Охранитель. Война с Альянсом Назимов Константин

Боится, что заглохнем посреди дороги! Ничего, добрались, правда, когда я уже выходил из машины, движок стал троить, явно на последних каплях горючего доехали…

Из окна ресторана наблюдаю и головой качаю. Мои охранители толкают заглохший «мерседес», а про свои обязанности забыли. Хотя… им ведь известно, что в ресторане имеются вышибалы и охрана Марты. Опять-таки господа офицеры здесь частые посетители, опасаться нечего.

– Любезный, – обратился я к распорядителю зала, пытаясь вспомнить, как его зовут, – желаю отобедать, но без шика.

– Будет сделано, ваше высокопревосходительство, – провел парень по своим напомаженным волосам и, чуть в поклоне согнувшись, указал рукой: – Проходите, ваш столик всегда свободен.

– Благодарю, – кивнул я, сдерживая улыбку.

Мне вспомнилось, как распорядитель заставил кухню трудиться, когда я примерно такими же словами сообщил ему о своем намерении перекусить. Стол заставили всевозможными блюдами и чуть ли не со слезами на глазах просили подождать, пока сбегают на рынок за поросенком, мол, так получилось, что его в распоряжении повара не оказалось. Ничего, разобрались, слава богу – кухня начала с салатов и не приступила к чему-то основательному. Поэтому-то и уточнил для распорядителя, чтобы тот не перестарался.

Иду через зал и сдержанно приветствую собравшихся. Далеко не всех знаю, но вежливо киваю в ответ и даже пожал руку вскочившему поручику, лицо которого смутно знакомо. Он вроде из танкистов, но не уверен. Гм, а чего это я упустил вопрос о знаках различия? Появились новые рода войск, а служат в них пехотные офицеры и солдаты. Усевшись за свой столик, вытащил из кармана блокнот и записал, чтобы придумали эмблемы на форму. Про надписи и флаги на технику речь не идет, Катерина расстаралась, можно сказать, сверх меры, очень ее рисунки яркие. Пока ждал заказ, пролистал свои записи, вычеркивая уже сделанное и подчеркивая, на что необходимо обратить пристальное внимание.

– Иван Макарович, можно присоединиться? Не прогонишь? – раздался голос Марты.

Владелицу ресторана я уже приметил, они с моей пресс-секретаршей вошли в зал и неуверенно, перешептываясь (явно что-то замыслили!), приближались к моему столику по большой дуге.

– Марта! Конечно, как я могу отказать такой очаровательной женщине! – воскликнул я и, встав, поцеловал ей ручку, после чего задумчиво посмотрел на Лису-Марию. – И вас, госпожа пресс-секретарь, рад видеть, – сдержанно ей кивнул, намекая, что та находится на службе и потому лобызать ей руку не собираюсь.

Сумел таким образом и приличия соблюсти, и свое недовольство показать. Адъютанта-то своего не наблюдаю, а он обязан находиться непосредственно рядом с Лисой-хитрюгой! Не дай бог, отчудит чего-нибудь моя пресс-секретарша – и разгребай потом последствия.

– Ваше высокопревосходительство, так мы присядем? – чуть склонила голову Марта, и в ее глазах блеснуло лукавство.

– Конечно, – указал я на свободные стулья у столика, – прошу оказать мне такую честь. Надеюсь, вы отобедаете со мной. Как-то одному махать ложкой в вашем обществе не позволит воспитание, а кушать очень хочется.

Ха! Этими словами сбил их с толку! Марта и моя пресс-секретарша переглянулись… усмехнулись и на стулья уселись. Не повелись, хорошо меня изучили.

– Хорошо, что желаете сказать? – со вздохом уточнил я.

– Иван Макарович, свите императрицы лучшего места для завтраков, обедов и ужинов, чем это заведение, не отыскать, – произнесла Лиса-Мария. – Тут рядом большая гостиница, всего в паре минут…

– А там они не могут столоваться? – поинтересовался я. – Честно говоря, не понимаю, из-за чего такой сыр-бор, – пожал плечами. – Где будут питаться горничные, охранители и подлизы императорской свиты – мне все равно. Этот вопрос не стоит моего внимания. Не находите? Кстати, Марта, неужели ты думала, что я воспротивлюсь? Извини, но окончательно портить отношения с Ларионовым не собираюсь.

– Господин Марков свою протеже проталкивает, а он с вами много и долго общался, и я подумала, что… – начала Марта, но я ее перебил, что не очень-то вежливо, тем не менее и так понятно, что скажет.

– Градоначальник отвечает за многое, нам есть о чем с ним беседовать. Кстати, в ресторации, если так можно выразиться, у госпожи Беляевой я трапезничал не так давно, – усмехнулся и головой покачал, – да-с, ее заведение специализируется на других услугах. Не приглянулось оно мне.

На этом можно было бы поставить точку в разговорах, тем более что Марта повеселела, Лиса-Мария с облегчением выдохнула, а официантка принесла заказанный мною обед. Кушать один не пожелал, женщин, можно сказать, принудил составить мне компанию. Марта ест неохотно, моя пресс-секретарша и вовсе полупустую ложку в рот тянет. А чего они хотели? Пришли с просьбой, которую я удовлетворил (иначе поступить не мог, но им-то это неизвестно!), так теперь хоть сплетни послушаю.

– Щи-то у повара удались! – прокомментировал я еду. – Как считаете?

Женщины неуверенно со мной согласились, продолжая вяло ковыряться ложками в тарелках. Иногда этикет приходится весьма кстати!

– Что слышно в городе, какие новости и, кстати, где мой адъютант? – посмотрел я на Лису-Марию.

– Савелий Петрович решает вопрос с ковровыми дорожками. Мы насчитали, что требуется около пятидесяти метров… – начала моя пресс-секретарша, а Марта произнесла вместе с ней совершенно другое:

– Господин Варинов сказал, что у него образовалось одно дело, расследованием которого заняты Анзор и Картко.

– Подробности знаешь? Рассказывай, – попросил я, с аппетитом расправляясь с жаренной ломтиками картошкой и внушительным куском отбивной. – Кухня, как всегда, на высоте! – прокомментировал, чувствуя, что голод утолил и теперь можно поварам отдать должное.

– Мне мало что известно, Савелий Петрович беседовал с парой моих девочек. Предлагал кого-то наказать и вывести на чистую воду. Это я краем уха слышала, – пожала плечиками Марта.

– Так… – Я резко отодвинул в сторону тарелку, аппетит пропал. Знаю своего адъютанта хорошо, тот сообразителен, но риски оценивать не умеет. – Немедленно пойдем: с кем-нибудь из этих дам нам нужно срочно переговорить! – резко встал из-за стола под удивленными взглядами владелицы заведения и своей пресс-секретарши. – Марта! Не сиди, время можем потерять!

Владелица заведения встала, явно не понимает, что меня в ее словах не на шутку заставило обеспокоиться. Хотя сопоставить историю пропажи девиц легкого поведения с предложением Варинова – это элементарно! Подпоручик и сам не прочь поразвлечься с девицами, но начальник контрразведки и Глеб Сидорович тогда бы не упоминались. Не так давно мы с адъютантом обсуждали ловлю на живца. Разговор вышел случайный, не понял я Савелия Петровича, рассуждающего о хитром приеме рыбалки, думал, речь идет про поимку преступников или боевые действия…

– Необходимо учитывать риск поражения. Каждый человек на счету, а командиры обязаны в первую очередь заботиться о подчиненных, – сказал тогда я.

– Иван Макарович, а при чем тут это? – недоуменно спросил Варинов. – Нет, риски, если ловишь с лодки или с тонкого льда, существуют, но они минимальны! Потеря же живца не так страшна.

– Какой лед, какая лод… – начал я, но осекся, понимая, что мы говорим на разные темы. – Савелий Петрович, а о чем вообще разговор?

– О ловле хищницы-щуки, – ответил подпоручик.

– Гм, а я-то вам толкую про тактику введения противника в заблуждение. Это может потребоваться при поимке обычного преступника или в бою.

– Можно подробнее? – заинтересовался мой адъютант.

Несколько примеров я ему привел, впрочем, Савелий Петрович и сам мои слова дополнил. Ему известен такой прием, как он сказал, правда, почему-то название не знал. Мне тогда показалось, что мой адъютант слукавил, не задумывался он, что так можно и преступников ловить. Впрочем, ему простительно, он не полицейский, а боевой офицер, и ловить карманников – не его дело. Зато теперь у меня имеются подозрения, что Варинов ввязался в авантюру, которая может стоить жизни не только ему, но и «живцу».

Мы с Мартой поднялись на этаж «отдыха и развлечений». Владелица ресторана вызвала в зал трех девиц легкого поведения, которые, увидев меня, принялись активно крутить попами и бюстами, выставляя на обозрение свои прелести. Нет, они недурны собой: соблазнительные фигурки и симпатичные личики, одеты опять-таки вызывающе, но сейчас не до утех. Эх, когда же время такое настанет, что смогу хотя бы отоспаться? Нет-нет, не с этими жрицами любви, а один, в собственной постели, с отключенным телефонным аппаратом и… нет, лучше уехать в тайгу, там не так быстро отыщут.

– Дамы, – обратился к собравшимся, – мне необходимо в деталях знать, что и как вам предлагал мой адъютант.

Девицы между собой переглянулись, хихикнули, а потом одна из них заявила, чуть не вогнав меня в краску:

– Ваше высокопревосходительство желает знать все интимные подробности и позы, в которые нас ставил подпоручик? Нет, мы можем рассказать, тем более что он человек приличный и в извращениях не замечен. Наоборот, не слишком раскрепощен, часто извиняется и уточняет, не сделал ли кому больно и хорошо ли той или иной девице!

– Варька! Не лыбься и дуру из себя не строй! – прикрикнула Марта.

– Ой, да вы что!.. – сделала та большие глаза. – Я готова все-все рассказать, могу и лично продемонстрировать. Иван Макарович такой желанный и мужественный, мы прямо все готовы с ним отправиться хоть на край света. Правда, девочки? – обратилась нахалка к своим товаркам.

– Варя, палку-то не перегибай, – хмуро ответила ей брюнетка с короткой стрижкой. – Ваше высокопревосходительство, не слушайте ее, – она махнула рукой на хотевшую что-то возразить девицу, – она вечно шебутная. Господин Варинов и в самом деле предлагал подработать, да еще и прославиться. Обещал, что если все получится, то и в газетах про нас пропечатают, может быть, и с фотографией, сулил и награду. Правда, точной суммы так и не назвал.

