Око воды Зелинская Ляна
Но Лея лишь рассмеялась, красноречиво посмотрев на его трость, покачала головой и ответила:
— Мэтр Альд, я не настолько жестока, чтобы злоупотреблять вашей заботой.
— Эх, миледи, зря вы обижаете старика, — пожал он плечами, чувствуя, как сильно эти слова задели его за живое. — Эта палка прекрасное оружие от недоброжелателей.
И он красноречиво помахал тростью.
— Простите, я не хотела вас обидеть. Я живу всего в двух кварталах от этого места, мэтр Альд, — улыбнулась Лея. — Но дорога отсюда идёт в гору и мне бы не хотелось обременять вас этим утомительным подъёмом и спуском. Вы можете не переживать — меня и Джемму проводит милорд Дорцо с другом. Вот они, кстати, уже идут, — она помахала кому-то рукой. — Но, тем не менее, спасибо за вашу заботу! И за интересную беседу! Завтра, как обычно?
Она протянула ему руку в кружевной перчатке и улыбнулась.
— Как обычно, миледи. Доброй ночи! — ответил Дитамар, осторожно сжимая её пальцы и понимая, что никакого завтра уже не будет.
Лея ушла, в компании двух молодых людей и девушки, очевидно её подруги Джеммы, а Дитамар остался в саду под липами. Он чувствовал, как внутри у него бьётся набатом глухое раздражение, как вибрирует натянутая струна ярости и эта ярость не находит выхода. Всё, чего ему хотелось — сбросить эту дурацкую личину старика, которую он уже ненавидел всеми фибрами своей души, догнать удаляющуюся пару и объяснить этому милорду Дорцо, чтобы убрался отсюда, как можно быстрее.
А потом…
Он сломал трость об колено, как прутик, забросил её куда-то в аккуратные квадраты фигурного сада. Содрал себя мантию, зашвырнул туда же, и широкими шагами пошёл прочь, ощущая только, что ему нужно, как можно быстрее покинуть это место, иначе он что-нибудь уничтожит. Или кого-нибудь…
Иногда ему казалось, что он всё ещё слышит внутри себя голос Зверя, который приказывает ему… Но с того дня, как Кайя разорвала связь, это ощущение постепенно угасало, а вот сегодня вдруг вновь стало таким явственным и сильным. Как будто кто-то постучал в запертую дверь, а Дитамару нужно было лишь её открыть.
Ему хотелось вернуться, проследовать за Леей и узнать, где она живёт. Впрочем, он бы и без этого обошёлся. Узнать, где она живёт не проблема. Два квартала вверх по улице, девушка-слушательница и приметная зафаринка Рут… Любой лавочник объяснит куда пройти. Но… он не пойдёт за ней. Всё это ему не нужно.
Фингар сразу понял, что джарт не в духе. Он мигом принёс бутылку кальди и кубок, и вопросов задавать не стал. Дитамар молча взял бутылку, решив, что кубок ему без надобности и открыл принесённую с собой книгу. Ту самую, которую Лея взяла для него у парифика Сирда. Надо бы потом её вернуть. Может быть стоит…
— Не стоит, Дуарх бы тебя побрал! — пробормотал Дитамар отхлёбывая прямо из горлышка.
Нет, он не пойдёт больше к ней. И не стоит искать предлогов.
Но книга особенных ответов ему не дала. Он полистал её, нашёл нужное слово. «Сарангасса» — место силы. Так ашуманцы называют любую священную землю. Это может быть храм или башня, драконье дерево или камень, это может быть даже человек. И захлопнув в ярости книгу, Дитамар снова приложился к бутылке.
И что ему искать? Этих священных земель в Ашумане, как на собаке блох! Впрочем, команда корабля должна знать маршрут, должна знать, что они везут и как это выглядит. Сундук, тюк, бочка? Что можно везти из Коринтии в священное место?
Проклятье! Он столько времени в Рокне и ни на шаг не приблизился к своей цели. Вместо того, чтобы убить проклятую тварь, он рядится стариком и ухлёстывает за девчонкой! Идиот!
Дитамар со злости швырнул бутылку в камин. Пламя вспыхнуло, взметнулось оранжево-синим и он смотрел на него не понимая, да почему же он так зол! Зол, кажется, вообще на всё на свете. Посмотрел в окно — сумерки уже сгущались.
Нечего ждать, нужно достать Фингару книги, чтобы разобрался с этим кулоном, а потом идти в порт. Он нанял пару оборванцев, проследить за тем самым домом, в котором в прошлую их встречу останавливался генерал с Кайей. Этот дом важен для королевы, в нём бывают особенные гости. Может быть, хоть там ему повезёт. А ещё надо поговорить с матросами с «Кэтрионы», он нашёл пару человек на другом корабле, которые хорошо знали маршрут королевского галеона и сегодня они будут в порту.
— Вы уже делали такое раньше, милорд? — спросил Фингар шёпотом.
— Лазил ли я через окно в библиотеку университета, чтобы украсть книги? Хм… Ну… Всё бывает в первый раз, — буркнул Дитамар, взламывая топором замок на окне и запрыгивая на подоконник. — Зажги фонарь.
Фингар забрался следом и зажёг фонарь, прикрывая свет полой плаща. Дитамар хорошо ориентировался в помещении, и они быстро прошли вдоль стеллажей к Хранилищу.
— Хм… Странно, — прошептал Дитамар, осторожно толкая дверь. — А ведь должно быть заперто…
Дверь поддалась легко, и открылась, чуть скрипнув. Пальцы непроизвольно сжали рукоять кхандгара. Но внутри Хранилища было тихо и темно, а значит, скорее всего, это просто старый парифик забыл запереть дверь. Такое объяснение было бы самым логичным.
Фингар вытащил фонарь из-под плаща и поднял его вверх, осветив полки.
— Ну, надеюсь, ты найдёшь то, что нужно, — прошептал Дитамар, забирая фонарь и цепляя его на крюк. — Да поторопись, тут воняет мышами и вечностью.
— М-м-милорд? — Фингар коснулся плеча джарта.
— Чего?
— Тут кто-то есть, — Фингар приложил палец к губам.
Дитамар тоже это ощутил. Мраморный пол передал вибрацию страха. Он прикоснулся, и Дитамара обдало невидимой волной ледяной воды. Он почувствовал это прикосновение так отчётливо, как будто эта волна была живой. Она отпрянула, сжалась в тугой клубок, готовясь к прыжку. А затем в темноте слева от него кто-то сорвался с места и бросился к двери. Но Дитамар был быстрее. Он опередил беглеца, преодолел расстояние в три прыжка, выхватывая на ходу кхандгар, и сбил невидимку с ног у самой двери. Они упали на пол вдвоём, и он зацепил плечом шкаф. Сверху посыпались книги, беглец взвизгнул, попытался вскочить, вырывался, отчаянно отбиваясь ногами, и острый каблук ударил Дитамара в грудь. Но убежать не успел. Дитамар поймал его за щиколотку, пытаясь хоть что-то разглядеть в темноте.
Щиколотка оказалась тонкой и пальцы ощутили скользкий шёлк штанины. Беглец взвизгнул, но прежде чем смог хоть что-то сделать, Дитамар потянул его за ногу, навалился сверху всем телом, и подмял под себя. И понял окончательно, что это женщина.
Проклятье!
Мелькнула мысль, что, наверное, нужно зажать ей рот, и придётся её связать, иначе визгу будет на три квартала, но он ничего не успел сделать — ему в шею впились острые зубы женщины. А следом холодная волна ударила его куда-то пониже рёбер, выбивая воздух из лёгких. Иглы боли прошили тело насквозь, и под кожей потекли холодные струи, опутывая и заставляя стекленеть мышцы, а руки скрючиться в жестокой судороге. Почти как тогда, когда он прыгнул, не задумываясь, в бурные воды Суры.
— Проклятье! — прорычал Дитамар сквозь стиснутые зубы, пытаясь бороться с этой невиданной силой, но пальцы разжались сами, выпуская добычу.
И едва он её отпустил, тут же получил удар по лицу наотмашь чем-то тяжёлым. Железные скобы оцарапали ему щёку, и за первым ударом сразу же последовал второй, не менее сильный. Женщина оттолкнулась от него ногами и стремглав бросилась в темноту. А Дитамар остался лежать на полу, хватая воздух мелкими глотками и отчаянно пытаясь распрямить пальцы, но ледяные струи вились под кожей, заставляя тело сжиматься от боли в тугой клубок.
— Джарт Дитамар?! Джарт Дитамар?! Вы меня слышите? Простите… м-м-милорд! Да что же с вами? Мирна-заступница!
Фингар бегал вокруг и кудахтал, как наседка, размахивал фонарём, спотыкался о рассыпанные книги, и того и гляди мог спалить всю библиотеку. Он не понимал, что произошло, а у Дитамара только и хватило сил, чтобы привалиться спиной к стене, чувствуя, как по вискам течёт холодный пот и расслабляются стянутые судорогой мышцы.
— Заткнись, Фин! Заткнись! — наконец процедил он сквозь зубы, когда дыхание медленно восстановилось и, схватив наклонившегося Фингара за шиворот, рыкнул ему прямо в ухо: — Поставь фонарь, идиот, спалишь тут всё! Бери книги и убираемся! Живо, понял?!
— П-понял, милорд!
Пока Фингар метался, сгребая книги в холщовый мешок, Дитамар пошарил рукой по полу, нащупал рукоять кхандгара, и поднялся, держась рукой за стену. Осторожно выглянул из дверей Хранилища. В библиотеке было темно и тихо. Кто бы здесь ни был, он уже убежал.
Кто бы ни был…
Дитамар не мог в это поверить, но знал, что его чувства не лгут. Его нос не лжёт. Сейчас он ощущал ноздрями аромат её духов, оставшийся в затхлом воздухе Хранилища. Он слишком хорошо изучил этот аромат сидя под липами во дворе университета. А ещё он видел струящееся по стене голубое свечение, совсем слабое, похожее на отражение лунного света, но луна сюда точно не заглядывала, а свечение было очень похоже на то, которое окружало Лею в тумане на Суре. Тонкая лодыжка в шёлковых штанах, ощущение её тела в его ладонях… Ошибки быть не могло.
Вот только он понял всё это слишком поздно, когда она уже сорвалась с места и исчезла. Дитамар мог бы её остановить, но в тот момент его уже связало тугим узлом боли, и будь он проклят, если вообще когда-либо встречал подобную силу!
— Дуарх бы тебя побрал! Кто же такая, Каталея Лафорт?! — пробормотал он, вытирая лоб тыльной стороной ладони. Лицо было разодрано в кровь, и он, облизав солёные губы, добавил с кривой усмешкой: — Скромная слушательница университета!
Дитамар был ошарашен и обескуражен, а такое в его жизни было очень давно… Да и было ли? Было. Однажды женщина с фальшивым именем Лейса вот также обвела его вокруг пальца. Выдавала себя за другую, умело скрывая свои истинные мотивы. И вот, извольте, всё повторяется! Странная цепь случайностей, которая началась со встречи на Суре…
«— Ты просто мне завидуешь, брат, завидуешь тому, что она выбрала не тебя.
— Я просто хочу, чтобы ты знал, — говорит тихо Эйвер, — она совсем не та, за кого себя выдаёт.
— Мне всё равно, кто она, я люблю её.
— Ты её любишь, а она тебя нет. Дитамар, любовь — это не слова! Ты бы почувствовал. Но скажи честно, ты её чувствуешь?
— Да ты совсем не в себе, Эйвер! Ты, может быть, завидуешь мне, а может быть, ты сам её любишь? Может быть, поэтому ты говоришь мне всё это здесь?
— Ты хочешь, чтобы я доказал тебе, что она лжёт? Я докажу…»
так некстати вспомнил сейчас тот давний разговор с братом, и тот вечер, восемнадцать лет назад, который изменил их жизнь навсегда. И сейчас, всё ещё ощущая в теле затухающие отголоски боли, Дитамар чувствовал себя одураченным.
Он снова увлёкся женщиной, которая скрывает кто она такая на самом деле. И как искусно скрывает! Он спас её из реки. Он провел с ней рядом несколько дней, будучи абсолютно уверенным, что перед ним обычная девчонка-кахоле. Пусть красивая, умная, весёлая, притягательная… но девчонка, не более. И вот эта девчонка только что едва не отправила его в светлые сады Миеле!
А он едва не полоснул ей по горлу кхандгаром. Ещё бы немного…
Дитамар и сам не знал, чего испугался больше, собственной слабости перед этой неведомой силой, которая едва не убила его или того, что чуть сам не убил эту девчонку одним неосторожным движением. Он жадно втягивал ноздрями воздух и сжимал рукоять кхандгара.
Проклятье! Проклятье!
Надтреснутый звук колокола вырвал его из мрачных размышлений. Судя по всему, кто-то из стражи либо заметил свет, либо открытое окно в библиотеке. Вслед за университетским колоколом зазвонил другой, третий… В Рокне именно так оповещали Тайную стражу о покушении на королевскую собственность. И вот уже зловещий горн отозвался где-то со стороны Нижнего города.
Дитамар шагнул к одному из стеллажей и опрокинул его, затем ещё один. Разбил стекло в одном из шкафов у стены, вытащил несколько книг в дорогих переплётах, с инкрустированными золотом обложками и сунул их в руки Фингару.
— Держи!
А сам схватил со стола светильники, они были тяжёлыми, но их цена стоила того, чтобы взламывать Хранилище библиотеки. Что бы там ни было дальше, здесь всё должно быть похоже на обычное ограбление.
Мелькнула мысль, что может стоит поджечь Библиотеку, тогда уж точно все будут заняты пожаром, а не их скоропостижным бегством, но что-то остановило Дитамара от такого шага. Как-то отдалённо вспомнилось, как он встретил здесь Лею, как она спускалась по лестнице, как стояла среди этих книг… И он рявкнул на Фингара, чтобы тот он затушил фонарь.
Простое ограбление забудут через три дня, а о пожаре будут болтать пару лет. Им это не нужно.
Глава 16. Уроки истории
Лея почти не помнила, как вырвалась из рук жуткого мужчины в Хранилище, как бежала, через тёмное нутро библиотеки, как вылезла в окно… Не помнила причитаний Рут и того, как они стремглав неслись через лабиринт фигурного сада. Всё смешалось и слилось в безумную круговерть. Где-то залаяли собаки, потом зазвонил колокол, а они со всех ног бежали по длинной аллее, идущей вдоль забора университета, потом прятались за стеной дикого винограда свисающего с перголы и крались переулками в тени к их дому на Швейной улице. А всю дорогу Лее казалось, что ужасный человек, напавший на неё в темноте Хранилища, гонится за ней и дышит почти в спину. И только оказавшись в спасительной тесноте коридора с лестницей, которая вела в её комнату, только когда Рут заперла за ними дверь, Лея, наконец, смогла выдохнуть и расцепить скрюченные пальцы, удерживающие книгу.
В голове шумело так сильно, как будто прибой накатывался на песок и обратно. И было страшно, так страшно, что она без сил опустилась прямо на нижнюю ступеньку лестницы. Прислонилась лбом к балюстраде, подтянула колени к подбородку и обхватив их руками, попыталась успокоить дыхание.
Рут цедила сквозь зубы ругательства на зафаринском, выглядывала в окно и ходила взад-вперёд, поминая всех богов и отчитывая Лею. Она только что спрятала в ножны свой шемшир и Лея понимала, что попадись кто-нибудь им на пути, попытайся хоть кто-то их остановить, дело бы закончилось убийством. Но, к счастью, в этот час им никто не попался по пути — звон колокола и горн Тайной стражи мигом очистили улицы. Коннор, который с самого начала не одобрял этот поход, встретил их у порога, покачал головой, и бормоча что-то себе под нос, быстро сделал горячего вина и чаю с мятой, и конечно же, во всём обвинил Рут.
— Всё ты со своей саблей, учишь миледи дурному!
Снаружи всё ещё доносился звон колоколов и едва справившись с первым приступом страха, Лея вскочила и бросилась наверх, пропустив мимо ушей все наставления Рут. Она спрятала принесённую книгу в сундук и принялась переодеваться в домашнее платье.
Если кто-то за ними следил, если вдруг кто-то придёт, она должна выглядеть не так, будто только что занималась грабежом… Её всё ещё колотила дрожь и всё падало из рук и казалось вот-вот и раздастся настойчивый стук в дверь.
А если догадается Тайная стража, которая, судя по звону колоколов уже явилась в библиотеку?! Что помешает им прийти сюда, обыскать комнату и сундук…
Лея вытащила книгу, быстро спустилась на кухню, завернула её в чистую тряпицу и сунула наверх большого шкафа, в котором в глиняных кувшинах хранились крупы и приправы. Но подумав немного поняла, что если будут обыскивать дом, то туда непременно заглянут. Она металась по всему дому, от комнат Рут и Коннора на первом этаже, до мансарды, где хранились вещи, но никак не могла найти подходящего надёжного места.
— Миледи, да что вы бегаете с этой книжонкой, как курица с яйцом! — не выдержала Рут. — Давайте сюда, я спрячу.
Она забрала у Леи свёрток, отодвинула свою кровать и поддела кинжалом одну из половиц. Там, под скрипучими досками, оказался тайник, в котором зафаринка хранила нехитрые свои сбережения и маленький кулон с зелёным камешком внутри. Она спрятала свёрток поглубже и задвинув кровать на место, села на неё сверху с воинственным видом.
— Вот. Всё. Никто не найдёт. А вообще-то, мне стоило бы сжечь эту книгу. А вам, миледи, стоило бы пойти и лечь в постель. Если кто-нибудь узнает… если леди Милгид узнает, что мы сделали, то не сносить мне головы! Как я только послушала вас! Фаар-ханун!
— Сжечь?! Ты с ума сошла! Нет Рут, не вздумай! Или я всю ночь буду сидеть здесь, прямо на полу и караулить.
— Вот уж, придумали тоже, на полу сидеть! Эм-манфаар! Хвала богам, мы ноги унесли оттуда живыми, не чтобы тут лихорадку подхватить!
— Поклянись, что не тронешь книгу! — потребовала Лея, усаживаясь прямо на каменный пол.
— Хабалайя, миледи! Клянусь Великим Небесным Стражем. Не трону я вашу драгоценность, только с пола встаньте! Дайте лучше я ваше плечо посмотрю… И послушайте Рут хоть разок…
Но Лея слушать не стала. Сейчас, когда страх постепенно отступал, она почувствовала себя ужасно усталой и разбитой, и поплелась наверх в свою комнату.
Часть дома, которую они снимали, была маленькой, хоть и в три этажа. На первом кухня, две крохотных комнаты прислуги и чулан, на втором спальная с большим эркером, а на третьем мансарда, где хранились разные вещи, и стоял маленький стол у окна за которым обычно занималась Лея. Зато из окна открывался прекрасный вид на Верхний город и на голубой дворец Лирайе. Лея села за стол и уставилась в окно невидящим взглядом. Сейчас она пыталась понять, что произошло с ней там, в Хранилище, когда в темноте на неё набросился жуткий незнакомец, но у неё не находилось всему этому никакого объяснения.
Всё происходило, как во сне…
Он схватил её, когда она была почти у двери, и они упали. Лея ударилась так сильно, как будто с разбегу врезалась в каменную стену, но боли при этом не было. Ей показалось, что от удара она сразу же провалилась в зыбкий туман и всё вокруг изменилось. Исчезла темнота, превратившись в мерцающий жемчужно-серый сумрак и вместо мраморных полов под ногами заколыхались длинные серые травы, похожие на ковыль. Вместо стеллажей выросли деревья и их чёрные скрюченные ветви, словно хищные пальцы потянулись к Лее.
Она вскинула голову и увидела прямо перед собой Зверя. Того самого из её кошмаров. Он смотрел прямо на неё. В его красных глазах плескалось кровавое пламя, а с хрустальных клыков на траву капала слюна. И это было совсем так же, как в её страшном сне, не было только моста. Стальные мышцы Зверя перекатывались под кожей, наливаясь чудовищной силой. Мгновенье они смотрели друг на друга, а потом он прыгнул…
Наверное, она должна была умереть. Страх скрутил её почти парализовав, но вместе со страхом в ней в ней проснулось и что-то прежде неведомое, необъяснимое. Какая-то волна ярости взметнулась из глубины души. Она рванулась бурным потоком, похожим на горный сель, несущийся с крутого склона, и встретила нападающего мощным ударом в грудь. И вся сила Зверя отразилась от этой волны и вернулась к нему обратно.
Лея помнила, как рассыпались в пепел серые травы, и деревья превратились в дым. Зверь исчез, а она снова оказалась в темноте Хранилища, ударила незнакомца книгой, вложив в этот удар всю силу своего страха и бросилась бежать, не разбирая дороги.
И только сейчас она смогла, наконец, понять, как же всё это было странно.
Почему всё это с ней случилось? Что она видела? И почему она это видела? Буквы в книге, серые травы, ветви-пальцы и Зверя… В Хранилище разговаривали два человека, как один из них внезапно превратился в Зверя? Почему он бросился за ней? И что это за сила, которая помогла ей бежать?
Тысячи вопросов теснились в голове и ответы ей нужны были немедленно. Колокола утихли, а вместе с ними утих и страх, и снедаемая жгучим любопытством Лея, несмотря на усталость, снова спустилась вниз и растолкала задремавшую Рут.
— О, дахал давву! Неугомонная! — бормотала Рут отодвигая кровать и понимая, что хозяйка конечно же не отстанет, пока не получит желаемое. — Надо было сжечь эту книгу!
А Лея вцепилась в книгу и торопливо направилась вверх по лестнице, в мансарду. Зажгла ещё несколько свечей и уселась за столом, понимая, что пока не прочтёт — не сможет спать. А главное, ей нужно убедиться прямо сейчас в том, что она сможет увидеть тот текст, что проступил на страницах в Хранилище.
Она развернула тряпицу и вытащила книгу, и только сейчас заметила, что её обложка испачкана кровью.
Кровью Зверя… Вернее того человека, который на неё напал в темноте.
Кто он такой? И что он там делал?
Он хотел убить её. Лея помнила, как чиркнуло лезвие кинжала по мраморному полу. И если бы не эта невесть откуда взявшаяся сила, что было бы с ней сейчас? Она поёжилась, вспомнив произошедшее и с замиранием сердца, аккуратно двумя пальцами открыла первую страницу.
«Битва в проливе Арф».
Лея наклонилась над страницей, разгладила её ладонью и буквы стали таять, а под ними медленно проступили другие.
«Чёрная королева. «Восстание чистой крови». Подробная история обмана и вероломства самозванки на троне по имени Итана и гибели семи старейших домов Коринтии».
«Для наших потомков. История записана Хранителем прайда Реки со слов джарта Ланса Ингрэма».
Лея жадно бежала по строчкам глазами и от прикосновения ладоней к странице буквы проступали ярче и чётче.
«Эта История посвящается Старшим Домам: князьям Тагаминд, Геррольд, Линдал и Рингард. И младшим Домам: баронам Снарт, Теодорн и Ферган….»
Лея схватила перо и свиток и принялась выписывать фамилии. Где-то здесь в этом списке есть имя её отца. Кто он? Её мать говорила о баронах-мятежниках, значит это кто-то из них. Лея изучала генеалогию и прекрасно знала все Старшие Дома Коринтии и некоторые Младшие, но только сейчас она поняла, что именно в большом справочнике парифика Сирда означали вымаранные белой глиной квадраты и подписи «Неизвестен». По приказу короля все записи о мятежниках были уничтожены. Никаких упоминаний о Ферганах и Линадалах она не встречала. Некоторые ветви домов обрывались полностью, и вот теперь она узнала — эти семьи уничтожили по приказу короля.
Она пыталась вспомнить, что знает об этих домах, но увы, эти фамилии ничего ей не говорили.
Ах если бы можно было снова попасть в Хранилище! Там наверняка сохранилось что-то! Но после их ночного бегства вряд ли у неё снова будет возможность попасть в Хранилище.
Она взяла с полки кофр, достала свиток и раскатала его на столе, придавив по углам подсвечниками. Вот Побережье — юг Коринтии. Рокна и выпирающий в море уступ, полуостров на котором стоит Ирдион. На Восток — Эддар, а ещё дальше Зафарин. На западе Мадверское побережье и земли прайда Айфур. И если идти по карте на север от Мадверского побережья, то дальше за Индагаром, вот они земли прайда Реки. По ту сторону Аргаррских хребтов, они с одной стороны упираются в лаарские горы, а с другой граничат со Скандрой.
Джарт Ланс Ингрэм рассказал эту историю Хранителю, который её записал. А значит, он должен был знать судьбу её отца. И скорее всего джарт Ингрэм ещё жив, хотя… что она вообще слышала о прайде Реки? Ничего. Но их земли граничат со Скандрой, и мэтр Альд наверняка знает что-то о них! Она завтра же поговорит с ним об этом.
Лея скатала карту и снова взялась за книгу, перевернула страницу и разгладила её ладонью.
"Год Белого Журавля. 875 год Огненного тригона.
Принц Рэндольф в этот год стал королём и впервые из всех королей Коринтии был приглашён на совет в Малый круг прайдов в качестве гостя.
Впервые верховные джарты слушали кахоле и готовы были обсуждать совместное будущее. С помощью блестящего дипломата и его друга князя Людвига Рингарда, король добился встреч со многими верховными джартами и заключил торговые союзы…"
Лея читала жадно, удерживая страницу ладонью, чтобы буквы проступали ярко. Хранитель подробно описывал события, предшествующие восстанию, но в них было слишком много политики, а Лея плохо в ней разбиралась. Она не поняла описанного противостояние Старших домов, которое уходило корнями в далёкое прошлое, но поняла, что у короля Рэндольфа с прайдами сложились хорошие отношения. Хорошие настолько, что он собирался ратовать за внесение послаблений в Канон, которые бы разрешили людям использовать айяаррскую магию. Но, как гласили записи Хранителя, у короля Рэндольфа были свои причины на то, чтобы так поступить. Король был влюблён в айяаррскую девушку. Вот только жениться на ней ему запрещал Канон. Именно поэтому он и хотел его изменить.
У Хранителя был прекрасный почерк, и Лея читала быстро, жадно переворачивая страницы.
«Многие дома были против, но король был упрям и непреклонен в своём решении.
«Я могу изменить судьбу любого человека, я же король, так почему же не могу изменить свою?!» — воскликнул он на совете.
Это решение и эта любовь медленно и верно вели страну прямиком к войне. Все дома Коринтии разделились на тех, кто был за и тех, кто против. Служители Богов и Ирдион, и даже прайды, все видели в этом начало изменений. Кто хороших, а кто плохих. Ведь если король женится на девушке из прайда, если изменит Канон, всему старому мироустройству придёт конец. Падёт Орден, люди перестанут ходить в Храмы и каждый займётся богомерзким колдовством… Так считали люди.
Но главным противником этого брака стал Дом Сивертов. Он стоял к трону ближе всех, он снабжал короля золотом из своих рудников и их дочь, леди Камиллу прочили в невесты новому королю. Об этом договорился ещё его отец, и отказ от этого брака дом Сивертов воспринял очень болезненно. И когда окончательно стало ясно, что король не изменит своего решения, лорд Сиверт решил обратиться к тёмным силам, чтобы помешать грядущему браку с айяаррской девушкой.
В Нижнем городе Рокны, в самом сердце Рыбацкого квартала он нашёл ашуманскую колдунью, о которой говорили, что она умеет разбивать влюблённые пары…»
«Неизвестно, что обещал князь Сиверт колдунье, но то, что она сделала, помогло. Если в ту осень король много времени проводил в прайде Реки, то к зиме он покинул северные земли, вернулся в Рокну, и много занимался государственными делами. Он стал рассеян и угрюм, погрузился в чёрную меланхолию, но больше не вспоминал об айяаррской девушке Мирейе Ингрэм и не говорил о ней при посторонних. А когда пришла весна меланхолия короля стала столь очевидной, что стала бросаться в глаза даже иностранным послам. Он похудел и мало бывал на воздухе, и при дворе всерьёз заговорили о его болезни. Кто-то сказал, что во всём виноваты айяарры, кто-то грешил на скандрийские болота, среди которых король провёл много времени прошлым летом, и только Ланс Ингрэм знал правду. Он знал, что это было ашуманское колдовство.
Князь Сиверт надеялся, что забыв своё увлечение айяаррской девушкой, король обратит взгляд на его дочь Камиллу, но короля больше ничто не радовало. Он забросил охоту, музыку и прогулки. Он не смотрел на Камиллу Сиверт, он даже не смог вспомнить на приёме, как её зовут. Старшие дома Коринтии обеспокоились здоровьем короля, и князь Сиверт принялся всеми силами исправлять то, что сделал. Он искал ашуманскую колдунью, но, как сказали очевидцы, её сожгли на костре рыцари Ирдиона той же осенью. И её колдовство теперь обратить было некому.
Тогда князь Сиверт занялся организацией большого весеннего карнавала, надеясь, что хотя бы это развлечёт короля и даст возможность его дочери Камилле побыть с ним рядом и попытаться его увлечь. Он желал породниться с королевской семьёй больше всего на свете.
Карнавал и в самом деле развеселил короля. Но король увлёкся вовсе не дочерью князя Сиверта, а иноземной красавицей, которая прибыла на карнавал тайно…»
Лея открыла следующую страницу, разгладила её рукой. Исчезли строчки, повествующие о битве в проливе Арф, но новые так и не появились. Зато на чистом листе отчётливо проступал рисунок: извилистые линии медленно наливались чернилами, свиваясь в причудливый узор и закручиваясь в спираль… И каково же было изумление Леи, когда рисунок появился полностью и она поняла, что смотрит на изображение того самого кулона, который потеряла в Суре. Изящное веретено, свитое из серебряных нитей, спрятанный внутри каплевидный камень — кулон был нарисован очень красиво, тончайшим пером и казался почти настоящим. Чёрный вертикальный зрачок смотрел прямо на Лею, и подпись внизу гласила, что дальше прочесть можно только приложив этот ключ.
— О нет! Нет! Нет…
Она почти простонала от разочарования. Лея листала страницы, разглаживала их ладонями, подносила ближе к свету, но это было бесполезно. Старый текст исчезал, но новый так и не появлялся. И в этот момент она впервые пожалела о том, что кулон бесследно исчез в реке.
Утром Лея чувствовала себя уставшей и разбитой. Болела рука и плечо от падения в Хранилище и события вчерашнего дня казались сейчас пугающими и нереальными. Но реальность пугала ещё сильнее. При свете дня ей казалось, что все вокруг знают, что вчера ночью в Хранилище это была она. От понимания того, что кто-то мог заметить их с Рут ночью и узнать, ей становилось дурно. И только мысль, что она увидит мэтра Альда и сможет поговорить с ним о Лансе Ингрэме и прайде Реки, заставила её идти в университет.
Но мэтр Альд в этот день не пришёл. Может быть потому, что посторонних людей внутрь не пускали. На воротах стояла охрана, библиотека была закрыта и в коридоре Лея встретила человека в сером плаще Тайной стражи. Парифик Сирд пробежал мимо, всклокоченный и красный и Лее стало очень стыдно за своё ночное вторжение. Но, с другой стороны, она ведь не собиралась ничего уносить из Хранилища, только прочесть…
Она прошла мимо не чувствуя под собой ног и когда оказалась в лекторий всё перед глазами было как в тумане. Её не отпускало ощущение того, что вот-вот появится Тайная стража, назовёт её воровкой и на глазах у всех уведёт в тюрьму. А ещё хуже, что Тайная стража узнает какую именно книгу она украла. И только когда она услышала рассказ Джеммы о том, что ночью в Хранилище залезли воры, чтобы украсть инкрустированные золотом книги и айяаррские светильники, у неё немного отлегло от сердца.
Из Хранилища действительно пропали ценные старинные книги, так что сейчас Тайная стража ищет настоящих воров, и Лея успокаивала себя тем, что на неё никто не подумает. Она взяла-то всего одну книгу. Не особенно ценную, с точки зрения воровства…
Хотя, кто-то же там её спрятал? Интересно, кто?
— И что это были за воры? — спросила она у Джеммы, как бы невзначай.
— Видели двоих мужчин, которые убегали, — горячо прошептала Джемма, — ночной сторож говорил, что это были зафаринцы, но, как оказалось, он был пьян, потому что стража никаких зафаринцев не видела! Зато видела двоих, один из которых здоровяк с мешком, и одет он был обычным вором! Он раскидал этим мешком стражу, как котят, и догнать его так и не смогли. Сказали, что он очень большой и сильный. Воры взломали окно в библиотеке, а ещё откуда-то у них был ключ. Теперь подозревают всех, кто имел доступ в Хранилище.
— Одет обычным вором? — переспросила Лея. — Что значит «обычным вором»?
— Ну да, обычным, — не смутившись ответила Джемма. — Обычный вор в плаще и шляпе. И говорят он был просто огромный!
Лея выдохнула.
Но… вдруг кто-то всерьёз послушает сторожа?!
Рут заходила в университет, когда лекции бывали во второй половине дня, чтобы проводить Лею домой в наступающих сумерках. Но сегодня нельзя чтобы она здесь оказалась!
Лея, сославшись на головную боль, ушла домой, ещё до окончания лекций. Стоило предупредить Рут, чтобы она не появлялась поблизости, потому что иногда она одевается в зафаринские наряды и носит жёлто-чёрный платок, который узнаешь издали. Так что Тайной страже ничего не стоит её схватить, и тогда всё пропало! Хотя в университете учится много зафаринцев, и вряд ли Тайная стража будет подозревать женщину, но Лея всё равно не могла усидеть на месте.
Она шла торопливо по мостовой, время от времени оглядываясь, ей всё время казалось, что кто-то за ней следит. У дома она остановилась, чтобы перевести дух, но едва коснулась рукой калитки, как услышала позади негромкий мужской голос:
— Миледи Каталея Лафорт?
Глава 17. Правильные вопросы
— Вставай, убийца стражников книгами, — Дитамар постучал по плечу спящего за столом Фингара.
Когда они вернулись из Хранилища, он остался изучать принесённые книги, да так и заснул, положив голову на одну из них.
— Что? — Фингар потёр кулаками глаза, оглядываясь по сторонам.
За окном особняка Ландегаров уже давно рассвело и, судя по солнечному пятну на полу, время перевалило за вторую четверть утра. Дитамар присел на подоконник и принялся разглядывать конюха, который запрягал в карету пару белых лошадей. Карета, как и заказывали, тоже была белой, лаковой, с золочёными гербами на дверях и алыми бархатными портьерами на окнах. И вся буквально кричала о двух вещах: безвкусице и большом состоянии её хозяина.
— Прекрасная карета. Надеюсь, леди Борас оценит мой сегодняшний выезд, — произнёс Дитамар мрачно. — Устрою ей прогулку по Верхнему городу.
— Я что, и правда убил того стражника? — хрипло спросил Фингар, вспоминая их ночное бегство.
Стража бросилась им наперерез, когда они уже оказались по другую сторону университетского забора. Но Дитамар даже не успел воспользоваться яргом…
Фингар взмахнул мешком с книгами и ударил по нападающим с такой силой, что один из стражников улетел в кусты на другую сторону улицы. Остальным тоже досталось. Досталось даже лошадям и Дитамар никак не ожидал такой прыти от своего ученика, хотя и понимал, что в этот момент Фингаром двигал исключительно страх.
— Угомонись. Муки совести — это меньшее, что мне сейчас нужно. Думаю, ты сломал пару рёбер одному, пару рёбер другому, ну и кажется, лошадей напугал до икоты. Но я не знаю никого, кто умер бы от… удара книгами, — усмехнулся Дитамар — Лучше скажи, нашёл ты хоть что-то полезное в этих манускриптах, и если нет, то я, пожалуй, начну жалеть о том, что не сжёг эту клятую библиотеку.
— У милорда был неудачный день? — спросил Фингар, наклонившись над чашей с водой и плеснув себе щедро на лицо и шею.
— У милорда была неудачная ночь, — ответил Дитамар, стаскивая с себя грязную рыбацкую куртку и бросая её к камину. — День, надеюсь, будет не таким паршивым. Одного матроса с «Кэтриона» зарезали в пьяной драке, а второго я бы и сам зарезал, да пришлось тащить его сюда. Никак не перестану удивляться любви кахоле к дешёвому пойлу. Я запер его в подвале. Когда он проспится, я его допрошу. Ну, так что там с книгами? Ты нашёл то, что нам нужно?
— Я нашёл книги по айяаррским прайдам и их источникам, — Фингар вытер лицо полотенцем.
— И? Это то, что нам нужно? Или мне из тебя клещами ответы тащить?
— Э-э-э-м-м, я нашёл, что это за кулон, милорд, — Фингар пододвинул к краю стола одну из книг. — Можете прочесть.
— Фин, по-твоему всё, чего я хочу сейчас, это читать клятый манускрипт? — рыкнул Дитамар. — Не поспать, не выпить, не смыть с себя вонь этого матроса, которого я пёр на плече? Давай быстро расскажи мне суть, да кратко! Пока я не вспомнил снова все свои правила.
Фингар вздохнул и ответил:
— Этот кулон называется «Око воды». Его сделал Редегар Ингрэм Речной король из…
— … плевать откуда был Редегар! Давай без предыстории. Запомни раз и навсегда — начинать нужно с самого главного! — остановил его Дитамар. — Что он может?
— Он связан со стихией воды.
— Это я уже понял и без Заклинателя-недоучки! Что ещё? — Дитамар стащил мокрую рубашку, разукрашенную пятнами крови и налипшим песком, и швырнул вслед за курткой.
— С помощью него можно видеть будущее и то, что происходит в других частях света…
— Это уже лучше. И как это сделать? Как это увидеть?
— Для этого нужен тот, в ком есть элементаль воды. И, собственно, сама вода, — развёл руками Фингар.
— Элементаль воды? И что это? Фингар, давай без этой вашей заклинательской премудрости!
— Прайды Тверди и Огня зовут это силой. А прайды Воздуха и Воды элементалями. Это дух стихии. И тот, в ком он есть и кто связан с Источником, может с помощью этого ключа управлять стихией.
— С помощью этого ключа? — Дитамар внимательно посмотрел на Фингара.
— Ну да, этот кулон — ключ к Источнику прайда Реки.
— Фингар, тебе что, дать орден за глупость? — криво усмехнулся Дитамар. — Я тебе сказал начать с главного! Вот с этого и надо было начинать!
— Ну, так я вроде и начал, я же сказал, что Редегар…
Но Дитамар уже не слушал дальнейший рассказ про Редегара Ингрэма — Речного короля. Он достал кулон и, продев цепочку сквозь пальцы, поднял его вверх. Посмотрел на просвет и спросил:
— Что ты там говорил? Ты окунал его в море и в корыто? Ну-ну, — усмехнулся Дитамар. — Прайд Реки, Фин… Не удивительно, что Заклинатель из тебя так себе. Море — это солёная вода. Корыто — мёртвая. А ему нужна живая вода — река или ручей, вода, которая бежит. Ты понимаешь?
— Ммм, да, милорд.
— Элементаль воды… Проклятье! Как же так может быть?
Он повернулся к Фингару и тот даже испугался. Давно он не видел у джарт такого яркого янтарного сияния глаз.
— Что может быть? — спросил он осторожно.
— Перетряхни все эти книги и найди мне всё! Всё, что только сможешь про этот прайд Реки. Всё со времён этого Редегарда-как-там-его-короля. А ещё про дом Милгидов в Предгорьях… хотя нет. Я сам это выясню, посылать тебя куда-нибудь пока опасно.
Он снова поднял кулон и продолжил рассматривать его на просвет, но камень, наполненный густой синевой, молчал.
«Вода заберёт её. Разорви связь…»
Он вспомнил момент чудесного спасения Каталеи Лафорт из реки. Вспомнил свечение вокруг её шеи и как сорвал с неё этот кулон. И потом он впился ему в ладонь.
Значит вон что… В тот момент он разорвал её связь с рекой и спас её. Она сама-то хоть понимала, что делает?!
— Элементаль воды, — произнёс он задумчиво. — Каталея Лафорт совсем не та, за кого себя выдаёт. Интересно почему?
Теперь ему стало ясно, что же произошло сегодня ночью в библиотеке, что ударило его, едва не убив. Сила воды. И она умеет ею управлять… Или не умеет, судя по тому, что он видел на Суре.
Но что она забыла в этом университете? И причём здесь Милгид? Когда они говорили с ней на постоялом дворе, он был в полной уверенности, что она кахоле. И когда говорил с ней в облике мэтра Альда… Ну не может же она не знать, какая сила таится в ней? Или может?
Дитамар пытался вспомнить что-нибудь о прайде Реки. Прайд постигли какие-то несчастья, но в чём была их суть, он никогда не интересовался, отец мало поддерживал с ними связь. Земли прайда Реки находились за Великими хребтами на севере, на границе со Скандрой. К ним не было прямых торговых путей, да и особой надобности в общении не было тоже. Совет Малого круга прайдов собирался раз в четверть века, именно тогда его отец и видел Ланса Ингрэма в последний раз.
Так как же ключ к их Источнику оказался в руках какой-то девчонки из Милгида, едва не утонувшей в реке?
Это значит, что либо с прайдом произошло что-то плохое и кулон попал к Каталее Лафорт случайно, либо девчонка никакая ни девчонка… и она здесь не просто так. Но это, в общем-то, было уже и так понятно. Но главное, этот кулон и эта девушка, имеющая ключ к Источнику прайда, это неимоверно ценная находка. И, пожалуй, после того, что сделала Кайя, это второе чудесное событие в его жизни и подарок судьбы. Осталось только проверить, как он сможет воспользоваться этой силой. А для этого ему необходимо снова с ней встретиться. Ему нужен кулон, девушка и живая вода в одном месте…
И хотя ещё вчера он поклялся, что мэтр Альд больше не вернётся… Но он и не вернётся. Встретиться с Леей он хотел в своём настоящем облике. Ведь если понадобится показать кулон, он всегда может сказать, что забыл его отдать при отъезде и специально нашёл её для этого в Рокне. Дей Брегат — её спаситель, и он ей понравился. Она ему поверит и наверняка будет рада его увидеть.
И эта мысль удивительным образом подняла ему настроение.
Он надел кулон на шею, похлопал Фингара по плечу и произнёс:
— Поищи мне, как можно соединить стихии Тверди и Воды. Мне нужно узнать, как можно забрать силу воды.
— Эээ, забрать? — недоумённо спросил Фингар.
— Да, как я могу использовать силу Воды? Что для этого нужно? Я вернусь к полуночи и хочу, чтобы ты нашёл мне об этом всё, что сможешь.
— Но, милорд! Нельзя забрать…
— Фин… правило номер три, — усмехнулся Дитамар. — Просто сделай, что я сказал.
Он направился вниз, в столовую, весело насвистывая на ходу. Ему нужна еда, ванная, приличная одежда, немного поспать, допросить моряка с «Кэтрионы», поговорить с мальчишкой, следившим за нужным домом, прогулять леди Борас и собрать воедино всё, что он узнал этой ночью.
И между всеми этими делами нужно заглянуть на Швейную улицу, где-то там находится дом Каталеи Лафорт. Не то чтобы ему нужно было туда прямо сейчас, но почему-то очень захотелось увидеть, где она живёт. А потом… потом он придумает, как свести вместе воду, кулон и девушку.
— А вдруг он не станет отвечать? — спросил Фингар, спускаясь в подвал за своим джартом.
— Что значит не станет? Станет, конечно. Нужно просто задавать вопросы правильно, Фин, — Дитамар красноречиво похлопал по рукояти кинжала.
— Но вы же его не убьёте, милорд?
Дитамар окинул взглядом своего ученика и пожал плечами.
Читать бесплатно другие книги:
