Моя темная «половина» Зимняя Кристина
Смуглой женщине, идущей за ним, благополучие данного населенного пункта было совершенно безразлично. Куда больше ее волновали собственные интересы.
– Ариша, звездочка моя, не отс-с-ставай! – прошипел наместник.
– Иду, рыжик! – отозвалась хозяйка борделя и, дернув за обмотанную вокруг запястья цепь, прибавила шагу. – Этот кретин все время на четвереньки приземлиться норовит! – пожаловалась она толстяку.
– М-му, в-ву-у-у! – не то промычал, не то провыл растрепанный блондин, неловко перебирающий босыми ногами позади нее.
На его немытой шее, врезаясь краями в натертую кожу, был плотно застегнут ошейник. Под ним красовался узел из завязок старенького плаща. Кроме этого куска ткани и грязи на мужчине ничего не было. Ариландина не раз после снятия чар поглядывала на подтянутое тело бывшего аристократа, но, натыкаясь на бессмысленный взгляд его светлых глаз, брезгливо морщилась и отворачивалась.
– Как думаешь, почему некоторые мумы в себя не пришли? – поинтересовалась она, очередным рывком поводка вздергивая сменившего позу блондина на ноги.
– Не знаю, Ариш. А у пресветлого гая спрашивать боязно как-то, сама понимаешь. Но, если подумать… Ты же обратила внимание: те, что дольше всех в шкуре пробыли, первыми опомнились. А этот вот из последних. Наверное, сила воздействия заклинания на разум со временем ослабевает, потому и восстановление изначальной личности быстрее идет.
– Возможно, – согласилась женщина. Цепь в ее руках натянулась, больно врезаясь в запястье. – Опять? А ну поднимайся, скотина! – крикнула она, с силой пнув севшего на землю блондина. Тот совершенно по-собачьи взвизгнул и бросился бежать на четвереньках, неожиданно ловко опираясь на руки. Плащ, сбившись вперед, фартуком протащился по мостовой, а затем грязной кучкой осел на камни. Поводок размотался и слетел с запястья Ариландины. – Куда?! – заорала она, нисколько не опасаясь быть услышанной случайными свидетелями, ибо в этой части города давно уже никто не обитал.
– Да пусть бежит, – махнул рукой наместник, – как раз в нужном направлении припустил. А если свернет, так я парочкой несложных заклинаний ему маршрут подправлю. – Он усмехнулся в бороду и подмигнул своей подруге. – Идем за ним!
После короткого забега, слегка подкорректированного слабенькими уколами магических искр, которые срывались с пальцев рыжего преследователя, бывший мум нырнул в пролом городской стены и устремился прочь от Неронга.
Две пары глаз жадно следили за его перемещениями. Десять метров, двадцать, пятьдесят… в конце концов светлый силуэт исчез вдалеке.
– Невероятно, – пробормотала Ариша, мысленно прикидывая, как бы ей поскорее избавиться от компании, чтобы рассказать новость охотнику.
– Сработало… – тихонько, сам себе не веря, прошептал толстяк. – Сработало! – заорал он, напугав птиц, взлетевших с развалин полуразрушенного дома.
Обратно сай О чуть ли не вприпрыжку бежал. В его голове проносились чудные видения. Еще бы! Одно дело быть наместником отрезанного от цивилизации полуразрушенного города, лишенного возможности развиваться, и совсем иное – управлять Неронгом процветающим. Это ж каких дел наворотить можно! Ух, он развернется! А если снимут с должности, так тоже не беда – Рыжий О и управляющим борделя неплохо заработает. Главное, заслать гонца в Тайлаари и провести хорошую рекламную акцию для этой дикой планетки и Неронга – единственного оплота цивилизации на ней. Любопытные, несомненно, потянутся, а значит, и клиентов в доме терпимости прибавится. Где еще развлекаться-то вечерами после экскурсии? Не в театр же со скучными ресторанами ходить. То ли дело бордель!
Хозяйка сего перспективного заведения в противовес разволновавшемуся наместнику была молчалива и энтузиазма не проявляла. Впрочем, занятый своими мыслями рыжий уделял ей мало внимания и ничего не заметил. Добравшись наконец до публичного дома, странная пара разделилась. Наместник отправился в бар пропустить стаканчик-другой в память ненавистного магического купола, не выпускавшего жителей из города почти тысячу лет, а Ариша поднялась наверх.
В коридоре второго этажа ее встретила смазливая рыжая девица по имени Кики. Та самая, на которую хозяйка оставляла все свои дела несколько месяцев назад. Прижимистая, хитрая, способная, но не особо умная, эта девица и раньше была в заведении на особом счету, а посему никого из проходивших мимо служанок и хмельного клиента, поддерживаемого под руку блондинкой в пеньюаре, не удивило ее развязное обращение:
– А-а-ариша! Поговорить надо!
Черноволосая женщина согласно кивнула и открыла дверь в свою комнату. Но едва обе вошли и толстая створка отрезала личные апартаменты владелицы борделя от глаз нежелательных свидетелей, рыжеволосая шлюха закатила Ариландине оглушительную пощечину и злобно прошипела: – Ты где шлялась, дура?
Брюнетка отступила, потирая алеющий на смуглой щеке след, и обиженно уставилась на обидчицу.
– Я же по делу! – сказала, оправдываясь.
– Твои дела определяю я!
– Тебя не было, а…
– Подождала бы, если б головой дорожила!
– Я… Да сними ты уже эту личину, Илин, – не выдержала аше-ара, позволив своему истинному облику проступить сквозь качественную иллюзию.
Нет, смуглолицая Ариша не превратилась в белокожую наемницу, но в темных глазах появился оранжевый блеск, а человеческие зубы обзавелись аше-аровскими клыками. Внешность же Кики подернулась дымкой и поплыла. Миг спустя над зеленым в кружевных оборках платьем красовалась мрачная мужская физиономия, обрамленная белыми волосами с тонкими красноватыми прядями на висках.
– Ну? – голос тоже изменился.
Кейли-Оз невольно хихикнула, глядя на выпирающую из декольте грудную клетку своего компаньона, но постаралась подавить смешок.
– Прости, – потупив глазки, пролепетала она. Злить охотника, который ко всему прочему был еще и мастером кинжалов, ей не хотелось. Кто знает, какой арсенал холодного оружия у него там под юбкой спрятан? – Мы ходили проверять, действует ли купол.
– И?
– И он не действует, Илин-Ули! Совсем!
– Не ори, идиотка, – процедил собеседник.
– И я теперь думаю… – гораздо тише продолжила женщина, привычно игнорируя оскорбление.
– Плохой признак. – Его губы скривила не самая добрая усмешка.
– …кто работать будет месяцев через пять? У меня же все заведение пузатым станет! – закончила мысль фальшивая хозяйка борделя.
– А не заигралась ли ты, Кейл-л-ли? – протянул аше-ар, оценивающе глядя на смуглянку. – Совсем с личиной за эти месяцы срослась, что ли?
– Так она у меня одна, не то что у некоторых, – съязвила в ответ женщина, так же стремительно белея, как мужчина недавно, и на всякий случай отступая от него подальше.
Илин из рода Ули – маг жизни пятого уровня силы, самый опытный среди азоров, которые около десяти веков охраняли Неронг от посетителей, только головой покачал, наблюдая за бывшей лучницей. Переведя взгляд на собственный наряд, он принялся методично рвать бархат и кружево, чтобы минуту спустя выбраться из дурацкого платья. Под ним, как и предполагала Кейли-Оз, обнаружились комплект мужского нижнего белья и… целый набор ножей, закрепленный ремнями на теле. В чем-чем, а в вопросе вооружения мастер кинжалов не изменял себе даже когда носил женскую иллюзию.
Накинув халат, Илин-Ули сел в кресло и, кивком указав женщине на бар, потребовал вина. Картинка, навеянная ее последними словами, была не слишком-то приятной. В момент, когда в Неронге произошел мощнейший выброс силы, он развлекался в одной из комнат борделя со своей постоянной, если можно так выразиться, «подстилкой» под привычной маской местного жителя Гория. Выпученные глаза партнерши и попытка соскочить с его бедер в самый неподходящий момент мужчину взбесили, а беглый взгляд в прикрученное над кроватью зеркало – расстроил. Заканчивать сексуальные утехи бывшему азору пришлось самому с уже бездыханным телом той, кто узнала его тайну. Жаль… эта шлюшка ему по-своему нравилась. Растворить труп в корыте и смыть в канализационную систему мерзкую жижу труда не составило, а вот цеплять на себя личину публичной девки…
Хм… Надо будет бедняжке Кики на днях повеситься, что ли.
Той же ночью в мастерской Сэн…
– А ты можешь просто открыть портал? Без чтения нотаций и без попыток убедить меня не искать айку? – постукивая пальцами по подлокотнику кресла, поинтересовался Кир-Кули.
– Без нотаций? – оперев руки на массивную столешницу, переспросил хозяин Неронга.
– Да.
– И без переубеждения?
Блондин кивнул.
– Хм… – Маг тряхнул головой, откидывая назад длинную челку остриженных на Земле волос, и с нарочито-печальным вздохом выдал: – Не, не могу. Особенно без второго. – Улыбка, скользнувшая по губам, была поистине злодейской.
Аше-ар устало прикрыл глаза, морально готовясь к продолжению и без того затянувшегося разговора. А что делать? Хоть он и стал первым сильнейшим из своей расы, но работать со временем и пространством, увы, пока не умел. А куратор, который по правилам ритуала возврата должен был его всему обучить… Впрочем, обучать Сэн как раз и не отказывался. Даже настаивал на этом. Последние несколько часов особенно активно. Только у Кир-Кули на столь желанные когда-то уроки сейчас совершенно не было времени. Забавно, еще полгода назад он полжизни отдал бы за возможность управлять нитями времени. Следил за пленником, скупал ужасно дорогие свитки древних, пытаясь понять принцип сотворения порталов, но… не видя и не чувствуя исходные материи, как с ними что-то делать? Потому все полученные знания оставались только теорией.
И вот пожалуйста! Случайная смерть с последующим визитом в Бездну подарила ему возможность практиковаться. А он… просто не мог. Мысли помимо воли скатывались к Зое. Это мешало рассуждать трезво, не давало сосредоточиться на занятиях. И нет-нет да и закрадывалась в голову крамольная мысль – может, Светлоликий прав и девчонка со своей прожорливой тьмой ему действительно мозг вынесла? Не мог же он так сильно привязаться к ней за столь короткий срок. Или… мог?
– Сам подумай, эйсард, куда ты пойдешь? – голос Сэн вывел его из размышлений.
– Ты же сказал, что знаешь, где находится город Ийзэбичи.
– Знаю, – не стал спорить зеленоглазый маг. – К счастью, Ырли выучила координаты не только Неронга, но и Тиронга, и мне, как своему будущему куратору, сдала местоположение последнего без особых проблем.
Кир-Кули едва уловимо улыбнулся, представляя синеглазую моэру на допросе у Светлоликого. Учитывая ее плохо скрываемые планы на кого-нибудь из гаев, она б не только координаты сдала, а и свою девичью честь с радостью подарила. Да вот досада, сей товар бывших пленников, увы, не интересовал.
– Отправляться сейчас на поиски Ийзэбичи – это все равно что на подводную охоту пойти, не умея плавать. Да еще и в качестве цели выбрать какого-нибудь зубастого хищника, а вместо оружия прихватить кухонный нож, – занудствовал Сэн.
Будто Кир-Кули сам об этом не знал! Вот только смириться с тем, что его айка, его маленькая, нежная, хрупкая принцесса в лапах дракона-психопата, мужчина не мог.
– По-твоему, нужно оставить сейлин плавать в аквариуме с этим самым хищником? – мрачно поинтересовался он.
– По-моему, нужно сперва хищника оценить, оружие подобрать, территорию оградить. Что с тобой, эйсард? Ты ведь наемник со стажем. Должен понимать, что затея провальная. Ну найдешь ты их в Тиронге, а дальше что? Это его город. Он там король и бог. Что ты с ним сделаешь, Кир из рода Кули? – В голосе сильнейшего звучала откровенная насмешка.
– Сапоги чешуйчатые? – пожав плечами, предположил аше-ар. – И чехлы на сиденья в айкиной машине. Уверен, она оценит.
– Она, она, она… – Сэн поморщился. – Эта сейлин и правда опас-с-сна… для психики некоторых. Включи уже мозг, эйсард. Ничего ей Ийзэбичи не сделает. Красотка права, у него она будет в безопасности. Там на нее никто не додумается покушаться – просто потому, что никто не знает, что сейлин у дракона. А здесь… ты сам видел. До Геллы добрались и не оставили никаких следов. Вывод?
– Сюда ей возвращаться нельзя.
– Вот видишь, – воодушевился собеседник, – а…
– И с этим больным на всю голову рыжим оставаться тоже нельзя, – перебил его аше-ар.
– Кто бы говорил, – проворчал маг, доставая со стеллажа коробку с металлическими деталями. – Судя по тому, как вы носитесь с этой девчонкой, лекарь вам обоим требуется.
«Она же айка», – улыбнувшись, подумал Кир-Кули, а вслух произнес почти равнодушно: – Зоя – сейлин. Редкий зверек с большими возможностями. Неудивительно, что всем нужна. Особенно твоему братцу с его гениальными идеями о суперсильном потомстве. – Белые пальцы до скрипа сжали кожаный подлокотник.
– Судьба у девочки, видать, такая, – покачал головой Сэн. – Инкубатором для сильнейших рабо… Какого мирда, Кир-р-р-р! – хватаясь за виски, прорычал он. – Прекрати немедленно!
– Прости, сорвался, – отозвался аше-ар. Не то чтобы виновато, но…
По открытым участкам его кожи скользили призрачные язычки серебристого пламени, глаза светились не привычной синевой, а серебром. Гай склонил голову к плечу, наблюдая эту картину, после чего сказал:
– Ты заметил, что твоя сила меняет цвет?
– На какой? – заинтересовался блондин.
– Серебристый.
– Такого нет у аше-аров, – отмахнулся он.
– Нет, – согласился с ним куратор, – а у аше-ара-сильнейшего, по-видимому, будет. В зеркало посмотрись.
– Хочешь сказать, после Бездны я стал магом жизни неизвестного уровня силы? – Вместо отражения бывший азор принялся изучать тающие отблески на своей коже.
Сэн пожал плечами.
– Сам посуди. Обычно сильнейшие, проходя третье испытание, получают какой-то новый дар, второй внешний облик и особое зрение, позволяющее видеть пространственно-временные связи. В твоем же случае ничего нового я не заметил. Зато способности, присущие твоей расе, значительно возросли. Не поставь я мгновенный блок, ты бы мне пару минут назад сознание выжег своим дурацким порывом. Мне! Истинно бессмертному гаю, который может спалить зараз целый город. Неслабо, Кир. – И добавил, немного помолчав: – Из рода Кули.
– Учитывая то, что ты теперь мой официальный наставник… – Блондин раздумывал. Собеседник не торопил, с любопытством ожидая продолжения фразы, и оно не разочаровало: – Можешь опускать родовую приставку в обращении. Я твой подопечный, следовательно, в каком-то смысле принадлежу тебе.
– О! – только и сказал гай. – То есть меня не станут убивать за обращение не по правилам? Польщен! – Он улыбнулся. – Значит, ты мне доверяешь? – спросил спустя минуту.
– Можно и так сказать.
Сэн кивнул, возвращаясь к сборке миниатюрного прибора из взятых со стеллажа деталей.
– Тогда послушай, друг мой, наставника, которому ты доверяешь! – Эйсард закатил глаза и откинулся на спинку кресла, предчувствуя очередную проповедь, а гай продолжил: – Первое: с Ийзэбичи ты не справишься без соответствующей подготовки. В лучшем случае он уйдет порталом. Это если ему поиграть захочется. А в худшем – остановит время и снесет тебе башку повторно. И на фарш порубит для надежности. Ты ведь еще даже нити времени толком не видишь. Что уж говорить про управление ими!
– У меня и без этого хватает способностей и опыта, – огрызнулся «ученик».
– Какой опыт, Кир? Ты тысячу лет торчал в лагере, охраняя Неронг от безоружных невест. – Аше-ар поджал губы, но смолчал. Возразить было нечего. Частые тренировки – это всего лишь тренировки, вылазки в город – просто шалости, а настоящие схватки за последнее время действительно были крайне редки. – И эта твоя привязанность к сейлин… Признаться, я думал, что все дело в вашей связи Эо. Ошибся. Когда она оборвалась, стало только хуже. Ты дал волю чувствам, а это неприемлемо. В таком состоянии тебе не выкрасть девчонку у дракона. Он там хозяин, а…
– Повторяешься, – оборвал его Кир.
– То есть ты все равно пойдешь?
Белокожий кивнул.
– Ну и дурак, – сделал вывод хозяин Неронга. – Лучше б гайю Белоснежную выследил, пока твоя Зоя под присмотром и в безопасности. Эта предприимчивая тварь живет и радуется, продолжая строить нам козни, пока ты тут играешь в любовь.
– Ни во что я не играю, – сказал Кир-Кули, поднимаясь с кресла. – Ты закончил? – Он кивнул на несложную с виду конструкцию на столе. – Эта штука поможет открыть мгновенный портал в нужную точку?
– Поможет. – Сэн задумчиво качнул серебристый маятник в металлическом кольце. – А вот это поможет тебе через три дня вернуться обратно. – Он поднял с пола дорожную сумку, которую не было видно из-за каменного основания стола, и достал оттуда ничем не примечательный амулет на кожаном шнурке.
– Одноразовый портал?
– Он самый.
– Дорогая штука.
– Что только не сделает хороший наставник для своего непутевого подопечного, – усмехнулся Ашенсэн. – Ладно уже, иди, – бросив амулет обратно, он протянул сумку Кир-Кули, – ищи свою принцессу. – Водрузив прибор перед стоящим у стены зеркалом, задал нужные координаты и запустил процесс.
Когда фигура эйсарда скрылась в обрамленном золотыми змеями портале, гай Светлоликий убрал собранный на скорую руку механизм, без которого вполне мог справиться, но не хотел, стараясь с помощью кропотливой сборки потянуть время. Затем с коварной улыбкой настоящего злодея проговорил:
– Ищи-ищи… ветра в поле. Все равно не найдешь. – Он бросил взгляд на ставшее обычным зеркало и, подмигнув собственному отражению, добавил: – Зато перебесишься, остынешь и, глядишь, новые возможности от нечего делать потренируешь.
Покинув мастерскую, мужчина направился в детскую. Вошел, остановился напротив украшенных кружевами колыбелек и бросил короткое «Брысь!» нянькам. Обе женщины синхронно подскочили и мышками скользнули прочь из комнаты. Подождав, когда дверь за ними закроется, Сэн активировал звукоизолирующее заклинание и, переводя взгляд с одного младенца на другого, спросил:
– Ну? И как зовут? – Ответом была тишина. – Я вопрос задал, – напомнил детям отец, после чего наклонился над колыбелью белокожей дочери.
– Агу? – выдала она, похлопав ресницами.
– Интересное имя, но… неправильное. Не надо держать меня за идиота. – Светлоликий мило улыбнулся ей. – В нижний город ни один маг без моего ведома не просочится. А Гелла на поверхность не поднималась. Разве что Красотка могла пролезть сквозь защиту… Но покушение на сейлин – не ее лап дело. Так воздействовать на Ангелину мог только я, Кир и… вы. Учитывая, что я этого не делал, а эйсард ею «болен», он скорее всех остальных замочит, чем тронет свою обожаемую айку… – Замолчал, сложил на груди руки и выразительно посмотрел на девочку.
– Агу, – повторила та и улыбнулась отцу.
А в следующий момент дверь открылась, и в комнату вошла одна из нянек.
– Меня зовут Риссэ, а его Тиаро, – сказала женщина. – Приятно, что ты не идиот… папочка.
Глава 2
Здравствуйте, я ваш дракон!
Затянутая в черную кожу фигура по-кошачьи мягко приземлилась и, оттолкнувшись руками от песчаной поверхности, стремительно поднялась на ноги. Воронка портала с тихим хлопком свернулась и бесследно растаяла во влажном жарком воздухе. Кир-Кули скользнул взглядом по руинам каменной стены. Они светлым пятном выделялись на фоне темно-лилового неба, украшенного россыпью серебристых звезд. Аше-ар стряхнул со щиколотки отросток назойливой лианы и, активировав парочку заклинаний невидимости, решительно направился в город. Вернее, судя по виду изуродованной стены, в его останки. Отброшенная в сторону плеть недовольно вильнула и скрылась среди камней. А спустя пару секунд ее похожий на перезрелый плод бутон уверенно клацнул внушительными зубами в попытке ухватить скользящую за гостем тень. Но и с ней растению не повезло. Разочарованно шурша, оно скрылось в ближайших зарослях поджидать менее шуструю добычу.
Несколько часов блуждания среди безмолвных остовов зданий успехом не увенчались. Кир-Кули методично прочесывал руины Тиронга, раз за разом возвращаясь в центр, где, словно дополнительная издевка, на светящейся плите источника лежала женщина. Вот только совсем не та, которую он искал. Кто-то, возможно, и предпочел бы отлитую из золота статую обнаженной красавицы живой, доставляющей массу проблем айке, но аше-ар к таковым не относился. А порубленная на части статуя, внешне так похожая на гайю Белоснежную, загадочно улыбалась. И улыбку эту все больше хотелось… дорубить.
В очередной раз вернувшись к источнику, каким-то непостижимым образом оказавшемуся на поверхности этого царства развалин, блондин смерил взглядом композицию, сложенную из золотых кусков, и сорвавшимся с руки сгустком сребристо-голубого пламени превратил женский силуэт в неровное пятно пузырящейся жижи.
– Так-то лучш-ш-ше, – прошипел он, ни к кому не обращаясь. Да и к кому обращаться-то, если вокруг кроме камней и полуразумной флоры, инстинктивно прячущейся от ночного визитера, не было ни души.
Следовало уже признать то, что Кир-Кули понял с первого взгляда на Тиронг: сейлин здесь нет! Присев на край источающей энергию плиты, эйсард мысленно помянул всех предполагаемых родственников умыкнувшего Зою дракона, уделив особое внимание его брату, который заслал аше-ара в это мрачное место. Полупрозрачная тень, неуловимо следовавшая за ним все это время, устроилась рядом с золотым пятном и, постепенно уплотняясь, приобрела очертания крупной птицы.
– Кар-р-р! – В голосе ворона отчетливо слышались издевательские нотки.
– Ты…
Блондин, бросив яростный взгляд на Кааса, так и не продолжил гневную фразу. Первый порыв – пристукнуть посланника Сэн – как-то очень быстро сошел на нет. Сложно злиться на того, чья сущность всего несколько недель назад была частью тебя. И не просто частью, а спасительной составляющей, благодаря которой Кир из рода Кули стал первым аше-аром, сумевшим преодолеть притяжение Бездны.
– Значит, и ты здесь, – произнес он уже совершенно спокойным, даже немного усталым тоном. – Мне следовало догадаться.
Ворон склонил голову набок, мигнул зелеными пуговками глаз и выставил вперед правую лапу, в которой начал проявляться перевязанный ленточкой свиток. Кир-Кули молча забрал предлагаемое послание, развернул и прочел:
Надеюсь, ты уже слегка остыл, оценил страсть гая Огненного к разрушениям и теперь способен думать головой, а не… назовем это инстинктами.
Записка была короткой и в подписи не нуждалась.
– Вот ведь мирдов сын… в смысле, Сэн! – не без уважения протянул эйсард, вытряхивая на чистую от золота часть плиты содержимое сумки, собранной Светлоликим. Пара книг, стопка рукописных листов с какими-то схемами и флакон коары. – Ты точно знал, что их здесь нет! – констатировал блондин.
– Кар-р-р! – согласно отозвался ворон и принялся чистить клювом и без того идеальные перья.
Впрочем, Кир-Кули в подтверждении не нуждался. Все было понятно и так. Ашенсэн в типичной для себя манере решил проблему, услав подальше эмоционально нестабильного подопечного, ведущего себя, по мнению новоиспеченного наставника, неадекватно. Еще и подстраховал, выдав в сопровождение одного из своих посланников. И досуг обеспечить не забыл, ненавязчиво предлагая застрявшему среди пустых развалин аше-ару заняться самообразованием.
– Значит, тренироваться надо? – уточнил белокожий мужчина, скосив серебристо-голубые глаза на притихшего ворона. Тот прекратил свое занятие и, насмешливо посмотрев на напарника, совсем не по-птичьи кивнул. Клыкасто улыбнувшись, Кир-Кули перевел взгляд на темное ночное небо, где уже давно стервятниками кружили три крылатых силуэта. – Что ж, Сэн, так и быть, потренируюсь, – сказал он задумчиво. – И начну, пожалуй, с практики!
В драконьем логове…
Я проснулась.
Как-то разом вынырнула из вязкой темноты, в которой не было ни капли живительного света, и открыла глаза. Вокруг царил приятный полумрак. За похожей на пронизанную мерцающими нитями вуаль полупрозрачной завесой виднелись каменные стены, уходящие так высоко вверх, что потолок терялся в темноте. Немногочисленная массивная мебель была тоже вытесана из камня.
– Где я? – Сиплое карканье вырвалось из пересохшего горла, и я не сразу сообразила, что так звучит мой собственный голос. Мой! А… – К-кто я? – прошептала, с ужасом понимая, что не знаю ответ на оба вопроса. – Не помню! Черт знает что! – И спустя пару минут: – А кто такой черт? И что он знает?
В голове замельтешили какие-то обрывки мыслей и образов, не желающие складываться в целостную картину. Отчетливо были ясны две вещи: черт – существо мужского пола, и… я хочу есть. Очень хочу! А на кровати, пусть и удобной, еды нет.
Я осторожно переместилась к краю. Украшенная кружевом белая рубаха легко скользила по алому атласу простыни. Еще осторожнее села и тронула пальцами ноги пол, готовясь к обжигающему холоду. Вопреки ожиданиям камень показался теплым, и я смело поставила на темную плиту всю ступню. Вокруг нее образовалось круглое светящееся пятно, словно кто-то снизу специально разогрел этот кусочек пола под моей ногой.
Проход в мерцающем пологе я не нашла, пришлось собирать странную вуаль руками и пролезать под ней. Светящиеся круги услужливо следовали за мной по каменному залу. От кровати к окну, за которым простиралось безбрежное зеленоватое небо над бескрайней водной гладью. От окна к креслам с мягкими атласными подушками все того же алого цвета. От кресел к арке, ведущей в помещение с низким сводчатым потолком и пустым бассейном. От арки к двери, которая оказалась запертой… Еды не было. Совсем! Впрочем, одежды, обуви и всяких девичьих мелочей – тоже. И это, признаться, настораживало. Разве не здесь я живу?
Дверь, неприступная для меня, распахнулась, впуская высокого мужчину с какими-то свертками в руках. На его красивом лице при виде меня расцвела широкая улыбка.
– Любимая, ты уже проснулась?! – не то спросил, не то констатировал очевидное он.
Задумчиво окинула взглядом его длинные темные волосы, черный кожаный костюм и красные рукава шелковой сорочки, надетой под жилет… Красный, черный… Черный, красный… в голове словно что-то щелкнуло, и я озвучила внезапно пришедшую мысль:
– Ты черт?
Улыбка мужчины несколько поблекла.
– Какой черт? – уточнил он, поудобнее перехватывая свою ношу. На руке блеснула теплым светом странная, словно собранная из золотых пластин перчатка. Всего одна. Странно…
– Который знает, кто я и где? – ответила на автомате, продолжая разглядывать необычный аксессуар. Страха брюнет не вызывал, прилива забытого обожания – тоже. Скорее любопытство. И некоторую настороженность, несмотря на то что он назвал меня любимой.
– Ах, ты в этом смысле! – Он улыбнулся, щелчком пальцев зажигая стоящие на столе свечи. И этот жест был таким естественным, привычным… Наверняка мы хорошо друг друга знали до свалившейся на меня амнезии. Или в моей жизни все именно так свет и включали? – Поверь, лучше меня этого не знает никто.
Присмотревшись к брюнету внимательней, поняла, что рогов и копыт, которые, как мне казалось, присущи черту, у него нет. Зато есть весьма выразительная внешность и хорошая фигура. Темные волосы незнакомца имели медный отлив, а зеленые глаза – немного странную для человека, но почему-то знакомую для меня радужку. А может, я и не человек вовсе?
– Значит, ты все-таки черт. – Я машинально перекинула на плечо длинную косу. Невольно задержала внимание на серебристых переливах собственных волос. Их цвет показался не то чтобы неправильным, но… каким-то чужим, что ли. Помяла в пальцах шелковистые пряди, крупными завитками спускавшиеся из-под ленты, задумалась.
– Я дракон, малышка! – торжественно провозгласил собеседник, заставляя отвлечься от безуспешной попытки хоть что-то вспомнить. – И это гораздо лучше.
Мне почему-то не верилось, но выражать сомнения вслух я не стала. Вместо этого проскользнула к одному из кресел и, присев на край, скромно поинтересовалась:
– А покушать у тебя ничего нет… дракон?
– Моя маленькая ненасытная сейлин, – едва слышно произнес мужчина и улыбнулся счастливо. Сердце екнуло. Вот только уверенности, что екнуло оно от улыбки, не было.
– Сейлин? – переспросила, потирая пальцем переносицу, будто этот жест мог помочь вернуть память. Слово вызывало какие-то неприятные ощущения и казалось отдаленно знакомым. Рука сама соскользнула вниз и коснулась живота. Он был плоским и упругим, как и ожидалось. Или… ожидалось что-то другое? Я нахмурилась.
– Производное от Селена, – тут же пояснил дракон. – Это твое имя, ты не помнишь?
Я ничего не помнила. Нет, не так. Я ничего не помнила о себе, но что стол – это стол, мужчина – это мужчина, а свечи – это свечи, и зажигать их можно с помощью магических щелчков, помнила вполне.
– Меня всегда умилял твой аппетит, – продолжал разглагольствовать тот, кто знал мое имя. Стоп! А ведь я даже не узнала, как его зовут. – Помню, при нашей первой встрече ты тоже была голодна.
– Да-а? – протянула с сомнением, оглядывая свои тонкие запястья, на одном из которых красовался странный браслет. На девочку, которая любит покушать, мои мощи тянули мало. – Как к тебе обращаться? – спросила, прямо взглянув на него. И снова принялась нервно вертеть в руках растрепавшуюся во время сна косу.
– Зови меня… – Он запнулся, словно чуть не сказал что-то неправильное, затем хитро улыбнулся мне и ласково произнес: – Карури, милая, или просто Ий, как тебе больше нравится. Я Ий Карури, а это, – он обвел рукой зал, – мое наследное логово. Впрочем, теперь уже наше.
– Теперь?
Картинка в моей голове, конечно, складывалась, но какая-то не очень убедительная. Наверное, все, кому довелось лишиться памяти, воспринимают окружение с доброй долей недоверия. И я не была исключением.
– Да! – кивком подтвердил мужчина, подошел к столу с другой от меня стороны, сгрузил на него свертки и, заботливо поинтересовавшись, не холодно ли мне, со вздохом проговорил: – Я очень сожалею, что ты не помнишь наш конфетно-букетный период, Селена. Но это, думаю, со временем пройдет.
– То есть мы пара? – уточнила, когда стало ясно, что продолжать он не собирается.
– Мы созданы друг для друга! – уверенно ответил мужчина, и в темных зрачках его полыхнул алый огонь. Или это просто блики от горящих свечей? – Я это понял, как только увидел тебя тогда ночью, в дождь. Такая тоненькая бледная малышка с огромными голодными глазами… Ты покорила меня с первого взгляда.
– Неужели?
Я внимательно следила за его мимикой, пытаясь уловить хоть какую-то фальшь в эмоциях, отражавшихся на этом красивом смуглом лице, но тщетно. Либо он и правда меня любит и мы действительно пара, либо я ничего не смыслю в физиогномике.
– Ну, может быть, со второго, – выуживая из упаковки странного вида фрукт, покаялся дракон.
– А я?
– Ты тоже была впечатлена! – В это мне как-то верилось проще.
– Почему я тебя не помню? И наше логово тоже. Но при этом знаю кучу странных слов, разных мелочей… да полно всего! А нас – не помню… – Досада проскользнула в моем голосе, и я сильнее дернула за кончик косы, желая тем самым вернуть себя в реальность.
– Ты долго болела, дорогая. – Дракон грустно вздохнул. – Меня предупредили, что в результате лечения будет кратковременная потеря памяти…
– Кто предупредил? Доктор?
– Специалист, – поправил он и откинул назад свои длинные волосы. – Тебе нужно хорошо питаться, Селена, много отдыхать и не задавать пока лишних вопросов, способных случайно взволновать идущую на поправку больную. На вот, – на губах его снова заиграла улыбка, на этот раз шкодно-озорная, – скушай джеллу. – Внешний вид синего продолговатого фрукта или овоща, похожего на желе, заключенное в прозрачную оболочку, аппетита не вызывал, но у моего пустого желудка было на этот счет свое мнение.
– Я это точно люблю? – уточнила, взяв в руки плод.
– Тебе это полезно, – опять уклонился от прямого ответа дракон.
Дальнейшая беседа проходила в том же ключе. Единственной конкретной информацией, которую мне удалось выудить из этого скользкого типа, было то, что Ий меня безумно любит и мы, как только я окрепну, немедленно пройдем обряд единения по драконьим традициям. Тем более что все этапы ухаживания уже позади. Еще он утолил мое любопытство по поводу перчатки на одной из его рук, нехотя сознавшись, что она скрывает какое-то давнее увечье. Дальнейшие расспросы на эту тему я сочла неуместными, и, судя по расслабившемуся мужчине, это было правильно.
С аппетитом поглощая принесенные фрукты, украдкой следила, как хозяин логова перемещается по залу, раскладывая на полки щетки для волос, какие-то флаконы и женскую одежду, тем самым оживляя комнату, делая ее действительно моей. И пусть ко всему приходилось привыкать заново, на душе становилось теплей и спокойней. Я не одна, обо мне заботятся… Приятно.
Тем не менее от попыток как-то уложить происходящее в голове отказываться не хотелось. Места там было много, учитывая потерянную память, но информация в четкие цепочки выстраивалась вяло. Понятно было одно: пока не вспомню хоть что-то из своего прошлого, предпринимать ничего не стану. Причин не доверять тому, кто обо мне заботится и говорит, что любит, не было. Интуиция, конечно, нашептывала об осторожности, но Ий – его облик, жесты и особенно глаза – был мне определенно знаком. Как знакомо было и собственное имя. Или… почти знакомо.
Наконец дракон заявил, что на первый раз с меня хватит, и вопреки вялым протестам вытащил из кресла и понес на кровать. От соприкосновения с его телом внутри что-то шевельнулось. Словно стала разворачиваться туго затянутая спираль. И я невольно подумала, что, может, вот она, память тела, признавшего этого мужчину, в то время как разум погряз в сомнениях?
Тем временем Ий, перед которым, как по волшебству, расступился светящийся полог, опустил меня на алые простыни, заботливо накрыл сбившимся покрывалом и, опершись коленом о кровать, склонился надо мной. Рука в сверкающей перчатке ласково погладила по щеке, красиво очерченный рот изогнулся в обольстительной улыбке, а в глазах, сочетающих два оттенка зелени, опять вспыхнуло пламя.
«Точно черт!» – подумала я, завороженно глядя в мужское лицо. Оно было мне определенно знакомо, но прошлое упорно ускользало, не желая воскресать в памяти. Любила я этого… дракона или нет? Что-то внутри меня определенно тянулось к нему, что-то незримое, темное… мое.
Я прикрыла глаза, пытаясь прочувствовать это что-то, понять его и осмыслить. Но вместо сеанса самокопания получила нечто совсем иное, когда чужие губы накрыли мои. Это было… не знаю даже, распробовать вкус поцелуя я так толком и не смогла, потому что за плотно закрытыми веками вдруг вспыхнул яркий, слепящий свет, который тоже захотелось… попробовать. Руки сами собой обвили шею дракона, притягивая его ближе. Вкус-с-сный… но не такой, как… Как кто? Ответа у меня не было.
Я резко открыла глаза и попыталась оттолкнуть мужчину. Удалось не сразу. А когда все-таки он отстранился, ясные зеленые глаза были затянуты странной белесой пеленой, как у слепого.
– Ий, – позвала осторожно, – ты в порядке? – Улыбка, расплывшаяся на его лице, меня, признаться, испугала. – Ты пьян? – спросила тихо.
– Да, сейлин, пьян… тобой. – И, резко поднявшись, он пошел прочь, пошатываясь.
А я лежала, задумчиво водила по губам и думала. Опять это странное слово, похожее на мое имя, но… не оно! И опять неприятное чувство, связанное с ним, и рефлекторное желание погладить живот. Полежав еще немного, встала и направилась в небольшую комнату с бассейном и уборной. Потому что там были зеркала.
Некоторое время спустя…
«Если будешь и дальше увлекаться процессом, лишишься приставки «бес» к своему бессмертию!» – фразы всплывали в магическом шаре одна за другой, и все они непрозрачно намекали дракону на его безответственное отношение к делу.
В ответ он сначала бурчал безликое: «Я понял», а потом и вовсе перешел на короткие кивки. Собеседнице, таящейся по ту сторону магического стекла, развернутое подтверждение и не требовалось.
«Потерпишь немного, закончишь инициацию сейлин и получишь потом своего уникального отпрыска», – настоятельно рекомендовал шар.
Ийзэбичи привычно кивнул, продолжая вертеть в руках «разговорчивую» стекляшку, в глубине которой маячил темный силуэт его могущественной сообщницы.
В миры Тайлаари королеве Бездны хода не было ни в одной из ее аватар, спасибо древним! А беседовать с мужчиной во снах, как она это делала с гайей Белоснежной, оказалось крайне неудобно. Ибо спал представитель драконьего племени очень мало. Видно, выспался за несколько столетий на источнике Тиронга.
«Ты же повелитель времени, опытный маг… Дракон! Ты должен быть сдержанным с этой девчонкой, иначе весь наш план полетит моим мирдам под хвост! – распалялась Красотка, закидывая Ийзэбичи посланиями. – Сначала втереться к ней в доверие, потом накормить… И не своей энергией, Ий! Мы ведь это не раз обсуждали, почему же ты позволил девчонке пить тебя?»
– Я понял, – ответил задумчивый мужчина.
«Что понял?! – очередная надпись за стеклом раздраженно задергалась. – Ты вообще меня слушаешь… читаешь, в смысле?! О чем ты думаешь, огненный придур-р-рок?»
Дракон, словно очнувшись, моргнул, перечитал последнее сообщение от двухвостой компаньонки и, пожав плечами, признался:
– О сейлин.
«Прекрасно! – В магическом шаре мелькнула собачья морда с похожим на ухмылку оскалом, а потом снова начали появляться слова: – Чтобы Зоя… или как ты ее там обозвал? Селена? Так вот… Чтобы Селена стала полноценной сейлин, ты должен действовать по нашему плану. Знакомство состоялось. Теперь кормление тьмы. И, пожалуйста, не подставляйся сам. Она проглотит тебя и не заметит, что дракон».
Ийзэбичи снова кивнул. Красотка, благодаря которой он получил в свое распоряжение Зою, безусловно, была права. Но возвращение в родовое логово, смена облика на тот, который был у него до становления сильнейшим, и близость женщины, чья тьма очаровывала, вызывали в мужчине некоторую рассеянность. А может, все дело было во временно заблокированном Когте дракона? Так или иначе, но чувствовал себя последний из драконьего клана Карури как-то странно.
«Птицы!» – слово уже третий раз за последние несколько секунд всплыло из полупрозрачной глубины шара.
– Ах да-а-а, – тряхнув темно-рыжими волосами, протянул мужчина, – птицы… – И, поднявшись с кресла, в котором сидел, отправился на охоту за «едой» для девочки-тьмы.
В мире Тиронга…
Патрульная тройка азоров, описав последний круг над вверенным им объектом, направилась в лагерь. Дракон давно исчез, а несколько дней назад бесследно испарился и магический купол над разрушенным Тиронгом. Но инструкции сильнейших не изменились, они все так же требовали наблюдать за окрестностями и уничтожать любого, кто попытается войти в опальный город. Вот только желающих посетить затерянный за Гранью мир, увы, не было. И сайгари совершали ежедневный облет территории скорее по привычке, нежели по необходимости.
Этим крылатым оборотням из сто третьего мира Тайлаари давным-давно надоела заросшая живой зеленью планетка, отмеченная разве что на звездных картах повелителей времени, да и то комбинацией цифр, а не собственным именем. А до истечения контракта, заключенного с нанимателями, были еще долгие пять веков.
И многие азоры искренне надеялись, что дракона в клетку все-таки вернут или, что даже предпочтительней, освободят его тюремщиков от договора, выплатив неустойку. Хотя первый вариант был более вероятен. Вреда от спящего веками пленника сайгари не испытывали, а созерцание того, чье положение гораздо хуже, чем у его охранников, помогало предводителю поддерживать дисциплину среди крылатых наемников. Никому не хотелось на место запертого в собственном городе гая.
Впрочем, как рассуждал Соргрос, возглавлявший сегодняшний вылет, с рядовым оборотнем никто и не стал бы так… извращаться. В случае оплошности прихлопнули бы пернатых наблюдателей, как насекомых, и отправили бы тем самым их души на перерождение. Поэтому спорить с нанимателями никто не спешил. Дежурные тройки по-прежнему облетали пустующий Тиронг, а главный в отряде методично строчил отчеты на основе собранной ими информации. Пять сотен лет всего… можно и поработать, невзирая на скуку. А покутить в свое удовольствие долгожители-сайгари успеют и потом. Хотя…
Ведущий тройки, так и не додумав мысль до конца, камнем полетел вниз, прямо в хищные объятия лиан. Его сопровождающие многозначительно переглянулись и устремились следом. Крепкие когти соратников методично рвали гибкие плети, какие-то мгновения назад благосклонно пропустившие падающее тело командира. Листва, разрезанная острыми перьями, кружила вокруг, словно пух. А когда азорам все-таки удалось протиснуться сквозь кроны, их белесым глазам предстала шокирующая картина. Соргрос, застряв на грани перевоплощения, корчился на влажной земле, обхватив голову руками. А в паре шагов от него на островке густой травы сидел незнакомый аше-ар и, поглядывая на оборотня, что-то сосредоточенно записывал в лежащую на коленях книжку.
– О! Пополнение пожаловало! – Вскинув голову, он улыбнулся. И от этой клыкастой улыбки оба сайгари невольно поежились. Белокожие наемники в Тайлаари считались лучшими воинами, сильными и безжалостными, в то время как крылатые оборотни больше специализировались на разведке. Встречаться в ближнем бою с визитером не хотел никто. Впрочем… никому и не пришлось.
Голубые глаза незнакомца полыхнули серебром, введя азоров в еще большую растерянность, потому что такого цвета силы у аше-аров просто не существовало. Однако обдумать сей феномен пернатые не успели. Все дальнейшее они вообще запомнили плохо. Кажется, гость что-то говорил… А они, словно дрессированные айки, ходили друг за другом от ствола к стволу, меняли на скорость ипостаси, скакали по веткам и… отвечали на его вопросы. Аше-ар же кивал и продолжал делать записи в своей проклятой книжке, в которую то и дело заглядывала большая черная птица и… тоже кивала. Подчинение чужой воле сопровождала ужасная головная боль. А потом настала темнота.
Очнулись все трое сайгари на рассвете в уютном, если можно так сказать, коконе из плотно сплетенных трав. С трудом выбравшись и еле-еле найдя силы на оборот, пожеванная хищной флорой тройка потащилась обратно в лагерь, чтобы предупредить своих сослуживцев о вторжении какого-то неправильного аше-ара, чья способность влиять на сознание запредельно развита и потому особо опасна. Но в поселении оборотней ожидал новый шок: у подножия скалы, в пещерах которой располагались их гнезда, лежали несколько бесчувственных азоров, включая предводителя. Чуть поодаль обнаружилась буйно цветущая растительность, лениво доедающая трупы остальных. А меж двух гигантских валунов, похожих на каменные ворота, то и дело проскакивала алая искра недавно активированного портала в Тайлаари.
В логове дракона…
Мне было скучно и в то же время откровенно не по себе. Попытки пробудить собственную память заканчивались головной болью и какими-то странными световыми пятнами в глазах. Словно все вокруг стало заполняться хаотично прыгающими солнечными зайчиками. Милыми, неуловимыми и… неаппетитными?
Мысль показалась странной, но привычной. Спать не хотелось, лежать без сна надоело. Как надоело и задумчиво поглаживать непривычно плоский живот, на котором не было никаких шрамов. Но почему-то казалось, что быть они должны. То, что регенерация у меня отменная, я узнала еще во время визита в купальню, случайно порезав палец об острый завиток каменного декора. Внимательно изучила затянувшуюся на глазах ранку, потом снова посмотрела на свою отраженную в зеркале фигуру и, тщательно одернув длинную рубашку, вернулась в зал. Как только там появился Ий, в лоб спросила:
– А у нас есть дети?
Читать бесплатно другие книги:
