Джордж и ледяной спутник Хокинг Стивен
– А ты там будешь одна? – возмутилась Леония. – Нет уж! Ни за что.
– Почему одна? Мы будем вместе. Просто ты постоишь здесь, на Земле, перед порталом, – Анни уже влезала в исторический скафандр. – Ты ведь никогда раньше такого не делала, а учить тебя нам сейчас некогда. И притяжение на Европе совсем другое. И мне же надо, чтобы кто-то меня страховал, не то я уплыву в космос. Надевай свой скафандр – мало ли что, вдруг тебе всё-таки придётся ступить в портал? Но если всё пойдёт по плану, то ты просто будешь стоять тут, на месте, и крепко держать меня за верёвку. – Она выпустила из скафандра часть страховочной верёвки и передала её конец Леонии. – Надеюсь, эти баллоны не совсем пусты. – Она сунула трубку в шлем и сделала несколько вдохов. – Поразительно! – сказала она в передатчик, отчего её голос зазвучал в колонках Космоса. – Работает!
– В те времена умели делать на века! – одобрительно сказал Космос. – Но только не торчи на Европе слишком долго – воздуха у тебя в баллоне всего на несколько минут!
Леония уже стояла в полной готовности, в скафандре и с верёвкой в руках.
– Значит, я шагаю в портал, а ты остаёшься тут, на Земле, и крепко держишь верёвку, – напомнила Анни напарнице. – Не выпускай её ни в коем случае. А ты, Космос, держи портал открытым всё время, пока мы в космосе. Но скажи, Рика сможет увидеть нас на Европе?
– Ответ утвердительный, – сказал Космос. – Мы вынуждены исходить из того, что она вас увидит – или что её немедленно уведомят о вашем появлении.
– Мы спасём Джорджа, – твёрдо сказала Анни. – Я не оставлю лучшего друга в трещине между мирами! Мы заберём его домой! Конец связи.
Леония крепко ухватилась за верёвку, и Анни шагнула в портал, прямо на один из спутников далёкого Юпитера – Европу, место, где, может быть, водились космические дельфины, наверняка – жуткие роботы, а ещё – три четверти лучшего друга Анни, поскольку квантовая телепортация четвёртой четверти Джорджа ещё продолжалась. А это означало, что к тому моменту, как его друзья – один старый друг и один новый – ступят на поверхность Европы ради одной из самых сложных и рискованных спасательных операций за всю историю Солнечной системы, он мог уже появиться там весь, целёхонек. А мог и не появиться.
К Джорджу постепенно возвращалась ясность зрения, туман перед глазами начал рассеиваться.
Когда Рика засекла его на балконе ЦУПа с помощью дрона, она немедля приказала своим роботам-помощникам схватить его. Больцмановский Мозес ничем не смог ему помочь. Дружелюбный робот только и делал, что с ликующим видом аплодировал и кричал: «Наконец-то!» – имея в виду, что Джордж вот-вот увидится с его хозяином. Когда Джорджа вели вниз, в главный зал, Мозес бежал за ним практически вприпрыжку.
У Джорджа, наоборот, заплетались ноги. Насколько ему было известно, других людей в ЦУПе или поблизости не было, из чего следовало, что никто не придёт ему на помощь. Глядя на Рику, он поверить не мог, что ещёсовсем недавно, впервые увидев её на множестве экранов, был так ею очарован. Тогда она показалась ему самым потрясающим человеком на свете. Теперь же она выглядела странной, какой-то перекошенной, всё её очарование куда-то улетучилось, на смену ему пришла зловещая ухмылка.
– Ну что же, Джордж, – сказала Рика угрожающим, но при этом медовым голосом. – Мы снова встретились.
– Э-э… вроде того, – сказал Джордж. – Удивительно, правда? – Он старался держаться бодро, не выдавая свой страх.
– Гораздо удивительнее, чем ты думаешь, – ответила Рика. У неё за спиной прыгал Мозес, пытаясь что-то сообщить Джорджу с помощью жестов и гримас, смысла которых Джордж не улавливал.
– Вы глава Космодрома-2, а я один из стажёров, – отметил Джордж, – так что не так это и удивительно.
Рика снова ухмыльнулась.
– Трудно с этим не согласиться, – проворковала она. Джордж с тревогой заметил, что её лицо словно бы стекает вниз. – Твоя встреча с Рикой Дур никого особо не удивит.
– С вами всё в порядке? – участливо спросил Джордж. – А то у вас, кажется, нос с лица сползает.
– А просто это не моё лицо, – беспечно сказала Рика совсем другим голосом – низким, от которого у Джорджа мурашки по спине побежали, потому что он вспомнил, где слышал этот голос раньше. Он посмотрел на Мозеса, который всё кивал и блаженно ухмылялся с таким видом, будто пляшет под собственную музыку, звучащую у него в голове.
– А тогда чьё? – медленно спросил Джордж. – Оно как будто расползается. У вас была пластическая операция?
– О нет, не так просто, всё гораздо хитрее, – низким голосом сказал человек, стоящий перед Джорджем в образе Рики Дур. – Мне сделали копию лица Рики Дур на 3D-принтере и трансплантировали на моё собственное лицо.
Джордж пошатнулся. Кому такое вообще могло прийти в голову?! Но думал он недолго.
Он уже догадался кому.
– И – на случай, если ты вдруг захочешь спросить – у меня в горле компьютерный имплантат, который позволяет мне говорить женским голосом.
– Алиот Мерак, – произнёс Джордж. – Это ведь вы, да? Вы сбежали из тюрьмы и притворились Рикой, чтобы захватить Космодром-2, избавиться от Эрика и получить власть над всеми космическими миссиями Земли.
– Ой, мамочки, как сказала бы, наверно, твоя подружка Анни, – сообщил довольный Алиот. – Да, это я. Ты угадал. И хотя ты отклонил предложение стать моим наследником, хотя ты разрушил мой космический корабль и квантовый компьютер, хотя из-за тебя я попал в тюрьму и потерял контроль над моим войском роботов, я всё-таки о-о-очень рад видеть тебя снова!
Джордж побелел. Он успел позабыть ужас последней встречи с Алиотом Мераком. Но сейчас, когда Алиот напомнил, как это было страшно и опасно и сколь многого он, Алиот, лишился тогда из-за Джорджа и Анни, – Джордж осознал, что Мерак ничего не забыл, не простил и прощать не собирается.
– А где ваш комбинезон? – спросил Джордж, чтобы выиграть время. В прошлые встречи с Алиотом на этом чокнутом мультипультимиллионере был только детский комбинезончик, на котором были изображены планеты Солнечной системы.
– Комбинезон – это не в стиле Рики Дур, – надменно ответил Алиот. – Поскольку я выступаю в роли этой выдающейся исследовательницы, я счёл за благо воспользоваться её гардеробом.
– А что вы сделали с настоящей Рикой? – спросил Джордж, холодея. – Убили, да?
– Разумеется, нет, – вздёрнул голову Алиот. – Зверства – не мой жанр. Я против насилия, если ты так уж хочешь знать.
– Вы?! – Джордж ушам своим не верил. – Против насилия?! После всего, что вы натворили?!
Рика-Алиот попыталась – или попытался? – высокомерно задрать нос, но ему – или ей? – это не удалось, поскольку нос совсем съехал набок.
– Рика жива, – сказал он (да, всё-таки он). – Я никого не убивал. Моё лицо – это всего лишь копия её лица; оригинал по-прежнему у неё.
– Тогда где же она?!
– С ней всё в порядке, она в полной безопасности, – сказал Мерак, – в компании людей, которых ты знаешь – даже очень хорошо знаешь. И все они в очень уютном месте, где у них есть всё необходимое для поддержания жизни. По крайней мере, на некоторое время.
Джордж понял только то, что он ничего не понял.
– Ну же, не тупи, – сказал Алиот. – Помнишь ЭФу? В смысле, экоферму? Внезапно, ни с того с сего, семья получает приглашение на неведомый островок к северу от Фарерских островов! Интересно, как это вышло?
– Что? – медленно спросил Джордж. Он был потрясён, но внутри него уже вскипал гнев.
– А мама Анни? – продолжал Мерак. – Правда, мило? Она всегда мечтала отправиться со своим оркестром в мировое турне и играть сольную партию. Я воплотил её мечту! Собственно, этим я и занимаюсь – исполняю желания. Хочешь на ферму на далёком острове? Устроим! Хочешь играть на скрипке в Мехико? Нет проблем. Хочешь в тренировочный лагерь для юных марсонавтов? Добро пожаловать!
– Где они? – с трудом выговорил Джордж – в горле у него пересохло. – Что вы с ними сделали?
Мысль о том, что его родителям, сестрёнкам Юноне и Гере и Анниной маме Сьюзен пришлось столкнуться с этим существом, была просто невыносима. За своих близких он всегда волновался куда сильнее, чем за самого себя. Даже в самом опасном из их с Анни космических приключений он не испытывал такого тошнотворного страха, как сейчас.
– Ну так что, – доверительно сказал Мерак, – сказать тебе, где они?
– Да! – выкрикнул Джордж. – Говорите, сейчас же!
– Наверно, мне стоит потребовать что-то взамен? – рассуждал Алиот, рассматривая свои блестящие ярко-красные ногти. – Потому что, скажу тебе честно, Джордж, насколько я вижу, все козыри сейчас у меня.
Джордж оглянулся. Вокруг была целая армия роботов, которые, как он знал, полностью контролировались Мераком и выполняли все его команды. Единственным союзником, на которого Джордж мог надеяться, был Мозес, но и тот явно смотрел Мераку в рот в ожидании приказа.
– Надо подумать, – продолжал Алиот, снимая с себя блондинистый парик.
Как я вообще мог поверить, думал Джордж, что этот человек хоть капельку похож на Рику Дур, всемирно известного учёного? Он больно ущипнул себя. Как можно было купиться на такое? Почему он был так очарован фальшивой Рикой? Как мог быть таким дураком?
– Ты можешь кое-что для меня сделать, – промурлыкал Алиот. – А я за это скажу тебе, где твоя семья, мама Анни и Рика Дур. По рукам?
– Что мне нужно сделать? – спросил Джорж, еле ворочая языком от страха. Он знал: что бы Алиот ни предложил, пусть даже самое ужасное, сделать это придётся.
– А вот этого я тебе сказать не могу! – пропел Алиот. – Сначала пообещай, иначе никогда не увидишь ни маму, ни папу, ни сестричек. И твоя распрекрасная малютка Анни никогда больше не увидит мамочку.
– Обещаю! – сразу ответил Джордж, не давая себе времени для сомнений и колебаний.
– Вот и славно, – сказал Алиот. – Я давно хотел заполучить настоящего живого человека, чтобы проверить моё квантовое телепортационное устройство. Оно гениальное, но ты ведь ничего другого от меня и не ожидал? Главное – оно позволяет переносить через космос точные состояния частиц. С помощью этого прибора я успешно забросил в космос свою армию роботов вместе с их оборудованием, когда замена Космоса не оправдала надежд. Но я пока ещё не посылал туда живые клетки. Ты, Джордж, будешь первопроходцем! Пионером космоса! Но эта благородная миссия не терпит принуждения. Только добровольно! Не соблаговолишь ли ты поставить здесь свою подпись?
Один из роботов тут же подсунул Джорджу многостраничный контракт. Джордж начал просматривать текст, набранный мелким шрифтом.
– Ах, не стоит это читать, не утруждайся, – сказал Алиот. – В общем и целом тут сказано, что ты подвергаешься квантовой телепортации по доброй воле и по собственному выбору.
– Но это неправда! – выкрикнул Джордж. – У меня не было никакого выбора!
– Прекрасно, – сказал Алиот, и робот вырвал контракт у Джорджа из рук. – Я ничего не имею против того, чтобы ты никогда больше не увиделся со своей семейкой. Мне-то глубоко наплевать.
Джордж заколебался.
– А почему вы сами не хотите пройти через это ваше квантовое устройство? – спросил он. – Если это такой большой шаг для человечества, почему бы вам его не совершить?
– Ах, Джордж, Джордж! – Алиот с улыбкой покачал головой. – Я-то думал, ты догадаешься. Мой квантовый портал всё ещё на экспериментальной стадии. При всех моих добрых чувствах к тебе я не стану плакать, если ты не вернёшься. Но вот если не вернусь я – тогда дело иное. Я слишком ценен, чтобы становиться лётчиком-испытателем.
– А кто-нибудь из людей уже делал это раньше? – спросил Джордж, чувствуя, как волосы на затылке встают дыбом от страха.
– Увы, нет, – сокрушённо произнёс Мерак. – Я пытался заинтересовать кое-кого из твоих маленьких товарищей по программе, привлечь их к волонтёрству – тех, кому было предложено «покинуть» лагерь. Но они все отказались, причём некоторые – в грубой форме! А такое путешествие следует предпринимать только по доброй воле. Добровольно и радостно! В согласии должно звучать воодушевление! Мысль, что я кого-то заставил насильно, испортила бы мне всё удовольствие.
– То есть… остальные всё знали? – спросил Джордж. – Знали и молчали?
– Нет, пока вы проходили испытания, они тоже были не в курсе, – сказал Мерак. – Вот чего ты не знаешь, так это что после второго этапа – после испытаний – я никого не отпустил. После первого, тренировочного этапа мы отправили домой всех никчёмных и бестолковых. Я оставил только сливки, элиту, лучших из лучших. И когда стажёр – или парочка стажёров – проигрывали очередной этап, я просто запирал их в надёжном загончике – пусть дожидаются, пока всё будет готово для их великой миссии.
– Но где же они сейчас? – спросил Джордж. – И что за великая миссия?
Если раньше ему казалось, что волосы на его голове шевелились от ужаса, то это были ещё цветочки в сравнении с тем, что он испытывал сейчас.
– А этого ты не узнаешь – и никто не узнает, – пока не подпишешь этот документ, – ласково сказал Мерак, сжимая в пальцах ручку и вертя ею у Джорджа перед носом.
– Да подпишу я, – огрызнулся Джордж, потянувшись к ручке.
Вот оно, пронеслось у него в голове. Это и есть то самое испытание, ради которого он здесь оказался. Не полёт на Марс, и не создание 3D-принтера для работы на других планетах, и не ремонт солнечных батарей. Вот теперь начинается самое настоящее испытание, уникальный экзамен, который он не имеет права провалить. Он должен спасти остальных стажёров, которых, как выяснилось, держит взаперти Алиот Мерак – в какой-то тайной тюрьме здесь, на Космодроме-2. И вырвать из его лап свою семью и Сьюзен.
Что такое квантовая телепортация?
Предположим, Алиса и Бао работают в лабораториях в разных городах (или на разных планетах), и у Алисы имеется частица в некоем квантовом состоянии. Под квантовым состоянием мы подразумеваем состояние квантовой системы, такой как элементарная частица, в определённый момент времени. Если описывать эту частицу в терминах классической, а не квантовой физики, то её состояние описывалось бы точными значениями её положения и скорости. Квантовое состояние квантовой частицы выглядит совершенно иначе: вы можете представить его как сложную волну, распространяющуюся в космосе, без определённого положения вообще. Так что же делать Алисе, если она хочет сообщить Бао точную информацию об этом квантовом состоянии, чтобы он мог воссоздать его и тоже изучать в своей лаборатории?
К сожалению, она не может просто измерить состояние своей частицы, не нарушив его (если только это не особое состояние, которое называется «собственным состоянием»), да и само по себе такое измерение дало бы недостаточную информацию согласно принципу неопределённости, который гласит, что чем точнее вы знаете одно из свойств частицы – например, её положение, – тем неопределённее будет для вас другое её свойство, например скорость. Так, абсолютно точное измерение положения частицы разрушит всю информацию об её скорости, и изначально сложная волна превратится в тоненький шип над одной точкой – положением, о котором сообщает измерение.
Однако есть решение, есть способ, каким Алиса сможет передать Бао точное состояние. Это квантовая телепортация.
Ранее Алиса высылала Бао одну из пары частиц в «запутанном» квантовом состоянии, а вторую из пары оставляла у себя. В запутанном состоянии каждая частица в отдельности не находится в определённом состоянии – только пара как целое находится в определённом состоянии. Однако измерение одного элемента пары вынуждает обе частицы вступить в определённые состояния – даже если они находятся на расстоянии световых лет друг от друга! И результат измерения одной из частиц становится определяющим для состояния второй частицы. Алиса может воспользоваться этим, измерив совместно свою изначальную частицу и свою частицу из запутанной пары.
Результат этого измерения она затем шлёт Бао обычными средствами (например, электронной почтой или радиосообщением). Из этого Бао может вывести определённое состояние той частицы, которая находится у него, а также информацию о том, как превратить её в точную копию того состояния, которое Алиса хотела послать, – но, совершая измерение, Алиса бы нарушила изначальное состояние своей частицы. Квантовую информацию можно передать, но нельзя скопировать.
Конечный результат состоит в том, что состояние Алисиной частицы телепортируется к Бао! Но телепортирована только информация – не материя; к сожалению для фантастов, люди таким способом путешествовать не могут. Квантовая телепортация похожа скорее на отправку сообщения факсом: у получателя информация печатается на чистом листе бумаги, а оригинал сообщения отправитель уничтожает, опуская в шредер.
Так что я бы предпочёл участь обычного письма, которое посылают в конверте!
Стюарт
– Кхм, – выразительно кашлянул гениальный злодей и убрал ручку. – Что я сказал насчёт «добровольно и радостно»? Для меня самое главное – чтобы тот, кто совершит этот великий шаг, совершал его с воодушевлением!
– Я подпишу, – сказал Джордж со всем воодушевлением, на какое был способен в этих обстоятельствах. – С радостью, – кое-как выдавил он из себя.
– Так-то лучше, – сказал Мерак, протягивая ему ручку.
Джордж поставил подпись. Вернусь ли я ещё когда-нибудь сюда, на Землю, думал он. Больше всего на свете ему хотелось сейчас с воплем броситься прочь с этого Космодрома-2 и мчаться, мчаться, пока он не добежит до родного дома – чудаковатого, сладко пахнущего, обшарпанного дома в Фоксбридже, такого родного и надёжного, – но он знал, что это невозможно. Единственный шанс снова увидеть семью – единственный шанс не только для него, но и для остальных участников, – отправиться в космос через этот подозрительный квантовый портал Алиота. Другого выхода нет, это Джордж прекрасно понимал. От отчаяния и от мучительных раздумий у него всё расплывалось перед глазами.
Однако думать было некогда. Парочка роботов у него за спиной запихнула его в скафандр, нахлобучила на голову шлем и застегнула молнии. Жестикулируя, словно дирижёр оркестра, Алиот, по-видимому, давал им команды, отчего рядом с ним вырос конус света.
Сопровождаемый двумя роботами, Джордж встал в центре этого конуса. Он понятия не имел, что будет дальше, куда он отправится и вернётся ли когда-нибудь обратно. Он просто не мог об этом думать – было слишком страшно. Он попытался сконцентрироваться на лице Больцмановского Мозеса: если в этой жизни ему больше ничего не суждено увидеть, то пусть последнее, что он видит, будет дружелюбным – хотя бы и ужасно заблуждающимся. Но искорёженное и почерневшее лицо единственного в мире робота, наделённого чувствами, вдруг начало распадаться у Джорджа перед глазами на крошечные фрагменты, которые закружились в разноцветном вихре, как в калейдоскопе.
И едва Джордж успел подумать о том, как это красиво, всё вокруг погрузилось во мрак – как будто кто-то выключил свет или как будто он внезапно забылся тяжким, беспокойным сном.
Глава двадцатая
Анни и Леония стояли у портала, нарисованного Космосом, но теперь – по разные стороны. Под ногами у Анни лежал толстый лёд Европы, одного из крупнейших спутников Юпитера. Глядя себе под ноги, на пятнистый шершавый лёд, Анни думала о том, не мерещатся ли ей движущиеся под ним тёмные фигуры. Она подняла взгляд. Из-за разрежённой атмосферы на Европе тусклый свет далёкого Солнца был рассеянным, так что небо было затянуто дымкой. Сквозь неё виднелся огромный Юпитер, самая величественная из планет Солнечной системы.
Оглянувшись, Анни указала Леонии на Юпитер, и обе восторженно замерли. Высокая худая Леония, кажется, слегка покачивалась в тяжёлом скафандре, и Анни почувствовала себя неловко: всё же не надо было втягивать новую подругу в такое опасное приключение. Леония, конечно, всё знает и всё умеет, но и так всё складывается ужасно, а тут ещё неожиданная прогулка по спутнику Юпитера, – пожалуй, это даже для суперуверенной Леонии чересчур! Но когда Анни почувствовала, что слегка взлетает над поверхностью Европы, и только верёвка, которую крепко держит Леония, привязывает её к чему-то прочному и надёжному, она внезапно ощутила огромную радость от того, что Лео с ней. Сейчас было явно не время действовать в одиночку.
– Стой там и ни с места, – сказала Анни, и передающее устройство Космоса тут же перекинуло её голос через портал, в шлем Леонии. Скафандры были, конечно, допотопные, но функционировали исправно – и, главное, они были полностью герметичны. На ледяной Европе даже самая крошечная дырочка означала бы неминуемую гибель.
– Зачем роботам обогреватели? – спросила Леония.
Анни всмотрелась в роботов и их лагерь. Теперь, шагнув в портал, она могла разглядеть их лучше. У некоторых роботов в руках были механические устройства, которыми они водили по краям зияющей ямы.
– Кажется, они хотят расширить эту дырку, – сказала Анни. – Без нагрева она снова затянется льдом.
Роботы уже опускали в прорубь что-то похожее на невод. Девочки следили, как он исчезает под тёмной жидкостью. Волны лизали края проделанного роботами круглого отверстия во льду. Анни подалась вперёд, натягивая верёвку. Она кое-что заметила и хотела рассмотреть получше. Или это ей просто почудилось сквозь старинное стекло шлема, мутноватое и с царапинами…
– Что это было? – раздался голос Леонии – похоже, она заметила то же, что и Анни.
– Не знаю, – ответила Анни. – Может, роботы туда какой-то прибор погрузили?
Однако сердце её учащённо забилось. Если она только что видела что-то в тёмной жидкости, которая плещется под ледяной поверхностью Европы, то, возможно, она – первый человек, первый житель планеты Земля, увидевший инопланетную форму жизни! Теории о том, что под ледяной корой спутников Юпитера и Сатурна может скрываться жизнь, существуют уже много лет. Может, они с Леонией и впрямь только что видели инопланетянина? И он похож на дельфина, какие плещутся в земных океанах?
– Надо подобраться ближе и рассмотреть, – сказала она Леонии, подалась вперёд – и тут же снова взлетела над поверхностью Европы.
В этот миг мерцающая белая фигура на дальней от девочек стороне устроенного роботами круглого озера – то ли призрак, то ли инопланетянин – начала уплотняться, контуры её делались чётче…
– Джордж! – закричала Анни. – Джордж!
Она махала изо всех сил, стараясь привлечь его внимание. Может, думала она, если он заметит её, то окажется на Европе весь, целиком. Может, если она будет изо всех сил этого хотеть, то её желание превратит расплывчатую гуманоидную фигуру на берегу этого тёмного пенящегося водоёма в настоящего, полномерного Джорджа.
Кажется, это сработало. Потихоньку, словно картинка в книжке-раскраске, Джордж становился всё ярче. Анни казалось, что это происходит нестерпимо медленно. Она хотела, чтобы Джордж оказался на Европе весь, целиком, а не по частям. Только когда это произойдёт, она, Анни, сможет что-то сделать для того, чтобы переправить его домой. Больше всего на свете она боялась, что какая-нибудь часть Джорджа затеряется в космосе на веки вечные.
– Ну давай же! – шептала она себе, всем сердцем желая, чтобы Джордж перенёсся на Европу целым и невредимым. – Давай же, давай!
А если она потеряет Джорджа здесь, в космосе? Тогда что, весь остаток жизни ей придётся носиться по Вселенной, отыскивая его? Даже подумать страшно.
Но Джордж потихоньку, мало-помалу, обретал плотность. Сначала трёхмерными сделались его руки, затем – ноги, потом туловище и, наконец, голова в круглом космическом шлеме!
Анни издала радостный вопль. У её друга всё получилось! В отличие от некоторых роботов в поле зрения, которым недоставало кому рук, кому ног, Джордж явился на Европу весь, целиком и полностью!
Джордж стоял на льду, на противоположной стороне водоёма, наконец-то полностью материализовавшийся, – и тело в скафандре, и голова в шлеме. Чувствовал он себя так, словно его мощным броском зашвырнули в его же собственное тело. Но пока этого не произошло, пока его не втянуло обратно в него самого, пока частицы его пробирались по Солнечной системе, он дрейфовал в мире странных сновидений. Как будто перед глазами у него разыгрывалась его собственная жизнь.
Он видел себя крошечным кулёчком на руках у мамы с папой. Они были в просторных блузах, вроде тех, какие носили хиппи, и на их юных лицах сияли счастливые улыбки. Потом он увидел себя щекастым карапузом, играющим с козлёнком возле хижины – это был их козлёнок и их хижина-мазанка, где они жили с мамой и папой. Эта хижина была одной из многих в лагере, где семьи жили как в железном веке и сами добывали себе тепло, свет, одежду и пропитание из того, что им удавалось вырастить на крошечных клочках земли.
Но тогда, в раннем детстве, Джордж тяжело заболел и его забрали в ярко освещённую больницу, где врачи спасли ему жизнь с помощью сложных медицинских приборов и огромного количества лекарств. Джордж видел бледные лица мамы и папы, плачущих у изголовья, умоляющих его держаться и выздоравливать. Видел бабушку, суровую верную Мейбл; вот она примчалась в больницу и кричит на папу с мамой: из-за вашего образа жизни вы подвергаете опасности жизнь единственного сына!
Мейбл в итоге и настояла, чтобы они перебрались в дом – самый настоящий дом с электричеством, водой из крана, отоплением и нормальной, а не плетёной крышей. Больше того, она сама купила им этот дом! В своём сне Джордж видел, как Мейбл вручает его родителям документы о владении домом. И как родители сдаются и привозят его из больницы прямо в этот маленький уютный дом: они согласились жить более обычной жизнью, как все.
И всё же это не была обычная жизнь. Хотя они и переехали в самый обыкновенный дом на окраине Фоксбриджа, мама и папа продолжали воплощать в жизнь свои экомечты. В саду за домом они устроили собственную маленькую ферму, пытались сами производить электричество, сами шить одежду и вообще старались отнимать у планеты Земля как можно меньше ресурсов. Однажды Джордж обнаружил, что Фредди – его поросёнок, очередной подарок мудрой и заботливой бабушки Мейбл, – убежал, проделав дырищу в шатком заборчике, отделявшем их сад от соседского, загадочного и неухоженного, больше напоминавшего джунгли. Джордж пошёл по следу, и отпечатки поросячьих копытец привели его к задней двери долго простоявшего пустым соседского дома, где он встретил…
– Джордж! – окликнул его кто-то, словно со дна озера. Голос был неясный, искажённый – как и его, Джорджа, зрение, – однако в нём слышалось что-то знакомое. – Джордж! – донеслось снова.
Джордж не знал, действительно ли он слышит этот голос или это часть сна. В ушах стоял странный звон. Пытаясь сфокусироваться, он видел лишь чёрный вихрь, в котором вспыхивали и кружились ослепительные огни.
Постепенно вихрь утих, и мир перед глазами перестал вращаться. Сквозь дымку он различал бледный пейзаж с чёрными дырами, а над ним – серовато-голубое небо. Какое-то движение привлекло его внимание; какие-то чёрные точки, вроде муравьёв, мельтешили вокруг круглых дыр в серовато-белой поверхности.
А потом он разглядел одну из фигур отчётливей, чем видел остальные. Это была белая фигура, и она махала ему с другой стороны чёрной пропасти. «Джордж!» – донеслось снова, и на этот раз это был даже не звук, а зов, откуда-то изнутри, как будто его подлинное «я» звало его вернуться в его собственное тело. Он сконцентрировался на фигуре, которая махала ему, и понял, что она зовёт его с противоположного края круглого чёрного озера. Или всё это ему мерещится? Он шагнул вперёд, будто ещё во сне, а затем внезапно проснулся.
И до чего же вовремя! Оглядевшись хорошенько по сторонам и поняв, где он оказался, Джордж осознал, что от озера его отделял один-единственный шаг. Глядя на подозрительную жидкость, которая выглядела более плотной и вязкой, чем вода, Джордж представлял себе массу морских существ, мечущихся под поверхностью этой жижи, извивающихся в булькающем супе неописуемого состава. Джордж не знал, видит ли он по-прежнему сон или всё это происходит на самом деле. Но, по крайней мере, в одном он был уверен: на другом берегу этого озероподобного пространства стоит крошечная фигурка, которую он уже встречал раньше где-то во Вселенной.
Фигурка яростно махала ему обеими руками, паря надо льдом. Вдали слабо мерцал портал, а в нём маячила ещё одна фигурка, повыше, в огромном скафандре. Джордж снова перевёл взгляд на первую фигурку.
Анни, подумал он. Неужели?.. Неужели она сумела отыскать его – и хочет вернуть его домой с помощью космического портала? А может, у него галлюцинации? Ещё один странный сон? Если сейчас опять появится козлёнок, который был у него в детстве, – значит, сон. А если нет, то… реальность? Как отличить сон от яви?
Парящая надо льдом фигурка продолжала махать. По обеим сторонам от неё, возле чёрного озера, роботы продолжали свою работу, ничуть не обеспокоенные – или это так казалось? – присутствием Джорджа и прочих, кого угораздило очутиться в этом странном мире. Джордж поспешил в обход озера к Анни, пока ни один из роботов его не засёк.
Роботы явно выполняли разные задания: одни расширяли озеро, нагревая его края, другие тянули нечто вроде гигантского невода, который, похоже, застрял в воде. Некоторые из них наклонялись слишком низко, пытаясь вытащить невод на ледяной берег, но это им было не по силам, да и скользкий лёд делал своё дело: один за другим роботы падали в чёрную воду и бесследно исчезали.
Когда целая когорта скрылась в булькающей жидкости, Анни и Джордж как раз встретились и дружно издали вздох облегчения. После объятия, краткого и очень неуклюжего, поскольку в скафандрах обниматься неудобно, Анни потянула Джорджа к порталу, где их ждала фигурка в большом, не по росту, старомодном скафандре: Леония. Но прежде чем они достигли портала, оба скорее почувствовали, чем услышали, что сзади них есть кто-то ещё. Они обернулись – и увидели призрачное нечто, которое как раз начинало принимать форму. Привидение быстро становилось всё ярче, всё зримее, и наконец они увидели перед собой ещё одно существо в скафандре, тоже прибывшее с Земли посредством квантовой телепортации.
– Не так быстро, Джордж, – произнесло оно. Анни тоже явственно услышала этот голос. – Неужто ты забыл о нашей сделке?
– Свою часть я выполнил, – ответил Джордж. – Я отправился в космос через этот ваш квантовый портал – и вы убедились, что это возможно, что с живыми людьми этот номер проходит. А теперь вы должны выполнить свою часть и сказать мне – и Анни, – где моя семья и где её мама.
Произнеся эти слова, Джордж подумал о том, что у Анни, должно быть, волосы под космическим шлемом встали дыбом от ужаса.
– К сожалению, это ещё не всё, – заявило привидение. – Если бы ты прочитал то, что написано мелким шрифтом – а я тебе советовал! – то увидел бы, что ты подписал обязательство отправиться в космос, отыскать образец внеземной жизни и доставить его мне на Землю. Если же ты не выполнишь в точности это условие, то это избавляет меня от каких бы то ни было обязательств по отношению к тебе.
Джордж в бессильной ярости заскрежетал зубами. Типичный Алиот Мерак – менять условия по ходу игры!
– Так мы не договаривались! Вы сказали только, что я должен отправиться в космос через квантовый телепорт, и тогда вы скажете мне, где вы держите мою семью и Аннину маму. И больше никаких условий не было.
– Что-о?! – задохнулась Анни. – В каком это смысле «Аннину маму»? При чём тут моя мама? И кто это вообще такой?
– Я не могу объяснить всё сразу, – сказал Джордж и взял Анни за руку в астронавтской рукавице. Они стояли плечом к плечу, две маленькие фигурки в белых скафандрах. – Главное – выбраться отсюда.
– Космос, – сказала Анни. – И наш портал. Вон он. – Но она всё ещё пыталась осмыслить слова Джорджа. Она не сводила с него глаз. – Ты прошёл через этот его квантотелепорт, чтобы всех спасти, да? – спросила она. – Джордж, какой же ты храбрый!
Джордж сильнее стиснул её руку. Он был счастлив, что никого не подвёл и не предал, но сейчас важно было только одно: сбежать от Алиота и его роботов, иначе окажется, что всё было напрасно…
Они начали потихоньку пятиться, но откуда ни возьмись появился робот, а за ним другой – они тоже квантотелепортировались с Земли. Анни и Джордж, к своему ужасу, осознали, что через считанные секунды окажутся совершенно беспомощными. Анни обернулась и увидела Леонию, которая отчаянно жестикулировала, но Анни не понимала, что она хочет сказать.
Но в следующий миг она поняла. Потому что знакомый портал бесследно исчез, а с ним и Леония. Дверь, приведшая их с Земли сюда, закрылась, и Анни с Джорджем остались на Европе одни – среди безжалостных роботов, число которых с каждой минутой росло. И лицом к лицу со злобным опасным безумцем, стремящимся всё контролировать и одержимым жаждой мести, – который уже почти полностью материализовался.
Глава двадцать первая
– Ну что же, мои маленькие друзья, – проворковал быстро обретающий плоть Алиот Мерак, ранее скрывавшийся под личиной Рики Дур, главы Космодрома-2, а теперь собственной персоной, в скафандре, явившийся на Европу посредством квантовой телепортации. – Наконец-то мы снова встретились! Как это мило.
– Вы! – в ужасе воскликнула Анни. Этот голос невозможно было не узнать. – Алиот Мерак! Как вы сюда попали?
– Это всё время был он, – мрачно проговорил Джордж. – Никакой Рики не было – по крайней мере тут, в лагере. Не знаю, что он сделал с настоящей Рикой. Но он сбежал из тюрьмы и притворился ею: трёхмерная маска, одежда Рики, парик, компьютерный голос.
– Ничего себе! – воскликнула Анни. Она злобно посмотрела на Алиота. – Так вот почему Рика стала враждовать с моим папой, когда вернулась из отпуска! Потому что это была никакая не Рика. И вовсе не она его уволила. Это всё вы! Вы похитили Рику, пока она была в отпуске, и присвоили её личность!
– Значит, это вы выгнали Эрика с Космодрома-2, – сказал Джордж. – Когда он понял, что проект «Артемида» уже начат, и возмутился, вам пришлось от него избавиться. И вы обставили всё так, чтобы его как будто проводили с почётом!
– И ещё, – подхватила Анни, – спорим, это вы подстроили, чтобы нас взяли в лагерь подготовки астронавтов!
– Да, да, да, – вздохнул Алиот. – Хотя мне уже ясно, что включение вас в программу было большой ошибкой. Впрочем, я пытался устранить её посредством маленького несчастного случая. – Он мерзко хихикнул.
– А ну-ка погодите! – воскликнула Анни. Она не только пришла в ярость от того, что её подозрения насчёт «аварии» самолёта подтвердились, но и внезапно вспомнила всё, что сказал Джордж. – А при чём тут родители Джорджа? И моя мама? И где настоящая Рика Дур?
– Он не говорит, – сказал Джордж. – Он их похитил и где-то прячет. Я только понял, что мои ни на каком не на острове с экофермой, а твоя мама ни на каких не на гастролях. Это он их так хитро выманил, чтобы никому не пришло в голову их искать. И даже слал нам письма как бы от них. Я не знаю, где он их держит!
Анни ахнула.
– Нет, только не это!
– Что? – спросил Джордж.
– Те ящики! На Космодроме-2 есть больничный блок, в нём – ящики, а в них – люди! Они в анабиозе – то есть живы, но погружены в глубокий сон. И он отправляет их в космос. Это, должно быть, твоя семья, Джордж… и моя мама! Это так? Говорите же!
– О, молодец, – хохотнул Алиот. – Верно вычислила. Ваши родичи надёжно упакованы в эти хорошенькие ящички, изготовленные как раз под их размеры. И там они будут сладко спать, пока космический корабль не прибудет на Европу.
– Я не верю, – медленно произнёс Джордж.
– А ты поверь, – сказал Мерак. – Я отправляю на Европу не только стажёров, проигравших испытания. На случай, если у этих бодрствующих астронавтов что-то пойдёт не так, я принял меры предосторожности: подготовил несколько спящих дублёров.
– Но наши родители не собирались в космос! – Джордж был в ярости. – Им и в голову не приходило покидать Землю! Зачем же вы их похитили и усыпили? Вы же сказали, вам нужны только добровольцы!
– Ну, они и есть добровольцы, – небрежно бросил Мерак. – В некотором смысле. То есть когда я разъяснил им, что будет, если они не согласятся…
– Вы чудовище, – с трудом вымолвил Джордж. Страх сковал его по рукам и ногам.
– А как насчёт Марса? – храбро спросила Анни. Внезапно ей показалось, что Марс не так уж далеко. Если бы их родных отправили на Марс, то оставался бы шанс, что они с Джорджем сумеют их оттуда вытащить.
– О, до Марса тоже дойдёт очередь! – сказал Мерак. – У нас будет долгий круиз!
– Я так и знала! – сказала Анни. – Я знала, что мы раскусили не весь его план!
– Именно! – подтвердил Алиот. – Меня интересует жизнь. Жизнь в океанах, жизнь человеческая и жизнь синтетическая – вот что меня занимает. Поэтому мне нужны голубые планеты. – Он усмехнулся. – Но не только. И голубые, и красные, и серые, и полосатые, да пусть хоть в крапинку – все, все!
Вокруг него появлялись новые и новые роботы, строясь в ряды и колонны – целые батальоны призрачных теней. Они всё ещё оставались полупрозрачными – процесс квантовой телепортации был в разгаре, – но Джордж и Анни понимали: ещё несколько минут – и он завершится. И они будут бессильны против полчищ роботов. Оглянувшись, они не увидели за собой портала, созданного Космосом. Как же так? Неужели это их последнее путешествие и они никогда не вернутся домой?
Но тут Анни заметила за спиной у Алиота Мерака кое-что очень интересное. Ни их заклятый враг, ни орда его быстро телепортирующихся роботов не замечали, что происходит позади них. Зато Анни прекрасно видела, что некоторые роботы, упавшие некоторое время назад в озеро, должно быть, при этом выронили свои портативные обогреватели; поскольку те так и валялись вокруг озера здесь и там и продолжали растапливать толстый лёд угрожающе близко к колонне роботов. И как только, прикинула Анни, телепортация завершится и роботы наберут массу, лёд под ними не выдержит.
– Заговаривай ему зубы, – прошептала Анни Джорджу. – Не давай отвлечься от нас. И пятимся назад, очень медленно.
– Вы обещали, что отпустите наших родных, если я пройду через квантовый телепорт! – храбро сказал Джордж. Они с Анни сделали крохотный шажок назад. Джордж надеялся, что его слова задели Алиота за живое, и он подыскивает ответ. – Вы не должны мстить им, они ни в чём не виноваты!
Пока он произносил эту тираду, они с Анни сделали ещё один незаметный шажок, удаляясь от быстро расширяющейся чёрной полыньи.
– Ах, как это мило! – пробормотал Алиот, а его роботы тем временем становились всё плотнее и тяжелее. – Мстить, говоришь. Уж по крайней мере не из-за тебя. С чего ты вообще взял, что дело в тебе? Ты для меня пустое место.
– Всё дело в Космодроме-2! – догадалась Анни. – Вы хотите захватить власть над ним, верно? Чтобы возглавить все космические миссии в мире!
– Вот именно! – воскликнул Алиот, не замечая расширяющейся пропасти за спиной у себя и у роботов. – Только я – и никто другой – мог взять на себя столь важную миссию. Всё остальное, чем мне приходилось тут заниматься, – это просто вспомогательная работа: расчистить путь, убрать помехи – такие, например, как твой папочка. Его необходимо было убрать с дороги. Он ни за что не допустил бы, чтобы проект «Артемида» разворачивался так, как надо мне. Ни за что не позволил бы отправлять детишек в космос и погружать ни о чём не подозревающих людей в анабиоз. Так что мне пришлось от него избавиться, а потом нужно было быстро действовать, пока никто не догадался о моих планах.
– Какая жалость, что мы опять вам всё испортили, – сказала Анни без особого сожаления в голосе.
Её ирония не ускользнула от внимания Алиота, и он разозлился.
– Ладно, поболтали – и хватит! – Его гнев ощущался даже через переговорное устройство. – Мои роботы уже здесь. – И вправду, роботы вокруг него уже полностью телепортировались и твёрдо стояли на льду в своих тяжёлых металлических башмаках. – Роботы, взять их!
Но едва Алиот отдал этот приказ, как произошли две вещи одновременно. Во-первых, сам Алиот начал обратную телепортацию. Он исчезал, растворялся прямо у них на глазах – гораздо быстрее, чем до того появился. А во-вторых, в тот же миг армия роботов, выполняя приказ, дружно шагнула вперёд – и в её рядах тут же начались разброд и суматоха. Задние ряды заскользили назад, потому что под их ногами треснул лёд. Падая, они хватались за стоящих впереди, чтобы не рухнуть в подлёдное море, и от этого возникал эффект домино: шеренги роботов утаскивали друг друга вниз, в быстро расширяющуюся чёрную дыру.
Роботы исчезали во вспененной чёрной жиже, а Джордж и Анни очень быстро пятились назад, чтобы не последовать за ними. Они боялись, что не успеют: лёд под ногами роботов раскалывался и крошился. Над поверхностью Европы завис полупрозрачный Алиот Мерак. Зрелище было пугающее!
Но на бегу они почувствовали, как чья-то рука хватает их и тащит назад. Им хватило времени осознать, что тащат их не куда-нибудь, а в портал, ведущий домой, на Землю, портал, только что открывшийся прямо у них за спиной – в ту же секунду, когда за спиной у Алиота открылся его ужасный квантовый портал. Ступив в портал Космоса задом наперёд, они успели только услышать вопль полупрозрачного Алиота, чьи роботы исчезали в мутном подлёдном океане, – и тотчас же дверь портала захлопнулась за ними.
Друзья кубарем покатились по полу кабинета Эрика – прямо к ногам Леонии. Сначала вскочила Анни и попыталась сорвать с себя шлем, но, поскольку он, как и весь её костюм, был старомодным, это оказалось не так-то легко. Джорджу удалось первым избавиться от скафандра. Отстегнув и сняв шлем, он с удивлением обнаружил, что в ушах у него до сих пор звучит нечеловеческий вопль Алиота.
– Почему я всё ещё его слышу?!
– Потому что он наполовину здесь, а наполовину там, – ответила сияющая Леония. – Я начала квантотелепортировать его обратно, пока вы ещё были там, на Европе, и продолжала до тех пор, пока Космос не закрыл портал. Так что этот тип уже на Космодроме-2 – как минимум на шестьдесят пять процентов…
– Но как? – спросил Джордж. – Как ты узнала, что надо делать? И зачем было забирать его обратно? Ведь ты же могла просто бросить его там?
– Я подумала, что он может нам пригодиться, – тихо ответила Леония.
– А ты – ты знала, что роботы провалятся под лёд? – спросил Джордж у Анни, помогая ей снять неуклюжий старинный шлем.
– Я надеялась. Я понимала, что это наша единственная надежда, – ответила она, жмурясь и пошатываясь – после этого старомодного скафандра у неё кружилась голова.
– Эй, народ…
– Лео! – Анни обернулась к подруге и обняла её. – Спасибо! Ты нас вытащила! Ты героиня, Лео! Ты спасла нам жизнь! Надеюсь, теперь мы от него избавились. Нам осталось только найти остальных стажёров – и наших родных – и привести их в сознание, и всё будет хорошо!
– Да, конечно, – встревоженно произнесла Леония, – но, кажется, вы забыли ещё кое о чём.
– О чём? – встрепенулся Джордж.
– Об «Артемиде», – сказала Леония. – Подозреваю, что ваше вмешательство вынудило Мерака ускориться. Космический корабль готов к запуску. Он вот-вот взлетит. И мы не знаем, как его остановить!
Глава двадцать вторая
– В ЦУП! – крикнул Джордж. – Скорей!
Они бросились из кабинета, не забыв, однако, прихватить с собой компьютер Космос, и вбежали в огромный зал ЦУПа с его рядами экранов и мониторами. Когда Джордж в прошлый раз – с балкона – видел этот зал, он был битком набит роботами; теперь же здесь было почти пусто.
– Что, все роботы отправились в космос? – спросила Анни, оглядывая опустевший ЦУП.
– Не все, – ответил Джордж. – Кое-кто остался.
Это был Больцмановский Мозес, он стоял рядом с конусом света, всё таким же ярким, как при переправке Джорджа на Европу, и, казалось, умолял: «Возьмите меня! Отправьте меня с остальными роботами! Не бросайте меня здесь одного!»
Однако тому единственному, кто оставался в зале помимо Больцмановского Мозеса, явно было не до несчастного робота. В конусе света, в самом его центре, визжа и скрипя зубами, извивались те шестьдесят пять процентов Алиота Мерака, которые Леонии удалось переправить на Землю.
– Я застрял! – вопило ужасное привидение. – Ни туда, ни сюда! Половина меня на Земле, а…
– На самом деле больше половины, – любезно уточнил Джордж. – На Европе осталось всего тридцать пять процентов вас. Разве это не прекрасная новость?
– Нет, конечно! – взвыл Мерак. – Верните меня обратно! Завершите телепортацию! Я требую!
Леония тем временем что-то быстро набрала на одном из многочисленных компьютеров – и изображение на экранах поменялось. Вместо пейзажа Европы, где роботы беспомощно погружались в бурлящую чёрную жидкость, появилась стартовая площадка, а на ней – космический корабль, готовый к запуску.
– Это тот самый! – воскликнула Анни. – Тот корабль, который я видела! Он здесь, на Космодроме-2! Это «Артемида»! Сколько осталось до старта?
– Всего ничего. Уже идёт предстартовая проверка, – откликнулась Леония.
– Мы должны его остановить, – сказала Анни, глазея на гигантские экраны, где теперь отражалась подготовка корабля к старту. На один из экранов выводился поток данных изнутри космического корабля.
– Гляди! – сказала Анни. Роботы, неуклюже громыхая, втаскивали на борт длинные прямоугольные ящики, которые Анни прежде видела в другой части Космодрома. – Только не это! – прошептала она с оборвавшимся сердцем. – В этих ящиках, наверное, наши! Джордж! Джордж! Нельзя допустить, чтобы он взлетел!
– О нет, – сказал Джордж. – Это моя семья? – Он увидел, как на корабль грузят два ящика поменьше, и глаза его наполнились слезами. – Сестрёнки мои… Этого просто не может быть!
– Смотри, – сказала Анни в отчаянии, – там на борту есть ещё астронавты! – Камера изменила угол обзора, и на экране показались дети в скафандрах, сидящие в ряд. Они были пристёгнуты к креслам ремнями безопасности. Головы их беспомощно болтались, словно детей накачали наркотиками. – Вот, наверное, что имел в виду Алиот! Это и был его план: всех не прошедших испытания оставить на космодроме, запихнуть в «Артемиду» и отправить в космос, чтобы они основали для него колонию на голубом спутнике! Мы должны их спасти.
– Но как? – Джордж стоял у монитора рядом с Леонией. – Как остановить запуск космического корабля?
– Должен быть какой-то способ, – убеждённо сказала Леония. – Отмена запуска наверняка предусмотрена. – Она что-то быстро набирала на клавиатуре; на экране появился знак «стоп». – Есть какой-то код, – сказала она. – Нужно ввести его, чтобы изменить протокол запуска.
– Говорите код! – крикнула Анни трём четвертям Алиота Мерака. – Что надо ввести, чтобы отменить старт?
Читать бесплатно другие книги:
