Брак на выживание Орлова Анна
– Друг лорда Блэкфича однажды поделился с ним некоей семейной тайной, которая навела уважаемого лорда на замечательную идею. Всем известно, что у ребенка от союза сильного мага и человека будет спящий дар. Лорд Блэкфич случайно выяснил, что если этот ребенок вновь скрестит кровь с магом, то в следующем поколении дар будет активен. И лорд Блэкфич начал серию экспериментов… Незаконных, само собой.
Леди Блэкфич застыла. С ее приятного круглого лица, казалось, сошли все краски. Не играет. Нельзя так играть!
– Родерик, это правда? – проскрежетала она. – И ты молчал?!
Лорд жене не ответил. Он вперил негодующий взгляд в Грегори и процедил:
– Зачем? Зачем вы ей рассказали?! Я так хотел, чтобы это было мое, мое собственное открытие! И вы хоть представляете, насколько это важно для науки?!
Грегори оторопел. Похоже, такой мотив ему в голову не приходил.
Я же с досады кусала губы. Ведь знала же, что все исследования, якобы принадлежащие лорду Блэкфичу, на самом деле сделаны его женой. Ничего удивительного, что он втайне от этого страдал.
Это открытие тянуло на мировую славу. Как лорду было удержаться и не воспользоваться случаем заткнуть жену за пояс? Если бы не бедные девушки…
– Родерик?! Что ты натворил, – я ожидала услышать «идиот» или «дурак», но леди Блэкфич при всех обзываться не стала, – дорогой?
Лорд Блэкфич поник в кресле. Его запал угас, он снова превратился из пламенного ученого в забитого жизнью (и женой) кабинетного работника.
Грегори любезно ее просветил:
– Я же говорил, они начали исследования. Аспирант лорда Блэкфича раздобыл список детей, в которых текла кровь темных магов. Дальше, не знаю уж какими методами, он добивался того, что девушки беременели, опять же от темных магов. Только я не понимаю, зачем было их убивать?
– Да не убивали мы их! – вырвался у лорда Блэкфича крик души. – Мне нужны были дети, здоровые дети, понимаете? Мы сами насмерть перепугались, когда… когда их начали уничтожать.
Он со стоном спрятал лицо в ладонях.
Если в самом деле обстоит так, лорду Блэкфичу, несмотря на аморальность его исследований, можно было лишь посочувствовать. Он ведь теперь не мог даже обнародовать свое открытие! Потому что у научного сообщества и, главное, полиции тут же возникли бы вопросы!
– Я одного не пойму, – глухо выговорил лорд, – откуда, ну откуда убийца знал о наших экспериментах?!
– Слухи, – пожал плечами Грегори.
– Слухи вряд ли перечисляли девушек поименно, многоуважаемый лорд Блэквуд! – едко парировал старый лорд. – Убивали именно наших девушек. Не всех, кто был в списке той свахи. Значит, кто-то из нас… А, что я вам рассказываю!
Он обреченно махнул рукой.
– Пожалуй, этот вопрос я могу прояснить, – вдруг заявил Грегори. – Эмма, не смотри на меня так, я не успел рассказать. Маркус Хайнс был среди ваших помощников?
– Откуда вы?.. – оторопел лорд Блэкфич и нервно пригладил поредевшие рыжие волосы. – Ну, хорошо. Да, был такой. В этом участвовали… – он стыдливо отвел глаза, – были посвящены Хайнс, Ньюмен и Томпсон. Хайнс вел записи.
Кажется, одна я заметила, как законник облегченно вздохнул. Видимо, до последнего сомневался, был ли его клиент среди добровольных помощников лорда Блэкфича.
– А Джош Мэннинг? – Грегори все же решил убедиться.
– Джош? – Лорд близоруко заморгал, как разбуженный в полдень филин. – При чем тут он? Я учил его только… – Он пошевелил губами, подсчитывая. – Ну да, чуть больше двух месяцев. Много времени заняла проверка, вы же понимаете…
Грегори кивнул и расщедрился:
– Тогда, думаю, вам будет небезынтересно узнать, что Маркус Хайнс десять месяцев назад стал обладателем крупной суммы денег, которую тут же положил в банк под хорошие проценты.
– Крупной – это?.. – заинтересовалась леди Блэкфич.
Грегори озвучил, и я лишилась дара речи. Это же целое состояние!
– Значит, он продал нас, – убито признал лорд и снял запотевшее пенсне. – Нас и тех бедных девушек.
– Как вы, кстати, добивались их согласия? – Голос Грегори похолодел, а взгляд стал острее ножа. – Угрозами? Силой? Обманом?
– Что вы! – замахал руками лорд. Он выглядел искренне возмущенным. – Все было совершенно добровольно! Им неплохо платили, девушки согласились сами. Только знаете… ведь не все были, кхм, нашими.
– Все, кроме двух первых убитых и последней. – Грегори не спрашивал – утверждал.
– Откуда вы?.. А впрочем, какая разница? – Лорд сгорбился. – Все, все прахом… Столько сил, столько денег… Все погублено!
– Родерик, ты остатков рассудка лишился? – не выдержала леди Блэкфич. – Как ты только додумался ставить эксперименты на живых людях? Это ведь дети, Родерик! Ты хоть о них подумал?
– Подумал! – взвился он. Пенсне отлетело в сторону и упало на ковер. – Дебора, ты не видишь дальше своего носа! Ты знаешь, что маги вырождаются?
– Знаю, – признала она спокойно. – Магические роды очень неохотно мешают кровь даже между собой, чтобы не распылять дар. Разумеется, это сказывается на потомках. И что же?
– Дети становятся слабее и выживают реже, – запальчиво продолжил лорд Блэкфич. От него разве что пар не шел. – Все чаще рождаются сумасшедшие, все чаще встречаются наследственные болезни. Никто не знал, что с этим делать, а решение оказалось таким простым! Уменьшить разницу потенциалов путем двойного смешения крови в ближайших степенях родства. И вот он – приток свежей крови!
– И запрещенные амулеты, – скучным голосом напомнил Грегори. – Что? Разве на девушках не нашли артефактных колец? Полиция могла не распознать артефакты, но я-то не мог!
– Вам и это известно… – вздохнул лорд Блэкфич. – Но там не было ничего опасного! Просто чтобы помочь девушкам выносить детей.
– Кхм. – Грегори сделался задумчив.
Я его понимала. Ведь если лорд Блэкфич ставил целью благополучное появление детей на свет, то ему действительно не было смысла убивать будущих матерей. И этот неожиданно разбогатевший помощник… Похоже, кто-то воспользовался задумкой лорда Блэкфича в своих преступных целях.
– И какое отношение ко всему этому имеет Джош Мэннинг? – поинтересовался Грегори. – Зачем вы вообще взялись его учить? Ведь вы сами его нашли и предложили ученичество, так?
– Самое непосредственное! – оживился лорд Блэкфич. На губах его засияла победная улыбка. – В мальчике проснулась магия, понимаете? Он был живым доказательством моей правоты! Очень талантливый мальчик, между прочим!
– И вы сумели доказать, что… – Грегори почесал бровь, – его отец – маг, а мать – дочь мага?
О как завернул!
– Еще бы. – Лорд Блэкфич вдруг тоненько хихикнул. – Его мать – незаконная дочь вашего отца, лорд Блэквуд. Пришлось нанять детектива, чтобы на нее выйти!
Грегори вздрогнул. Похоже, отцовские похождения его радовали все меньше, как и обретение сестры.
– А отец Джоша? – проскрежетал он, стиснув кулаки.
– Томас Блэкисл. – Лорд Блэкфич пожал плечами. – Девушка была горничной его сестры. Когда братец соблазнил прислугу, сестра помогла пристроить ребенка в хорошие руки.
Грегори поморщился и встал.
– Что же, лорд Блэкфич, благодарю за содействие. У меня больше нет к вам вопросов. Эмма, пойдем.
И ведь по-прежнему непонятно, кто убийца!
– Зато у меня есть! – Голосом леди Блэкфич можно было забивать гвозди. – Скажи-ка мне, дорогой…
Лорд вздрогнул и втянул голову в плечи. Я тоже поднялась, изнывая от неловкости.
Похоже, слова «дорогой» и «дорогая» я больше никогда не смогу слышать без содрогания!
– Нам пора. Столько дел! До свидания, леди Блэкфич. Лорд Блэкфич.
Леди рассеянно кивнула. Лорд, кажется, и вовсе ничего не заметил – смотрел на жену, как кролик на удава.
Мы вышли на улицу. Из дома доносились приглушенные звуки скандала. Грегори глубоко вздохнул и подставил лицо яркому солнцу.
– Поедем домой? – предложил он вдруг.
Как, разве он не жаждет немедленно разобраться с Хайнсом?
Грегори на мой вопросительный взгляд ответил кривой усмешкой.
– Домой, – согласилась я, беря его под локоть.
И так вдруг стало тепло и хорошо!
Глава 10
Небольшая плата
Я сидела в саду, наслаждаясь вечерней прохладой. Раскрытая книга лежала на коленях, но вместо чтения я просто смотрела на пышные кусты герани, которые экономка решила вынести в сад, и слушала ее тихий бубнеж.
Веки потяжелели, глаза сами собой закрылись.
– Мечтаешь? – ворвался в мои умиротворенные мысли бодрый голос призрака.
Я обнаружила, что успела сползти со спинки вниз, встряхнулась и села ровнее.
– Немного, – улыбнулась я, глядя на довольного жизнью – или ее подобием – Барта. – Что-то случилось?
– Ничего. – Барт легкомысленно сделал кульбит в воздухе. – А что?
Я пожала плечами. Последние дней десять я безвылазно сидела дома и успела изрядно заскучать. В деле об убийствах не было никаких подвижек. Аспиранта Хайнса нашли убитым – не принесли ему счастья кровавые деньги – и расследование вновь застопорилось. Ни я, ни Грегори не представляли, с какого бока к нему теперь подойти. Кое-что, конечно, прояснилось, но толку-то?
Город взбудоражили слухи о том, что леди Блэкфич подала на развод. Она навестила меня однажды в моем добровольном затворничестве. Рассказала о спасенной в приюте женщине – с ней и двумя малышами все было в порядке, леди подумывала взять ее к себе горничной. Мы проболтали целых два часа, но о своем муже пожилая дама не обмолвилась и словом. Зато имя мистера Вуда звучало часто. Быть может, хотя бы на склоне лет эти двое обретут свое счастье?
Грегори сражался, как лев, однако дело неумолимо шло к передаче в суд. Он целыми днями где-то пропадал, и лишь по ночам… Ох, об этом и вспоминать-то было стыдно!
Барт со скуки взялся тренировать щенка (теперь его имя сократили до Май) и уже достиг немалых успехов.
Мэри день-деньской возилась по хозяйству, навевая на всех домочадцев тоску своим мрачным видом. Даже как-то пыталась перекрасить свой призрачный халатик в черный, чтобы соблюсти положенный траур, но была высмеяна Бартом и потом три дня дулась. Зато дом сиял небывалой чистотой и сверкал свежей краской.
В саду тоже, уже моими стараниями, наконец воцарились порядок и уют.
– Эмма? – Загробный голос Мэри заставил меня вздрогнуть. – Можно с тобой поговорить?
Мы с ней теперь тоже были по именам и на «ты» – по настоянию Грегори.
Барт снова кувыркнулся в воздухе, пробормотал что-то насчет «поговорите тут о своем, о женском» и сбежал. Чуял, чем дело пахнет!
Мэри же зависла рядом с моей скамейкой и спросила просто:
– Ты знаешь, как я умерла?
– Нет. – Я поежилась. По правде говоря, не знала и не горела желанием узнать.
Однако Мэри уже было не остановить. Она решительно настроилась излить душу.
– Он был такой… такой! Нежный, внимательный, а уж пылкий!..
Мэри мечтательно закатила глаза.
– Майкл? – осторожно предположила я.
Экономка нахмурилась.
– При чем здесь Майкл? Это было уже после того, как… в общем, я очень нуждалась в мужском внимании. Хотела вновь почувствовать себя красивой, желанной!.. – Она стиснула ворот халатика. – Я познакомилась с Паоло случайно. Мы с первого взгляда понравились друг другу и… Он дарил мне цветы. Водил в рестораны, в театр, на ипподром! Нам не приходилось прятаться, как с Майклом, понимаешь?
– Понимаю, – кивнула я даже с некоторым сочувствием. Нелегка, должно быть, доля возлюбленной женатого мужчины – когда тебя держат словно в чулане, пряча от посторонних глаз, и лишь изредка вынимают на свет. – Рада, что ты обрела… кхм, утешение.
Я опустила взгляд, делая вид, будто заинтересовалась ползущим по дорожке жуком. Конечно, сама я была ничуть не лучше Мэри, даже хуже – она-то никому в верности не клялась! – и все же было мучительно неловко.
– Спасибо. – Мэри вздохнула и продолжила томно: – В ту ночь я привела его сюда. Тут никто не жил, дом стоял запертым. Паоло был такой… такой! Мы не сомкнули глаз почти до рассвета.
Я искренне заинтересовалась. Надеюсь, этот пылкий любовник ее не убил? На Мэри нет следов насильственной смерти, тогда от чего же она умерла?
– Что было дальше?
– О. – Мэри облизнула губы. – Он ушел рано утром и обещал вскоре вернуться. Я привела себя в порядок, переоделась, легла немного поспать, – она потеребила пояс, – и…
– И? – не выдержала я, когда пауза стала мучительной.
– И умерла, – закончила она буднично. – Угорела. Оказалось, что я впопыхах слишком рано закрыла вьюшку. Паоло я так и не дождалась.
Я прижала ладонь к горлу.
– Как жаль!
– Дела давно минувших дней, – отмахнулась экономка, хотя глаза ее подозрительно ярко блестели. – Зато в моей жизни была любовь и умерла я молодой и красивой. Вот, например, жена Майкла с годами превратилась в старую калошу и ужасную ханжу. Только и знала, что каяться!
Мэри громко фыркнула, давая понять, что уж она-то ни о чем не жалеет.
– Мне жаль, – повторила я, изнывая от неловкости. – Но, Мэри, зачем вы мне это рассказываете?
От растерянности я вновь сбилась на «вы».
Экономка подлетела ближе и пристально посмотрела мне в глаза.
– Ты ведь надеялась, что я уйду вместе с Майклом?
Я вздрогнула, но не стала лгать:
– Да.
Именно ради этого и устроила свадьбу призраков. Чтобы отплатить Мэри за ее выходки, хотя сейчас это уже казалось мне сущим ребячеством. Желание дать покой исстрадавшейся душе Майкла было, признаю, вторичным.
Мэри затрепетала, словно от сильного ветра, и попросила очень тихо:
– Тогда сделай это сейчас!
– Ты хочешь?.. – в ужасе прошептала я.
– Да! Я мечтаю наконец уйти за ним. Помоги мне!
Я в ужасе замотала головой:
– Нет-нет! Грегори…
Я хотела сказать, что в этом доме он повелевает неупокоенными душами, но Мэри скорчила такую кислую гримасу, будто целиком сжевала лимон.
– Он не хочет! Говорит, что это просто горе. Что мы вернемся к этому разговору через год. И вот тогда… Но я больше не могу! Не хочу и не буду!
Она топнула ногой, отчего громко треснула и раскололась каменная плитка. Вот это силища! Неудивительно, что Грегори не боялся оставлять меня под охраной экономки!
– Но что я могу…
– Уговори его! – страстно потребовала она. – Уговори передумать. Ты ведь веревки из него вьешь!
Я лишь покачала головой. Какие глупости! Грегори ни за что не согласится.
Мэри прерывисто вздохнула.
– Тогда узнай, что случилось с Паоло. Он ведь так и не пришел. Я жду, жду…
У меня перехватило горло. Судя по тому, что Майкла убили почти сто лет назад и Мэри тоже умерла молодой, ее любовника давно нет в живых. Интересно, поможет ли, если я раздобуду выписку из архива, что Паоло умер?
– Мэри, я же сейчас никуда не хожу, – начала увещевать я. – Как же…
Ее призрачное лицо исказилось гневом и болью, глаза вспыхнули, словно угли.
– Не хочешь?! – прошипела Мэри.
Прежде чем она успела в запале наговорить мне гадостей, в калитку робко постучали.
У входа виднелся стройный женский силуэт в шляпке под густой вуалью.
– Леди Блэкмор! – позвал дрожащий голосок. – Эмма, вы здесь? Прошу, откликнитесь! Вы мне очень, очень нужны!
И гостья умоляюще сложила перед грудью тонкие руки.
– Марджори? – поразилась я и бросилась к ней. – Как вы здесь оказались? Что случилось?
– Прошу, впустите меня, – взмолилась она и пугливо огляделась. – Это очень, очень важно! Я вам все расскажу, обещаю!
Вскрик Мэри запоздал: я уже отодвинула задвижку.
Я успела краем глаза заметить тень, которая метнулась вперед. Ко рту прижали сладко пахнущий платок. Голова закружилась.
Что это все?..
Темнота расступалась неохотно. Отдельные звуки, запахи кометами врывались в мое сознание и гасли.
– … идеально! – донесся смутно знакомый голос, и в голове зазвенело от боли.
Потом в горло полилась мерзкая вонючая жижа.
Я застонала и слепо попыталась отмахнуться, но держали меня крепко.
– Ну вот, – довольно заключил кто-то и осведомился заботливо: – Как ты себя чувствуешь, дорогая?
– Ужасно, – прошептала я. У меня никогда не было похмелья, но по описанию очень похоже. Губы и горло пересохли, хотелось пить и сильно мутило.
Я поморгала – перед глазами все расплывалось – и разглядела участливо склонившегося надо мной мужчину в белом.
Вокруг расставлены горящие свечи. Потолок теряется в темноте. Пахнет воском, сыростью и чем-то приторно-сладким.
Я попробовала шевельнуться и чуть не застонала от боли. Мои руки и ноги оказались крепко связаны.
– Лорд Блэкисл! А где Марджори?
Он хохотнул и нервным жестом потер ладони.
– Ушла. Она предпочитает не видеть… лишнего.
– Лишнего? – переспросила я. Хотя что-то не понять было затруднительно даже в моем плачевном состоянии.
О, разумеется, сама леди Блэкисл не сделала ничего предосудительного – леди не пристало пачкать руки. Всего лишь рассказала лорду Томасу о тех девушках из приюта. И заманила меня в ловушку! А после ушла, не желая видеть, как ее дорогой муж разделает меня, словно рождественского гуся.
Милая, такая несчастная Марджори, которую нельзя не пожалеть.
– Вижу, ты сама все поняла. – Он окинул меня пристальным, неприятно-сальным взглядом и облизал губы. – А ты ничего. Племянничек всегда умел выбирать женщин. Это будет не так уж… неприятно, хе-хе.
И положил руку мне на грудь.
Тошнота подступила к горлу, мысли захлестнула паника. Он хочет не просто убить меня, а еще и обесчестить напоследок?!
– Тех девушек вы не насиловали!
Получается, поначалу он довольствовался бедняжками из приюта. После, когда стала ощущаться острая нехватка жертв, ему подвернулся аспирант со списком девушек для экспериментов лорда Блэкфича.
Лорд Томас поморщился. Его белокурые волосы немного поредели, на макушке намечалась плешь, и все же он по-прежнему был красив. Должно быть, в молодости он разбил множество сердец. Надменное лицо с брезгливыми складками у губ и глубокими хмурыми морщинами меж бровей. Холодные голубые глаза, тяжелый подбородок. Портили его лишь следы беспутной жизни: отекшие веки и багровая сеточка на носу.
– Насиловать? – Он нежно провел ладонью по моей шее. – Фу, какое грубое слово, моя дорогая. Тебе будет хорошо со мной.
Внутри все дрожало от ужаса, но я фыркнула и смерила его презрительным взглядом.
– Едва ли! Я не люблю, когда меня связывают.
– Ручаюсь, ты никогда не пробовала! – Масленый блеск в его глазах откровенно пугал. Он задышал чаще, склонился ко мне и шепнул, обдавая дыханием, пахнущим табаком и мятой: – Женщины любят сильных мужчин, ведь так, дорогая? Я буду стегать хлыстом по твоим белым круглым ягодицам… А ты будешь стонать и просить еще!
Во мне невольно шевельнулась жалость к Марджори. Каково это – быть женой садиста?
– Зачем? Зачем вам все это?!
– Ради ребенка, конечно. – Он улыбнулся совершенно сумасшедшей улыбкой. – Роду Блэкислов нужен наследник!
– А как же Ричард?
– Пфе, – презрительно фыркнул он. – В Ричарде нет ни капли магии Блэкислов. Он даже считает, что это к лучшему! Мол, кому нужна способность усмирять демонов, если самих демонов давно нет в этом мире?!
«И слава светлым богам!» – подумала я, но озвучивать свою мысль не стала. Мало ли что взбредет в голову безумцу?
Зря я, выходит, грешила на мужа!
– У вас есть сын! – вспомнила я. – Джош Мэннинг. И в нем проснулась магия!
Только вряд ли магия Блэкислов, иначе лорд Блэкфич непременно бы об этом упомянул. Скорее всего, Джошу, как и моему отцу, досталась магия деда. Еще один специалист по призракам.
– Ребенок? – не на шутку заинтересовался он. – Чей?
– Джош взрослый, ему уже лет двадцать. Его родила горничная вашей сестры.
– А, незаконнорожденный, – презрительно скривился лорд Блэкисл. – Тогда у него не должно быть дара.
– У него есть дар! – Я пыталась говорить как можно убедительнее. – Я не совсем поняла, как это случилось… Что-то там про двойное скрещивание.
Голубые глаза Томаса Блэкисла сверкнули неистовым огнем.
– Ребенок с магией?! И сестренка мне о нем ни слова не сказала? Хотела, стерва, чтобы все досталось ее сыночку! Правильно я с ней поступил.
– И как вам должна помочь смерть тех несчастных девушек?
То ли от страха, то ли от зелья дяди Томаса чувствовала я себя уже вполне сносно и отчаянно тянула время. Вдруг Мэри видела, кто меня увез? И стала ли поднимать тревогу?
Интересно, сколько я провалялась без чувств? Боюсь, долго. Если Грегори выследил моего похитителя, то давно должен был вмешаться.
Значит, помощь не придет. Рассчитывать можно только на себя. Но что могу я, слабая женщина, против сумасшедшего убийцы?! Он изнасилует меня и разрежет на куски. Убьет и меня, и ребенка!
Я прикусила губу. Не плакать! Это его лишь раззадорит.
Лорд Блэкисл фыркнул и откуда-то подтащил стул. Сел рядом со мной и демонстративно сверился с часами.
– Что же, время у нас есть. Можно и поговорить. Да, это я их убил. За известие об ублюдке я, так и быть, удовлетворю твое любопытство. Спрашивай.
Ноги у меня затекли, пальцев на руках я вовсе не чувствовала. И все же, пока он говорит, я жива. Мы живы.
– Почему вы не можете получить наследника обычным способом? – спросила я самое очевидное. – Ведь если родился Джош, у вас могут быть и другие дети! Неужели вы так любите Марджори, что не хотите развода с бесплодной женой?
Томас нахмурился, но все-таки ответил:
– Дело не в Марджори. Она здорова как кобыла, и все женщины в ее роду легко рожали. Этому мальчишке от горничной двадцать. Значит, я зачал его, когда еще не был проклят.
– Проклят?! – вырвалось у меня. Хотя чему я удивляюсь? Умей я колдовать, тоже не удержалась бы.
На красивое лицо дяди Томаса набежала тень.
– Я тогда был молодым дураком. Мечтал вернуть демонов в наш мир. Ведь с их помощью столько можно сделать!
– Но ваш гений не оценили, – с сарказмом предположила я. О демонах я слышала на уроках истории, и рассказы были больше похожи на страшные сказки.
– Жалкие людишки, – согласился он без тени иронии и закинул ногу на ногу. – Мы с Кэтрин мечтали подчинить сильного демона, чтобы доказать всем!..
Он осекся, тяжело дыша.
– Дайте догадаюсь, – хмыкнула я, украдкой пробуя на прочность свои путы. Увы, они не поддавались. – Демон вырвался и показал вам, почем фунт лиха?
Судя по мрачной мине лорда Блэкисла, так и было.
– Я лишился возможности иметь детей, – глухо признался дядя Томас. – Но Кэтрин досталось больше. Демон присосался к ней как пиявка и по сей день тянет жизненную силу. Вряд ли сестренка еще долго продержится… хотя я подпитывал ее как мог, хе-хе.
– И вы задумали принести в жертву молодых женщин и их детей, чтобы откупиться от демона?!
Он скривил губы.
– Что, презираешь? Кому нужны эти одиннадцать шлюх? Ты – другой разговор, тут племянничек мне преподнес королевский подарок!
– Одиннадцать? – переспросила я.
– Удивлена? – Лорд Блэкисл хлопнул ладонью по колену. – Я становлюсь популярен, кто-то меня даже надумал копировать. Я, знаешь ли, приносил жертвы только в новолуние. Символично, не находишь? Новая луна, новая жертва, новая жизнь…