– А что сделать просил? Где он сейчас, знаете? – спросил я, прислушиваясь к собственной интуиции, которая кричит, что медлить нельзя.

Девицы между собой переглянулись, одна из них пояснила:

– Савелий Петрович просил заигрывать с одним господином, якобы случайно с тем столкнувшись. Намекать о готовности за денежку доставить ему удовольствие. Когда же тот согласится и предложит отдохнуть с ним где-нибудь, сразу согласиться.

– И? – нетерпеливо уточнил у них. – Кто этот господин? Вы пытались, а он не клюнул? – Последнее слово вырвалось, так как все время крутится в голове мой разговор с адъютантом о рыбалке.

– На меня он внимания не обратил, – со вздохом призналась Варя. – Так-то он складен, молод и при деньгах. Как зовут – не знаю, да и толку-то от его имени! – Она махнула рукой.

– Ирэн с ним флиртовала; подробности не знаю, но что-то про тысячу золотом говорила, – произнесла брюнетка.

– Сейчас-то эта Ирэн где? – мрачно спросил я, чувствуя, как время уходит.

– Она сегодня выходной взяла, – обеспокоенно ответила Марта, понимая, что не так просто спрашиваю и начинаю нервничать. – Иван Макарович, да что в этом такого?! Решила девочка подзаработать, я никогда этому не противилась, если по согласию и заразы не подцепит.

– Савелия Петровича кто-нибудь видел? – потер я щеку, а потом прошелся по залу и закурил.

– Утром господин подпоручик заходил, чему-то веселился, когда с Ирэн переговорил. Та, кстати, лучший свой наряд надела и у меня брошку выпросила, – заметила третья девица.

– Понял, – кивнул я. – Никто, значит, не знает никаких подробностей, в том числе с кем собралась ваша подруга встречаться и как этого господина звать-величать?

– Ой, да какая она подруга! – отмахнулась Варя. – Мы просто вместе работаем и стараемся не передраться за клиентов.

Хм, честно и откровенно, а самое главное – точно все охарактеризовала. Молодец, но сейчас вопрос в другом! Чувствую, что Варинов мог свои силы не рассчитать, сам погибнет и женщину не спасет. И как поступить?

– Мне нужен телефон, – задумчиво проговорил я.

– Мой кабинет в вашем распоряжении, – пожала плечиками Марта.

Как ни странно, но Лиса-Мария сидит этакой мышкой, явно не желая, чтобы я на нее внимание обратил. Что-то знает? Если правильно понимаю ее выражение лица, то нет, она оказалась не в курсе событий и ее это злит.

Первым, кому решил попытаться позвонить, – Анзору. Увы, его на месте, в контрразведке, не оказалось, как и Александра. С остальными людьми, занимающимися поимкой шпионов и проведением разведывательных операций, я плохо знаком, поэтому стал вызванивать Картко. Увы, Глеба Сидоровича тоже не застал. Вот когда можно с завистью вспомнить о мобильных телефонах в моем времени или хотя бы пейджерах. Увы, этого нет и в ближайшие годы не будет. Можно отправить на поиски вестовых, сообщить городовым, но на это уйдет не меньше пары часов.

– Иван Макарович, скажите, вы считаете, что Савелий Петрович вышел на след маньяка, который проводит ритуалы и убивает проституток самыми ужасными способами? – осторожно спросила моя пресс-секретарша.

– С чего вы так решили? – задумчиво поинтересовался я, между тем понимая, что, похоже, предстоит самому нанести визит мануфактурщику. Тут уже не до оперативных разработок и поимки с поличным, если под угрозой жизни людей. Моих охранителей, как на грех, нет рядом, наверное, толкают машину на заправку. Ждать их не стал, хотел один направиться на мануфактуру, да Лиса-Мария у Марты подмогу попросила. Вышибалы оказались парнями из деревни, но в городе уже полгода, пообвыклись, да и сами по себе сообразительные, хотя и с простинкой. Сразу заявили, что кому угодно ноги переломают, только укажите, мол, на злодея.

– Оружие есть? – поинтересовался я.

– У нас кулаки лучше любой дубины, – прогундосил Федя, как он сам представился.

– Не сомлевайтесь, не подведем, – вторил ему Игнат. – У меня есть нож, метаю его на десяток метров, могу белке в глаз попасть.

– Угу, – покивал я, – хорошо. Подстраховывать меня станете и не давайте никому со спины ударить исподтишка.

Поймал извозчика, который отказывался брать за проезд до Проньской улицы. Возница твердо заявил, что с самого Хозяина Сибири он денег не возьмет. Пререкаться я не стал, время уходит. А вот стоящая рядом Лиса-Мария от поездки отговорила:

– Ваше высокопревосходительство, а зачем вам на мануфактуру-то? Вряд ли там окажется искомый господин.

– И как мне узнать, где он? – ехидно поинтересовался я, занося ногу, чтобы в пролетку забраться.

– Так вы позвоните на телефонную станцию, – пожала та в ответ плечами. – Телефонистки адресок и подскажут.

Гм, ничего не сказал, махнул вознице, что, мол, не поеду, а сам поспешил в Мартин кабинет, чтобы подсказкой своей пресс-секретарши воспользоваться. И как сам до такого простого и очевидного решения не додумался? Хотя Лиса-то в своих аферах явно разными методами пользуется, недаром ее Анзор долго отыскать не мог. Журналистка хитра и умна, однако чересчур деятельная особа и не просчитывает дальние последствия своих действий.

Действительно, адрес владельца мануфактуры я от барышни-телефонистки получил в два счета. Особо порадовало, что когда вновь на улицу вышел, то Василий Петрович на автомобиле к крыльцу подрулил. Правда, с ним всего два охранителя, вторая машина вышла из строя. Не заводится, хоть ты тресни.

– Едем на Луговую улицу, пятый дом. Возможно, что убийца девиц легкого поведения является его владельцем и там сейчас находится одна из жертв. А подпоручик Варинов в этой истории желает получить крест, до вот только, может, и не на грудь, – мрачно обрисовал я сложившуюся ситуацию своим людям.

– Фигово, – пробормотал Василий Петрович, и «мерседес» резко стартанул.

– Вы только нас не угробьте, – попросил я, когда мы разминулись с телегой, перевозившей пожитки какой-то семьи.

– Да скорость небольшая, – ответил Василий и добавил: – Вы, ваше высокопревосходительство, если бы сами за руль сели, то уже бы выжали из двигателя все возможное.

Хм, знает, в чем упрекнуть: грешен, люблю погонять… Через десять минут мы уже подъехали к каменному забору по нужному адресу.

– Оружие держим наготове, – обратился я к охранителям, а водителю приказал: – Василий Петрович, двигатель не глушить, если потребуется подмога, то гони в ближайший околоток.

– Есть, – коротко ответил.

– Пошли, – кивнул сидящим на заднем сиденье охранителям и первым выбрался из салона.

Как один из них меня обогнал и первым в калитку позвонил, я так и не понял! Дело свое знают; даже когда какой-то слуга дверь отворил, и то мне слова сказать не дали. Семен Викторович, поручик, что первым шел, наган ко лбу слуги приставил и спросил:

– Хозяин дома? Быстро отвечать!

– Н-нетути их… – проблеял слуга.

– Не ври, паскуда! – ударил в лоб привратника Семен Викторович. – Гости у барина твоего есть?!

Слуга-то не отлетел внутрь двора по причине, что поручик его левой рукой за грудки держал. Кстати, слуга получил рассечение, не глубокое, а все лицо в крови и уже рубаха запачкана.

– Ты бы лучше мозгами шевелил, – усмехнулся стоящий позади подпоручик Васенцов. – Неужели не узнал Хозяина Сибири? Соврешь ему – и тебя на дыбу отправят!

Это он о чем? Какая, к лешему, дыба? Или я чего-то о методах дознания не знаю? Хм, следует у Александра Анзоровича поинтересоваться, какие сейчас методы в ходу, и особо бесчеловечные – запретить. Ну, или пожурить за них.

– Помилуйте! – У привратника ноги подкосились, а поручик его уже не держит.

Слуга бухнулся на колени и, не обращая внимания на идущую из рассечения кровь, попытался в прыжке мои ноги обхватить. Семен Викторович этого не позволил, по ребрам слугу ударил, но не сильно, ребра у того не хрустнули.

– Говори, у нас нет времени! – рыкнул я.

– Тута барин, у него гостит какой-то подпоручик с мадамой. Кстати, дамочка фривольная, явно из увеселительного дома! – выпалил слуга.

– Где они? – спросил я.

– Так ить Матвей Семенович их решил в своей лаборатории с чем-то ознакомить. Нам туда дорога заказана под страхом плетей! – испуганно ответил привратник.

– Веди! – рыкнул я и нехорошо усмехнулся: – Нам твой барин обрадуется.

– Прошу за мной, господа хорошие, – подскочил на ноги слуга и ладонью кровь с лица попытался смахнуть, но больше размазал.

Привратник засеменил не к особняку, а к стоящему в стороне гостевому домику. По дороге узнали, что, кроме пары служанок, поварихи, дворецкого и самого привратника, выполняющего роль дворника и садовника, на территории никого нет, если не считать владельца и его гостей. Ну, можно чуть-чуть выдохнуть. Я опасался, что можем столкнуться с преданной челядью, готовой за своего хозяина вступиться.

– В дом я не пойду, – опустил глаза привратник. – Простите, господа хорошие, но тогда точно со своей шкурой распрощаюсь. Вы с барином договоритесь, а я-то останусь.

– Сами войдем, – хмыкнул я и дернул дверную ручку.

С первой попытки проникнуть в дом не удалось, изнутри закрыто на засов, но небольшая щель между дверным полотном и косяком имеется. Помня, как Анзор со своим помощником устранял такую проблему, я вытащил нож и попытался повторить их действия. А вот хрен-то, не получилось!

– Ваше высокопревосходительство, – обратился ко мне поручик, – можем дверь выбить или через окно внутрь попадем. – Он кивнул на открытую раму.

– Шуметь не стоит, – принял я решение и встал напротив окна. – Подсади!

– После меня, – покачал тот головой и кивнул подпоручику: – Спину подставь!

Семен Викторович лихо взобрался на подоконник, оттолкнувшись от моего второго охранителя, и, подпрыгнув, подтянулся чуть ли не на одной руке, во второй держа револьвер.

– Иван Макарович, у двери ждите, сейчас ее открою, – раздался его шепот, а потом он исчез в помещении.

Прислушиваюсь к происходящему, готовясь в любой момент начать действовать силовыми методами (дверь ломать!). Повторить трюк поручика никакой сложности не представляет, но если его обнаружат, то нас могут и пулей встретить. Однако через пару минут дверь, тихо скрипнув на несмазанных петлях, отворилась, и мы втроем оказались внутри дома.

С первого взгляда берет оторопь: стены увешаны мерзкими картинами. И кто такое мог написать?.. Одни убийства, то головы рубят, то расчлененка… Брр! Кстати, дом явно не убирается, хотя это и понятно, слугам вход воспрещен, а сам мануфактурщик ручки в пыли пачкать не желает. Тут и там попадаются сатанинские рисунки и пентаграммы на стенах и полу. Мы, держа оружие наготове, медленно обходим комнату за комнатой, нет никого. У меня уже закралось сомнение, что привратник наврал и тут пусто, но откуда-то донесся вскрик женщины, оборвавшийся на высокой ноте.

– Подвал! – шепнул поручик и стал оглядываться.

– Обычно вход в него на кухне или под лестницей, – подсказал подпоручик.

Это и так хорошо известно, я уже направился в сторону, где видели грязную посуду. Кстати, неужели сатанист все-таки тарелки сам моет? Или он их выкидывает?.. Я выругался про себя: что за мысли – в такой-то момент?!

– Иван Макарович!.. – раздался приглушенный голос Семена Викторовича. – Дверь – под лестницей!

Мы как раз в холле оказались, и поручик осторожно потянул на себя дверь, которая легко и без скрипа поддалась. Сделав шаг в темноту, Семен Викторович охнул одновременно с каким-то лязгом.

– Капкан… – прошипел поручик, сидя на ступеньке лестницы, уходящей вниз.

Как он сумел удержаться и не упасть – непонятно. Скрипит зубами, а капкан-то – на медведя или какого-то другого большого хищного зверя, мог и кость перебить.

– Подпоручик, помогите другу, – попросил я и, пока те не вздумали протестовать, стал осторожно спускаться вниз. Короткую перебранку со стороны своих охранителей пропустил мимо ушей, как и то, что следом заспешил подпоручик, оставив Семена Викторовича самостоятельно разбираться с капканом.

Я же спешу, тут промедление и в самом деле может смерти быть подобно. Слышу, как хриплый мужской голос на непонятном языке какой-то псалом распевает. От запаха и вовсе в горле першит: даже благовония здесь мерзкие, противные. Наконец-то дошел до зала, где происходит кровавый обряд, и смог облегченно выдохнуть – успел! На стенах чадят факелы, освещая подвальное помещение. Высокий мужик в балахоне с капюшоном на голове держит в руках большую книгу, стоя на возвышении меж двух нарисованных красной краской (или кровью?!) пентаграмм. Мой адъютант и незнакомая девица лежат нагие, руки и ноги у них разведены в подобие звезды и примотаны к вбитым в пол железным прутьям. Девица испуганно моргает, во рту у нее кляп из ее же белья, ну, наверное, ибо кружевные трусики сатанист или плененный подпоручик вряд ли носят. Варинов же без сознания, на лице большой кровоподтек, а вот бок залит кровью из пореза, надеюсь, не глубокого.

– Прошу прощения, но вынужден прервать ваш обряд, – хмыкнул я.

Сатанист прервался, швырнул в меня книгу и выхватил револьвер из-под своего одеяния.

Глава 9

Мероприятия

Действовал владелец дома проворно, однако я не стал ждать и пытаться взять его живым. Да и зачем? Устроить прилюдный суд, а потом казнь?.. Просто выстрелил в маньяка несколько раз: первые пули из моего револьвера попали ему в грудь, а последнюю послал между глаз. Теперь он никого не тронет и, надеюсь, отправится в ад.

– Девку развяжи, – коротко приказал своему охранителю, который позади громко дышит, а выстрелить так и не успел.

Я сделал несколько больших шагов и склонился над Вариновым, обследуя его ранения. Гематомы и ссадины на теле поручика осмотрел бегло, сразу же прижав платок к ране на боку, чтобы остановить кровь. Н-да, кровопотеря немаленькая, но порез поверхностный, внутренние органы не задеты, и главное – мы успели вовремя, так что жить будет.

Позади меня, всхлипывая, заголосила Ирэн, бессвязно рассказывая, как она тут оказалась.

– Вещи подпоручика собери, и сама оденься, не сверкай своими телесами! – обернувшись, рявкнул я на даму легкого поведения.

Нет, той не привыкать ходить в неглиже и тем более она не собирается смущаться перед мужиками, которые обычно на нее смотрят как на объект желания. Тем не менее она резко замолчала и попыталась выполнить приказание. Растерянно смотрит, ведь простые движения доставляют боль, мышцы затекли и не слушаются. Да еще в подвале пол каменный и холодный, тут на раз можно заработать воспаление легких или простудиться.

– Подпоручик, помоги даме, – обратился я к своему охранителю.

– Есть, – бойко отрапортовал тот, первый раз произнеся хоть одно слово за довольно долгое время.

Осторожно срезал веревку с рук и ног своего адъютанта, потом и кое-как одел его. Девица пришла в себя и разминает мышцы, но теперь отчетливо слышно, как стучат ее зубы. Размышляю, как оттащить Варинова наверх, лестница крутая и узкая, носилок у нас нет, а перемещать раненого необходимо осторожно. При беглом осмотре я не заметил сильных повреждений, но могут оказаться скрытые. Наверху раздались какие-то крики, брань, а потом по лестнице затопали сапоги. Кто это еще пожаловал? Слуги сатаниста или у него имелись последователи, которые очень огорчатся гибели своего предводителя? Наставил револьвер на вход, но сразу же его спрятал, после того как раздался голос:

– Иван Макарович, ваше высокопревосходительство, не стреляйте, пожалуйста!

