Герцогиня Стил Даниэла

Глава 17

Проведя бессонную ночь, Анжелика поднялась на рассвете. Она не переставала думать о Томасе. Он не мог проводить ее – это вызвало бы слишком много толков. Они уже сказали друг другу все, что могли. Осталась лишь память.

Поднявшись на борт судна, Анжелика решила, что вновь притворится вдовой. Молодой даме неприлично путешествовать в одиночку, пусть и со служанкой. Клара пребывала в радостном волнении от предстоящего путешествия.

Анжелика смотрела на удаляющийся берег. Низко надвинув шляпу на лоб, она стояла на палубе. Вуаль развевалась от легкого бриза. Несколько человек уже обратили пристальное внимание на невысокую, изящную и модно одетую женщину, путешествующую в одиночестве и выглядящую крайне загадочно.

Пообедав в каюте, она отправилась гулять по палубе. Заглянула в салон, где пассажиры проводили время за чтением и игрой в карты. Около полудня здесь должны подавать чай. Роскошь обстановки напомнила ей о Фергюсонах. Анжелика с тоской подумала об Эмме. Как она там? А Гарри Фергюсон? С какой по счету любовницей он изменяет супруге и сильно ли отстает от него Евгения в делах супружеской неверности?

За последнее время Анжелика научилась разбираться в людях, узнала, как много силы нужно иметь, чтобы выжить, и как легко люди предают друг друга. Интересно, как бы отреагировал отец на события этих трех лет? Испытал бы гордость или стыд? Анжелика надеялась, что первое. Некоторыми поступками она отнюдь не гордилась, однако всегда старалась поступать лучшим образом в предложенных обстоятельствах.

Ее размышления прервал мужской голос:

– Неужели все так плохо?

Анжелика обернулась и увидела высокого мужчину с приветливым лицом.

– Простите, я задумалась, – она робко улыбнулась ему.

– О чем-то далеко не радостном, боюсь. У вас очень грустное лицо.

Он уже дважды замечал ее на палубе, но заговорить не решался.

– Я потеряла мужа, – ответила Анжелика первое, что пришло в голову.

– Всегда найдется кто-то, у кого дела идут хуже, чем у тебя самого. Я вот недавно лишился невесты. Она предпочла другого, – откровенно признался джентльмен. – Я отправился в Европу, чтобы развеяться и избежать слухов. Но оказалось, бегством делу не поможешь. Целый месяц я провел в одиночестве, преисполненный жалости к себе. И вот, возвращаюсь домой, – с горькой улыбкой продолжил он.

Анжелика на секунду задумалась: что он сказал бы, поведай она ему, что скорбит по борделю, своим проституткам и их клиентам. Она улыбнулась этой мысли.

– Мне жаль, что с вами так поступили, – с сочувствием ответила Анжелика. Ее тронула его искренность. Как это не похоже на европейцев! Те предпочитают скрывать свои чувства.

– Примите и мои соболезнования по поводу кончины вашего супруга. У вас есть дети?

– Нет, – покачала головой Анжелика. «И скорее всего, никогда не будет», – чуть не добавила она. Кто женится на ней, если она откроет жениху правду? Открыв бордель, она предопределила свою судьбу. Некоторые из ее работниц вполне могут выйти замуж, но для дочери герцога такая страница в биографии перечеркивала любые брачные перспективы.

Если бы этот мужчина знал, кто она и чем занималась, вряд ли он стал бы вести с ней беседы.

– Вы надолго в Нью-Йорк? – спросил он.

– Не знаю. Может, на пару месяцев, а может, и на год. Мне некуда спешить, – расплывчато ответила Анжелика.

Джентльмен за время разговора понял: она англичанка, а вовсе не француженка, хотя и слышал, как она на безупречном французском отказалась от шезлонга и одеяла, предложенных стюардом.

– Вы живете в Англии или во Франции? – с любопытством спросил он.

Правильный ответ – нигде. Собственно, поэтому она и была так печальна.

– Мы переехали в Париж из Англии год назад, и вот мой супруг скончался. Я подумала, мне стоит отправиться в Нью-Йорк, чтобы там решить, как быть дальше.

