Когда начнутся дожди Джеффрис Дайна
– Мадам.
Девушка сложила перед собой ладони в традиционном приветственном жесте.
– Кири, как я рада тебя видеть, – сказала Элиза, стараясь взять чувства под контроль.
Кири подошла к ней и опустилась на колени возле кровати.
– Дайте мне ваши руки, мемсаиб.
– Пожалуйста, не называй меня так.
– Как же мне к вам обращаться?
– Элиза.
Кири усмехнулась:
– Не могу. «Мадам» вас устроит?
Элиза невольно улыбнулась:
– Более чем.
– Давайте я помогу вам принять ванну и вымыть голову. Вам сразу станет лучше.
– Ванну? Где?
Кири встала и указала на одно из красных полотнищ.
– Здесь есть ванная. Идемте.
Элиза последовала за Кири в просторное помещение с отполированной металлической ванной, туалетом в земле и застеленным коврами полом. На столике лежала горка пышных подушек и несколько полотенец.
– Сделаем вас красавицей.
– Вряд ли мне от этого будет какая-то польза, но от ванны не откажусь: я очень устала.
– Мадам, с тех пор, как вы уехали, во дворце никакого покоя. Принц Джайант бродит… как у вас говорят?.. Как медведь-шатун.
Элиза смутилась, но все же спросила:
– Как ты думаешь, он испытывает ко мне чувства?
Кири рассмеялась:
– А то сами не знаете!
Элиза покачала головой.
– Только кто-нибудь упомянет ваше имя – сразу выходит из комнаты. Когда его матушка заводит разговор о женитьбе на принцессе из другого княжества, рявкает в ответ. А вообще-то, мадам, достаточно посмотреть ему в глаза. По ним все видно.
Кири деликатно намыливала, потом умащивала маслом кожу Элизы. Та закрыла глаза. Смыв с волос гостьи пыль пустыни, Кири сходила в спальню и вернулась с красивым сине-зеленым шелковым халатом, точно под цвет глаз Элизы, и вышитыми комнатными туфлями.
Потом Кири указала на противоположный угол ванной.
– Кири, я должна идти туда?
– Да, мадам. Мне с вами нельзя.
Служанка опустила взгляд.
Элиза шагнула вперед. Она могла бы это предвидеть, но только в тот момент поняла, что Джай не уехал: он ждет ее. Элиза замерла в нерешительности и оглянулась на Кири, но служанка не поднимала глаз.
Элиза отдернула завесу и, неслышно ступая, вышла в другую часть шатра. Она замерла, осматривая половину Джая – здесь полотнища были темно-синими, расшитыми медными нитями, – но хозяина не заметила. Расстеленные на полу ковры тоже были синими, только более светлого оттенка. Взглянув на пол, Элиза увидела ноги Джая. Он стоял по другую сторону высокого предмета мебели, напоминавшего платяной шкаф. Темные бархатные занавески скрывали Джая от Элизы. Но постепенно ее глаза привыкли к полумраку – спальню озаряли только свечи и масляные лампы, – и Джай шагнул ей навстречу.
– Уже темнеет, – произнес он. – Если хочешь, зажгу лампы ярче.
Элиза покачала головой:
– Мне все видно.
Повисла долгая пауза. Они глядели друг на друга. Затем Джай приблизился к Элизе, и она позволила ему подвести себя к кровати, заваленной подушками.
– Просто посидим вместе. Ты ведь не возражаешь? – сдавленным голосом спросил Джай.
Кровать была низкой. Перед тем как на ней расположиться, они стали молча перекладывать подушки. Джай старался не уронить лицо, но во всей его манере поведения чувствовалась мягкая грусть, которая только усиливала печаль Элизы.
Как только они полулежа расположились на кровати, Джай потянулся к руке Элизы.
– Выходит, ты не уехал? – произнесла она.
Молчание.
– Джай.
Он тяжело вздохнул и повернулся к ней.
– Посмотри на меня, Элиза.
Она повернулась к нему. Увидев печать горя на его лице, Элиза больше не смогла сдерживаться: к глазам подступили слезы.
Так они сидели некоторое время, потом Джай улыбнулся:
– Я тебя очень прошу, милая, скажи правду. Почему?
– Почему я выхожу за Клиффорда?
Джай молча кивнул, но нарушить тайну ее заставили не слова, а страстный пыл в его взгляде. Элиза поняла: она просто не способна лгать Джаю и теперь, когда он рядом, она опять может быть собой.
– Клиффорд обещал выпустить тебя из тюрьмы и больше не предъявлять тебе никаких обвинений.
– При условии, что ты станешь его женой?
Элиза кивнула.
– В защиту Клиффорда могу сказать, что идея принадлежала твоей матери. Пожалуйста, не злись на нее, – прибавила Элиза, заметив, как посуровело лицо Джая. – Лакшми хотела тебя защитить.
– Хорошо. Если твоя версия событий выглядит так, давай сменим тему. Я виделся с Девданом. Он признался, что Чатур взял его в сообщники: наш деван задумал меня подставить, обвинив в распространении крамольных памфлетов.
– Но почему Дев согласился?
– У него были на то причины.
– Какие?
– Элиза, это не моя тайна.
Она пожала плечами:
– Дев тебя предал. Неужели тебе все равно?
– Он просто оказался в затруднительном положении. – Джай усмехнулся. – К тому же Чатур посулил Деву награду, от которой трудно отказаться. Обещал ему пишущую машинку и лицензию на нее.
– Серьезно?
– Во всем виноват Чатур. Он давно мечтал от меня избавиться и решил использовать для этой цели Дева.
Элизу замутило.
– Могла бы и раньше догадаться, что это все происки Чатура. А как теперь быть с Девом?
– Не знаю. Честно. До сих пор он был мне хорошим другом. Мы с ним поговорили по душам.
– Как можно быть таким доверчивым? Получается, он способен на что угодно.
– Нет, это его отец был способен на что угодно, а Дев не такой.
– Что совершил его отец?
Джай покачал головой:
– Поверь на слово, ничего хорошего.
– Что теперь будет с Чатуром?
– Аниш рассматривает варианты.
– И все? – не поверила своим ушам Элиза.
– Пока – да. А теперь отдохни, поешь и ложись спать. На свежую голову решения принимать легче.
Но Элизу беспокоил еще один вопрос.
– Ты ведь понимаешь, что мы не можем спать вместе, поскольку я помолвлена?
Джай прижал палец к губам:
– Молчи. Давай просто полежим до ужина.
Два дня царила изнуряющая жара. Все это время Элиза и Джай разговаривали, пока зной не заставил их отказаться даже от беседы. Они просто лежали рядом, но не касались друг друга. Джай раскинулся на спине, заложив руки за голову, а Элиза свернулась рядом. Время будто остановило свой ход, минуты сливались в часы, наполненные смутными чувствами, которым не было названия.
– Что между нами происходит? – спросила Элиза после продолжительного молчания.
Некоторое время Джай смотрел на нее.
– Ничего. Просто ты и просто я. По-твоему, этого недостаточно?
– Не знаю. Раньше со мной такого не было.
– Разве обязательно всему давать определение?
– И этого я тоже не знаю.
Потом Джай рассказал Элизе, что водный проект почти завершен. Он поручил следить за ходом работ исполненному раскаяния Деву. Элизе слабо верилось в его добросовестность, но, когда она затронула этот вопрос, Джай заверил, что Дев ни в коем случае не станет срывать проект. А еще Джай сказал, что причиной взрыва в Дели, свидетельницей которого была Элиза, оказалась старая масляная лампа, которую забыли потушить. Химикаты хранили неправильно, и они загорелись. Никакого террористического акта не было. Элиза вздохнула с облегчением. Увидеть два взрыва бомбы, и оба в Дели – это уже чересчур, особенно учитывая, что второй казался Элизе жутким эхом первого.
Они спали отдельно: он на своей половине шатра, она на своей. На вторую ночь, слушая, как ворочается Джай, Элиза сдерживалась из последних сил, чтобы не пойти к нему. Но в жаркой ночной тиши ее решимость не ослабла, и Элиза мужественно переносила мучительное влечение. В середине ночи она вышла посмотреть на звезды. Костер еще горел, и его пламя светило во мраке пустыни, точно огонь маяка. Элиза знала: костер нужен, чтобы отпугивать диких зверей. Она сразу поспешила обратно внутрь. Песок хрустел у нее под ногами.
На третье утро Элиза сидела у костра по-турецки. Она страдала от недосыпа и ждала, когда сварится кофе. Тут из шатра вышел одетый в халат Джай. Его кожа сияла в отблесках огня, а волосы еще не высохли после ванны, но Элиза заметила темные тени у него под глазами. Выходит, Джаю тоже не спится.
Когда он присел рядом с Элизой на корточки, верхняя часть халата распахнулась, и Элиза чуть не дотронулась до его груди. Она жаждала ощутить, как их сердца бьются в унисон, а дыхания сливаются воедино, совсем как раньше… Но вместо этого Элиза спросила, все ли фотооборудование пострадало во время пожара во дворце.
Джая озадачил ее вопрос.
– Чатур сказал, что сгорели темная комната и моя спальня.
– В первый раз слышу о пожаре. Мне бы сообщили.
– Значит, он меня обманул, – вздохнула Элиза.
– Пакость в стиле Чатура.
– Ну что ж, – произнесла Элиза. Ее сердце дрогнуло, но она собрала волю в кулак и продолжила: – Я решила написать Клиффорду.
С тех пор как она рассказала Джаю правду, о ее помолвке они не говорили, но все же эта тема будто висела в воздухе, и эту черную тень трудно было игнорировать.
– О чем? – спросил Джай.
В его глазах вспыхнул огонек надежды. Несмотря на всю силу и мужественность, он оказался таким же уязвимым, как и Элиза.
– О помолвке. Я ее разрываю. Можешь послать гонца с письмом?
– У меня как раз есть подходящий человек. Поедет завтра же.
Джай ответил с такой радостной готовностью, что Элиза, не сдержавшись, улыбнулась.
– Оставь меня на часок одну, и дело будет сделано.
Как только Джай ушел, Элиза взялась за ручку и бумагу. Надежда переполняла ее сердце. Муссоны совсем близко. Элиза чувствовала их приближение: ожидание витало в воздухе, бурлило в крови. Слава богу. Дольше Элиза бы просто не выдержала. После испепеляющего зноя дожди принесут долгожданное облегчение.
По прошествии часа Джай вернулся в шатер вместе с незнакомым мужчиной.
– Готова?
Элиза едва заметно кивнула.
– Вот письмо.
– Этот человек его доставит, – сказал Джай. – Он передаст твоей подруге Дотти, что с тобой все в порядке.
Джай взял ее за руку. Элиза широко улыбнулась.
– А теперь надо спешить. Лагерь необходимо свернуть до дождей, а мы с тобой, моя прекрасная англичанка, отправляемся в Удайпур.
Глава 33
Удайпур
Все это время жара придавливала к земле, будто тяжкий груз, но теперь, на пути в Удайпур, явственно ощущалось приближение дождей. Внутри сгущавшихся туч зрел шторм. Они темнели вдали, и впервые с ноября – месяца, когда она приехала в Индию, – Элиза увидела, как неподвижное небо пришло в движение. Масса темных туч закручивалась водоворотами и вздымалась волнами. Стихия пробуждала в душе волнение, обещая начало чего-то нового. Элиза пожалела, что у нее нет с собой камеры, чтобы запечатлеть эти темные, причудливо подсвеченные облака, скользившие над горами Аравали. От первого грозного раската грома по телу Элизы будто пробежал электрический разряд. Они с Джаем ехали на его мотоцикле прямо навстречу стихии.
– А если дождь застанет нас в дороге? – прокричала она.
– Вымокнем до нитки!
Элиза рассмеялась, охваченная пьянящим счастьем: наконец-то они с Джаем снова вместе! Она вдыхала такой знакомый аромат сандалового дерева и лайма. Перед дождями случилось многое, но теперь небеса вот-вот разверзнутся, и в жизни Элизы и Джая тоже наступит обновление.
Чем ближе они подъезжали к Удайпуру, тем больше нарастало радостное предвкушение. Элиза давно мечтала увидеть этот полный романтики город озер, окруженный горами Аравали, и вот теперь ей представилась такая возможность. Горячий ветер пригибал траву. Элизе хотелось хлопать в ладоши и подпрыгивать, как в детстве, но приходилось держаться за Джая. Наконец они подъехали к крепости, будто выросшей прямо из вершины холма: такое впечатление производили многие индийские крепости. Джай остановил мотоцикл, сошел с него и помог спешиться Элизе. Снова привыкая к твердой земле под ногами, она разглядывала арки, башенки и купола.
– Хочешь увидеть муссоны во всей красе – приезжай в Удайпур, – прокомментировал Джай.
Элиза опустила взгляд и едва не ахнула от изумления: казалось, дворец плавал прямо на зеркальной поверхности озера. Эта прекрасная греза наяву очаровывала мгновенно.
– Ты там бывал? – спросила Элиза: ей не верилось, что дворец на озере материален и в него можно просто войти.
Джай вскинул брови, будто хотел сказать: «Конечно, а ты как думала?»
Полюбовавшись панорамой города и его окрестностей, от которой захватывало дух, Элиза и Джай отдали дорожные сумки слуге. Джай провел ее в крытый павильон с высокими арками и колоннами. За павильоном раскинулся дворец внутри крепости.
– Будем смотреть отсюда, – сказал Джай.
Будто по сигналу, упали первые капли дождя.
– Начинается? – спросила Элиза и вытянула руки.
– Очень может быть.
Несущиеся по небу тучи приобрели удивительно насыщенный оттенок лилового, и вдруг зигзаг молнии рассек небо сверху донизу. Элиза вздрогнула и протянула Джаю руку.
– Величественное зрелище, правда? – спросил он.
– Даже не верится, что такое бывает.
Джай рассмеялся и сжал ее руку. Элиза прислонилась к нему и спиной ощутила, как бьется его сердце.
– Удайпур окружен лесами, озерами и, как видишь, холмами. Когда дождь закончится, покажу тебе улочки и переулки старого города.
– Дворец на озере будто сошел с картинки в книге сказок.
– Это Королевский летний дворец.
– Давай искупаемся после дождя.
– Ну, если крокодилы тебя не смущают…
Сначала капли дождя были редкими, но потом раздался настолько мощный раскат грома, что казалось, будто весь мир содрогнулся от страха. Только тогда небеса разверзлись. Потоки дождя хлынули на город и обрушились на поверхность озера. Иссохшая земля начала источать давно таившееся внутри нее благоухание. Джай что-то говорил, но в таком шуме Элиза не могла разобрать ни слова.
Целый час они стояли и смотрели. Создавалось впечатление, будто здесь пролилась дождем вся вода мира. В небе то и дело вспыхивали молнии. Вскоре белая водяная стена стала такой плотной, что скрыла от глаз и город, и озеро, и дворец. Наконец раскаты грома стихли, и Джай повернул Элизу к себе. Из-за сгущавшейся темноты и дождя она едва могла разглядеть его лицо – видела только сияющие глаза.
– Пойдем? – спросил Джай. – Это всего лишь передышка.
– Да, пойдем.
Когда они шли ко дворцу, Элиза спросила, где хозяин и как он отнесется к тому, что они явились без приглашения.
– Он мой старый друг. Не волнуйся, я обо всем договорился.
– Ты знал, что я приеду?
– Надеялся.
Когда они вошли в отведенную им комнату, Элиза окинула взглядом огромную кровать с балдахином. Занавески были раздвинуты.
– Хочешь, задерну? – предложил Джай.
Элиза покачала головой и приблизилась к широким окнам.
– Эти занавески давай тоже оставим так, – произнесла она.
– И окна откроем, чтобы слышать дождь…
Элиза рассмеялась.
– А вы романтик, Джайант Сингх Ратхор.
– Вы меня осуждаете?
Элиза подбежала к Джаю и кинулась ему на шею. Он мягко отстранил ее и подвел к кровати. Элиза легла на подушку, он поднял ее юбку и стал медленно стягивать с нее чулки. Пальцы Джая нежно касались ее кожи.
– Шелковые? – спросил он.
– Моя единственная пара. Дотти подарила.
Элиза не могла сдержать смех. Казалось, все это время радость, не находившая выхода, накапливалась внутри нее, а теперь хлынула наружу бурным потоком, подчинив себе все ее существо. Джай тоже рассмеялся, и вот Элиза уже смеялась и плакала одновременно, а он утирал ее слезы. Когда Элиза наконец успокоилась, Джай раздел ее полностью и устремил на нее благоговейный взгляд.
– Какая белая у тебя кожа, – произнес он. – Как фарфор.
Опьяненная зовом ночи, Элиза чувствовала себя так, будто наконец вырвалась на свободу. Более прекрасного ощущения ей испытывать не доводилось.
– Теперь моя очередь тебя раздевать, – сказала Элиза.
– Сначала я хочу ласкать тебя.
Она прикрыла глаза. Кончики пальцев Джая нежно исследовали каждый сантиметр ее кожи, от пальцев ног до век. Утонченное наслаждение заставило Элизу забыть обо всем на свете. В Джае, так же как и в его родной земле, было что-то нерушимое, вечное. С ним Элиза будто тоже проникала в его мир, в то пространство, где моменты длятся бесконечно, а времени не существует.
Элиза раздела Джая, и они занялись любовью – долго, медленно. Элиза не представляла, минуты прошли или часы. Снаружи грохотал гром и в такт его раскатам колотилось ее сердце. А потом они с Джаем лежали рядом, мокрые от пота. Элиза не знала, нужно ли что-нибудь сказать, но она так остро чувствовала любовь к Джаю, что не осмелилась заговорить из страха испортить этот головокружительный момент.
За ночь они занимались любовью несколько раз. Шторм все бушевал, а ветер задувал дождь в комнату даже сквозь щели в оконных рамах. Элиза и Джай двигались все более порывисто. Ощущая вкус Джая у себя на языке, Элиза поняла: это самое волнующее и прекрасное, что происходило в ее жизни. Их крики и стоны никто не мог услышать: все звуки поглотила стихия. Но Элизу не остановили бы даже толпы слушателей. Она подумала о жителях города, которым дожди принесли невероятную радость и облегчение. Интересно, сколько детей будут зачаты этой ночью?
На следующий день во время долгого затишья Джай повел Элизу в старый город. Когда они шли вдоль восточного берега озера Пикхол, Элизу поразило, как высоко успела подняться вода. Озеро было окружено дворцами, храмами, гхатами (ритуальными набережными) и лесистыми склонами Аравали, радовавшими глаз мягкими охровыми и лиловыми оттенками.
Но воды прибавилось не только в озере. По узким оврагам и горным тропам стекали целые потоки. После дождей все вокруг блестело в лучах утреннего солнца. Джай рассказал, что Удайпур часто называют Восточной Венецией и что его обычно спокойные озера окружены прекрасными садами.
– А в сезон муссонов Удайпур выглядит особенно величественно. Здесь пять больших озер, и все разливаются. Видишь? Сегодня даже дворцы засверкали ярче.
– Наверное, это самое романтичное место во всей Индии.
Джай рассмеялся и взял ее за руку:
– Значит, мы приехали куда нужно.
– Ничего, что мы держимся за руки на людях?
– Беспокоишься, что о нас подумают местные жители?
– Просто здесь другие традиции. У вас ведь это не принято, верно?
– Людям не до нас. Когда приходят дожди, всеми овладевает буйное настроение. Кровь бурлит, и строгие правила в это время не действуют.
– Как приятно, что наконец стало прохладнее!
Джай широким жестом обвел все вокруг.
– Только посмотри. Король раджпутов Махарана Удай Сингх Второй основал этот город в тысяча пятьсот пятьдесят девятом году.
– Все это чудесно, но неужели дожди закончились? – спросила Элиза.
Джай удивился.
– Смею надеяться, что нет. Нам требуется намного больше. Того, что уже пролилось, достаточно, чтобы холмы зазеленели, но нам необходимо наполнить наше новое озеро.
– Ой, я почти про него забыла.
Джай оказался прав: дожди хлынули снова, и к вечеру он заметно приободрился. Почему Элиза раньше не понимала, как сильно Джай боялся, что в этом году дождей не будет? Привыкшая к щедрому на осадки английскому климату, она совсем не подумала о том, что здесь это вопрос жизни и смерти.
Они провели вместе еще одну сказочную ночь. На этот раз Джай и Элиза долго разговаривали в темноте, как и все влюбленные, чьи отношения только зарождаются. Во дворце Джая между ними все было по-другому. Теперь оба стали более открытыми и искренними. Джай рассказывал, как плакал по ночам в подушку, когда его отправили учиться в школу в Англии, как он ненавидел безвкусную английскую еду и невыносимый британский снобизм. А еще рассказал, каким горем стала для всей семьи гибель его маленькой сестренки.
– Наверное, поэтому мы так привязались к Инди. Конечно, сестру она мне никогда не заменит. Для Лакшми это был страшный удар. Ребенок – это ведь часть родителя. Как пережить утрату части себя?
– По-моему, моя мама никогда не была до такой степени ко мне привязана, – сказала в ответ Элиза.
Она призналась: мама вела себя так, будто вовсе ее не любила. Рассказала Элиза и о том, что не получала никакого удовольствия во время близости с Оливером и ложилась в постель с содроганием. Когда Оливер засыпал, она уходила в гостиную и сидела там почти всю ночь, а спала днем, после того как он уходил на работу. Со слезами на глазах Элиза созналась: она даже не подозревала, что может быть по-другому. А потом Элиза уснула под непрекращающийся шум дождя.
На следующее утро их идиллию прервал громкий стук в дверь.
Джай нехотя встал с кровати, накинул халат и открыл дверь. Элиза с головой спряталась под одеялом. Она никогда не была так счастлива, но, хотя слуги знают об их романе, нельзя допустить, чтобы ее увидели раздетой в постели Джая. Вот дверь закрылась, потом послышались шаги Джая. Элиза ждала, что он ляжет обратно, и удивилась, когда этого не произошло. Она вылезла из-под одеяла. Джай стоял неподвижно, будто статуя, и молча глядел в окно.
– Что случилось? – с замиранием сердца спросила Элиза.
В ее голосе прозвучали тревожные нотки.
Джай обернулся и протянул ей лист бумаги.
– Вот, – ничего не выражающим тоном произнес он. – Прочти.
Элиза соскользнула с кровати и подошла к Джаю. Ее глаза пробежали по строкам, но известие не укладывалось в голове. Что теперь будет с ней и Джаем?
– Соболезную, – только и выговорила Элиза.
– Надо ехать, – произнес Джай и посмотрел на нее с такой печалью, что Элизу бросило в дрожь.
– Прямо сейчас?
Джай мрачно кивнул.
– Но ты же вернешься?
– Давай присядем.
– Нет, говори все сразу.
– Ты ведь прочла письмо. Аниш умер, а значит, у меня нет выбора. Понимаешь?
Читать бесплатно другие книги:
