Все зло в шоколаде! Фирсанова Юлия

Глава 39

Ритуальные «танцы»

Утром, достаточно ранним, чтобы ей еще не принесли завтрак и не озаботились осторожным ожиданием у дверей, снизойдет ли наследница сегодня до визита в ритуальный зал, Иринка вышла из комнат. Диаль неотлучно следовал за своей лоррой-оль в тишине подсвеченных первыми лучами солнца коридоров. Фаррашир, призванный как свидетель церемонии, бесшумно скользил рядом.

Иринка не слышала голосов, но зато увидела, как с видом встревоженно-бдительным стоит у дверей ритуального зала и пытается прислушиваться лорр Шетсар с компанией вооруженных до зубов и зубами, то есть клыками в придачу, сотрудников из стражи.

«Ой, забыла засов вчера задвинуть!» – мелькнула чуть виноватая мысль, объясняющая волнение советника и его категорическое нежелание стоять рядом с опасной дверью в одиночку.

Не претенденту ходу за порог зала не было, а претендент в замке имелся единственный – сама Ивка. И что мог подумать советник? Что Ивка под покровом ночи, никого не оповещая о своих намерениях, отправилась проходить испытание. Вот и стоял теперь лорр вместе с воинами, прислушивался. Он не знал, ждать ли беды или все-таки радости. Внутрь-то ему ходу нет. Только и остается переживать, гадая, кто там за дверью – лорра Ивка или очередной монстр, с которым ему придется сойтись в битве?

Какого лешего Иринка тоже у дверей зала оказалась? Нет, она не заблудилась. Истина крылась рядом в прямом смысле этого слова. Хранилище всякого рода семейно-родовых ценностей и прочий неприкосновенный запас золота-серебра-бриллиантов располагался, для пущего удобства княжеской фамилии, не в глубинах замка вроде подземелий с опаснейшими ловушками за семью печатями, а буквально дверь в дверь с ритуальным залом. К чему мудрить, если дверь, снабженная красивой вязью божественных знаков, отпиралась не ключом, а касанием перстня князя или прошедшего посвящение наследника, по сути того же князя, только до получения регалий полноправного правителя? В точности, кстати, как та дверка в подвалы Дома Шипоцвета в Меладе. Кое-какие обычаи расовых и государственных границ не имели. Так что за бюджет княжества Ивка была спокойна.

Никто иной, кроме законного носителя перстня, даже заполучи он в загребущие лапки важный аксессуар, не смог бы безнаказанно переступить порог. Насчет просто переступить Иринка сомневалась. Все зависело от фантазии творца охранных знаков, завязанных на власти крови. Или творцов. Кажется, тут работала бригада. Знаки Деварда и Лайшеаллы Ивка узнала, но очень может быть, посвященные Селадара и Вейхо тоже приложили к этому монстру искусства защиты свои руки.

Прямо скажем, на двери в ритуальный зал защита была куда пожиже, и главным образом потому, что должна была не защищать, а скорее сигнализировать обитателям замка о проблемах, идущих изнутри. Охотников огрести их находилось маловато. Власть – она только гипотетически привлекательная штука, а как до дела дойдет – только бремя обязанностей и никаких удовольствий. Умные люди это превосходно понимают, а дураки на своих двоих из-за дверей не выходят. Естественный отбор со всех сторон: властолюбивый придурок, к контролю и самоконтролю не способный, на престол не сядет – раз, и дураков, его в зал допустивших, тоже поубавится – два.

Вот и стоял сейчас советник у дверей, волновался, с ноги на ногу переминался. И Нарда задержал перед походом в леса на охоту за переродившимся претендентом номер раз, на случай срочной потребности в устранении провалившейся претендентки номер два.

Так что комплект стражей был усилен за счет чистильщика. Ну и сам Шетсар вооружился и, чувствуется, каждую секунду был готов выпустить когти. Иринка как-то раз видела их у вампира, когда он ими вместо секатора веточку дерева с Ивкину руку толщиной в замковом саду обкорнал. Чик – готово!

А кроме шуток, Шетсар настолько долго жил в Валадаре и ради Валадара, что не разделял благополучие княжества и свое собственное. Все-таки в долгом сроке, отпущенном богами вампирам, были свои преимущества. Лорр советник не воровал, его состояние, вполне сопоставимое с княжеским, и так позволяло ему удовлетворять все прихоти тела и души, которые только можно вообразить и приобрести за деньги. Так что сейчас, как и пару веков назад (боги пустого не болтали), Шетсар почитал своей прихотью заботу о Валадаре, и это не могло не радовать Иринку. Реши, к примеру, вампир, что его радует роспись по живому телу и крики жертв, всем пришлось бы солоно.

Тихонько, практически на цыпочках, девушка приблизилась к Шетсару вкупе с чистильщиком и отважными стражами, невыразимо потешно прядающими ушами для лучшей подслушки. Постояв несколько секунд рядом, Иринка лукаво прошептала:

– Тихо?

– Да, – одними губами ответил лорр, сурово нахмурившись, недовольный нарушением тишины, и только спустя пару секунд сообразил, кто именно стоит рядом и как это объясняется.

– Лорра княгиня! – Темные очи вампира радостно засияли, он склонился перед Ивкой в глубоком поклоне.

Синхронно бухнулись на одно колено стражники, прижимая к груди правую руку с распростертыми четырьмя пальцами и поджатым пятым.

Еще бы им не испытывать радости и облегчения! Претендентка испытания выдержала, смерть в попытке остановить очередное чудище никому не грозит, и в Валадаре снова есть законный правитель. А что она хорошенькая, как эльфийка, и совсем девчонка с виду, так богам виднее. Испытание прошла, перстень на пальце, значит, достойна. Со всем прочим пусть советник разбирается. Это его забота и работа!

Чистильщик уважительно и с едва заметным облегчением кивнул. Ему не хотелось бы убивать девушку, обернувшуюся монстром.

Оборотень, проинформированный Диалем (пусть без подробностей) о том, что Иринка вступила в свои права, но посчитавший, что бдение у дверей зала – какая-то особая вампирская шиза, просто приветственно кивнул всем присутствующим.

– Лорр Нард, в твоей охоте больше нет нужды. Монстры из чащ снова подвластны силе правителя, – обратилась Иринка к бойцу с чудовищами.

Тень легчайшей укоризны мелькнула на челе советника, и Ивка сообщила уже для него:

– Я чувствовала каждую тварь в наших чащах. В том числе и ту, в которую трансформировался Дайжен. От него самого в ней ничего не осталось. Ни отголоска памяти, ни следа разума вампира. Ни-че-го! Возможно, его душа ступила на звездную дорогу для нового путешествия, оставляя плоть во искупление необдуманных действий для служения Валадару. Моего сводного брата больше нет. Это просто еще один страж, повинующийся княжеской воле.

Припомнив же просьбу умирающей мачехи о смерти для сына, Иринка мысленно ей отказала. Дайжен всю жизнь привык получать все, что ему заблагорассудится, плюя на чужие желания и кичась собственной силой и происхождением. Так пусть хоть сейчас столько, сколько даром жизнь прожигал, поработает на благо Валадара неразумной тварью! Принесет пользу отечеству, а погибнуть ради его славы всегда успеет. Может, оно и неправильно с точки зрения милосердия, зато полезно, практично и выгодно княжеству. Она теперь княгиня, должна в первую очередь о пользе государства печься, и вообще! Нечего было маленькую сестру шпынять по любому поводу и без оного, нечего! Из таких безответных Ивок могут самые злобные твари вырасти! Иринке было обидно за прежнюю владелицу тела, и свой поступок она посчитала справедливым.

Между тем советник внял рассказу наследницы о пришедших к покорности монстрах и выдохнул:

– Тебе удалось, лорра-оль!

Градус благоговения в голосе старого вампира-советника существенно повысился. О том, как оно чувствовать и управлять монстрами, о том, каково оно для его покойного друга-князя, и как может и должно быть в идеале, Шетсар знал. Удивительно, конечно, что такую власть получила его дочь, но вампиры Темного Искуса всегда отличались силой. Странной, манящей, опасной и очень разумной силой. Советник снова поклонился. Лорра-княгиня, пусть еще не надевшая княжеского перстня, уже была таковой по сути.

Поэтому советник торопливо выпростал из-под рубашки цепочку с последним, не врученным перстнем князя – очередным широким ободком, на сей раз с туманно-серым неграненым камнем – и преподнес его Иринке. Та мысленно вздохнула и приняла украшение. Против богов, особенно если имеются в виду мозгокопатели из местных, не попрешь. «Господин назначил меня любимой женой!» То есть четверо определили ее правителем двух сопредельных кусочков эльфо-вампирской землицы и теперь с интересом будут следить, что из этого получится и получится ли вообще что-то. Когда-то, еще на Земле, от кого-то из приятелей-ролевиков, будучи Иринкой Ивкиной, Ивка слышала фразу: «Люди – любимые игрушки богов». Тогда не поняла, теперь имела возможность проверить истинность постулата на практике с поправкой на собственную новую расу – вампира. Впрочем, богам небось без разницы, какими фигурками на доске ходить.

В Валадаре торжественных церемоний с оркестром и толпой восхищенных соседей, собравшихся пожрать на халяву, у Иринки не предвиделось. Вообще каждое вампирское княжество было своим укромным мирком, с соседями все предпочитали поддерживать нейтралитет. Разница в тонкостях вариативных отличий внутри рас тесный контакт местами и вовсе исключала. Например, голос Ночных Певуний, к которым относилась мачеха Ивки, завораживал жертву, он же вольно или невольно воздействовал и на иных разумных. Метаморфы, Властители Тварей, были к нему большей частью устойчивы, а вот кое-кто считал, что хорошая Ночная Певунья – только мертвая. Впрочем, взаимовыгодному сотрудничеству «мы вам, вы – нам» все эти тонкости восприятия ничуть не мешали. Защитные амулеты с божественными знаками на что?

Словом, перстень князя Иринка приняла и даже не удивилась, когда меченный знаками аксессуар, быстренько сев все на тот же многострадальный палец с уже двумя имеющимися, спаянными в одно колечками, слился с ними. Ничего так, узорчик по ободку, еще камешек для украшения, только что ободок чуть шире, чем привыкла, но ничего, приспособиться можно.

Закончив игры с побрякушками, Иринка покосилась на Диаля и сообщила:

– Лорр Шетсар, до нашей с вами встречи я направлялась в сокровищницу. Мне нужны брачные браслеты. Боги благословили наш союз с эрр-олем Дома Шипоцвета Диалем ради благополучия соседствующих стран.

«Смотри-ка, до нее дошло, а ты сомневалась!» – Задорный и уже, честно сказать, надоевший до чертиков голос Вейхо Канатоходца в черепной коробке заставил Иринку вздрогнуть.

Терпение у попаданки лопнуло. Да что ж это такое, никакой конфиденциальности даже в мыслях! Озверев, Иринка очень четко подумала, посылая мысль в пространство: «Иди в дупу, Вейхо!»

И вместо гневной молнии услышала заливистый довольный смех. Этот невозможный бог обрадовался ее гневу, как ребенок. Всякая злость на него тут же исчезла, как не бывало. Сдулась проколотым воздушным шариком со свистом. Иринка почему-то вспомнила старый анекдот, заканчивающийся словами: «Мужчина, вы что, сумасшедший? – Ага, у меня и справка имеется».

У Вейхо точно справка была, да еще и с большими печатями. Между тем довольный прохиндей, используя голову Иринки как трибуну, еще и принялся втирать коллегам, как им повезло, что он эту забавную девочку сюда выдернул вместо скучной, как простокваша, местной недотепы.

«Да уж, чужая недотепа – это гораздо забавнее», – буркнула Иринка и получила в ответ очередной взрыв смеха с радостным согласием. После чего предпочла максимально устраниться от сюрреалистического диалога, мысленно щелкнув тумблером в голове. Как ни странно, сработало.

Там стало тихо в достаточной мере, чтобы Ивка смогла расслышать поздравления лорра Шетсара, принявшего решение богов, а следовательно, и решение своей княгини как должное. Если лорре так посоветовали, то кто он такой, чтобы возражать? Темные Искусители идут своими путями, и если их княжество прирастет кусочком эльфийских владений – так тому и быть. Шелк у остроухих хороший, фрукты, да и ювелирное дело тоже на уровне. Монстры, правда, там не на шутку пошаливают, но коль лорра Ивэйда призовет к порядку и их – так все замечательно обернется!

Советник лично проводил – три шага сделал – Ивку и Диаля в сокровищницу. Перстенек князя едва коснулся двери, как та отозвалась легким щелчком и открылась, не дожидаясь физического действия.

Ну что сказать, покачала головой Ивка, когда вошла, великих сокровищ она и не ожидала. Маленькое княжество, никаких гор ништяков. Парочка сундучков с валютой. Именно сундучков, а не сундуков или тем паче сундучищ. По миру не идем – и ладно! Фамильные украшения не заложены. Вон ларец на поставце стоит. В нем и браслеты найдутся. Но ничего, дайте только дела в порядок привести, в Мелад прокатиться, а там они с Келдиретом замутят совместное горнодобывающее предприятие. Даже директор на примете есть с вонючей трубкой. И жизнь наладится, и денежки будут! Редкие руды и камни поспособствуют. Из-за них уже столько крови пролилось, что забросить идею выработки совесть не позволит, даже если охота наживы заснет беспробудным сном.

Мысли проносились, пока Иринка обозревала небольшой зальчик. Диаль тоже осматривался, но что девушку порадовало, ни следа алчности или жажды владения в глазах эльфа не полыхнуло. Он видел столько всего за долгую жизнь, что ему горстка украшений и пригоршня монет маленького княжества? Куда важнее та, которая стоит рядом, и ее желание связать свою жизнь с его собственной, которую он еще совсем недавно считал клонящейся к закату. А оказалось, что он зрел лишь предрассветные сумерки.

Подходящие брачные браслеты быстро нашлись. Ивка не помнила этих черненых нешироких ободков явно эльфийской работы с гравировкой – растительным узором, чрезвычайно похожим на листья ивы. А значит, ни мачеха, ни отец украшений этих не носили, можно брать.

Советник выбор тоже одобрил, пояснив, что этой парой никто в роду не пользовался. Они были даром от соседей-эльфов по случаю заключения длительного торгового договора.

– Делали в Доме Ивы, – дал справку Диаль, лишь бросив взгляд на браслеты, и тень печали мелькнула на его челе.

– Кто-то из известных тебе мастеров?

– Когда-то мастер Эльлогас был моим добрым другом. Увы, новый лорр-оль Дома Ивы не в полной мере владел даром укрощения тварей. А Эль обожал бродить в самых укромных уголках чащи в поисках вдохновения.

– Я так понимаю, после этого у Дома Ивы лорр-оль и вовсе пропал в тех же чащах. Лучше никакого, чем скверный владыка, – предположила Иринка историю перехода Дома Ивы под руку Дома Шипоцвета.

Диаль лишь молча опустил ресницы.

– Тогда точно берем их, – сделала окончательный выбор Иринка, вспоминая неизвестного ей юношу, сложившего голову в чащах, откликнувшегося на призыв умирающего лорра Дома Шипоцвета, но не дошедшего до цели. Маруся вытянула головку, ощупала браслеты быстрыми касаниями язычка и, кажется, тоже одобрила. Венок одобрительно пошелестел листочками. Ну, раз все «за», то нечего рассусоливать – идем совершать обряд!

Иринка, правда, помешкала на пороге сокровищницы и, спохватившись, на всякий случай уточнила:

– Диаль, а ты точно хочешь быть моим мужем? Это не очередной твой пунктик – защищать лорру-оль в любом качестве? А так оно надежнее выйдет, а?

Эльф вскинул на девушку свои невозможные травянистые очи, взял ее за руку и, нежно переплетя свои пальцы с тонкими пальчиками, промолвил:

– Ты – моя лорра-оль, иной мне не надо! Никакая иная меня не поймет так, как ты, не будет со мной столь свободна и не сможет воплотить мои мечты. Почему я должен отказываться от своей радости только из-за того, что она счастливо совпала с долгом?

– Ни в коем случае не отказывайся! Я решительно против! – объявила Иринка и поцеловала своего эльфа в шею, так маняще пахнущую шоколадом, чуть прикусив кожу клычками. Довольный вздох и легкая дрожь предвкушения стали ей ответом.

На сей раз поход в ритуальный зал обошелся без потрясений и очередного короткого замыкания в голове от контакта со Звездной Четверкой. То ли они были заняты, то ли разнообразия ради решили помолчать, храня жалкие ошметки Иринкиной психики. Короче, все обошлось стандартными спецэффектами.

У черного куска скалы с вплавленными в него отпечатками ладоней Ивка и Диаль встали рядом, положили браслеты на камень вплотную один к другому, туда же положили свои ладони каждый по одному в отпечаток.

Сверкнула вспышка зеленого и серебристого оттенка. Иринка ощутила тяжесть на запястье. Ее браслет занял свое место, так же как и браслет Диаля удобно устроился на запястье эльфа. И все! Никаких тебе белых платьев, машин с дурацкими пупсами, швыряния цветов и многочасового застолья. Хлоп – и готово! Может, обидно, что никаких особых радостных и шумно-бестолковых торжеств-праздников не получилось, зато расходов по минимуму.

Вот тут скопидомка Иринка только порадовалась: денег в княжестве и так негусто, так что экономия, экономия и еще раз экономия. А праздник она себе и так устроит. Для этого никакие пупсы с букетами не нужны, а требуется лишь Диаль, и ничего больше. Ну, может быть, корзинка вкусняшек с кухни и пара-тройка бутылок вина из подвалов замка.

Да, свою свадьбу она если и представляла, то совсем не так и не там, а в последнее время, узнав о сложностях при совместимости рас, не представляла вовсе. Но настоящее совершившееся ее целиком и полностью устроило. Да, охов-вздохов, букетов-конфет и долгих томных прогулок под луной она не получила, зато получила Диаля. А к нему прилагаются такие вздохи и ночные стоны, что все прочее с лихвой перекроется.

Глава 40

Эльфийские ритуалы

А сейчас завтрак – и пора в путь-дорогу! Боги, как успела убедиться Иринка, большие выдумщики, и особенно они любят устраивать своим живым игрушкам форс-мажоры. Наверное, за суетящимися и спешно что-то изобретающими обитателями здешнего мира им наблюдать интереснее, чем за мирно и счастливо живущими. Экшн и триллер – любимые жанры.

По счастью, советник Шетсар квохчущую мамашу, ни в какую не желающую разлучаться с дитятками, строить из себя не стал. Ему хватило рассказа о ночном визите нага, отмщении за загубленную княгиню и слитой Иринкой информации о месторождении в горах. Особенно старого вампира заинтересовало месторождение.

Ну что ж, о том, что вдовствующая княгиня и ее драгоценное избалованное чадо не пользуются безграничным доверием и обожанием подданных, Ивэйда и так знала еще в бытность свою обитательницей замка. Другое дело, что недотепа Ивка котировалась в рейтинге симпатий еще ниже – это был непреложный факт. Да и кого там было любить? Несуразную, мучимую комплексами толстушку? Такого даже в сказках не бывает. Вон и принц на Золушку польстился только после того, как замарашка получила эксклюзивное фейское платье, туфельки, прическу и роскошный выезд от волшебной крестной.

Подбором команды рудознатцев и переговорами с наместником Мелада советник обещал заняться немедленно и лично. Благо артефакты для связи имелись и ждать вестей от гонца, рискуя попаданием эксклюзивной информации в чужие руки, не требовалось.

О неприятностях с ядами и покушениями в Меладе Иринка рассказывать советнику не стала, но намекнула, что по слухам наг-интриган отметился и у людей. А значит, точки соприкосновения двое умных мужчин, пекущихся о выгоде, найдут еще быстрее. Дружить против кого-то и за денежку всегда считалось интереснее, чем просто дружить.

Насчет того, рассказывать или нет Келдирету о том, кто именно теперь правит в Валадаре, Иринка питала некоторые сомнения. Но вера во властных людей категории «правитель», в частности в то, что они никогда не упустят своей выгоды, заменяя ее мелочной ревностью, победила.

Пусть наместник знает, что Ивка прибрала к рукам свое княжество и отправилась устанавливать власть во владениях Дома Шипоцвета. Такое он точно поймет! А если прекрасная носительница дара Темного Искуса не будет маячить перед глазами, бередя память о наслаждениях, то поймет быстрее.

Поэтому поздним утром Иринка с Диалем все-таки уезжали из княжеского замка. (Ранним никак не получалось. Советник Шетсар жаждал подробных инструкций или, старый садист, тишком проверял новую княгиню на способность эти самые инструкции раздавать?)

Фаррашир снова правил тропыгаями. Поначалу мужчина был настороже, все ждал подвоха, опасался атаки монстров из чащи, но твари не то что не показывались на глаза, они даже не слышались чутким слухом оборотня. Ушли в чащу, чтобы блюсти покой княжества. Послушав местность с часок, возница окончательно успокоился и уверился в правоте свежеиспеченной княгини. Стал мурлыкать себе что-то под нос вполне мелодичным, пусть и хрипловатым баском.

Новобрачная же снова страдала. Нет, вовсе не от разлуки с мужем. Он-то как раз ехал с не. Увы, кроме прекрасного, как эротический сон, эльфа с ними ехали и все книги знаков, и вощеная доска для их написания, и острое стило для тренировки, что уже тянуло на рейтинг 21+ в категории садомазо. Предусмотрительный Диаль никогда бы не позволил рискованных опытов, так что выписывать знаки до конца девушку не заставляли, но подробно описывать и сдавать что-то вроде зачета по основным знакам Деварда – на это извращенной фантазии эрр-оля хватало!

Никакая приобретенная власть не избавила Иринку от необходимости учиться, учиться и еще раз учиться. Более того, счастливый Диаль стал еще более требователен к повысившей статус ученице.

Как и договаривались, Фаррашир высадил пассажиров прямо на обочине тракта, с которой до границы с эльфийскими кущами, в данный момент с полным правом носившими название чащи или даже чащобы, полной монстров, было рукой подать. Патрулей, дозоров, пограничников в наличии не имелось. За них работали чудовища и зарплату получали мясом нарушителей, в чьи ряды попадали как вторженцы, так и местные жители, в недобрый час забредшие в чащу. Такой доход фауну устраивал, и службу свою она несла исправно.

Иринка не без некоторого содрогания уставилась на темный полог леса. Слишком неприятные воспоминания будил в ней практически невинный вид. Нет, мирная зелень попаданку не пугала, а вот то, что таилось за ней…

Если своих валадарских чудищ она теперь чуяла и могла скомандовать «фу» или «фас», то чужие были прямой угрозой. Чтобы отвлечься от нарастающего ужаса, Иринка поделилась с Диалем причудливым восприятием валадарских монстров. На что эльф невозмутимо ответил:

– Да, моя лорра, я тоже их чувствую через брачный браслет. И, пожалуй, смогу управлять ими в случае нужды.

Он шел рядом, как танцевал. Спокойный, с легкой полуулыбкой на губах, поставляя лицо ветерку, играющему перламутровыми волосами. Иринка посмотрела на своего эрр-оля, подумала о том, как он сражается, будто танцует, и успокоилась. Пусть монстры идут чащей и не рискуют показывать оттуда даже носа. Диаль справится с любым!

Как-то в этот миг девушка не подумала, что точно с такой же спокойной улыбкой ее эльф пошел бы и на смерть ради нее. И хорошо, что не подумала, а то разом начала бы нервничать стократ сильнее. А это состояние не лучшее для всяких ритуальных действий.

Эльфийский луг, по которому они шли к лесу, дурманил голову буйным ароматом трав и цветов. Это воистину было настоящее разнотравье, а не жалкая подделка на него из человеческих миров. Множество гармонично сочетающихся трав и цветов позванивало, шелестело, окутывало флером тонких и удивительно нежных ароматов. От этого букета запахов чуть кружилась и одновременно прояснялась голова. По такому дивному изумрудно-разноцветному ковру хотелось идти вечно. И лишь спустя несколько минут движения по восхитительному разнотравью Иринка спохватилась и спросила:

– Диаль, а нам еще долго идти и куда, собственно, мы идем, а? Ты не в курсе?

– К средоточию нашей земли, моя лорра, – прозвучал глубокий голос Диаля. – Нам уже открылась тропа и ведет за собой. Разве ты не ощущаешь?

– То, что я не иду, а почти лечу? – чуть подумав, оформила ощущения в слова Ивка.

– Воистину так, – согласился эльф.

– Кажется, чувствую, – невольно улыбнулась Иринка и изумленно охнула, когда луг обернулся поляной в кругу древних деревьев с низкой, будто созданной для того чтобы прилечь на нее, травой.

– Диаль, я хочу тут поваляться, – завороженно произнесла девушка и, тряхнув головой, исправилась: – Нет, я чувствую, что мне надо тут поваляться, и желательно с тобой.

– Быть по сему, моя лорра, – улыбнулся эльф, подхватил Иринку на руки и опустил на ковер из трав.

Венок ядоцвета кольнул голову, расплетаясь плетями, которые органично скользнули в живой ковер трав, пришпиливая эльфа к земле. Одежда каким-то чудом оказалась на краю поляны у ближайших кустов, а обнаженная парочка – в самом центре ковра живых трав.

И лишь много позже, отдыхая на груди Диаля, вампирочка сообразила, как ее накололи, когда эрр-оль довольно вздохнул:

– Моя лорра подтвердила свое право и силу в сердце леса!

«Право? Какое право?» – непонимающе моргнула Иринка, а потом на ее головушку обрушилось знание. Очередной информпакет, равный объемом врученному в ритуальном зале Валадара, гласил:

У эльфов все по-другому! Ритуальный зал – не камень, скала и знаки, а укромная поляна в чаще. Доступ туда открывается претенденту беспрекословно, стоит лишь предъявить перстень Дома Шипоцвета, а уж потом – как повезет. Прошел испытание – все чащи с подвластными чудищами, в них обитающими, станут твоими, нет – монстрам тоже надо кушать. А уж еда с доставкой на дом – и вовсе отличный вид сервиса.

Снова Иринке повезло с ее неведением. Хорошо, что Диаль не расщедрился на подробности. То ли думал, что его лорра и так в курсе, то ли промолчал нарочно. Как бы то ни было, поступил верно. Не ведая, что творит, она счастливо избежала всех возможных ловушек-проверок. Занималась со своим эрр-олем любовью, совершенно не думая о бремени и жажде власти, монстрах и прочих неприятностях. Поэтому отныне владения Дома Шипоцвета из чащи снова превращались в эльфийские кущи. Все жители, покинувшие опасные места, могли снова вернуться под кров и покровительство Дома. Если, конечно, пожелают. Никого принуждать Иринка не собиралась, для этого у нее Диаль есть. Вот он пусть и думает, на кого и как воздействовать. И надо ли. В общем-то ни вампирами, ни эльфами Иринке править совершенно не хотелось.

Обламывая ее мечты о тихой жизни хотя бы в эльфийских кущах, Диаль светло улыбнулся и умиротворенно промолвил:

– Дом Шипоцвета снова цветет, моя лорра, и его шипы обращены лишь в сторону недругов. Народ с радостью вернется в обновленный и благодатный край, принявший полноправную владычицу.

«Не прокатило!» – тихо вздохнула Иринка, потершись щекой о гладкую грудь супруга.

Хочешь не хочешь, работы предстояло изрядно. Чему можно было радоваться, так только одному: рядом с ней ее вкусный и невероятно прекрасный эльф.

Эпилог

Эльфы, вопреки то ли смутным опасениям попаданки, то ли ее же надеждам, новую главу Дома Шипоцвета приняли разом, несмотря на некоторые щекотливые моменты. Остроухие даже радовались, что их повелительницей оказалась вампирочка древнего редкого рода, пусть почти неотличимая внешне от эльфийки, и никакой ксенофобии не проявляли. Чего вставать на дыбы, если чащи снова обрели вид кущ, медальон Дома и кольцо лорры-оль в качестве доказательства права лорры имеется, а за плечом ее привычно стоит древний Диаль. Так что ура и правь во славу Дома Шипоцвета, а то надоело жить как на передовой в войне с монстрами.

Нет, конечно, в любом стаде сыщется пара-тройка паршивых овец и пяток-другой недовольных возвеличиванием сопредельной державы личностей. Первое время находились такие недовольные возникшей из ниоткуда и захапавшей себе столько вкусного особой и приходили по душу Ивки. А что Иринка? Она была только рада разнообразию своего вампирского питания. Потом недовольные как-то быстро кончились. Ивка серьезно подозревала в этом своего время от времени отлучающегося по делам консорта, но на все вопросы тот только светло улыбался.

Он-то улыбался, а подданные княжны и лорры-оль, курсировавшей меж двумя сопредельными землями, беспокоились о главном: а ну как все-таки найдется особо удачливый убийца – и прощай, стабильность, здравствуй, хаос. Возвратившиеся под крыло лорры-оль, истосковавшиеся по настоящему хозяину земель эльфы готовы были костьми лечь, но не выпустить ее из-под сени древ. А то одного лорра-оль уже отпустили, а он вовсе сгинул и всех подставил. Вампиры в своих чаяниях с эльфами совпадали по вектору.

Паранойя бедных остроухих обеих рас немного улеглась лишь благодаря Марусе и Диалю, неотлучно находившимся при лорре Ивэйде. Потому в Мелад Иринка смогла вырваться далеко не сразу.

С людской провинцией, благодаря дипломатическим талантам Шетсара и оставленному Иринкой в качестве доказательства кольцу покровителя, дарованному Келдиретом своей спасительнице, удалось договориться-сторговаться быстро.

Совместное освоение природных богатств под начальством дорвавшегося до любимой работы Даприна Крупнозада, чья кандидатура устроила все стороны, принесло в казну провинции, княжества и эльфийского Дома Шипоцвета немало богатств.

В Меладе Иринка передала свой особняк под присмотр Бейлис, перешедшей под покровительство Дома Шипоцвета. Она же занималась поставками в аптеку Грапоса ценного сырья, а в свободное время не только осваивала лекарское дело, но и баловалась сотворением парфюмерной продукции. Так что духи с любимым ароматом, и не только их, Ивка получила. И винотеку перетаскивать из города в Валадар или лесной Дом Шипоцвета не пришлось. Везде обнаружились такие подвалы с древними запасами, что в сравнении с ними городская подземная коллекция покойного Шеймалла была жалкими опивками.

Келдирет, кстати, выбор и новый статус Ивэйды принял безоговорочно. О чем думал и переживал наместник, осталось лишь его личной тайной. Умение ставить общее выше частного – это то, что отличает настоящего правителя от обычного человека. Для княжества и Дома Келдирет стал выгодным соседом.

А боги порой такие хм… боги! Все эти усмешечки и хихиканье Лайшеаллы при многозначительном молчании остальных (чем уж они Вейхо заткнули, чтоб в недобрый час чего не ляпнул, Иринка не представляла) получили свое объяснение. Не сразу! Точно к тому времени, как новая княгиня и лорра-оль двух сопредельных владений успела разгрести основную кучу скопившихся дел и отереть с лица трудовой, хорошо еще некровавый, пот.

Поначалу Иринка думала, что перетрудилась, потом оказалось, что дело в другом. В грядущем пополнении семейства, обещанном божественной четверкой. Боги оказались щедры так, что словами без мата не пересказать. Просьбу выполнили с процентами.

У вампирши рода Темного Искуса и эльфа родилась тройня. Два мальчика и девочка, чистокровный эльф и пара вампиров, унаследовавших дар матери: Эльглиар, Аштэрд и Иваэль.

В педагогике Иринка мало что смыслила, но порой достаточно детей просто любить и подавать достойный пример. Если на свой счет по части достойного примера Ивкина сильно сомневалась, то в Диале никогда. И, разумеется, суть дара Темного Искуса детям объяснила, едва те вошли в возраст разумения, вместо того чтобы все бросить и исчезнуть в никуда. Хотя иногда, чего уж там, хотелось невероятно. Нет, сбежать не от детей, а от бремени обязанностей. Но не судьба.

Судьба глядела на Иринку полными любви травянисто-зелеными глазами корр-оля, и поникшие плечи расправлялись сами собой. Судьба смеялась в эльфийских кущах тремя звонкими голосами и в шесть рук тормошила задумавшуюся маму. Та самая, чужая, но ставшая ее собственной судьба княжны Ивэйды, правительницы Валадара и лорры-оль Дома Шипоцвета. И за эту судьбу Ирина Ивкина была благодарна сумасброду Вейхо.