помехой. Кажется, сейчас это поле освещалось даже лучше, чем днем. Да только даже это никак не помогало в поисках.

Весь вечер Гая преследовало ощущение, что он упускает нечто важное, какую-то значительную деталь, которая и не дает ему победить. Да, Алишер хорошо знал Джен, но и она не хуже знала его самого. Сейчас в этом прямом противостоянии они могли просчитать действия друг друга, и он чувствовал, что пока счет явно не в его пользу.

И тут на галути поступил сигнал с пометкой «сверхсрочно». Открыв его, Гай просто оторопел от внезапно нахлынувшего осознания. На дом, где он оставил Микаэля и Сашу, напали. Защита уничтожена, забор взорван, охрана не справляется.

От обуявшего его ужаса лейд Эргай на несколько мгновений просто застыл. Он давно привык стойко принимать удары судьбы, но сегодняшний день стал для него поистине жутким. Сначала эти изображения избитого младшего брата, потом нападение на дом. И хотя он не сомневался, что Микаэля Джен не тронет, по крайней мере не сразу, но вот в безопасности Саши уверен не был.

Заставив себя успокоиться, он сделал несколько шагов по полю и активировал перед собой небольшой голографический экран. К счастью, система наблюдения дома работала даже сейчас, и Алишер мог видеть происходящее там и изнутри, и снаружи. Сначала наблюдал за тем, как толпа в серых костюмах уверенно теснит его подчиненных, как те стремительно сдают позиции. В тот же момент он вызвал туда отряд, искренне надеясь, что помощь успеет вовремя. Потом переключился на сам особняк. И вот тут его снова захлестнули забытые когда-то эмоции.

Он с ужасом смотрел, как Саша с откровенным волнением ищет выход из окруженного здания, как за руку тащит за собой мальчика. И нашла же, двинулась именно туда, где пока еще можно было пройти. Вот только дом покинуть не смогла.

Только сейчас Гай понял, какую глупость совершил, запретив ей выходить. Он до сих пор не доверял ей до конца, опасался, что она может сбежать, прихватив с собой Микаэля. И вот результат его недоверия.

Алишер видел, как в комнату вошли трое мужчин, вооруженных конгайтами, с безумным волнением наблюдал за тем, как Саша уговаривает Микаэля отойти… и не мог сделать ничего, чтобы им помочь. А глядя на то, как она храбрится, как старается с гордостью смотреть на своих возможных убийц, решил, что лично прикончит Джен.

Когда Саша начала падать, Гай ощутил, что его сердце на несколько мгновений просто перестало биться. И лишь увидев, что ее подхватил на руки один из нападавших, все-таки вздохнул с облегчением.

– Не убили, – прошептал он и на мгновение прикрыл глаза.

Теперь успокоиться оказалось проще, а сознание и вовсе стало кристально ясным. Алишер уже понял, что под этим пустырем ничего нет, а его сюда просто выманили, использовав для этого Сашиного брата. Гай отдал приказ прекратить поиски и готовиться к отправлению. И уже хотел связаться с Сашиным галути, когда заметил пришедшее от Кати сообщение.

А в нем были цифры – координаты следования. Спустя три минуты пришло еще одно – такое же, только с другими данными. Потом следующее. То есть по всему получалось, что, боясь быть обнаруженной, Катя пыталась хотя бы указать направление и пока отлично с этим справлялась. Алишер отправил ей благодарность и пообещал, что теперь уж точно сможет спасти Сашу и сына.

Позже от Кати пришли еще два снимка: на одном была Александра – без сознания, но точно живая. А на втором – Микаэль. Мальчик смотрел в окно, сидя в странном на вид эрши, и выглядел при этом очень собранным и решительным. И что странно, Гай не мог себе ответить, за кого из них волнуется сильнее. Долгие годы в его жизни не было никого, кто бы вызывал такие сильные и непривычные эмоции. И вот теперь есть сын… и есть девушка, которая, кажется, умудрилась стать для него даже слишком важной. А ведь после Мирель он думал, что больше никому и никогда не позволит влезть к себе в душу, покорить сердце. Он был уверен, что чувства не для него. И вот теперь едва не тронулся умом, глядя на то, как в Сашу стреляют из конгайта.

Спустя час Катя прислала координаты, на которых значилась приписка: «Прибыли». Получалось, что место их приземления находилось в ста пятидесяти километрах от этого пустыря, и Гай сразу отдал команду выдвигаться к указанной точке. А новое послание Кати и вовсе заставило Гая победно улыбнуться, так как теперь она начала слать панорамные изображения местности. Снимков было много, и благодаря им Алишер получил крайне ценную информацию о том, как именно можно попасть в бункер. Эта голографическая девушка даже умудрилась прислать коды от замков на дверях.

Вот только, как оказалось, радовался Алишер рано. Потому что, отправив снимок очередного подземного поворота и металлических дверей лифта, она остановилась. Прошла минута, две, десять, но больше от нее не поступило ни одного письма. А из этого следовало, что дальше сигнала уже не было. Ведь если бы Катю просто обнаружили, она бы точно успела об этом сообщить.

С пустыря Алишер Эргай улетел одним из первых. За ним последовали все собравшиеся здесь отряды, но и этого ему показалось мало. По его приказу в грядущей операции предстояло принять участие еще трем группам, базирующимся в ближайших городах.

