Тайна «Школы Приквиллоу» Берри Джули

Глава 20

Китти кольнула досада. К чему устраивать представление? Особенно за их столиком! Должно быть, добавил в пунш чего-нибудь покрепче. Не умеешь пить – держи себя в руках, по крайней мере на публике.

Но тут Душечка Роберта издала писк. Он становился всё громче и наконец превратился в пронзительный визг. Глупышка Марта взяла фальшивую ноту. Крепышка Элис замерла на полуслове.

Невозмутимая Китти поспешила успокоить Душечку Роберту. Нашла время для одного из своих обмороков! Тем временем Луиза подскочила к адмиралу и толкнула его в плечо. Тот не шевельнулся. Она послушала дыхание и прижала пальцы к шее старика. Больше никто в зале не двинулся с места, за исключением Джулиуса Годдинга и его матери, которые торопились пробраться к столику девочек сквозь ошеломлённую толпу. Миссис Годдинг, если таково было её имя, мгновенно оценила положение и пришла Луизе на помощь, проверив у адмирала пульс на запястье.

– Позвольте мне, милочка, – сказала она. – Джулиус! Быстро найди доктора.

Джулиус тут же повернулся и вскричал:

– Есть ли здесь доктор? Возможно, какой-то врач проживает поблизости? Просто сообщите, где его искать…

Генри Баттс бросился к двери. Дрожащей походкой приблизился старик-камердинер адмирала, Джефферс. У него подкашивались ноги. Джулиус взял его под локоть и усадил. Вскоре вернулся Генри и привёл с собой доктора Снеллинга. Оказывается, тот вместе с другими невосприимчивыми к музыке джентльменами отправился выкурить сигару у дверей прихода. Доктор сразу помчался к адмиралу.

Из-за занавеса показался констебль Квилл, на ходу надевая шлем.

– Что здесь происходит?!

Леди и джентльмены обступили стол. Неподвижное тело адмирала и девочек окружило кольцо любопытных взглядов. Луизе показалось, что она не может вдохнуть. Сквозь толпу пробилась Крепышка Элис, а следом и Глупышка Марта.

– Как вы, барышни?

Какое-то время Снеллинг пытался помочь адмиралу: слушал сердцебиение, постукивал по спине, искал пульс. Наконец доктор опустил безжизненную руку Локвуда на стол и покачал головой.

Зала в глухой тишине впитывала эту весть медленно, словно производя мучительные вдохи и выдохи. Джефферс тонко всхлипнул. Его приняли в утешительные объятия, тактично отвели взгляды в сторону.

Китти с силой обхватила себя за талию. Перед глазами у неё вдруг всё закружилось, она боялась разжать руки и поддаться этому вихрю. Снова смерть! Почему она их преследует? Почему Китти не испытала к почившим директрисе и её брату никакого сочувствия, а сейчас ей так горько?

Китти заметила Мэри-Джейн, осторожно пробирающуюся сквозь скопище гостей. Щёки её алели. Вне всяких сомнений, их с констеблем Квиллом маленький тет-а-тет принял увлекательный поворот. Китти даже не могла толком разозлиться на возмутительное поведение своей беспутной соседки по комнате. Адмирал Локвуд упал замертво! Какое теперь дело до приличий?

Увидев лежащего адмирала, Мэри-Джейн встала как вкопанная. С её лица сбежали все краски.

Тишину пронзил нежный голос Душечки Роберты:

– Это яд?

– Яд! – вскричала какая-то леди.

– Яд! – возмущённо подхватил джентльмен.

– Господа, господа… – Доктор Снеллинг предупредительно поднял руки. – Адмирал был в весьма преклонном возрасте. Скорее всего, старческое сердце просто сдалось.

– Какое-то время он провёл с нами, – вмешалась Мрачная Элинор. – Пил только пунш. Мы все пили пунш.

– Это его бокал? – Констебль Квилл указал на опустевший сосуд на столе.

– Нет! – Рябой Луизе пришлось соображать быстро. – Он пил из другого…

– Из моего. – Крепышка Элис отыскала себе стул и присела.

Констебль Квилл и доктор Снеллинг понюхали бокалы, затем, не говоря ни слова, заново осмотрели губы и лицо адмирала.

– Яд! – вскричала мисс Фрингл. – Пунш отравлен!

– Я приготовила этот пунш собственноручно, Летиция, – отрезала миссис Рамси.

– Я сидела за спинетом, – всполошилась Марта. – Даже близко не подходила к бокалам!

Все повернулись и уставились на неё.

Первой опомнилась мать Джулиуса Годдинга.

– Конечно, не подходила, милочка, – успокоила она Марту, всем своим видом олицетворяя эффективность и хладнокровие.

Серые глаза выражали непоколебимую уверенность. Китти была бы не прочь узнать эту леди поближе, если бы та не приходилась матерью Краху сестринства Святой Этельдреды.

Услышав дурацкую болтовню Марты, Китти поморщилась. Пора забрать девочек домой, пока кто-нибудь из них не натворил очередных глупостей. Благодаря миссис Годдинг все смотрели на Марту с жалостью и не стали уточнять, что та имела в виду под своим странным заявлением.

Беспутная Мэри-Джейн пробралась к Крепышке Элис и что-то прошептала ей на ухо. Элис взглянула на неё с отвращением, но кивнула и достала носовой платок.

– Ах, бедный, бедный адмирал! – дрожащим голосом затянула лжедиректриса, промакивая глаза. – Он был таким заботливым джентльменом. – Шмыгнула носом и позволила себе сдаться на милость переполняющих её чувств.

Мэри-Джейн одобрительно кивнула. В романтике она разбиралась куда лучше остальных. Как бы выглядела миссис Плакетт, не испытавшая потрясения при виде своего почившего ухажёра?

Преподобный Рамси до сей минуты созерцал всё действо с некоторого расстояния. На его вытянутой физиономии отпечаталась тревога. Однако он сумел взять себя в руки и поспешил утвердить свои права.

– Леди и джентльмены! – провозгласил он. – Молю Господа, чтобы мы не поддались досужим домыслам и страху. Все мы скорбим о кончине нашего знаменитого отставного адмирала. Хотя, должен заметить, отошёл он в мир иной, слушая такую… кхм… прелестную музыку. И несомненно это милость Божья! Однако, боюсь, в связи с сим печальным событием придётся сократить приём.

– Рональд, – сурово напомнила миссис Рамси, – мы ещё даже не подавали клубничный бисквит.

Преподобный Рамси поднял руку, проявляя необычайную решимость.

– Пожалуйста, из уважения к телу усопшего, давайте отправимся по домам.

Толпа начала медленно расходиться. Процесс сопровождался шепотками и переглядываниями. Крепышка Элис посмотрела вслед гостям и трагически всхлипнула.

Вдруг с кухни раздался крик. Из дверей, широко их распахнув, выбежала одна из добровольных помощниц.

– Ещё одна! Это точно яд! Аманда Барнс грохнулась замертво!

Глава 21

Не успел никто опомниться, как миссис Годдинг уже оказалась на полпути к кухне.

– Оставайся с джентльменами, Джулиус, – крикнула она и исчезла за дверью.

Доктор Снеллинг, констебль Квилл, преподобный и миссис Рамси бросились следом. Крепышка Элис было тоже начала подниматься с места, но Луиза ей воспрепятствовала.

– Подождите! – воскликнула она. – Ах, пожалуйста, миссис Плакетт, побудьте здесь. Держитесь подальше от суеты, а мы о вас позаботимся.

Китти заметила, что Джулиус стоит рядом с ней.

– Ваша матушка изумительна, – заявила она.

– До замужества она была медицинской сестрой, – объяснил Джулиус. – А после служила в клинике на добровольных началах и принимала роды у местных дам.

– Джулиус?! – вскричала мисс Фрингл. – Вас зовут Джулиус?

У Китти сдавило грудь. Началось.

– Верно, – улыбнулся Джулиус. – Кто-нибудь знает, где найти простыню?

Мисс Фрингл уже разинула рот – Китти решила, что сейчас она осведомится о фамилии, – но тут же его закрыла.

– Спрошу у Патриции, – пробормотала регентша и отправилась на поиски миссис Рамси.

Воспитанницы школы Святой Этельдреды сбились в безмолвную стайку. Глупышка Марта и Душечка Роберта крепко схватились за руки. Рябая Луиза, Мрачная Элинор и Беспутная Мэри-Джейн взяли в покровительственное кольцо стул Крепышки Элис. Мистер Альберт Блай встал наготове рядом с Робертой. Чарльз Брингхерст опустился на колени возле Джефферса, тихо увещевая его и предлагая платок. Старый добрый Загробный Чарли… Возможно, его прозвище не такое уж глупое.

Девочкам пора было отправляться восвояси. Но как же Аманда Барнс? Что стряслось? Неужели теперь все они попадают замертво одна за другой, как костяшки в домино?

На пороге кухни появился преподобный Рамси. Его сопровождали жена, доктор и констебль.

– Отличные новости! – сообщил Рамси. – Мисс Барнс в добром здравии. С ней просто случился небольшой обморок. Сказалось потрясение. Поэтому, полагаю, о яде мы можем забыть.

Доктор Снеллинг и констебль переглянулись, но промолчали.

– Я должна проверить, как там Барнс, – решительно поднялась Крепышка Элис. – Она верно служила мне все эти годы. Я должна лично убедиться, что с ней всё хорошо.

Китти задержать Элис не смогла, так что все барышни поспешили за лжедиректрисой и стали наблюдать из дверей за развернувшейся на кухне сценой. Аманда Барнс, с подсунутой под голову диванной подушкой, возлежала на полу. Миссис Годдинг стояла рядом с ней на коленях, обмахивая лицо пострадавшей десертной тарелкой.

Лицо Аманды покрылось мертвенной бледностью. Дыхание вырывалось из груди короткими болезненными толчками. Затем Барнс увидела Элис и прикрыла глаза дрожащей рукой.

– Ну будет вам, будет, – уговаривала миссис Годдинг. – Всё наладится. Я присмотрю за вами, пока не станет лучше.

– Как господин адмирал? – слабым голосом осведомилась Барнс.

Миссис Годдинг обернулась и послала барышням предупреждающий взгляд.

– Не волнуйтесь об адмирале. Он крепкий старый дуб. Вы с ним в родстве?

– Нет, но я так за него разволновалась, – помотала головой Аманда. – Я стояла здесь, пропитывала бисквит, но тут закричали «яд», и…

– Ну конечно. – Миссис Годдинг откинула со лба Барнс влажные светлые волосы. – Но теперь вы должны позаботиться о себе. Вам следует отдохнуть.

– Вы так добры, мэм… – Барнс прерывисто вздохнула. – Кажется, я даже не знаю вашего имени, простите великодушно.

Миссис Годдинг протянула пациентке чашку воды.

– Не извиняйтесь. Мы не встречались. Я недавно прибыла из Бомбея. Зовут меня Элейн. Миссис Джоффри Годдинг.

Барнс заморгала. Потом тяжело сглотнула и попыталась сесть. Китти поняла, что Луиза и Элис ошеломлённо замерли.

– Нет-нет, милочка. – Миссис Годдинг преисполнилась решимости удержать пострадавшую от поспешных действий. – Ещё рано вставать. Давайте сначала очистим помещение.

Китти отвела взгляд – никак не могла заставить себя посмотреть в лицо Барнс или своим подругам, – но тут наконец заметила, как из залы им машет Глупышка Марта, и потянула за собой Луизу и Элис.

А Марта сказала:

– Генри готов отвезти нас домой!

Глава 22

Дождевые тучи заслоняли звёзды, отчего небо казалось чернее чернил. У калитки пансиона Святой Этельдреды для благородных девиц Генри Баттс помог барышням выйти из повозки. Элис выразила ему признательность за поездку, а Глупышка Марта рассыпалась в благодарностях и не унималась, пока Рябая Луиза не утащила её в дом.

Оказавшись внутри, Китти бросила шаль и шляпку прямо на пол.

– Как такое могло случиться?! – вскричала она, потрясая кулаками. – Нам вообще не следовало идти!

Слова эхом разнеслись во мраке передней.

Девочки перешли в кабинет. Мрачная Элинор, чиркнув спичкой, зажгла пару свечей. Этот звук, запах серы и мерцание пламени встряхнули Китти. Она кусала костяшки и старалась не думать.

– О чём ты, Китти? – возмутилась Элинор. – То есть, если бы мы не пошли на приём, адмирал остался бы жив?

– Да! То есть нет… Да! – простонала Китти. – Я имею в виду, всё же и так очевидно, верно? На миссис Плакетт снова покушались. А адмирала отравили просто по ошибке.

– Ты же не хочешь сказать, что в его смерти виновны мы? – не отступала Элинор.

Китти закипела от злости.

– Не говори чепухи, – отрезала она.

– По ошибке… – повторила Рябая Луиза.

– Так что из этого следует? – подхватила Мэри-Джейн, но Луиза задумчиво молчала.

– А где латунные подсвечники? – осведомилась Элинор.

– Здесь сквозит, – заметила Душечка Роберта. – Давайте зажжём огонь.

– Дело не только в адмирале, хоть это и самое худшее, – объяснила Китти. – Он умер, упокой Господь его душу. Я вообще обо всём остальном. – Она устало опустилась в кресло и обмякла, чувствуя себя выжатой, как лимон. – Песня! Мисс Фрингл. Констебль Мэри-Джейн, сующий нос в чужие дела. Гнусный кассир со станции. Угроза Элис, Господи, помоги всем нам. Неожиданное прибытие Джулиуса Годдинга.

– Ах да, – ухмыльнулась Мэри-Джейн, бросив жакет на кресло. – Дражайший Джулиус! После всех этих лет выбрал именно сегодняшний вечер, чтобы явить себя свету. Не поведаете ли с самого начала, что именно произошло?

– Если бы ты не гонялась за своим полисменом, бог знает чем занимаясь с ним за занавесом, тебе не пришлось бы спрашивать! – отрезала Рябая Луиза.

– Ух ты, какие мы сегодня дерзкие, – самодовольно хихикнула Мэри-Джейн.

– Нисколько я не дерзкая! – с досадой вскричала Луиза. – Я – права! И вовсе не важно, что ты старше. В отличие от некоторых, у меня хватает здравомыслия не выставлять себя на посмешище и понимать, когда нужно держаться поближе к друзьям, чтобы в любой момент прийти на помощь.

– Фу ты, ну ты, – хохотнула Мэри-Джейн, задрав нос повыше. – Я не намерена выслушивать от тебя нотации. Занимайся своими делами, малявка.

Луиза открыла было рот сразить Мэри-Джейн хлёстким ответом, но внезапно поняла, что глаза закололо от слёз. Больше всего на свете Луиза ненавидела, когда её зовут маленькой. Она быстро отвернулась, и Мэри-Джейн не заметила, что удар достиг цели. Китти взирала на них с тревогой.

Неужели после такой ужасной ночи необходимо усугублять положение бессмысленной перебранкой?

Вдруг она услышала какое-то негромкое бормотание, осмотрелась и увидела, что Крепышка Элис присела у камина, пытаясь разжечь пламя. её плечи дрожали. Глупышка Марта тоже это заметила и опустилась на колени подле подруги.

– Дай я попробую, Элис, дорогая, – сказала она. – Вечер у тебя выдался мучительный. Но не плачь! Не так уж плохо ты пела.

– О… – то ли вздохнула, то ли прорыдала Элис, уселась на софу и прижала платок к глазам. – Из-за песни я не расстраиваюсь.

Китти устроилась рядом.

– Неужели? – спросила она.

Элис вытерла нос.

– Разве что чуть-чуть. Это было унизительно. Но суть в другом. – Девочки подождали, пока платок Элис сделает своё дело. – Сегодня кто-то попытался меня убить. Убить! А вы тут склочничаете, как наседки. – Она шумно высморкалась. – Слава Господу, я осталась жива, но вместо меня умер этот милый старик. Я лишилась единственного шанса…

– На что? – с подозрением осведомилась Мэри-Джейн.

Элис изо всех сил пыталась подавить рыдания.

– Теперь уже не важно. Забудьте. – И горько засмеялась сквозь слёзы.

«Бедняжка Элис, – подумала Рябая Луиза. – От перенапряжения совсем потеряла рассудок».

– Хотите кое-что узнать? – вопросила Элис в пространство гостиной. – Сегодня мне предложили руку и сердце.

– Леланд Мерфи? – не думая, выпалила Китти.

Элис испепелила её взглядом. Даже в тёмной комнате Китти ощутила в нём муку. Элис указала на свои седые волосы и раскрашенное лицо, и Китти осознала, какую ужасную ошибку совершила.

– Не будь глупой, Китти! – вскричала Беспутная Мэри-Джейн, похлопывая Элис по плечу. – Только посмотри, как страдает бедная Элис. Не мучай её напоминанием о Леланде Мерфи.

– Предложение сделал адмирал Локвуд, – сказала Мрачная Элинор.

– О, ты слышала? – оживилась Элис. – Я думала, ты занята беседой с Загробным Чарли.

– Загробный Чарли! – всплеснула руками Мэри-Джейн. – Кто-нибудь, скорее просветите меня, не то я лопну.

– Его зовут Чарли Брингхерст, – объяснила Душечка Роберта. – Он близкий друг мистера Альберта Блая. Они студенты из Бартонского богословского колледжа.

– Да пропади пропадом студенты из богословского колледжа! – Китти в ажитации сорвала перчатки. – Будь они хоть архиепископами. Юные джентльмены – последнее, о чём нам сейчас следует думать. Разве вы не замечаете затруднительного положения, в котором мы все оказались?

– Чья бы корова мычала, – заметила Крепышка Элис. – Уж ты-то вдоволь налюбезничалась в галерее с каким-то незнакомцем.

У Китти сдавило грудь.

Элис была права, и Китти мучительно осознала, насколько. В минуту опасности – которая только теперь стала очевидна, – она бросила Элис в одиночку играть ужасную роль, исполнять унизительный музыкальный номер, в то время как сама порхала и флиртовала (да, флиртовала!) с молодым джентльменом. И то, что он оказался Дражайшим Джулиусом – весьма подходящее наказание за преступление.

Она попыталась сглотнуть, поняла, что ничего не выходит, но потом всё же справилась и заговорила:

– Элис. Прости. Тебе пришлось петь – прости за это. И за то, что пришлось пойти под видом миссис Плакетт, а не в собственном образе – прости. – Они переглянулись, и Китти догадалась, что Элис смекнула, о чём она говорит. – Твоя подруга… Люси… Люси Моррис… справлялась о твоём здоровье и передавала пожелания быстрее оправиться от головной боли.

Элис кивнула. Кажется, ей стало чуточку легче.

– Спасибо, что дала знать. Это очень мило… с её стороны. – Она вздохнула.

Китти тоже сделала глубокий вдох и продолжила:

– Но превыше всего – в тысячу раз превыше – прости, что ты оказалась в пределах… – Китти с горечью вспомнила, как глупо бравировала перед девочками, мол, Элис останется в целости и сохранности, – …досягаемости отравителя.

Элис задрожала, потом закусила губу.

– Ты не виновата, Китти. Ты была права. Нам не стоило идти. Я поступила так глупо, когда дала согласие.

– Ах, не говори так, – обняла её Китти. – Никто не мог предвидеть подобного. Не важно, попали бы мы в беду или нет, беда сама нас нашла. – Тут она повернулась. – И ещё одно: стыдись, Мэри-Джейн! Не обижай Луизу. – Китти внезапно сама почувствовала себя миссис Плакетт. – Ты выбрала неудачный вечер для того, чтоб вести себя дурно.

– Откуда мне было знать, что все налакаются яда? – пожала плечами та.

Остальные выразительно на неё уставились.

– Ох, да ладно! – Она наградила младшую из барышень ослепительнейшей улыбкой. – Мир, Луиза?

Луиза вздёрнула вверх подбородок.

– Мир, – согласилась она с простительным оттенком превосходства. – Хотя я никогда не пойму, что ты нашла в этом скользком констебле.

– Дай только срок, голубка, – хихикнула Мэри-Джейн, схватила Луизу за руку и притянула к себе на кушетку, чтобы запечатлеть на щеке подруги поцелуй.

– Фу! – скривилась Луиза, стирая след.

Глупышка Марта не могла дождаться, пока они перестанут дурачиться. У неё имелись вопросы поважнее.

– Неужели больше никто не считает странным, что сегодня на приёме появился ещё один Джулиус Годдинг, когда нас всех так волнует его индийский тёзка? – осведомилась она.

Китти с трудом удержалась от стона.

– Марта. Милая моя. Это не «ещё один» Джулиус Годдинг. Он тот самый Годдинг из Индии. Племянник миссис Плакетт внезапно прибыл с визитом.

– Так, значит, он не дитя! – взволнованно взяла Китти за руку Душечка Роберта.

– Если только в сравнении с мисс Фрингл, – фыркнула Элис. – Это ведь она внушила нам мысль, что он совсем юн.

– Он сказал, будто долгие годы не бывал в Или, – сообщила Китти.

Рябая Луиза встала и принялась мерить шагами комнату.

– Он не дитя, – повторила она. – К тому же наследует всё, что принадлежало миссис Плакетт. А ещё приехал несколько дней назад.

– О чём ты, Луиза? – с любопытством взглянула на неё Китти.

Луиза слишком поздно осознала свой промах, но не имела ни малейшего желания признавать, что солгала кому-то у дороги.

– Ну-у, – протянула она. – Мы ведь вчера повстречали его у аптекаря.

Китти задумчиво побарабанила пальцем по подбородку. Мистер Годдинг заявил, что побывал на Приквиллоу днём раньше и беседовал с какой-то девочкой, а та сказала ему, мол, здесь нет школы. Неужели это была Луиза?

– Моя сестра… – вслух произнесла Китти.

– Верно, тот малый из аптеки! – воскликнула Беспутная Мэри-Джейн. – Я ещё подумала: какое знакомое лицо. – Она швырнула в Китти диванную подушечку. – Ах ты бесстыдница! Ко мне придирается, а сама устраивает тайные рандеву с незнакомцем из аптеки!

– Ничего подобного, – взроптала Китти. – Это была чистая случайность.

– Ну конечно, – шаловливо подмигнула остальным Мэри-Джейн.

– Да забудьте уже! – вскричала Луиза. – Разве вы не понимаете? Мы не знаем, когда точно он приехал в город, но почти наверняка, – тут она тяжело сглотнула, – не вчера.

– И что? – удивилась Элис. – Что с того?

Луиза триумфально помахала блокнотом.

– Пока мы не докажем, что в воскресенье Дражайшего Джулиуса и духу в Или не было, он в самом верху списка подозреваемых.

– Ох, – всхлипнула Душечка Роберта. – Он так молод. К тому же недурно одет.

Китти стало почти физически нехорошо. Она знала – Луиза была права, но прямо в эту секунду Китти ненавидела подругу.

– А ты что думаешь, Кит? – поинтересовалась Мэри-Джейн. – Ты с ним разговаривала. Он похож на убийцу?

– А как именно выглядит убийца? – Китти с яростью набросилась на пуговицы из чёрного дерева, расстёгивая воротник. – Он не носит в заднем кармане топор, если ты именно об этом. Разве вы не понимаете? Убийца Джулиус или нет – он здесь, в Или, со своей матерью. Даже если он агнец господень – он здесь! Джулиус разоблачит нашу ложь, и всё пойдёт прахом. Это самое худшее, что могло сегодня случиться.

Мрачная Элинор покачала головой:

– Вовсе нет. Худшее нас миновало.

Душечка Роберта склонила голову на плечо Крепышки Элис.

– А вот адмиралу Локвуду не так повезло.

Элис без малейших усилий ощутила груз прожитых миссис Плакетт лет.

– Это был яд, верно, Луиза? – спросила она. – И его подсыпали только в мой бокал.

У Глупышки Марты задрожали губы. Китти наградила её суровым взглядом, предупреждая не устраивать очередную истерику.

Луиза достала из ридикюля сложенную салфетку. Развернув её, она предъявила большое красное пятно.

– Сомневаюсь, что образец достаточно велик для тестирования, но попытаюсь.

Китти обняла её за плечи.

– Молодчина! Соображаешь быстрее всех докторов и полисменов.

– Ну не знаю, – отмахнулась та. – Уверена, это яд, и полагаю, доктор Снеллинг тоже всё понял. Он мог узнать симптомы. У адмирала были те же розовые пятна на коже, как у миссис Плакетт и мистера Годдинга. От бокала с пролитым пуншем пахло миндалём, что указывает на цианид.

Китти задрожала с головы до пят. Усилием воли она эту дрожь подавила.

– Я чуть не выпила из того бокала, когда села на твое место, Элис.

Элис осторожно потрогала своё накрашенное лицо.

– Адмирал Локвуд настаивал, чтобы из него выпила я, когда приняла его предложение руки и сердца.

– Хвала небесам, ты не стала! – вскричала Беспутная Мэри-Джейн. – Постой-ка. Ты ответила согласием?