Твоя тень Дивер Джеффри

– оружие: предположительно, украденный «глок» детектива Габриэля Фуэнтеса (гильзы для сравнения отсутствуют);

– отпечатки гребневой кожи – не обнаружены;

– следы зацепа на гильзах от выбрасывателя – совпадают с найденными на месте убийства Фредерика Блантона;

– 7 девятимиллиметровых пуль;

– схема нарезов на пуле – совпадает со схемой нарезов на пулях, найденных на месте убийства Фредерика Блантона;

– отпечатки гребневой кожи – не обнаружены;

– следы обуви – не обнаружены;

– следы транспортного средства – не обнаружены.

• ВТОРНИК. Стадион средней школы «Эмерсон». Система школьного радиовещания:

– отпечатки гребневой кожи – не обнаружены;

– следы обуви – не обнаружены;

– следы транспортного средства – не обнаружены.

Дополнительные улики, восстановлены:

– кальций в порошке: биологически активная добавка или медикамент?

• ВТОРНИК. Парк через дорогу от гостиницы «Маунтин-Вью»:

– сигарета «Мальборо», требуется генетическая дактилоскопия;

– растяжка: рыболовная леска (производитель не установлен);

– отпечатки гребневой кожи – не обнаружены;

– следы обуви – не обнаружены;

– следы транспортного средства – не обнаружены.

• СРЕДА. Дом Эдвина Шарпа.

Снаружи дома:

– обнаружены следы обуви (предположительно, ковбойские сапоги, размер и пол их владельца определить невозможно);

– следы транспортного средства – не обнаружены.

Дополнительные улики:

– триглицериды (сало);

– цветовая температура ламп прожектора: 2700 кельвинов (желтый оттенок);

– температура плавления: 4–8 °C;

– относительная плотность: 0,91 при 40 °C;

– плесневые грибки;

– химикаты: лимонит, гётит и кальцит;

– минеральное масло с добавлением известково-серного раствора;

– кальций в порошке: биологически активная добавка или медикамент?

– оксалат аммония.

Внутри дома:

– латексные перчатки (производитель не установлен; отличаются от перчаток, найденных на месте убийства Роберта Прескотта);

– следы моющих средств: уничтожение улик (?);

– сигареты, запах табака, спички, зажигалки – не обнаружены.

Линкольн Райм окинул список оценивающим взглядом и произнес:

– Что ж, неплохо… Но и нельзя сказать, чтобы хорошо! За работу!

Глава 53

– Сколько входов и выходов в концертном зале?

– Всего двадцать девять, включая служебные входы, погрузочно-разгрузочные платформы и окна. Мы проверили маршруты до каждой двери и до каждого окна, но все бесполезно: там тысячи тысяч самых разнообразных следов.

– Да, мне это знакомо. Иногда трудность заключается не в отсутствии улик, а в их великом множестве. Чарли, ты молодец. Хорошая работа. Знать количество входов и выходов для нас очень важно.

– Спасибо, сэр.

– Зови меня просто Линкольн, – отозвался Райм, весь поглощенный созерцанием таблицы.

Райм и Шин взялись за дело. Дэнс наивно полагала, что присутствие коллеги сделает Линкольна менее раздражительным, однако ошиблась. Первое разочарование Райма не заставило себя ждать. Когда эксперт выяснил, что за домом Эдвина с заднего двора наблюдали с двух точек, он задал вполне естественный вопрос: какие улики откуда? На всех пакетах висели ярлычки с одной и той же надписью: «Задний двор. Дом Эдвина Шарпа. Вудворд-Серкл-Уэст».

– Честно говоря, мы даже не пытались их разделять, – признался Шин. – Нам это и в голову не приходило.

– Ах вот как? – Насмешливый тон Линкольна был бедному Чарли что острый нож в сердце. – Советую учесть на будущее, дабы впредь не допускать подобных косяков.

Однажды Райм сказал Дэнс следующее: «Важно не только „что“, но и „где“. Покупая недвижимость, ты ведь оцениваешь район? Точно так же и в криминалистике: нашла вещественное доказательство – будь добра, сделай пометку, где конкретно ты его обнаружила. Повторюсь: важно не только „что“, но и „где“».

Но недовольство Линкольна мигом испарилось, когда он узнал, что улики, которые, вероятно, мог обронить преступник, раскладываются по отдельным пластиковым пакетам. Внимание к мелочам было главным его требованием. Порадовали Райма и образцы следов злоумышленника, собранные не только в точке непосредственного наблюдения за домом Эдвина, но и в местах, расположенных вокруг.

К вящему удовольствию Линкольна, команда Шина для сравнения собрала не меньше сотни образцов со всех мест преступления.

– Вот это я называю работой криминалиста, – сказал Линкольн.

«Наверное, самая драгоценная похвала, на какую он только способен», – подумала Кэтрин, наблюдая за совместной деятельностью Райма и Чарли.

– Помнится, вы говорили что-то про сигаретный пепел?

– Да, мы хотели бы знать, совпадают ли образцы найденного сигаретного пепла, – подтвердила Стэннинг.

– Ответить на этот вопрос я могу без всякой экспертизы. Нет. Такие улики никогда не совпадут, – отвечал Линкольн, поворачивая голову к Кристал. – Совпадение возможно лишь в том случае, если две вещи абсолютно идентичны. Отпечатки гребневой кожи ладоней и пальцев, следы обуви одного и того же человека, без сомнения, окажутся идентичными. Сюда же можно отнести генетические следы и – не всегда, но все же – ширину нарезов на пуле. Иногда можно учитывать следы, оставленные инструментом, но тут все зависит от конкретной ситуации. А что касается сигаретного пепла, то я мог бы сказать что-то, лишь проанализировав период полураспада, но это уже другая история – ядерная криминалистика.

Линкольн подъехал к Стэннинг:

– Предположим, ты нашла кокаин, разбавленный на восемнадцать процентов содой и на два процента детской присыпкой. А что, если я дам тебе точно такой же кокаин? Разбавленный в точно таких же пропорциях? Эти улики будут похожи как две капли воды, и суд присяжных не задумываясь скажет, что это кокаин из одной и той же партии и пачки, но будет ли это истиной? Точно так же и с сигаретным пеплом. Какова вероятность, что одну и ту же сигарету начали курить в одном месте, а закончили на другой день, в другом месте? Вероятность, конечно же, очень невелика, тебе так не кажется?

– Вы определенно правы, – быстро проговорила Кристал, утратив, похоже, всякое желание задавать еще вопросы Линкольну.

– Был ли хоть один случай, когда вы предоставили суду доказательства вины, а подозреваемого потом отпустили на свободу? – поинтересовался Шин.

– Ни одного, – с напускной скромностью отвечал Райм. – Естественно, залог успеха в том, чтобы не спешить. Не запускать судебную машину, прежде чем будут собраны неоспоримые доказательства вины подозреваемого. Хотя я иной раз был бы не прочь обманом заставить преступника признать свою вину. Ну да ладно, давайте делать тест на индуктивно-связанную плазму.

– Масс-спектрометрия? Это мы можем, – отозвался Шин.

– Вы меня радуете.

– Но, любопытства ради… Зачем проводить подобную экспертизу? Это же сигаретный пепел…

– Для определения количества металла, конечно же, – пояснила Амелия Сакс.

Чарли Шин хлопнул ладонью по лбу:

– Черт, как же я сам-то не догадался! Гениально!

– Лучше способа для определения марки сигарет и не придумаешь, – раздумчиво отвечал Линкольн. – Особенно когда ничего, кроме пепла, нет. Куда лучше, разумеется, было бы провести экспертизу щепотки табака. Определив, насколько табак высох, можно установить точное время, когда щепотка эта превратилась в улику. А по веществам, которые в процессе высыхания табак впитал в себя, несложно предположить, где он до этого хранился… Однако надо понимать, что срок годности такой улики ограничен, – подумав, прибавил он.

Пока он говорил, Шин приготовил образец сигаретного пепла, и через несколько минут они получили результаты экспертизы. Посмотрев на монитор, Райм произнес:

– Цинк – 351,18, железо – 2785,74 и хром – 5,59. Мышьяка нет. Что ж, господа, мы имеем дело с «Мальборо».

– Вы это все на память знаете? – спросил пораженный Арутян.

Линкольн Райм пожал плечами, а точнее – только одним плечом. Неспособный из-за паралича на большее, он использовал этот жест, чтобы выражать самые различные эмоции.

– Вполне вероятно, что в обоих случаях мы имеем дело с одним и тем же человеком. Но не стоит забывать про такую штуку, как совпадение. Подозреваемый номер один мог выкурить сигарету «Мальборо» на месте нападения на Шери Таун, а подозреваемый номер два, стянув или стрельнув сигарету у первого, мог устроить ловушку для Кэтрин в парке напротив гостиницы «Маунтин-Вью». Из разряда фантастики, конечно, но в практике криминалиста и не такое встречается. Как долго ждать результатов генетической дактилоскопии?

– Еще несколько дней.

Линкольн поморщился:

– Да уж, ничем не лучше, чем в Нью-Йорке. Думаю, экспертиза нам ничего не даст – преступник слишком умен. Уверен, сигарету он не прикуривал: поджег кончик, а затем раздул огонь. Кстати, Эдвин Шарп курит?

– Раньше курил, – ответила Дэнс. – А может, и до сих пор балуется – наверняка мы не знаем.

– Еще возникли затруднения со следами обуви. Четкий у нас только отпечаток носка одного сапога, – сказал Шин. – Если это, конечно, вообще сапог.

– Согласна, это действительно похоже на ковбойские сапоги, – кивнула Амелия, разглядывая снимок отпечатка, сделанного электростатическим съемником. – Несколько лет тому назад ковбойские сапоги в Нью-Йорке разлетались как горячие пирожки. Виной всему стали внезапно набравшие бешеную популярность танцы в стиле кантри. Линкольн постоянно пополняет базу отпечатков обуви, но ваш след недостаточно четкий, чтобы определить производителя.

– Так, что там у нас дальше по списку?.. Ага, леска. Про нее, боюсь, сказать нечего: просто леска, – вздохнул Шин. – Ненавижу слово «просто», но что есть, то есть. Давайте-ка лучше взглянем на гильзы. Как я уже и говорил, в Шери, похоже, стреляли из того же самого пистолета, что и в Блантона.

– В отличие от сигаретного пепла, с пистолетом дела обстоят проще, – произнес Райм и заверил их: – Не бойтесь, здесь я точно придираться не буду. Скажите только: откуда взялся пистолет? Вы, по-моему, говорили, будто бы его украли у одного из ваших сотрудников?

– Вполне возможно, перед нами оружие Габриэля Фуэнтеса. Если что, детектива уже отстранили.

– Это я помню.

– Хотел бы я знать наверняка, – промолвил Шин. – Так нам было бы проще изобличить Шарпа. Он как раз находился неподалеку от автомобиля Габриэля, когда пропал ствол. Но утверждать, что это был Эдвин, мы не можем.

– Разве? – возразил Райм. – Дайте-ка мне поближе взглянуть на следы зацепа от выбрасывателя и на схему нарезов.

Шин разложил перед Линкольном фотографии восстановленных пуль и гильз.

– К сожалению, сравнить не с чем: образцов пуль и гильз Габриэля у нас нет. Я, конечно, звонил ему, но…

– Так я уж догадался, что сравнивать вам не с чем.

– Ну да, и немудрено, иначе разве бы мы стали просить вас о помощи!

– Вот именно, – отозвался Линкольн и нахмурился, вглядываясь в фотографии. – Сакс?

Несмотря на то что Линкольн и Амелия были больше чем просто коллеги, они все равно обращались друг к другу исключительно по фамилии. Кэтрин это всегда умиляло.

Сакс взглянула на фотографии и, не дожидаясь вопроса, ответила:

– Как по мне, так примерно тысячи четыре.

– Хорошо, – сказал Линкольн. – Мне понадобится серийный номер пистолета Фуэнтеса.

Поиск по компьютерной базе быстро выдал результат. Райм пробежал глазами по цифрам на экране:

– Так, пистолет выпущен четыре года тому назад нашими талантливыми австрийскими друзьями. Позвоните Фуэнтесу, спросите, когда он купил свой «глок» и как часто из него стрелял.

Арутян созвонился с Габриэлем, что-то записал в блокнот, а затем поднял на Линкольна глаза.

– Нам от него еще что-нибудь нужно?

– Нет, пока все. Но пускай будет на связи.

Фуэнтес купил «глок» три года назад и был его единственным владельцем. Два-три раза в месяц он ездил упражняться на стрельбище, каждый раз расходуя около пятидесяти патронов.

Райм задумчиво воззрился на потолок.

– Пятьдесят выстрелов, каждые две недели, в течение трех лет… На сегодняшний день получается три тысячи девятьсот выстрелов, – произнес он и посмотрел на Амелию. – Да у тебя, Сакс, глаз-алмаз!

– Вздутие латуни и трещины по диаметру шейки гильзы, а также глубина и ширина нарезов на самой пуле говорят о том, что из оружия стреляли часто и много, – пояснила Амелия остальным.

Шин, будто припоминая что-то, согласно покивал:

– Получается, стреляли из пистолета Габриэля.

– Скорее всего, – уточнила Сакс.

– Микроскоп! – воскликнул Райм. – Чарли, у тебя есть микроскоп?

– Электронный?

– Нет-нет-нет! Электронный мне ни к чему. Молекулярная микроскопия не понадобится. Дай мне простой, световой микроскоп. Оптический, Чарли, оптический!

– А, ну так бы сразу и говорили! – ответил Шин. – Прошу сюда.

Линкольн подъехал к столу с двумя тяжелыми составными микроскопами: один – биологический, с нижней подсветкой, для исследования полупрозрачных объектов, а второй – металлографический, с осветителем отраженного света, для исследования непрозрачных объектов. Шин взялся было подстраивать микроскопы, но знаменитый эксперт отогнал его от стола. Ловко управляясь одной правой рукой, он подготовил предметные стекла. Попеременно заглядывая в оба микроскопа, Райм рассмотрел образцы и произнес:

– Чарли, поздравляю. Эти улики вы очень хорошо отработали. Можно еще раз взглянуть на оригинальные снимки?

Шин вывел на экран монитора снимки: Линкольн внимательно изучил их и снова посмотрел на образцы. Вглядываясь в окуляры микроскопов, он без конца что-то бормотал себе под нос, но что именно – сказать наверняка Дэнс не могла.

– Так-так-так… Очень хорошо… А это что за чертовщина? Да ладно! Интересно-интересно… Что ж… – заключил Райм, отрываясь от окуляров и доставая предметные стекла. – Значит, вот этот образец проверьте по базе плесневых грибков, а для этого проведите реагентный тест – чем раньше, тем лучше.

– Реагентный мы сделаем без проблем, – отозвался Шин, – а вот с базой плесневых грибков – затык. Нет у нас такой базы.

– Бог ты мой, – пробормотал Райм и продиктовал логин и пароль от своей криминалистической онлайн-базы данных.

Чарли, не теряя времени даром, зашел туда и принялся делать пометки в блокноте.

– Арутян, ты ведь армянин? – осведомился Райм, вновь изучая составленные Амелией и Шином таблицы.

– Да. Тут, во Фресно, одна из крупнейших армянских диаспор в США.

– Ага, наслышан.

«И как только Райм догадался? – Кэтрин в очередной раз подивилась энциклопедическим познаниям Линкольна. При всем при том Райм иногда затруднялся дать ответ на самые элементарные вопросы, на которые ответили бы даже дети. – Наверняка, зная состав металлов в сигарете „Мальборо“, он понятия не имеет, что Земля вращается вокруг Солнца!»

Линкольн Райм и в самом деле предпочитал знать только то, что могло помочь ему в расследованиях.