Гай был настроен решительно и дал самому себе слово, что сегодня, этой ночью, поставит точку в затянувшемся противостоянии с Джен. Женщина, посмевшая посягнуть на его семью, обязательно понесет за это наказание. Высшую меру… без суда и адвокатов.

* * *

В этот раз мое пробуждение после встречи с конгайтом было совсем не таким приятным, как предыдущее. Уже зная, что бороться со слабостью бессмысленно, я просто лежала, даже не пытаясь открыть глаза. Чувствительность к коже еще не вернулась, и все, что я сейчас могла, – это ощущать знакомый уже безумный холод. Но вскоре вернулась способность различать запахи. А в месте, где меня угораздило очнуться, пахло сыростью и плесенью. Отсюда следовало, что бросили меня в какой-то подвал.

Когда спустя некоторое время я смогла открыть глаза, то обнаружила, что нахожусь в малюсенькой комнатке с бетонными стенами и земляным полом. Фонаря или хотя бы лампочки здесь не было, но немного света проникало через небольшое решетчатое окошко в металлической двери. Это-то и позволило мне хоть немного рассмотреть свою камеру.

Дико хотелось пить, но увы, никто не оставил мне здесь стакана с водой. Хотя тут даже тумбочки не было, на которой он мог бы стоять. Да и кровать отсутствовала, и даже матрас. Про туалет или умывальник я вообще молчу. На самом деле меня просто бросили на пол в абсолютно пустой подвальной комнате. Кажется, вопрос моего комфорта их не заботил ни капельки.

Кати рядом не было – не знаю как, но я давно научилась ощущать ее отсутствие. Значит, все-таки прислушалась и отправилась с Миком. Интересно, насколько она далеко? Услышит ли, если попробую ее позвать? Да только я не стала этого делать. То, что я очнулась, она узнает и так, а отвлекать ее по пустякам сейчас не хотелось.

Вскоре получилось кое-как приподняться и сесть, опершись спиной о стену. Меня все еще трясло от холода, но он постепенно отступал. Наверное, в этот раз заряд конгайта оказался не таким сильным, как в прошлый. А может, я просто начала привыкать?

И тут вдруг до моего слуха донесся звук голосов. Причем оба они показались мне до боли знакомыми. И в тишине этого гадкого подвала удалось расслышать каждое слово.

– Ты как? – спросил один, очень похожий на голос Риса, только хриплый и какой-то слишком тихий. – За что тебя на этот раз?

– Сбежать попытался, – ответил ему второй голосом Леши. – Они меня зачем-то на пустырь вывезли. Там поле какое-то… было когда-то. А сейчас – пустота. Протоптались на месте пару часов, потом поволокли обратно.

Его слова заставили меня вздрогнуть. Ведь по всему получалось, что Джен использовала его… и меня, и военных поисковиков заодно, чтобы сбить Гая со следа. Теперь же он ищет бункер совсем в другом месте, а я наверняка выгляжу в его глазах предательницей. На дом же нападающих тоже кто-то навел. И по логике все указывает именно на меня.

– Твоя сестра у военных. Джен уверена, что именно она сдала местонахождение бункера, – ответил Леше Рис и вдруг закашлялся. Продолжить говорить он смог только спустя полминуты, и голос его при этом звучал еще более тускло. – Сашка – поисковик. Уверен, что она тебя ищет. Вот Джен и решила сбить ее со следа. А заодно и военных.

– Вот же тварь хитрая, – фыркнул Леша, издав нервный смешок. – Значит, теперь нас не найдут?

– А ты хочешь, чтобы нашли? – уточнил Дарис. – Есть желание сменить одну тюрьму на другую?

– У военных хотя бы тепло и кормят, – в голосе Леши звучала насмешка. Только насмехался он, кажется, сам над собой.

– Мне вот точно надеяться не на что, – бросил Рис. – Что тут убьют, что там.

В этот момент я все же решила попробовать вмешаться.

– Ребят… – попыталась я позвать, но голос прозвучал так тихо, что они не услышали. Потому, прочистив горло, попробовала повторить: – Ребят, это я, Саша. Меня тут рядышком с вами закрыли.

– Сашка! – воскликнул Леша, но быстро опомнился и заговорил куда тише: – Ты что там делаешь?

– Сижу, – отозвалась я, а на лице против воли расплылась улыбка. Все же находиться в темной камере, когда рядом есть кто-то родной, не так уж и ужасно. – И ты прав, Рис. Я искала вас… нашла Лешу и указала Алишеру именно на тот пустырь.

– Алишеру? – хриплый болезненный голос Дариса показался мне не на шутку удивленным. Точно, он же не в курсе, что мы прекрасно знакомы с его старшим родственником.

– Ну, лейда Эргая, – поправила себя я.

– Нет, подожди. Ты так говоришь, будто привыкла называть его именно по имени.

А мне вдруг стало смешно. Сидим здесь, в застенках какого-то подземелья, и говорим о житейских мелочах. И так захотелось взять да и сказать им правду. Все равно терять мне уже нечего.

– Рис, я знаю его с начала прошлого лета, – сказала я тихо. – Мы так глупо и просто познакомились в лесу.

Страницы: «« « ... 1011121314151617 » »»