От тебя бегу к тебе Брындза Роберт
- У нас что - у всех паранойя? - спросила я.
- Это я предположил такую возможность, - сказал Крейг, пригладив пальцами свои короткие каштановые волосы. Он выглядел очень встревоженным.
- Неужели Брендан и на такое способен? - спросила я.
- Он вел за тобой слежку весь уикенд, - привела убийственный аргумент Никки.
- Натали, мне хочется войти в квартиру и присесть, - сказала бабуля; ее лицо побелело, и она тяжело опиралась на трость.
- Ладно, заходите, - сказала я.
Я открыла дверь, и мы вошли внутрь.
- Мне очень нравится твоя квартира, Натали. Правда! - сказал Ксандер, когда мы прошли на кухню.
Бабушка доковыляла до стула и с благодарностью в глазах присела. Ксандер свалил на стол кипу газет и уселся напротив.
- Значит, Райан Харрисон - алкоголик? - спросил он, открыв одну из газет и щелкнув пальцем по статье.
- Похоже на то, - сказала я.
- И это там живут твои родители? - задал новый вопрос Ксандер, указав на фотографии фермы. Я кивнула, а Ксандер продолжил: - Райан выпивал на крестинах?
Я начала рассказывать им про мамин трайфл, но Никки меня перебила:
- Послушайте, вы все! Не важно - не пил ли Райан вообще, съел ли он шоколадную конфетку с ликером или опорожнил бутылку виски. Эти. Фотографии. Показывают. Интоксикацию, - при каждом слове она для пущей убедительности стучала пальцем по газете.
Крейг начал устанавливать флипчарт и закреплять на нем блокнот формата А1.
-Ты такая счастливая, что выросла на ферме, Натали. Я вырос в Рейнхэме, в маленьком домике с двумя комнатами внизу и двумя спальнями наверху... - сказал Ксандер. - Твои родители богаты? Мне бы хотелось жить в Сохо! Эта квартира, должно быть, стоит миллионы?
- Ксандер, котик, не отклоняйся от темы разговора, - сказала Никки.
- Собственником квартиры Натали является «Пибоди Траст». Это то, что вы называть жилье социального найма, - объяснила бабушка. - Вы когда-нибудь слышали о мистере Пибоди?
- Он похож на мистера Бина?[54] - спросил Ксандер.
- Ладно, народ. Достаточно про мистера Бина и мистера Пибоди. Мы должны напрячь мозги, - сказала Никки. И со скрипом написала своим фломастером имя Брендана в центре чистого листа бумаги формата А1.
Крейг сел рядом с Ксандером. Бабуля проигнорировала ее и продолжила:
- Мистер Пибоди был очень богатым американским бизнесменом...
- Хорошо, что мы о нем знаем? - спросила Никки.
- Он основал благотворительный фонд для обеспечения людей доступным социальным жильем, - пояснила бабуля.
- Не мистер Пибоди, а Брендан О’Коннор, - резко сказала Никки.
Бабушка бросила на нее страшный взгляд:
- Мой друг Педро быть замечательный музыкант. Он играть в Лондонском сумфоническом оркестре. Когда Натали впервые приехала в Лондон, мы жили тогда здесь с Педро... Это была его квартира от фонда Пибоди.
- Нат, ты можешь... - начала было Никки, но бабуля не дала ей договорить:
- Педро тяжело заболел, и Натали помогать мне ухаживать за ним до самой его кончины. И он передал ей в своем завещании право на аренду этой квартиры, чтобы Натали смогла жить в Лондоне и заниматься искусством...
Воцарилось молчание.
- Нат, ты никогда не упоминала об этом, - прервал его Крейг.
- Это не та история, которую можно вдруг ввернуть в разговоре, - тихо ответила я.
- Примите мои соболезнования по поводу вашего друга. - сказала Никки.
- Это такая добрая, но грустная история, - прокомментировал Ксандер. -Значит, ты не богата, Натали...
- Нет, я не богата. А кто богат в мире искусства? - спросила я.
- Райан Харрисон, - ответил Ксандер. - Я узнал, что его гонорар превышает все наши зарплаты вместе взятые. Я бы все отдал за такую жизнь...
Мы дружно скосили глаза на фотографии, где Райан блевал в пруд и где я поддерживала его, помогая идти. Я осознала, что моя личная жизнь пересеклась с работой, и от этого мне стало не по себе.
- Ладно... Я вот что думаю. Я сварю нам всем кофе, и когда мы все успокоимся, то сможем как следует обсудить, что делать дальше, - сказала я, указав на флипчарт.
Выпив кофе, мы сели вокруг стенда Никки, отдавая ему все свое внимание.
- Итак, что мы о нем знаем? - начала Никки, указав на имя Брендана, написанное фломастером, так, словно мы все собрались на корпоративный тренинг в уикенд.
- Он ведь мужчина, так? - спросила бабушка.
- Да... И? - уточнила Никки, как будто бабуля констатировала нечто очевидное.
- Вы недослушали меня, милочка, - произнесла бабуля. - Мужчинами легко манипулировать. Вам только надо найти его больные места и надавить на них, врезать ему по яйцам.
- Это не лучшее решение, - возразила Никки.
- Я выражаюсь образно, конечно. Вам нужно его унизить, - пояснила бабуля.
- Как, ба? - спросила я.
И бабушка продолжила:
- Недавно провели исследование. Большое количество женщин спросили, чего они больше всего боятся со стороны своего мужчины. Догадаетесь, что они все ответили?
- Что мужчина оставит крышку унитаза открытой? - сказал Ксандер.
Бабуля смерила его взглядом.
- Что он уйдет от нее к более молодой женщине? - предположил Крейг.
- Нет. Женщина боится, что мужчина может напасть или убить ее, - сказала бабуля. - А попробуйте теперь угадать, что ответили мужчины, когда их спросили, чего они больше всего боятся со стороны женщин?
- Что она может поступить, как Лорена Боббит?[55] Отрежет его член? -допустила Никки.
Бабуля помотала головой.
- Мужчины признались, что больше всего боятся, что женщина может над ними посмеяться...
Мы задумались.
- И это так? - спросила я.
Бабушка кивнула.
- А давайте узнаем у наших мужчин, что они думают по этому поводу? -предложила Никки.
- Я играю в другой лиге, так что меня в расчет не берите, - заявил сразу Ксандер; допивая свой кофе.
- Крейг? - спросила я.
Крейг, явно почувствовав себя не в своей тарелке, заерзал на стуле.
- Это слишком грубое обобщение, но доля истины в нем есть. Мысль о том, что женщина может поднять меня на смех - худшее из всего, что я себе могу представить, - сказал он.
- Вы считаете, что нам следует пойти, встать перед Бренданом О’Коннором и издевательски захохотать? - спросила Никки.
Бабуля метнула на нее быстрый взгляд.
- Милочка, вы опять все понимаете буквально. Что для Брендана самое ценное?
- Его репутация, - сказал Ксандер.
- Его работа, - добавил Крейг.
Бабуля велела Никки записать это, что та и сделала, скрипя своим фломастером.
- Главным клиентом Брендана на данный момент является «Большой О», -сказала я. - Он запускает эту новую сцену, и я слышала, как Таппене Полпенни говорила, что им выпал большой шанс...
- Мы можем использовать черный пиар, тоже опубликовать какие-нибудь истории, чтобы поквитаться за то, что было написано о Райане, - предложил Крейг.
- Но разве мы таким способом врежем Брендану по яйцам? - усомнилась Никки. - Он лишь получит удовольствие, отражая наш удар. И станет еще сильнее.
- А нам известно, что он задумал на сегодня? Для Гей-прайда? - спросила я.
- Он хочет, чтобы Таппене Полпенни снова выступила на качелях перед видеостеной, а на стене они будут транслировать текстовую рекламу. С обещанием двадцатипроцентной скидки на билеты... Бла-бла-бла, - сказала Никки.
- Я не хочу опять иметь дело с голубями и булочками, - сказал Ксандер.
- Если задуматься, то яйца Брендана - это видеоэкраны, - сказала я, проигнорировав его реплику. - И яйца Джейми тоже...
- И Таппене Полпенни, - добавил Ксандер. - Она такая решительная, сильная, независимая женщина...
- Да ладно тебе, котик. Она не Джуди Гарленд[56], - фыркнула Никки и написала на листе бумаги «ВИДЕОЭКРАН». - Вот! Мы отключим их экраны!
- Но как? Мы должны будем вломиться туда, а это незаконно. К тому же для них это временная сцена, и в таких случаях всегда создается автономная система электроснабжения. И кто из нас разбирается в электрике? - спросил Крейг.
Некоторое время мы размышляли над этим. И вдруг меня осенило.
- Я знаю, что делать! - воскликнула я, вскочила, выхватила у Никки фломастер и начала торопливо царапать им по бумаге.
- Итак, позвольте мне подытожить, - сказала Никки через несколько минут. -Ты хочешь, чтобы твой зять...
- Дейв, - подсказала я.
- Чтобы твой зять Дейв, из Девона, взломал видеоэкран «Большого О»? -спросила Никки.
- Да, - подтвердила я. - Мы удалим их видео с Таппене Полпенни и заменим на видео с YouTube, которое мы сняли с Райаном в роли Макбета.
- То, в котором он без рубашки? Такой весь из себя секси? - спросил Ксандер.
- Да!
- Получится, что мы превратим их сцену в нашу афишу! - добавила Никки.
- Нет. Мы превратим их сцену в нашу сцену. - поправила ее я.
- И таким образом врежете ему по яйцам, - сказала бабушка.
- А этот парень, Дейв, он может это сделать? - спросила Никки.
- Сможет, на крестинах он прожужжал нам все уши про свою работу, - сказала я. - Его нанимают банки и крупные корпорации, чтобы он пошарил в их компьютерных системах и выявил их уязвимые места.
- Так давайте ему позвоним, - предложила бабуля, доставая из сумочки маленькую золотую адресную книжку.
Я набрала номер Дейва и включила телефон на громкую связь.
- Привет, Дейв! - сказала я.
- Кто это? - спросил Дейв.
- Это Натали... Нат... Твоя свояченица...
- Привет, Нат, - произнес дребезжащий голос Дейва. Он прикрыл рукой трубку и закричал:
- Микки, звонит твоя сестра; я не знаю, чего ей надо!
Где-то в отдалении Микки прокричала ему в ответ:
- Я наверху, в туалете! Чего она хочет? Не собираюсь я ехать в этот чертов Лондон и смотреть этого чертового Шекспира, так что можешь перед ней извиниться!
Бабушка посмотрела на меня и закатила глаза. В телефоне снова послышался голос Дейва:
- Извини, Нат, Микки...
- Я хочу поговорить с тобой, - сказала я. И начала излагать ему наш план. Он явно заинтриговал его - Дейв пообещал мне все проверить и перезвонить. Я приготовила еще кофе, и мы сидели в тишине.
- Извините, а как долго продлится наше совещание? - робко поинтересовался Ксандер. - Просто я... я договорился встретиться со своими друзьями, Тимом, Тимом и Тимом, до того как начнется гей-парад. Мы будем на платформе Чудо-Женщины, а их накидки и золотые короны в моем рюкзаке.
Я хотела ответить ему, но в этот момент зазвонил мой мобильник. Это был Дейв. Я снова включила громкую связь.