Наконец Шин объявил, что результаты тестов готовы. Райм просмотрел их и сравнил с предыдущими данными, полученными местными криминалистами.

Несмотря на приблизительные результаты тестов, этих данных такому специалисту, как Линкольн, было более чем достаточно.

– Так, значит, задний двор Эдвина Шарпа. Обнаружены следы плесневого грибка и минерального масла. Что я могу сказать? Вместо химических пестицидов зачастую используются пестициды грибкового происхождения, или, как их еще называют, микопестициды. Минеральное же масло входит в состав многих заменителей пестицидов. Что касается дома Эдвина и концертного зала, то и там, и там, как вы знаете, найдены триглицериды. Судя по желтоватому оттенку и температуре плавления, я могу предположить, что это следы костного масла. Им натирают бейсбольные перчатки, ружейные ремни, спортивное и конное снаряжение. Пользуется большой популярностью у снайперов. Раньше масло добывали из костей крупного рогатого скота, поэтому оно и получило такое название, а сейчас производят из свиного сала, – глядя на таблицу, произнес Линкольн, а затем нахмурил брови. – А вот откуда взялся оксалат аммония – сказать сложно. Это еще предстоит выяснить. А лимонит, гётит и кальцит – пустая порода.

– Что еще за «пустая порода»? – спросил О’Нил.

– Минералы, не содержащие извлекаемых элементов. Короче говоря, мусор, который остается после переработки руды. Следы этой самой пустой породы найдены на трубке телефона-автомата в Университете Фресно, откуда преступник перед нападением звонил Кейли, – пояснил Линкольн, а затем, вновь глянув на пакетики с уликами, с воодушевлением прибавил: – Ах да! Кальцит из этой пустой породы присутствовал не только там, но также и в помещении, где находился пульт управления системой школьного радиовещания, и на заднем дворе Эдвина. Только это не БАД и не лекарство. Это костная мука.

– А разве костную муку нельзя есть?

Линкольн Райм нахмурился:

– Не думаю, что кто-нибудь станет употреблять ее в пищу. Кстати, забыл сказать: эта конкретная мука сделана из человеческих костей.

Глава 54

– Чтобы подтвердить происхождение костной муки, располагая столь мизерным количеством материала, нам потребуется конфокальный лазерный сканирующий микроскоп, – объявил Райм, озираясь с таким видом, будто в лаборатории Шина и в самом деле было где-то спрятано это волшебное устройство.

Чарли Шин давно мечтал о таком микроскопе, но управление шерифа округов Фресно – Мадера не могло позволить себе столь дорогое оборудование.

– На девяносто девять процентов уверен, что эта мука из человеческих костей – провалиться мне на этом месте, если я ошибаюсь. Морфология, геометрия частиц не дадут соврать, – сказал Райм и присовокупил: – Только вот что нам делать с этими сведениями применительно к нашему расследованию – ума не приложу. Кто-нибудь из персонажей этой трагедии работает хирургом или дантистом?

– Нет.

– Как насчет гробовщиков? – подал голос Деннис.

– Ну, Арутян, это ты загнул! Гробовщики, в отличие от судмедэкспертов и патологоанатомов, с костями дела не имеют. А ведь в Университете Фресно, откуда звонил наш злоумышленник, наверняка есть медицинский факультет?

– Ага, – отозвался Арутян.

– Что ж, такая версия звучит правдоподобно. Человеческие скелеты в аудиториях наверняка найдутся, а там, где скелеты, – там и хирургические пилы. Предлагаю, пока не соберем больше сведений, придерживаться версии, что преступник, запачкавшись в костной муке, затем оставил следы на телефонной трубке и на заднем дворе Эдвина.

– Ну, слава богу, хотя бы определились, что преступник – человек, следивший за домом Шарпа, – произнес О’Нил.

– Получается, наш приятель действительно не при делах.

– Если только, – возразила Дэнс, – это не сам Эдвин натряс костной пыли в том месте, откуда за ним следили.

– Верно подмечено, – одобрил Райм.

– Кажется, ни конца ни края не будет этому, – пробормотал Арутян. – То виновен, то нет, потом вроде бы снова виновен – и вот пожалуйста, опять… Да сколько же можно!

Райм опять подъехал к лабораторному столу с микроскопами.

– Но что среди улик делает оксалат аммония?.. Может, виски?

– Вы нашли следы алкоголя? – нарушила свой обет молчания Кристал Стэннинг.

– Нет-нет! Я бы хотел выпить.

– Ах, это… Но мы не держим на работе выпивку.

– Да ладно, в самом деле? – не то с удивлением, не то с издевкой протянул Райм.

– Линкольн, – умоляюще произнес Томас.

– Я просто спросил, – невозмутимо ответил эксперт, заглядывая в окуляры микроскопа.

Тем временем Дэнс и О’Нил изучали изменения, внесенные Амелией Сакс в таблицу Райма.

• ВОСКРЕСЕНЬЕ. Убийство Роберта Прескотта. Сцена концертного зала / оркестровая яма / подмостки.

Прожектор:

– отпечатки гребневой кожи – не обнаружены;

– следы использования инструмента – не обнаружены (закреплен крыльчатыми гайками).

Пятидесятифутовый шнур:

– отпечатки пальцев – не обнаружены.

Детекторы дыма в оркестровой яме:

– заранее отключены;

– отпечатки пальцев – не обнаружены;

– обнаружены следы от латексных перчаток (производитель не установлен; отличаются от перчаток, найденных в доме Эдвина Шарпа).

Картонные коробки в оркестровой яме:

– сдвинуты с траектории падения жертвы;

– отпечатки пальцев – не обнаружены;

– обнаружены следы от латексных перчаток (производитель не установлен; отличаются от перчаток, найденных в доме Эдвина Шарпа).

Дополнительные улики. Сцена концертного зала / оркестровая яма, подмостки:

– триглицериды (сало);

– цветовая температура ламп прожектора: 2700 кельвинов (желтый оттенок);

– температура плавления: 4–8 °C;

– относительная плотность: 0,91 при 40 °C.

ОПРЕДЕЛЕНО: триглицериды относятся к костному маслу. Используется для ружейных ремней, спортивного и конного снаряжения;

– следы обуви – не обнаружены;

– следы транспортного средства – не обнаружены.

• ПОНЕДЕЛЬНИК. Убийство Фредерика Блантона. Бензоколонка / река Сан-Хоакин:

– 2 девятимиллиметровые гильзы;

– оружие: предположительно, украденный «глок» детектива Габриэля Фуэнтеса (гильзы для сравнения отсутствуют).

ОПРЕДЕЛЕНО: вероятнее всего, украденный «глок» Фуэнтеса;

– отпечатки гребневой кожи – не обнаружены;

– следы зацепа на гильзах от выбрасывателя – совпадают с найденными на месте нападения на Шери Таун;

– одна девятимиллиметровая пуля – восстановлена;

– схема нарезов на пуле – совпадает со схемой нарезов на пулях, найденных на месте нападения на Шери Таун;

– катализатор;

– бензин «Шелл» с октановым числом 89;

– бензиновая канистра – уничтожена;

– следы обуви – не обнаружены;

– следы транспортного средства – не обнаружены.

• ПОНЕДЕЛЬНИК. Фресно. Дом Фредерика Блантона:

– отпечатки гребневой кожи – не обнаружены;

– следы транспортного средства – не обнаружены.

• ПОНЕДЕЛЬНИК. Телефон-автомат в здании Университета Фресно:

– отпечатки гребневой кожи – не обнаружены;

– следы обуви – не обнаружены;

– следы транспортного средства – не обнаружены.

Дополнительные улики:

– кальций в порошке: биологически активная добавка или медикамент?

ОПРЕДЕЛЕНО: вероятнее всего, костная мука из человеческих костей;

– химикаты: лимонит, гётит и кальцит.

ОПРЕДЕЛЕНО: вероятнее всего, вышеназванные минералы принадлежат к пустой породе.

• ВТОРНИК. Место нападения на Шери Таун: