Архивы Дрездена: Кровавые ритуалы. Барабаны зомби Батчер Джим

– Ка… чего? – поперхнулся старший коп.

– Кахокианские, – терпеливо повторил охранник. – Это такое индейское племя, обитавшее в долине Миссисипи семь или восемь, кажется, столетий назад.

– А эти ваши артефакты, они ценные? – спросил младший коп, продолжая записывать.

– Это как посмотреть, – сказал охранник. – Если они и имеют ценность, так только научную. Глиняные черепки, старая утварь, каменные орудия и тому подобное. Их трудно уничтожить.

– Люди всякие странные поступки совершают, – заметил младший коп, так и не отрываясь от своего блокнота.

– Вам виднее, – кивнул пожилой охранник. – Послушайте, приятели, музею желательно вернуться в нормальный режим работы как можно скорее. Уже несколько часов прошло. Можем мы наконец вынести труп?

– Прошу прощения, сэр, – покачал головой старший коп. – Нет, пока детективы не завершат осмотр места происшествия.

– Сколько это еще займет времени? – спросил охранник.

На поясе у старшего копа щелкнула рация, и он поднес ее к уху.

– Сэр, – обратился он к шефу музейной охраны после короткого разговора по рации, – тело сейчас вынесут. Но криминалистам потребуется еще пара часов для осмотра.

– Почему так долго? – удивился охранник.

Тот пожал плечами:

– До тех пор, боюсь, нам придется закрыть доступ к месту преступления.

– Но там, дальше по коридору, дюжина кабинетов музейного руководства, – пытался протестовать охранник.

– Уверен, что они закончат работу по возможности быстро, сэр, – заверил его коп таким тоном, который отбивал охоту спорить.

– Хоть скажите моему боссу, что я честно старался, – вздохнул охранник. – Сходите со мной объяснить ему лично?

– С радостью, – отозвался коп с вымученной улыбкой. – Валяйте ведите.

Оба копа и старший охранник ушли куда-то вглубь здания – должно быть, к директору или кому-нибудь в этом роде, кого перспектива закрытия зала, в котором произошло преступление, явно радовала очень мало.

Я задумчиво пожевал губу. У меня не возникало ни малейших сомнений в том, что убийство, о котором говорили копы, и мое пятно остаточной магии как-то связаны друг с другом. Однако, если пятно располагалось на месте убийства, доступ к нему тоже могли закрыть. Криминалисты способны работать на месте в поисках улик несколько часов, даже дней.

Из этого следовало, что, если я хотел попасть на это место, мне нужно было действовать немедленно. Судя по тому, что говорили копы, криминалисты еще не прибыли. Выносить тело предстояло парням из новой городской службы, созданной специально для перевозки покойников в пределах города, – в пользу этого предположения говорила машина «скорой помощи» у входа. Копы ушли с начальником охраны, а это означало, что на месте преступления остаются максимум детектив и один коп. Возможно, мне удалось бы подобраться достаточно близко, чтобы высмотреть что-нибудь полезное.

Мне хватило пары секунд, чтобы принять решение. Стоило шефу охраны скрыться из виду, как я нырнул в ничем не примечательную служебную дверь, сбежал по лестничному пролету и оказался в казенного вида коридоре, явно предназначенном не для посетителей музея, а исключительно для его сотрудников. Я миновал небольшую нишу с холодильником и столиком, на котором стояла кофеварка. Я налил себе чашку кофе, взял рогалик, газету и блокнот на пружине, которые кто-то оставил на столе. Нагрузившись всем этим добром, я постарался изобразить из себя научного сотрудника, со скучающим видом идущего в свой кабинет. Пока я даже представления не имел, куда направляюсь, однако старался выглядеть целеустремленно, а сам тем временем напрягал все свои чувства в попытке уловить остатки темной энергии.

Так я шел, сворачивая на каждом пересечении коридоров налево. Пару раз я попадал в тупик, и мне приходилось возвращаться, но при этом я старался не терять ориентации. Сплетение коридоров и туннелей под музеем запросто поглотило бы небольшую армию и не подавилось бы, а я не мог позволить себе роскоши заблудиться.

Мне потребовалось минут пятнадцать, чтобы найти его. Один из коридоров перегораживала натянутая поперек бело-красная полицейская лента, и я поднырнул под нее. Не успел я сделать и пары шагов, как ощутил уже знакомый леденящий холод. Я нашел свое пятно некромантской энергии, и в самом его центре находилось место убийства. Услышав шаги, я скользнул в сторону и не шевелился, пока мимо меня проходили двое полицейских в штатском, вполголоса споривших о том, как быстрее выбраться из этого места на свежий воздух, чтобы перекурить. Настроение у обоих после возни с трупом и местом преступления, похоже, пребывало не на высоте.

– Роулинс, – буркнул один из них в рацию, – где ты, черт тебя подери?

– Общаюсь с местным начальством, – послышался ответ.

Я узнал голос старшего копа, чернокожего.

– Ты скоро сможешь спуститься на место?

– Дайте мне еще несколько минут.

– Да чтоб его, – буркнул второй детектив. – Нарочно тянет резину.

Тот, что с рацией, кивнул:

– Угу. Я на дежурстве со вчерашнего полудня. Ну и ладно, все равно мы уже почти закончили. А он ладно если через пять минут соблаговолит свою задницу дотащить сюда.

Второй кивнул, и они скрылись в направлении лестницы.

Я двинулся дальше по коридору. По обе стороны тянулись двери кабинетов – все запертые. Только одна дверь в дальнем конце коридора оказалась открытой, и свет в кабинете горел. В моем распоряжении имелось всего несколько минут, и, если я хотел что-то узнать, мне следовало действовать немедленно. Я шагнул вперед.

Тело могли уже унести, но запах смерти ударил мне в ноздри еще за пару ярдов от двери. Этот запах нелегко поддается описанию. Его трудно выделить, он ощущается как дополнение к другим запахам. В воздухе стоял густой запах крови, к которому примешивалась легкая вонь испражнений. Обоняние улавливало что-то еще – запах плесени, вполне естественный для подвального помещения, и пряный аромат… возможно, каких-то благовоний. Запах смерти смешивался с ними – резкий, напрягающий нервы, что-то среднее между горелой плотью и дешевым моющим средством на нашатырной основе. Желудок мой неприятно скрутило, и нарастающее ощущение темной энергии тоже мало успокаивало.

Кабинет оказался довольно большой. Вдоль стен выстроились шкафы и полки. Посередине стояли компактной группой три рабочих стола. В углу белел небольшой холодильник, рядом с ним стоял старый на вид диван, а перед диваном – журнальный столик, на котором виднелись пустые коробки из-под китайской еды навынос и ноутбук. Все полки были уставлены книгами и коробками, а на столах громоздились еще книги, тетради, папки и несколько личных предметов: новые кофейные кружки, пара фотографий в рамках и несколько популярных романов в бумажных обложках.

Все это было забрызгано кровью напополам с черной магией.

Кровь уже подсохла и потемнела. Самая большая лужа темнела на полу между дверью и ближним столом. Резкая, почти прямая линия отметила то место, откуда подняли труп, – должно быть, пропитавшаяся кровью пола пиджака или плаща волочилась за ним по линолеуму. Капли крови забрызгали стены, столы, фотографии, романы и фаянсовые кружки.

Я ненавижу кровь. Декоративные свойства ее оставляют желать лучшего. И пахнет она омерзительно. Мой желудок снова скрутило, и мне пришлось приложить усилия, чтобы не расстаться с рогаликами, которые я успел перехватить по дороге. Я крепко зажмурился и заставил себя снова открыть глаза. Смотреть. Единственный способ избежать подобных сцен в будущем заключается в том, чтобы внимательно всмотреться в эту, выяснить, кто это натворил, а потом не позволить ему или им проделать это еще раз.

Я стряхнул отвращение и сосредоточился, вглядываясь в подробности.

Хотя на полу виднелось несколько больших пятен крови, ни на боковой, ни на верхней поверхности ближнего стола их не обнаружилось. Значит, упав, жертва почти не двигалась. Или убитого держали, или он истек кровью так быстро, что не успел доползти до телефона, чтобы позвать на помощь. Я поднял взгляд. На потолке крови почти не было. Это ничего не доказывало, но, если кто-то перерезал ему горло, струя достигла бы потолка. Любая другая открытая рана, скорее всего, оставила бы жертве – судя по всему, доктору Бартлсби – возможность двигаться еще минуту-две. Похоже, его все-таки держали.

Я опустил взгляд. В крови на полу виднелся отпечаток ноги носком в сторону выхода. Кроссовка или какой-то другой спортивный ботинок, причем не очень большого размера. Возможно, женский… или подростковый. Чтобы меня не мучили ночные кошмары, я решил считать этот ботинок женским. Детям не стоит смотреть на такое.

Впрочем, а кому стоит?

В другом отношении комната производила еще более гнетущее впечатление. Темная энергия здесь не сводилась к тому чистому, безмолвному холоду, что я ощущал на тротуаре в Уэккере. Здесь она казалась извращенной, черной, уродской какой-то. Какую бы разновидность магии ни применяли здесь, от нее исходило некое злорадство. Кто-то воспользовался своими магическими силами для того, чтобы убить человека, и наверняка получил от этого удовольствие. Хуже того, аура убийцы заметно отличалась от той, которую я ощущал в присутствии Коула или Гривейна. Магические штучки не оставляют за собой отчетливого следа на манер отпечатка пальца, так что по ним вряд ли можно вычислить конкретного чародея, но что-то подсказывало мне: это убийство проделано более неуклюже и исступленно, чем это сделал бы Гривейн, и грязнее, чем предпочел бы Коул.

И все же эту магию отличала сила, с какой я почти не сталкивался прежде. Кто бы ни сложил заклятие, использованное здесь, он наверняка не уступал мне в силе. А может, и превосходил.

– Э! – послышался голос у меня за спиной. – Так я и знал, что это вы.

Я застыл, потом медленно обернулся. Старший, чернокожий коп с верхнего этажа стоял футах в десяти от меня, небрежно положив руку на кобуру своего пистолета. Судя по выражению лица, держался он настороже, но не то чтобы с открытой враждебностью, да и поза его говорила о том же. Лейбл на груди форменной куртки гласил: «Роулинс».

– Кто – я? – поинтересовался я.

– Гарри Дрезден, – отозвался он. – Чародей. Парень, с которым работает Мёрфи из ОСР.

– Угу, – согласился я. – Похоже, это я.

Он кивнул:

– Я видел вас наверху. Вы не слишком похожи на музейного сотрудника. Да и на обычного посетителя тоже.

– Большой кожаный плащ, да? – улыбнулся я.

– И он тоже, – признал Роулинс. – Что вы здесь делаете?

– Просто смотрю, – ответил я. – В комнату не заходил.

– Угу. Об этом можно судить хотя бы потому, что я вас еще не арестовал. – Роулинс посмотрел мимо меня, и выражение его лица разом сделалось менее равнодушным. – Черт-те что.

– Угу, – согласился я.

– Что-то во всем этом не так, – сказал он. – Ну… не знаю. Словно зубы ломит. Не так, как обычно. Я видал зарезанных. Здесь по-другому.

– Угу, – повторил я. – По-другому.

Взгляд его темных глаз переместился на меня.

– Из разряда того, чем занимается ОСР, да?

– Угу.

Он хмыкнул:

– Вас послала Мёрфи?

– Не совсем, – признался я.

– Тогда почему вы здесь?

– Потому что я не люблю вещей, от которых ломит зубы у видавших виды копов, – ответил я. – У вас, ребята, подозреваемые уже имеются?

– Для того, кто оказался здесь вроде как случайно, вы задаете очень много вопросов, – заметил он.

– Не больше, чем задавал их коп, которому вроде как положено просто охранять место преступления, – парировал я. – Там, наверху.

Он ухмыльнулся, блеснув белыми зубами:

– В яблочко. Я прежде работал детективом. Дважды.

Я удивленно приподнял брови:

– Что, оба раза вышибали?

– Оба раза, – признался Роулинс. – Не на тех наезжал.

Я улыбнулся в ответ, хотя и немного кривовато – место не располагало.

– Вы собираетесь меня арестовать?

– Посмотрим.

– На что посмотрим?

– На то, зачем вы здесь.

Он спокойно встретил мой взгляд, не убирая руки с кобуры.

Я не стал задерживать взгляда. Вместо этого я оглянулся через плечо обратно в кабинет, обдумывая ответ. И в конце концов решил, что немного искренности не помешает:

– В городе объявились кое-какие нехорошие парни. Сомневаюсь, чтобы полиция могла с ними справиться. Я пытаюсь обнаружить их прежде, чем они причинят вред кому-нибудь еще.

Долгое мгновение он внимательно смотрел на меня. Потом снял руку с кобуры, сунул ее в карман и достал оттуда сложенную газету, которую протянул мне.

Я взял ее и развернул. Это была университетская газета, и на первой же полосе красовалась фотография коренастого пожилого мужчины с бакенбардами до подбородка, рядом с которым стояли улыбающаяся молодая женщина и молодой мужчина с азиатскими чертами лица. Подпись под фотографией гласила: «Профессор Чарльз Бартлсби и его ассистенты Алисия Нельсон и Ли Сянь готовятся к изучению кахокианской коллекции Музея естественной истории в Чикаго».

– Вот она, жертва: в середине, – пояснил Роулинс. – Его ассистенты работали в этом же кабинете. Мы звонили им на мобильные – не отвечают. И по месту проживания их тоже нет.

– Подозреваемые? – спросил я.

Он пожал плечами:

– Приезжих не так-то часто убивают. Они единственные в городе знакомы с жертвой. Приехали вместе с ним откуда-то из Англии.

Я перевел взгляд с газеты на Роулинса и нахмурился:

– Почему вы мне помогаете?

Он удивленно повел бровью:

– Я? Помогаю? Вы бы это и так узнали. А я вас и не видел вовсе.

– Понятно, – кивнул я. – И все-таки почему?

Он прислонился к стене коридора, скрестив руки на груди:

– Потому что, когда я был совсем еще зеленым копом, я побежал на женский крик. И кое-что увидел. Увидел нечто такое, что… – Лицо его сделалось отрешенным. – Такое, что снилось мне потом в кошмарных снах тридцать лет. Эта тварь душила девушку. Я оттолкнул тварь и разрядил в нее пистолет. А она оторвала меня от земли и несколько раз двинула башкой о стену. Я уж думал, тут и конец любимому сыночку матушки Роулинс.

– И что случилось?

– Тут подбежал отец вашей Мёрфи с обрезом, заряженным крупной солью, и застрелил чудище. А потом взошло солнце, и эта тварь просто вспыхнула – как труп, облитый бензином. – Роулинс тряхнул головой. – Я в долгу перед Мёрфиным стариком. И я достаточно всего навидался на улицах, чтобы понимать: она много хорошего делает. А вы ей в этом помогаете.

Я кивнул.

– Спасибо, – сказал я.

Он кивнул в ответ:

– Только это не значит, что я собираюсь терять из-за вас работу, Дрезден. Уходите, пока вас никто не видел.

Тут меня осенило:

– Вы слышали про Институт патологоанатомии?

Он пожал плечами:

– Еще бы. Про него все копы знают.

– Я имею в виду то, что случилось там сегодня ночью, – пояснил я.

Роулинс мотнул головой:

– Я ни о чем не слышал.

Я нахмурился. Вряд ли жестокое убийство в морге могло остаться без внимания. Если в газеты еще не попало, то уж полиция-то могла об этом знать.

– Не слышали? Вы уверены?

– Точнее точного.

Я кивнул ему и пошел по коридору.

– Эй, – окликнул он меня.

Я оглянулся через плечо.

– Вы их остановите? – спросил Роулинс.

– Надеюсь.

Он окинул взглядом залитую кровью комнату и снова посмотрел на меня:

– Хорошо. Удачной охоты, сынок.

Глава 14

– Ух ты! – заметил Баттерс, возясь с приборной панелью джипа. – Чего здесь только нет! Спутниковое радио. И в этот их чейнджер, наверное, все мои диски запихнуть можно. И – о, круто! – смотрите-ка! Бортовая навигационная система есть, так что мы никак не заблудимся.

Баттерс нажал какую-то кнопку на панели.

– Приближаемся к Хельсинки, – сообщил приятный женский голос из динамика.

Я выразительно изогнул бровь и покосился сначала на приборную панель, потом на Баттерса:

– Похоже, машина немного заблудилась.

– Похоже, ваше поле влияет и на этот компьютер, – хмыкнул Баттерс.

– Вы так считаете?

Он немного натянуто улыбнулся и в десятый раз проверил, застегнут ли его ремень безопасности.

– Пока мы ни в чем не виноваты, Гарри, я ничего не имею против того, чтобы скрываться. Я имею в виду, если вас беспокоит мое эго или что-то в этом роде, не берите в голову. Мне даже нравится скрываться.

Я свернул с шоссе. По обе стороны от дороги тянулись теперь стриженые газоны и аккуратные группы деревьев, окружавшие технопарк, в котором располагался Институт патологоанатомии.

– Да вы не напрягайтесь так, Баттерс.

Он отрицательно дернул головой:

– Не хочу, чтобы меня убили. Или арестовали. Как-то не люблю я, когда меня арестовывают. Или убивают.

– Это осознанный риск, – заверил я его. – Нам нужно узнать, чего хотел от вас Гривейн.

– И мы едем обратно ко мне на работу… зачем?

– Сами подумайте. Что случится, если они выяснят, что вы пропали, все залито кровью, погромлено, а труп Фила валяется в морге или на газоне у здания?

– Кого-то уволят, – ответил Баттерс.

– Угу. А еще дом опечатают на время работы криминалистов. А вас схватят и запрячут в кутузку как минимум для допроса.

– И что? – спросил Баттерс.

– Если Гривейн убрал следы того, что произошло в морге, значит он не хочет привлекать к этому внимания властей. И чего бы он от вас ни хотел, ручаюсь, оно до сих пор находится в здании.

Машина въехала на территорию технопарка.

– Нам нужно найти это, – пояснил я.

– Эдуардо Мендоса? – спросил он.

– Не вижу другой причины для того, чтобы пытаться схватить симпатичного эксперта, – кивнул я. – Гривейна наверняка интересовал один из лежащих в морге трупов, а этот – единственный, производящий впечатление немного странного.

– Гарри, – произнес Баттерс, – если этот парень и правда некромант – чародей, повелевающий мертвыми, – тогда какого черта ему нужно от старого ученого-зануды вроде меня?

– Вопрос на шестьдесят четыре тысячи баксов, – согласился я. – Впрочем, у нас имеется еще один повод.

– Тот парень, доктор из музея, да? – спросил Баттерс.

Я кивнул и остановил джип рядом с разгромленным Баттерсовым пикапчиком.

– Верно. Мне нужно узнать, что его убило. Черт, нам может оказаться полезной любая информация.

Баттерс нервно втянул в себя воздух:

– Ладно… Не знаю, что мне удастся сделать.

– Что угодно. Это все равно больше, чем у меня на руках сейчас.

Он беспокойно огляделся по сторонам:

– Вы думаете… Вы уверены, что Гривейна и его дружков здесь сейчас нет? Что они не ждут… вас… меня?

Я распахнул плащ и показал Баттерсу кобуру с пистолетом. Потом перегнулся через спинку и взял с заднего сиденья свой посох.

– Если покажутся, я им здорово испорчу настроение.

Баттерс нервно пожевал губу:

– Вы ведь реально можете это сделать?

Я огляделся по сторонам:

– Поверьте, Баттерс, если я в чем и преуспел, так это по части испортить кому-то настроение.

Он нервно хихикнул:

– Повторите-ка.

– Если я в чем и преуспел… – начал я.

Баттерс осторожно хлопнул меня по руке, и я улыбнулся ему.

– Мы войдем и выйдем как можно скорее, – пообещал я, – а потом я отвезу вас обратно в укрытие. Думаю, у нас все под контролем.

Я заглушил мотор и вынул ключи. Машина дернулась, и из-под приборной панели послышалось негромкое завывание. Мгновение я ожидал, что кто-нибудь скомандует: «Боевая тревога! Всем по местам!» Однако вместо этого из динамика послышался звук, похожий на отрыжку, а потом уже знакомый приятный голос сообщил: «Внимание, у вас неплотно закрыта дверца. У вас неплотно закрыта дверца».

Я тупо уставился на приборный щиток. Предупреждение повторилось еще несколько раз, с каждым разом тише и медленнее, пока голос не сменился неразборчивым бормотанием и утих окончательно.

– Не будем считать это дурным знаком, – как можно увереннее заявил я.

– Точно, – без особого энтузиазма в голосе согласился Баттерс. – Просто в вашем присутствии вся техника бесится.

– Вот именно, – произнес я.

Я попробовал обернуть последнюю мысль позитивной стороной, но сейчас голова моя плохо годилась для умственных упражнений.

– Пошли. Чем быстрее мы будем шевелиться, тем скорее я увезу вас отсюда.

– Идет, – кивнул он, и мы, выбравшись из джипа, зашагали ко входу в институт.

Приблизившись к двери, я начал хромать, опираясь на посох, словно ходить без него не мог. Баттерс отворил дверь, и я проковылял внутрь с выражением боли на лице.

Дежурившего охранника я не знал. На вид я дал бы ему лет двадцать пять, и сложение он имел атлетическое. При виде нас он немного нахмурился, но потом брови его полезли вверх.

– Доктор Баттерс! – удивленно произнес он. – Давненько я вас не видел.

– Кейси, – откликнулся Баттерс, отрывисто кивнув ему в знак приветствия. – Эй, славная у вас стрижка. Что, доктор Бриош на месте?

– Работает, – кивнул Кейси. – В первой лаборатории, кажется. Что это вы пришли?

– Надеюсь избежать нотаций, – сухо отозвался Баттерс, цепляя на плащ бейджик с фамилией. – Забыл заполнить несколько листов, и, если я не сделаю этого до отправки почты, Бриош мне глаза выклюет.

Кейси кивнул и перевел взгляд на меня:

– А это кто?

– Гарри Дрезден. Он тоже должен расписаться на листах. Он консультирует полицию. Гарри, это Кейси О’Рурк.

– Рад познакомиться, – произнес я и протянул ему ламинированный пропуск, которым снабдила меня Мёрфи для прохода на место преступления.

Делая это, я ощутил холодное дуновение темной энергии. Гривейн убил и воскресил бедолагу Фила прямо на рабочем месте.

Кейси изучил карточку, сравнил мое лицо с фотографией и вернул ее мне.

– Хотите, чтобы я сказал доктору Бриошу, что вы здесь, доктор Баттерс?

Баттерс поежился:

– Да нет, пожалуй.

– Ну и ладно, – кивнул Кейси, пропуская нас.

Мы уже подошли к двери в коридор, когда он окликнул нас:

– Доктор! Вы сегодня утром Фила не видели?

Баттерс поколебался немного, прежде чем обернуться:

– Он был на рабочем месте в последний раз, когда я видел его, но я ушел раньше обычного. К зубному, понимаете ли. А что?

– О, его просто не было на месте, когда я пришел сменить его, – сказал Кейси. – Все тут было заперто, сигнализация включена, а его не было.

– Может, ему тоже пришлось уйти куда-нибудь, – предположил Баттерс.

– Возможно, – согласился Кейси, но на лбу его осталась едва заметная хмурая складочка. – Но он ничего такого мне не говорил. Я хочу сказать, если он собирается куда-то, обычно предупреждает меня, и я приезжаю раньше.

– Ума не приложу, – сказал Баттерс.

Кейси смерил Баттерса хмурым взглядом и медленно кивнул:

– Ладно. Просто не хотелось бы, чтобы у него вышли неприятности из-за нарушения режима.

– Вы же знаете Фила, – заметил Баттерс.

Кейси закатил глаза к потолку, еще раз кивнул и вернулся к заполнению каких-то бумажек. Мы с Баттерсом выскользнули из вестибюля и направились в Баттерсову лабораторию. Там все тоже привели в порядок. Стол вернулся на свое обычное место, бумаги и компьютер лежали на нем как ни в чем не бывало. Кто бы ни убирал помещение, он постарался на славу.

– Кейси о чем-то догадывается, – заявил Баттерс, стоило двери за нами закрыться. – Явно что-то заподозрил.

Страницы: «« « ... 3637383940414243 » ... »»