Она была гораздо дружелюбнее подавляющего большинства англичанок, с которыми ему доводилось иметь дело, и без тени смущения разговаривала с мужчиной, что было довольно необычно для леди, путешествующей в одиночестве. Конечно, он не знал этого, но за время управления «Будуаром» Анжелика в совершенстве освоила сей навык, переборов всякую робость.

– У вас есть друзья в Нью-Йорке? – спросил он.

– Немного, – замявшись, ответила она.

Да и к тем, кого она знала, обратиться было нельзя. В общем, если вычеркнуть тех, с кем она познакомилась в «Будуаре», то друзей за океаном у нее не было.

– Кстати, разрешите представиться. Меня зовут Эндрю Хэнсон. – Он, протянул ей руку, и Анжелика пожала ее. Эндрю отметил, что у нее изящные пальцы.

– Анжелика Латэм, – представилась в ответ она, молясь, чтобы он не знал ее братьев.

– Красивое имя, – заметил американец.

Некоторое время они молчали, глядя на океан и думая каждый о своем.

– Пожалуй, я вернусь в каюту и почитаю немного, – тихо произнесла Анжелика.

Эндрю не стал спрашивать, увидит ли он ее снова. Плавание предстояло долгое, и они наверняка еще не раз пересекутся на палубе. А если пожелают познакомиться поближе, то времени у них будет предостаточно.

Эндрю не хотел лишний раз тревожить Анжелику, тем более он не знал, как давно скончался мистер Латэм. Хэнсон пережил гораздо меньшую потерю, но рана, нанесенная невестой, начала затягиваться лишь спустя шесть недель.

Читая книгу, Анжелика уснула. Легкое покачивание на волнах убаюкало ее. Клара заглянула в каюту хозяйки, обнаружила, что та крепко спит, и не стала будить.

На следующий день Анжелика появилась на палубе в восхитительном наряде из белой шерсти. Многие дамы с завистью смотрели на нее. Эндрю был рад встрече.

– Я не видел вас вчера ни во время чая, ни за ужином, – отметил он. – Вы в порядке?

– Да, я просто устала. Книга оказалась удивительно скучной, и я заснула, – улыбнулась она ему.

Эндрю рассмеялся:

– Я постоянно засыпаю при чтении. И это плохо, очень плохо. Я вообще-то юрист, мне нужно постоянно читать.

Они стали прогуливаться вместе. Пассажиры на палубе читали или дремали. Дамы прятались от солнца под зонтиками.

– И в каких же областях закона вы специализируетесь? – спросила Анжелика с живым интересом. Она прекрасно умела поддерживать беседу, и мужчины, сами того не замечая, принимались рассказывать о себе.

– Гражданское и конституционное право. Последнее особенно скучно. Я хотел бы податься в политику. Через год-два попробую баллотироваться в конгресс.

– Что же, может, однажды вы станете президентом, – поддразнила его Анжелика. Впрочем, она понятия не имела, кто он и какими связями обладает. Вполне возможно, что действительно станет. Америка – не Англия, где правят только те, в чьих жилах течет голубая кровь. Для американцев возможно все.

– Не исключено, – осторожно ответил Эндрю, – хотя это скорее мечты моего отца, нежели мои собственные. Меня вполне устроило бы стать конгрессменом или сенатором, не более. А вот моей невесте не очень нравилось. Она считала, что политика – это вульгарно, и пыталась меня разубедить.

Он горько усмехнулся.

– Я то же самое думаю о работе короля, – серьезно ответила миссис Латэм. – Чересчур вульгарно и чересчур много хлопот, – продолжила она и рассмеялась.

Эндрю тоже развеселился. Он заметил: Анжелика кажется гораздо моложе, когда смеется.

– Вы встречали короля? – спросил Хэнсон.

Она покачала головой:

– Не нынешнего.

О своем родстве с королями двух стран Анжелика решила промолчать.

Эндрю представил Анжелику нескольким знакомым. Всех она очень заинтриговала. Затем они уселись в кресла на палубе, и им подали чай и очень нежные вкусные бисквиты.

– Чем вы занимались в Париже? – спросил Эндрю.

Анжелика замялась с ответом. Как бы ей не слишком соврать, но при этом и не нарушить приличий?

– Благотворительностью. Я помогала юным дамам, выросшим в бедных семьях. Многих из них подвергали насилию, притесняли и эксплуатировали. Я делала, что могла, дабы облегчить им жизнь. – Слушая Анжелику, можно было подумать, что она занималась благородным делом. В какой-то степени так и было.

– И вы достигли успеха в этом?

– Пожалуй.

– Напоминает работу политика. Они тоже пытаются помочь людям, установить справедливость.

– Такая аналогия не приходила мне в голову. Иногда мне кажется, короли только едят, пьют и бессмысленно тратят наши деньги.

Предыдущих королей Англии и Франции это характеризовало весьма точно.

– Вы интересуетесь политикой, Анжелика?

– Немного. Трехдневная революция в Париже испугала меня.

– Вы были в июле в столице?

– Нет, я трусливо сбежала в Нормандию с друзьями.

– Почему же трусливо? Вполне резонно, – возразил Эндрю. – В Великобритании монархия определенно прочнее, нежели во Франции.

– В Англии не было революции. Мои французские родственники погибли во время восстания против Бурбонов. А мать успели отправить в Англию, где она и встретила моего отца.

– Ваши родители живы? – спросил он.

Анжелика грустно покачала головой:

– Нет, оба скончались. У меня два брата, но мы не ладим.

Мягко говоря.

– Я единственный ребенок, и тоже потерял мать. С отцом у меня натянутые отношения, и мы иногда подолгу не общаемся. Он строит много планов насчет моей политической карьеры. Мы часто спорим по этому поводу. Я рассматриваю политику как шанс добиться справедливости и не согласен терпеть некоторые вещи. Я хочу влиять на управление страной.

Анжелика зачарованно слушала его. Ей хотелось бы того же, но она женщина.

– Вам повезло родиться мужчиной. У женщины такой возможности нет.

– Может, однажды и появится. Все меняется.

– Слишком медленно. Скорее всего, на нашем веку этого не произойдет.

– Иногда события развиваются быстрее, чем можно было ожидать, – с надеждой произнес Эндрю. Его голова была полна идей, некоторые из которых опережали время. Но он считал, что кто-то должен сделать первый шаг. – Вы не составите мне компанию за обедом? – осторожно спросил он.

Анжелика кивнула и улыбнулась. Они договорились встретиться в салоне.

Она надела черное платье из тафты и приколола на грудь брильянтовую брошь. Эндрю заметил украшение и сделал комплимент.

– Она принадлежала моей матери, – ответила Анжелика. – Брошь ей подарил мой отец.

Эндрю было любопытно, кто ее отец, но он не решался спросить, боясь показаться невежливым.

Ужинала Анжелика в каюте. К ней зашла Клара и рассказала, что познакомилась с приятной девушкой из Ирландии, которая отправилась в Штаты повидаться с родственниками. Они подружились, и горничная надеялась увидеть ее в Нью-Йорке. Анжелика тоже надеялась увидеть Эндрю в городе. Между ними установились дружеские отношения, которые скрасят обоим поездку и помогут залечить душевные раны.

Анжелика заметила, как за их прогулками по палубе с интересом наблюдают другие пассажиры. Они с Эндрю представляли великолепную пару. Дамы восхищались нарядами Анжелики и каждый день с нетерпением ждали, что она наденет сегодня. Кроме того, ее загадочный образ интриговал и не давал им покоя. Эндрю нравилось проводить с Анжеликой время. С ней он ощущал себя важным и особенным.

Она всегда внимательно слушала его, задавала вопросы, и было видно, что ей с ним интересно. В отличие от других женщин, которые неприкрыто скучали или проявляли любопытство к странным деталям, словно не понимали, о чем идет речь.

Погода стояла отличная. Днем Анжелика и Эндрю часами прохаживались по палубе, обсуждая разные темы, и играли в карты, а по вечерам часто ужинали вместе.

За время плавания они многое узнали друг о друге и к концу путешествия чувствовали себя так, будто всегда были знакомы.

– Я хотел бы встретиться с вами в Нью-Йорке, если вы не возражаете, – промолвил Хэнсон накануне прибытия в порт, когда они пили шампанское в салоне.

Анжелика думала, что всю дорогу будет оплакивать свою несчастную жизнь, но вместо этого повстречала приятного человека, и поездка превратилась в сказочное путешествие.

– С превеликим удовольствием, – мягко ответила она, слегка потупив взор. Иногда ей было трудно выдержать его открытый взгляд. Анжелика видела, что Эндрю ею очарован. Кроме того, он был, пожалуй, первым джентльменом, который ей во всем подходил. Хэнсон был молод, не женат, привлекателен, и Анжелике нравилось общаться с ним. В то же время она понимала, что вряд ли подходит мистеру Хэнсону, особенно учитывая ее недавнее прошлое. И все же, несмотря ни на что, она не хотела упускать свое счастье.

– Где вы остановитесь? – тихо спросил он.

– У меня забронирован номер в отеле «Сити», – ответила она. – Первое время поживу там, пока не подыщу себе дом на полгода, а может, и дольше.

Хэнсон задумчиво кивнул.

– Буду рад вам помочь, если хотите. Я лучше вас знаю Нью-Йорк и могу порекомендовать хороший район.

– Определенно, – улыбнулась Анжелика.

– И с удовольствием покажу вам город, – продолжил Эндрю.

Ей явно понравилось это предложение.

На следующий день они стояли бок о бок на палубе, когда «Дездемона» причалила к берегу. Анжелика в сером плаще, отделанном чернобурой лисой, и в шляпке такого же цвета выглядела так, словно сошла со страниц журнала мод. Все женщины смотрели на нее с неприкрытой завистью.

– Вас кто-нибудь встретит? – спросил Эндрю обеспокоенно.

Она покачала головой.

– Я заказала экипаж, который довезет меня до места.

Хэнсон одобрительно закивал:

– Отлично. Немного погодя я заеду к вам в отель – убедиться, что все в порядке.

– Со мной все будет хорошо, – заверила его Анжелика, но была благодарна Эндрю за помощь. Конечно, она и без него справилась бы, но появление Хэнсона в ее жизни стало даром судьбы. Она с удовольствием проводила с ним время – и ему это тоже нравилось. Они оба излечились от душевных ран.

– Вы будете очень заняты? – спросила она.

Хэнсон кивнул:

– Мне следует вернуться к делам. Я избегал их целых два месяца. Вот и весь отпуск, на который можно рассчитывать по причине разбитого сердца, – улыбнулся он. Недавнее прошлое его явно уже не тревожило. Эндрю обернулся к Анжелике и серьезно произнес: – Вы изменили всю мою жизнь. Я никогда не думал, что такое возможно. – Ему хотелось, чтобы Анжелика это знала, прежде чем они окунутся в серые будни Нью-Йорка.

– Как и я. Я полагала, что прорыдаю всю дорогу, – Анжелика улыбнулась. – А провела много чудесных часов с вами, Эндрю. Спасибо.

Он не ответил, только взял ее изящную ручку и не выпускал до тех пор, пока не объявили о том, что трап спущен на причал. Они вместе сошли на берег, и оба сияли от счастья. Эндрю помог Анжелике сесть в экипаж, а когда она обернулась к нему, поцеловал ее в щеку. Он и представить не мог, что не будет рядом с ней каждый день.

Хэнсон сообщил Анжелике свой адрес, чтобы в случае чего она могла послать ему весточку.

– Скоро увидимся, – мягко произнес он.

Она помахала ему из окна кареты.

Глава 18

Отель «Сити», лучший отель Нью-Йорка, оказался еще больше и роскошнее, чем Анжелика ожидала, но с даром отца и собственным капиталом она вполне могла позволить себе в нем поселиться. Ее апартаменты оказались прекрасно оформлены, отвечали всем требованиям и полностью оправдывали свою цену. Клара заняла комнату на верхнем этаже, где жили все горничные.

Спустя два часа после прибытия, когда служанка еще разбирала багаж хозяйки, а Анжелика заказывала ланч, в номер доставили огромный букет роз. На карточке, приложенной к цветами, было написано: «Добро пожаловать в Нью-Йорк. Уже скучаю по Вас. Ваш Э. Х.». Не успела Клара поставить розы в вазу, как в номер вошел служащий и сообщил, что некий мистер Хэнсон желает видеть миссис Латэм.

– Конечно, проводите его, – ответила Анжелика и дала слуге чаевые.

Через несколько минут в гостиную вошел Эндрю, совершенно счастливый и кипящий энергией, и поцеловал Анжелику в щеку.

– Как вам идея прокатиться по Нью-Йорку? – предложил он. Стоял красивый осенний день, и Эндрю решил, что дела подождут до завтра. – Еще один день отдыха не повредит моим делам, – с озорством добавил он.

– Так вы никогда не станете президентом, – шутя, отчитала его Анжелика, надевая плащ.

Они прекрасно провели время, увидев все главные достопримечательности Нью-Йорка.

Анжелика заметила, что женщины Нью-Йорка одевались скромнее, чем парижанки, хотя и здесь встречались дамы в красивых туалетах. Анжелика даже приметила несколько впечатляющих шляпок – впрочем, уступающих ее собственным.

Эндрю был в восторге от нарядов Анжелики. Он в жизни не видел, чтобы кто-то так тщательно следил за модой. Его бывшая невеста в этом плане отличалась простотой, да и не могла похвастаться утонченным вкусом. Хэнсон начал подозревать: их разрыв на самом деле подарок судьбы. Как и встреча с Анжеликой, конечно.

В отель они вернулись только поздно вечером.

Следующие несколько дней Эндрю приглашал Анжелику то в театр, то в оперу, то на ужин с танцами «У Дельмонико» и в «Саду Нибло».

Время от времени они встречали знакомых Эндрю, и тот с гордостью представлял им свою спутницу. Джентльмены неизменно оказывались сражены красотой Анжелики, а дамам нравилась ее дружелюбная манера общения. Пусть она и выглядела истинной аристократкой, в ней не было ни капли высокомерия.

Вдвоем они осмотрели несколько домов, куда Анжелика могла бы переселиться из отеля, но ей ничего не приглянулось, и она предпочла остаться в «Сити». Однажды вечером, после ужина в ресторане, Эндрю поцеловал Анжелику – крепко и страстно. Со дня их знакомства прошло уже шесть недель, и он не мог больше довольствоваться поцелуями в щеку. Анжелика не возражала – она полюбила Хэнсона всем сердцем.

Приближалось Рождество. Засыпанные снегом улицы были украшены гирляндами. Вернувшись однажды с прогулки, Анжелика не успела снять меховую муфту, как Эндрю взял ее за руки, чтобы согреть их, и неожиданно встал на одно колено.

– Эндрю, что вы делаете? – ошеломленная, спросила она.

– Анжелика Латэм, – на глазах Хэнсона выступили слезы от переполнявшего его волнения, – согласны ли вы стать моей женой?

Анжелика совершенно не ожидала этого. Она и не мечтала выйти за него замуж, хотя искренне любила его. На ее глазах тоже выступили слезы, она закивала.

– О боже мой, да… да… мой милый, как я люблю тебя, – вымолвила она.

Эндрю поднялся и заключил невесту в крепкие объятия. Перед его мысленным взором открылась картина счастливого будущего. Что же до Анжелики… Ей следовало многое поведать Хэнсону, но она боялась потерять его. Как ему понравится рассказ о том, что в действительности происходило в Париже? Что его невеста – бывшая мадам известного борделя? Впрочем, может, и не нужно ничего ему говорить. Ей не хотелось ни вредить ему, ни лгать. Одно Анжелика знала наверняка: она любит Эндрю и желает стать его женой. Ничего подобного раньше она не чувствовала.

– Я так люблю тебя, – вот и все, что она смогла выговорить.

Он ничего не знал о ее прошлом и принимал Анжелику такой, какая она есть. Чего же боле? И разве может она рисковать всем, рассказав ему правду? А вдруг он узнает от кого-то другого? Но Нью-Йорк казался ей бесконечно далеким от всего, что происходило в ее прошлом. Пока Анжелика раздумывала, Эндрю начал строить планы.

– Нам требуется найти дом, – взволнованно проговорил он, – и надо как можно скорее обвенчаться. Нам нечего ждать. – Он на мгновение задумался. – Не следует ли мне написать твоему брату и попросить у него твоей руки? Я знаю, вы не ладите, но я не хотел бы оскорбить его или сделать что-то не так.

– О, его не обидеть таким образом, – тихо ответила она, вернувшись с небес на землю от слов жениха. – Ему все равно, он меня страстно ненавидит. Так что никого не надо спрашивать.

– А пригласить твоих братьев на свадьбу?