– Господин Картко, зачем же мне палить в своего начальника полиции? – хмыкнул в ответ, опознав говорившего.

– А то я вас не знаю, – с усмешкой вошел в зал Глеб Сидорович, – вы же в такой ситуации сперва стрелять начинаете, а потом – разговаривать! Кстати, это не так и плохо, – осматриваясь, заметил он.

– И как же вы тут оказались? – поинтересовался я, вставая на ноги.

Следом за Картко в зал зашли человек пять жандармов и двое в гражданской одежде, с последними я не раз сталкивался – сыщики, работающие рука об руку с Глебом Сидоровичем.

– Служба у нас такая, расследовать всякие преступления, – подошел начальник полиции к убитому сатанисту. – Матвей Семенович Грудчиняев – собственной персоной, убивец родного отца и дяди, свихнувшийся на поклонении дьяволу и принесший в жертву двенадцать дам, работавших проститутками. Н-да, милочка, – посмотрел он на Ирэн, – вы должны были замкнуть его пентаграмму и стать тринадцатой.

– Так он хотел меня убить?! – воскликнула дама и прикрыла рот ладошкой, в ужасе выкатив глаза.

– Н-да, гм, – крякнул Картко, – а вы решили, что после такого обряда вас отпустят на все четыре стороны? Впрочем, это не важно, вы, милочка, приведите себя в порядок и ждите наверху. – Он махнул в сторону выхода.

Передернув плечами, так и не одевшись, Ирэн, прижимая к груди одежду и туфли, поспешила уйти из мрачного подвала.

– Подпоручика необходимо осторожно вынести и переправить в больницу, – сказал я, продолжая обследовать Варинова. – У него не вижу травм, несовместимых с жизнью, однако потерял много крови, есть гематомы на голове.

– Сидоров, Семенов, слышали, что Иван Макарович сказал? Быстро, но осторожно, словно вазу хрустальную несите! – обратился Картко к своим людям в штатском.

– Есть! Сделаем! – ответили те вразнобой.

Подпоручика унесли, он в себя не пришел, но это и к лучшему, без сознания не так остро переносится боль.

Мы с Картко подошли к сатанисту. Черт побери, совсем молодой парень, на пару лет младше меня. Вот что у людей в мозгах происходит? Все же имел, развлечения, деньги, женщин… Хотел чего-то большего?

– Глеб Сидорович, а как вы здесь оказались? – наконец-то поинтересовался я мучившим меня уже минут десять вопросом.

– Работа такая, ваше высокопревосходительство, – ответил тот. – Следует признать, что, не опереди вы нас, могли бы появиться еще два трупа. Тем не менее на этого субъекта, – он брезгливо поморщился, указав своей тростью на застреленного, – выйти удалось после агентурной работы. Изначально мы ошиблись, искали маньяка, но потом проконсультировались со священником, который сталкивался с общинами, поклоняющимися дьяволу. Тот-то нам и объяснил значение пентаграмм, вытащенных у жертв внутренностей и многое другое.

– Допустим, – кивнул я. – Но как вы вышли именно на этого человека? – указал на мертвого сатаниста.

– Это не так важно, у нас имеются маленькие секреты, – чуть заметно улыбнулся Картко. – В любом случае вы, Иван Макарович, нас опередили.

Ну, ничего не стал ему отвечать, подозрительно посмотрел и промолчал. Глеб Сидорович уже отдает приказы о начале обыска. Обещает через день-два предоставить все доказательства вины сатаниста, в чем, собственно, нет необходимости. Я же решил тут больше не задерживаться и не мешать следствию. Правда, у злополучного домика столкнулся со своей пресс-секретаршей, которая что-то усердно в блокнот записывает со слов стоящего моего охранителя.

– Ваше высокопревосходительство! – вытянулся подпоручик. – Семена Викторовича и Савелия Петровича повезли в больницу. У поручика нога опухла, и он на нее ступить не может.

– Это и так понятно, – мрачно ответил я, не спуская глаз с Лисы-Марии. – Госпожа пресс-секретарь, а что вы, собственно, тут позабыли? Или возложенные на вас обязанности уже выполнили?

– Ой, Иван Макарович, да вы так сильно-то не волнуйтесь, – усмехнулась эта рыжая плутовка. – Встреча поезда императрицы пройдет по высшему разряду. Приготовления практически завершены, и даже оркестр отрепетировал торжественные марши. Остается только приветственная речь, которую вы произнесете, и то, что в ответ Ольга Николаевна скажет.

– Какая еще речь?! – возмутился я.

– А как иначе? – развела она руками.

Страница блокнота мелко исписана, и там я даже рассмотрел схематично нарисованную пентаграмму.

– Мария Генриховна, – прошипел я, начиная выходить из себя, – речей не будет! Хлеб-соль или что там положено – пожалуйста, но молотить языком не собираюсь.

– Гм, Иван Макарович, – улыбнулась она мне, – давайте этот момент обсудим в другой обстановке, мне еще следует доложить, что сделано, и показать план мероприятий.

– Поехали в управу, – мрачно произнес я.

– Гм, ваше высокопревосходительство, – смущенно сказал подпоручик, – Василий Петрович, водитель наш, повез раненых в больницу.

– Тогда поймаем пролетку, – поморщился я, поняв, что остался «без колес».

Охранитель в двухместную пролетку не поместился, принялся еще одну ловить. Мы же с Лисой-Марией, которая продолжает что-то быстро писать (и это при тряске!), отправились в управу. Размышляю над тем, что же пресс-секретарша желает опубликовать из услышанного от подпоручика и нужно ли мне это. Народ следует успокоить – мол, изверг не просто пойман, а пристрелен при попытке оказать вооруженное сопротивление.

– Анна Максимовна, голубушка, пока беседую с госпожой Соловьевой, вы нас не беспокойте, – отдал распоряжение своей секретарше и делопроизводителю, когда оказался в управлении.

– Иван Макарович, все поняла, – покивала та. – Документы на подпись у вас на столе, там же газеты. Господин Марков звонил, уточнял время встречи в резиденции императрицы.

– Черт! – взглянул я на часы. – Нехорошо получилось, опоздал. Анна, вы с градоначальником свяжитесь и извинитесь от моего имени. Встречу отложим на пару часов, обязательно прибуду. Да, передайте ему, если он абсолютно уверен, что все в полном порядке, то может меня не ждать.

Побьюсь об заклад, что Михаил Алексеевич меня обязательно дождется. Не сомневаюсь: в резиденции полный порядок – за свое кресло градоначальник держится.

– Что вы собрались о сатанисте публиковать? – задал я вопрос Лисе, как только мы вошли в кабинет.

– Есть два варианта, – хмыкнула та.

– Вот как? Интересно, – закурив, тоже усмехнулся я и прошел к окну. – Мария Генриховна, вы присаживайтесь и удовлетворите мое любопытство: что там у вас за варианты?

– Первый – рассказать все как есть. Люди такому обрадуются, сам наслед… ой, Хозяин Сибири ситуацию разрешил, – как бы размышляя вслух, произнесла госпожа Соловьева.

Сделал вид, что ее оговорку не заметил. Честно говоря, уже давно рукой махнул на то, что иногда мне напоминают о дальнем родстве (не доказанном со стопроцентной вероятностью!) с царем Тартарии. Нет-нет да и мелькнет статейка о том, как бы вышло замечательно, если бы Сибирью правил свой царь. И это при нашей-то цензуре! Правда, подается все завуалированно, то под видом интервью какого-нибудь известного человека, то просто придумывают журналисты историю, которая не происходила на самом деле.

– А второй вариант? – поинтересовался я.

– Наша полиция проявила чудеса и отыскала мерзавца. При попытке ареста произошла перестрелка, э-э-э… минут на двадцать. Закончилось все предсказуемо, загнанный в угол сатанист получил пулю между глаз от… ну, скажем, лично начальника полиции или рядового полицейского. Этот момент с господином Картко следует согласовать, – усмехнулась Лиса. – Думаю, он на любой вариант согласится.

– Потому что кое-чем вам обязан? – поинтересовался я и добавил: – Как вы успели отыскать Картко и сообщить ему, куда я направился?

– Побойтесь бога, ваше высокопревосходительство! – мгновенно отреагировала пресс-секретарша на обвинение. – Этого сделать я никак не могла – сами представьте, сколько бы времени понадобилось полиции! И потом, где я, а где Картко!

Ее эмоциональная речь только подтвердила мои подозрения. Она стуканула Глебу Сидоровичу! Правда, претензий не собираюсь высказывать, уверен, главный сыскарь в любом случае докопался бы до истины. Да и не смог он помешать пристрелить мерзавца, что само по себе радует, а то бы арестовал, то да се, и тот мог бы попытаться сбежать из тюрьмы до приговора. А с его-то деньгами это было бы вполне возможно. Даже при наличии неопровержимых улик и то судебные заседания ушлые адвокаты могут затянуть на пару месяцев. Да, рассмотрение дела в суде, если у тебя очень много денег, можно отодвинуть, но вот приговор в любом случае окажется справедливым.

– Прекратите, – отмахнулся я, – претензий в данном случае предъявлять не собираюсь. Знаете, Лиса, вы сегодня оказались плохой актрисой, я вашу хитрость раскусил. С Глебом Сидоровичем вы вместе к дому сатаниста прибыли.

– Кто это вам сказал? – наморщила лоб моя пресс-секретарша. – Иван Макарович, вы ни с кем не разговаривали! Или это очередной ваш прием на слабо?

– Вы прокололись с блокнотом, – хмыкнул я.

– С чего такой вывод? – озадачилась госпожа Соловьева.

– Не мог мой охранитель столько текста надиктовать, а пентаграммы в подвале были немного другой формы. Следовательно…

– Поняла, – перебила меня Лиса-Мария, – признаю, имела беседу с господином начальником полиции. В том числе и договорилась, что, если вы откажетесь фигурировать в статье об этом деле, тогда он выйдет на первый план.

– Это до того, как ему адрес назвали? – понятливо хмыкнул я.

– Да, – кивнула прохиндейка. – Но, признаю, Картко сумел меня удивить. По пути к дому Грудчиняева он мне рассказал о десяти подозреваемых, и сатанист, которого вы застрелили, числился среди них. Так что можно считать, что Глеб Сидорович на него в любом случае вышел бы. Так что же, ваше высокопревосходительство, какой вариант отправить в печать? Учтите, на месте задержания сатаниста народа много побывало, слухи и сплетни пойдут гулять по Екатеринбургу, если вы откажетесь упоминаться действующим лицом этой драматической истории.

Хм, а ведь она меня к стенке приперла. Точнее, говорит правильные вещи, а о том, какие слухи поползут, если представленная информация окажется недействительной, могу только догадываться.

– И что же желаете людям рассказать? – поинтересовался я.

– Что вы лично занялись этим делом параллельно с начальником полиции и контрразведкой. Все в итоге пришли к одному и тому же выводу, преступника изобличили, но именно Хозяин Сибири первым пришел на помощь несчастной жертве и заложнику. В короткой схватке, как и следовало ожидать, убийца ничего не смог противопоставить вашему мужеству и отваге. Справедливость восторжествовала, и возмездие настигло подлого изверга и душегуба.

– Ну, в целом более-менее нормально, только поменьше бы пафоса и упоминания моих личных заслуг, – поразмыслив, согласился я. – Теперь к насущным делам: рассказывайте, что там у нас с подготовкой к встрече императрицы.

– Как вам известно, Ольга Николаевна прибудет через… – Лиса-Мария взяла небольшую паузу, а потом выдохнула: – Прибудет завтра.

Вот всего ожидал, но не такого поворота событий! Сказать ничего не успел, слова не слишком литературные на языке крутились, а пресс-секретарша продолжает:

– Как вам также известно, крещение происходит на третий, восьмой или сороковой день после рождения. Последний срок для императрицы совершенно не подходит, столь долго она у нас не собирается гостить. А вот насчет восьмого дня… – Лиса-Мария вдруг нахмурилась. – Иван Макарович, простите великодушно, а вы уже приготовились стать крестным отцом?

– Э-э-э… если ты про подарки, то кулончик приобрел для малыша, тогда еще не знал, что Катерина двойню родит, – ответил я.

И тогда госпожа Соловьева мне рассказала, что крестный отец должен делать и какие принято от него подарки ждать, в том числе и обязательные. Также она поведала в общих чертах о собственно таинстве крещения, поняв, что я ничего об этом не знаю. Гм, больше всего меня напрягло, что ухаживать за младенцем, в том числе и держать его на руках прорву времени, предстоит лично мне, со всеми, так сказать, вытекающими проблемами. Готов смириться с тем, что придется менять подгузник, но, черт побери, наблюдать-то за моими действиями будет не только священник, но и императрица! Ох, боюсь, опозорюсь…

– Кстати, а чего на третий-то день? Детишки только родились, слабы еще, думаю, крещение следует сдвинуть хотя бы на восьмой! – потерев подбородок, заявил я.

– Это уже зависит от родителей, – широко и, как мне показалось, хищно улыбнулась Лиса. – Очень я сомневаюсь, что ваша сестра рискнет и затянет крещение детей. Катерина Макаровна спит и видит, чтобы крестной матерью стала Ольга Николаевна.

Непроизвольно зубами скрипнул: доводы убийственные и, боюсь, завтра денек окажется тот еще. Хотя нет, еще ведь и сегодня до вечера далеко. Приезд важных гостей, начальства – всегда головная боль. Приходится носиться, словно в одно место ужален, решать пустяковые вопросы и отдавать распоряжения, проверять подготовку к встрече, лихорадочно вспоминать, не забыли ли чего. Анзор тоже с ног сбился, на него я взвалил многое. Все готовятся к прибытию императорского поезда, но как-то неспешно, на мой взгляд.

Из запланированного – вроде все сделать успел. Побывал на заводах, провел инспекцию в аптечных пунктах. В резиденцию заехал и вместе с дождавшимся меня градоначальником прошелся по этажам, заглядывая в комнаты. Время было уже около полуночи, везде горел свет, сверкали надраенные полы, придраться ни к чему я не смог, да и не очень-то хотел. В общем и целом мне понравилась резиденция, правда, парк я бы не так разбил и фонтанов сделал не больше двух. Хорошо хоть скульптур немного, но я их в темноте мог не все заметить.

Оркестр играет бравый марш, я же, подавив зевок, стою на перроне рядом с Гастевым и Анзором, градоначальник и начальник полиции находятся чуть позади, а моя пресс-секретарша что-то обсуждает с отцом Даниилом. Вокруг находятся жандармы, военные в парадной форме с автоматами за спиной. Охранители проинструктированы и передвигаются между встречающими людьми, выискивая подозрительных.

Послышалось три гудка паровоза, медленно прибыл поезд, привезший знатных гостей. К вагону императрицы я отправился один, точнее, моя свита шествовала на удалении, и остановились они тоже метрах в десяти. Меня встретил Ларионов, сухо поздоровался и шепнул:

– Ну и устроили вы, Иван Макарович, показуху! Неужели забыли, что Ольга Николаевна не любит пышных торжеств?

– Вениамин Николаевич, а как бы вы на моем месте поступили? – озадаченно ответил я.

– Черт его знает, – признался тот, а потом громко сказал, чтобы слышали окружающие: – Ваше высокопревосходительство, Ольга Николаевна желает переговорить с вами. Прошу, следуйте за мной.

– Не вопрос, – буркнул я, но потом опомнился и громко ответил: – Почту за честь!

Страницы: «« « 345678910 » »»