Одержимый. Драконоборец Империи Буревой Андрей

— Это совершенно дикие и чудовищно быстрые твари, — немедля начала радовать меня леди. А дальше — больше. — С пастью, как у крокодила, с подобной проволоке густой шерстью, в которой застревают стрелы и вязнут клинки, да размером — с хорошую лошадь. Ну и, как все демонические существа, они еще обладают высокой устойчивостью к магии.

— Да уж, умеете вы обрадовать, прекрасная маркиза, — потрясенно выговорил я.

— Так что сам можешь представить, — продолжала словно не слышавшая моих слов магесса, — что произойдет, если нам придется сойтись с этими тварями в прямой схватке. Ограждающий полог надолго их не остановит. А когда он падет и демонические гончие ворвутся в круг… Да начнут гоняться за свежим мясом… Тут-то нам конец и придет. Потому как такому грозному врагу наши наемники толком не сумеют ничего противопоставить, а я в их окружении не смогу эффективно использовать свой дар. Ведь слабыми магическими ударами демонических гончих не пронять, а сильные, вроде «Огненного метеора», использовать будет попросту невозможно…

— То есть вы, леди, хотите перехватить демонов еще по пути и не дать им ворваться в наш лагерь? — сообразил я.

— Совершенно верно, Стайни, совершенно верно… — выдохнула даже не повернувшая в мою сторону головы девушка, ускоряясь насколько это возможно. Так что мелкие камни и комья земли полетели из-под ее ног и покатились вниз по склону.

— А что, слабые заклинания их совсем не берут? — обеспокоенно вопросил я, тоже прибавив ходу.

— Ну брать-то берут, да ты попробуй в них еще попади, Стайни… — парой долгих мгновений спустя ответила сопящая Кейтлин.

А через какую-то минуту мы очутились на вершине каменистого отрога, откуда открывался прекрасный вид на местность к юго-западу от руин древнего бастиона. И замерли на нем, загнанно дыша. Слишком крутым и протяженным оказался подъем, чтоб так вот на него взлетать.

— Хорошее место! — повертев по сторонам головой, одобрила нашу позицию магесса.

— Это да, — легко согласился с ней я. Место действительно хорошее. Тут обращенная от нас сторона отрога даже круче, чем та, по которой мы поднимались сюда. На нее никаким демонам не заскочить с ходу, в два прыжка. Да и обзор отсюда открывается великолепный. Ну и нас тоже видно хорошо… Это означает, что мы не останемся незамеченными тварями из Нижнего мира. И они обязательно бросятся к нам.

— Значит, здесь мы демонических гончих и встретим, — тотчас же решила моя спутница. И принялась распоряжаться: — Так, Стайни, готовь стрелки с нестабильными стихиальными накопителями. Твоя задача — глушить тех тварей, что не попадут под мой основной удар. И не давать им слишком быстро перемещаться, чтоб я могла спокойно с этими недобитками разобраться.

— А что у нас будет за основной удар? — поинтересовался, без промедления начиная снаряжать стреломет потребным боеприпасом.

— Я намерена воплотить так называемую «Наковальню Воздуха», — уведомила меня магесса.

Сочтя задумку ди Мэнс вполне себе имеющим перспективу планом сражения, я успокоенно кивнул. Да, несомненно, для демонов будет неприятным сюрпризом оказаться на лужайке, по которой, в совершенно произвольных точках, со всесокрушающей силой лупят спрессованные до каменной прочности сгустки воздуха. Причем, зная одну умопомрачительно красивую и бесподобно стервозную особу, можно не сомневаться, что удары «Молотов Воздуха» будут действительно сокрушительными, а площадь поражения воплощенного заклинания третьей ступени — чудовищно велика. Недобитков явно окажется мало.

— Проклятье! — выругалась вдруг Кейтлин. — Не успею… — Но тем не менее отказываться от своего замысла не стала и спешно принялась магию творить.

А я, как завороженный, уставился на поросший старым ельником каменистый горный отрог, соседствующий с нашим взгорком. Там меж заполненных гротескными тенями деревьев и крупных скальных обломков замелькали темные тени-фигуры внушающих оторопь своими чудовищными размерами косматых волков. Являющих собой совершенно фантасмагорическое зрелище! С этими пастями — куда там крокодильим! С этими горящими глазами — угольями… и с этой, капающей с клыков, зелено-фосфоресцирующей слюной…

— У-у-у… — вновь пронесся над предгорьями Палорских гор леденящий душу вой. Это, завидев нас, подал голос огромный-преогромный вожак, ведущий стаю, наверное, в дюжину голов.

И взвыл он не просто так. А не иначе — указывая своим сородичам цель. Неспроста же вся стая демонических гончих после этого, чуть изменив свой курс, рванула вниз по склону и через луг — напрямки к нам!

— Э-э-э… — протянул я, покосившись на погрузившуюся в творение заклинания Кейтлин и, кажется, не замечающую ничего вокруг. А твари эти демонические уже подбираются к нам… Бегают-то они, оказывается, просто невероятно быстро! Куда там гончим или самым быстрым рысакам! Их бы они, даже дав изрядную фору, вмиг нагнали и ушли в отрыв.

Магесса никак не отреагировала на мой предостерегающий возглас, а демоны меж тем преодолели уже половину лужайки, что должна была той самой наковальней стать, по которой ударят «Молоты Воздуха». И, несколько нервно облизнув губы, я взвел стреломет. Изготавливаясь к неизбежному бою…

А Кейтлин все не воплощала и не воплощала творимое заклинание. Хотя давно, давно уже было пора! Тянулись тягуче-долгие мгновения, но ничего не происходило… Что заставляло меня раз за разом, со все возрастающей тревогой коситься на отрешившуюся от мира Кейтлин да судорожно соображать, как же я буду всех этих демонических гончих изничтожать, если она не успеет нанести по ним удар.

Как вдруг… Коротко взрыкнув, вожак, заметно опережающий основную массу демонических гончих, запнулся и кубарем покатился по склону. И… И, резко подскочив на ноги, бросился назад, мимо замедлившихся собратьев. Заскулив при этом, как какой-то нашкодивший пес. А испуганно взвывшая стая — за ним!

— Что это было? — медленно опустив стреломет, разинул я рот. И обратив совершенно очумелый взгляд на магессу, потребовал от нее объяснений: — Какое-то хитрое заклинание?

— Нет… Я еще ничего сделать не успела… — ответив мне не менее очумелым взглядом, помотала головой Кейтлин.

— Тогда мне ничего не понятно, — пробормотал я, провожая взглядом убегающих, поджав хвосты, выходцев из Нижнего мира.

— Думаешь, мне понятно? — не преминула съязвить на удивление быстро пришедшая в себя Кейтлин, присоединяясь к наблюдению за захватывающим зрелищем удирающего врага. И фыркнула еще: — Не больше твоего, Стайни!

— Да, дела… — протянул я, когда демонические гончие, проскочив обширную лужайку вдвое быстрей, чем во время бега сюда, буквально взлетели на горный отрог и скрылись из виду. И, стянув с башки шлем, озадаченно в затылке почесал.

С полчаса мы еще после этого на взгорке стояли, с места не сходя. Все гадали, что это на пришельцев из Нижнего мира нашло. Что они, резко передумав отведать лакомого человеческого мясца, опрометью удрали. Но сколь-либо приемлемых объяснений всему этому не нашлось ни у Кейтлин, ни у меня. Мы реально никак не могли взять в толк, что заставило демонов отказаться от своих планов на ужин. Возникла, правда, в ходе усиленных размышлений, у меня одна забавная идейка по этому поводу… что демонических гончих перепугал я. Но, покосившись на широко осклабившуюся нечисть и оживленно завозившуюся — явно желающую что-то саркастичное вякнуть, — мысль эту нелепую я немедля из своей головы изгнал. Меня вон даже паршивый бес, трус, каких поискать, — и тот нисколечко не боится!

— Кажется, демоны покинули наш мир, — наконец с заметным облегчением произнесла магесса.

— Похоже на то, — согласился с ней я, тоже уловив момент резкого исчезновения чувства страха. И задумчиво сказал: — Интересно, какого демона им вообще здесь было надо…

— Мне это тоже очень хотелось бы знать, — многозначительно покосившись на меня, заметила Кейтлин.

— Леди, вы что, считаете, что это я всему виной? — возмутился я.

— Ну, на меня-то до сих пор никогда демонов не натравливали, — хмыкнула девушка. Да категорично подвела черту под теорию о собственной непричастности к данному происшествию: — И вообще, если какие злодеи на меня и покушаются, то обычно с целью похищения, а не жестокого убийства.

Я и прикусил язык. И сердито засопел, не в силах отыскать никакого логического изъяна в предположении своей невесты. Действительно, на кого еще могла быть направлена атака демонов, кроме как на меня? Это ж я не раз переходил дорогу темным, а не ди Мэнс. Тем более подобное нападение на меня уже происходило однажды.

— Ладно, что уж теперь, — махнув рукой, великодушно молвила леди. — Идем в лагерь, Стайни.

Правда, прежде чем мы покинули взгорок, магесса сотворила поисковое заклинание. Дабы проверить, не подбирается ли к нашей стоянке еще какая-нибудь пакость — похлеще демонических гончих.

А потом мы осторожно спустились вниз по склону и вернулись в разбитый близ руин лагерь. Где ди Мэнс немедля сняла ограждающий полог с круга фургонов, погасила огненное солнце и развеяла усыпившее мулов и лошадей заклинание. Ну а уже после этого мы вкратце поделились с набольшими отряда произошедшими событиями.

— Может, демонов руины строения Ушедших чем-то отпугнули? — предположил Джегар, выслушав нас наравне с остальными. — Неспроста ведь их та же нежить обходит десятой дорогой.

— А что? Вполне может быть! — озадаченно переглянувшись, ответили мы. Такое простое объяснение нам отчего-то даже на ум не пришло.

— Ладно, — решила затем ди Мэнс, — фургоны пусть так и стоят, а людям можно разойтись отдыхать. Утром работы будет много.

— А демоны точно не вернутся? — робко заикнулся из-за моей спины Пит.

— Пока оснований считать иначе у нас нет, — отрезала леди. И, покосившись на меня, с намеком протянула, прежде чем уйти в свой шатер: — Ты тоже иди отдыхать, Стайни. Завтра и нам будет чем заняться.

Задавать глупых вопросов относительно того, что она имеет в виду, я не стал. Ясно же, что моя невеста подразумевает необходимость пройти по следу демонических гончих — посмотреть, откуда они вообще взялись. И убедиться, что они не объявятся когда-нибудь вновь. За день-то с разделкой драконьей туши нам не справиться, а значит, и следующую ночь тоже придется провести у руин бастиона. Да и еще не раз наверняка будем здесь на стоянку останавливаться. Очень уж место тут удобное.

Буквально полчаса суеты — и все вернулось на свои места. Разве что фургоны так и остались в круге стоять да количество бодрствующих у костров людей увеличилось раза в три. Отбило появление демонов у значительной части наших людей все желание спать.

А я вот уснул преспокойно. И продрых до самого позднего утра. Когда меня поднял Гэл со словами, что завтрак уже готов, и если я не встану сейчас же, рискую остаться без него. Вот так вот! Само собой, я не преминул немедля удивленно поинтересоваться — с чего бы это? На что мой оруженосец с тщательно скрываемой ухмылкой заявил, что все дело в том, что моя невеста грозится оставить вообще без еды всяких сонь, которым давно уже пора важным делом заняться.

Но, понятно, на самом деле, пока я плотно не перекусил, ни на какие поиски места появления демонов мы не пошли. Похоже, тут Ильма с Тарией постарались. И, пока Гэл за мной ходил, донесли до своей госпожи житейскую мудрость, что не кормленный с утра мужчина бурчать будет весь день.

Ну а после завтрака мы относительно небольшой группой в составе Гната, меня, Гэла, Кейтлин да восьми ее телохранителей отправились по следу демонических гончих. Благо натоптали они изрядно. А поломали — еще больше. И кустарников и нижних ветвей деревьев. По сути даже зоркий следопыт-охотник не нужен, чтоб по эдакой просеке нас к цели вести. Но с ним все же спокойнее.

Около часа мы осторожно продвигались по следу, прежде чем выбрались на небольшую полянку в глухом ельнике, выросшем меж двух невысоких взгорков — ответвлений горных отрогов. Даже полутора миль не преодолели, как до нужного места добрались. Расположенного, кстати говоря, по утверждению Гната, совсем неподалеку от старой дороги к покинутому замку Корсун, идущей в этом месте практически параллельно восточному палорскому тракту, на котором расположились мы. То есть кто-то, а конкретнее, посланцы темных, — вполне могли выехать вчера следом за нами из Римхола, а затем, не доезжая миль шести руин бастиона Рохар, отвернуть на эту дорогу и, двигаясь дальше по ней, достаточно близко и совершенно незаметно подобраться к нашей стоянке.

— Да уж… — пораженно прошептал я, следом за Гнатом высунувшись из-за раскидистой лапы старой ели на эту полянку и обозрев ее.

Зрелище впечатляло. Так впечатляло, что Гэл, с любопытством вытянувший шею из-за моего плеча, тотчас же позеленел. Узрев буквально залитую кровью поляну и разбросанные по ней распотрошенные самым ужасающим образом человеческие тела в изорванных черных одеяниях и отдельные части их…

— Н-да, изрядно здесь демоны побесновались, — тихонько пробормотал Джегар, сменивший за моим плечом испарившегося куда-то Гэлана.

— И, похоже, никто из призвавших их не ушел, — внимательно осмотревшись, заметил Гнат, хладнокровно указывая на кучу изрядно обгрызенных лошадиных туш, что с противоположной от нас стороны кровавой полянки валялись.

— А если и ушел, то только туда, — кивнул я на темнеющее пятно расчищенной земли, на котором был начертанный кровью круг призыва — заключенная в два кольца гексаграмма с кривыми лучами. Острия лучей упирались в головы шести людских жертв, раскинувших руки и выглядящих так, словно бы они уснули и умерли от ужаса во сне.

— Туда — разве что не по своей воле… — задумчиво сообщила ди Мэнс, разглядывая превратившееся в какое-то побоище место ритуала на удивление спокойно для девушки — без какого-либо особого трепета.

— Эт точно, — хмыкнул, поддерживая ее, Джегар.

— Ну и что дальше делать будем? — повернул я голову в сторону своей невесты и не помышляя на эту полянку выступать. Ибо приятного мало лазать по чужой крови и потрохам. Это я еще во время службы в «Магнусе» выяснил совершенно точно. Да и от круга призыва, ставшего сегодня ночью порталом в Нижний мир, так ощутимо тянет Тьмой, что аж под ложечкой гложет.

— Да что тут можно вообще делать? Сжечь все дотла, да и вся недолга! — ответил вместо Кейтлин глава ее телохранителей.

— Весьма здравая мысль, — одобрительно кивнула ди Мэнс. — Действительно имеет смысл просто очистить это место огнем и уйти. Вся равно мы не сможем разобраться и понять, что пошло не так в осуществленном темными прислужниками ритуале. А повторения его, нам, похоже, опасаться уже не приходится, чтоб стоило в такие детали погружаться.

— Э нет, так не пойдет, — помотав головой, воспротивился я принятию такого решения проблемы. — Мы-то, может, и не разберемся, что тут произошло, но есть же люди, которые сумеют это дело раскрутить и до его истинной подоплеки добраться. — И подытожил: — Нужно людей в Римхол за отцом-предстоятелем Мортисом послать. Пусть дознается, отчего темные всего в дне пути от Римхола такие безобразия устраивать осмеливаются.

— Думаешь, стоит его дергать в нашем случае? — с сомнением спросила леди. — Когда понятно, что до причин случившегося совершенно нереально докопаться, в связи с полной и окончательной гибелью устроителей ритуала темного призыва…

— Уверен, что стоит, — твердо сказал я. — Нам же, как, впрочем, и братьям-инквизиторам, по сути, не слишком-то и важно, что в произведенном темными действе пошло не так. И если не прояснится это дело — не беда. Тогда как выйти на пособников случившегося злодеяния будет интересно всем. Тем более что шансы на успешное дознание есть, и весьма неплохие. Учитывая, сколько тут вещественных доказательств разбросано осталось. — И категорично мотнул головой. — Нет, не простит нам отец Мортис, если мы все здесь просто спалим.

— Да, ты прав, Стайни, — поразмыслив, согласилась со мной ди Мэнс. И сразу предупредила: — Но разбираться со Святой инквизицией будешь сам! — Да добавила еще, бросая выразительный взгляд в сторону полянки: — А я в это место больше ни ногой!

— Договорились, — покладисто кивнул я.

И, так и не выйдя на кровавую полянку, мы направились прочь от нее. Магесса только перед уходом лесных обитателей шуганула да установила на ней простейшую разновидность магического охранного периметра в виде повисшего в центре переливающейся паутины небольшого шара-ежа, что громко свистит, ярко сверкает и жгучими молниями во все стороны стреляет, если задеть одну из невидимых для обычного зрения нитей. Все это для того, дабы к прибытию отца Мортиса хоть что-то от вещественных свидетельств уцелело и не было растащено и съедено прожорливым зверьем.

Вернувшись в скором времени в лагерь, мы немедля отправили в Римхол с посланием отцу-предстоятелю трех человек верхом. А затем занялись тем, зачем, собственно, и прибыли — драконом, погребенным под расколовшейся в результате падения на нее огненного метеора скалой.

Дело же не стояло, пока нас не было. Отряд наемников-работников, еще когда я спал, приступил к расчистке пути через лес до одной приметной скалы. А теперь вот они гонца прислали, чтоб доложить о своих успехах. Ну и заодно помощи запросить в лице одной могущественной магессы. Ибо иначе, по словам длинноногого парня из команды Джозефа, задержимся мы тут очень надолго. И не поможет особо даже закупленный нами перед выступлением в поход инструмент для работы с камнем. Слишком уж обломки скал оказались велики. Так запросто их не расколоть и не убрать.

Пришлось ди Мэнс немедля по пришествии в лагерь отправляться дальше — к месту упокоения дракона. Ну и я, само собой, пошел вместе с ней. Конечно, новых боев с чудовищными ящерами там не предвидится, но мало ли… Разбойники там нападут или еще какая напасть приключится… вроде ночного нападения демонов. Нет, никак нельзя мне при таком раскладе Кейтлин далеко от себя отпускать. Да, у нее имеются надежные телохранители, но себе я в плане защиты своей невесты больше доверяю, нежели им. Просто потому, что они всего лишь слабые люди. Пусть и с талиарами.

Пока шли к приснопамятной скале — растрескавшемуся акульему зубу по проторенной через лес тропке, я кой-чего путное надумал. Неправильно это, что для того, чтоб какую-нибудь важную весть передать, мы вынуждены то магические сигналы использовать в виде запускаемых ди Мэнс в небо огнешаров, то вовсе просто гонцов посылать. Есть же такая отличная штука, как кличчеры. Которые для нас самое то, даже с учетом отдельных их особенностей, связанных с ограниченностью расстояния, на коем эти хитрым образом выращенные кристаллы, так называемые «магические близнецы», могут передавать сигналы меж собой. Мы же не расходимся на многие сотни миль. Да что там — даже за пределы десятки по прямой, наверное, не вылезли ни разу. Просто на такой пересеченной местности, где в некоторых случаях всего одна миля, отделяющая от цели, занимает час пути, сложно оценивать реальные расстояния.

«Да, дорогие они, собака, кличчеры эти, но все же нам вполне по карману. Не бедствуем, чай, чтоб экономить на столь полезных мелочах, — подумал я, обмозговывая свою идейку. — Да и вообще, может, их и не придется покупать. Неужто одной могущественной магессе не под силу самой сотворить сии безделицы?..»

Нагнав шагающую впереди Кейтлин, я поделился с ней своими соображениями и нашел им полное одобрение. Моя невеста и сама о чем-то подобном подумывала. Ведь очень ее беспокоило, что мы уйму времени совершенно зря теряем, со всеми этими передачами посланий с помощью гонцов и условных сигналов.

Тем временем мы до знакомого склона горного отрога добрались. И поднялись на него. Там сразу с Джозефом, обретающимся в теньке, у скалы переговорили. А затем, после недолгого обсуждения проблемы, Кейтлин пробила мощнейшими «Молотами Воздуха» приличную дыру в завале из громадных, зачастую размерами больше дома, обломков скалы, преграждающих вход в драконью пещеру. На этом, собственно, и закончилось наше участие в вызволении охотничьих трофеев. И, удостоверившись, что дальше наемники-работники справятся сами, мы потопали обратно в лагерь. Где и пробездельничали остаток дня.

А поздно вечером вернулись наши верховые гонцы. Да не одни! С ними прикатил запряженный четверкой гнедых средний дилижанс. Из которого, сразу же после остановки, колобком выкатился отец-предстоятель Мортис.

— Брат паладин, что тут у вас произошло? — немедля обратился он ко мне, поднявшемуся с пригретого камня.

Я, разумеется, тотчас же поведал ему в красках о случившемся ночью нападении демонов и о том, что мы обнаружили на полянке неподалеку сегодня поутру. Чем вызвал как у старшего римхольского инквизитора, так и у прибывших за компанию с ним шестерки святош рангом пониже приступ неуемного энтузиазма. Они даже захотели немедля отправиться к месту осуществления темного ритуала. Прямо вот — немедля! Насилу отговорили их от такого неразумного дела — посреди ночи по лесам шляться, заверив, что предприняли все меры для того, чтобы имеющиеся там вещественные свидетельства в виде тел жертв и темных адептов остались в относительной сохранности. Да и чего они там вообще разглядят, в неясном свете алхимических ламп?..

На последнее, правда, отец Мортис заикнулся было, что одна могущественная магесса вполне могла бы обеспечить должное освещение места злодеяния… Но был немедля чуть ли не в открытую послан ди Мэнс. Которая, демонстративно зевнув, заявила, что устала и отправляется отдыхать. И свинтила в свой шатер.

Но все же лучше бы мы, наверное, наших гостей не отговаривали. Тогда бы хоть выспались. Ибо неугомонные святоши, обломавшись с походом, так сказать, к месту преступления, пошушукались и немедля затеяли поголовный опрос очевидцев произошедших событий. С целью установления всех его деталей. Для отчетности. А мне еще пришлось отдуваться сразу за двоих! Так как тревожить предающуюся отдыху ди Мэнс никто не решился.

Короче, когда меня еще и подняли после этого ни свет ни заря — зол я был, как собака, и уже совсем не рад тому, что предложил инквизицию вызвать. Однако отвести святош к месту проведения темного ритуала все же не отказался. И проторчал там, как дурак, без какой-либо пользы, на краю полянки битых три часа, пока инквизиторы занимались своим делом. А ведь вполне мог послать вместо себя Гэла и выспаться.

Досадуя на свою наивность, заставившую чего-то эдакого от обычного сбора улик ожидать, я повернулся и зло сплюнул под ближайшую ель. Реально же — скукота! И я здесь абсолютно не был нужен. Разве чтобы поглядеть на то, как отец Мортис по окончании сбора вещественных доказательств сотворит «Свет очищающий» для уничтожения следов темного ритуала, да поглотить добрую толику разлившейся по полянке чистой Стихии…

К стоянке у руин бастиона мы вернулись часа через четыре. И закономерно опоздали на завтрак.

Но и это еще ерунда. У нас же чуть скандал не разгорелся. По причине того, что отец Мортис сразу обратился к ди Мэнс с возникшей у него просьбой, а та категорически отказалась предоставить ему один из своих фургонов. Который потребовался святошам для доставки в Римхол вещественных доказательств совершенного злодеяния в виде останков растерзанных темных адептов и их жертв.

После случившегося недолгого препирательства моя невеста завелась. И отцу-предстоятелю в ультимативной форме было на выбор предложено: или везти свои улики в дилижансе, на котором прибыли святоши, или разобраться с ними на месте. Тела безвинно убиенных, как положено, похоронить с отпеванием, а то, что осталось от злодеев, — сжечь и развеять по ветру. Ну никакого пиетета у этой демоницы перед Святой инквизицией!

Ситуацию спас я, предложив отцу Мортису состряпать портреты всех обнаруженных на полянке мертвецов. Это всяко лучше, чем таскать для опознания их бездыханные тела, которые к тому же скоро начнут разлагаться.

Правда, для этого мне вновь пришлось прогуляться к месту проведения ритуала темного призыва и внимательно усопших осмотреть, а затем, по возвращении, цельный час на художества убить. Хотя мой хитрый замысел припахать беса к полезному делу в какой-то момент едва не повис на волоске. Когда любопытствующий отец Мортис поперся за мной на взгорок, на котором я решил расположиться. Ну да от него, слава Создателю, удалось отделаться, сославшись на необходимость уединения для столь тонкого творчества, как рисование.

А после полудня, разобравшись с захоронением и отпеванием тел безвинно убиенных, а также с сожжением останков темных адептов, святоши погрузили в дилижанс все вещички, собранные на поляне, и, прихватив сделанные мной портреты, быстро умотали. Со мной только сердечно распрощались…

Мы же, вздохнув с облегчением, продолжили свои дела. Которые, в общем-то, по большому счету и не прекращались ни на миг. Это я инквизиторов обхаживал, а работяги наши как пахали, так и пахали. Ди Мэнс же наказала за сегодняшний день разобраться с нашим охотничьим трофеем, дабы уже завтра поутру отправиться в обратный путь. Вот и летали все, аки пчелки.

Отобедав, я вернул себе доброе расположение духа. И, погладив себя по сытому брюху, насвистывая, прогулялся до близлежащего ручья. Где умылся. А затем вернулся, чувствуя себя совсем уж замечательно. По лагерю покрутился, занятие себе ища. И в итоге присоединился к ди Мэнс, расположившейся в тенечке у развалин бастиона с фолиантом Ушедших в руках. Правда, усесться мне, в отличие от леди, пришлось на обычный камень, а не на раскладной стульчик, да и книга моя не столь внушительно выглядела — размером она куда поменьше, да и переплет ее из обычного, а не лунного серебра. Ну такую вот мне и бесу удалось отыскать позапрошлой ночью, когда мы подбирали что-нибудь более-менее подходящее для предстоящего изучения письменности Ушедших.

Поначалу Кейтлин никак не отреагировала на мое появление — слишком чтением была увлечена, но чуть погодя, видимо, ощутив, что ее уединение нарушено, оторвала от своей книги взгляд. И увидела меня… На что уже я никак не отреагировал, вроде как целиком поглощенный увлекательным чтивом.

Моя же невеста, нахмурившись было в первый миг, затем тихонько фыркнула, глядя на мою сосредоточенную физиономию. Я ведь для произведения вящего эффекта задумчиво морщил лоб, губами шевелил и медленно водил указательным пальцем правой руки по страничке в раскрытой книге. Вроде как знакомые буквы ищу… Хотя на самом деле каждый хитрый значок-руна Ушедших — это целое слово, да еще имеющее несколько значений в зависимости от места употребления. А следовательно, знание человеческого алфавита никак не поможет разобрать данный текст. Я бы так точно не понял ничего из написанного, если бы не бес.

— Стайни, не смеши меня! — не выдержала наконец откровенно улыбающаяся Кейтлин, пару раз безуспешно попытавшаяся вернуться к прерванному чтению. — Без знания письменности Ушедших их книг тебе не прочесть!

— А я не читаю, а картинки тут занятные разглядываю! — вроде как похвастался я в ответ, поднимая взгляд.

— Какие еще занятные картинки? — удивленно воззрилась на меня леди. — Схемы магических ритуалов и построений, что ли?

— Не, — помотал я головой. И якобы неохотно показал девушке разворот своей книги: — Во!

Кейтлин с минуту оторопело пялилась на продемонстрированную цветную магическую картинку, где была изображена троица неимоверно красивых девушек Ушедших во всем их великолепии. И в весьма откровенных нарядах. Во всяком случае, по человеческим меркам. У наших-то девушек не принято так откровенно ножки обнажать. Открытый, да с глубоким вырезом верх платья — еще куда ни шло, а вот подол выше уровня щиколоток — это уже бесстыдством считается полным. И ждет особу, надевшую выходящий за рамки приличия наряд, общественное осуждение, родительская порка и церковная епитимья. Так что на женские ножки у нас не полюбуешься особо. У Ушедших с этим явно попроще было, попроще… И шляпок представительницы, без какого-либо преувеличения, судя по их изображениям, прекрасного пола не носили, тогда как у нас это считается отличительным признаком гулящих девиц. Впрочем, тут-то все понятно — какие могут быть головные уборы с такими-то ушами…

— Где ты это взял? В библиотеке ведь не было ничего подобного — одни лишь научные труды! — отмерев и оторвав взгляд от просто потрясающей своей реалистичностью магической картинки, растерянно выговорила уставившаяся на меня Кейтлин.

— Кто ищет — тот всегда найдет! — назидательно заметил я, разворачивая книгу к себе.

— Да я как-то даже и не сомневалась, — язвительно буркнула себе под нос моя невеста. Но обижаться и замыкаться в себе не стала и с любопытством спросила тут же: — Что это за книга такая?

— «Правдивая история о прекрасной Алиссиэль, младшей принцессе дома Серебряного Ветра и коварном демоне обольщения Маркусе», — с некоторым пафосом зачитал я название книги. И, подняв взгляд, с удовольствием увидел округляющиеся глаза Кейтлин.

— Ты что, любовные романы читаешь?

— Ага! — жизнерадостно подтвердил я.

Ну а что мне делать было? Так вышло, что более подходящей для учебы книги мы с бесом не нашли. Рогатый заявил, что для правильного выстраивания в моей памяти какого-то там непонятного ассоциативного ряда необходимо начинать с простых текстов, не имеющих сложных многозначных понятий. Вот мы и подыскали именно такую книгу Ушедших, откопав ее среди вещей, вывезенных из жилой части их последнего пристанища. Да и вообще… Чего стесняться, собственно? Ну, любовный роман… Зато картинки чуть не на каждой странице какие! Просто загляденье! Смотришь на них, и жуть как жалко становится, что родился я не лет эдак на полтыщи раньше, когда ушастые красотки в этом мире еще водились, и что всего лишь Темный Ангел, а не коварный демон искушения. Ух, я бы тогда развернулся!..

— Ну, Стайни… — несколько растерянно, как мне показалось, произнесла Кейтлин. И покачала головой. Видимо, никак девушка не могла поверить, что я такими откровенно женскими книжками увлекаюсь. И, прежде чем вновь уткнуться в свой фолиант, якобы безразличным тоном произнесла: — Дашь потом мне, я посмотрю, что там такого занимательного…

— Хорошо, — кивнул я, вроде как вновь погружаясь в чтение. И с усмешкой подумал про себя: «Что ни говори, а женское любопытство неистребимо. И присуще даже демоницам!»

А вот сам настораживающий факт моего знания письменности Ушедших меж тем ускользнул от внимания сбитой с толку суккубы. Хотя если подумать, откуда у обычного стражника такому бесполезному умению взяться?

Может быть, опомнившись, ди Мэнс и задалась бы этим вопросом, да не дали ей времени на это. Вернулся от логова дракона отряд Джозефа, последние трофеи притащив. Разобрались они, значится, с разделкой туши. То есть пришла нам пора отправляться в обратный путь…

Что мы, собственно, и сделали. Несмотря на то что выдвинулись, получается, среди бела дня — по самой жарище. От которой нас спасало лишь плывущее над караваном туманное облачко «Призрачного марева». Если бы не это, так совсем грустно было бы. Особенно команде Джозефа, которой вновь пришлось помогать лошадям, подталкивая перегруженные фургоны. Я же, пользуясь тем, что добытый дракон оказался совсем невелик, забил обоз остатками вещей Ушедших из жилой части их тайного убежища. После чего там пусто стало — хоть шаром покати. Все-все я выгреб. Осталось лишь уболтать Кейтлин помочь мне выломать из стены ту потрясающую картину, на которой сражающаяся с демонами магесса Ушедших изображена… Но это уже в следующий раз.

* * *

Ближе к вечеру следующего дня мы были в Римхоле. Где городские набольшие тут же вознамерились устроить пир. Опять. Понравилось им, вишь, это дело — праздновать. Только хозяйка города быстренько сию затею пресекла, заметив, что повода для праздника не видит, так как ничего геройского в этом походе мы не совершили. Чем до невозможности расстроила любителей праздников. Впрочем, они довольно быстро воспрянули духом, когда ди Мэнс обронила, что пир все же будет. Но чуть позже — через три дня. Не иначе как намекая на свои именины…

И я вновь напомнил себе о необходимости заняться поиском подарка для своей невесты, а то было позабыл обо всем, приметив в толпе встречающих наш караван одну наглую рыжую морду. Вельд приехал! Вырвался, похоже, из Кельма!

Очень хорошо, что Кейтлин напомнила о предстоящем празднике до того, как я до своего приятеля добрался. А то бы потом это точно вылетело у меня из головы. Ибо встретить старого друга и не отметить это дело просто грешно…

— Ну как ты, Кэр? — кося глазом на несравненную ди Мэнс, почему-то шепотом спросил Вельд, когда мы от души нахлопались друг другу по спинам.

— Да потихоньку, — отделался я ничего не значащей отговоркой, словно бы не поняв, на что Рыжий намекает. И сразу же спросил у него, уводя разговор в сторону: — Ты-то как добрался?

— А-а! — скривив недовольную рожу, отмахнулся он. И, задумавшись на какой-то краткий миг, брякнул, емко выразив всего одним словом свои впечатления о долгом путешествии от Кельма до Римхола: — Скучно!

— Не решился, значит, ехать верхом и купил билет на дилижанс? — спросил я, будучи, впрочем, абсолютно уверен, что так дело и было. Побоялся Вельд оседлать одну из этих злобных, кусающихся и лягающихся животин и избрал более легкий способ добраться до Римхола. Более легкий и при этом очень-очень скучный. В дилижансах-то никаких развлечений не водится. Сиди себе на своем сиденье да на спутников пялься или выглядывай в одно из крохотных окон, вот и все твое занятие на цельный день. Поначалу-то еще ничего, а вот если ехать декаду или больше, надоедает подобное времяпрепровождение жуть как.

— Ага, верхом не поехал. Не привык еще, — подтвердил мою догадку Вельд. — Дилижансами добрался до Фройбеха, а оттуда с попутным торговым караваном до Римхола доехал.

Я кивнул понимающе, прекрасно зная о том, что прямого сообщения дилижансами между Кельмом и Римхолом нет. И засыпал приятеля вопросами:

— Ну а как там твои? Роальд как? И все остальные?..

— Да нормально все у всех, — выдержав паузу, ответил Вельд, пожимая плечами. — Привет тебе передают… А Роальд, как и обещал, ближе к зиме нагрянет. До конца контракта дотянет, чтоб полных пятнадцать лет выслуги иметь.

— Ну и хорошо, — удовлетворился я этим ответом. И, спохватившись, спросил у Рыжего: — Ты где остановился-то? В «Драконьей голове», как я тебе наказывал?

— Ну а где ж еще? — удивленно вытаращился на меня Вельд. И напомнил: — Ты же сам сказал, что там мне платить не нужно будет!

— А, да, точно, — покивал я. Говорил ведь так Вельду, говорил, когда мы обсуждали в столице его приезд в Римхол. И тьера Труно затем на этот счет предупредил. А то с Рыжего могло статься добраться до места без медяка в кармане. В пути-то столько соблазнов, столько соблазнов!..

— Ну вот видишь! — облегченно выдохнул мой обеспокоившийся было приятель.

— Ладно, проехали! — рассмеявшись, махнул я рукой. Зная Вельда, вообще не стоило этот вопрос поднимать. Да ни в жисть не мог он забыть о том, что ждет его бесплатный постой в «Драконьей голове», и поселиться в ином месте, даже имея при себе деньги! Рыжий тот еще жмот. Что, в общем-то, не врожденная черта его характера, а приобретенная — от непростой жизни их огромного семейства пошла.

— Так, а чего делать будем? — оживился Вельд. И подмигнул мне: — Может… Завалимся куда-нибудь, посидим?

— Это обязательно, — поддержал я инициативу приятеля. Правда, оговорившись тут же: — Но чуть попозже. — И хлопнул его по плечу. — А пока пошли, я тебя с народом познакомлю.

Первым делом я, понятно, Вельда своей невесте представил, чтоб знала она, что это за наглая рыжая морда постоянно крутится возле меня. Потом и до остальных очередь дошла — до Джегара Тапса, Джозефа Тирага и Стэна Ламбери и до моих людей — Пита с племяшом и Гната. А в самом конце я Рыжего со своим оруженосцем познакомил, так и представив его, и с удовольствием наблюдал, как вытягивается лицо моего приятеля. Не ожидал он, похоже, что мое рыцарство столь быстро начнет обретать реальные черты, не оставаясь им лишь на словах… С Гэлом я Вельда и оставил, поручив младшему Атеми поведать моему кельмскому дружку о наших делах походных и всякой такой всячине. Занять его, в общем. А сам ушел…

Устроив на конюшне своего геройского коня, я черным ходом в дом прошел. Доспех скинул, умылся с дороги, в порядок себя привел. Костюм надел легкий, как раз по летней поре. Скиттера младшего, занимающегося размещением привезенной добычи, выловил и предупредил его, что не буду присутствовать за ужином. Чтоб не накрывали, значит, на меня. И конечно, чтоб ди Мэнс не беспокоилась по поводу моего отсутствия.

Так, пока то да се, и вечер незаметно наступил. И отправились мы на пару с Вельдом гульнуть в кабак. Конечно, фигурально выражаясь. На самом-то деле засели мы во все той же «Драконьей голове», ибо в Римхоле все одно нет мест приличней. Да и бесплатно же Вельда там обслуживают, ха-ха.

Заодно и со своим компаньоном Рыжего свел, чтоб было ему к кому обратиться в случае каких-либо затруднений. Так-то в помощь приятелю я Гэла определил, да и ко мне он может подойти без проблем, но это ж только когда мы не в походе. А разобраться, пусть даже за неделю, во всех перипетиях римхольских дел у Вельда, ясно, не получится. Будет у него с чего репу почесать… И в этом случае подсказка знающего местного жителя ему ой как пригодится. А в остальном мой приятель сам разберется. Ибо он тот еще проныра. Покрутится, покрутится в Римхоле — и разберется, кто здесь как живет и чем дышит.

Нет, если по уму, то следовало бы дать Вельду освоиться на новом месте месяцок-другой, прежде чем его к делам привлекать. Но, увы, времени банально нету. Так что придется Рыжему уже завтра спозаранку приступить к обязанностям моего порученца.

А посидели мы добро… Несколько бутылей «Темной лозы» приговорили да поболтали от души. Ну а ближе к полуночи разошлись. Хотя Вельд, разумеется, намекал, что неплохо было бы продолжить нашу пирушку в каком-нибудь борделе… Да я на это не повелся.

— Вельд, да какие могут быть девки гулящие? — вздохнул я, выбираясь из-за стола. — Когда я уже практически женатый человек…

Да и реально не тянуло меня ни к каким бордельным девкам, несмотря на приличное количество выпитого вина. Все равно ведь это не поможет справиться с обуревающими меня желаниями. Проверено уже… С самыми красивыми из доступных девушек Империи.

А Вельд все же дернул к себе парочку отирающихся в зале девиц из «Игривой кошечки». Ну да это его трудности. О том, что подниматься завтра придется рано, я его загодя предупредил. Но он, похоже, счел это шуткой. Наивный…

Встать Рыжему реально пришлось ни свет ни заря. Я, уходя, попросил Калвина наказать прислуге хоть водой моего приятеля отливать, хоть что делать, но чтоб к восходу солнца он уже был на ногах.

Я и сам, впрочем, того… недоспал. Что уж говорить о Вельде, явно увлекшемся полуночными утехами. Цельный час Рыжий ныл, что можно было и чуток попозже встать. Дескать, никуда не делся бы от нас тот римхольский торг, на который мы отправились на рассвете, чтоб очутиться на площади как раз тогда, когда только откроются все лавки и разложат на прилавках свои товары местные и приезжие торговцы.

И таки в чем-то Рыжий был прав. Погорячился я явно с этим походом спозаранку на торг. Можно было не спешить, так как все равно там не удалось обнаружить ничего интересного. Обычные все у торговцев вещи — никаких чудес. Что рано утром, что чуть погодя. Непонятно даже, на что я рассчитывал, отправляясь сюда. Похоже, если и находят нечто действительно стоящее рыскающие по брошенным землям поисковики, то либо перекупщикам знакомым сразу сдают, либо сами как-то пристраивают свою ценную добычу подальше от Римхола, так как здесь им нормальную цену не дадут.

«Надо было не тупить, а сразу идти к ювелирам. Ибо только у них можно отыскать что-то достойное несравненной Черной Розы Империи, — решил я, когда мы с Вельдом обошли римхольский торг вдоль и поперек. — Да, банально выйдет просто какое-то украшение подарить, но что поделать? Других вариантов вроде как и нет… К тому же так меньше вероятность ошибиться с подарком. Драгоценности всем девушкам без исключения нравятся. Даже имеющим демоническое происхождение».

Но и у ювелиров меня ждал облом. Не нашлось у них ничего достаточно изысканного — все больше безвкусные безделицы да украшения попроще, подешевле. Что, в общем-то, неудивительно. Римхол все же это не столица, а так — захудалый городок на окраине Империи. Его даже с Кельмом не сравнить. На весь город — две ювелирные лавки! Да и те занимаются в основном скупкой, а не продажей, как я понял. Ну и есть еще один мастер-ювелир, работающий на дому. Тот, у которого я изготовление браслета с каменьями под стихиальные накопители заказывал. И его ремонт, после приснопамятного покушения шайки Флоя. Но старик именно что на заказ работает. И готовых изделий не держит. А за пару дней что-то действительно достойное не сработать. На это хотя бы несколько месяцев потребно. А еще лучше — с полгода. Чтоб уж наверняка. Это так сам мастер сказал, когда мы на всякий случай все же заглянули к нему.

Пришлось возвращаться несолоно хлебавши, полдня убив попусту. А дома новое расстройство — прикатила ди Орлар. Да не одна с немногочисленной охраной, а притащив за собой целый обоз. Уймищу вещей привезла — прямо будто поселиться тут решила насовсем. Зараза такая… Но обидней всего, что Мэджери уж точно припасла для своей подружки какой-нибудь подарок превосходный. В отличие от меня, растяпы…

«Эх, жаль, слишком поздно я узнал о дате предстоящих именин Кейтлин — уже перед самым отъездом из столицы. В Лайдеке было бы куда проще что-нибудь подходящее в качестве подарка отыскать», — расстроенно подумал я, с натугой изображая, как требуют приличия, радушную улыбку и приветствуя баронессу Кантор.

И как назло ведь, нельзя преподнести Кейтлин в честь дня рождения какой-нибудь забавный, миленький пустячок. Не тот случай. Мы пока даже не друзья. Хоть и связаны определенными обязательствами. Да, сейчас мне требуется что-то невероятное красавице-демонице подарить… Чтоб удивить ее, восхитить. И Мэджери превзойти.

Пребывая после похода по рынку и лавкам в несколько расстроенных чувствах, я все же духа не терял. Отправил Вельда в «Драконью голову» — досыпать, а сам обедать сел. Но, несмотря на проснувшийся при виде накрытого стола аппетит, из головы все не шли размышления на тему подарка. Никак не удавалось перевести мысли на что-то другое. До именин-то Кейтлин осталось лишь немногим более двух дней. А у меня нет ничего. Хоть и правда, как посоветовала одна рогатая ехидна, на шею розовый бантик вяжи и дари себя в качестве исключительно фамилиара…

А под конец трапезы, когда я насытился и малость подобрел, меня осенило: надо порыться в своей добыче! Может, в сокровищах Ушедших что-нибудь изысканно-красивое найдется? Там же куча коробов-сундуков, ящиков, бочонков и шкатулок, о содержимом которых я и не ведаю. Тащил же все подряд, даже не вскрывая. Да смысла просто в этом не было — не ерунда же какая-нибудь малоценная вместе с золотом и серебром в той же сокровищнице тайного убежища хранилась?

Не откладывая, я обратился к присутствующей за столом ди Мэнс с просьбой снять охранное заклинание с превращенного в хранилище богатств Ушедших нижнего этажа дома, напирая на возникшую необходимость разобрать скопившееся там добро, раз выдалось свободное время. И сразу по завершении трапезы засел в подвале, вскрывая подряд все сундучки, ларцы, шкатулки из драгоценного дерева и засовывая в них свой нос.

Украшения попадались. Но все не то… Ничего способного от восторга захватить дух. На это тянул разве что обнаружившийся в крупном ларце белого дерева полный комплект женских украшений, какой-то совершенно невероятной красоты, не иначе принадлежавший когда-то принцессе Ушедших. Жаль только, по стилю эти изысканные вещицы демонице не подходят совсем. Моей невесте нужны украшения, выполненные не из золота, а из лунного серебра. Да и насыщенно-синие сапфиры совсем не в тему, хоть они и изумительной чистоты. Были бы яркие изумруды или еще лучше — черные алмазы… Под цвет глаз гневающейся суккубы…

С сожалением закрыв и отставив в сторонку ларец с дивными украшениями, я взялся за небольшой продолговатой формы ящичек-сундучок черного дерева. С укрепляющими боковины уголками из странного блестящего белого металла и выполненными из него же запорами-замками. Аж четырьмя… О которые я едва не сломал свой нож, выкованный из доброй стали. А на неведомом металле Ушедших не осталось даже заметных царапин.

Отступившись, я решил было сходить за топором, чтоб им запоры с этого ящичка посбивать, но быстро передумал. И воспользовался своими демоническими когтями, о которых мне стоило только подумать. Ну так неполная трансформа тела дается мне все легче и легче, не нужно даже в ярость впадать.

Побросав прямо на пол поддетые когтями и сорванные с боковины ящичка замки, я откинул крышку. И, озадаченно хмыкнув, в затылке почесал, глядя на ком густого белого тумана, заполняющего сей сундучок доверху. Покосившись на беса, также чешущего башку, я плечами пожал. И осторожно потянулся к этому обретающемуся в деревянном узилище крохотному облачку. Подержал правую руку немного над ним и осторожно коснулся тумана. Но ничего не ощутил. Словно туман настоящий, а не магический. Чего, по моему скромному разумению, в принципе быть не могло. Не живут в ящиках облака!

Потерев отчего-то занемевшую кисть и перейдя на магическое зрение, я снова хмыкнул озадаченно. Туман как был, так и остался, ничуть не изменившись. А это уже совсем из рамок вон.

«Это действует какой-то хитрый эффектор сокрытия!» — убежденно заявил пришедший к каким-то выводам бес.

«Вполне возможно, вполне возможно…» — задумчиво ответил я, не оспаривая его предположение.

Поглазев еще чуток на странный туман, я вздохнул. Надо же что-то решать… И разбираться, что там скрывает в нутре ящика этот эффектор сокрытия.

Сунуть руку в непроглядную белую дымку я все же не рискнул. Вдруг там, на дне сундучка, настороженный капкан? Ну или хитрая, инициируемая при прикосновении, магическая ловушка? Так что поступил я проще — взял за боковины этот ящичек да перевернул его.

Первым на пол упал выполненный из лунного серебра многоногий паук, с тельцем из крупного молочно-белого ограненного кристалла, тянущий за собой густую струю тумана. Тихонько звякнув о каменную плиту, эта, несомненно, драгоценная магическая штуковина буквально моментально исчезла с моих глаз, окутавшись непроницаемой пеленой. Пожалуй, если б я моргнул в неподходящий момент, то и вовсе подумал бы, что это само крохотное облачко выпало из ящичка. Внутри-то его больше не было тумана…

А следом за магическим эффектором сокрытия из ящичка выпала крупная, продолговатой формы шкатулка блестящего серебра — ладони в две длиной, в одну шириной, да толщиной в половину. Цельнометаллическая. С выгравированным на всех ее гранях замысловатым растительным узором, обычным для Ушедших. А больше в ящичке черного дерева и не было ничего. Я даже, перевернув его полностью, потряс над полом для надежности. И в сторонку отставил, поняв, что не выпадет больше из него никаких диковин.

Оставив странного паука из лунного серебра на потом, я сразу к металлической шкатулке потянулся. И, еще даже не коснувшись ее, ощутил истечение стихиальной энергии в форме теплого ветерка, проникающего под кожу.

Насторожившись, я было замедлил движение руки к шкатулке. Ненадолго. Быстро сообразил, что, если бы это была магическая ловушка, она уже давно задействовалась бы. На том и успокоился. Хотя отщелкивал крохотные запоры на шкатулке и открывал ее все равно с некоторым душевным трепетом. И чуть не перепугался, когда слабенький поток-ручеек стихиальной энергии вдруг сменился громадной рекой!

Я и руку инстинктивно отдернул, и сам отшатнулся от мощного магического источника. Чуть на спину при этом не кувыркнувшись. Хорошо, сумел сохранить равновесие и не упасть, в самый последний миг разглядев, что скрывала в себе металлическая шкатулка.

«Джаллы!» — восторженно возопил бес, увидевший ровно то же, что и я, — четыре тонких, длиной буквально в четыре-пять дюймов, миниатюрных жезла из лунного серебра с крупными, ограненными в форме четырехгранной пирамиды рубинами в навершии, словно объятыми бледно-алым пламенем.

«Такой же штуковиной ушастая магесса демонов десятками косила — на картине в последнем пристанище Ушедших, да?» — спросил я, осторожно вытаскивая из зажимов крайний жезл.

«Ага! — подтвердил рогатый. И завистливо засопел: — Повезло тебе…»

На что я только кивнул, так как был полностью согласен с этим замечанием. И в самом деле повезло. Находка стоящая… Джаллы не джаллы, а четыре Камня Стихии — это не шутки. Они ж безумных денег стоят, по словам ди Мэнс…

«Плохо только, что я вряд ли смогу воспользоваться им как оружием», — огорченно заметил я, покрутив в руке добытый из шкатулки миниатюрный жезл. Терялся он просто в моей лапище… То ли у всех Ушедших кисти рук были совсем невелики, то ли джаллы эти изящно-тонкие только для их девушек предназначены, но факт есть факт — не мое это оружие, увы.

«Конечно, не сможешь, — согласился со мной бес. И огорошил: — Ты же магией не владеешь! А следовательно, и направить создаваемую джаллом стихиальную плеть задача для тебя невыполнимая!»

«Да не очень-то и хотелось, в общем-то, — почесав в затылке и поразмыслив малость, пришел к логическому выводу я. — Меч у меня превосходный для ближнего боя есть, как и отличный стреломет — для дальнего, а магический кнут, который ни туда и ни сюда — мне как-то без надобности. Да и вообще, оружие это слишком специфическое, особого умения требующее…»

«Это да, — покивал лохматой башкой бес. — У Ушедших обучение девочек должному обращению с джаллом занимало пять лет».

«Вот я и говорю — совершенно бесполезная для меня штуковина! — фыркнул я. — Во-первых, я не девочка, а во-вторых — нет у меня пяти лет на учебу. — И, повертев в руках в последний раз добытый из шкатулки миниатюрный жезл с пламенеющим камнем, собрался уже сунуть его назад, да так этого и не сделал. Остановил занесенную руку с джаллом на полпути. Задумчиво крутанул этот легонький и невероятно изящный стержень, выполненный из лунного серебра, и обратился к рогатому, делясь с ним возникшими у меня соображениями: — А ведь из этого джалла выйдет неплохой подарок одной демонице, как считаешь? Учитывая страсть Кейтлин ко всяким эдаким штуковинам, он явно придется ей по вкусу. И уместно очень выйдет, если преподнести этот магический кнут как замену утраченному ею Угольку. А то она до сих пор за тот вопиющий случай на меня сердита…»

«Отличная идея! — одобрительно закивал бес. И, оживившись, добавил: — Только хорошо бы тогда переделать джалл именно под нее!»

«Это как?» — не понял я.

«Да взять и заменить Камень Огня на другой, более подходящий демонице! — пояснил бес. И, хитро сощурившись, вкрадчивым голоском подначил меня: — Ну что тебе стоит пожертвовать одной совсем ненужной „Искрой Тьмы“ ради потрясающего подарка будущей супруге?»

«А это вообще возможно?» — озадаченно уставился я на него. Ведь, насколько мне известно, такие магические изделия, как жезлы, представляют собой изначально цельную конструкцию и их нельзя разбирать-собирать, а уж тем более — заменять одни части другими, как тот же стреломет, а только сломать.

«Конечно! Конечно, возможно! — торопливо заверил меня бес. Да еще и добавил для вящей убедительности: — Да нам это раз плюнуть!»

— Ну-ну… — забывшись, вслух пробормотал я. А потом решительно покачал головой: «Нет, бес, не пойдет. „Искру Тьмы“ мне нисколько не жалко, но если совершить такую замену в джалле, этот жезл фонить будет так, что инквизиторы прохода не дадут! Не подарок выйдет, а куча проблем моей невесте!»

«Так… Так тогда можно сделать иначе! — воскликнул растерявшийся всего на миг бес. — Не изымать Камень Огня, оставить его для создания внешнего фона, а „Искру Тьмы“ вделать в рукоять и замаскировать. И ни одна собака до момента сотворения стихиальной плети не учует ничего!»

«И так можно?» — призадумался я.

«Да можно даже сделать так, чтоб джалл две стихии использовал по выбору его владелицы! — уверил меня хвостатый. Но не ограничился этим — и давай мне нашептывать на ухо: — Да ты сам подумай, насколько более интересным выйдет подарок твоей невесте, если она не только любоваться сможет им и баловаться, но и реально использовать как оружие! Не теряя драгоценные мгновения в бою на укрощение чужеродной стихии».

Убедил меня, в общем, паршивец. Заставил решиться на доведение подарка до ума. К чему я и приступил, не откладывая — только бардак, устроенный в подвале, чуть прибрал. Ну так, по мелочам. Металлическую шкатулку захлопнул и обратно во вскрытый ящичек убрал, туда же поместил поднятого с пола многоногого серебряного паука, источающего белый туман, а затем еще сорванные замки покидал. После чего заныкал сие хранилище дорогущих артефактов подальше и вымелся из подвала. Горсть только денежек Ушедших из лунного серебра с собой прихватил и вымелся. Ну и джалл, конечно, не забыл.

Дальше было проще. Не уведомляя никого — и в первую очередь свою драгоценную невесту — об отъезде, я вооружился втихаря, коня оседлал да за город выбрался. Типа на прогулку, ага. Тут, по дорожке туда и обратно. Вот только оказавшись в полумиле от стен Римхола и убедившись, что меня никто не видит, я сразу сменил направление. Съехал с дороги и устремился к одному приметному дереву, возле которого была закопана одна очень интересная шкатулка… А все остальное сделал бес. После того как я передал ему частичный контроль над телом. Рогатый и джалл чуть удлинил за счет прихваченного лунного серебра, и «Искру Тьмы» в этот миниатюрный жезл внедрил. А вдобавок еще новым тончайшим орнаментом взамен растительного его украсил. В виде двух обнаженных суккуб! Занимающихся, занимающихся… Да полным непотребством занимающихся! Хотя и красиво, надо признать.

Обругав беса, я велел ему вернуть все как было, и после недолгого сопения паршивец вернул прежний рисунок-гравировку, растянув ее и на наращенную часть джалла. Получилось отлично. Словно и не вносилось никаких изменений в него.

Повертев джалл после этого в руках и лишь с трудом уловив эманации Тьмы в потоке Огня, я довольно улыбнулся и скупо похвалил беса. Молодец он. Хотя за ним все же нужен глаз да глаз. А то такого наворотит…

Разобравшись с подарком для Кейтлин, я повеселел. И успокоенный вернулся домой. Почти сразу. Заехал только к старичку-ювелиру, заказал ему красивую шкатулку под джалл и вернулся. А приобретением цветов решил завтра озаботиться. Тут особой спешки нет. В Римхоле настоящий искусник цветами занимается. В смысле — Одаренный. Которому даже средь зимы несложно выгнать потребные цветы из их луковиц или черенков с помощью магии. Буквально несколько часов времени, и вуаля — готово! Так что никаких проблем с приобретением букета черных роз не предвидится.

Переделанный же джалл я не стал возвращать в подвал-хранилище. Чего зазря таскаться? Полежит он пока и в моей комнате спокойно. Воров в доме нет.

Заглянув ненадолго к себе в апартаменты, я избавился от джалла и разоружился. А затем вознамерился отправиться в «Драконью голову». Хватит Вельду спать, я его еще не со всеми познакомил.

И пошел. В «Драконью голову». А в холле едва не наткнулся на выскочившую откуда-то Флем… Чуть с ног не сбила, оглашенная!

— Ой, Кэрридан, привет! — сразу заулыбавшись, приветствовала она меня и не думая вырываться из моих рук. Я ж ее схватил, чтоб не упасть…

— А ты что здесь делаешь? — едва придя в себя, изумился я.

— Так я теперь у леди Кейтлин работаю! — похвасталась девушка.

— Что? — растерялся я. И, отступив от Флем, промямлил: — Какая работа? Ты ж вроде в столицу собиралась, в Университет поступать.

— Ой, да что я не видела в этой столице, — легкомысленно махнула рукой Флем. И воодушевленно выдала: — А тут передо мной открываются такие перспективы! Леди Кейтлин меня всем городским хозяйством управлять поставила.

— Ого! — впечатлился я.

— Конечно, взяли меня исключительно по протекции отца и пока лишь на испытательный срок, — мгновение спустя созналась дочь магистратского советника Рубека. И, вновь заулыбавшись, выпалила: — Но леди Кейтлин твердо пообещала, что, если она будет мной довольна, никого иного на это место не станет искать!

— Хм… — протянул я, не зная, что на это и сказать.

— Вот так! — с торжеством заявила сияющая девушка. Помолчала еще чуть, а затем, едва заметно покраснев, поделилась со мной еще одной своей радостью: — И тебя я теперь буду видеть много чаще. — Произнеся это почему-то шепотом и воровато оглядываясь по сторонам. Да еще зачем-то придвигаясь ко мне…

«Со всех сторон обкладывают!» — мелькнула у меня паническая мысль. И, едва не отпрыгнув от Флем, я быстренько пожелал ей всяческих успехов на новом месте, коротко попрощался и ударился в бега. Подальше от греха…

Стрелой вылетев на улицу, я обернулся и, убедившись что никто не гонится за мной, облегченно выдохнул:

— Фу-ух!

И, размышляя на ходу о том, чем же считать появление в доме одной явно неравнодушной ко мне особы — превратностью судьбы или чьим-то коварным умыслом, быстрым шагом двинул в «Драконью голову».

Этим вечером, несмотря на то, что обстановка располагала, я не позволил себе и полкубка вина. Так только — пригубил его и отодвинул. А ну как Флем задержалась у ди Мэнс допоздна и я на нее напорюсь? Не, пить мне никак нельзя!

Впрочем, данное обстоятельство нисколько не расстроило меня. Не такой уж я любитель выпивки, чтоб хоть сколько-нибудь об ее отсутствии горевать. Да и дел невпроворот, особо-то и расслабиться некогда. Вельда надо в курс местных дел вводить, и вообще заняться есть чем. К походу опять же новому нужно подготавливаться…

С утра следующего дня мы с Вельдом и Гэлом этим важным делом и занялись. Переговорили со Стэном, Джозефом и кашеваром нашим отрядным — Даком, с нуждами их определились и отправились на торг — припасы и необходимые в походе вещи закупать. И надеюсь, в последний раз… В смысле, что мне в этом действе не придется больше участие принимать и дальше все хлопоты с закупками возьмет на себя Рыжий. А то у меня и времени почти не остается на свои личные дела. Вон даже пришлось ограничиться всего лишь получасовой тренировкой с сэром Томасом с утра… Хотя следовало бы позаниматься побольше.

Бродя по римхольскому торгу, я немного забылся и опять начал Кейтлин подарок подбирать. Хотя вчера уже вроде как определился с ним.