- Привет, Нат! Внедриться к ним оказалось на удивление легко, - сообщил Дейв. - Люди тратят огромные бабки на железо и программное обеспечение. Но им и в голову не приходит их защитить. Я сейчас в их системе. Вас интересует их переписка и звонки?
Никки помотала головой.
- Мы не собираемся у них ничего воровать. Мы просто хотим заменить файл, - сказала я. - Но прежде чем мы это сделаем, мы хотим узнать - будет ли это противозаконно?
- Формально - да. Но то, что вы задумали, необязательно будет истолковано как злонамеренное вмешательство. Вы же не предлагаете украсть у них какие-нибудь сведения? - ответил Дейв.
- Ты можешь из-за этого потерять работу? - спросила я.
- Я - фрилансер, Нат. И, возможно, в реальной жизни я - толстый лох, но в Сети я никогда не оставляю следов. - усмехнулся Дейв.
Я посмотрела на Никки и Крейга: они оба кивнули мне.
- Что должно транслироваться на большом экране? - поинтересовался Дейв. - Жесткое порно? Зловещее послание?
- Нет ничего такого. У нас есть трейлер к «Макбету», и нам бы хотелось, чтобы на экране был показан именно он, - сказала я.
- Узнай у Дейва адрес его электронной почты. Я сейчас отправлю ему трейлер, - прошептала мне Никки, доставая свой iPad.
Дейв продиктовал мне свой адрес, и Никки послала ему по почте видео, чтобы он мог его себе загрузить.
- Да, вот еще что, Дейв, - добавила я. - Ты можешь полностью лишить их доступа в их компьютерные системы до сегодняшнего вечера - до тех пор, пока не закончится гей-парад?
- Они не зайдут в свои компьютерные системы в ближайшее время, - сказал Дейв. - Я успею все закончить через час, может быть, даже раньше, - заверил он нас.
Мы по-быстрому заморили червячка остатками бабулиного гуляша, а затем Ксандер вышел, чтобы переодеться в свой костюм Чудо-Женщины.
- Ну, как я выгляжу? - спросил он, вернувшись через несколько минут к нам на кухню.
На Ксандере были длинный черный парик, золотая тиара и сине-красно-золотистое боди. Я никогда до этого не сознавала, насколько тощим он был.
- Это парик Шер. Как вы думаете - он мне идет? - спросил Ксандер.
- У вас такие худые ноги, - заметила бабушка.
- Спасибо, - усмехнулся Ксандер.
- Как две сигареты, торчащие из пачки... - добавила она.
Лицо Ксандера стало совсем кислым.
- Ты выглядишь отлично, - решила я его поддержать, глазами побуждая остальных последовать моему примеру.
Все дружно закивали и принялись на все лады нахваливать его наряд.
- Пойду поищу Райана, наша платформа собирает пожертвования на покалеченных военнослужащих, - пояснил Ксандер.
- О, дорокой! А я думала, что вы наряжаетесь с кучкой педиков, чтобы подцепить кого-нибудь для секса. - сказала бабушка.
- Вовсе нет! Гей-прайд что-то большее, чем все это. Его цель - декларация равенства и сбор пожертвований на благотворительные нужды, - объяснил Ксандер; выуживая из своего рта застрявшие там пряди парика.
Бабуля покопалась в своей сумочке.
- Вот: я жертвую, - сказала она: запихивая двадцатифунтовую купюру за его корсаж Чудо-Женщины.
Мы все порылись в своих кошельках и портмоне и засунули ему за корсаж банкноты, устыдившись того, что нам всем разом при этом подумалось.
- Спасибо всем, - ухмыльнулся Ксандер.
Мы оставили его на углу Бик-стрит, где он присоединился к возбужденной группе парней - высоких и низеньких, толстых и худых, но всех ряженных Чудо-Женщинами. Бабушка осталась в квартире, сославшись на сильную усталость.
- Врежьте им хорошенько по яйцам за меня... - напутствовала она нас.
Равен-стрит уже была перекрыта для движения транспорта специальными заграждениями и готова для гей-парада. В нескольких улицах от нее мы услышали свист и бой барабанов и поняли, что это было затишье перед бурей.
Над всей Равен-стрит высилась наша огромная афиша с Райаном Харрисоном. Когда мы подошли к театру, я вскинула на нее глаза. И не смогла отождествить актера с афиши с тем парнем, с которым я провела прошедшую ночь.
А потом я перевела взгляд на «Большой О». На его видеостене ослепительная Таппене Полпенни раскачивалась взад и вперед на качелях. И время от времени на экране вспыхивал призыв: «Пришлите нам смс с этим номером и получите скидку на билет!» Джейми и Брендан вышли из дверей и закурили.
И увидели нас, стоявших на другой стороне улицы.
- Привет, ребята! - сказала я с вызовом.
Они опасливо взглянули на меня.
- Привет, Натали, - сказал Брендан. - Как ты провела выходные? Чем занималась? Ой, извини, мы же прочитали об этом в газетах!
И тут появилась Таппене Полпенни в красном корсете и ажурных чулках ему в тон.
- Привет, Натали, - усмехнулась она. - Что, явилась сюда, чтобы обратить натурала в гея?
- Мне нравятся твои винтажные панталоны. Куда ты умудрилась спрятать пенис? - ответила я.
Никки и Крейг засмеялись. Бой барабанов усилился. Гей-парад начал шествие по Равен-стрит приближаясь к нам с каждой минутой все ближе.
- Вам, ребята, следует поостеречься. Впереди еще много чего, правда, Брендан? - оскалилась Таппене.
- Вы недооцениваете нас! - прокричала Никки.
И словно по сигналу, Таппене и ее качели исчезли. Гигантский экран над нами поблек, и здание покрыла разноцветная испытательная таблица. Все трое вскинули глаза вверх и нахмурились.
Под треск искаженного сигнала на экране появился Райан Харрисон, размахивающий мечом и поводящий рельефными бицепсами на фоне туч, ревущих над горами. А в следующий миг над его головой завертелась надпись: «РАЙАН ХАРРИСОН В РОЛИ МАКБЕТА». У всех троих от удивления пооткрывались рты.
- Извините, у нас нет времени посчитать ваши пломбы! - попыталась я перекричать надвигавшуюся толпу.
А потом парад внезапно заполонил всю улицу, нахлынул на нас и захлестнул с радостным ревом. Платформа, полная мужчин, одетых Спартаками и играющих своими мускулами, криками и свистами приветствовали огромного Райана Харрисона на обеих сторонах дороги. Брендан и Джейми кинулись внутрь «Большого О» с Таппене на буксире. На их лицах отразилось полное смятение.
Мы поднялись на крышу, чтобы посмотреть на проходящее шествие.
- Я люблю эту страну! - прокричала Никки над ревом толпы и барабанной дробью. - Вы только поглядите: банки, ведущие супермаркеты, политики. Они все - часть Гей-прайда, утверждают равенство людей любой ориентации и собирают средства на благотворительность. Это так позитивно!
Я хотела ей ответить, но в этот момент из «Большого О» вышли Таппене и Брендан, буравя злобными взглядами Райана на их экране. А Никки продолжила:
- И посмотри на этих ушлепков. Мы их сделали! Ха!
Я глянула вниз на Брендана и Таппене, яростно жестикулировавших перед носом Джейми, который присоединился к ним на тротуаре. И почему в столь позитивный день мы оказались втянуты в эти ужасные разборки? Не для того я мечтала работать в театре.
Под громкий рев музыкальной темы Чудо-Женщины мимо проплыла платформа с Ксандером. Мы захлопали, и Ксандер помахал нам рукой.
А в самом конце появился на своей платформе Райан. Все ребята из актерского состава «Макбета» были в килтах. Они сделали трон, на который сел Райан и помахал рукой толпе. Когда он проезжал, рев стал оглушительным, и шествие практически застопорилось - все вдруг захотели сделать селфи с настоящим Райаном и двумя огромными Райанами по обе стороны улицы.
Мы помахали им с крыши, и несколько парней из труппы, взглянув вверх, помахали нам в ответ. Почему-то мне очень захотелось, чтобы Райан тоже вскинул глаза и заметил меня, но он этого не сделал.
- Глядите! - воскликнул Крейг, сунув мне в лицо свой телефон. -#РайанХаррисон попал в тренды Твиттера!
- Йе-е-ес! Наше контрнаступление продолжается! - выкрикнула Никки, потрясая кулаком в воздухе. На улице внизу снова появился Брендан, и Никки воспользовалась возможностью показать ему средний палец. Он в ответ тоже показал ей средний палец, а потом медленно провел им по своему горлу.
Шествие понемногу начало иссякать. Несмотря на нашу победу, радости от нее я почему-то не испытала. Никки и Крейг сказали, что собираются пойти посмотреть, что творится на сцене на Трафальгарской площади. Я страшно устала и представила себе бабушку, которая была дома совсем одна, поэтому сказала, что собираюсь отправиться домой.
- Мы отлично поработали сегодня, дорогая, - сказала Никки, когда я обняла их с Крейгом на прощание. - Нам следует зачислить твою бабушку в штат!
Я направилась домой. На душе все так же скребли кошки. И мне не терпелось увидеть бабулю - она всегда умела меня поддержать...
Там, где течет река
Вернувшись домой, я поняла, что бабушка меня очень ждала. Она выглядела непривычно взволнованной и вручила мне большой бокал бренди.
- Натали, мне нужно с тобой поговорить... - сказала она.
Мы прошли в гостиную, и я присела на диван. Бабушка, опершись на свою трость, осталась стоять перед телевизором.
- Почему ты не присядешь? - спросила я. - Похоже, нога причиняет тебе жуткие страдания.
- Натали, дорокая моя! Помнишь, ты получала из Национальной службы здравохоронения письма, адресованные мне? - начала бабуля.
- Да, - кивнула я. - Я пересылала их тебе в Испанию.
Она подошла к большому подлокотнику дивана и неловко угнездилась на нем.
- Я думала, что эти письма по поводу медосмотров... О чем они были? Бабушка? Ты меня пугаешь...
- Мне придется лечь в бульницу, - с драматическими нотками в голосе призналась бабуля.
Я подошла к ней и взяла за руку.
- Ты больна? - спросила я.
Она кивнула.
- Это серьезно? - уточнила я.
Она снова кивнула и приложила ко рту носовой платок. Я похолодела от ужаса.
- Бабуля, ты только знай: я буду с тобой, что бы ни случилось. Что бы тебе ни потребовалось, я все для тебя сделаю, - сказала я.
- Спасибо тебе, моя дорокая...
- Когда ты ложишься в больницу? - поинтересовалась я.
- Завтра.
- Завтра? - переспросила я.
- Да, врачи хотят провести операцию до того, как она станет еще больше, -сказала бабуля.
Я вгляделась в ее лицо, пытаясь подыскать верные слова...
- Это... - спросила я.
Бабуля кивнула.
- О нет! - вскричала я, приложив руку ко рту.
-Дорокая моя, доктор уверен что это можно вылечить...
- Ох, ба!
- Мне пришлось отложить эту операцию на несколько лет: но я все-таки должна сделать бурсэктомию.
Я прошла к телевизору, выхватила из стоявшей рядом с ним коробки бумажный носовой платок и застыла на месте:
- Подожди... Ты сказала - бурсэктомию? Тебе будут оперировать косточку на ноге? - спросила я.
-Да, - сказала она.
- Я думала, что у тебя что-то серьезное!
