Город драконов Хобб Робин

— Я обещаю, что мои чувства не изменятся-

Они почувствовали, что момент интимности, которую создавала хрупкая каюта, закончен: в дверь кто-то постучал. Неохотно отодвинувшись друг от друга, Малта снова присела перед зеркалом, а Рейн быстро подался к двери.

— Кто там?-

— Сэр, у меня есть известия для вас-, - ответил ему мальчишеский голос с придыханием.

— Какие? — , - Рейн приоткрыл дверь шире. Мальчик на пороге не был гонцом. Его одежда была рваной и сам он был очень худым. Он с надеждой посмотрел На Рейна. Его щеки были украшены татуировками.

— Сэр! Когда я был на стволовом рынке, я слышал, что Старшая Малта хотела бы иметь сведения о корабле, который только что причалил. Я могу рассказать об этом за самую маленькую плату-

— Что за сведения? Какой корабль?-

Мальчик колебался до тех пор, пока Рейн не выудил из кошелька на своём поясе монету и не достал её.

— Смоляной, сэр. Тот корабль, что отправился с драконами. Он вернулся-.

Малта вскочила на ноги, как только Рейн открыл шире дверь. Дождь барабанил уже гораздо тише, были слышны удары лишь отдельных капель, но мальчик, стоящий за дверью каюты, был полностью промокшим.

— Входи — пригласил его Рейн.

Мальчик с благодарностью шагнул в каюту, двинулся прямо к глиняному очагу. Он протянул руки к огню, а с его одежды вода стекала каплями на грубый дощатый пол.

— Что с драконами? — требовательно спросила малта

Мальчик поднял голову и его блестящие голубые глаза встретились с её взглядом.

— Я не видел драконов, когда спускался к причалу. Я не стал ждать, леди, и спрашивать, я хотел только сообщить вам, что корабль прибыл. Я не был первым, кто увидел корабль, но хотел первым сообщить новости. Чтобы заработать, но…-

Мальчик выглядел взволнованным.

Но Рейн уже протягивал ему гость монет в ответ на кивок Малты.

— Ты хорошо потрудился. Только скажи, что ты видел? Были с ними драконы? А молодые хранители? У корабля есть повреждения?-

Гонец вытер ладонью мокрое лицо.

— Драконов не было. Я видел только корабль и то, как работала его команда. Повреждений нет, но команда выглядела усталой. Усталые, тощие и потрёпанные сверх ожиданий.

— Ты все правильно сделал, что пришёл к нам. Рейн, где мой плащ?-

Её муж проводил мальчика к двери, прежде чем посмотрел на неё.

— Твой плащ на спинке стула, там, где ты его в последний раз оставила. Но ты же не думаешь, что можешь идти в такой ливень?-

— Я должна. Ты знаешь, что я должна и ты тоже должен пойти вместе со мной.-

Она оглядела каюту, но больше ничего из вещей ей не было нужно.

— Удача привела нас в Кессарик! Я не упущу этот шанс. Я должна быть там, когда капитан Лефтрин будет докладывать Совету. Все о драконах: как о них заботились, как они жили, сколько из них выжило, где их оставили, и нашли ли они Кельсингру вообще… Ой!-

— Малта, с тобой всё хорошо?-

— Все хорошо, просто ребенок ударил меня, больно, прямо в лёгкие, и у меня на мгновение перехватило дыхание-, - она усмехнулась.

— Ты выиграл, Рейн. Это точно мальчик. Каждый раз, когда я волнуюсь, он начинает танцевать джигу внутри меня. Хорошо воспитанные девочки никогда бы не стали так издеваться над своей матерью-.

Рейн фыркнул:

— Как будто я ожидал того, что твоя дочь будет обладать манерами- хорошо воспитанной девочки —, милая? Почему бы тебе не остаться в каюте и не отпустить меня одного Я клянусь, что вернусь быстро и передам слово в слово всё, что я видел и слышал! -

Нет-нет, дорогой! — , - Малта натягивала плащ. — Я должна быть там. Если ты пойдёшь вместо меня, а я потом задам тебе сотни вопросов, которые тебе просто бы не пришли в голову, то ты будешь разочарован, потому что не будешь знать на них ответов. Мы оставим записку Тилламон, чтобы она не волновалась, если она придёт вечером-

— Очень хорошо! — , - Рейн неохотно согласился. Он нашёл свой плащ, ещё влажный от утренней прогулки, встряхнул его и накинул на плечи.

— Как жаль, что здесь нет Селдена — он именно тот, кто должен был бы контролировать за всё это.-

— Я хочу знать, где он находится. Прошёл уже месяц, когда мы слышали о нём. Его последнее письмо было написано не его рукой, я беспокоюсь о нём. Но даже если бы и мой брат был здесь, я все равно должна идти, Рейн-

— Я знаю, дорогая, знаю. Мы были воспитаны в старых традициях Торговцев, ты и я. Но даже интересно, соблюдается ли договор с Тинтальей? О ней никто не слышал и никто не видел её уже долгое время. Интересно, живали она и жив ли наш договор с ней?-

Упрямо покачав головой, Малта подняла большой капюшон плаща и надела его на тщательно уложенную прическу.

— Договор заключен на бумаге, а не в воздухе и подписан чернилами, а не дыханием. Для меня не имеет значения, мертва она или нет. Мне не важно, как поступят другие, мы же по-прежнему связаны письменным соглашением.-

Рейн вздохнул.

— На самом деле, мы только обещали, что будем помогать змеям и защищать их, пока они не станут драконами. И наша часть сделки выполнена.-

Он поморщился, когда почувствовал влажный капюшон мокрого плаща.

— Я так воспитана, что следую духу, а не букве договора! — , - едко возразила Малта. Но потом, поняв, что этот больной вопрос может вызвать ссору между ними, аккуратно сменила тему:

— Интересно, все ли получилось у этой женщины — Элис Финбок? Она дала мне такое успокоение души и сердца, когда сказала, что отправится с ними! Она говорила о Кельсингре с такой уверенностью и знанием дела!-

Малта повернулась, чтоб взглянуть на мужа. Его глаза в тени капюшона отливали глубокой синевой. Он неохотно сказал:

— До меня доходили слухи, что на самом деле она сбежала от мужа с его слугой. Поговаривали, что муж отрёкся от неё, но семья слуги и её отец начали поиски, и предлагают награду за любые известия о них.-

Малта вдруг ощутила острую боль и глубокую тревогу. Оттолкнув в сторону мужа, сказала:

— Меня не заботит это! Она прекрасно разбирается в старинных вещах: она описывала город Элдерлингов так, будто побывала в нём. Она могла сбежать от мужа, но в этом случае, она не первая жена, которая пошла на это. Но я думаю, что у неё есть обязательства. Так. Пора выходить в дождь и направляться в зал Совета. Мы ничего не сможем узнать, стоя здесь.-

— Держи меня за руку — коридоры скользкие. Раз уж я не могу отговорить тебя от этого похода, так хоть прошу быть осторожной!-

— Я не упаду!-

Она взяла его за руку, довольная, что он открыл перед ней дверь. Ветер ворвался в каюту, наполненную сыростью и холодом. Вслух она сказала:

— Если так дует здесь, в лесу, каково же на реке?-

— Ещё хуже! — , - лаконично ответил Рейн, прикрывая двери за собой. — Конечно, ты не упадёшь, потому что я этого не допущу. Но будь ещё более осторожна. Не позволяй Совету взволновать или расстроить тебя-

— Если кто-то и будет возбуждённым и взволнованным, то это буду не я! — оптимистично ответила Малта.

После полудня под сенью больших деревьев, как всегда зимой, царил полумрак. Рейн крепко держал её за руку, пока они двигались по узкой тропинке в сторону главной ветви. Когда они ступили на более широкую дорогу, она ощутила, как он расслабился. Он был рожден в Дождевых Чащобах, и всю жизнь провел в жилищах, построенных на деревьях. Она же пришла сюда, уже будучи почти взрослой, но чувствовала, что уже привыкла. Обычно она двигалась уверенно даже на самых узких участках пути, покачиваясь на мостиках, соединявших соседние деревья города. Но в эти последние месяцы беременности, растущее дитя нарушило баланс её небольшого тела. Она снова протянула руку Рейну, безмолвно рассчитывая на его помощь и защиту. Со времени их свадьбы у неё уже было четыре выкидыша, и она не позволит глупой гордости помешать выносить этого ребенка.

Дома на деревьях, принятые в Дождевых Чащобах, окружали её со всех сторон. На самых высоких ветвях располагались маленькие и непрочные домики бедноты, а на толстых и крепких, находящихся в глубине и ближе к стволу, она видела особняки, склады, там же были видны крепкие стены и окна зала Совета Дождевых Чащоб. Желтый свет ламп освещал их изнутри..

Зал торговцев Кассарика был новой постройкой. Он был возведен потому, что горожане выражали недовольство своей зависимостью от Зала торговцев Трехога. Долгое время был только один Зал, и он находился именно там, а торговцы двух городов были половинками одного целого, объединённые исторически общими трудностями. С открытием нового Зала торговцев в Кассарике, младшие торговцы и младшие сыновья семей стали получать больше власти, чем было прежде. Жадность и право решающего голоса разделили Совет торговцев. Малта не доверяла новому Совету и придерживалась старых правил торговцев: равенство и абсолютное соблюдение условий подписанного договора.

Малта заметила, что они с Рейном были не единственными, кто направлялся к Залу, значит новость о прибытии Смоляного уже разошлась по всему городу. Другие жители Дождевых Чащоб выходили из своих жилищ и направлялись к тем дорожкам, которые вели к Залу Совета. Торговцы в мантиях быстро мелькали по извилистым лестницам, ведущим вниз по огромным стволам деревьев. тем не менее, она не торопилась, чтобы ей досталось хорошее место. Она была Хупрус Малта, не только жена, но и Старшая Рейна Хупруса, второго сына влиятельной семьи торговцев из Дождевых Чащоб. Его Элдерлинг брат Бендир имеет право голосовать от имени семьи, но информация, на которую он опирался, была предоставлена ему Рейном и он знал, как голосовать. Ни она, Малта, ни Рейн не могут претендовать на официальное место за главным столом Совета, но они будут услышаны. Она была полна решимости.

Порывы сильного ветра раздували их плащи и срывали листья с деревьев. Они шли по дорожкам, окаймленным перилами из лозы, настолько высокими и безопасными, что она могла видеть только огромные ветви, густую зелень и раскачивающиеся на ветру домики, свисающие с больших веток деревьев, как странные плоды. Невидимая болотистая почва была далеко внизу. она сжала руку Рейна и позволила ему вести себя.

****

Лефтрин с пользой потратил своё время: сначала он пошёл у голубятням и отправил сообщения, которые должен был отослать прежде, чем он покинул Кельсингру. Это стоило ему больше, чем он рассчитывал. Какая-то болезнь птиц сделала невозможной доставку писем далеко. Некоторые голуби могли совершать лишь короткие перелёты. Некоторые из хранителей драконов хотели отправить весточку родным в Трехог, чтобы те знали, что они в безопасности. Были и два сообщения о смерти: семьи Грефта и Варкена должны были узнать, что стало с их сыновьями.

Хотя Грефт и был осужден капитаном, но его смерть стала трагедией и его семья имела право быть первой, кто узнает об этом.

Последними от отправлял письма семьям Седрика и Элис. Весь долгий путь по реке в Кассарик он мучительно думал о том, стоит ли это делать. Он просил всех быть крайне осторожными в рассказах о Кельсингре: о том, как они попали туда и как устроились, но так и не вскрыл ни одного письма, чтобы удостовериться в том, что все выполнили его просьбу. К тому времени, как этот долгий день подошёл к концу, люди в Кассарике будут знать лишь то, что он расскажет им, а птицы разлетятся во все стороны. Ему было приятно знать, что первыми новости получат семьи его друзей.

К тому времени, как Лефтрин достиг склада для закупки для корабля всего необходимого, он приобёл несколько спутников: два маленьких мальчика следовали за ним по пятам, громко объясняя всем встречным, что это капитан Лефтрин и он вернулся из экспедиции. Это привело к тому, что ему пришлось выдержать несколько рукопожатий и вопросов, на которые он оказался отвечать. Ещё один молодой человек, явный сплетник, прицепившийся к капитану и задававший массу вопросов, был явно разочарован неуклонными ответами Лефтрина, что он сначала доложит все совету. Ещё один человек, одетый в серую накидку с капюшоном, следовал за ним поодаль. Лефтрин отметил, что тот так и хотел оставаться незамеченным. Этот человек явно был чужаком, и в моменты, когда он попадался Лефтрину на глаза, было явно видно, что он двигался не так, как люди, проведшие всю жизнь на деревьях. Когда Лефтрин думал о том, кому он может служить, в его душе зарождались опасения.

Лефтрин заказал консервированные продукты и предметы первой необходимости для пополнения запаса своего корабля; масло, муку, сахар, кофе, соль, судовые галеты. Список Беллин казался бесконечным. Так же он купил все листы бумаги и бутылки с чернилами, которые были в лавке, а так же запас новых перьев. Он улыбался, когда покупал все это, представляя радость Элис, когда она получит эти сокровища. Он приказал все немедленно отправить на смоляной. С хозяином магазина он имел дело много лет, с тех пор, как тот открыл эту лавку и у него не заняло много времени принять вместо денег его расписку. — Совет оплатит мне и я отдам деньги в течение часа-, - обещал Лефтрин и хозяин кивком согласился.

К тому времени, как он вышел из лавки, его ноги гудели. Долгие прогулки по палубе своего корабля и даже по лугам вокруг Кельсингры не подготовили его для вертикальных подъёмов по деревьям Дождливых Чащоб. Он оплатил последними деньгами лифт до уровня Зала совета, доехал, вышел, и человек в корзине поспешил вниз. Когда он приблизился к дверям Зала Совета, то вдруг вспомнил, что его первый приход сюда был так кстати для Элис Финбок. Это было самое начало их знакомства, когда его увлеченность ею закружило его голову.

Он вспомнил её блестящие сапожки и кружевные юбки и печально улыбнулся. Тогда он был ослеплён её нарядами так же, как и её женственностью. И, хотя кружева давно расползлись в клочья, сапожки протёрлись, но грациозность женщины осталась с ней, как стержень из кованого железа. Он вдруг заскучал по ней с силой, гораздо большей, чем может быть голод или страх. Он удивился сам себе. Был ли он поглощён ей, как бывает поглощён подросток своей первой любовью? Он улыбнулся: возможно, да. Она пробудила в нем такие ощущения дикости и страсти, которых никогда не было в его жизни. И как только он получит деньги, он мечтал купить для неё немного роскоши и сладостей, чтобы обрадовать её. Эти мысли не могли стереть широкую улыбку с его лица.

Открыв дверь в Зал совета, он был встречен мягким светом, теплом и тихими голосами. Горящие жаровни рассеивали по всему помещению тепло и сладковатый запах дерева Джала. Свет исходил из прозрачных сфер, привязанных в Зале. Эти артефакты Элдерлингов были найдены в руинах Кассарика и теперь были отражением баснословного богатства в месте встреч торговцев. На мгновение он представил себе волну жадности, которая бы возникла, если бы он рассказал о найденном городе Элдерлингов, который стоял практически нетронутым. Глаза наткнулись на гобелен с изображением Кельсингры, висевший сзади помоста Совета на стене — его когда-то использовала Элис, чтобы доказать реальность существования города. Стоит ли сообщать Совету, что её блестящие стены все ещё сверкают на солнце? Его улыбка погасла.

Скамьи ярусами окружали помост, находящийся на возвышении. Несколько десятков человек ещё не заняли места, но все равно людей были много для такого неожиданного и незапланированного собрания. Люди все пребывали и прибывали… Все места за столом Совета были уже заняты, кроме одного: Селден Вестрит отсутствовал, как и в прошлый раз.

Малта устроилась на конце первого ряда, а Рейн Хупрус, её муж, сел рядом. Места вокруг Элдерлингов были пустыми, и Лефтрин задавал себе вопрос: из-за уважения или неприязни? Наряды Рейна и Малты не были вычурными, но были подобраны с учетом цвета чешуи, что производило сильное впечатление на окружающих.

Рейн носил длинный синий сюртук, застёгнутый на блестящие серебряные пуговицы, с которым гармонировали серые бриджи и черные сапоги.

Малта носила колье из сверкающих камней, сверкающих солнечным жёлтым блеском на ей чешуйчатом горле. Ослепительно белая туника почти прикрывала колени, а золотисто-коричневые брюки не скрывали будущего ребенка. Лефтрину было очень приятно видеть её в таком положении, хотя сплетники утверждали, что после стольких выкидышей, эта прекрасная пара никогда не сможет обзавестись наследником. Сейчас она должна была вот-вот родить. Ей муж сидел рядом, как надёжная защита от всех напастей. Лефтрин смотрел на них и понял, что уж их-то ребенок точно станет хранителем дракона. Настоящим Старшим. Элдерлингом.

Когда он вошёл в Зал, они оба уставились на него так, что ему сразу стыдно за свой оборванный вид, захотелось хотя бы поправить рубашку… Но вместо этого он выпрямил спину и ответил на их взгляд. Да, это была чудовищно сложная экспедиция, пусть посмотрят на него внимательно и поймут, чего всё это стоило. Он серьёзно кивнул им обоим и получил кивки в ответ. Он не подойдёт к ним… Пока нет. Сообщение для Малты от Элис лежало в его сумке, передать его нужно будет при личной встрече.

Глаза Лефтрина прогулялись по залу торговцев, отметив человека, который следил за ним на улице — человека в капюшоне. Не задерживая взгляда, Лефтрин вспомнил его: это был колсидиец Синад Арих. И, хотя тот не снял своего плаща с капюшоном, как будто бы все ещё не согрелся в Зале торговцев, Левтрин узнал его. Этот человек как-то пытался шантажировать Лефтрина на его же корабле, заставляя взять с собой в плавание вверх по реке. Как Лефтрин пожалел, что не последовал первому порыву: убить колсидийца и сбросить его за борт! Присутствие его в Зале Совета доказывало, что он не отказался от своих планов.

Зачем он сегодня здесь?

Лефтрин был уверен, что именно Арих помог отправить в экспедицию предателя, и так же он был уверен, что одному провернуть такое сложно. Совет нанял охотника Джесса Торкефа для обеспечения драконов пищей, возможно надеясь, что по возвращении тот привезет с собой части драконьих тел.

Мрачная улыбка перекосила лицо капитана. Арих явно выглядел разочарованным, причем — довольно сильно. Его господин, герцог Чалсед, не оставил ему выбора: вся семья Ариха была взята в заложники. Если Арих не доставит ему части драконов, которые якобы могли вылечить герцога от смертельной болезни, за жизнь его родных нельзя было дать и медной монетки. Калсидиец явно угрожал, обманул или подкупил человека из Совета Торговцев, чтобы внедрить предателя на Смоляной… А может даже — нескольких…

Лефтрин медленно спустился по ступеням, подходя к столу Совета. Он откашлялся, хотя в этом не было необходимости: все члены Совета пристально смотрели на него. В Зале было тихо: за спиной были еле слышны звуки, с которыми опоздавшие усаживались на места или кто-то шикал на других, производящих шум. Он сказал громко:

— Капитан Лефтрин и живого корабля Смоляной просит разрешения выступить в Совете-.

— Совет с удовольствием констатирует, что вы благополучно вернулись, капитан Лефтрин. Мы даём вам слово!-

Этот ответ пришёл от Торговца Полски. Её седые волосы были тщательно уложены, но уже пытались, как обычно нарушить причёску, проявляя непокорство.

— И я рад видеть вас в добром здравии, торговец Полск. Я хочу сообщить, что наш поход был успешным. Вопрос с драконами благополучно решен. Рад сообщить всем вам, что во время путешествия не погиб ни один дракон. И с огорчением хочу доложить, что двое из Хранителей расстались с жизнями. Так же погиб один из охотников. Остальные члены нашей команды пребывали в здравии, когда я оставил их.-

Он нарочно почесал левое плечо правой рукой, чтобы ненароком повернуться лицом к двери. К его удивлению, человек в сером плаще выскользнул из дверей, и это было очень неожиданно. Услышал ли Арих то, что хотел знать? Капитан мучительно хотел проследовать за калсидийцем, но момент был неподходящим.

Он вновь повернулся лицом к Совету. Все глаза были направлены на него.

У меня есть письменные доверенности от Хранителей драконов и охотников Карсона и Дэви на получение второй части оплаты их работы за успешное завершение экспедиции. Ещё я прошу выплатить команде Смоляного оставшуюся сумму, причитающуюся нам по договору сегодня же.-

Он снял с плеча сумку, в которой находились доверенности, написанные на драгоценной бумаге Элис, достал листы, и, шагнув вперёд, положил их на стол Совета.

Торговец Полск и несколько других членов Совета кивнули. Полск стала просмотрела бумаги, а затем передала их следующему члену совета; они читали доверенности и кивали. Но когда бумаги дошли до последнего из них, а Лефтрин все так же стоял молча, одобрительные покачивания головами прекратились. Полск взглянула на остальных членов Совета, а затем перевела взгляд на капитана.

— А где же ваш рассказ, капитан Лефтрин?

— Доложить? — , - он приподнял одну бровь.

— Ну конечно! Что вы обнаружили? Где вы оставили драконов и их Хранителей? Вы смогли найти Кельсингру? Как далеко она отсюда и можно ли добраться до неё по реке? Есть ли там сокровища? У нас масса вопросов, требующих ответов!-

Он помолчал, тщательно формулируя ответ. Нельзя вывести их из себя слишком рано. Но как лучше рассказать? Честно?

— Я бы предпочел сначала получить деньги по договору, прежде чем мы перейдём к вопросам второстепенной важности. Я думаю, мы сможем обсудить мою выгоду от экспедиции после получения оплаты, торговец Полск.-

А возможно, и нет — про себя подумал он.

она выпрямилась в кресле:

— Это кажется весьма странным, капитан!-

Он медленно покачал головой:

— Совсем нет. Я предпочитаю закрыть один контракт, прежде чем начинать заключение другого!-

Её голос стал более едким:

— Я уверена, что Совет будет согласен со мной, что отчет о путешествии будет только украшать договор. Я не считаю, что мы будем обсуждать другой контракт-

К такой постановке вопроса его подготовила Элис. Он достал из сумки свою копию договора, развернул и притворился, что читает, морща лоб с озадаченным видом. Затем посмотрел на торговца Полск поверх листа. Примирительным тоном ответил:

— В договоре не указано, что я должен рассказать все Совету по возвращению-

Все члены Совета, как по команде, уткнулись в копии договора, листая и внимательно вчитываясь в каждый пункт. Лефтрин понимал их затруднения.

— Если вы читали контракт, торговец Полск, то вы знаете, что я и моя команда, хранители и охотники, которых вы наняли, выполнили каждый пункт договора. Драконы были переправлены подальше отсюда, в дороге мы заботились о них, кормили и нашли место, подходящее для их жизни, где они и остались.-

Он откашлялся.

— Мы выполнили свою часть сделки. Теперь — ваша очередь: окончательный расчет. Вот и всё-.

Он пожал плечами.

— Едва ли это всё!

Реплика принадлежала не торговцу Полск, а молодому человеку, сидящему в дальнем конце зала. Когда он чуть подался вперед, блик от светящийся сферы затанцевал по тонкой линии оранжевой чешуи бровей.

— Это очень странный отчет! Он неполон!. Как мы можем верить вам? Где охотник Джесс Торкеф, который сопровождал вашу экспедицию и представлял интересы совета Торговцев? Он должен был тщательно описывать ваше путешествие и рисовать карты вашего маршрута. Почему его нет здесь сейчас? -

Именно этого вопроса и ждал капитан.

— Джесс Торкеф мёртв.-

Эти слова он произнес равнодушным тоном, но тщательно отметил и запомнил реакцию членов Совета, на которых его слова произвели сильное. впечатление… Как и предполагала Элис, одна из женщин-торговцев, одетая в тёмно-зеленую мантию, выглядела пораженной. Она судорожно пыталась поймать взгляд парня с оранжевой чешуёй, но тот с ужасом не отрывал глаз от Лефтрина. Он побледнел, когда тем же спокойным голосом Лефтрин добавил:

— Я не несу ответственности за то, на что согласился Торкеф, с его смертью контракт расторгнут.-

Он на мгновение замолчал.

— Но есть одна вещь, о которой я не могу не сказать. Джесс Торкеф умер, пытаясь убить дракона. Расчленить и продать части его тела. В Калсиду.-

Он не стал оборачиваться на громкий вздох Малты, а продолжал следить на реакцией членов Совета. Когда никто из них не промолвил ни слова, он продолжил:

— Либо Джесс Торкеф предал Совет, который его нанял, либо сам Совет имел совершенно другие намерения в отношении драконов и их Хранителей —

Он пристально оглядел каждого члена Совета по очереди Женщина-торговец в темно-зеленой мантии судорожно вцепилась в край стола перед ней Пугающая ярость застыла на лице торговца Полск. Их молчание красноречиво говорило само за себя Лефтрин продолжил:…

— Так как в данной ситуации я не знаю, какое из моих двух предположений верно, я воздержусь от доклада. Я хочу напомнить Совету, что, как и было предусмотрено, я вел журнал нашей экспедиции и уделял внимание всем чрезвычайным ситуациям. Но в моём контракте не написано, что я должен огласить эту информацию, а только что я должен был её собрать.-

Элис подробно объяснила ему все в их последнюю ночь в Кельсингре, сокрушенно покачав головой над неаккуратной формулировкой.

— Ты прав, дорогой!. Совет торговцев Кассарика так торопился, что они действительно не думали более ни о чем, как бы скорее избавиться от драконов и тех, кто стал их Хранителями. Некоторые из них, вероятно, мечтали бы пограбить город Элдерлингов, но они не осмелились написать об этом, потому что боялись, что и другие ухватятся за это возможность. Они не хотели делиться.

Другие же, скорее всего, надеялись, что драконы станут очень редким товаром на продажу задолго до того, как мы нашли им новое место обитания. В нашем договоре не написано, что мы должны делить наши открытия с ними. Но я уверена, что когда ты вернёшься и расскажешь им о том, что мы нашли, они найдут способ отнять у нас это-.

Они сидели вместе в маленькой пастушьей хижине, которую считали своей. В очаге горел огонь, и его красные языки отражались в только что вымытых волосах Элис. Они принесли несколько одеял и кое-что из своих кают со Смоляного, чтобы сделать это жилье как можно уютнее, причем Смоляной ничуть не протестовал. Элис просто упивалась своей новой жизнью, даже несмотря на то, что в хижине было не так уютно, чем на корабле. Лефтрин сплёл из веревки сетку для их кровати, смастерил грубый стол и скамейки. Но все это было шершавым, а их скудное убежище не могло бы защитить их от холодной и влажной зимы.

Они сидели на полу, рядом, недалеко от очага и перелистывали странички контракта, который они подписали с Советом Торговцев. Элис изучала его очень внимательно, делая пометки на камнях камина концом обгоревшей палки. Лефтрин с наслаждением наблюдал за ней, зная, что скоро ему придётся уехать. Он надеялся, что это продлится недолго, но все же он до сих пор боялся потерять её из виду.

Когда она, наконец, оторвалась от изучения документов, её пальцы были черными от копоти и нос был украшен черной полосой. Он улыбнулся: она стала похожа на маленького полосатого рыжего кота. Он нахмурилась в ответ и постучала по контракту испачканным пальцем:

— Нам нечего бояться. Все, что мы согласовали и подписали совпадает с тем, что подписали все Хранители: заботиться о драконах, и за это им заплатят. Нигде нет упоминания о том, что мы должны разделить с Советом наши находки. Даже твой контракт говорит о том, что ты должен вести журнал об экспедиции, но он не говорит о том, что у них есть право изучать этот журнал и пользоваться тем, что мы нашли. В том числе и Кельсингру. Нет, они пребывали в таком страстном желании избавиться от драконов, что это было единственным, на что они обратили внимание.

Они расписали штрафы для вас, если бы вы вернулись с драконами, они даже учли, сколько денег должны получить Хранители на содержание драконов. Но они не предусмотрели, что им захочется узнать место расположения Кельсингры. Это странно, хотя такие мелочи не кажутся очевидными, когда читаешь контракт в первый раз. Теперь же они поймут, что даже и не предусмотрели, что драконы и их Хранители выживут, а уж тем более, что найдут Кельсингру. По крайней мере, официально они это не расписали в контракте. Я до сих пор считаю, что были некоторые, кто жаждали сокровищ, и было не менее двух членов Совета, которые очень встревожились, когда я заявила, что пойду с вами и буду действовать в интересах. драконов-.

— Ну был один капитан баржи, который был так этим взволновал, что даже не обратил внимание на протесты.-

Она чуть оттолкнула его пальцы, которые раскручивали спирали её своенравных волос, но не отодвинулась.

— Любовь моя, нам нужно закончить это дело сейчас. У меня закончилась вся хорошая бумага и последний лист я уже использовала. Половину листа я посвятила Малте Эндерлинг. Никому не показывай его! Я писала его слишком мелкими буквами, чтобы уместить все, что я хотела сообщить ей, и я надеюсь, что у неё хорошее зрение! Другая половина листа — это документ, который даёт тебе право забрать оплату за труд Хранителей за них, и все его подписали. А вот на этом клочке кожи нужно составить список того, что нам нужно и что мы готовы дать взамен.-

Её голос дрогнул, и она опустила глаза.

Он нежно поднял её подбородок пальцами, чтобы заглянуть в глаза:

— Ничего не бойся! Я ни за что не променяю Кельсингру. Мы мало нашли на этом берегу реки, что могло бы заинтересовать торговцев, но я понимаю твои страхи. Как только они увидят город, они растащат его по камешку.

Она кивнула мрачно:

— Как они это уже сделали в первых городах Элдерлингов, которые обнаружили. Как много тайн было бы разгадано, если бы все осталось на своих местах! А теперь артефакты Кессарика и Трехога разбросаны по всему миру, в руках богатых семей и хитрых купцов. Но лишь Кельсингра, настоящая Кельсингра даст нам шанс узнать, кем же были Элдерлинги и понять, а может быть, и освоить ту магию, которой они так легко пользовались-

— Я знаю-, - мягко прервал он её. — Я знаю, моя дорогая. Я знаю, что это значит для тебя, даже если некоторые из наших не понимают этого. Я буду защищать её для тебя!-

* * *

Гул в зале Совета вернул капитана в настоящее. Гомон не был слишком громким, но стал сильнее, так как люди беседовали со своими соседями и слышались отдельные возгласы, чтобы быть услышанным из-за нарушенной тишины. Торговец Полск встала и крикнула, но никто не обратил на это внимание. Вдруг помещение резко погрузилось в полумрак. Освещение сфер погасло, и только красный свет очагов мерцал в некоторых местах. Все голоса затихли от неожиданности.

В темноте раздался голос Малты Хупрус:

… - Замолчите! Мы выслушали капитана Лефтрина, и не стоит задавать друг другу вопросы, на которые мы не сможем ответить Давайте успокоимся и будем вести себя как торговцы. Человек говорит, что контракт выполнен, нужно только обсудить оплату, а так же угрозу по отношению как к драконам, так и ко всем, живущим по берегам реки Вилдерс. Какие планы у Калсидийцев на Дождевые Чащобы? Давайте разберемся! -

— Согласна! — , - ответила торговец Полск и хор голосов поддержал её слова. И как в ответ на речь Старшей Малты, плавучие световые сфера проявнились и вновь стали окутывать помещение тёплым ровным уютным светом. Малта покинуло своё место и теперь находилась у стола Совета. Её беременность была очень заметна: общая худоба её тела и выпирающий живот отчетливо выделялись, когда она стояла. Лефтрин понял, что она намеренно вызвала все взгляды на себя: хотя беременность женщин не была редкостью в Дождевых чащобах, но всё же этим могли похвастаться не все. И он знал, что с завистью на неё смотрело гораздо больше одного человека. Да и пусть.

— Капитан Лефтрин — требовательным тоном торговец Полск вернула мысли окружающих к насущным делам.

— Вы выдвинули серьёзное обвинение. Есть ли этому доказательства?-

Он вздохнул.

— Не такие твёрдые, чтобы они могли удовлетворить Совет. Я могу вновь повторить слова, сказанные Хранителем Грефтом о том, что Джесс Торкеф признался Седрику Мальдару из Бринджтауна перед своей смертью. Торкеф твердо сказал, что поехал в надежде убить драконов и распродавать части их тел; так же он хотел, чтобы Седрик помогал ему в этом. Хранитель Грефт утверждает, что Джесс Торкеф пытался завербовать и его. Полагаю, что человек, нанявший Токефа и отправивший его в нашу экспедицию, был осведомлен, что не добыча пропитания для драконов была главной задачей охотника. Я так же получил угрожающую записку, но без подписи. Я думаю, что тот человек, кто нанял и меня, мог помогать Джессу.

— У вас она сохранилась? — немедленно спросила Полск.

— Нет, я уничтожил её-

— А как именно вам угрожали, капитан? — , - вопрос пришёл от молодого торговца с оранжевой чешуёй, сидевшего за огромным столом Совета. На лице его играла лёгкая улыбка.

— Боюсь, что не помню вашего имени, торговец-, - заметил Лефтрин.-

— Торговец Кэндрал-, - ответила торговец Полск, вновь взяв в свои руки течение беседы:

— ? Пожалуйста, не нарушайте правила Совета, говоря без очереди У вас есть вопросы к капитану Лефтрину-

Кэндрала не обрадовал сделанный ему выговор; а может ему не понравилось, что его имя стало известно капитану. В любом случае, он откинулся на спинку стула и нагло ответил:

— Я задал вопрос. Какими были угрозы капитану? И если это произошло прежде, чем его корабль отплыл, почему он не поставил нас в известность перед отъездом?-

Полск прищурилась, но кивнула, чтобы разрешить Лефтрину продолжить. Не сводя глаз с её лица, он ответил:

— Это был шантаж. В записке была угроза раскрыть некоторые подробности моей личной жизни. Я не сообщил об этом лишь потому, что думал, что смогу с этим справиться. Да и к тому же, Совет хотел, чтобы мы отправились как можно быстрее… Нмедленно, если я правильно помню-

— Драконы опасны! Они должны были уйти! — , - сказал человек в куртке и брюках из тяжелого холста, привставший, чтобы быть услышанным.

— Мы с моим сыном зарабатываем на жизнь на раскопках. Маленький зеленый дракон увязался за нами, охотясь за нашим ужином, и выбил опоры в завале. Он хотел есть, хотя у нас в мешке были просто хлеб и сыр. Возможно, если бы у нас ничего не оказалось, он съел бы моего мальчика. Я здесь, чтобы сказать: если драконы ушли, то — скатертью им дорога! И если у кого-то есть мысли о том, чтобы их вернуть, то я и все другие копатели поставим лопаты в сторону!-

Он яростно нахмурился и скрестил руки на груди.

— Не стоит так волноваться! — , - ответила Полск. Мужчина сел с раздраженным ворчанием, но окружающие его люди кивали в знак согласия с ним..

— Они бы убили кого-нибудь, если бы их не увели! Они были очень неудачной сделкой! — , - добавил он уже не так громко, но все же так, чтобы слышали члены Совета.

Лефтрин решил воспользоваться настроением всех собравшихся:

-. Сейчас, почтенный совет и уважаемые торговцы, я здесь, чтобы получить нашу зарплату, мою и моей команды, а так же Хранителей драконов и охотников. Драконы нашли себе жильё и я не собираюсь вернуть их обратно. У меня с собой их разрешения на это, подписанные ими, а так же указания, что делать с деньгами дальше. Некоторые хотят часть отправить своей семье, один хочет всё перечислить своим родным, а остальные поручили мне привезти все деньги им —.

— Докажи это! — , - торговец Кэндрал потребовал резким тоном, и торговец в зеленом согласно кивнул.

Лефтрин молча оглядел их. Он снова снял с плеча кожаную сумку, медленно её открыл, спокойно заметив:

— Другой бы обиделся на такую просьбу, или потребовал бы удовлетворения от щенка, который так оскорбил его честь… но…..-

Он шагнул вперед, положил бумаги на стол и посмотрел прямо в глаза торговцу Кэндралу.

— Я думаю, я переживу это…-

Он не стал ждать ответа, как если бы реакция не имела значения, и передвинул бумаги к торговцу Полск.

— Здесь есть все подписи: каждого охотника, хранителя, матросов, а так же Элис и Седрика. Кроме Варкена — он погиб на реке. Я принёс его договор со мной. Я думаю, что его деньги должны достаться его семье: он так тепло говорил о родных. Грефт не говорил о семье и я не знаю, если ли она у него, так что вы можете удержать его деньги. Что касается заработанных денег Джесса Торкефа, то делайте с ней, что хотите: это грязные деньги и я бы не стал их трогать!-

Кэндрал опёрся о спинку стула:

— Если все эти Хранители выжили, почему они не здесь? Как мы узнаем, что они не мертвы, а вы вернулись, чтобы забрать себе их деньги?-

Лицо капитана покраснело от таких обвинений. Он сделал глубокий вдох.

— Торговец Кэндрал, у вас нет права говорить от имени Совета! — , - резко сказала Полск.

— Капитан Лефтрин! Пожалуйста, отойдите от стола, Совет будет просматривать документы. У нас никогда не было причин жаловаться на вас в прошлом. И мы хотим обсудить ваши предположения о том, как и кем охотник Торкеф был принят на эту работу!-

Она бросила на Кэндрала испытующий взгляд.

Лефтрин не шелохнулся. Он перевел взгляд с Кендрала на Полск:

— На этот раз я не буду обращать внимания на оскорбления. Но если Совет будет искать ложь, то пусть он знает, что лжецы обычно подозрительнее честных людей. Я уже ответил на этот вопрос. Хранители решили остаться со своими драконами. Двое Хранителей погибло. Если бы я был тем, кто хотел бы получить деньги за умерших, я бы не говорил, что двое погибли. Я бы сказал, что все живы получил бы деньги и за мертвецов. А теперь я отступлю, чтобы получить отплату: свою, своего корабля и моего экипажа. В точности, как согласовал и подписал Совет-.

— Я не думаю, что с этим будут проблемы! — , - предупредила Полск Кэндрала, который открыл было рот, но потом закрыл его, просто указав Полск на чернила и бумаги. Но женщина слева от Полск резко спросила:

— А что с торговцем из Бингтайна, Элис Финбок? Где она? И человек, который сопровождал её, Седрик Мельдар? Они же не решили остаться с драконами?

— Торговец Свердин, это вопросы нужно предлагать Совету для обсуждения подобающим образом! — упрекнула Полск. Её щеки стали пунцовыми, она провела в отчаянии по своим седым волосам.

Лефтрин не смотрел на неё. Он в упор уставился на торговца Свердин:

— Элис Кинкаррон предпочла остаться с драконами. У меня было письмо к её семье, и я его уже отправил. Что касается Седрика, то он, насколько я знаю, не связан с советом никаким договором, так что не думаю, что это ваше дело. Но я оставил его живым и здоровым и надеюсь, что он и сейчас прекрасно себя чувствует.

Свердин не испугалась. Откинувшись на спинку стула и подняв острый подбородок, она заговорила, обращаясь к торговцу Полск:

— У нас нет доказательств, что Хранители выжили. Мы не знаем, что стало с драконами. Я думаю, мы должны приостановить платёж по контракту с этим человеком, пока он не докажет, что выполнил все условия.-

— Это кажется мне самым умным — и торговец Кэндрал сразу согласился.

Лефтрин внимательно оглядел каждого члена Совета, подолгу задерживая взгляд на каждом. Кэндрл уставился на свои ногти, в то время как Свердин покраснела и стала покачиваться вперед-назад, опираясь на стол. Полск смутилась..

— Капитан Лефтрин, я уверена в том, что вы выполнили условия контракта, как и в вашей честности. Но так как два других члена Совета со мной не согласны, то я не могу оплатить ваши деньги, пока не получу более весомых доказательств.-

Капитан молчал, стараясь не выдать свой гнев. Переговоры нужно проводить спокойно. Было ли безопасно отдавать бумаги Совету? Он встретился с Полск примирительным взглядом:

— Я доверяю эти документы лично вам, Полск. Они не должны пропасть. Изучайте подписи и даты на этих доверенностях. Делайте, что хотите, с деньгами, причитающимися Грефту и Варкену. Не думаю, что вы должны Джессу хоть копейку, так как он не выполнил контракт, да и пытался организовать заговор с целью убийства драконов и их Хранителей. Я предлагаю подумать, почему выбрали его. Если же вы читали мой контракт, то вы увидите, что вы обязаны мне заплатить. Вы знаете, что я пришвартовался. И пока вы не отдадите мне денег, то вы будете очень долго ждать подробностей о том, где сейчас драконы и что мы там обнаружили-

Он повернулся спиной к Совету и сделал вид, что только что заметил Мальту Хупрус. Он низко поклонился ей.

— Леди- Старшая, у меня есть для тебя письмо от Элис Кинкаррон. И небольшой подарок из города Кельсингра-

— Вы его нашли? Вы нашли город Элдерлингов? — , - этот громкий возглас исходил от члена Совета, который молчал до сих пор — мужчины с двойным подбородком и тёмными вьющимися волосами.

Лефтрин посмотрел на него, а потом и на остальных членов Совета.

— Мы нашли его. Но, прежде чем вы захотите узнать подробности, Совету и вам следует решить, можно ли верить тому, что я говорю. Я не хочу тратить своё время, если вы думаете, что я просто хочу поймать вас на крючок.-

Он повернулся к Эндерлингам. Малта так и стояла. Рейн был рядом с ней, не касаясь, но явно поддерживая ей. Лицо малты светилось от радости, рот был сжат в твёрдую линию. Он с поклоном передал ей небольшой свиток и мешочек из ткани. Она приняла его длинными, изящными руками, алая чешуя которых смотрелась как перчатки из тончайшей змеиной кожи. Малта открыла сумку и медленно удалилась к одному из очагов, нагревавших помещение, затем взглянула на капитана и улыбнулась ему. Она подняла высоко руку, чтобы помахать ему, а потом снова опустила голову к сумке.

Сквозь шум голосов Лефтрин крикнул ей: — Если вы хотите что-то спросить, я буду рад поговорить с вами. Я пришвартован у доков Кассарика, вы не пройдёте мимо.

Малта кивнула и ничего не ответила. А Рейн сказал: — Мне стыдно за совет. Я надеюсь, что вы знаете, что мы-то доверяем вам полностью, и мы верим, что вы достигли цели. Мы придём к вам так скоро, как только сможем. Но сейчас моя жена устала и нуждается в отдыхе.

— Как Вам угодно, — согласился Лефтрин. — Думаю, что было бы лучше, если бы я поскорее убрался отсюда.

— Капитан Лефтрин! Капитан Лефтрин, Вы не можете просто уйти! — Это от кудрявого Торговца.

— На самом деле могу. — Он повернулся к ним спиной и вышел из комнаты. Позади него рев беседы превратился в шум.

* * *

Двадцать шестой день месяца Перемен,

Седьмой год Вольного Союза Торговцев,

Страницы: «« « 4567891011 » »»