Искупление Болдаччи Дэвид
— Вообще я тоже поселился здесь. Только что заехал. С датой выезда определюсь позднее.
— Тебе оно надо? Крутейшие места города к твоим услугам, при твоих доходах.
— Ты ошибаешься, мне крутняк не нужен.
— Зря Алекс все это затеяла.
— Она о тебе заботится. На то и друзья.
— Она тебе рассказывала, что здесь деется?
Подтягивая к себе единственный в номере стул, Марс кивнул; Декер тем временем присел на край кровати.
— Посвятила. Как-то все запутанно. Так что произошло после того, как вы расстались?
Декер приступил к рассказу; когда он дошел до момента ареста, Марс поднял руку:
— Эй, эй, стоп. Так твою задницу сцапали в тюрьму? Ей-богу, денег бы заплатил, чтоб полюбоваться.
— Погоди. В зависимости от расклада, может, еще увидишь бесплатно. В гостевой день.
— Ты прикалываешься?
— В этом городе я себе нажил врагов.
Улыбка Марса сделалась еще шире:
— Ты? Да ну. Такой плюшевый мишка. Всех только по шерстке и гладишь.
— Тебе, пожалуй, не стоит здесь находиться, Мелвин.
— А я не хожу туда, куда не хочется. Двадцать лет провел там, где меня никто не спрашивал, хочу ли я. Выбора не было. И теперь вот наверстываю как могу. Так что здесь я там, где надо, имей в виду.
— А Харпер где?
— На работе, где ж еще.
— Как вам Средиземноморье?
— Волшебно. Столько воды в своей жизни не видел. Западный Техас слишком сух.
— У вас там все серьезно?
— У нас все прикольно, Амос. Вот в таком режиме мы и хотим нынче пребывать. Ни больше ни меньше. — Он встал и огляделся. — Ну, так как будем действовать? У тебя, я так понимаю, две тайны. Одна из давнего прошлого. А одна совсем из настоящего.
— Но обе взаимосвязаны. Мне так это видится.
— Итак, Мерил Хокинс выходит из тюрьмы, приходит к вам и заявляет, что невиновен. Хочет, чтобы вы с твоей старой напарницей доказали его правоту и обелили имя. Но в ту же ночь получает пулю.
— А вдова одной из его предполагаемых жертв исчезает.
— Ты, стало быть, думаешь, что это Сьюзан Ричардс пристрелила его и теперь в бегах?
— Не знаю, но картина именно такая. До сих пор не найдена ни она сама, ни ее машина. Что довольно странно в наши дни.
— Ну почему. Страна большая: кто захочет, исчезнуть может с концами. Взять хоть моего старика.
— Твой отец был в таких делах поопытней, чем, я полагаю, Сьюзан Ричардс. И исчез еще до того, как появились смартфоны с видосами и соцсети в придачу.
Марс пожал плечами:
— Доказательства вязнут в трясине. Леди так и не всплыла. И ты все еще не ответил на мой вопрос: как нам подкопаться под этого спермоглота?
— При прочих равных, нам нужно сначала раскрыть преступление прошлого; может, тогда прольется свет и на то, кто убил Мерила Хокинса.
— Но ты же распутал мое безнадежное дело. А здесь ставки еще выше. Хочешь выиграть?
— Не уверен, что соглашусь на такое пари.
— Голос из прошлого. Тогда, со мной, ты нашелся что делать. А теперь?
— Я уже переговорил с теми, кто имел к нему отношение. Вдовы. Дочь. Единственные оставшиеся соседи.
— А как насчет тех первых, кто прибыл на место? Копы, криминалисты? Медэксперты?
— Копы там больше не работают, давно поразъехались. Медэксперт три года назад приказал долго жить.
— Но у тебя до сих пор должны оставаться записи. — Марс постучал себе по лбу. — Вот здесь.
— Они у меня не все, — Декер вздохнул, — потому что… Потому как я не все их читал. Особенно данные медэкспертизы. Во всяком случае, поверхностно.
Марс удивленно поднял брови.
От Декера это не укрылось.
— От поступления звонка я там дневал и ночевал пять дней. Хотя это не оправдание. Но отпечатки и анализ ДНК — это такой верняк, что просто сбивает с ног, во всяком случае, я так думал. И в остальном был уже не столь прилежен. Что могло стоить Хокинсу свободы, а затем и жизни.
— Единственное, что делает тебя человеком, Декер. И позволь сказать, у меня имелись сомнения на этот счет. — Марс изобразил усмешку.
— Я не должен был ошибиться, по крайней мере так.
— И теперь ты пытаешься загладить вину. Делаешь все, что в твоих силах. Это все, что ты можешь.
Не услышав ответа, Марс подался ближе и доверительно спросил:
— Амос, скажи мне, что случилось? Я не узнаю этого парня. Что-то тебя гложет. Причем дело не только в том, что ты мог напортачить. А ну-ка, перец, выкладывай все начистоту. Иначе, без понимания, и сделать ничего будет нельзя.
— Понимаешь, Мелвин… Некоторые люди просто созданы для того, чтобы быть сами по себе. Работать в одиночку, жить, действовать… одни.
— И ты думаешь, что ты один из них?
— Мелвин, я знаю это. Чувствую.
— Амос, я был одиноким двадцать лет. Только я, стальные прутья и бетонные стены. Ну и дожидающаяся меня смертельная игла.
— А теперь я тебя не понимаю.
— Тогда давай я изложу яснее. Я был убежден, что я тоже одиночка. Что именно так и пройдет моя жизнь. Но я совершал ошибку.
— Это как?
— Я позволял обстоятельствам, находящимся извне, определять меня. Контролировать. Это неправильно. Еще хуже, чем лгать самому себе. Все равно что лжешь своей душе.
— Ты думаешь, что я примерно в таком положении?
— Во-первых, Алекс рассказала мне, как вы вдвоем оказались здесь. Навещали на кладбище твою семью.
Декер отвел взгляд.
— Ты чувствуешь себя привязанным к этому месту, и мне это понятно. Но ведь это не так. Ты отсюда переехал. Поступил в ФБР. А если б ты этого не сделал, я бы сейчас гнил в техасской тюрьме или, скорее всего, был бы мертв. Но речь не обо мне, а о тебе.
— Может, это было ошибкой — переехать, — промолвил Декер.
— Может, да, а может, и нет. Но суть в том, что ты сам сделал этот выбор. У тебя наилучшая в мире память, Амос. Нет ничего такого, чего бы ты не помнил. Я теперь знаю, что это и благословение, и проклятие. А с твоей семьей и тем, что с ней случилось, это вообще наихудшее из всех мыслимых событий. Но ведь есть же и хорошее? Все те счастливые времена? Ты ведь тоже их помнишь так, будто они случились только что. Я вот, например, даже не помню, как выглядела моя мама. В самом деле не помню ни прикосновений ее, ни улыбки. Не помню ни одной своей днюхи, когда был маленьким. Я лишь вынужден представлять, как это было. Ты же можешь все это воскрешать в памяти. Можешь переехать хоть в Сибирь, попасть там в пургу, а закроешь глаза — и вот ты уже снова здесь, ужинаешь со своей женой. Держишь ее за руку. Собираешь в школу Молли. Читаешь ей книгу перед сном. Это все здесь, чувак. Все уже здесь.
Декер наконец снова посмотрел на него.
— В этом самое трудное, Мелвин, — голос его пересох, ломался. — Я всегда буду сознавать это так четко, будто это было вчера. Знать, как чертовски много я потерял.
Марс подсел рядом и обвил ручищей широкие плечи Декера.
— Это и называется жизнью, дружище. Все хорошее, плохое и уродливое. Главное, не позволяй двум последним принижать первое, потому что первое — оно и есть самое важное. Если ты удерживаешь его в живых, то тебе по плечу справиться с чем угодно. Это и есть божеская истина.
Они сидели молча, но с неизменной точностью передавали друг другу свои чувства, как это часто бывает между близкими друзьями.
Глава 27
— Алекс бы вряд ли это одобрила, — хохотнул Марс.
Они стояли в вестибюле «Резиденс Инн» у буфетной стойки. Было время завтрака, и еда на ней являла собой подлинный кошмар кардиолога.
— Раньше эта часть дня была у меня любимой, — ответил Декер, вожделенно озирая блюда с беконом, пухлыми сосисками и яичницей, а также стопки блинчиков, вафель и кувшинчики с сиропом.
— Но она не баловала тебя взаимностью.
— Амос!
Оба враз обернулись на сухонькую старушку, которая спешила к ним с тарелкой рассыпчатого печенья на отлете. Женщине было за восемьдесят, искристые седины прикрывала сеточка для волос.
— Я слышала, вы вернулись в город. — Она приподняла тарелку: — Отнесете эту тарелочку к себе на стол, как раньше? Сама пекла.
— Привет, Джун. — Декер растерянно таращился на угощение, пока не получил от Марса тычок в бок.
Тогда он вздрогнул и засуетился с ответом:
— Да нет, спасибо, Джун. Наверное, обойдусь. Сейчас вот возьму, э-э, апельсинового сока и мисочку овсянки.
Джун оглядела его с подозрением:
— Вы что-то схуднули. Да какое там схуднули — просто кожа да кости! Не приболели, часом?
— Нет-нет. Я сейчас здоровее, чем за долгие годы.
Судя по глазам, она сильно сомневалась в его правдивости.
— Ну ладно, если передумаете, то посигнальте. — Она взглянула на Марса. — Вашему другу тоже бы не мешало слегка откормиться.
Марс выдавил улыбку:
— Да, мэм. Займусь прямо с утра.
— Ну, не хотите, как хотите, — и старушка засеменила прочь.
Марс окинул взглядом все это вредное изобилие на стойке и покачал головой:
— Старик, как ты мог, живя здесь, проходить мимо этого стола без обнимания?
* * *
Как только закончили есть, у Декера зажужжал мобильный. Звонила Салли Бриммер.
— Я скинула все файлы на флешку, — сообщила она осторожным полушепотом. — По электронке слать не рискую: здесь все отслеживается, а мне работа дорога.
— Можем где-нибудь пересечься, и ты дашь мне флешку.
— Я заканчиваю в шесть. Знаешь парк Макартур в восточной части города?
— Да.
— Можем встретиться там у пруда — как насчет половины седьмого?
— Буду на месте. Мисс Бриммер, вы кудесница.
— Да ладно тебе, просто Салли. У конспираторов в ходу имена, а не фамилии, Амос.
Послышались короткие гудки.
— Хорошие новости? — проницательно посмотрел Марс.
— Думаю, что да.
Телефон зажужжал снова. Вначале мелькнула мысль, что это снова Бриммер. Но номер был другой, хотя вполне известный.
— Капитан Миллер?
— Амос, прежде всего хочу принести извинения.
— За что?
— За то, что с тобой случилось. Арест, слушание об освобождении под залог. То, что мне сейчас сообщила Бет, лишний раз доказывает: Нэтти и Чилдресс клинические идиоты!
— Это для меня не новость. Но вашей вины здесь нет никакой.
— Нет, есть, поскольку я позволил Чилдрессу взять верх. Этот засранец меня обошел. Но вчера вечером я разыграл другую партию. Пошел прямиком к комиссару, а тот затем к своему шефу. В результате чего тебе прямо сейчас дано разрешение наблюдать за делом.
— В чем конкретно это выражается?
— В целом немало. Нэтти и Чилдресс не могут чинить тебе препоны. Ты можешь знакомиться с уликами, можешь даже разговаривать со свидетелями и выискивать потенциальные зацепки. Хотя не можешь вызывать подозреваемых на допрос. Вместе с тем тебя будут знакомить с данными медэкспертизы и другими промежуточными результатами.
— А Нэтти по-прежнему остается работать?
— К сожалению, да. Кляну судьбу, что Мэри пришлось взять самоотвод.
— В этом вы не одиноки. Но спасибо за все сделанное, капитан. Я очень признателен. По крайней мере, теперь снова могу приобщиться к делу. — Он взглянул на Марса. — Тут со мной еще подключается новый помощник. Думаю, он себя проявит.
— Дерзай, Амос. Нэтти как пить дать взбеленится, ну а уж ты найди клапан сбросить ему давление. Да, и еще кое-что.
— Слушаю?
— Найдена машина Сьюзан Ричардс.
— Где?
Миллер сообщил детали.
— А сама она нашлась? — настороженно спросил Декер.
— Следов нет. Нэтти наверняка уже на месте, проверяет. Действуй осмотрительно. Жаль, что больше сведений дать не могу. Все, мне тут звонят.
Он ушел со связи.
Декер оперативно рассказал Марсу о событиях.
— Значит, тачку нашли, а ее нет? Какие выводы напрашиваются?
— Да особо никаких, — пожал плечами Декер.
— Ну так что, сейчас едем туда?
— Едем.
Как раз в этот момент мимо их столика прокатывала тележку Джун, и Декер незаметно ухватил с тарелки пару тех печенек. Одну он кинул Марсу:
— На. Не говори, что я держу тебя на голодном пайке.
И надкусил свою печенюшку.
— Ха. Инфаркт у меня провоцируешь? — буркнул Марс и надкусил свою.
* * *
Свою каршеринговую «Мазду» Декер остановил возле полицейской ленты, туго трепещущей на ветру. Тут и там виднелись полицейские и патрульные машины.
Зеленая «Хонда Цивик» обнаружилась примерно в двух часах езды от Берлингтона — позади заброшенного мотеля, закрывшего свои двери уже лет сорок назад. Мотель стоял на местной дороге, которую путешественники с открытием поблизости новой автотрассы стали избегать.
Декер с Марсом вылезли из машины и огляделись. К ним незамедлительно подошел офицер. Декер предъявил удостоверение, держа его в раскрытом виде.
— ФБР? — коп слегка опешил. — Вы-то здесь что делаете?
— То же, что и вы. Пытаемся разыскать Сьюзан Ричардс.
— Эй! А ну-ка!
Декер ожидал этого, и все же внутри тревожно екнуло.
К ним развязной походкой подходил Нэтти.
— Что, Миллера взял себе в заступники?
— Капитана Миллера. У которого ты в подчинении.
Нэтти уставил в Декера палец:
— Ты только наблюдаешь, и на этом все! Шаг влево, шаг вправо, и опять будешь куковать в скворечнике.
К нему ошарашенно повернулся тот полицейский:
— Агента ФБР, в тюрягу?
— Да он не настоящий агент, — успокоил его Нэтти.
— В самом деле? — резко встрял Мелвин Марс. — Этот парень, между прочим, спас жизнь президенту США! У него прямая линия с Белым домом, совместный снимок с первым лицом и благодарственное письмо. — Он торжествующе поднял «V» из двух пальцев. — Вот такие у нас парни. Не то что некоторые.
Офицер взирал на Декера с боязливым почтением.
Нэтти ощетинился теперь уже на Марса:
— А ты кто такой?
— Он мой помощник, — ответил за Марса Декер.
— У тебя же вроде Джеймисон?
— Она на другом задании.
— А этот что, тоже фэбээровец?
— Он под мандатом моих полномочий.
— Это как? — не понял Нэтти.
— А так, что если попытаешься мешать моим действиям, Нэтти, то я пойду к комиссару.
— Ой дерьма в тебе сколько.
— Кто нашел машину? — задал вопрос Декер.
Нэтти, выпятив подбородок, притворился глухонемым.
— Послушай, Нэтти. Давай начистоту. Если у меня получится выяснить, кто это сделал, арест преступника зачтется тебе.
— Можно подумать, мне в этом нужна твоя помощь.
— Хорошо, тогда я буду действовать самостоятельно. Но если задержание проведу я, коврижки достанутся ФБР. Думаю, Чилдресс этому не обрадуется. Сейчас ты у него в фаворе, но так было не всегда. И сольет он тебя в ту же секунду, когда решит, что это ему не на руку. Помнишь дело Харгроува?
При одном лишь упоминании об этом Нэтти ощутимо напрягся и, по-прежнему с кислой миной, открыл блокнот.
— Нашел бомж, когда шарился в мусорке. Сегодня, около четырех утра. Сообщил местным. А те по нашему розыскному объявлению уведомили нас.
— Можно взглянуть на машину?
— Следственная группа уже осмотрела.
— В порядке наблюдения.
Нэтти хрюкнул горлом, развернулся и зашагал в ту сторону. Декер и Марс двинулись за ним.
— Не пойму, Декер, — шепнул ему на ходу Марс, — с чего ты взял, что этот тип — говнецо? Он просто говнище.
— Воняет реально, — согласился Декер.
— А тот Чилдресс что, еще хуже?
— Хуже. Потому что, в отличие от Нэтти, он умеет пускать пыль в глаза тем, кому нужно. В том числе нормальным людям. Именно это и делает его таким опасным.
Глава 28
Старенькая «Хонда» с неисправным глушителем приютилась рядом с огромным, проржавелым мусорным баком, напоминающим циклопическую ракушку на железном боку корабля.
Декер и Марс остановились в паре метров от него. Взгляд Декера прошелся по машине и окрестностям, после чего остановился на фигуре в синем комбезе техника, занятой сбором вещдоков.
— Снова привет, Декер, — подала голос Келли Фейрвезер. — Что это за друг?
— Мелвин Марс, — делая шаг вперед, представился Марс и протянул руку. — Помогаю, э-э… агенту Декеру с расследованием.
— Круто, — сказала Келли.
— Что есть на данный момент? — спросил Декер, бдительно глядя на Нэтти, который сейчас по ту сторону машины совещался с еще одним техником.
— Ну, во-первых, никаких отпечатков, кроме самой Сьюзан Ричардс. Ни внутри, ни снаружи.
— Логично, это же ее машина, — сказал Марс.
— Багаж сзади есть? — спросил Декер.
— Нет ничего.
— А ключи?
— И ключей нет.
— Какие-нибудь заметные следы?
— Ни крови, ни спермы, ни частей тела, ни тканей, ни других существенных биологических остатков.
— А присутствие в машине другого человека?
— Тоже не установлено. Ехала только она.
— Ничего, если я взгляну? — попросил Декер.
— Да пожалуйста. Только вот это надень.
Натянув поданные Фейрвезер латексные перчатки, Декер направился к машине.
Марс последовал за ним. В этот момент поднял глаза Нэтти, но тут же вернулся к своему разговору с техником.
Все четыре двери «Хонды» были открыты, в том числе и крышка багажника. Декер кивком указал на мусорный бак.
— Проверяли на наличие трупа?
Фейрвезер печально кивнула:
— Проверили. Ничего, кроме мусора. Теперь самой санобработка понадобится.
— Никаких следов ни от нее, ни от машины?
— Ничего не нашли.
Декер обежал бак глазами, после чего сунулся в проем передней водительской дверцы и прощупал там оба сиденья; то же самое и с задними. Марс все это время зависал у него над плечом.
— Келли, ты пометила координаты всех найденных отпечатков, внутренних и наружных?
Читать бесплатно другие книги:
