Когда начнутся дожди Джеффрис Дайна
– Тебе, наверное, кажется, что Лакшми сама доброта, но раз дело коснулось одного из ее драгоценных сыночков, вся ответственность ляжет на одну тебя. Уж поверь, она сделает все, чтобы пресечь ваш роман на корню. Так что не теряй бдительности.
Элиза молча разглядывала ногти, а когда наконец заговорила, ее голос прозвучал едва слышно, сдавленно:
– То есть я у него не первая англичанка?
– Нет, конечно! Неужели он тебе не говорил про остальных? Развеу любовников не принято рассказывать друг другу про бывших? Впрочем, какая тебе разница? Ты же не девственница. Джай обычно предпочитает замужних. От них проще отделаться.
Элиза сглотнула ком в горле. Сколько же у Джая было женщин до нее?
– Так вот зачем Джай читает про токсичные вещества, – сменила тему Инди.
– Прости, не поняла.
– Хочет отравить Лакшми.
Инди запрокинула голову и расхохоталась, но Элизу такой юмор шокировал. Должно быть, Джай хотел узнать побольше про пирогаллол.
В этот момент в кабинет вошел сам хозяин. Стоило Джаю увидеть лицо Элизы, и в его взгляде отразилась тревога.
– Я пошутила, Элиза. Просто пошутила, – произнесла Инди.
– Что у вас тут случилось? – спросил Джай, переводя взгляд с одной женщины на другую.
Элиза покачала головой:
– Я просто не поняла шутку.
Джай нахмурился:
– И только?
– Расслабься, – бодро проговорила Инди. – Какой-то ты сегодня нервный! Сразу видно, чем-то недозволенным занимался.
– Индира знает про нас, – сразу поставила его в известность Элиза.
Джай пожал плечами.
– Я это предвидел. – Он отвернулся от Инди и обратился к Элизе: – Ну, говори, где хочешь меня заснять.
– Сидя за столом. Ты ведь не возражаешь?
– Отличная идея, – прокомментировала Инди. – Принц за рабочим столом! Британцы будут в восторге.
Джай рассмеялся, но Элиза знала, о чем именно он сейчас вспоминает. Перед возвращением в Джурайпур Элиза зашла в его кабинет. Джай ходил из угла в угол, бумаги были раскиданы повсюду. Джай попросил Элизу помочь ему их разобрать, но стоило ей приблизиться на несколько шагов, как Джай подхватил ее, усадил на стол и поцеловал в шею.
– А говорил, я тебе срочно нужна, – произнесла Элиза, взглянув на бумаги.
– Ты даже не представляешь насколько.
Элиза рассмеялась. Джай расстегнул ее блузку, потом поднял юбку.
– Хорошо, что ты не в брюках, – произнес он.
Элиза помогла Джаю снять с нее белье, а потом он освободился от брюк. Джай наклонился и поцеловал Элизу в живот. Она запрокинула голову и устремила взгляд в потолок. Из головы вылетели все мысли до единой, Элиза могла только чувствовать его губы на своей коже и руки на груди. А когда сдерживаться стало невыносимо, Элиза обхватила Джая за шею и притянула к себе. Пока они занимались любовью, бумаги разлетелись по всему полу. А потом оба так взмокли, что Элиза отвела Джая в свою комнату и там сама его вымыла. Затем Джай сделал для нее то же самое – и не только. Нежными, массирующими движениями он вымыл ей голову. Джай пояснил, что это индийский массаж головы. Он усадил Элизу на табурет и долго трудился над ее головой, шеей и плечами, пока она не почувствовала, что ее мышцы размягчились почти до жидкого состояния. Потом Джай отнес Элизу в кровать, и там они снова занялись любовью, на этот раз так медленно, что ей казалось, будто ее душа покинула тело.
Элиза изучала Джая, узнавала, что ему нравится, как звучат его удовлетворенные вздохи, когда она до него дотрагивается, как ей лучше двигаться, когда он внутри нее. Но Джай будто заранее знал, чего хочет Элиза, – еще до того, как она успевала понять это сама. В последние несколько дней во дворце они с Джаем просто не могли оторваться друг от друга. Они жили в собственном мире, отгородившись от всего, что способно им повредить, и все вокруг казалось им прекрасным. От красоты закатов наворачивались слезы, ветер нес ароматы плюмерии[32] и жасмина, а солнце светило лучезарно. Любовь Элизы к Джаю, к его прекрасному дворцу и к самой жизни росла и достигла таких размеров, что, кроме нее, больше ничего не осталось: она заполнила собой все.
– Что это происходит между нами? – спросила Элиза.
Он ответил, что это результат его страха: когда Элизу укусил паук, Джай так боялся ее потерять! После этого он понял, что она должна полностью принадлежать ему.
– А ты – мне, – ответила Элиза. – Hamesha.
– Всегда, – повторил Джай.
Тут Элиза резко очнулась и вспомнила, что стоит в кабинете, а рядом Инди и Джай. От таких воспоминаний щеки Элизы запылали жарким румянцем. Интересно, сможет ли она теперь смотреть на рабочие столы прежними глазами?
Джай заметил, что Элиза залилась краской, и подмигнул ей, но ее реакция не ускользнула и от внимания Индиры.
– Я вас умоляю! Если хотите сохранить свой роман в секрете, не заглядывайтесь друг на друга.
Элиза сама не заметила, что не сводит глаз с Джая, но разве не так ведут себя все влюбленные? Тебя затягивает в манящий, искрящийся водоворот страстей, и ты не в силах ему противостоять. Ты способна думать только об одном-единственном человеке и не замечаешь больше никого и ничего. Элиза понимала, что это безумие, но не хотела, чтобы оно прекращалось. Пусть никогда не заканчивается. Нужно учиться вести себя более сдержанно, решила Элиза, но на самом деле она не хотела, чтобы их с Джаем отношения оставались тайной. Если они объяснят Лакшми, что любят друг друга, она ведь все поймет, разве нет? Тут Элизу снова встревожили слова Инди. Неужели Джай действительно из тех, кто легко влюбляется и с такой же легкостью забывает женщин? Задавшись этим вопросом, Элиза посмотрела на Джая и увидела, сколько любви в его сияющих глазах. Нет, Джай не такой.
Глава 25
Следующий день начался с неожиданности. К Элизе пришла служанка и сообщила, что Клиффорд хочет с ней поговорить и ждет ее в зале для дурбаров.
Было всего десять часов утра, но жара уже вступила в свои права. Элиза надела летнее платье, которое сшила сама: ярко-зеленое в белый горошек, облегающий лиф, над которым она трудилась целую вечность, короткие рукава и стоячий белый воротничок. Клиффорд мерил шагами зал для дурбаров, и сначала она увидела только его спину. Несколько секунд Элиза молча наблюдала за ним. Как напряжены его узкие плечи! Она представила Клиффорда обнаженным, и одна мысль о его бледном теле заставила вспомнить, как при свете лампы кожа Джая сияла, будто начищенная медь. Элиза представила, как ласкает разгоряченное тело Джая, как они движутся в унисон, будто им самой природой предназначено быть вместе.
Элизе было жаль Клиффорда, но когда он повернулся к ней, в его взгляде мелькнуло что-то, похожее на триумф. Элиза невольно отпрянула.
– Значит, в Шимлу не поедешь?
– Вы же сами знаете, что нет. У меня еще много дел здесь.
– Много дел, говоришь?
Элиза понимала, что Клиффорд хочет ее смутить, но не желала прятать глаза и смотрела ему прямо в лицо.
– Ну так что? – спросил он.
Элиза набрала полную грудь воздуха.
– Клиффорд, я занята. Вы что-то хотели?
– Да. Вот, принес твою камеру.
Он протянул Элизе коробку.
– Спасибо, Клиффорд. Вы еще что-то хотели?
– Да, разумеется. Скоро тебе пришлют готовые фотографии.
Клиффорд, похоже, не собирался двигаться с места.
– И?..
– Прогуляемся во дворе.
Снаружи уже воцарился зной, и Элиза сразу покрылась потом.
– Неужели вам не жарко в льняном пиджаке? – спросила она.
– За меня не беспокойся, дорогуша. Я привык к жаре.
Они подошли к раскидистому делониксу королевскому[33] и расположились на скамейке в его тени. Птицы притихли, и единственным звуком в саду было журчание маленького фонтана. В противоположной части дворика мали (садовник) медленно переходил от одной клумбы к другой.
– Значит, тебе интересно, зачем я пришел?
Элиза глядела в бесконечную синеву неба и не могла дождаться, когда Клиффорд уйдет. Ей хотелось остаться наедине со своими мыслями о Джае. Ей нравилось перебирать в памяти моменты, проведенные вместе с ним, и каждый раз по телу пробегала сладкая дрожь. Эта потребность вспоминать волнующие мгновения, о которых никому нельзя рассказывать, превратилась почти в зависимость. Но Элиза понимала, что скоро им придется объявить о своих отношениях, в первую очередь Лакшми. Когда Клиффорд нарушил молчание, Элиза витала в облаках, и на секунду ей показалось, что она неправильно расслышала.
– Повторите.
– Джайанта Сингха, скорее всего, арестуют.
Элиза повернулась к нему, надеясь, что это шутка. Но Клиффорд не улыбался.
– За что?
Клиффорд поджал губы.
– Он подозревается в организации восстания.
– Не говорите глупостей! Джай почти такой же британец, как мы с вами.
– Почти, да не совсем. – Клиффорд похлопал себя по груди. – Сердцем он на сто процентов индиец. Любого, кто распространяет крамольные материалы, могут посадить в тюрьму на неопределенный срок. Кого угодно. Без права обжалования приговора. А если подобными делами занимается член княжеской семьи, он навсегда лишится права взойти на престол.
– Джай не стал бы заниматься такими вещами, – возразила Элиза.
На глаза навернулись слезы, и она отчаянно старалась не расплакаться.
– Откуда ты знаешь?
– Просто знаю, и все. Джай хороший, порядочный человек.
– Да, ты явно много времени проводишь в его обществе – даже слишком много.
Элиза ощетинилась:
– Не ваше дело.
– А его мать в курсе?
Элиза отвела взгляд, боясь, что Клиффорд сразу все поймет по ее лицу.
– Так я и думал. Лакшми будет недовольна.
– Клиффорд, я вас умоляю, не рассказывайте ей. Как друга вас прошу!
Он вкрадчиво улыбнулся:
– Это уж как пойдет.
Элиза терпеть не могла эту фразу. А еще всякие там «мне надо подумать» или «потом решу»: мама все время пользовалась такими отмашками. Из-за них Элиза чувствовала себя так, будто путается под ногами, надоедая маме мелкими и незначительными просьбами. Она встала.
– Знаете что, Клиффорд? Делайте что хотите, мне плевать!
Он взглянул на опоясывающую двор галерею с решетками джали.
– Никогда не знаешь, кто за тобой шпионит. Лично я бы в таком местечке жить не захотел. Не надо давать молчаливым соглядатаям поводов для сплетен. Успокойся и сядь. Я пришел не за этим.
Так вот почему Клиффорд привел Элизу именно сюда! Он знал, что этот дворик целиком просматривается из зенаны и Элиза не захочет устраивать сцену при наложницах.
– А теперь улыбнись и веди себя как хорошая девочка, – продолжил Клиффорд и похлопал по скамейке.
Судорожно втянув в себя воздух, Элиза села на прежнее место. Ей ужасно хотелось врезать Клиффорду прямо по самодовольной физиономии.
– И в чем же конкретно провинился Джай?
– Пока не имею права обнародовать факты.
– Ах вот оно что! Значит, доказательств у вас нет? – Элиза внимательно следила за лицом Клиффорда. – Ни единого.
– Элиза, будь уверена, у меня есть все, чтобы надолго засадить твоего драгоценного принца Джая за решетку.
Несмотря на невыносимую жару, Элизу пробила холодная дрожь. Клиффорд наверняка блефует. По-другому и быть не может. Элизу будто придавила каменная плита, становившаяся все тяжелее. Сначала рассуждения Инди о том, что Джай меняет женщин как перчатки, а теперь еще и это. Но Элиза никак не могла поверить, что Клиффорд говорит правду.
– Зачем вы врете, Клиффорд? – спросила она. – Думаете, что так я проникнусь к вам симпатией?
– Отведи меня в кабинет Джая, когда его там не будет. Сумеешь? Причем так, чтобы никто не заметил?
– Зачем?
– Надо кое-что проверить.
Элиза подозрительно прищурилась:
– Хотите, чтобы я помогла вам доказать, что Джай плетет козни против британской короны?
– Может, и так, а может, и нет. Вдруг выяснится, что он предан власти?
Элиза фыркнула:
– И окажется, что эти сфабрикованные обвинения смехотворны?
– Именно.
– Кто обвиняет Джая в измене?
– Не могу сказать.
– Ну что ж, полагаю, выбора у меня нет. Хотя не вижу причин устраивать глупую игру в шпионов.
– Неужели у тебя есть ключ?
Элиза кивнула.
– Похоже, он тебе очень доверяет.
Они медленно шли по длинным коридорам с толстыми стенами, но на этот раз прохлада не принесла Элизе облегчения. Она отперла дверь кабинета Джая, и они с Клиффордом зашли внутрь. Не оглядываясь по сторонам, он сразу сел за стол и придвинул к себе пишущую машинку.
– Где принц держит бумагу?
– Во втором ящике сверху, а что?
Клиффорд не ответил. Он молча выдвинул ящик, достал один лист и медленно вставил в машинку, закрепив прижимный валик в начале страницы. Элизу безумно раздражали эти звуки. Похоже, что бы Клиффорд ни задумал, он просто тянет время. Он напечатал несколько строк и вытянул лист из машинки.
– Думаю, этого достаточно, – произнес Клиффорд.
Он встал и убрал страницу в карман.
– Что вы сейчас напечатали?
– Можешь взглянуть. Честное слово, ничего особенного.
Клиффорд протянул лист Элизе. Действительно – всего лишь какая-то несуразица о том, что Кент считают «садом Англии».
– Значит, вы родом из Кента?
– Да.
– И какое же отношение ваша родина имеет к Джаю?
– Кент? Никакого. А теперь мне пора.
Элиза была совершенно сбита с толку.
– Вы же сказали, что хотите осмотреть кабинет Джая.
– Я увидел все, что хотел. Спасибо большое.
– Может, хоть что-нибудь объясните?
– В другой раз.
С этими словами Клиффорд весело помахал Элизе и вышел, оставив ее в полном недоумении. Помогла она Джаю или, наоборот, сделала только хуже?
На следующий день Элизу вызвали в приемную махараджи. Можно подумать, ей мало было проблем с Клиффордом! Когда Элиза вошла, Аниш уже сидел на низком диване гадди. Рядом расположилась Прия. Перед ними стояли Джай и Лакшми. Элизе сразу бросилось в глаза, что Джай держался с вызовом: руки скрещены на груди, ноги широко расставлены. Ее охватило дурное предчувствие. Вдобавок присутствовал Чатур. Деван сидел у стены в кресле с высокой спинкой.
– Спасибо, что пришли, – произнес Аниш, жестом подзывая Элизу поближе.
Однако сесть ей не предложил. Прия не смотрела Элизе в глаза, а Джай лишь молча кивнул ей. Лакшми отвернулась, но Элиза успела заметить, какие у нее красные глаза. Что же у них стряслось?
– Значит, это твоя инициатива? – спросил Аниш.
– Да. Я все сделал сам, – ответил Джай.
– А ты, мама?
– Я…
– Она ни при чем, – вмешался Джай.
Лакшми покачала головой, но не произнесла ни слова.
– Каким же образом ты раздобыл ключ, если твоя мать его тебе не давала? – пренебрежительно бросила Прия, сделав ударение на словах «твоя мать».
Джай опустил глаза в пол, затем поднял голову и посмотрел прямо в пылающее гневом лицо Аниша.
– Я знал, где мама хранит ключи от сейфа с драгоценностями.
– А как насчет денег, которые ты выручил, заложив семейные реликвии? Извини за прямоту, но это мое наследство, а не твое.
Прия возмущенно фыркнула, но Аниш предостерегающе вскинул руку, велев ей не вмешиваться. Если бы глазами можно было убить, от взгляда Прии Аниш рухнул бы замертво.
Плечи Лакшми вздрогнули.
– Это я предложила. Джай не виноват.
Прия резко вскочила.
– Ну-ка, повторите!
Лакшми гордо выпрямилась и встретилась взглядом с невесткой.
– Да, я дала Джаю ключ! Заложить драгоценности – моя идея. Нашим землям необходима ирригация, иначе еще одну засуху людям не пережить. А ты, Аниш, и пальцем не шевельнул. Отец бы тебя стыдился. Неужели ты не понимаешь, что нужно действовать, пока британцы не обвинили тебя в неспособности управлять княжеством? Тогда мы потеряем все!
– Мама! – воскликнул потрясенный Аниш.
– Мама, – повторил Джай, но его тон прозвучал грустно. – Я не могу допустить, чтобы ты взяла вину на себя.
Прия села.
– Отошли ее прочь, Аниш.
Но Лакшми не сдавалась:
– Аниш, я ведь тебя предупреждала. Реформы земельного налога подданные от тебя так и не дождались, более справедливых условий управления землей тоже. Если мы не будем помогать людям, они против нас восстанут. Ты ведь и сам прекрасно знаешь, что Индийский национальный конгресс придумали исключительно для того, чтобы подорвать власть князей.
Аниш уставился на свои руки и принялся крутить многочисленные кольца: их у него было по два на каждом пальце. Прия, обозленная до крайней степени, едва не испепелила мужа взглядом. Элизе даже стало жаль Аниша. Он слаб, и Прия его за это презирает. А еще от манерного Аниша совершенно не веяло мужественностью, и Прия производила впечатление глубоко неудовлетворенной женщины.
– Хочешь, чтобы крестьяне по всем вопросам обращались не к нам, а к британцам? – спросила Лакшми.
– Мама, что за глупости? Ты делаешь из мухи слона, – отмахнулся Аниш. – И конечно же, в том, что драгоценности украдены, нет твоей вины. Вся ответственность лежит на Джае.
Прия фыркнула погромче, чтобы ее уж наверняка услышали все, и спросила:
– И когда же ты намерен платить по этой так называемой закладной?
– Когда первые британские инвесторы отказались от участия в проекте, пришлось увеличить заем, но теперь мы договорились с новыми людьми. Бумаги будут подписаны через несколько дней, – заверил Джай.
– Сколько ты должен?
У Джая дернулся кадык.
– Тысячи, брат. Тысячи.
Аниш поперхнулся. Он побагровел и схватился за грудь. Его лицо исказила гримаса боли. Лакшми шагнула вперед, но Прия остановила ее и с горечью произнесла:
– Такое и раньше бывало. Сейчас пройдет. От британского врача, которого прислал резидент, никакого толку. Этот ваш мистер Хопкинс велел моему мужу сбросить вес и больше двигаться. Даже лекарство не выписал!
– Тебе нельзя волноваться, сынок, – проговорила Лакшми, печально покачав головой.
Постепенно лицо Аниша снова обрело нормальный цвет. Похоже, ему стало лучше. Элиза поняла: должно быть, Клиффорд рассчитывал, что Аниш поддержит арест Джая за кражу драгоценностей. Так вот в чем дело! Выходит, крамольные бумаги здесь ни при чем. Элиза боялась, что Аниш и впрямь предъявит обвинения родному брату. Но тогда зачем Клиффорд воспользовался пишущей машинкой Джая, напечатав несколько фраз про Кент? И если дело в драгоценностях, почему Клиффорд говорил об измене короне?
Аниш ткнул пальцем в Джая:
– Вся вина лежит только на тебе и больше ни на ком. Разве женщина в состоянии разобраться в подобных вещах? Выкупи драгоценности до конца недели, и я закрою глаза на твой проступок. В противном случае заберу у тебя все твои земли в качестве компенсации за утрату драгоценностей. Это понятно?
Элиза затаила дыхание. Джай резко кивнул и спросил:
– Зачем ты позвал сюда Элизу?
– Потому что это все ее происки, – ответила Прия.
Аниш проигнорировал слова жены.
– Потому что мне нужны свидетели. Она должна подписать составленный мной документ. Там изложены все последствия невнесения выплаты по закладной. Чатур тоже поставит свою подпись.
Во время всего этого разговора Элизу одолевало беспокойство, но теперь она вздохнула с облегчением. Всего-то и нужно, что вовремя подписать договор с инвесторами, и тогда долги будут погашены и все будет хорошо. Элиза вопросительно взглянула на Джая, будто прося у него разрешения. Джай молча кивнул и отвел взгляд.
Чатур улыбнулся Элизе, но от этой улыбки ее мороз пробрал.
Глава 26
Элиза стояла у окна, поджидая курьера из Дели с напечатанными фотографиями. Несмотря на жару и духоту, ей нравилось наблюдать, как обезьяны перепрыгивают с дерева на дерево, а при одном взгляде на раскинувшиеся внизу плоские крыши позолоченного города у Элизы до сих пор перехватывало дыхание. Выцветшие от солнца квадратные дома возле крепостных стен мерцали в подрагивающем воздухе, а в серебристом небе кружили стайки ярко-зеленых попугайчиков.
Тут Элиза заметила взбиравшуюся на холм вереницу машин. Вот первая из них засигналила и остановилась. Оттуда вылез Клиффорд, а с ним еще один мужчина, оба в темных деловых костюмах. Потом подъехала следующая машина, и из нее высадились двое британских армейских офицеров. И тот и другой стирали пот со лба белыми платками. Из третьей машины никто не вышел. Элиза наблюдала за ними, пока мужчины не вошли в крепость и не скрылись из виду. Гадая, что бы это значило, она сбежала по главной лестнице, да так быстро, что едва не полетела с последних трех ступенек.
В парадном холле никого не оказалось – так же, как и в первом дворике. Только теперь Элиза заметила, что во дворце царит непривычная тишина. Она села на огромные качели и, вдыхая насыщенный аромат цветущего жасмина, прислушалась, не раздадутся ли голоса. В воздухе уже стояли запахи готовки: имбирь, кардамон, кориандр. Элизе не хотелось покидать Раджпутану, она уже привыкла и к пряным запахам, и к благоуханным цветам.
Будущее они с Джаем не обсуждали: не говорили о том, что будет, когда первая стадия проекта завершится, а это произойдет, когда заинтересованные стороны подпишут бумаги. Джай обещал, что после окончания первого этапа повезет Элизу в Удайпур – лучшее место, чтобы наблюдать, как небо становится лиловым, а тучи все сгущаются, пока на землю не обрушатся потоки воды. Представляя эту картину, Элиза зажмурилась, а открыв глаза, вдруг увидела, как два армейских офицера ведут Джая к выходу. Он повернулся к ней и одними губами произнес:
– Не бойся.
Элиза остолбенела. Как же ей не бояться? Джай держал спину очень прямо и шел с гордо поднятой головой, как подобает представителю правящей династии. Офицеры крепко держали его за локти. Эта картина повергла Элизу в отчаяние. Джая арестовали, тут и двух мнений быть не может. Обернувшись, она увидела безутешную Лакшми рядом с исполненной злорадства Прией. Элиза подбежала к Лакшми.
– Неужели ничего нельзя сделать?
– Можно только уповать на милость богов.
Элиза опешила:
– Но это же просто безумие! Нужно хоть что-то предпринять! Я поговорю с Клиффордом Салтером. Уверена, он поможет.
– Моего сына арестовал именно ваш мистер Салтер.
– Но Аниш ведь обещал ничего не предпринимать до подписания бумаг. Завтра Джай должен был ехать в Дели и поставить свою подпись. Как же он теперь поедет, если его арестовали? Почему Аниш не мог подождать?
Лакшми закусила губу:
– Закладная и драгоценности здесь ни при чем. Моего сына обвиняют в попытке саботажа, в написании и распространении бумаг подстрекательского характера – против британцев, разумеется, – и в призывах к мятежу, опять-таки против британского правления.
Элиза потрясенно уставилась на Лакшми.
– Но это же полная чушь! Джай невиновен. И о каком саботаже речь? Что именно он якобы планировал сорвать?
– Завершение своего собственного ирригационного проекта.
Элиза чуть не рассмеялась:
– Что за глупые обвинения? Вы же понимаете, что это все просто ерунда? Я помогу его вытащить.
С этими словами Элиза повернулась, собираясь догнать офицеров и Джая.
Прия усмехнулась, а Лакшми поймала Элизу за рукав.
– Не позорьте ни себя, ни нас.
Читать бесплатно другие книги:
